Текст книги "Я пришёл (СИ)"
Автор книги: Артём Соболь
сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 28 страниц)
Глава 35
Некоторое время спустя. Дождь.
Добрался быстро. Сейчас сижу на камне, смотрю на стену дождя, думаю что делать и вспоминаю как уходил. И было это… Тоскливо что ли? Впервые, впервые за долгое время, уходить, пусть как я предполагаю на время, мне не хотелось. Не хотелось расставаться с детьми. И совсем не хотелось видеть слёзы в глазах Мей. Которая, поскольку изменилась, смогла уловить мою тревогу.
Мне не хотелось… Как странно. Что я, что Джирайя, всегда уходили просто так. Едва ли с лёгкой грустью. А теперь… Стыдно признаться, но единственно о чём я мечтаю, быть рядом с моим красноволосым чудом. Учить детей, просто жить. Я за свою жизнь видел всякое, даже то что разумному существу видеть не следовало бы. Я видел богатство, роскошь, власть, несметные сокровища… Но как оказалось, настоящие сокровища это не деньги, не золото, не власть… Это, милая красноволосая девушка с большими серыми глазами. Добрая, чуткая, отзывчивая. Всегда готовая выслушать, приласкать, утешить и успокоить. Не крикливая вечно пьяная Сенджу, а Мей… Домашняя, уютная, ласковая.
Я сделал выбор, я решил. Выживу, обязательно женюсь. Я буду жить с ней. Я… Не время предаваться фантазиям. Я здесь по делу. Итак, мне предстоит пойти и всех…
Нет. Просто идти туда вообще не вариант. Бой на вражеской территории, без подготовки мне не нужен. Значит…
Подготовка. По периметру разложить мины, призвать жаб. Сражаться в сен моде. Или… Никаких или. Если я правильно всё понимаю, Нагато и Конан марионетки. Ими управляют. Но кто? Глупый вопрос. Управлять ими если верить бредням Гамамару может только Лунная Богиня. Значит приоритетная цель именно она. Но в этом случае, начинать будем снизу. Именно с марионеток. Прислужников, которые, возможно, сами не понимают зачем и почему всё это делают.
– Множественное теневое клонирование.
Клоны, почти две сотни, получают оружие и взрыв печати, разбегаются и проваливаются в землю. Немного подумав и порывшись в своей памяти, создаю сотню не теневых, а спасибо Змею за знания – грязевых клонов.
– Техника призыва, – прокусив палец хлопаю ладонью по земле.
– Никак заварушка намечается? – пыхнув трубкой смотрит на меня Бунта.
– Ага, причём очень серьёзная. Не потянем – сразу уходите. Вперёд не суйтесь.
– Как скажешь, – кивает Бунта.
Возможно… Я, конечно, не фаталист, но если руководствоваться знаниями Орочимару, этот бой вполне может стать для меня последним. Рановато я попёрся… Нет, не рано. Самое время. Ноль Седьмой никогда не давал врагам собраться с силами. Не даст и сейчас.
– Пора, – кивнув жабам иду к стене из дождя. – Чтобы не случилось, чтобы вам не показалось… Стойте спокойно, действуйте только тогда когда я скажу.
Подойдя вытягиваю руку, подставляю под капли.
Дождь пропитан чакрой. Они уже знают что я пришёл. Знают и скоро будут здесь. Вот только они не знают что я изменился. И нет, не страшно. Но немного жалко. Ученики всё-таки. И по сути, мне стоит не убивать их, а попытаться помочь. Но… Но, это как получится
Отхожу обратно к камню, сажусь, распечатываю еду из свитка. Жую бургер и жду когда явятся.
В стене дождя мелькают тени. Незаметно выплёвываю на ладонь симбионта, не убийцу, а нормального, с установками только обездвижить противника, и заставляю его заползти в рукав куртки. Жмурясь ем…
– Великий Жабий Саннин, – звучит приятный, но с нотками презрения женский голос. – Что привело тебя сюда?
– Здравствуй, Конан, – взмахнув рукой улыбаюсь девушке ангельскими крыльями. – Как ты выросла, как похорошела. Загляденье. Наверное от женихов отбоя нет? Какие глаза… А этот милый пирсинг…
– Зачем ты пришёл? – взмахнув бумажными крыльями спрашивает она.
– По многим причинам. Ты присядь, разговор будет долгим.
