Текст книги "Я пришёл (СИ)"
Автор книги: Артём Соболь
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 28 страниц)
Глава 10
Вся шушера в сборе. Хирузен, Старейшины будь они неладны, все явно не рады меня видеть. Рожи мрачные, недовольные. Присутствует четвёрка Анбу, видимо, на всякий случай. Ну и Цунаде, стоит перед столом и нагло улыбается. Ну хорошо. Вы просто ещё не знаете с кем связались. Анализ. Хм-м-м… Обстановка мягко сказать так себе. Судя по самоуверенному виду, рулят здесь именно Старейшины. Хирузен же явно сдал. Поник, взгляд потух, плечи уныло опустились. И это говорит мне о том, что он давно уже просто манекен зачем-то занимающий этот кабинет.
Ну и болото. Здесь даже не хищники, а падальщики. Жадные, упёртые, уверенные в себе. С такими надо по-другому. Уговоры судя по их рожам делу не помогут, попробую напугать. Я всё-таки Саннин, с огромным авторитетом и колоссальным с недавних пор опытом. К тому же… Немного Ки для большей убедительности. Взгляд серьёзный, голос твёрдый и уверенный. Движения плавные и расслабленные. Пусть видят кто здесь главный. Однако я уверен, сейчас меня попытаются раздавить. Ладно попробуйте, у меня своя тактика. А раз лучшая защита это нападение, начинаем представление. Играем по крупному.
– А ты знаешь, Хирузен, и у меня к тебе есть очень серьёзный разговор, – посмотрев на злобных старейшин как на дерьмо, обращаюсь к наставнику. – Но, это подождёт. Сперва хочу узнать, что у тебя.
– Такой пренебрежительный тон в разговоре с Хокаге? – кривится Кохару. – Это ставит под сомнение…
– Перебивать разговор Саннина и Каге, ставит под сомнение твою адекватность, Старейшина Кохару, – не скрывая отвращения улыбаюсь старухе, от чего она зеленеет, шипит как змея, но всё же замолкает и кивает Хирузену.
– Джирайя, – зятянувшись начинает Хирузен. – Цунаде мне всё рассказала. Про тебя и Наруто.
– И что? Ты против?
– Конечно мы против! – с трудом поднимаясь восклицает Митокадо. – Оружие деревни…
– Сын Четвёртого Хокаге, Жёлтой Молнии Конохи, героя Третьей Мировой Войны, теперь просто оружие деревни? А вы ничего не путаете? Хирузен, потрудись объяснить, что здесь происходит.
– Разве он должен отчитываться перед тобой? – снова возникает Кохару.
– А разве Утатане Кохару здесь Хокаге? Или Митокадо Хамура? Нет. Тогда как вы можете возникать не по делу? Вы Старейшины, можете только советовать Лидеру деревни. Или Сарутоби настолько сдулся и потерял хватку, что сам уже не может говорить? Что замолчали? Вы так не думаете? Тогда умолкните и дайте слово Третьему.
От моих слов, Старейшины белеют и злобно похрустывая суставами делают вид что сейчас перед ними не я, а куча навоза. Хирузен же, что удивительно, едва заметно улыбается. Анбу напряжены и готовы к бою. Цунаде, лыбится ещё ехиднее.
И тут я не понимаю. То есть понимаю, но не всё. Старейшины явно не ожидали такого. Хирузен понял что я на его стороне и воспрял. Но что в башке у Сенджу?
– Итак, взаимные приветствия закончены, – более бодро говорит Хирузен. – Джирайя, Цунаде, рад вас видеть. Теперь к делу. Наруто…
– Ему нужно воспитание, обучение и надлежащий уход. А также…
– Оружие не нуждается во всём этом – перебивает меня Митокадо. – Его дело – защита деревни.
– Хорошо, – шагаю к ним и не обращая внимание на приблизившихся ко мне Анбу упираюсь руками в стол, чем даю понять Старейшинам то, что настроен крайне серьёзно. – Давайте оставим всё как есть. Пусть ребёнок остаётся один. Пусть местные продолжают шпынять его и гонять. Но скажите мне, Старейшины, что с ним будет потом?
– Потом? – стараясь скрыть страх спрашивает Кохару.
– Да, потом, когда он вырастет. Вырастет и от такого ублюдского отношения озлобится на родную деревню. А он озлобится. Уже сейчас он задаётся вопросом почему всё так. Что будет когда он узнает правду? Ну что замолчали, Старейшины? Скажите мне, что сделает одинокий, всеми презираемый ребёнок, когда узнает о том, что вы намеренно скрывали от него правду? Примет всё как есть и простит вас или пойдёт разбираться, а потом мстить ненавидящей его деревне?
