Текст книги "Я пришёл (СИ)"
Автор книги: Артём Соболь
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 28 страниц)
Глава 13
(Час спустя. Джирайя.)
Идём по улице. Наруто сидит у меня на плечах, недовольный таким поворотом Какаши на ходу читая книгу топает рядом. Тайком бросает на меня злобные взгляды и тихо ругается. Да, прикол с отобранной у прохожего сосиской, разогревом и вкладыванием её в руку Цунаде, он не оценил. Как впрочем и Цунаде. Но, спустя какое-то время, всё же посмеялся.
Прохожего жалко, шёл себе мимо, нёс сосиски, а тут я. Но пошутить над Цунаде стоило. Ладно, мне сейчас совсем не до неё. Есть вещи поважнее. Например, Данзо и тот факт, что он намеренно не сопротивлялся. Да, Митокадо и Кохару, старые ни на что больше не способные развалины. А вот Данзо, это совсем другое. С ним что-то не так. То есть, с ним всё не так. Особенно мне не нравится его плотно обмотанная бинтами правая рука. А если совсем точнее, то лицо на плече, которое я совершенно невзначай задел и которое позже прощупал, когда отбивал ему печень и раскручивался чтобы выбросить.
Зачем человеку ещё одно лицо на плече? Запасное? Нет, это уже бред.
Плюсом идёт бешеная регенерация. В удары, конечно же, я всю силу не вкладывал, но бил благодаря улучшенным мышцам не слабо. Так вот, обычный и даже сильный шиноби, этого бы не пережил. А тут, похаркал кровью, возможно для вида и всё. К чему бы это? Явно не к добру. Опасный противник. Потому как непонятный и вызывает слишком много вопросов. Думаю, при других обстоятельствах, он показал бы всё на что способен. Но, с ним сработал фактор неожиданности, что говорит о самоуверенности оппонента. Данзо просто не ожидал такого хамства с моей стороны и позволил себе расслабиться. Ну ещё бы, какой дурак нападёт на Старейшину в кабинете Каге? Я. Ну да… Но я действовал согласно плану. Если честно дурацкому, но за неимением лучшего… А ещё, на животе этой мрази, присутствует интересная печать. Толком прощупать её не получилось, но и так понятно, что кое-кто забабахал себе систему самоуничтожения. Могу ошибаться, не видел, но чакру в символах чувствовал. И вместе со всем этим… Я нашёл главного урода всея Конохи. Слова Иноичи и мои наблюдения это подтверждают. Иноичи… Он был близок. Ещё бы чуть чуть… Хорошо что я смог выдать мысли за воспоминания. И хорошо что Иноичи от этого изрядно так приохренел. Всё таки пьяный жираф и осьминог грязно домогающийся до рыбаков в здешних местах, зрелище не совсем обычное. Но оно помогло. Иначе… С трудом, изрядно напрягаясь, но я всё же смог. Самое страшное позади, но теперь мне придётся работать с ним и его друзьями. Не потому что у меня нет выхода, а потому что напролом идти не хочется. Сдохнуть можно, чего допускать нельзя. И причина этому… Причина сидит у меня на плечах, держится за волосы и весело улыбаясь смотрит по сторонам. Конечно, я его немного обманул и никакой дом он выбирать не будет. Однако новость о том что мы переезжаем в более комфортное жилище, человечка очень обрадовала. Да и Какаши, агрессии к нему не проявил. Тоже плюс. Сам Какаши недоволен, но… Хирузен хитрая обезьянья задница. Как ловко он пристроил к нам телохранителя. И я, думаю, что не одного. Ещё стоит ожидать наблюдателей от трёх кланов. То что они будут стеной стоять около нашего дома и пролетающих мух обилечивать, я сомневаюсь. Но в деревне, точно начнут приглядывать.
Так что пока всё хорошо. Пока всё идёт относительно нормально. Хирузен переобулся и сваливает с дороги, Цунаде уже почти Хокаге, основные уроды выявлены, какие никакие союзники найдены. Но, надо держать ухо востро. Ответные действия ждать себя не заставят. Пока же… Надо налаживать контакты с Хатаке.
– Какаши, ну как, нравится книга?
– Очень, – гнусавит Хатаке и смотрит так, как будто от всей души желает мне провалиться, однако вежливо продолжает. – Три раза уже перечитываю.
Молодец, умеет себя в руках держать. Вот явно ненавидит меня, но вежлив и тактичен. Кое-кому стоит у него поучиться.
– Третий раз? Ух ты, не ожидал. Даже подумать не мог что ты фанат моего творчества.