– Не трать моё время. Говори или…
– Или что? Что ты сделаешь, ангелочек? Убьёшь меня? А точно потянешь? Не надорвёшься? Сядь и выслушай меня.
– Быстрее.
– Быстрее это когда диарея в расплох застаёт. В остальных случаях можно и помедленнее. Не спеша, с чувством. Значит так, девочка моя. Тут до меня доходят слухи, о том что вы с Нагато совсем от рук отбились.
– Не твоё дело! – срывается Конан. – Если ты, старый идиот…
– Грубить мне? – доев бургер встаю и хрустнув шеей шагаю к девушке, на ходу заставляю симбионта спуститься на землю и ползти к Конан. – Своему учителю? Плохое это дело, неправильное. Я даже друзьям дерзость такую не прощаю. Орочимару, например, поступил так же. Хамил, грубил, угрожал. Потом без головы остался, деревня Звука существовать прекратила. Нет, тебе голову я не оторву. Но выпороть, по отечески, ремнём по заднице, это святое. Так с какого хрена вы тут с ума сходите? С какого чёрта этот сопляк Нагато себя богом считать начал? Совсем страх потеряли? Множественное теневое клонирование.
– Клоны? Теневые клоны? – не замечая ползущего к ней симбионта удивляется девушка. – Джирайя, ты серьёзно? Три жабы и орава теневых клонов? Против меня?
– Ну да, хватил лишнего, – заставляя себя покраснеть, якобы от стыда завожу руки за спину. – Но я должен был попробовать. Старый я…
– Я знаю. А выглядишь так молодо… Хенге, как у Сенджу?
– Да, девочка. Ты права. Именно Хенге. Ну, а что поделать? Морщины, радикулит, рожа серая. Не грим же мне накладывать? Не красиво это.
– Должна признать, – глядя на меня улыбается Конан. – Ты в молодости, был просто красавчиком. Стыдно говорить об этом, но я даже была влюблена в тебя. Была. Хватит глупых разговоров. Твоё время вышло. Тебя сразу убить? Или перед смертью желаешь помучаться?
– Давай медленно, – вставая на колени и заводя руки за голову киваю. – Хотя… Нет, лучше быстро. Давай, кунаем по горлу и всё…
Резать меня Конан явно не хочет. Безумно улыбаясь расправляет крылья. Крылья распадаются листиками бумаги. Все эти листочки кружатся вокруг меня и медленно облепляют.
Выжидаю. Когда листики начинают липнуть к лицу, а Конан предвкушая лёгкую победу подходит ближе… Отменяю технику, клоны с хлопками лопаются. Один кричит, машет руками. Конан отвлекается, симбионт прыгает и залепляет её лицо. Проникает в рот девушки…
– А-кха… Кха… – оставаясь без чакры падает она на колени. – Что ты сделал? Джирайя?
– Глупая девчонка, – вставая и стряхивая с себя бумагу качаю головой. – Это всё из-за самоуверенности.
– Джирайя… – заваливаясь на бок стонет она. – Ты…
– А я предупреждал о том что не стоит грубить учителю. Но ты… Эх, спи покамест. Потом разберёмся кто я тебе. Палачь или учитель.
Накрываю Конан свитком, запечатываю. Сворачиваю и сжимаю свиток в руке. Смотрю на так и не прекращающийся дождь…
– Нагато! – как могу громко кричу. – Конан у меня. Один твой неверный шаг и её не станет. Выходи, поговорим. Обещаю, если проявишь благоразумие, она не пострадает.
– Ловко ты с ней, – качает головой Бунта. – Растёшь. А я уже подумал что ты на самом деле сдался. Хитрец.
– Стараюсь. А вот теперь придётся драться.
– Это мы с радостью, – взмахивая мечом кивает Бунта. – Кстати, что за штука ей лицо залепила?
– Секретная. Не отвлекайся
Прямо передо мной появляются шестеро. Все с глазами как у Нагато, пирсингованые. Один вообще на человека не похож. Урод какой-то… Все в чёрных плащах с красными облаками. Все медленно идут ко мне и как только выходят из дождя…
– Ну и мразь же ты, Нагато, – глядя на шевствующего впереди Яхико качаю головой.
– У меня хороший учитель, – голосом Нагато вещает Яхико.
– Только на меня всё валить не надо.
– А на кого? Кто учил нас, тренировал, делился своими взглядами на жизнь, а потом бросил? Кто?
