Текст книги "(не) прощу тебя, предатель (СИ)"

Автор книги: Ари Дале

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц)

Глава 13

Саша тащит меня обратно по коридору. Его пальцы грубо впиваются в мое плечо, шаги широкие, быстрые. Я едва поспеваю за мужем. Иду на автомате. Ноги не хотят слушаться, колени не гнутся. В голове… пустота.

Меня одолевает настолько сильный шок, что приходится силой заставлять себя дышать. Не говоря уже об остальных действиях.

“Муж не поверил врачу”, – вдруг вспыхивает в мыслях. – “Саша не поверил, что я больна”.

Ступор так резко спадает, что по телу проносится жар ярости. Обида простреливает мозг, очищая разум. Судорожно втягиваю воздух, пытаясь вернуть себе самообладание.

Как Саша мог не поверить?

Шумно выдыхаю и торможу, как раз в тот момент, когда муж нажимает на кнопку вызова лифта.

Створки сразу же разъезжаются. Саша делает шаг вперед. Тянет меня за собой. Но мои стопы словно прирастают к полу.

Кровь начинает бурлить в венах. Желудок стягивается то ли от неверия, смешанного с гневом, которые проносятся по телу, то ли от того, что я не ела почти двое суток.

Последние на мне точно сказывается, ведь руки трясутся. Хотя… причиной дрожи может быть и стресс, который пришлось пережить.

Вот только все уходит на второй план, когда Саша оглядывается через плечо. Его брови оказываются нахмурены, глаза сужены, ноздри раздуваются. Он злится. Но на этот раз мне плевать на его беспочвенную ярость. Мне куда важнее получить ответ на вопрос, который буквально рвется наружу.

– Как ты мог подумать, что я подкупила врача? – губы едва шевелятся, поэтому слова выходят слишком тихими.

Но я точно знаю, что Саша все расслышал, потому что он поджимает губы и впивается в меня пронзительным взглядом. Складывается впечатление, что муж что-то ищет на моем лице. Понятия не имею, что именно он хочет найти, но скрыть ничего не пытаюсь. Я открытая книга, а вот происходящее в голове Саши остается загадкой.

– Неужели, ты нашла альтруистку? – муж выгибает бровь.

Едва не роняю челюсть на пол.

Не знаю, что сказать.

Просто не понимаю, как Саша превратился из любящего мужчины в обвиняющего меня непонятного в чем… монстра.

Вспышка ярости, которая «подпитывала» меня, сменяется растерянностью. Силы резко испаряются. Слабость прокатывается по телу, из-за чего голова начинает кружиться.

Саша же пользуется моим секундным замешательством. Затаскивает меня в лифт. Разворачивается вместе со мной. Нажимает на «единичку».

Хоть мы находились всего на третьем этаже, я рада, что нам не пришлось спускаться по лестнице. Сейчас у меня даже на такое простое действие не хватило бы сил.

– Давай разведемся, – опираюсь на металлическую стену сзади.

Холод пробирается сквозь ткань водолазки. Поручень впивается в поясницу. Но по сравнению с пальцами мужа, этот небольшой дискомфорт – ничто.

– Манипуляции подъехали? – качает головой Саша, ловя мой взгляд в искаженном металлом отражении.

– Нет, – произношу на выдохе, свободной рукой хватаясь за поручень. Мне нужна хоть какая-то поддержка. – Я серьезно. Не вижу больше смысла в нашем браке.

Чувствую, как Саша напрягается.

– Я подумаю об этом, – говорит муж спустя какое-то время.

Подумаю? Подумаю?! Какого черта? Я же предложила вполне адекватный вариант решения проблемы. Не будет брака – не будет раздражающих мужа «манипуляций». В чем загвоздка? Или Саша собирается до конца моей, возможно недолгой, жизни, мучить меня?

Резко поднимаю голову, перед глазами темнеет, но я на секунду прикрываю глаза, восстанавливая зрение.

– Ты не понял, – произношу я на удивление четко. – Я просто ставлю тебя в известность. Завтра же подам на развод.