– Ага, – ещё более мрачно тянет Хатаке и утыкается в книгу чем даёт понять, что разговор закончен.
– Какаши?
– Да?
– А хочешь оценить новую книгу?
– Ича Ича? – поворачивается ко мне Хатаке.
– Нет, кое-что убойное. Чудовище из глубин. Книга готова, но нужно мнение того, кто знаком с моим творчеством. Эксклюзив. Ты будешь вторым кто видит это. И первым, кто прочитает готовую версию.
– Польщён, – гнусавит Какаши, вот только интерес у него скрыть не получается.
– Держи, – улыбаясь протягиваю ему блокнот. – Подожди нас здесь, ознакомься. А мы с Наруто в магазин сходим.
– Ага, – принимая блокнот и начиная читать выдаёт Хатаке.
– Дед, а зачем нам в магазин? – потянув меня за волосы спрашивает Наруто. – У нас же всё есть.
– Всё, да не всё. Одной футболки и шорт, тебе явно маловато будет. Вон, рукав уже где-то порвал. Надо тебе запасные комплекты купить, пижаму приобрести, носки, нижнее бельё. Обувь нормальную. Чтобы мне стыдно не было. А то припёрся дед, а ребёнок у него в чём попало ходит. Да и мне приодеться не помешает. А то хожу по деревне как старый хрыч, народ распугиваю. Я, конечно, не молод…
– Старее Хокаге?
– Ну спасибо. Не знал, что так плохо выгляжу. Да не дуйся, шучу я. Спускайся. Вот… Руку давай. А теперь пошли. И никого не бойся. Договорились?
– Да!
– Идём, мы с тобой должны хорошо выглядеть. Лучше всех.
– А зачем? – искренне удивляется Наруто.
– Потом поймёшь. Пошли.
Поймёт, обязательно, но не сейчас. Сейчас мне надо привести мелкого в порядок и начинать его обучение. Не знаю сколько у меня времени, но сколько бы ни было, надо использовать его с пользой. И на всякий случай, подготовить того, кто позаботится о нём. Какаши… Во-о-о-от, именно Какаши. Подготовлю себе смену. Не хочу, страшно не хочу и очень надеюсь, что за мной не прилетят или прилетят но лет через двадцать. Однако я реалист и вероятность прилёта за мной исключить не могу. Поверить капитану тоже. Потому что меня находили везде, даже там где я сидел тихо и не дёргался.
Не стоит унывать. Этим делу не поможешь. Тем более, я страшно не хочу повторения истерики, которая случилась после вселения. Мне это крайне не понравилось. Так что… Вперёд! Приодеться действительно не помешает.
(То же время. Сенджу Цунаде.)
Вместе с Шизуне бежим по улицам с целью найти и покарать этого урода. Тон-Тон бежит впереди и ведёт нас по следу. Като, после того как узнала что натворил этот козёл, краснеет и хихикает. И я бы не пошла, но вот этот её смех откровенно взбесил. Меня унизили, а ей смешно. Ничего, ей простительно, молодая ещё. А вот Джирайе однозначно нет. И за это, я ему двину. В челюсть, как в старые добрые времена. Пусть полетает. Может от такой встряски хоть что-то в голове появится. Так он же может снова печать поставить. Ну нет, не выйдет.
– Тон-Тон! Быстрее! Найди мне эту жертву!
Заворачиваем за угол, поднимая клубы пыли пробегаем по улице. Как вдруг, свинка останавливается возле странного Какаши. Который стоит у магазина одежды… Глаз выпучен, рука держащая блокнот дрожит, вокруг глаза капли пота. К тому же, он грызёт ногти, прямо через маску.
– Какаши! Ты Джирайю не видел?
– А? – поворачивается он, громко сглатывает и вдруг прячет блокнот за спину. – Видел.
– Где? Где эта сволочь?
– Там.
– Ты издеваешься?
– Нет, – мотает он головой, испуганно смотрит на меня и пятится назад.
– Какаши, где Джирайя?
– Да…
– Что – да? Да что с тобой такое? А ну иди сюда! – кричу, хватаю Какаши за жилет и трясу.
На что он болтается как мешок с дерьмом, смотрит в пустоту выпученным глазом и ну никак не сопротивляется.
– Да скажи ты мне, куда этот хрен спрятался? Говори!
– Цунаде-сама, отпусти меня. Я ничего не знаю. Он дал мне книгу и куда-то ушёл. В магазин, не знаю в какой здесь их много.
