Текст книги "Я пришёл (СИ)"

Автор книги: Артём Соболь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 28 страниц)

С трудом открываю один глаз и сквозь пелену вижу маленькую комнату. На кровати я, за столом у окна сидит Шизуне. Рядом с ней лежит Тон-Тон. Можно сказать мне повезло, но радоваться пока ещё рано. Потому что техника не помогает. Конечно, мне легче, но...

– Воды… – с трудом хриплю, на что Като вскакивает, берёт со стола кувшин и…

Выхватываю у неё посудину и быстро опустошаю. Падаю на спину, смотрю в потолок…

– Ну как ты? – с грохотом подтащив стул спрашивает Шизуне.

– Уже лучше. По мне видно что я вчера пила?

– По тебе видно, что ты вчера умерла. А если судить по запаху, то загнулась ты, недели две назад.

– Ну спасибо. А теперь… Где мы? Как мы сюда попали и что вчера было?

– Ты в общежитии, – начинает Като. – В моей комнате. Я тебя принесла, после вчерашнего. А вчера было… Ты перебрала и попёрлась соблазнять Джирайю.

– Я? – подскакиваю, но от боли хватаюсь за голову и аккуратно ложусь обратно. – Как это?

– Ну, ты перебрала. Очень сильно перебрала. Прям очень. Как никогда. Разработала план как заставить Джирайю снова ползать за тобой. Привела меня к дому Какаши, заставила сесть в кусты, сняла лифчик и пошла.

– О Ками! Като, это уже не смешно. Я, конечно, могу вычудить, но чтобы так…

Видя ехидный взгляд Шизуне, сую руку и… Ну допустим. Это сколько выхалкать надо было?

– А дальше?

– А дальше… Ты жаловалась, заигрывала с ним, но он тебя раскусил, – кривится Като. – Он был… Джирайя всё понял. Он признался тебе, попросил не лезть, но вместо того чтобы уйти, ты поступила как никогда подло. Попросила обнять тебя. И он пошёл к тебе.

– А я?

– Тебя вырвало, – злорадно улыбается Като, как вдруг становится серьёзной и добавляет. – Не лезь к нему.

– А то что? Тебе какая разница?

– Он человек, а не твоя игрушка.

– Был бы человеком…

– Хватит! Всё кончено. Оставь его в покое. Сама не позорься и его не мучай.

– Ладно…

Да, позориться действительно хватит. Но как? Как я могу отстать от него? Это ведь всё, было частью моей жизни. Да мне без этих его нелепых ухаживаний выть хочется. Тем более, он стал таким… Таким… Правильным, серьёзным, уверенным. А я?

– Пойдём, – встав кивает Шизуне.

– Куда?

– На источники. Надо тебя в порядок привести. А то и правда, выглядишь так себе.

– И выпить…

– Никаких выпить! – рявкает Шизуне. – Мне ночи хватило. Тащить тебя пьяную, такое себе удовольствие. Пошли.

– Пошли.

Что это с ней? То слово поперёк сказать не могла, а теперь вот… Да кроме уговоров и нытья я от неё ничего не слышала. Сейчас что случилось? Сейчас, я веду себя как тварь. И ей это надоело. Ей надоела я. Ей, Джирайе, всем. Я умудрилась задолбать единственных близких мне людей. Всё! Пора это прекращать и оптимальным вариантом, будет заткнуться и обходить Джирайю десятой дорогой.

****

Источники… Жарко, пахнет травами, мылом и алкоголем. Над бассейном клубится пар. Такой густой, что уже в метре никого не видно. Скидываю полотенце, забираюсь в горячую воду и приваливаюсь спиной к камням.

– Красота…

– Держи вот, – подходя ко мне, протягивает бутылочку Шизуне. – Но только одну. Чтобы легче стало.

– Спасибо, – киваю ей, выпиваю и отдав бутылку погружаюсь в воду.

В-о-о-от, это то, что мне сейчас нужно. Даже жить хочется. Теперь посидеть вот так пару часов и всё будет… Нет, так как раньше уже никогда не будет. Чтобы придумать? План по охмурению Джирайи с дальнейшим издевательством над ним… Это глупо. Да, мне обидно. Да я хочу чтобы он вёл себя как раньше. Но… Да ну его. Действительно, лучше отстать. Да, так будет…

Из размышлений меня вырывает смех. В бассейн хохоча и что-то обсуждая забираются судя по голосам пятеро. Отходят к противоположной стороне бассейна и…

– А мы сегодня снова виделись, – начинает судя по голосу хозяйка магазина одежды.