Створки лифта разъезжаются. Но вместо того, чтобы выйти, Саша дергает меня на себя. Пальцы соскальзывают с поручня. Поддержка исчезает.

Очередной резкий поворот лишает меня хрупкого равновесия. Темнота возвращается с новой силой. Тело слабеет. Колени подгибаются.

– Никакого развода не будет! – рык мужа доносится до быстро заполняющего туманом разума.

Но не осознать слова, не, тем более, ответить не получается – земля уходит из-под ног, сознание улетает.

Глава 14

– Что с тобой? – Саша встряхивает меня.

Сознание резко возвращается. Вот только зрению нужно немного времени, чтобы восстановиться. Пару раз моргаю, прежде чем снова начинаю видеть лицо мужа. На долю секунды мне кажется, что я замечаю на нем признаки тревоги, но они быстро стираются. Остаются лишь прежняя беспочвенная жесткость.

– Я больна, этого тебе мало? – мой голос звучит тихо, по телу все еще распространяется слабость.

Мышцы просто напросто отказываются слушаться. Вот только пальцы мужа с силой впиваются в мои плечи. По идеи, мне должно быть больно, но я не чувствую дискомфорта, причиненного мужем. Все мои силы уходят на борьбу с головокружением и попытки восстановить контроль над телом. Поэтому я даже рада, что Саша не отпускает меня. Если бы не он, я бы точно распласталась у его ног.

Вдобавок к железной хватке, муж смотрит на меня. Пристально. Строго. Неверяще.

Благодаря его взгляду, я все осознаю.

– Мало, значит, – хмыкаю.

В сердце словно очередную иглу вонзают. Вроде бы за последние два дня я должна была привыкнуть к выходкам мужа, но меня все еще задевает его недоверие. Не понимаю, чем его заслужила. И видимо, это останется тайной. Ведь Саша не спешит делиться сокровенным. Он может только грубо разговаривать и обращаться со мной словно я какая-то преступница.

На мгновение прикрываю глаза. Набираю в грудь побольше воздуха. На дрожащих ногах делаю шаг назад, собираясь продолжить путь. Вот только Саша все также меня не отпускает. Ждет. Явно, хочет получить ответ на свой вопрос.

Мои плечи опускаются, сил на борьбу как не было, так и не остается. Поэтому вместо того, чтобы бросить мужу в лицо, какой же он все-таки козел и уйти, я просто едва слышно произношу:

– Я два дня ничего не ела. Такой ответ тебя устроит?

Муж сводит брови к переносице. Его пальцы сильнее впиваются в мою кожу. Места соприкосновения начинает жечь, возможно, даже синяки останутся, но я молчу. Если честно, на такие мелочи мне сейчас плевать.

– Серьезно? – Саша сужает глаза.

Мой желудок словно по команде болезненно сжимается и громко бурлит. Муж опускает на него взгляд, прежде чем снова вернуться к моим глазам. Смотрит вопросительно, требовательно.

– А когда я могла поесть? – переступаю с ноги на ноги, пытаясь найти “удобную” позу. – Сначала я была у врача, потом ты запер меня в комнате до утра, после чего без завтрака потащил с собой на работу. Дальше на целый день оставил у себя в кабинете, приставив конвой. В конце концов, мы снова оказались в больнице, – перечисляю все произошедшее со мной за двое суток, словно это случилось с кем-то другим. Абстрагируюсь максимально, чтобы не позволять ужасу, связанному с осознанием, что мне давалось пережить, проникнуть разум. – Хорошо, что у тебя в кабинете вода была, иначе… – прерываюсь, понимая, что эмоции начинают прорываться сквозь плотину, построенную между ними и реальностью.

Слезы подкатывают к глазам. Судорожно втягиваю воздух, чтобы не дать им пробраться наружу. При этом не позволяю себе прервать зрительного контакта с мужем. Пытаюсь найти в незнакомце передо мной когда-то любимого человека.

Но… не вижу его.

Отчего мне становится еще хуже.

Куда делся Саша, который сделал мне предложение на берегу моря? Куда делся мужчина, который однажды примчался ко мне, когда я на тренировке подвернула ногу и на руках вынес из здания? Куда делся любящий человек, который сам укладывал меня в кровать, стоило мне затемпературить?