– Давно бы так, – отходя от Какаши закатываю рукава и хрустнув пальцами говорю Като. – Готовь сенбоны. Как только он появится, сразу кидай в него. А дальше я сама. Я из него душу выбью. Я эту сосиску ему так глубоко вставлю, что он её вкус почувствует. Он у меня…
Договорить не успеваю, Шизуне выкатывает глаза, наклоняет голову на бок и стремительно краснея глупо хихикает.
– Что там? Като?
– Ам… Тх. Мпх… О-о-о-о-о…
Резко оборачиваюсь и от увиденного весь настрой теряю. На крыльце магазина, стоят они. Наруто, в ярко оранжевой футболке и такого же цвета бриджах. На голове белая панамка, в руках леденец на палочке. Лицо озаряет жизнерадостная улыбка. А рядом с ним, держит его за руку Джирайя. Но не такой как всегда, а… Чёрная футболка в обтяжку с белым символом Конохи на груди. Чёрные брюки, широкий ремень с заклёпками на поясе. На ногах высокие кожаные ботинки на толстой подошве. В левой руке пакеты с покупками.
Это как? Хенге? Ну не может же одежда, так омолодить его? Да ему не сорок, а тридцать с трудом дашь. Ух, меня сердце удар пропустило. Но это…
Не замечая нас, Джирая поправляет на мелком панамку, снова берёт его за руку и закидывает пакеты за спину. От чего мышцы на левой руке и груди вздуваются, заставляя сглотнуть и облизать пересохшие от такого зрелища губы.
Вот это да… Вот это я понимаю образ. Да он…
– Заходите к нам ещё, – улыбаясь выходит на крыльцо хозяйка магазина. – Такие симпатичные покупатели, наша специальность. И Наруто не забудьте, специально для него куплю побольше леденцов. А для нас чего-нибудь покрепче.
– Обязательно, – улыбается ей Джирайя и в полголоса добавляет. – Только из-за тебя и зайду.
Это уже слишком! Совсем охренели! Средь бела дня, при мне! Мне?
– Кхем, – кашляя в кулак привлекаю к себе внимание.
На что хозяйка магазина подмигнув Джирайе убегает внутрь, сам кобель улыбаясь подходит ко мне.
– О, Цунаде. Как дела? Неважно выглядишь. Приболела?
– Сними Хенге, козлина! – хватаю его за нос и тяну на себя. – Не позорься.
– Ай-ай-ай! Ты чего?
Щипаю его за нос, тереблю уши, тяну за щёки, залеплю пощёчину и понимая что это ни хрена не Хенге, прячу руки за спину и отхожу назад.
– Больная, – фыркает Джирайя. – Лицо чуть не содрала. Чего припёрлась?
– Сказать спасибо за сосиску.
– А-а-а-а-а… Ты хоть дождалась, пока она остынет? – участливо осведомляется Джирайя.
– Да ты совсем охренел, извращенец! – понимая на что он намекает мгновенно завожусь, поднимаю руку…
– Мужика тебе надо, – качает головой Джирайя. – Я вообще-то про еду говорил, а не о том, о чём ты постоянно думаешь. И меня ещё извращенцем называет. Долбанутая женщина, видит сосиску, а думает… Не при детях.
Ой как неудобно. Вот я прокололась. Да что такое? С ним вообще разговаривать невозможно! Всё сводит… Ладно.
– Что это сейчас было?
– Ты о чём, Цунаде? – изображает он полное непонимание
– Я о том, почему ты откровенно заигрывал с той курицей. Днём, у всех на виду, при ребёнке.
– А! Так это… Как заботливый дедушка, ищу Наруто бабушку. А что? Я конечно почти всё могу, но женская рука в таком вопросе не помешает. Женщина и приготовит лучше и одежду…
– Какая к чёрту бабушка? Ей же всего лет тридцать!
– Так и мне не шестьдесят. Я ещё ого-го! Сама видишь. Пошли, Наруто, нам вещи разложить надо. Ужин приготовить. Какаши, у тебя дома продукты есть?
– Какие-то были…
– Значит нет, – качает головой Джирайя. – Ладно, забежим в продуктовый. Или на рынок. Наберём всяких вкусностей. В общем разберёмся. Идём.
– А ну стоять! Ты, собака! Как ты смеешь меня игнорировать?
– Шизуне. Здорово выглядишь. Особенно стрелки на глазах. Они такие милые. Да и сама ты, как куколка. Загляденье
– Ой спасибо, – ещё гуще краснеет Като.
А вот это уже обидно. Смотрит сквозь меня. Как будто меня не существует. Не прощу. Не прощу! Порву-у-у!
– Джирайя, давай поговорим. Как взрослые люди, – почему-то ласково говорю ему.