– Неужели заходил?

– Заходил. На чай. Посидели, поговорили. Очень интересный мужчина. И такой…

– Нашла интересного, – перебивает её грубоватый голос. – Все знают что он извращенец.

– А вот и не правда. То есть раньше был. Я сама его от источников отгоняла. Но вот теперь!

– Что? Ну не тяни, – кричат все.

– Вежливый, обходительный, сильный. Красивый, что немаловажно. Видела его голым, в примерочной, когда футболку подавала. Так там такие мышцы… Едва сдержалась, потом переодеваться пришлось.

– Он старый, – тянет грубоватый голос и я готова поклясться, что это Инузука Цуме.

– Так и мы не молодые, – возражает хозяйка магазина одежды. – Давно уже не восемнадцать. А тут такой симпатичный вариант. Умный, детей любит, это сразу видно. Вон, о Наруто как заботится. Внуком называет. А тот к нему тянется, ни на шаг не отходит. Чего ещё желать можно? Надо к рукам прибирать, пока кто-нибудь раньше не успел. Завтра специально своего оболтуса в магазин приведу. Пока они с Наруто играют, мы в примерочной уединимся.

– Ха! Так он с тобой и уединился, – хохочет Цуме. – Кто ты, и кто он. К тому же, он в Сенджу влюблён. Она всё время за ним таскается? Вместе с Като.

– Кто таскается?

– Тихо! – зажав мне рот рукой шикает Като. – Давай послушаем.

– Так у них же всё. Я сама слышала и видела. Всё на крыльце моего магазина происходило. Сенджу как бешеная прилетела, давай права качать и спрашивать с него. А мой Джирайя, сходу ей сказал, что ищет для Наруто бабушку. А ещё, сам Иноичи его память проверял. Так вот там он узнал, что Джирайя, вы не поверите, девственник. Проверенные люди говорили, они врать не станут.

Ах вы твари… Вы на нервах моих играть вздумали? Стоп! Какие игры? Они же меня не видели. Или видели и специально ревность вызывают? Или…

– Наверное для этой мымры себя берёг, – громко кричит Инузука.

– А может для меня? – не унимается хозяйка магазина одежды. – Для симпатичной и обеспеченной вдовы. А что? Чем я не бабушка для Наруто? Да и мальчик замечательный, а не чудовище как нам рассказывали.

У-у-у-у! Сука! Ты у меня выпросишь. Вдова хренова. Я тебе спину сломаю! Ты… Я не ревную. Не-не-не…

– Гениальный план, – вздыхает третья. – Только вот у тебя ничего не выйдет.

– Это ещё почему?

– Потому что завтра, он ко мне на чай зайдёт. Моя пекарня ближе. Перехвачу, а там накормлю, Наруто на своих проходимок оставлю, а его попрошу помочь тесто замесить. Так и сойдёмся.

– Как у вас всё просто, – расстроенно говорит четвёртая. – А любовь?

– Не в том мы возрасте, чтобы любовь крутить, – выдыхает хозяйка магазина одежды. – Время выходит. Так что пока ещё не слишком поздно, надо устраиваться. А почему нет? Я ему заботу, ласку, нежность. А он мне защиту, крепкую мужскую руку…

– И кое-что ещё, – хихикает Цуме. – Мужское и крепкое. Ты права. Значит старушка Сенджу и плоскодонка Като остаются ни с чем?

– Ах ты сучка, – сжав кулаки рычит Шизуне. – Ну я тебе.

– Стоять, – хватаю её, скручиваю и зажимаю рукой рот. – Чего нервничаешь? Какая тебе разница?

– М-м-м! Нервничаю значит есть разница. Отпусти! Я их утоплю.

– Не вздумай, – крепче сжимаю Шизуне от чего она кряхтит и обиженно стонет. – Слушай.

Вот ведь женщины за тридцать. Какие коварные планы строят. Ну, а Инузука куда? Молодая ведь ещё. Хотя, от неё же муж сбежал.

– М-м-м-м! Цунаде, отпусти меня! – не успокаивается Като. – Я их порву.