Куда делась наша любовь и забота друг о друге?

– Пошли, – Саша так резко хватает за руку, что я не успеваю сориентироваться.

Муж вытаскивает меня из лифта и тянет через холл к выходу.

– Куда мы? – спрашиваю, мучаясь одышкой и постоянно спотыкаясь.

– В ресторан, – Саша открывает стеклянную дверь, выходит на улицу, не останавливается, пока мы снова не оказываемся в машине.

По дороге не пытаюсь заговорить с мужем. Просто откидываюсь на спинку сиденья, обнимаю себя за талию, борюсь с ноющим чувством в животе, которое иногда перерастает в острые, болезненные спазмы. Такое чувство, что стоило мне вспомнить о голоде, он вступил в свои права и теперь отыгрывается по полной.

Краем уха слышу, как муж звонит в ресторан. Говорит, чтобы приготовили какие-то блюда к нашему приезду. Вот только не сосредотачиваюсь на словах Саши, мне сейчас куда важнее просто дышать.

Медленно, размеренно дышать, пытаясь справиться не только с голодом, но и со слабостью.

До ресторана добираемся удивительно быстро, или я просто теряю счет времени.

Саша первый выходит из машины, огибает ее, открывает для меня дверцу и протягивает руку.

Но его помощью решаю не пользоваться. Самостоятельно выхожу на улицу, после чего, не чувствуя холода, следую в ресторан, который находится на первом этаже многоэтажного стеклянного здания кубовидной формы.

Через огромный светлый зал, заполненный людьми, нас провожают в отдельную комнату с окном, заменяющим одну стену. Остальное пространство белоснежное с золотыми рисунками у пола и потолка. Посередине, как я поняла, банкетного мини-зала стоит круглый стол, накрытый белой скатертью и сервированный по высшему разряду. Над столом висит ажурная золотистая лампа, свет из которой придает интимную атмосферу.

Муж отодвигает для меня стул у дальней стены, на который я с радостью сажусь и сразу же расслабляюсь. «Прогулка» до реставрации отняла последние мои силы.

Жаль, что восстановится не успеваю. Как только Саша занимает место напротив, из-за двери за его спиной появляется официант. Худощавый парень в белой рубашке и черных брюках сначала ставит тарелку с едой перед мужем, а потом – передо мной. После чего уходит, оставляя нас наедине.

Запах жирного жареного мяса моментально бьет в нос. Желудок болезненно сжимается. Меня тут же начинает мутить. На коже выступает холодный пот. Перед глазами все расплывается.

Задерживаю дыхание. Тяжело сглатываю.

– Ешь. Ты же голодна, – муж откидывается на спинку стула, складывает руки на груди.

– Я… – стараюсь дышать ртом, но это не помогает избавиться от противного, вызывающего тошноту запаха. – Я не хочу… не смогу…

Саша шумно выдыхает, выпрямляет спину. Пододвигается ближе, ставил локти на стол, заглядывает мне в глаза.

– Ты не выйдешь из-за стола, пока не съешь все! – угроза наполняет голос мужа.

Глава 15

Прикрываю глаза.

Глубоко вдыхаю, медленно выдыхаю. Изо всех сил борюсь с тошнотой.

– Ты же несерьезно? – удивительно спокойно спрашиваю у Саши, распахивая веки.

Муж откидывается на спинку стула, пристально глядя на меня.

– Ты же говорила, что голодная, – Саша вскидывает бровь. – Ешь.

Не знаю, что сказать. У меня просто нет слов. Смотрю на мужчину передо мной. Вроде бы узнаю. Тот же едва заметный шрам возле брови. Те же стальные глаза. Та же щетина. Вот только кое-что изменилось… от мужчины веет незнакомой жестокой, я бы даже сказала, беспощадной энергетикой.

Мой Саша никогда бы не стал издеваться надо мной. Наоборот, он заботился и поддерживал меня. А человек напротив бессердечный. Моего мужа словно подменили.