– Так всегда бывает. Учитель должен уйти. Ученики… Ну скажем так они не должны становиться идиотами. Как ты.
– Отдай Конан, – вытянув руку говорит Яхико.
– Что Нагато сделал с тобой? Почему ты такой?
– Яхико погиб. Он тебя не слышит. Это всего лишь марионетка исполняющая мою волю. Ты же…
– Как жаль, – качаю головой. – Самый адекватный из вас погиб. Остались только вы, отбросы. Идиот считающий себя богом и синеволосая шлюха. Не удивительно, всегда выживают вот такие мрази. Наверняка Яхико до последнего бился за вас, ничтожества. Хороший был ученик, не то что вы…
Марионетки бесятся, скрипя зубами рычат. Я же глядя на них…
Яхико мёртв. Это марионетка. Если не врёт. А если не врёт то все остальные тоже трупы. Управляемые… Яхико говорит голосом Нагато. А как ими управляют? Пирсинг. Пирсинг принимает чакру. Не зря же столько этой гадости в их лица понатыкано. Опасные противники, ничего не скажешь. Опаснее всего то, что Нагато не с ними. Он наверняка далеко, в безопасном месте. А ещё я не знаю на что способны эти марионетки. Надо было начать с разведки, но уже поздно.
– Верни Конан! – повышает голос Нагато. – Верни и я убью тебя быстро.
– Хочешь вернуть девчонку? – подкинув другой свиток, с взрыв печатями спрашиваю. – Верну. Но это вам не поможет. Я убью тебя.
– За что? – скалится Яхико.
– За то что спятили. За то что ты, Нагато, не уберёг Яхико. За то что вы трое, позор мира шиноби и мой лично. Забирай.
Бросаю свиток… Предмет замирает в воздухе, вращаясь плывёт к вытянутой руке марионетки и как только подплывает…
Проваливаюсь в землю, подрываю свиток и как только земля прекращает трястись, выпрыгиваю обратно. Смотрю на то что получилось и от досады плюю на землю.
Взрыв измочалил двоих. Многорукого урода не похожего на человека, и самого Яхико. Остальные… Один призывает чудовищных по размеру, пирсингованых зверей. Второй проведоит манипуляции. Из земли поднимается жуткая морда, открывает рот…
– Четверо, – пожимаю плечами. – Мои шансы растут.
– Бери этих! – кричит Бунта. – Мы возьмём на себя зверей.
В уродливую морду, в её открывшуюся пасть закидывают тела. Морда начинает жевать…
Сложив печати выдаю поток огня. Один из врагов выпрыгивает вперёд и поглощает технику. Поглощает полностью…
Прыжок, кувырок, вперёд улетают три взрывных куная. Два попадают в грудь, третий летящий в голову враг просто ловит. Синхронно звучат три взрыва. Руки поглощателя техник отваливаются. Осколки куная выбивают глаза и пробивают голову. Поглощатель падает…
Шарик с кислотой. Бросаю со всей силы. Тело с хвостом на затылке и чёлкой с правой стороны лица, ловит снаряд и невзначай раздавливает. Дымясь пытается стряхнуть с рожи кислоту.
Рывок вперёд, на ходу пистолет в руку и выстрел в висок противника. Тело падает, звери теснящие жаб с хлопками исчезают.
– И это всё?
– Не всё! – голосом Нагато кричат оставшиеся. – Путь ада.
И тут оба нападают. Один пытается ударить, второй, тот что поднял морду, если не ошибаюсь, горит желанием прикоснуться.
Один полностью игнорирует рукопашные атаки, второй… Почему-то не хочу до него дотрагиваться.
Уворачиваясь отхожу в сторону, слышу крик Бунты и как могу шустро сваливаю. Двоих, торчащую из земли морду и всё вокруг заливает потоком масла. Прыгаю высоко вверх, выдыхаю огонь…
Масло вспыхивает. Полыхающие тела взлетают высоко вверх. Яхико и урод с ними…
Голова не жрёт их, она их восстанавливает. Плохо дело. Но арсенал у Нагато, просто моё почтение.
– А как вам это? – сложив печать концентрации улыбаюсь.
На поверхность выпрыгивают клоны, прыгают к торчащей из земли морде и прокалывая её кунаями лепят к ней взрыв печати. Команда, мины и печати взрываются. Всё место боя взлетает на воздух. Вверх летят пылающие фонтаны масла, горящие комья земли. Разорванные тела, оторванная половина жуткой морды. Висящую в воздухе четвёрку сносит взрывной волной. Все они кувыркаясь разлетаются в разные стороны.