– Буду держать пока…

Из непроглядных клубов пара, появляются двое. Цуме и хозяйка магазина одежды. И если вторая глядя на нас очень удивляется, то Цуме…

– Нда, – качает головой Инузука. – Нашли место для забав.

– Цуме, это не то что ты думаешь, – пытаюсь объясниться, но по улыбке вижу – бесполезно.

– Ага, две голые женщины, стонут и обнимаются. Сразу понятно, чем вы тут занимаетесь.

– Всё не так! – кричит Шизуне. – А вы… Чтобы близко рядом с Джирайей не видела.

– Ага, – кивает Инузука. – А почему? Ревнуешь? Так вы и без него хорошо время проводите. Ладно, развлекайтесь. Извращенки.

– Чо сказала? – срывается Като.

– Что слышала, – не оборачиваясь бросает Инузука. – Столько мужиков свободных, а они… Эх, до чего мы дожили. Одни извращуги вокруг. Ни стыда, ни совести.

– Кто бы говорил, – верещит Като. – Сама небось со своими собаками…

– Продолжай! – скалясь рычит Инузука, от чего Шизуне бледнеет. – Ну, договаривай. Я с собаками что?

– Ничего, – сглотнув бормочет Като.

– Смотри мне, – ужасно скалясь говорит Инузука. – Сейчас я сделаю вид что не расслышала. Но вякнешь такое ещё раз, заставлю сделать то, о чём говоришь. Поняла меня?

– Д-да.

Ну, ещё раз опозорилась. Теперь все будут думать, что мы с Шизуне… А вот… Ну нет. Хрен вам всем, а не Джирайя. Губу они раскатали. Мой он, мой. И ты Шизуне, тоже обломишься. Надо сменить тактику и пока его не взяли эти вот женщины, схватить и загрести себе. Откуда откуда такие мысли? Почему я ревную? Мне же…

– Идём, любимая, – оттолкнув от себя бледную Като, громко чтобы все слышали говорю.

– Цунаде… Ты…

– Пошли говорю.

Из тумана слышится смех, Шизуне выкатив глаза стоит и не знает что сказать.

Ну а почему нет? Мы с детства вместе. Надо всего лишь вести себя нормально и всё… Ну Джирайя, ты попал. Как никогда попал. Ты сам ещё этого не понял, но ты в моих руках.

Глава 15

(Два дня спустя. Дом Какаши. Джирайя.)

Сидя за столом, подперев рукой голову, смотрю как Наруто увлечённо рисует на листе бумаги палочки, чёрточки, кружочки и прочие закорючки. Борясь со своей неусидчивостью и бьющей через край энергией, человечек прикусив язык старательно выводит карандашом незамысловатые фигуры и линии. Без споров, нытья и пререканий, он работает. Да, ему это не нравится. Да, ему хочется на прогулку или просто поиграть, но он сидит и делает то о чём я его попросил. Рисует горизонтальную палочку, смотрит на неё, сверяет с образцом и с ожиданием смотрит на меня. Видит одобрение и с удвоенной энергией продолжает.

А вообще мне нравится его настрой и появившиеся убеждения. Дед сказал, значит надо делать. И делать правильно, но совсем не из страха наказания, а для того чтобы получить одобрение. Похвала, улыбка, совет как лучше сделать и Наруто из штанов готов выпрыгнуть, от радости.

Нда, всё же люди странные существа. Смогу ли я понять их? Да, полученная память даёт большие знания, но понимания не добавляет. Нет в людях холодного расчёта Технократов, так похожих на них существ. И нет инстинктивного как у рептилоидов. Больше всего, люди похожи на Таланианцев. Не внешне, а…

– Аккуратнее, ровнее, не торопись.

– Вот так?

– Именно так. Дорисовывай последнюю и можешь отдыхать.

– Фух… – изобразив последнюю чёрточку устало выдыхает мелкий. – Весь день…

– Ну во-первых не весь день, а только час. А во-вторых, ты молодец. С первого раза так хорошо даже у меня не получалось. Иди поиграй, но только во дворе, потом продолжим.

– Интересный подход к обучению, – не отрываясь от книги гнусавит сидящий в кресле Какаши.

– Ага, – провожая взглядом выбегающего из дома Наруто, киваю и как бы невзначай говорю. – Эх, талант. Настоящий бриллиант, правда пока ещё не огранённый. Ну ещё бы, у Минато и Кушины, просто не мог родиться глупый ребёнок. Да, Какаши?