– Саш, – хочу предпринять еще одну попытку достучаться до мужа, при этом стараюсь не дышать и борюсь с болезненными спазмами в животе. – Почему? – единственное, что удается из себя выдавить. Но, думаю, и так понятно, что я имею в виду.

Судя по поднимающимся губам мужа, я права.

Мгновение вокруг нас царит тишина, после чего Саша вздыхает.

– Почему? – хмыкает. – Имеешь в виду, почему я не поверил в твой спектакль? – берет вилку и нож, начинает разрезать мясо, лежащее на белоснежной тарелке перед ним. – Или почему в моей жизни появились другие женщины? – накалывает мелкий кусочек на вилку, подносит к губам. – А может, спрашиваешь, почему я говорю, чтобы ты все съела? – засовывает вилку в рот, зубами со скрипом стягивает с нее мясо.

Горло перехватывает. На языке оседает горечь. Задерживаю дыхание.

Муж жует. Медленно. Размеренно. Не отрывая взгляда от моих глаз.

Желудок сжимается с такой силой, что, кажется, меня вот-вот вывернет прямо на пол шикарного ресторана.

Слезы заполняют глаза.

– А вот этого не надо! – Саша приказывает жестко. – Не распускай нюни. Ты же знаешь, я этого не люблю, – отрезает еще один кусок мяса и съедает. – Но больше всего не люблю, когда люди притворяются беспомощными, чтобы привлечь внимание других, – прожигает меня холодным взглядом, не прекращая резать мясо на мелкие кусочки.

Противный жирный запах заполняет комнату.

Холодная волна проносится по телу. Внутри все переворачивается. Тошнота с новой силой подкатывает к горлу. Прикрываю рот рукой. Вскакиваю с места.

Ноги почти не держат, поэтому не понимаю, откуда берутся силы, чтобы выбежать из мини-зала, оглянуться по сторонам, найти табличку WC на деревянной двери с резным рисунком, домчаться до туалета и упасть на колени возле унитаза.

Меня выворачивает снова и снова. Желудочный сок покидает тело. На коже выступает холодный пот. Волосы у корней становятся влажными.

Постепенно спазмы в желудке становятся все реже и реже, после чего вовсе прекращаются. Слабость возвращается в тело, ноги начинают дрожать, и я плюхаюсь прямо на грязный пол.

Осознание того, что мне пришлось пережить, накрывает с головой. Рыдания накатывает с такой скоростью, что я не успеваю их остановить. Опираюсь спиной на холодную, покрытую белой плиткой, стенку кабинки, закрываю лицо руками, плачу. Тихо. Отчаянно. Постоянно всхлипывая.

Такое чувство, что эмоции вихрем закручиваются в груди, заполняют каждую клеточку тела. Не дают мне дышать, но при этом выходят наружу со слезами. Меня трясет. Холод волнами проносится по коже. Руки, закрывающие лицо, подрагивают. Кончики пальцев покалывает. Зубы стучат.

Возможно, мне осталось не так много времени, а муж…

Господи, я даже мысленно этого произнести не могу.

Чем я заслужила такое обращение? Чем?

Я ведь любила Сашу. Всем сердцем любила. Он тоже любил меня! Я это точно знаю! Чувствовала его любовь всей душой. Когда все изменилось? А главное, почему?

Да, какая разница?

Сейчас нужно сосредоточиться на себе. На своем здоровье. На своей жизни!

Плевать, что творится в голове у этого предателя.

Нужно к врачу попасть! Вот, что, на самом деле, важно!

Если не к своему, то хотя бы к тому, к которого выберет Саша.

Что-то подсказывает, без ведома мужа получить медицинскую помощь у меня не получится.

Не знаю, сколько я сижу на полу, но рыдания постепенно начинают утихать. Слабость снова возвращается в тело, занимает хозяйское место. У меня даже напрячься не получается, когда слышу тяжелые шаги.

Тень накрывает меня ровно в тот момент, когда я вытираю все еще влажные щеки. Медленно распахиваю веки, запрокидываю голову, встречаюсь со стальными глазами мужа.