– Ай-яй-яй, какие сильные. Но ничего… Акх…
Договорить не успеваю. Гравитация сходит с ума и давит с такой силой что падаю на колени. Тянусь к пистолету, успеваю перезарядить, но удержать не могу, оружие прилипает к земле.
Сую руку в карман, сжимаю шарик с кислотой… Чувствуя как стекло трещит, с трудом выпрямляюсь…
– Силён, – опускается передо мной обожжённое тело Яхико. – Ну, другого от Саннина я и не ожидал.
– Джирайя! – пытаясь подняться кричит прижимаемый к земле Бунта. – Держись…
– Глупая жаба, – качает головой Яхико. – И ты, учитель, ещё глупее. На что ты надеялся? Придя сюда, ко мне, к богу, чего ты хотел добиться?
– Оторвать тебе голову. А над телом грязно и прилюдно надругаться. Два раза. Такой ответ тебя устроит?
– Глупо… – вздыхает тело Яхико. – Что дальше, учитель? Ты проиграл, отдай мне Конан и умрёшь быстро. Что ты на это скажешь?
– Сен Мод…
Мир вспыхивает яркими красками, давление уже не кажется таким сильным. Выбрасываю вперёд руку. Шарик уже покрытый трещинами улетает вперёд, разбивается о протектор Яхико и обдаёт его лицо кислотой.
Рывок вперёд, удар в шею. Тут же в голову, от чего говорилка Яхико одва не отрываясь неестественно откидывается назад. Хватаю тело, валю на землю, накрываю свитком и запечатываю.
– Ну что, придурки? – отряхивая руки спрашиваю. – Теперь что делать будете?
– А теперь им конец, – вставая мотает головой Бунта. – Зря вы так, со мной. Я ведь не Джирайя, я прощать не стану.
Тела пытаются что-то сделать, вот только… Вот только потоки масла и воды, которые выплёвывают все три жабы, ничего сделать не позволяют. А когда они сбитые струями падают, три бугая просто прыгают на них.
– Жалкое зрелище, – подняв одно раздавленное, но ещё шевелящееся тело двумя пальцами брезгливо морщится Бунта. – И это чучело себя богом называло? Тьфу…
– Самоуверенность, друг мой, – глядя как Бунта пальцами растирает тело улыбаюсь. – Плохое качество.
– Хм, разве? А ты…
– А я, дружище, даже половины своих способностей не показал. И надеюсь что не покажу, утруждаться лень. Старенький я. Пойдём, надо разнести ещё одну деревню. И Нагато на пупырь натянуть. Впервые буду вырывать кишки целому богу. Это знаешь ли так волнительно. Или не буду? Посмотрю что скажет. Но деревню эту поганую, по-любому с землёй сравняю. Бесит она меня.
– Вот таким, – качает головой Бунта. – Таким ты мне больше нравишься. Идём. Хм, а тебе не кажется что дождь прекращается?
– Ага, стихает. Слабак… Сопляк… Про кишки не знаю, но пороть сучёнка буду сильно. По отечески. Техника призыва!
– Джирайя-чан, – ворчит появившийся Фукасаку…
Ворчит, однако увидев меня замолкает и запрыгивает на плечо. Шима кивнув садится на другое.
– Шима-сан, – обращаюсь к жабе. – Помогите мне найти кое-кого.
– С радостью. Кого именно?
– Нагато, – заставляя Фукасаку вздрогнуть безумно улыбаюсь.
– Я помню его запах. Зессебаку, – выдыхает Шима.
Открывает рот, язык её удлиняется. Конец принимает очертания лица, открывает зубастую пасть и поворачивается.
– Мне нужна соль, – поводя плечами от такого жуткого зрелища киваю. – Хотя… Пошли…
Деревня встречает нас жиденьким сопротивлением разрозненных отрядов. Продвигаемся не спеша. Стягиваем на себя шиноби, позволяем гражданскому населению свалить. Что население похватав пожитки и делает. Те же кто решает сразиться…
Мне самому от этого противно, но что тут поделаешь? Жабы то и дело громогласно объявляют о том, что тому кто уйдёт ничего не будет. Раз не уходят… Их проблемы. Я не стану уговаривать, наставлять, читать лекции. Что выбрали, то выбрали.
