Текст книги "Фиктивные бывшие. Верну жену (СИ)"
Автор книги: Ария Гесс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)
10
Лика
Слова Марка Александровича обрушиваются на меня, как ледяной водопад, выбивая воздух из легких и парализуя тело. Шум из зала, казавшийся таким далеким, теперь и вовсе исчезает, сменяясь оглушительным звоном в ушах. Я смотрю на него, не в силах произнести ни слова, а мозг отчаянно пытается собрать воедино осколки реальности. Это шутка? Розыгрыш какой-то?
– Что? – кажется, это всё, что я могу выдать в своём состоянии.
– Ты слышала, Анжелика, – его тон не оставляет места для сомнений. Это не вопрос, а констатация факта. – Я предлагаю тебе стать моей женой.
– С чего это вообще? – шок не отпускает. Я хлопаю глазами, глядя на него, как на нечто диковинное. Что вообще в голове у этого человека?
Он с минуту разглядывает меня оценивающим взглядом, будто ждет, что я подыграю ему, а потом закатывает глаза.
– Не глупи, Волкова. Ты же не думаешь, что ты меня привлекаешь? Я тоже на горю желанием связать свою жизнь с малознакомым мне человеком.
Его слова даже обижают. Я, конечно, понимала, что босс не видит во мне женщину, но чтобы так прямо об этом услышать…
Да и малознакомыми людьми нас будет назвать тяжело. По крайней мере с моей стороны уж точно, ведь я знаю все его любимые вещи, знаю то, на что у него аллергия, знаю его расписание, знак зодиака и даже политические пристрастия. И когда он говорит о «малознакомстве», он явно имеет ввиду его поверхностные знания об мне, отсюда ещё больше вопросов. Почему именно я?
– Тогда что за предложения вообще? – начинаю выходить из себя. Теперь все это кажется до жути унизительным.
– Это фикция, Анжелика. Фиктивный брак на бумаге. Как только я закрою сделку, мы разведемся.
Его холодные, до жути расчетливые слова, бьют наотмашь. А я что себе надумала? Что ни с того ни с сего генеральный посмотрит на такую, как я?! Ему что-то нужно от меня… Но брак?! Это уже слишком.
Я отступаю на шаг, сжав себя ладонями за плечи, словно пытаясь закрыться, защититься от него.
– Нет, – говорю на выдохе, и это слово придает мне сил.
Взгляд генерального темнеет. Этому мужчине не говорят «нет». Он к этому не привык.
– Ты становишься моей женой, получаешь защиту, статус и избавляешься от всех проблем с репутацией, а я решаю свои вопросы. Все в выигрыше, не надо строить из себя глупую, тебе это сейчас нужно не меньше, чем мне. Подумай, что будет, если ты мне сейчас откажешь? – давит он. – Работать мы больше вместе не сможем, а с той репутацией, что за тобой тянется, и с отсутствием рекомендательного письма, в какую фирму ты сможешь устроиться?
Он нагло напирает, плеща в меня не аргументами, а своим ядом. Беспринципный ублюдок! Давит на больное, шантажирует, не оставляя шанса.
– За что? – шепчу я, глядя ему прямо в глаза, пытаясь найти там хоть каплю человечности. – За что вы так со мной?
Он молчит и просто смотрит на меня своим тяжелым, изучающим взглядом, и в этой тишине я слышу, как бешено колотится моё сердце. Неподкупное, светлое, такое, каким мама его вырастила. Таким, каким я его берегла.
– Делайте что хотите, но я, – делаю акцент, а потом нагло вскидываю голову, – отказываюсь участвовать в вашем представлении!
11
Развернувшись, хочу уйти, чтобы в спокойном тихом месте… дать волю чувствам и поплакать, но тяжелый низкий тон останавливает на уровне инстинктов. Такому тону невозможно не повиноваться.
– Стой.
Замираю, но не оборачиваюсь, лишь крепче сжимая ткань своего платья. Слышу, как тяжело и шумно он выдыхает мне в спину. Этот звук полон усталости и чего-то еще… чего-то, чего я не могу понять.