– Не могу, дела у меня. Надо вещи разложить, в доме прибраться. Успеть до вечера. А там, уложу Наруто спать и пройдусь по деревне. Может мне повезёт и дело закончится свиданием. Ну а что, в Конохе полно свободных девушек. И женщин одиноких хоть отбавляй.
– Я как раз вечером свободна, – хихикает Шизуне.
– У тебя много дел, – понимая к чему она громко рычу.
– Нет у меня никаких дел, – хлопает ресницами Като.
– Есть, целая куча.
– Да нет же.
– Я сказала у тебя много дел. Шизуне, ты слышишь меня?
– Слышу, но дел у меня нет. Нет, не было и не будет.
– Като, ты озверела? Ты совсем меня ни во что не ставишь? Я сказала нет. Джирайя… Джирайя? Ушёл. А я? Он что, снова кинул меня?
– Взяла всё испортила, – обиженно бурчит Шизуне. – И сама не идёшь и мне не даёшь.
– Я? С ним? Ты смеёшься? Пф-ф-ф-ф… Ещё чего?
– Тогда почему ты лезешь? – ехидно улыбаясь тянет Шизуне.
– Я… Мне пора.
– Ну-ну, давай. Цунаде-сама.
Да чтоб вас всех. Я… Ревную? Но как? А вот так. По настоящему. С этим надо что-то делать. А что? Что тут можно сделать? Единственный человек, который любил меня, взял и передумал. Тридцать лет гонялся за мной, а тут раз и всё. Ну и мужики пошли. Тьфу… Слабаки. Нас же надо добиваться, долго, упорно, настойчиво. А он… Сдался. О Ками, что я несу? Я же… Да какой нормальный человек будет добиваться такую как я? Джирайя? Да, у всех есть свой предел и он не исключение. О чём я? Тут творится какая-то хрень. Все плетут интриги, деревня вот вот развалится, а я о всякой ерунде думаю. Надо прийти в себя. Пусть общаются друг с другом, пусть делают что хотят. Я тут не причём. Я всегда не причём. Эх! Пойду попробую напиться. Да! Я верну всё как было. Пусть мне будет противно, но он у меня в ногах валяться будет. Будет следы мои целовать. Придумал он мне тут, извращенец проклятый. Отказываюсь я. Ну-ну, посмотрим ещё.
(Несколько часов спустя. Дом Какаши. Джирайя.)
Выбор комнат, раскладывание вещей, уборка, готовка, потом осмотр территории и установка нескольких барьеров по периметру. По периметру, на доме, на каждой комнате. Мы втроём или же я, Какаши и Наруто, сможем войти беспрепятственно. Остальные на танке не заедут. А если попытаются… Попадут в ловушку. Первый барьер работает по принципу всех впускаю никого не выпускаю. Сразу за ним, через метр, начинается более основательный барьер, в следствии чего, нарушитель зашедший в гости оказывается в узкой полосе, откуда без меня ему не выбраться. А если попытается, то шума будет даже не на всю деревню, а на всю Страну. Но только шума. Заминировать полосу, которую при поимке нарушителя можно банально подорвать, Какаши не позволил, хоть и отнёсся к моим действиям с пониманием. Потому что неизвестно кто пожалует. А взрывать, например, Анбу или Цунаде, или ещё кого совсем не хочется. Так что, просто ждём. Сидим в гостиной, молча смотрим друг на друга. Наруто рисует. Скучно.
– Ну и как книга? – нарушаю гнетущее молчание.
– М-м-ма… Честно? Неоднозначные ощущения. Просто… Я такого никогда не читал и… Дико, но очень интересно. Всё таки, девушки и осьминог…
– Что делают? – подскакивает Наруто. – Про что книга? Почитаешь мне?
– Эм… Она скучная. Там гости, едят осьминога и разговаривают о политике.
– Да, мне такое точно не понравится, – почесав живот зевает ребенок. – Я спать…
– Подожди-ка… – хватаю мелкого и укладываю его на пол. Задираю ему футболку и смотрю на печать: – Так, узнаю руку мастера. Сдерживающая печать, соединение с СЦЧ. Таймер. Печать с каждым годом будет выпускать всё больше и больше чужой чакры. Хорошо придумано, даст время привыкнуть и приспособиться.
– Какие познания, – подходит ближе Какаши.
– Есть такое. Смотри внимательно, Хатаке. Видишь что-нибудь?
– Ничего необычного, – пожимает плечами Какаши. – Хотя…
– Да, вот этот блок. Смотри, он тут выделяется. А для чего он? Соединён со сдерживающим блоком. Хм-м-м… Вот уроды.
– Что?