Какаши на это захлопывает книгу, поднимает голову и сурово смотрит на меня правым глазом.

– Что уставился, Хатаке? За живое задел? Или что-то за собой чувствуешь?

– Кроме спинки кресла за спиной, ничего.

– Ну да. Понятно.

– Что понятно? – начинает злиться Какаши.

– Да так.

– Нет, Джирайя, давай продолжим. Будешь обвинять меня? Скажешь, что я бросил сына своего наставника? А что я мог? Взять его себе? Да кто бы мне позволил? Мне близко запретили подходить. А где был ты? Ты знал о том, что Кушина беременна. Ты знал и…

– И я пришёл. И вот я здесь. Ты успокойся. Не думал я тебя обвинять. И всё же…

– Что? – понимая что сказал лишнего нервно спрашивает Какаши. – Что ещё?

– Ничего.

– Тогда я пошёл. Пойду…

– На кладбище? Будешь стоять там? А надо ли? Рин и Обито этим не вернёшь, а вот себя загубишь.

– Да чего тебе от меня надо? Что ты привязался? Я просто ваш телохранитель!

– Тебе сколько? Восемнадцать? Думаешь пришло время ставить на себе крест?

– Не твоё дело, Джирайя.

– Ну тогда иди. Иди Какаши, стой и страдай. Тревожь давно ушедших. Пусть и они наблюдая за тобой тоже страдают. Пусть видят как их друг, их товарищ, вместо того чтобы жить только и делает что изводит себя.

– Да пошёл ты! – выходит из себя Хатаке. – Ты…

– Я-то пойду, обязательно. А ты? Куда пойдёшь ты? Глубже в колодец или к свету? Ну, скажи мне, лягушка, куда ты прыгнешь?

Нервно махнув рукой, Какаши выскакивает из дома. Бросаюсь к окну и…

Процесс пошёл. Думай, Какаши, думай. Уверен, ты найдёшь выход из ямы в которую сам себя и загнал. Кстати тот случай, с его командой, наталкивает на нехорошие мысли. И ладно Обито, его как я знаю камнями завалило. Но Рин… Или мне везде мерещится подстава, или Минато не всё мне рассказал. Или всё, но это была не совсем правда. И я не думаю, что ученик врал мне. Но ведь его могли заставить увидеть нечто другое. В открытом бою, шансов против него было мало. А вот если так, хитростью. Гендзюцу или внушение. С этим надо будет разобраться, найти ответы. И я кажется знаю кто может мне их дать. Да, это Хирузен. Есть ещё один источник информации, по имени Данзо. Но из последнего всё придётся выбивать. Однако, Сарутоби чего-то тянет. Время идёт, а Цунаде всё ещё не на посту. Надо выяснить это. Вот сейчас этим и займусь. Ещё бы… А почему нет?

Лист чакропроводящей бумаги, специальная тушь, кисточка. Аккумулятор, микрофон, передатчик. Приёмник и дело в шляпе. На словах легко, на деле я без проблем могу изобразить только аккумулятор. Микрофон и передатчик, заставят попотеть. Или не заставят? Символ «слышать» есть. А как передать? С помощью чакры. Так… Вязь символов, чакра. На втором листе изображаю приёмник и… Не работает. Так, а если… Если упростить? Весь лист, послужит звукоулавливающей мембраной… Нет, не прокатит. Да чтоб тебя. Тут шиноби такую хрень создают, существ из другого мира призывают, пространственные карманы создают, а я на обычной рации затупил. Что мне надо? Надо чтобы голос преобразовался в чакру, эту чакру передать и поймать приёмником. Всё! Печать от прослушки! Берём за основу. Это не нужно, это убрать, вот это вывернуть. Микрофон готов.

Добавить передатчик, соединить, зарядить. Приёмник.

– Проверка, проверка, – прижав к уху один листок говорю в другой и услышав свой немного искажённый и едва различимый голос довольно улыбаюсь. – Работает.

Правда не идеально. Качество звука оставляет желать лучшего. Расстояние без антенны тоже, но на первое время хватит. Теперь это надо уменьшить, всё-таки лист формата А4, как минимум вызовет подозрения. Да и незаметно его никуда не прилепишь.