– У меня нет выбора, Лика, – его голос резко звучит по-другому. Без напора, без власти, без прежней стали. Тихо, глухо и устало. – Моя… фиктивная невеста, с которой я должен был сегодня объявить о помолвке, отказалась в последний момент. Да ещё и, – он усмехается, и я понимаю, что вообще первый раз его таким слышу, – оказалась беременна. От другого естественно. То есть я даже отложить эту новость не могу.
– Я причём тут? – круто разворачиваюсь и не ожидаю, что он стоит так близко, но шагнуть назад не решаюсь, это покажет лишь мою слабость. – Вы в своем мире привыкли к такому, так найдите ту, которая любезно согласится это сделать. Почему я?
– Времени нет, а ты, на мой взгляд, идеально подходишь. Я бы сказал даже лучше, чем кто бы то ни был.
Он удивляет меня все больше и больше.
– И почему же? Разве вы только что не сказали, что как женщина я вас не привлекаю?
Генеральный напрягается так, что я вижу как ходят желваки на его скулах.
– Мне… тяжело говорить об этом, – чеканит он каждое слово.
– И вы решили угрожать?
– Это проще, чем просить.
– А вы пытались?
Марк Александрович смотрит на меня с вызовом, а я отвечаю тем же.
– Просто представьте, что будет, если сделка сорвется, Лика. Договор с китайскими инвесторами держится на моем имидже стабильного и почти семейного человека. Если они узнают, что брака и не должно было быть, что будет? Срыв сделки, а потом? – он делает паузу. – Сотни людей, которые месяцами работали над этим проектом, которых мы наняли специально под него, будут уволены. Без премий, без зарплат. Компания понесет колоссальные убытки. Возможно, даже одно из представительств придётся закрыть.
С каждым его словом температура воздуха между нами поднималась, и сейчас, кажется, все готово полыхнуть. Босс кладёт руки в карманы и наконец отходит от меня, давая возможность спокойно вдохнуть. Он отходит к окну и смотрит вдаль.
Впервые за все время я вижу не всемогущего Марка Ярова, а просто мужчину, загнанного в угол.
– Я прошу тебя… – он не смотрит мне в глаза, но даже такая просьба дается ему с огромным трудом. Это видно. Похоже, ситуация действительно серьезная. Да и люди… столько людей откажется в критическом состоянии. А я могу это предотвратить.
Моя личная обида и мое унижение кажутся такими мелкими на фоне судеб сотен людей.
Я обдумываю это снова и снова, взвешивая мысленно все за и против, хотя внутри уже все итак понимаю.
– Я помогу вам, – шепчу, сама не веря своим словам. Я в шоке от того, что сейчас буду играть роль счастливой невесты этого сложного, жестокого человека. Моего босса, к которому даже подойти никто раньше не смел. Человека, при виде которого я трепетала. И далеко не от нежности. Этот человек не про тепло. Он про ледяной холод.
Обернувшись, босс смотрит на меня так странно. Мне даже кажется, что у него на лице проскальзывает тень облегчения.
– Спасибо, – тихо говорит он. А затем протягивает мне свою руку.
Я лишь тяжело выдыхаю, мотнув головой, и прежде чем вложить в неё свою, выдвигаю свои условия.
– Это продлится не больше года, вы не посмеете ко мне прикоснуться и прекратите эти ужасные слухи о моем назначении.
– А ещё тебя повысят, я буду платить тебе в десять раз больше, чем сейчас, и когда мы разведемся, позволю оставить свою фамилию, – добавляет он, а мне глаза выколоть ему хочется. Ну что за самовлюбленный индюк?!
– Себе оставьте, – кривлю губы в ответ на его ухмылку.
– Я пошутил, – ровным тоном говорит босс, – про последнее. Все остальное будет приятным бонусом.
Закатываю глаза, а потом все же вкладываю свою ледяную ладонь в его теплую, и он уверенно ведет меня обратно в сияющий зал.
Шум накрывает нас с головой, но теперь он другой. Все взгляды прикованы к нашим сцепленным рукам. Я вижу, как несколько его помощников бросаются к нам, но Марк останавливает их одним жестом.
– Соберите журналистов. Всех. Через пять минут у сцены. У меня объявление, – снова возвращает голову непоколебимую жестокость.
Что же он за мужчина вообще?