– Один, против целой деревни, – неуверенно усмехается Кохару и в надежде на поддержку поворачивается к Хирузену.
– Ты прав, Джирайя, – неожиданно для всех кивает Сарутоби. – Наруто необходимо воспитать и обучить.
– Это не выход! – верещит Митокадо. – Если уж на то пошло, то джинчурики нужна нормальная семья, а не этот…
– Кто? – спрашиваю, подхожу к нему и наклоняясь продолжаю. – Ну, договаривай, Старейшина. Кем ты меня считаешь?
– Не смей давить на меня, – сглотнув и уже не скрывая страх говорит Митокадо. – Я…
– Воняешь страхом. Хирузен! – выкрикиваю от чего Старейшины вздрагивают, а Анбу хватаются за оружие. – Хирузен, мне очень интересно почему ты позволяешь помыкать собой двум издыхающим маразматикам? Совсем дела плохи? Так ты скажи, я помогу.
– Джирайя, ты забываешься, – ударив по столу кричит Кохару.
– Ударь ещё раз, – поворачиваюсь к ней и рычу. – Что ты там сказала? У меня с недавних пор слуховая инверсия. Чем громче говорят, тем хуже я слышу. Повтори!
– Думаю не стоит, – сглотнув бормочет Утатане.
– Почему же?
– Я забыла.
– Так я напомню. Ну!
– Анбу! – не выдерживает Митокадо.
– Стоять! – рявкает Хирузен, от чего четвёрка бойцов мгновенно замирает и отходит назад. – Вы что, Анбу, забылись? Или вы решили подчиняться кому попало? Все четверо идёте восполнять миссии D-ранга. На месяц! Ушли с глаз моих.
– Хирузен! Ты что делаешь? – пытается возразить Кохару, но под взглядом Сарутоби замолкает и отворачивается.
Ох как! Ожил. Глаза блестят, хитро прищурены. На лице снисходительная улыбка. Плечи расправились. Хоть стар, но не сломлен.
– Узнаю своего учителя, – киваю и отхожу от стола.
– Спасибо, – затягиваясь улыбается Третий. – Перейдём к делу. Джирайя, то что ты решил позаботиться о Наруто, более чем похвально. Ты как никто другой сможешь обучить его, защитить и привить правильные взгляды. Но готов ли ты к такой ответственности?
– Более чем, – неожиданно для меня кивает Цунаде. – Я сама всё видела и могу поручиться за Джирайю.
– Хм, хорошо, – доставая из стола бланк хмыкает Хирузен и быстро заполняя его бормочет. – С этого дня, ты, Джирайя, являешься официальным опекуном Узумаки Наруто. Формальности я улажу. С кланами всё решим.
– Намиказе, – поправляю Хирузена. – Его фамилия.
– Нет, Джирайя, именно Узумаки. По крайней мере пока. Потом разберёшься с этим вопросом. Сейчас же… Готово. Но это не всё. Вы видите, я слишком стар и мне давно уже пора на покой. А раз вы здесь я могу назначить кого-то из вас пр…
– Готов, – глядя в глаза белому как мел Митокадо нагло улыбаюсь. – Давно пора уже. Конохе нужны перемены.
– Я против, – качает головой Цунаде.
– Почему?
– Потому что ты меньше всего похож на лидера деревни. К тому же, сейчас у тебя не будет времени. Воспитание, обучение, забота, уход.
На слова Цунаде, старики облегчённо вздыхают. Начинают улыбаться, с превосходством смотрят на растерянного Хирузена, как вдруг...
– Я больше подхожу на эту должность, – мрачно произносит Сенджу и видя всеобщее непонимание продолжает. – Я тоже Саннин. Опыта у меня нисколько не меньше. К тому же, я Сенджу. Мой дед основал Коноху.
– Это неприемлемо! – в один голос кричат Старейшины, после чего продолжает Митокадо. – Так не делается. Надо сообщить Даймё. Созвать совет селения. Обсудить.
– А можно воспользоваться моим правом назначить себе преемника. Тогда не нужно ни у кого спрашивать или с кем-то советоваться. Тем более, других кандидатов нет. Старейшины, вы свободны. Цунаде, Джирайя, останьтесь.