Быстро перерисовываю печать для прослушки на лист поменьше, размером со спичечный коробок. Приёмник рисую прямо на ладони. Ещё раз проверяю. Укладываю неудачные образцы на край стола и…

Можно приступать, главное по деревне тихо пройти, желательно незамеченным. Потому что в последнее время, спокойно пройти по улицам не получается. То в гости зовут, то помочь просят, а то и намекают на всякие непотребства. Не в открытую, очень завуалированно, но намекают. Одеваются вульгарно, тела свои обнажённые демонстрируют. Наклоняются. Это значит… Значит пойдём в резиденцию другим путём, по крышам.

Выхожу из дома и с удивлением вижу Какаши и Наруто. Мелкий, разложив на траве набор игрушечных кунаев, увлечённо рассказывает Хатаке о своём маленьком сокровище. Хатаке, что поражает, стоит и внимательно слушает. Это хорошо…

– Какаши, посиди с Наруто. Мне в резиденцию надо, по делам.

– Я с тобой! – тут же подпрыгивает мелкий. – Дед!

– Деду некогда, – смерив меня мрачным взглядом бормочет Какаши. – Придётся его отпустить. Пойдём, я научу тебя метать сюрикены.

– Настоящие?!

– Конечно, – глазом улыбается Какаши и показывает человечку зажатую между пальцами металлическую звезду. – За домом есть мишени. Пойдём.

– Молодец, – киваю Хатаке, за что получаю полный презрения взгляд и недовольное бурчание. – Наруто, слушайся Хатаке. Не скучайте, я быстро. Как вернусь пойдём на прогулку.

Совесть замучила. Ты, Какаши, сам ещё не понял, но первый шаг ты только что совершил. Дела идут. Теперь бы ещё как-нибудь Цунаде в порядок привести. Жалко её. Да и чувства никуда не денешь, люблю я её. Люблю… И с радостью готов носить на руках, всю оставшуюся жизнь. Даже несмотря на её… Нельзя. Как ни крути, мы с ней не пара… Это потом, сейчас есть дела поважнее.

****

Забег по крышам, спрыгиваю вниз, встаю на землю. Подтягиваю штаны…

Подстричься бы. Всё таки с такой гривой неудобно. Да и мыть такую роскошную шевелюру то ещё занятие. Однако, нельзя. Будет сложно использовать очень полезные техники. Их тоже надо доработать. Всё надо доработать. А потом…

– Джирайя, привет.

– Эм-м-м… – резко оборачиваюсь и смотрю на подходящую девушку. – Привет, Шизуне. А ты…

– Просто мимо проходила. Цунаде на совещании, у Хокаге, а я тут брожу, жду её. А тут смотрю ты с крыши спрыгнул. Думаю, надо подойти. Ты как? Как Наруто?

– Да нормально…

– Ну тогда я пойду. До встречи. Скорой. Да.

И эта двинулась. Ну ладно… Хотя, из общей картины она как-то выбивается. Все кто так отчаянно пытаются познакомиться, а после затащить меня в гости будут постарше. А тут… От греха подальше, надо держаться от них в стороне. А то моргнуть не успею, как буду у алтаря стоять. Нафиг мне это? Хочется, не спорю. Всё таки организм время от времени недвусмысленно намекает на дефицит женского внимания. Но… Сперва дела. А девка всё же симпатичная. Но сперва дела. Тем более там какое-то собрание.

Захожу в резиденцию, поднимаюсь по лестницам и останавливаюсь у двери в кабинет.

– С дороги, – киваю двоим стоящим у двери Анбу.

– Джирайя-сама, туда нельзя. Там совещание.

– Я сказал с дороги, Анбу. Третий раз повторять не буду. Ну!

Анбу переглядываются, кивают друг другу и, видимо, решив не рисковать отходят. Щёлкаю шеей, хватаюсь за ручку и силой толкаю дверь от чего она с грохотом бьёт в стену.

(Ранее. Кабинет Хокаге. Яманака Иноичи.)

Ещё одно дурацкое совещание на котором мы потратим кучу времени, но так ни к чему и не придём. Хирузен нас даже слушать не будет. Слово возьмут Старейшины, зачитают с листка какую-нибудь очередную муть, после чего нас отпустят. Правильно, зачем решать вопросы когда можно развести бесконечную говорильню ни о чём? Вот и сейчас начнётся. Митокадо зачитает, потом Кохару поддакнет, в конце Хирузен расскажет нам о Воле Огня. Каждый раз одно и тоже. А мы тут стой и слушай. Главы почти всех кланов, Сенджу как будущая Каге, все мы должны выслушивать бредни старых маразматиков. Эх… Когда уже…

– Начнём, – противным скрипучим голосом восклицает Митокадо дрожащими руками поднимает листок, откашливается…

В коридоре слышатся разговоры, едва не слетев с петель распахивается дверь…

– О как, – вваливаясь в кабинет выдыхает Джирайя, смотрит на всех присутствующих в кабинете, особое внимание уделяет старейшинам включая Данзо и гаденько так улыбаясь продолжает. – Собрание. Я поприсутствую.