12
Мы идем сквозь толпу, которая тут же расступается перед нами, оглядывая с ног до головы. Я чувствую себя героиней какой-то комедии и прямо чувствую, как посредине пути у меня сломается каблук, я запнусь и кубарем полечу вперёд, утаскиваю за собой и генерального.
От такого воображения улыбаюсь, представив эту картину, и в этот же момент действительно спотыкаюсь. Ногу простреливает ужасная боль, я раскидываю суматошно руки, не зная, за что зацепиться, как в эту же секунду меня обнимают властные сильные руки. Они заключаются меня в кольцо так, что я практически дышу грудью босса.
Уровень сердечного ритма зашкаливает, и я несмело поднимаю вверх глаза.
Босс смотрит на меня без недовольства, без холода. Как-то странно спокойно. А потом подносит руку к моему лицу и убирает выбившийся локон, заправляя его за ухо, ненароком касаясь чувствительной кожи на щеке и шее.
– Простите, – выдаю тихо.
– Я всегда рядом, чтобы поймать тебя, Лика, – произносит с хрипотцой, и я завороженно смотрю на этого превосходного актера.
Через несколько минут нас окружает плотное кольцо репортеров. Щелчки затворов, вспышки камер, гул вопросов. А я все ещё смотрю на него, теперь уже в профиль, не отойдя от шока.
Марк Александрович поднимает руку, призывая всех к тишине. Затем мягко притягивает меня ближе, обнимая за талию, и его сильный и уверенный голос тут же разносится по залу:
– Дамы и господа, я хотел бы сделать важное объявление. Все собрались здесь, чтобы отпраздновать слияние компаний и созданию новой эры в жизни технологического прогресса. Пользуясь случаем, в этот знаменательный для всех день я хочу представить вам свою невесту и будущую жену – Анжелику.
Он поворачивает на меня голову и смотрит с такой нежностью, что прокашляться хочется.
У меня нет таких актерских способностей, к сожалению, поэтому я просто хлопаю глазами и сильнее сжимаю рукав его пиджака.
– Как давно вы вместе?
– Почему раньше об этом не было слышно?
– Разве это не ваша помощница? – раздаются один за одним вопросы репортеров, но Марк Александрович рубит их довольно жёстко.
– Я не тот человек, который будет распространяться о своей личной жизни. И даже это объявление было сделано потому, что я хотел показать уважение перед своими сотрудниками и поделиться с ними своей радостью. Что касается остального – это личное, куда я никого, – жёстко чеканит он, – и никогда не пущу.
Зал взрывается аплодисментами. Я стою, ослепленная вспышками, и улыбаюсь на автомате, чувствуя, как рука босса на моей талии не дает мне упасть. К нам подходят сияющие китайские инвесторы, пожимают Марку Александровичу руку, одобрительно кивают мне.
– Господин Яров, мои поздравления! – говорит самый главный из них, пожилой мужчина азиатской внешности. – Прекрасный выбор! Такой союз нужно отметить с размахом! У меня есть вилла на озере Комо, это было бы честью для меня, если бы ваша свадьба прошла там.
Марк Александрович кидает на меня взгляд, и я вижу, что подобным раскладом он явно недоволен, но все же соглашается.
– Господин Ли, благодарю за предложение. Мы с радостью его примем, – сухо проговаривает, но инвестор, видимо привыкший к характеру босса, все же расплывается в довольной улыбке.
– Отлично! Мой помощник все организует. Я думаю, следующая неделя – идеальное время, не так ли? Вы ведь говорили, что свадьба совсем скоро!
Следующая неделя?!
Мир перед глазами начинает плыть, и я нервно дергаю босса за рукав.
Какая неделя?! В смысле?
Генеральный сжимает губы в тонкую линию, давит на меня взглядом, мысленно говоря, чтобы ничего не испортила, а потом одной фразой рубит мою и без того расшатанную психику.
– Отлично. Следующая неделя нам подойдет.
Я в шоке отпускаю его руку, и, кажется, до меня только сейчас начинает доходить реальное! Реальное положение дел.
Моя свадьба. На следующей неделе. С генеральным. Да это чёртово безумие!