Очень интересно. Очень. Видимо… Или Цунаде двинутая сильнее чем я предполагал, или… Она просто боится, что со мной Коноха превратится в публичный дом. В то, что она на самом деле переживает обо мне, моём времени и Наруто, я никогда не поверю. Хотя… Облом случился. В должности Каге, я бы быстрее всех здесь разогнал. И теперь мне интересно, о чём она думает?
(Там же. Сенджу Цунаде.)
Что я творю? Какой к дьяволу пост Хокаге? Куда я лезу? Все Каге заканчивают плохо. Хаширама, Тобирама, Минато, их нет. Жив только Хирузен и то как мне, кажется, по другим причинам. Зачем я лезу? Что я творю?
– Ученики, – закрывая двери и приклеивая к стенам печати начинает Хирузен. – Очень рад что вы… Эх…
Махнув рукой, Сарутоби возвращается к столу, садится и подперев руками голову сверлит нас взглядом. Вздыхает, выдвигает ящик стола, достаёт оттуда бутылку, чашечки и закуску. Вздохнув улыбается мне и выставляет ещё четыре.
Да, выпить сейчас не помешает. Всё таки… Эх, я сама себя втянула в историю. И в этом виноват, вот этот белобрысый кусок дебила. Изменился он. Да хрен там плавал! Да, насчёт Наруто я согласна, чувство вины и все дела, но вот в остальном не верю. Весь этот спектакль, все эти россказни о изменениях, пересмотре своей жизни и гениальная актёрская игра, направлены только на то, чтобы затащить меня в койку. Надо отдать ему должное, у него почти получилось. Но я не дура. Я всё понимаю. Ты, Джирайя, в очередной раз останешься ни с чем. И на какие бы ухищрения ты не шёл, тебе ничего не светит. Можешь прогонять меня, издеваться, стыдить, я не сдамся. И если мы с тобой, дрянь такая, всё же окажемся в одной постели, это будет койка в морге. Никогда, ни при каких обстоятельствах, ты не сможешь от меня чего-нибудь добиться. Я…
– Цунаде, держи, – подавая чашечку улыбается Хирузен.
– Спасибо…
– Она не пьёт, – качает головой Джирайя.
– Я… Я… Да. Я больше не пью.
Что? Как? Почему? Ты что несёшь, кляча старая? А ну взяла грёбаную чашку! Взяла и выпила.
Рука вздрагивает, тянется и вдруг безвольно опускается.
– Молодец, – отпивая саке усмехается Джирайя. – Я всегда в тебя верил.
– Да чтоб ты… – вскакиваю, но видя его взгляд сажусь обратно.
Он пытается сломать меня. Точно! В гендзюцу он без жаб не может. Значит, это такой психологический способ. Ах, ну ты и сука, это дрессировка. Я должна выпить. Должна, иначе сломаюсь. А если сломаюсь в этом, он меня использует и в другом. Сама не замечу как начну бегать за ним. Ну нет. Хрен ты угадал.
Выдыхаю, тяну руку к бутылке…
– Ну теперь к делу, – выдыхает Джирайя и как-то слишком громко ставит на стол чашечку. От звука вздрагиваю, складываю руки под грудью и отворачиваюсь.
Провал! Полнейший провал. У него получилось. Он начал манипулировать мной. Надо будет назначить себе пару телохранителей и попросить Шизуне следить за мной. Чтобы ни-ни. Ни одного шага к этому кобелю.
– А это точно Цунаде? – косится на меня Хирузен и откровенно смеётся. – Джирайя, ты кого привёл? Где наша Цу-тян?
– Хватит! У нас вообще-то дела. Мне пост принимать.
– Дела, – вздыхает Хирузен, выпивает, встаёт и дымя трубкой отходит к окну.
Некоторое время стоит, смотрит, как вдруг резко поворачивается и сурово глядя на нас, глубоко затягивается.
Сейчас он выглядит как тогда, много лет назад. Когда мы сдавали дурацкий тест с колокольчиками. Серьёзный, суровый, величественный. Не дряхлый старик, а бывалый воин. Сильный, смелый. Прямо как Джирайя… Что-о-о-о? Пф-ф-ф-ф…
– Дела в Конохе так себе. Кланы делят зоны влияния. Старейшины пытаются подмять меня под себя и диктуют свои правила. Которые я должен выполнять.
– Почему, – мрачно смотрит на него Джирайя.
– Потому что я слишком стар, вы же видите. Моё время выходит, плюс груз прошлого не даёт мне спокойно жить. Слишком много ошибок накопилось. Исправить их, у меня увы не получится. Поэтому, вся надежда на вас.