– А что, бесклановым уже можно вот так врываться? – гневно глядя на Саннина спрашивает Хьюга Хиаши. – Хокаге-сама…

– Конечно можно, – неподдельно удивляется Джирайя. – Я официальный опекун Узумаки Наруто. Поэтому, могу представлять здесь интересы клана Узумаки. Выдохни, Хиаши. Расслабься. Да не красней ты так. И не дуйся, а то лопнешь, новую футболку мне забрызгаешь. Лучше займись саморазвитием, вспомни законы родной деревни. А то как-то неудобно получается. Целый глава клана, а в законах ничего не понимает.

– Да я… – пытаясь сохранить лицо, что откровенно говоря, не получается открывает рот Хиаши.

– Позорище? – часто моргая спрашивает Саннин.

– Прекратите! – рявкает Хирузен. – Потом займётесь вашим несомненно важным спором. Сейчас же… Митокадо, начинай уже.

Ух как! Хирузен сияет как новая монета. А вот Старейшины приуныли. Присутствие Джирайи, им явно не по душе. Так вам и надо, старые развалины. А вот… Цунаде старательно отводит от Джирайи взгляд. Цуме же напротив, выпятила грудь, пригладила волосы и разгладила складочки на одежде. Интересно… Но, кажется, сегодня нам скучать не придётся.

– Начнём, – встав и со страхом поглядывая на Джирайю скрипит Митокадо. – Нара Шикаку, ваше прошение отклоняется.

– Вот сука, – шепчет Нара.

– Акимичи Чоуза, ваше прошение так же отклоняется, – продолжает Старейшина. – Теперь поговорим о более важных делах.

– Конечно, о важных, – злобно шипит Акимичи. – О твоём радикулите. Сволочь старая, чем тебе новый ресторан помешал? Места навалом.

– Тем же чем наша лаборатория, – кивает Шикаку. – Поверить не могу, что мне приходится выпрашивать разрешение начать стройку на земле клана Нара.

– Я, думаю…

– Извините! – восклицает Джирайя, подходит к столу Хокаге и берёт пару листков бумаги. – Речь очень проникновенная, я запишу, ага. Чтобы не забыть. Ты продолжай, чего рот открыл? Захлопни варежку, муха залетит.

Растерянный Митокадо, мнёт лист с которого зачитывал, расправляет его и с надеждой смотрит на Хирузена. Тот в свою очередь разводит руками и улыбаясь, жестом просит Старейшину продолжать. Джирайя отходит и встаёт за нами. Где ни на кого не обращая внимания начинает шуршать бумагой. Рвёт её и вдруг… Судя по звуку жуёт? Зачем? Страшно интересно, но оглянуться и посмотреть… Я же глава клана мне стоит вести себя подобающим образом. Подожду…

– И это в то время, когда Коноха окружена врагами! – переходит на крик Митокадо. – Мы все…

– Как он достал, – зевая выдыхает Нара. – Сил нет.

– Тьфу! – слышится за спиной и тут же в щёку Митокадо попадает маленький шарик жёваной бумаги.

– Кто это сделал? – кричит Митокадо. – Кто?

– Тьфу!

Снова шарик, снова в щёку Митокадо, только теперь выше, почти в глаз. Синхронно оборачиваемся и видим…

– Это он, – указывая на Хиаши часто кивает Джирайя. – Вон, у него трубочка из кармана торчит.

– Действительно! – восклицает Цуме и пальцем указывает на кимоно Хиаши. – Ай-яй-яй, Хиаши, как ты можешь так со Старейшинами?

Хиаши, хоть и становится бордовым от злости, ничего не отвечает. Гордо поднимает голову и делает вид, что все мы здесь не более чем мусор. Как вдруг, слышится плевок, Хиаши прижимает руку к глазу, поворачивается к Джирайе…

– Слушай, речь очень интересная, – ехидно улыбается Саннин.