13
Тишина в салоне роскошного майбаха давит на уши после оглушительного шума праздничного зала. Босс почти любезно предложил довезти меня до дома, поэтому я сижу на мягком кожаном сиденье, глядя в окно на пролетающие мимо огни ночного города, и чувствую себя так, словно меня выдернули из моей реальности и поместили в чужой, непонятный мир в стеклянном шаре про золушку, которая должна выйти за богатого и красивого принца.
Поворачиваю голову и смотрю на жесткий профиль Марка Александровича. Богатый, красивый, вот только далеко не принц моей сказки. Я бы сказала больше на антигероя похож. И он станет моим мужем… Господи, я сойду с ума! Кто меня за язык тянул?!
Невеста… я буду его невеста. Это даже звучит как бред сумасшедшего, так как же поверить в него?
Через полчаса мы подъезжаем к моему дому. Марк Александрович останавливает машину, но не спешит разблокировать двери. Напряжение между нами не спадает ни на секунду.
– Свадьба... через неделю. Я не думала, что все будет так скоро, – мой голос звучит тихо и неуверенно.
– Ты сама на это согласилась, – жестко и безэмоционально отвечает он, глядя прямо перед собой. – Какая разница, быстро все это случится или нет? Для нас обоих это просто сделка. Чем скорее начнем, тем скорее закончим.
– Я даже переварить не успела, к чему настолько всё быстро?
– Я предупреждал, что все серьезно. Мне нужна была невеста срочно, иначе я не обратился бы к тебе.
Ну да, конечно, – кривлюсь мысленно.
– Я ведь и маме даже не сказала ничего, для неё же это будет шок невероятный. Вот что я ей скажу?! «Мама, привет, я тут через неделю замуж выхожу за своего босса, о котором ты ничего не знаешь»?!
– Расскажи ей о сделке и всё, – равнодушно выдает он.
– Что? Тогда вы можете смело начинать искать другую невесту, потому что мама точно меня после этого убьет.
Кажется, всего на секунду, но босс усмехается.
– Вам смешно?
– У тебя есть пара дней, чтобы подготовить ее, – снова возвращает сталь в голос, словно обсуждает квартальный отчет, а не мою жизнь. – В выходные я приеду знакомиться с ней.
Знакомиться? С мамой? Этот бесчувственный стальной монстр придет покорять мою яркую, добрую маму? Я представляю его, в своем идеально сшитом костюме, в нашей небольшой гостинной, и меня пробирает истерический смех. Шок достигает своего пика. Я больше не могу находиться с ним в одном пространстве.
Дернув за ручку, вылетаю из машины и со всей силы хлопаю дверью. Громкий звук кажется единственным способом выразить все то, что бушует у меня внутри. Не оглядываясь, я бегу к воротам, чувствуя на спине его тяжелый, непроницаемый взгляд.
Когда я захожу домой, мама уже спит. Я тихонько целую ее, а потом иду в свою комнату, так и не поговорив. На следующий день как назло будильник не звонит, и я, инстинктивно проснувшись от ощущения внутреннего опоздания, подскакивают с ужасом и отмечаю, что должна как раз сейчас быть на работе!
Суматошно натянув на себя черное платье-футляр и завязку волосы в дульку, я, даже не подкрасившись, успеваю схватить у мамы одну гренку.
– Буду вечером, мам! Нам надо поговорить! – кричу из коридора, надевая чёрные лакированные лодочки, а потом выбегаю на улицу.
В офис вхожу, словно на поле боя. Готовлюсь к шепотком, косым взглядам, но вместо этого меня встречает оглушительная, почти благоговейная тишина. Сотрудники, увидев меня, опускают глаза и стараются как можно быстрее прошмыгнуть мимо.
Не успеваю я дойти до своего стола, как из-за угла вылетает Стеша, та единственная, с кем я здесь по-настоящему дружу.
– Лика! – шипит она, хватая меня за руку и утаскивая в сторону пустого переговорного зала. – Ну ты даешь! Народ в офисе вчера гудел, как трансформаторная будка под высоким напряжением. Новость о вашей помолвке разлетелась быстрее, чем вирусное видео с котиком, который уронил ёлку!
Она тараторит без умолку, а я просто стою, пытаясь переварить информацию.