– Замечательно, ты выкопал яму, заполнил её дерьмом и предлагаешь нам в неё окунуться? – хмурясь выдаёт Джирайя. – Я согласен. Пока Коноха не развалилась, нам надо действовать.
– Ты серьёзно? Джирайя, ты…
– А что такого? Ты будешь Каге, а я всегда буду рядом и чем смогу помогу.
– Ой дебил… Чем ты мне поможешь? На источниках подглядывать будешь?
– Своим присутствием, курица блондинистая. Два Саннина в деревне. Подумай, пиявка, два Саннина, на одной стороне. Два! Совсем мозги пропила. Ну и что за Каге из тебя получится? Ты же всю деревню пропьёшь. А что не пропьёшь то в карты проиграешь. Да тебе не то что Деревню, тебе стадо овец доверять нельзя. Только если возглавить. Твоя работа, единственная на какую ты способна, это черепах охранять. И то я бы не доверил. Хирузен, пока не поздно, давай выгоним её отсюда.
– Да ты… Ты… Ты!
– Вот видишь, – взяв чашечку кивает на меня Джирайя. – Она уже заговаривается. Там мозг усох. Вскрой черепушку, так там одна ниточка и та уши держит. Вон, дунь ей в ухо, ветер будет полчаса свистеть.
– Заткнись, извращенец. Ты думаешь я не справлюсь? Думаешь я слабая? Да хрен ты угадал. Я – Сенджу Цунаде. Внучка Первого Хокаге. Эта деревня будет процветать. Я сделаю, чего бы мне это не стоило. А ты, даже не думай о должности. Я не хочу чтобы деревня основанная моим дедом превратилась при тебе в огромный бордель. Я всё сказала.
– Да неужели, – глядя то на меня то на Джирайю улыбается Хирузен. – Вы всё-таки вместе.
– Фу, нет, – подскакивает Джирайя. – Сэнсэй, ты это брось. Я и она, никогда. Ни за что, ни при каких условиях. Даже если она последней женщиной в мире останется. Даже если Луна на нас грохнется. Нет! Я скорее сдохну. Убью сам себя, но к этой алкашне не прикоснусь.
– Д-Д-Джирайя… Ты чего? Ты… Я вообще-то здесь. М-можно потактичнее. Я же…
За что он так? Ну да, я называла его придурком. Многими другими словами. Била, пинала, унижала. Один раз даже чуть не убила. Но он… Почему? Ах… Не может быть. Нет… Вот что он чувствовал всё это время. Не год, не два, не десять, а целых тридцать. Я чудовище. Я чудовище, а он сволочь. Он не хочет затащить меня в койку или расположить к себе. Он… Заставляет меня прочувствовать свою боль.
– На сегодня хватит, – протягивая мне платок грустно вздыхает Хирузен. – Идите. Цунаде, вытри слёзы, жду тебя завтра с утра, начнём оформлять документы. Джирайя, ты тоже подходи. Сегодня поговорить не получилось, завтра продолжим.
Встаём и молча, не глядя друг на друга выходим из кабинета. Хмыкнув, Джирайя быстро спускается вниз. Стараясь не отстать бегу за ним, выскакиваю на улицу.
– Дед, смотри! – тянет ему лист бумаги Наруто. – Это я сам.
– Так это… Это же мы с тобой, – приняв рисунок сияет от радости Джирайя. – Вот молодец. Надо заказать рамочку. Повесим на стену. Пойдём, перекусим.
– А мороженое будет? – светясь неподдельным счастьем спрашивает мелкий.
– Конечно будет, подхватывает его на руки Джирайя и садит себе на плечи. – Держись крепче.
Они идут вперёд. Джирайя своими волосами собирает их лежащие на лавке вещи и что-то рассказывая мелкому, уходит.
Открыв рот стою и смотрю на них. Вижу, но не могу понять что здесь неправильно. Ну не вписывается это… Во что? В моё понимание? А почему? Почему счастье этих двоих, так царапает мне глаза? Это зависть? Ревность? Что со мной? Почему…
– Никогда бы не подумал, что наш Джирайя на такое способен, – подходя усмехается Хирузен. – Посмотри на них.
– Да вижу я.
– Эх, Цунаде, даже сейчас, когда он наконец-то отстал от тебя и, как я вижу, нашёл смысл жизни, ты не можешь просто порадоваться за старого друга.
– А он бы порадовался? Он бы радовался? Будь Дан жив, он бы радовался?! Да он…
– Он, всегда уважал и тебя, и Дана, и ваши чувства. Всегда, Цунаде. Никогда я не видел в нём зависти, или негатива по отношению к вам. Да, он всегда хотел быть с тобой, всегда мечтал об этом. Но никогда он не хотел переходить вам дорогу или вмешиваться.