Смешно… Он специально их выводит. Старейшины в растерянности, Хиаши явно ничего вякать не будет. Просто и интересно. Что же будет дальше?

– Митокадо, продолжай, – кивает Хирузен.

– Скажи им что-нибудь! – верещит Старейшина.

– Что за безобразие? – встав спрашивает Сарутоби. – Как вы так можете? Взрослые люди, опытные шиноби, главы кланов. Но это ни в какие ворота не лезет. Два раза плюнули. Два! И ни разу не попали. Возьмите уже повыше. Продолжай Митокадо.

– Тьфу.

– А-а-а-а-а! – зажимая глаз рукой верещит Старейшина и прихрамывая убегает из кабинета. – Я так не могу.

– Попал всё-таки, – вздыхает Хирузен. – Ладно. Митокадо продолжать не может. Жаль, конечно, он долго готовился. Ну, у кого-нибудь есть вопросы?

– Есть, – выходит вперёд Учиха Фугаку. – Вопрос по поводу полиции. Хокаге-сама, на каком основании нам ещё сильнее сократили финансирование?

– На основании того, что так нужно, – ударив палкой по полу говорит Данзо. – Полиция не особо нужна в Конохе. Анбу Не, следят за порядком. Займитесь…

– А почему тогда я их не видел? – проталкиваясь через собравшся спрашивает Джирайя. – Учиха сразу видно, ходят по улицам, следят за порядком, а где твои выродки? Настолько стеснительные что показаться не смеют? А маски носят для того чтобы люди их румянец на щеках не видели? Они у тебя как школьницы?

– Они работают, – возражает Данзо. – Им не обязательно быть на виду.

– Данзо, – улыбается Джирайя, подходит к столу, толкает пытающуюся не отсвечивать Кохару, вытаскивает стул, ставит и садится. Внимательно смотрит на Данзо и не скрывая отвращения начинает: – Слушай, а ты что здесь делаешь? Я же говорил не показываться в этом кабинете. А ты здесь?

– И что? – улыбаясь спрашивает Данзо.

– Ну не знаю. Например, вот это, – хватаясь рукой за стул спокойно говорит Джирайя.

От руки по стулу расползаются символы. Саннин резко вскакивает и бьёт Данзо стулом по голове. С такой силой, что со стола Хокаге слетают бумаги. Данзо же, прижимает ладонь к разбитой голове, охая покачивается и…

– Полиции надо удвоить финансирование, – говорит Джирайя и продолжает хреначить Данзо стулом, чем превращает его лицо и голову в кровавое месиво. – Ты понял меня? Удвоить!

Мне… Кажется, он… Намеренно унижает Данзо перед нами. Да! Мы с ним, можно сказать в союзе. А вот остальные… Ну, Фугаку проникся. Глаза круглые как блюдца. Недоволен только Хиаши. Надо… Кажется, план Джирайи начинается. Вот этого, Данзо точно не простит. Надо поговорить с Шикаку и Чоузой. Мы должны…

Джирайя валит Данзо на пол, наступает ему на спину, хватает за руку тянет на себя, ломает её и проворачивает.

– А-а-а-а-а! – верещит Данзо.

– Заткнись! – рявкает Джирайя, наступает ему на затылок и серьёзно смотрит на Хирузена.

– Так, – схватив бланк бормочет Сарутоби. – Увеличить финансирование в три раза. Замечательно. Фугаку, вот держи. Ещё вопросы будут? Нет? Тогда все свободны. Джирайя?

– Я завтра зайду, – волоча к окну окровавленное тело Данзо улыбается Саннин.

Открывает окно и выбрасывает Старейшину. Тут же прикладывает ладонь ко лбу и смотрит в даль: – Низко пошёл. К дождю.

– Варвар, – качает головой Хиаши.

Джирайя резко поворачивается и широкими шагами идёт к нему. Все стоящие перед ним, к ужасу Хиаши, благоразумно расступаются.

– Чего сказал? – наступив на ногу Хьюга спрашивает Саннин. – Не расслышал я. Повтори.

– Тебе показалось, – стиснув зубы шипит Хиаши.

– А-а-а-а-а, бывает. Старый я. И слух не тот, и глаз, и ноги как не свои. А ты чего скалишься? Приболел?

– С ноги сойди! – не выдержав кричит Хиаши.