А город впечатляет. Высокие шпили, прямо как в конфедерации. Или как у технократов, но наоборот. Техники, строят высотки вниз. Тут же…
– Туда, – указывая лапкой на самое высокое строение кивает Шима.
– Ну туда, значит туда. Идём в гости. Бога лупить будем.
– Ты так и до богини доберёшься, – ворчит Фукасаку.
– Надо будет и её достану. А там или голову ей оторву, или будет домработницей у нас.
– Это же богиня. Мать самого Рикудо…
– И что? Ну мать и мать, я тут причём? Мне что, надо уважение проявлять? Ну нет.
– Молод ты, Джирайя, – вздыхает Фукасаку. – Недооцениваешь своего главного противника.
– Так ты что-то знаешь. Фукасаку? Поделиться не хочешь?
– Стар я… Да…
– Давай без вот этого. Я тоже не юнец. Начал – говори. Продолжай…
– Новое видение Гамамару. Не знаю как это интерпретировать. Но если дословно, то…
– То?
– Всё не то чем кажется, Джирайя-чан. Дороги, их много. Пути переплетены, многие ведут в бездну. Другие обрываются. Дорога по которой идёшь ты, больше похожа лабиринт, который ты сам создаёшь. Один шаг и дорога разделяется на две. Ещё шаг, и вместо двух четыре. Все они извилисты, некоторые… Сейчас вспомню что он мне наплёл…
– Путь прямо, – продолжает за него Шима. – Иногда делает крутой поворот и выводит поиски к самому себе. Джирайя, если продолжит, будет бегать кругами, каждый раз замечая свою же спину у поворота. Но догнать не сможет. Все ответы в свете Луны. Вот так он и сказал. Мы не понимаем к чему всё это. Может ты догадаешься. Сейчас ты умнее.
– Напоминает размышления о смысле и тщетности бытия. Хм… Любопытно. Ладно, потом об этом подумаю. Идём…
Глава 36
Следуя подсказкам направляющей меня Шимы, добираемся до нужного здания. Где сопротивление… Его практически нет. Нас встречают не отряды, а команды из генинов и наставников уровня чунина. Попадаются люди в чёрных плащах с красными облаками. Но тут или я слишком хорошо в собственную модернизацию вложился, или у Нагато с кадрами беда, а может быть и из-за паники… Короче хоть что-то противопоставить взбесившемуся Санину, то есть мне, никто не может.
При встрече со мной робеют, теряются. Некоторые проявляют чудеса благоразумия и едва увидев меня сваливают. Другие же, хоть и дрожащими срывающимися голосами, но пробуют угрожать. Таких не жалею. Фанатики слепо идущие на убой за Пейна как называют здесь Нагато. Таких не жалко. Потому что идут они за смутной целью. Причём сами не понимают за какой. И это не патриоты, видел я и таких. Видел когда защищая родину, близких, убеждения, люди и прочие разумные творят настоящие чудеса. Но так же я видел и фанатиков. Им цели не нужны, они сами всё выбирают. В данном случае их выбор это смерть.
– Призыв жабьего желудка, – хлопаю рукой по стене.
Боковой коридор в котором нас ожидают местные шиноби мгновенно обрастает плотью. Плоть обволакивает людей, сжимает и выделяя кислоту растворяет.
Вышибая двери, по большей части металлические, уверенно иду вперёд. Редеющую с каждым шагом охрану сношу техниками и кунаями. В деревне жабы продолжают творить бесчинства. Больше показательно, для устрашения.
– Он там, – указывая вперёд на массивную дверь говорит Шима.
– Спасибо за помощь. Дальше я сам, – улыбаясь киваю жабам и как только они исчезают. – Расенган!
Дверь сминается и залетает внутрь. Сквозь клубы поднявшейся пыли вижу силуэты. Забрасываю в помещение несколько взрыв печатей. После взрывов, морщась от криков раненых заваливаюсь внутрь. Пинком добиваю уползающую девушку. Кунаем убиваю сидящего у стены парня. Раздавливаю голову человеку в чёрном плаще. Выдыхаю…
– Здравствуй, Джирайя, – хрипит вмонтированный в какую-то конструкцию и утыканный чёрными штырями Нагато. – Ты…
– Я да, – бросив в него симбионта улыбаюсь. – А ты нет. Твоё время вышло.