– Учитель, я никогда не спрашивала, потому что боялась узнать ответ. Но… Скажи… Скажи мне, пожалуйста… Когда Дана не стало, как вёл себя Джирайя?
– Он скорбил вместе с тобой, – задумчиво говорит Хирузен. – Да, обычно так не бывает, но в этом весь Джирайя. Я не буду вдаваться в подробности. Скажу только одно. Если бы Джирайя мог, он не задумываясь отдал бы жизнь для того чтобы ты была счастлива.
– Спасибо. Вот оно как… Мне надо выпить. Ай, чёрт! Я же бросила.
И пить, и играть, всё… Как же противно… От самой себя противно.
Глава 11
(Коноха. Ресторан Акимичи. Като Шизуне.)
Прекрасное место, вкусная еда, приятная атмосфера, полно народа, много молодых и красивых парней. Кажется, мне сегодня улыбнётся удача и я кого-нибудь подцеплю. На вечер. А если повезёт то и… Эх, ну чего вы такие нерешительные? Взгляды бросают, но подходить не торопятся. Может я как-то не так одеваюсь? Или макияжа побольше надо? Или… Да что с ними не так? Уже час здесь сижу, а никто даже познакомиться не подходит. Что с вами, люди? Я же здесь. Вот она я. Ладно, сами напросились. Сейчас выпью, для храбрости и сама пойду. Ух, я им тут устрою.
Беру чашечку, выпиваю, облизываясь ищу цель, как вдруг. С грохотом и смехом в ресторан заваливаются Джирайя и Наруто. Местные от этого сразу напрягаются, разговоры стихают. Наруто нервничает, но держащий его за руку Джирайя излучает такую уверенность в себе и пренебрежение к остальным, что некоторые гости давятся и сунув деньги под тарелки спешат покинуть заведение. Парочка же, проходит в зал. Джирайя хватает мелкого, садит за стол и растрепав ему волосы садится сам. Делает заказ, при этом спрашивает Наруто что именно он хочет. После чего разваливается на диванчике и начинает строить планы на завтрашний день. О том как они с утра сходят к Хокаге, а потом весь день будут гулять по деревне, есть мороженое и всячески развлекаться. Мелкий смотрит на Джирайю полными обожания глазами. Внимательно слушает, нет не так, ловит каждое его слово. И сейчас, ему наплевать на всё. На косые взгляды гостей ресторана, на их недовольное фырканье и перешёптывание. Для Наруто, сейчас есть только он, Жабий Саннин. Большой, сильный и очень добрый дед. Тот кто всегда выслушает, поймёт и защитит от всего и всех. И в этом нет никакого сомнения. Всё это видно.
Конечно, у нас с Цунаде было нечто похожее, но именно похожее. Всё как-то грубо, слегка наплевательски, без вот этой доброты. Они же… Да, они нашли друг друга. А вот меня и сидящую рядом со мной Тон-Тон, хоть нас и разделяет полтора метра, они не замечают. Джирайя демонстративно, Наруто кроме своего деда вообще ничего и никого не видит. Даже обидно. Им так весело, а я здесь одна. Даже поговорить не с кем. Из Тон-Тон собеседница такая себе. А почему бы мне не присесть к ним? Надо ещё выпить, а то как-то страшновато.
Наливаю чашечку, подношу к губам. Громко хлопает входная дверь, слышатся шаги, напротив падает красная от злости Цунаде. Выхватывает у меня чашечку и молча смотрит на неё.
– Что-то случилось?
– Да. Поздравь меня, я скоро стану Пятой Хокаге. Да чтоб вас всех! Уже моё лицо в скале высекать собрались. Надо проконтролировать, а то сделают уродиной.
– Это как? Ты же никогда не хотела. Как тебя убедили?
– У меня не было выбора, – продолжая с ненавистью смотреть на чашечку ворчит Сенджу. – Меня обманули. То есть… Меня развели и я попалась. Даже не так, я сама вызвалась. Сама! Повелась!
– Не совсем понимаю. Можно проще?
– Этот старый кобель, Джирайя. Хитрая задница! Хирузен только намекнул о том что хочет назначить преемника, а этот урод сразу орать начал. Я готов! Я готов! Ненавижу! Урод. А я, взяла и вызвалась. Теперь…
– А отказаться?