– Блок служит ключом. Ставили его позже, хотя ставили качественно. Почти идеально, но всё же почерк отличается.
– Всё равно не понимаю. Ключом к чему?
– К клетке, Какаши, к клетке. Блок связан с нервной системой и срабатывает на определённые состояния. Стресс, шок, боль, сильное эмоциональное потрясение. В таком случае ключик поворачивается, система бьёт по мозгам зверюги и дверь клетки приоткрывается. В результате чего…
– Обезумевший биджу, – выдыхает Какаши.
– Ага, вот эти закорючки видишь? Хитрая штуковина и очень подлая. Как только биджу высовывает из клетки свои лапки, она вырубает носителя. Ах же вы с… Нехорошие люди.
– Дед, – сглотнув спрашивает Наруто. – Всё плохо? Ты меня больше не любишь? Ты… Ты уйдёшь?
– Ты о чём вообще?
– О той штуке у меня на животе, – закрывает глаза мелкий.
– А! Нет. Ты что? – говорю и незаметно достаю из кармана блокнот. – Мы тут о книге! С тобой всё более чем хорошо. Какаши, вот говорил же тебе…
– Фу-у-ух… – довольно жмурясь улыбается мелкий. – А я… Испугался.
– Чего тут бояться? – водя пальцем по его животу от чего ребёнок хихикает улыбаюсь. – Обычный рисунок. Ты наверное когда маленьким был задремал на чьей-то книге, вот рисунок и отпечатался.
– Дед! Аха-ха! Перестань! Щекотно.
– Ага! А вот и не перестану! За то что испугался, я тебя защекочу.
Продолжаю водить пальцами, молясь всем известным богам в которых не верю, подаю чакру и убираю нахрен не нужный блок. Слава всем высшим силам, получается. Уходит он безболезненно. Почти безболезненно. Мелкий охает, хватается за живот…
– Ну хватит. Насмеялся. Иди умывайся, чисть зубы и спать. Я скоро приду, посижу с тобой. Сказку расскажу.
– Да! – вскочив и обняв меня кричит мелкий, и хохоча убегает.
Встаю, вздохнув подхожу к окну и смотрю на небо. Почему-то на душе нехорошо. Да, я всегда врал, сколько себя помню я врал и обманывал всех. Но почему-то сейчас мне от этого неприятно. Глядя в эти огромные голубые глаза, такого чистого и наивного существа, мне плохо. И нет, я готов врать и дальше, всем, но только не ему.
– Ловко ты с ним обращаешься, – подходит к окну Какаши. – Был опыт?
– Нет. Никогда. То есть был... Давно. Неважно... А опыт... Опыт дело наживное. Совсем недавно, я понял кое-что важное. Очень важное.
– Что?
– Лягушка живущая на дне колодца не способна постичь океан. Раньше это казалось мне глупостью. Обычные слова о какой-то там лягушке. Но в них кроется суть жизни. Жаль что я понял их так поздно.
– Не понимаю.
– Посмотри на нас. Мы все лягушки и сами загоняем себя в колодец. Где сидим и не видим того что происходит вокруг. А вокруг, целый мир. Огромный, красивый, замечательный. Полный потрясающих событий. Но мы, упираемся во что-то одно и упорно не видим всей этой красоты. Нас всё устраивает, нам нравится. Прошлое, боль, призраки давно ушедших близких, за всем этим мы закрыв глаза идём и путь этот ведёт нас в темноту. С каждым годом, колодец становится всё глубже, воспоминания всё сильнее давят на нас, тьма сгущается. Но выход есть.
– И какой же? Как лягушка выберется из колодца? – спрашивает крайне заинтересованный Какаши.
– Это непросто. Можно пройти тысячи километров, обойти весь мир, но так и остаться на одном месте. А можно просто поднять голову и увидеть небо. Бескрайняя синева которого, разгонит тьму. А потом, всего один шаг к свету и всё. Тьма, холод и воспоминания, больше не станут привлекать тебя. Появятся новые цели, возможности. Всего один шаг, Какаши, всего один. И прошлое навсегда отступит.
– Так просто? Всего один шаг?
– Да. Шаг вперёд, свежий взгляд под другим углом. Именно под другим, чтобы увидеть все окружающие нас чудеса. Ладно, хватит философствовать, спать пора.
– Я посторожу, – продолжая стоять у окна и смотреть в полное незнакомых созвездий небо вздыхает Какаши.