– А самое главное, – Света понижает голос до заговорщицкого шепота, – Семена Борисовича чехвостили и в хвост, и в гриву, а всю ту пьяную компанию с вечеринки, которая тебе нахамила, сегодня утром уволили! Просто взяли и аннулировали пропуска, а потом сказали, что они тут больше не работают. Говорят, Марк Александрович ещё и такие рекомендательные дал, что их теперь даже охранниками в круглосуточные не возьмут. Весь офис в шоке. На тебя теперь смотрят, как на священную корову в Индии – боятся даже дышать в твою сторону, не то что косо посмотреть.
Сравнение с коровой прям в стиле Стеши, но сейчас это последнее, что меня заботит, ведь ее слова не приносят облегчения. Наоборот, внутри все закипает от гнева. Босс поступил слишком жестоко. Я ведь просила просто рты им закрыть, но не увольнять. Он просто взял и решил чужие судьбы, выставляя меня какой-то мстительной стервой.
– Где он? – цежу я сквозь зубы. – Где сейчас босс? Я хочу срочно поговорить с ним.
14
Развернувшись на каблуках, я злой фурией мчусь к его кабинету. Мне плевать на субординацию, на правила, на все. Вчера своим предложением он позволил мне это сделать. Распахиваю тяжелую дверь без стука, готовая высказать ему все, что думаю.
И замираю на пороге.
Он стоит ко мне спиной, без пиджака и рубашки.
Взгляд тут же цепляется за рельефные мышцы на его спине, которые перекатываются под бронзовой кожей. На мгновение забываю, как дышать. Смущение окатывает с головы до ног, особенно когда он поворачивает назад голову, и я встречаюсь с его хищным взглядом.
Тушуясь, отвожу свой, скользя им ниже, вдоль его позвоночника, и когда босс разворачивается, замечаю то, чего определенно точно видеть не должна, судя по его гневному взгляду. На его боку, чуть ниже ребер, расползается темное, багровое пятно сквозь наспех наложенную повязку.
Весь мой пыл испаряется в одно мгновение, сменяясь ледяным ужасом.
– Что это? – шепчу, сама не узнавая свой голос.
– Выйди, – грубо чеканит он.
Босс пытается затянуть края повязки, но она лишь сползает, открывая длинную, рваную ссадину на боку. Выглядит ужасно.
Я не думаю, что делаю, тело движется само, подчиняясь какому-то инстинкту. Расстояние между нами тает в три моих быстрых шага. Подхожу к нему вплотную, и мои пальцы сами тянутся вперёд. Осторожно, почти невесомо, прикасаюсь к его горячей коже рядом с раной. Под моими подушечками чувствуется, как напрягаются стальные мышцы его пресса.
Он не отталкивает меня. Просто стоит, как скала, и смотрит на меня сверху вниз. Долго. Странно. Его темные глаза, в которых обычно плещется лед, сейчас кажутся бездонным омутом, и я чувствую, как тону в этом взгляде, забыв, как дышать.
– Вам нужно обработать рану. Вы же занесете инфекцию.
Ожидаю, что он сейчас нагрубит, выставит меня за дверь, прикажет не лезть не в свое дело. Но он молчит, изучая мое лицо, а потом переводит взгляд на мои руки, которые почему-то дрожат.
– Умеешь делать перевязку? – его вопрос звучит глухо и неожиданно тихо. Совсем не так, как он говорит обычно.
Я коротко киваю, не в силах оторвать взгляд от его раны. Оглядевшись в кабинете, замечаю на кожаном диване открытую аптечку.
– Могу?
Он не двигается, лишь слегка кивает. Это так странно, словно делаю что-то неправильное.
Осторожно подхожу к аптечке, достаю антисептик, вату, бинт. Мои пальцы действуют на автомате, вспоминая мамины уроки – в детстве я была ходячей катастрофой с вечно разбитыми коленками.
Вернувшись к нему, набираюсь смелости и шепчу:
– Присядьте, пожалуйста.
Он подчиняется, опускается на край своего массивного стола. Теперь мы почти на одном уровне. Я смачиваю ватный диск в перекиси, и когда подношу его к ране, чувствую, как он напрягается. От его близости по моей спине бегут мурашки. Я стараюсь дышать ровно, сосредоточиться на задаче, но воздух вокруг нас густой, наэлектризованный, что звенит от непонятных эмоций.