– Да ты что?! – машет руками Цунаде. – Нельзя. Тогда Джирайя станет Пятым Хокаге. Представляешь что будет в деревне? Он же долбанутый!
– Цунаде, – глазами показывая влево пытаюсь намекнуть что он здесь.
– Совсем отбитый. Это вот всё, просто маскировка. На самом деле Джирайя не такой. Прикинулся добрым дедушкой, а внутри, он конченый изврат. Всё время шарится у бань и хихикая как дурак подглядывает. Вообще…
– Цунаде, тише…
– Да что ты меня затыкаешь? – встав и грохнув кулаками по столу кричит Сенджу. – Или ты решила заступиться за него? Он моральный урод, манипулятор, старый козёл и кобель. Понимаешь? Я ему ноги сломаю. Вот стану Хокаге, всё сделаю чтобы выгнать его отсюда.
– Цунаде, – поняв всю безнадёжность ситуации говорю ей и пальцем показываю налево.
– Что ты там маячишь? Като, тебе плохо? – спрашивает Сенджу, соображает, медленно поворачивает голову и выдохнув садится.
Глядя круглыми глазами на очень серьёзно настроенного Джирайю, громко икает. Резко вскакивает, хватает свинью и по пути снося со столов тарелки ураганом уносится из ресторана.
Выдыхаю, закрываю лицо ладонями…
– Дед, она плохая? – негромко спрашивает Наруто.
– Нет, что ты. Цунаде, она… Она пошутила. Да. Мы с ней давно знакомы, ещё с детства. Точно могу сказать, она так шутит.
– Почему тогда не смешно?
– Потому что шутить не всем дано. Ты ешь, пока горячее. Вон, смотри какое всё вкусное. Шизуне?
– А? Что? Я уже ухожу. Мне пора.
– Присядь с нами.
Медленно убираю от лица руки. Смотрю и вижу довольного Джирайю. Который, совсем не злится, наоборот, он весел и доброжелателен.
– Вот, Наруто, смотри. Шизуне у нас однозначно хорошая. И красивая.
– Да ладно тебе, – краснея от таких слов подхожу к ним и присаживаюсь.
– Можно тебя, – машет Джирайя работнице зала и как только она приходит указывает рукой на меня. – Принеси девушке всё что захочет. Я сегодня угощаю.
Вот так! Вот это… Это…
– Стакан водки и мороженое.
Чёрт! Какое мороженое? Я же за фигурой слежу. Ай, к дьяволу. Сегодня можно.
Посиделки продолжались. Со временем, видимо, от алкоголя, всё стеснение куда-то пропало. И вот мы сидим с Наруто и смеёмся над историями Джирайи. Да, некоторые из них я слышала от Цунаде. Но версии Джирайи, звучат намного смешнее, увлекательнее и интереснее. Так что настроение у всех поднялось выше некуда. Да и вообще, Джирайя сам очень интересный. Весёлый, много знает, да и на свой возраст не выглядит. И симпатичный. Приодеть поприличней, причесать и…
– Я больше не могу, – отвлекает меня от созерцания Джирайи засыпающий Наруто.
– О-о-о-о, извини Шизуне, нам пора. Спасибо за вечер, как-нибудь повторим.
Собрав вещи, Джирайя берёт Наруто на руки, расплачивается и уходит.
А вечер и правда хороший. Ох ты! Стемнело уже. Мне тоже пора. Интересно, а когда будет следующий раз? Скорей бы. Ну, хоть это и сложно назвать свиданием… Хотя нет, можно. Надо чаще заходить сюда. Может повезёт.
Выхожу на улицу, мечтательно вздыхаю и тут же оказываюсь схвачена и прижата к стене.
– Ну и как, понравилось? – рычит мне в ухо Цунаде.
– Ты о чём? Я ничего не сделала.
– Ты мне лапшу на уши не вешай. Я за вами весь вечер наблюдала. Сидела там с ним, глазками стреляла, плечиками поводила. Совсем рассудок потеряла? Ты хоть знаешь кто он?
– Изврат? Да, ты говорила. Я помню.
– Издеваешься? Ну давай, Като, продолжай. Сближайся с ним, а потом, когда он воспользуется тобой и свалит, я тебя утешать не буду. А он свалит. В любом случае. Обрюхатит и сбежит. И останетесь вы вдвоём с Наруто. Брошенные...
Нет, ну это уже лишнее. Что за ненависть? Паранойя какая-то.
– И часто он так делал? – ехидно улыбаясь спрашиваю. – Сколько таких случаев ты знаешь?