Симбионт не тормозит, проникает в рот Нагато, просачивается через пищевод, глушит очаг чакры и блокирует спинной мозг ниже шеи. Пережимает чакроканалы к глазам. Ослепляя противника перекрывает зрительные нервы чем полностью лишает его зрения, обволакивает мозг и готовится по первой же команде раздавить и сожрать.
Не тороплюсь. Понимаю что даже таким образом обезвреженный Нагато всё ещё опасен, но хочу просто поговорить. Нет, мне на него плевать и я бы с радостью вскрыл ему черепушку. Но вот тот я, который на самом деле Джирайя, это ничтожество жалеет. Ученик, всё-таки.
– Моё время, – видя что я не спешу усмехается Нагато. – Да, пожалуй ты прав. А ты умнее чем я думал. И хитрее…
– И красивее. Не упускай столь важные детали.
– Рад… – сглотнув шепчет Нагато. – Джирайя…
– Что ты сделал с собой, ученик? Зачем ты изуродовал себя? Почему? Как ты мог забыть то чему я учил вас? Как ты мог стать таким безумцем.
– Поверил в себя, – сглатывает Нагато. – Мои глаза…
– Ты Узумаки. У тебя есть живучесть, чакра, особая жизненная сила. Но, у клана Узумаки нет и никогда не было никаких додзюцу. Нагато, неужели ты, на самом деле не глупый мальчик, не понял что это не твои глаза?
– Нет… Извини учитель, но я…
– Всё можно исправить. Нагато, услышь меня. Я могу всё исправить. Иди за мной. Вместе мы сможем всё.
– Посмотри на меня, учитель, – вздыхает Нагато. – Что ты видишь? Я урод, инвалид. Я…
– Глупый мальчишка, который просто запутался в себе. Я помогу тебе. Тебе, Конан. Я заберу тебя в Коноху. Там твой клан. Другие Узумаки. Наруто, Мей, Карин, Таюя. Мы будем жить. Всё это останется страшным сном. Доверься мне.
– Добей меня. Пожалуйста. Я перенапрягся. Сражаясь с тобой я потратил чакру, перенапряг глаза. Я всё ещё не потерял себя только из-за силы воли. Избавь меня…
Идиот… Настолько кретин, насколько это вообще возможно. Неудивительно что именно он марионетка. Не удивлюсь если Яхико не погиб, а был намеренно устранён. А убрали его только потому, что он понимал какая хрень здесь происходит. В отличии от этих… Ладно, играем дальше. Тешим Джирайю и притворяемся добрячком. Симбионт, если что, мгновенно избавит эту жертву от мучений.
– Глупец… У тебя впереди целая жизнь, а ты…
– А я только сейчас понимаю как сильно ошибался. Сейчас, стоя на пороге смерти, я понимаю что всё это обман. Мои глаза, статуя, сила, голоса в голове… Всё это фальш.
– Я избавлю тебя от этого.
– Как? – подняв голову спрашивает Нагато. – Заставишь меня всё забыть? Лучше убей, как Конан. Я…
– Конан жива. И ты… Нагато, я помогу. Помогу тебе. Избавлю от увечий, воспоминаний, боли. Помоги мне и всё это забудется как страшный сон. Расскажи что с тобой случилось?
Говорить Нагато не спешит. На вопросы не отвечает. Командую симбионту выделять гормоны. От дозы дофамина Нагато улыбается, мотает головой, смеётся…
– Учитель, а помнишь как было раньше? Три сироты из Дождя и ты. Большой и сильный Джирайя. Никогда не забуду как мы все нарядились в костюмы жаб. Аха-ха…
– Нагато, говори. Пожалуйста. Если ты будешь молчать, я не смогу помочь тебе.
– Не надо. Всё кончено. Добей меня и уходи.
– Хорошо. Твоя воля. Я хотел как лучше. А знаешь… Неважно.
Выплёвываю на ладонь другого симбионта. Вырастив нервные окончания соединяюсь с ним. Закидываю установки.
Нагато сейчас перестанет существовать. Этот симбионт убьёт его, но не физически, а по другому. Его личность будет стёрта и перезаписана так как мне надо. Память сохранится, но для Нагато слегка изменится. Изменится так, как мне надо. И Нагато, прошлый умрёт, исчезнет, будет переварен, а потом собран по-новой из осколков воспоминаний и моей изменённой и подогнанной личности. Потому что не время разбрасываться такими сильными бойцами как Пейн. Да к тому же, генетически он всё равно останется Узумаки. А поскольку почти все известные мне Узумаки изменены, этому придурку выделяться не стоит. Экстренные ситуации, эаэустренные меры.