Почему я стала так себя чувствовать возле него? Разве впервые с ним наедине?! Я столько времени работала на него, что сейчас не так?!
– Не нужно было их увольнять, – не выдерживаю, нарушая тишину и стараясь перевести тему, чтобы не думать о том, что вводит меня в замешательство и путает мысли.
– Мои решения не обсуждаются, – говорит резко.
– Но это из-за меня, – поднимаю глаза, встречаясь с его отражением в стекле панорамного окна. – Я не просила об этом. Теперь по офису будут ходить слухи, будто я какая-то мстительная стерва, которая избавляется от неугодных вашими руками.
Он усмехается, и эта усмешка, отраженная в окне, выглядит особенно хищно.
– Лика, – произносит мое имя медленно, с расстановкой, и от этого простого звука у меня все внутри сжимается. – Ты согласилась стать моей невестой. Привыкай. Слухи теперь – твои постоянные спутники. Ты собираешься реагировать на каждый из них?
– Нет, но…
– Никаких но, – грубо обрывает. – Мы не дети, чтобы обсуждать подобное, – жестко, без капли понимания.
Не решившись и дальше спорить, я заканчиваю с перевязкой и отступаю на шаг. Босс медленно проводит рукой по чистому бинту, затем поднимается, вновь возвышаясь надо мной. Безразличие снова несменяемой маской держится на его лице.
Надев белую рубашку, он подходит к столу, достает из бумажника черную пластиковую карту и протягивает мне.
– Завтра вечером у нас ужин с инвесторами. Ты должна выглядеть соответствующе.
Я смотрю на карту, потом на него.
– Я надену что-то из того, что у меня есть.
– Нет, ты возьмешь карту и купишь одежду, которая подобает женщине, стоящей рядом со мной, – невозмутимо отрезает он, выводя меня из себя.
– Зачем же тогда предложили мне ею стать, раз такая, как я, вам не подходит?
– Ты – подходишь. Твоя одежда, – он оглядывает меня беглым взглядом, останавливаясь на гульке на голове, – и вообще внешний вид – нет.
– Тогда надо было общаться в эскорт-сопровождение, – не унимаюсь я. Почему-то меня правда обижает тот факт, что он считает мою одежду недостойной его.
И зачем я в это всё ввязалась?!
– По-моему мы решили этот вопрос, – хмурится он, а потом морщится, словно ему резко стало больно, но тут же вновь возвращает лицу невозмутимость.
Ничего не ответив ему, лишь сжав покрепче зубы, я тяжело выдыхаю, снова подхожу к аптечке. Покопавшись в ней немного, достаю обезболивающие.
– Выпейте, – кладу лекарство перед ним на стол, пока он пытается испепелить меня взглядом.
Усмехнувшись, босс потирает щетину, а следом резко подходит, притягивает меня к себе, заставляя стукнуться о его пресс и невольно вскрикнуть, а потом тянет резинку с моих волос, распуская их.
Каштановые пряди каскадом струятся по плечам, а я стою, не дыша и не понимая, что он вообще делает.
– Не завязывай волосы, не дерзи, возьми карту и купи все, что только хочешь. Разве это сложно? – шепчет он, наклоняясь ближе, почти к моим губам.
– Нет, – отвечаю, отстраняясь назад настолько, насколько это позволяет его рука на моей талии, но он упрямо наклоняется вперёд. – Что… что вы делаете?
– Пытаюсь найти способ заставить тебя слушаться, – усмехается.
– Я… я поняла вас. К-куплю платье.
– И туфли.
– И туфли, – словно болванчик повторяю.
– А еще запишешься на макияж и прическу в салон, в который прошлый раз записывала мою маму.
Киваю, только бы избавиться от его близости, от мыслей, которые при этом возникают, от вида его пухлых губ около моего лица…
Он резко отпускает меня, засунув в мой карман карту, а потом стягивает с кресла пиджак и надевает его.
– Идём, Лика, я покажу тебе твое новое место, – говорит, пока я ещё прихожу в себя и восстанавливаю дыхание.
– М-место?
– Ты больше не можешь работать моим помощником. Я повысил тебя. Теперь ты директор по связям с общественностью, – ошарашивает меня босс таким тоном, что я понимаю – у меня нет и шанса отказаться.