– Не твоё дело, Като. Однако предупреждаю, чтобы больше я вас вместе не видела. А если увижу, вы оба пожалеете. Поняла меня?
– Поняла.
– Что ты поняла?
– Что Джирайя ошибся. Знаешь, когда ты убежала, Наруто спросил, плохая ли ты. Так вот Джирайя сказал что нет и объяснил ребёнку ситуацию. Он сказал, что ты просто пошутила. Он ошибся.
– Шизуне, – отходя от меня шепчет Цунаде. – Прости. Я… Я перенервничала. Ты не обращай внимания. Я…
Опустив голову, Цунаде разворачивается и уходит. Я же стою, смотрю ей вслед и шипя потираю шею.
Совсем спятила. Нет, она и раньше не являлась образцом адекватности. Но вот сейчас… Интересно, что у неё в голове происходит? Ну… Да буду я тебя спрашивать. Ага. В письменном виде, в трёх экземплярах. Оборзела. Тьфу…
(Час спустя. Общежитие. Джирайя.)
– Ну вот, можно и ложиться. Зубы почистил?
– Ага! – восклицает довольный жизнью Наруто.
– Умылся?
– Ага.
– Тогда быстро спать! А то как за ногу поймаю, как начну щекотать.
– Не уходи, – вцепляется мне в ногу мелкий. – Пожалуйста.
– Ну ты опять. Ну что такое? Как домой пришли, второй раз уже. Прекращай.
– Не могу. Мне страшно. Вдруг я проснусь, а тебя нет.
– Да куда я денусь? Здесь я, с тобой, – говорю, подхватываю мелкого на руки и отношу к кровати. С трудом отцепляю его от себя, укладываю и сажусь на край: – Слушай, а тебе не, кажется, что у нас тут тесновато?
– Я не замечал.
– А я заметил. Думаю, нам надо переехать в дом побольше. Завтра займёмся этим вопросом. Посмотрим, повыбираем, что-нибудь найдём. А потом ты решишь, стоит нам брать или нет.
– Я? – искренно удивляется Наруто. – Но я не умею.
– Вот и научишься. Ты же у меня большой. Хм-м-м, а что если нам…
Вырубился. Эх, везунчик. Мне вот не до сна. Тревожно как-то. Не то чтобы меня всё это пугает, но всё же настораживает.
Укладываю рядом с Наруто его лягушку, осторожно встаю и подхожу к окну. Смотрю на улицу… Хех, тоже мне, агенты госбезопасности. Торчат под фонарём и в ус не дуют. Или не хотят? Или это такая демонстрация того, что за нами Анбу присматривают? Очень может быть. Однако зная как работают Анбу, обезопасится всё же не помешает.
На подоконнике, чакрой выжигаю вязь символов. По окну и стенам проходит рябь. Барьер, простенький, но немного улучшенный. Никого не пропустит, а если кто взломать попытается, шума будет на всю деревню. Но, надеюсь на то, что таких дураков здесь нет и покой Саннина, то есть меня, никто не осмелится потревожить.
Снимаю хаори, сбрасываю кимоно и сажусь на пол. Печать концентрации… Эх, нравится мне это. Думать спокойно можно. Что я имею на данный момент? Нет, речь сейчас не об этой помойке по недоразумению называемой Коноха, а именно обо мне. Что у меня получилось? Нарастил целых пять килограмм мышечной массы, необычной, а улучшенной. Волокна крепче, эластичнее, конечно, энергии потребляют куда как больше, но оно того стоит. Два дополнительных нервных узла, дающие мне скорость, как восприятия так и реакции. Ещё, можно сказать, появился блок управления СЦЧ, что немаловажно. Контроль расхода и выработки чакры безусловный плюс. Глаза, прочие органы чувств, кожа, кости, суставы. Всё это меня радует. Хорошее тело, отличное. И возраст не помеха. Кое-какие манипуляции и внешне я лет на пять помолодел. Внешне, внутри же на все десять, а то и больше. Органы в порядок привёл… Жаль будет бросать такой скафандр. Жаль… И Наруто… В чем-то Цунаде была права. Боюсь, что в крайнем случае, мне всё же придётся сменить оболочку. Мало ли… Но я не хочу! А если приспичит? Тело хоть и сильное, но всё же не бессмертное. Да и тут не особо безопасно. Убийцы, заговоры. Как развязать себе руки? Пока даже не представляю. А если подумать? Убить меня, по сути очень просто. Конечно, пуля в голову меня не возьмёт, были случаи. Больно, но не смертельно. Но, меня можно отравить чем-то убойным, заморозить, сжечь. В конце концов хватит достаточно сильно повредить тело там где людей не будет и