Хм, проняло. Ничего, Какаши, я сделаю из тебя человека. Ты научишься жить. Я, конечно, сам этого не умею, но учусь быстрее. А значит… Завтра надо сходить на прогулку и пообщаться с семьями. Пойдём в парк, там мамочки с детьми гуляют. Можно будет посмотреть, пообщаться и подцепить что-нибудь новое в плане воспитания. А сейчас спать. Телу нужно отдыхать, да и мне на пару часов вырубиться не помешает.
Разворачиваюсь, топаю к комнате Наруто, как вдруг… Барьер вспыхивает и тут же грохочет страшный удар.
– Какаши, у нас гости. Останься в доме, я разберусь.
– Да, буду у комнаты Наруто.
Ну вот и здравствуйте. Доброй ночи. Ну и что за самоубийца решил наведаться ко мне?
Глава 14
Ну вот и здравствуйте. Доброй ночи. Ну и что за самоубийца решил наведаться ко мне? Надо посмотреть.
Выхожу из дома, смотрю и… И от увиденного залепляю ладонью по лицу. Потому что там, у калитки, между двумя барьерами, стоит и пышет гневом Сенджу.
– Ну и зачем?
– Мимо шла… – сквозь зубы цедит она, с трудом сохраняя равновесие машет руками и показывает мне нецензурный жест через локоть.
Состояние… Мягко сказать в слюни. Пьяная, едва на ногах стоит. Одежда помятая, волосы… Мама дорогая, как говорил тот человек с Земли. При этом… Странный взгляд. Вот вроде ненавидит, причём от всей своей широкой, пятого размера души… Эм-м-м… Вроде бы ненавидит, но с другой стороны, как-будто рада меня видеть. Ничего не понимаю.
– Цунаде, поздно уже. Ты чего одна по деревне ходишь? Небезопасно это.
Сглотнув, Сенджу щурится, слегка поворачивается боком. Мотает головой и улыбается, от чего сглатываю уже я. Однако, теряет равновесие и садится на землю.
– Ох, Джирайя, я так устала… Всё не так, всё не клеится, а пожалеть некому. Посиди со мной, давай поговорим. Как раньше, помнишь. Всё таки, какой бы дрянью я не была, случались у нас и светлые моменты.
– Случались, но мало.
– Но случались, – возражает Цунаде, достаёт из кармана бутылочку, отпивает и протягивает её мне.
– Спасибо, не хочу. И тебе не советую.
– Выпорешь крапивой? Да поздно меня п-перевоспитывать. Слишком старая. Мы так и будем через барьер разговаривать или выйдешь ко мне?
– Мне и так неплохо.
– А мне х-х-холодно, – обхватив себя руками дрожит Цунаде.
Так, мне это не нравится. С чего вдруг? С чего она… А мне… Хочется присесть рядом, обнять, согреть, успокоить. Неужели это случилось? Неужели она собирается ответить взаимностью? Нет! Это не мои мысли. Или…
Прохожу через барьер, сажусь рядом с ней…
– Знаешь, – подсаживаясь ближе и прижимаясь к моему плечу вздыхает Цунаде. – Сенсей сказал, что мы с тобой хорошо смотримся.
– Прям так и сказал? – скрывая дрожь спрашиваю.
– Да, так и сказал. Думаешь, он пошутил? – глядя мне в глаза улыбается она, поднимает бутылку и пьёт, специально проливая саке себе на грудь.
– Ты облилась…
– Ох, я такая неловкая. Это всё из-за тебя. Помоги отряхнуться… Ах, чёрт, под одежду затекло.
– Из-за меня?
– Ну да, – неуклюже хлопая рукой по груди, от чего эта самая грудь трясётся, подпрыгивает и слегка обнажается кивает Сенджу и следя за моей реакцией продолжает. – Твой новый образ… Это что-то. Ты кажешься таким сильным, мужественным, молодым.
Ага… Понятно. Эх, Цунаде-сама, плохая из тебя актриса, переигрываешь. И зачем? Неужели я сделал тебе столько зла, что ты с целью поиздеваться даже через принципы переступить готова? Обидно… Но ладно, ты всё ещё не знаешь с кем связалась. Грубить тебе и унижать, настроения нет. Попробуем другой путь.
– Приятно это услышать, – говорю, выхожу и выхватываю из её рук бутылку.
– Отдай, я ещё не в том состоянии. Мне немного осталось и тогда… Ну отдай.
– Нет.
– Ну тогда начинай воспитывать. Расскажи мне о том, какая я плохая. Расскажи что алкоголь…
– Не буду. Скажу только… Мне больно видеть тебя такой... Пьяной, помятой, лохматой. Скажу тебе… Ты лучшее что было в моей жизни, Цунаде. Чтобы я не говорил, моя любовь к тебе никогда не пройдёт. Правда я знаю что на мои чувства ты никогда не ответишь. Но, хочу чтобы и ты знала. Мои чувства к тебе никогда не пройдут. Только вот…
– Что? – опустив голову спрашивает она.