Подойдя сажу симбионта на лицо Нагато. Существо проникает внутрь, сразу подключается к своему находящемуся в голове Нагато собрату и съедает нервную систему. Усваивает память, растёт, заменяет собой ЦНС. Записывает на собрата всю имеющуюся в голове идиота информацию и начинает модернизировать тело и разум.
Вскоре, изо рта Нагато выбирается белая клякса. Прыгает ко мне на ладонь, сжимается в шар. Проглатываю её, концентрируюсь, заставляю подключиться к нервной системе и смотрю воспоминания. Пока симбионт разбирается с телом данной пока ещё безмозглой человеческой особи, выставляю пару теневых клонов на охрану. Сажусь на пол, складываю печать концентрации и погружаясь в медитацию смотрю воспоминания утырка… От увиденного вскакиваю, плюю на пол и рыча начинаю крушить мебель. Дойдя до Нагато замахиваюсь, скалясь рычу и…
– Неужели я встретил того, кто на самом деле работает как я? Хм-м-м, очень интересно. Признаю, план по своему гениальный. Многоходовочка на несколько сотен лет. Но зачем? Для чего? Почему так долго?
А потому что кукловод, за столь долгое время, уверовал в свою безнаказанность. Оставаясь в тени, нашёптывая легковерным, слабовольным и слабоумным, сломленным и одержимым местью то что надо, он не столько манипулировал всеми ими, сколько банально играл. И заигрался…
– И вот тут встаёт вопрос, – встав обращаюсь к своему клону. – Как…
– Как подтянуть к себе Цунаде и Мей не потерять? – нахально улыбается клон. – Ну, тут всё просто. Вы резонируете. Значит, женщины найдут общий язык. Найдут сразу же.
– Ага, – поддакивает второй. – Это просто. Незнаю как именно ты установил иерархию, но у тебя получилось. Ты впереди. Мей и Цу за тобой, а дети… Они дети, теперь ваши. Кстати, Конан.
– А что Конан?
– Красотка, – лыбятся клоны. – Ты сам это признал. К тому же она была влюблена в нас. Она сама сказала. Немного поработать над ней, и вот тебе третья.
– Спятили? – покрутив пальцем у виска спрашиваю их. – Я вам кто, прелат таланианский чтобы гарем себе заводить?
– Есть у меня идея, – улыбается один клон и игнорируя меня поворачивается к другому. – Примем предложение Фугаку, мне та Учиха очень понравилась. Ну та, которая нас всякой хренью накормила. Короче из каждого клана по одной берём. Выжидаем годик, меняем их, а потом создаём свой собственный клан. Вот смотрите, коллега. Додзюцу Учиха, сила Сенджу, живучесть и таланты к фуин Узумаки, клановые техники Яманака, Нара и Акимичи. Да наш клан всех за пояс заткнёт.
– Полностью с вами согласен, коллега, – хлопая в ладоши и кривясь мотает головой второй клон. – Ещё Инузука можно подтянуть. Чтобы совсем…
– Это вы совсем! Совсем спятили!
– Подожди, – жестом останавливает меня клон. – Коллега, не отвлекаемся на этого тугодума. Так значит как вернёмся в Коноху начнём действовать.
– Эй, вы охренели? Меня хоть постыдитесь. Я же…
– А как ты собрался мир менять? – смотрят на меня копии.
– Путём устранения главных уродов.
– Ноль Седьмой, – вздохнув качает головой клон. – Ну не в первый же раз. Не в первый раз ты так делаешь. И ты, как никто знаешь, что метод этот не эффективен. Ну уберём мы главных засранцев, ну установим мир. Ну и что? Пройдёт десять лет, двадцать, тридцать. И появится ещё какой-нибудь говнюк с острым желанием всё исправить и настроить под себя. Что хотел Нагато? Возродить Десятихвостого, запустить вечное Цукиёми и этим наладить мир? Ничего не напоминает? Ну, думай. Существа в капсулах, спят и во снах проживают жизни. А их энергия…
– Эрианцы, – сглотнув выдыхаю. – Технораса решившая устроить рай своим создателям. Погрузить их в капсулы, показывать им яркие сны.
– Ну, – улыбается мне клон. – И что в той истории пошло не так?