всё. Восстановиться при совсем сильных повреждениях не получится, придётся эвакуироваться... А там пять циклов или по местным меркам час и я загнусь в мучениях. Нда… Ситуация. Причём безвыходная. Усилить самого себя я не могу, пробовал и неоднократно, как был комком слизи, так и остаюсь. Так же, есть предел модернизации тела в котором я живу. Хм-м-м… Ну это понятно, сильно хорошо тоже нехорошо. И вот теперь передо мной встают следующие задачи. Во-первых, не угробить вот это тело. Потому как мелкий такой потери не переживёт, да и мне оно несмотря на все минусы очень нравится. Во-вторых, надо здесь со всеми разобраться. Этот гадюшник меня напрягает и напрягает сильно. В-третьих, не сдохнуть окончательно, то есть совсем. Что учитывая местные реалии, где все то огнём плюются, то ещё хрен знает чем, сложновыполнимо. В-четвёртых, мне надо держаться подальше от Цунаде и Шизуне, потому как глядя на Сенджу, хочется сорваться и сделать страшное. Если точнее то обнять, подхватить на руки и унести в закат. Да, она меня невероятно бесит, выводит и вызывает самое глубокое чувство отвращения. Но вместе с этим, её присутствие будоражит. Заставляет сердце биться чаще. Что касается Шизуне… Видимо, это передалось от предшественника и это глупо, но мне приятно женское общество. Вот вроде бы ничего такого, сидели разговаривали, а внутри всё дребезжало и подпрыгивало. И это несмотря на полный контроль организма.
Нда, будет сложно. Но сложно не значит невыполнимо. Так что… А почему нет? О нет, нельзя. Мне работать надо. Я не создан для любви и прочей романтики. Да, по стечению обстоятельств и унаследованных слабостей, я плюнул на правила и взял под опеку маленького человечка. Но отношения с кем либо, это уже совсем перебор. А как быть с естественными позывами и тягой людей к размножению? Ведь у Джирайи… То есть теперь у меня, никогда и никого не было. Организм молодеет и скоро начнёт требовать женской ласки. Женской ласки? Какое странное выражение. Ладно, эту проблему легко можно решить деньгами. Или… Ну, случайные связи без обязательств тоже никто не отменял. У людей и такое бывает. О чём я вообще думаю? Какие связи? Приятные. Это да, но об этом позже. Пока отдохну и соберу информацию, а потом уже начну мутить… Эм… Действовать. Да, я начну действовать.
****
Утро, резиденция, стоим в кабинете Хирузена. За мной с утра прискакал дёрганый Какаши и попросил без задержек прийти на аудиенцию к Третьему. Пришлось оставить Наруто дома и идти. А здесь… Состав немного изменился. Помимо меня, Хирузена, Цунаде, двух старых кочерыжек и четвёрки Анбу, в кабинете присутствуют новые действующие лица. Шимура Данзо, собственной персоной. Сидит и крайне фальшиво улыбается. Двое Анбу Корня, видимо охраняют эту грёбаную развалину. А также, в кабинете есть тот, кто может раскусить меня. Никто иной, как сам Яманака Иноичи. И кажется я знаю что они затеяли. А обстановка явно напряжённая. Хирузен крайне серьёзен. Цунаде… Тут сложно, но судя по взгляду она ненавидит всех здесь собравшихся, особенно меня. Анбу ненавидят Анбу Корня. Старейшины ехидно улыбаясь поглядывают на Данзо. Яманака стоит и всем своим видом показывает то, что сейчас хочет находится подальше отсюда. Ну хорошо. С памятью я работать умею. Поэтому кое-кто сейчас обломится.
– Хирузен, что это за спектакль? – первым нарушаю тяжёлое молчание. – Я думал мы всё вчера решили.
– Решили, Джирайя, решили, – дымя трубкой ворчит Сарутоби и не скрывая презрения смотрит на стариков. – Но у Старейшин разыгралась паранойя. Это обычная проверка. Понимаю, для тебя это может показаться унизительным, но давай развеем их подозрения.
– Хех, а может развеем самих Старейшин? Там и напрягаться особо не надо. Пнуть хорошо, они сами песком рассыпятся.
– Джирайя, пожалуйста, – качает головой Хирузен.
– Хорошо. Стул дайте.
Анбу приносят мне стул, сажусь, подмигиваю Цунаде, от чего она зеленеет и делает вид что её тошнит.