– Нам нельзя быть вместе. Нет, дослушай. Я знаю что ты меня никогда не полюбишь. Знаю, что в твоём сердце только Дан и мне там нет места и никогда не будет. Поэтому я попрошу тебя, Сенджу Цунаде. Каким бы ничтожеством ты меня не считала, не забывай, я живой человек. И если у тебя есть хоть капля уважения ко мне и к моим чувствам, оставь меня в покое.
– Ты о чём? – фальшиво удивляется она. – Что ты себе напридумывал? Нет, теперь ты дослушай. Да, я пришла сюда… Со своими целями. Но теперь, когда ты признался, я… Ты мне нравишься. Серьёзно.
– Калитка вон там, – указываю вперёд и замечаю, что на другой стороне дороги из кустов торчит Шизуне. Однако, вида не подаю и продолжаю: – Иди проспись. Думаю, с утра тебе будет очень стыдно и не менее противно.
– Почему противно?
– Потому что ты считаешь меня ничтожеством. Вот сейчас, ты глядя мне в глаза нагло врёшь. На что ты надеялась разыгрывая передо мной весь этот спектакль? Думала я снова начну ползать за тобой? Нет, Цунаде, не угадала. Этого никогда больше не будет. Мне ползать крылья мешают. Крылья которые я наконец-то смог расправить. С тобой же нам не по пути. И я пойду за любой, за первой встречной, за той кто пальцем поманит, но только не за тобой. А знаешь почему? Потому что в отличии от тебя любая другая сможет дать мне хотя бы уважение.
– Но я… – всхлипывая бормочет она и вдруг раскидывает руки. – Обними меня.
Плачет она по-настоящему. От чего руки снова начинают дрожать. Хочется подойти, взять её на руки, прижать к себе и никогда больше не отпускать. Но это ведь обман. Такой подлый обман… А она… Вот она, стоит протянуть руки и моя мечта попадёт в мои объятия. На мгновение, на секунду, но мечта исполнится. Нет сил сопротивляться. Нет!
Развожу руки, шагаю к ней. От чего на лице Цунаде, на долю секунды появляется ехидная улыбка.
– Иди ко мне, ты же всегда этого хотел, – облизывая губы шепчет она.
– Да, – понимая что ничего не могу сделать киваю и…
Взгляд Цунаде стекленеет, она прижимает руку к животу, отшатывается от меня…
– Бу-э-э-э…
Наваждение отступает. Образ идеальной женщины, моей мечты, снова исчезает. Передо мной, опять вредная, пьющая тётка. Ух…
– Аха-ха-ха! Не выдержала! Неужели так противно? Не знал что настолько омерзителен.
– Да пошёл ты! – вытирая рукавом губы рычит Сенджу. – Такой момент испортил! Я же на самом деле тебя поцеловать хотела. Идиот! Как можно быть таким кретином? Я тут перед ним, а он… Чтоб ты сдох!
– Пошла отсюда, – схватив её за шиворот выношу за барьер и поставив продолжаю. – И больше не суйся. Никогда!
Сжав кулаки, Цунаде стоит на дороге и с ненавистью смотрит. Собирается что-то сказать, поднимает руку, как вдруг сгибается пополам…
– Представь как бы тебя полоскало, если бы ты всё же поцеловала меня.
– Придурок, я просто перебрала. Я же… Почему ты такой дурак? Я же на самом деле… Буэ-э-э.
Нда, тоже мне невеста. Это сколько она выжрала? Думаю, что очень много. Хотя, какая мне разница. А в кустах хихикает Шизуне. Чего радуется?
– Отвернись, – стоя на четвереньках рычит Сенджу. – Не смотри!
– Да нужна ты мне. Позорище. Ещё и будущая Хокаге. Посмотри на себя. Ползаешь по дороге и блюёшь дальше чем видишь. Что будет когда другие Каге посетят Коноху? Заблюёшь их?
– Почему ты…
– Почему ты чудишь, а стыдно мне? Всё, не могу больше смотреть. Ну и ну. Вот это я понимаю, глубокое чувство отвращения. Только подошла и сразу чуть наизнанку не вывернулась.
– Бу-э-э-э…
– Да замолчи ты.