– Они начали использовать живых как батарейки. А когда энергии перестало хватать, заставили создателей видеть кошмары. Настолько жуткие, что разумные не выдерживали и умирали. Так почти погибла эрианская цивилизация.
– О нет, Ноль Седьмой, – качает головой клон. – Цивилизация погибла не из-за этого, не потому что машины восстали против создателей, а потому что мы не завершили дело. Вспомни как мы уничтожили центральный сервер. Вспомни как выпустили рабов из загонов и концлагерей. Как вытаскивали из капсул несчастных, практически замученных бесконечными кошмарами так похожих на людей существ. А что было потом? А потом мы улетели. Мы дали им свободу от гнёта взбесившихся машин. Мы совершили доброе дело. А когда на горизонте замаячили охотники, мы сбежали. И что случилось с эрианцами? Скажи мне.
– Они…
– Они разделились, – разводит руками второй клон. – Разделились на группы, ударились в религию, устроили передел власти вылившийся в гражданскую войну. По итогу, раса погибла. Ты знаешь это.
– Я не мог остаться с ними. Не мог…
– Фиара, – закрыв глаза выдыхает клон. – Милое местечко. Радиоактивные пустоши, озёра и реки химических отходов. Островок жизни в центре этого великолепия. Голодные, подыхающие от радиации и токсичных веществ существа. А на вершине он, Элас III. Самодержец, король, властелин своей помойки. Веками он угнетал народ. Терзал его и всеми силами пытался извести. Но тут, в мир пришёл герой. Элас сгинул. Его свора перегрызлась. Достойные сформировали новое правительство. Сколько они прожили? Ответь мне? Не можешь? Ну тогда я. Два года. Всего два года прошло прежде чем новый король уничтожил свой мир. Миллионы погибли. А что герой? Герой был далеко. Он сделал своё дело и ушёл. Вот только не доделал.
– О чём ты?
– Я о том, Ноль Седьмой, что поступи ты по другому и эти миры уже процветали бы. Ты мог изменить их. Мог спасти, но ты не сделал этого.
– Я не знал, – пятясь от клонов мотаю головой. – Я не знал что могу.
– А теперь можешь, – подходя ко мне скалятся клоны. – Можешь, но не хочешь. Давай возьмём самый пессимистичный сценарий. Завтра за тобой прибудет флот технократии. Тебе придётся уйти. И что будет здесь? Что будет? С твоим уходом, тот кто всем этим вертепом руководит, таки добьётся своей цели. И что тогда? Наруто, Карин, Мей, Саске, Цунаде. Все кто тебе дорог если не погибнут, то попадут в вечное Цукиёми и проведут остаток своих дней в иллюзии. Ты этого хочешь?
– Нет.
– А это будет, – заложив руки за спину расхаживает передо мной клон. – Что мы узнали? Многое. Сотни лет, Лунная Богиня выжидая удобного момента через своего выродка Зецу мутила воду. И намутила до того, что вот именно сейчас настал час расплаты. Что будет когда ты уберёшь всех её прихлебателей? Она затаится ещё на сотни лет. А потом продолжит. А может главная вовсе не она? Допускаю что и за ней кто-то стоит.
– Вполне возможно, – состроив умную рожу и подняв вверх палец выдаёт второй клон. – Как-то некрасиво всё это выглядит. Я бы сказал идиотизм зашкаливает. И это вовсе не значит что за рулём дебил. А значит это то, что управляет всем существо с совершенно другим мышлением.
– К чему всё это?
– К тому! – рычат на меня клоны. – К тому что даже если нам суждено уйти, надо менять мир. Не отдельных личностей, а всё человечество. Всё! Кого-то убирать, тех кто нужен изменять. Сразив главного мы ничего не изменим, а только отодвинем конец. Возможно ненадолго потому что ненависть к себе подобным в природе человека. Достаточно его только пнуть в нужную сторону и ты сам знаешь как это работает. Убей одного и появятся как минимум два мстителя. Дай им информацию, даже недостоверную дай им силу и через десяток лет мир утонет в крови. И тут помогут только два фактора. Общий враг, перед которым человечество сплотится, но это как ты знаешь мера временная. Или, более эффективная тактика – глобальное изменение самой природы человечества. Изменение путём внедрения в них симбионтов.
– Это подло.
– Рикудо, который делился чакрой с людьми так не думал, – скалится клон. – Раздавая ниншу всем и каждому, меняя людей, давая им сверхсилы он не страдал от мук совести. Чем мы хуже.