– Ох извини, – наигранно сокрушается Джирайя, однако сам продолжает давить ботинком пальцы Хиаши. – Вот я не внимательный. Наступил на ногу главе клана Хьюга. А глава в сандаликах. Пальчики только носочком прикрыты. Какой же я невнимательный. Ты это, Хиаши, в следующий раз копыта свои убирай. Старенький я, на ноги людям наступаю, и ведь на голову наступить смогу.

Невзначай!

– Псих! – отшатывается от него Хиаши.

На что Джирайя ехидно улыбается, отходит назад, подмигнув мне резко разворачивается и выходит из кабинета.

– Все свободны, – раскладывая на столе бумаги кивает Хокаге. – Цунаде, останься.

Дружно, вслед за хромающим Хиаши выходим из кабинета. Уже в дверях оглядываюсь и вижу кое-что странное. А именно, Сенджу стоит и стеклянным взглядом смотрит себе на ноги. Точнее на тоненькую струйку крови, которая от места избиения Данзо стекла к её сандалиям. Неужели слухи оказались правдивыми и наша Великая во всех смыслах медик боится крови? Если так то… Мне сейчас о другом думать надо. Жабий Саннин в опасности. И мы просто не имеем права остаться в стороне.

– Шикаку, Чоуза, – догоняя друзей говорю. – Надо…

– Я знаю, Иноичи, – перебивает меня Нара. – План уже готов, то есть доработан, надо собрать людей.

– А время?

– Раньше чем ночью, Данзо своих не отправит. Время у нас ещё есть. Будьте готовы, к нам придут и будут угрожать. Не ведитесь, надоело мне это. Сделаем дело, тогда...

– А если провалимся? – подозрительно щурится Чоуза. – Нам тогда…

– Значит надо сделать так, чтобы не провалились, – уверенно заявляет Нара.

Надо, значит сделаем.

(Тоже время. Коноха. Джирайя.)

Чакру в печать, ладонь к уху и не дышать. Слышно плохо… Однако разобрать можно. Хирузен и Сенджу, разговаривают о её гемофобии. И тут… Нет, Цунаде крови не боится. То есть боится, но… Боится только когда на неё попадёт. Так может смотреть сколько угодно.

– Сенсей, я п-пойду, – еле ворочая языком говорит Цунаде.

– Да, конечно, – вздыхает Хирузен.

Едва различаю шаркающие шаги. Хлопает дверь… Хирузен, бормочет что-то невнятное. Кажется, шелестят бумаги.

Нет, весь мой опыт подсказывает, что Данзо и остальные, такой выходки мне не простят и начнут действовать. Вот сейчас… Сейчас. Ну, я же видел как Митокадо выглядывая из-за угла скрипел зубами. Ну…

– Хирузен! – кричит Митокадо. – Тебе срочно нужно принять меры. Это переходит все границы! Мы Старейшины, а не посмешища!

– Скоро я сниму с вас эти обязанности, – неуверенно бормочет Сарутоби.

– Хирузен, ты слаб! – верещит Кохару. – Если ты не можешь действовать, мы сами всё сделаем.

– Не посмеете. Вы…

Шаркающие шаги, постукивание палки по полу. Тяжёлый вздох…

– Я сам всё сделаю, – кряхтя говорит Данзо и шумно вздохнув продолжает. – Джирайя влез туда, куда ему не следовало. Своими действиями, он подвергает опасности всю деревню и наше главное оружие. Его надо устранять.

– Как бы он тебя не устранил.

– За меня не волнуйся, я справлюсь. Джирайя больше не будет мешать. Что касается джинчурики, я нашёл более подходящий сосуд.

– Но… Он же не переживёт извлечение. Данзо…

– Потеря одной никчёмной жизни, ради безопасности всей Конохи. Цена приемлемая. Ты, Хирузен, сиди спокойно. Занимайся делами и даже не думай дёргаться. А ещё лучше, забудь о своём ученике и джинчурики, уже завтра ни того, ни другого не будет. Я всё сказал.

Ну, сенсей, хоть для вида вякни что-нибудь.

Сильнее прижав руку к уху, изо всех сил напрягая слух пытаюсь услышать хоть что-нибудь, но кроме шагов, скрипа двери и наступившей после этого гробовой тишины, ничего не слышу.

Нда… Завтра нас не будет. А вот хрен тебе. У меня план есть. Надо подготовиться.