Смешно получилось. Ухохотаться можно. И я бы посмеялся, но мне сейчас грустно. Не от поступка Цунаде, которая провалила свой какой-то там гениальный план. Совсем нет… Да. Кого я обманываю. Всё из-за неё. Я же… Эхе-хе… Отношения с женщинами, явно не для меня. Особенно отношения с Цунаде. А с кем-то другим? Видно будет. Но… А барьер меня радует. Если удержал пьяную Сенджу, то рядовых бойцов можно не опасаться. Надо доработать. Доработать и придумывать что-нибудь ещё. О да, придумать! Нда…
Понуро опустив голову и стараясь не оглянуться плетусь в дом. Туда где… А-а-а-а-ай…
****
Утро. Приведение себя в надлежащий вид. Быстрый завтрак и поход по деревне. Наруто, как ему и положено, сидит у меня на плечах и держится за волосы. Какаши, перечитывая книгу чуть отстаёт, но тенью следует за нами. Изредка бросает на меня странные взгляды, но ничего не говорит. Я же…
– Джирайя-сан, доброе утро, – улыбаясь кивает мне незнакомая женщина. – Наруто! Привет. Вот, держи это тебе. Какой милый мальчик. Возьми леденец, вку-у-сный!
– А ты…
– Момо, – кивает женщина. – Приятно познакомиться. – Если что, держу небольшой магазинчик посуды. Это там, рядом с тем магазином одежды. Буду ждать вас.
– Э-э-э… – глядя вслед уходящей женщине тяну, но кроме этих звуков ничего из себя выдавить не могу.
– Дед, а что это?
– Я не знаю.
Корень мутит воду? Леденец отравлен, женщина на самом деле Анбу.
Отбираю леденец у мелкого, внимательно рассматриваю, нюхаю и ничего не нахожу. Только сахар. Странно… Но… Действительно Персик. Вся такая округлая. И пару лишних килограмм вид не портят. Особенно сзади. Кхым…
– Какаши? Что ты об этом думаешь?
– М-м-ма…
– Джирайя-сан! – восклицает даже не подходящая к нам, а бегущая женщина.
Бегущая… А ничего тут такие… На вид лет около сорока. Впечатляющие формы, меньше чем у Цунаде, но не на много… Лицо более чем симпатичное. Вся такая домашняя и уютная. А запах! Свежий хлеб, молоко… Ух! Так стоп. Что ей надо?
А надо ей было, просто познакомиться, спросить как дела, всучить Наруто леденец и пригласить нас в свою небольшую пекарню, попробовать свежую выпечку, после чего стрельнуть глазками и убежать. Что кажется мне… Странным? С чего такой ажиотаж?
Экстренное совещание, ситуацию не прояснило. Я ничего не понимал, Какаши толком ничего объяснить не мог, Наруто думал над тем с какого леденца начать. Пришлось выдвигаться дальше. Но, спокойно дойти до парка нам не давали. Женщины, продолжали подходить, знакомиться, приглашать в гости и совать Наруто сладости. Женщины, от тридцати до сорока, все явно подготовленные, если судить по макияжу, причёскам и праздничным нарядам. Но с чего вдруг? Или сбылась мечта идиота и я теперь окружён женским вниманием, или… Цунаде прикололась? Распустила слух… Какой-нибудь. И теперь… Как-то не сходится. Но это по-любому она. Интересно зачем? Конечно, мне больше интересно когда она отстанет. А если быть честным, то меня страшно интересует, что именно творится в её блондинистой голове? Какие дурацкие мысли там появляются? А может быть…
– Джирайя, привет! – кричит хозяйка магазина одежды.
– Да…
– Заходите, я вас чаем угощу.
Ну Цунаде, чтоб тебя… Хоть так, но напакостила.
(Девять часов спустя. Сенджу Цунаде.)
Темнота, вспыхивающие перед глазами разноцветные круги. Чувства вращения, полёта, от которого к горлу подкатывается тошнота. Проклятая кровать, как больная на голову ворона выписывает такие пируэты… Во рту сухость, сердце колоколом звенит в ушах, каждым ударом разнося боль по всему телу. Болит всё от пальцев, до, как мне кажется, кончиков волос. Мерзкое ощущение… Давно у меня не было такого жёсткого похмелья. А… Где я? На кровати. Но где эта кровать? Куда меня по пьяни занесло? Мне же нельзя так себя вести. Слухи мгновенно расползутся по всей Конохе. А если случилось страшное и я сейчас с кем-то? О Ками, это же ужас! Столько лет была одна, а тут... Вот надо же было так нажраться. Эх… Так! Ой… Без резких движений. Голова лопнет. Сейчас мне надо выяснить следующее. Где я? И что так воняет? Потом придумаю что делать дальше и заодно применю технику для снятия похмелья и выясню что вчера было