– Не знаю, почему ты не веришь мне, – всхлипываю, судорожно втягиваю воздух, в попытке не дать эмоция снова взять надо мной власть. – Правда, не знаю, Саш, – тяжело сглатываю. – Но готова на все, чтобы ты отвез меня к врачу. Не веришь моему доктору, ладно. Найди того, кому будешь доверять. Пожалуйста, – черт, не получает удержать слезы. Не думала, что когда-нибудь придется попросить о таком.

Саша смотрит на меня сверху вниз. Его брови нахмурены. Губы поджаты. На лице мужа нечитаемое выражение. Понятия не имею, о чем он думает, но очень надеюсь, что хотя бы в этот раз услышит меня. Очень надеюсь.

Секунды текут медленно.

Стук сердца отдается в ушах.

Пару слезинок скатывается с глаз, но я даже не пытаюсь их стереть.

Пусть Саша видит, что делает со мной. Пусть…

– Вставай, – произносит муж так неожиданно, что я вздрагиваю, а он лишь протягивает мне руку. – Тебе сейчас рисовую кашу на бульоне принесут.

Глава 16

Удивительно, но остаток дня можно назвать сносным.

Мне действительно приносят кашу с бульоном. Еда хоть оказывается простой, но помогает вернуть немного сил. Желудок перестает болезненно сжиматься, тошнота проходит.

Вот только ничего не может меня избавить от пустоты в душе. Я чувствую себя так, словно из мое сердце вытащили из груди, раскромсали на кусочки, а потом истекающие кровью ошметки засунули обратно в тело. Мне больно… очень больно. Не физически, душевно. Я даже дышать толком не могу, такой силы агония растекается по телу.

С Сашей завести разговор не пытаюсь, не вижу в этом смысла. Уверена, что ничего путного он мне не скажет. Благо, муж тоже не собирается вести светскую беседу. Молча «ужинаем», после чего возвращаемся домой. Тоже молча.

Вот только, пока мы поднимаемся на лифте, мне резко становится страшно. Холодок бежит по позвоночнику. Именно сейчас осознаю, что в квартире мы с мужем окажемся вдвоем. Только вдвоем… Непонятно, что Саше может прийти в голову. Вдруг он захочет спать… со мной?

Паника постепенно заполняет разум. Пальцы подрагивают, голова кружится. Ноги подкашиваются, поэтому хвастаюсь за поручень сзади, стараясь восстановить самообладание. Вот только стоит мне услышать писк, извещающий о прибытие лифта, и увидеть раздвигающие створки – срываюсь с места.

Жаль, что приходится подождать на лестничной площадке, пока Саша откроет дверь. Он даже, как джентльмен, пропускает меня вперед, что играет мне на руку. Залетаю в квартиру, быстро сбрасываю кроссовки, после чего мчусь в нашу спальню. Только, когда закрываю дверь на ключ, получается немного успокоиться.

Понимаю, что, скорее всего, выглядела, как сумасшедшая, но я просто не могла позволить себе очередную схватку – на этот раз за кровать.

Кое-какое время стою у двери, прислушиваюсь, приближающихся шагов мужа не улавливаю, поэтому шумно выдыхаю и иду в душ.

Единственное, чего мне сейчас хочется – это спать. Но сначала нужно смыть с себя остатки ужасного дня, которые, словно грязь, оседают на коже.

Долго стою под горячими струями. Постепенно расслабляюсь, и это становится ошибкой. Пережитые эмоции огромной волной накатывают на меня. Они буквально сбивают меня с ног. Оседаю на пол. Подтягиваю к себе колени. Дрожу. Громко всхлипываю. Плачу.

Не знаю, сколько длится истерика. Но, в итоге, слезы иссякают. Я кое-как выползаю из душа, оборачиваюсь полотенцем, бреду к кровати и падаю на нее.

Засыпаю мгновенно.

Противная, громкая трель прорывается в затуманенный блаженным сном разум. Не открывая глаз, нащупываю лежащую рядом подушку и кладу ее на свободное ухо. Но надоедливый звук проникает даже через настолько толстую преграду.

Распахиваю веки. Отбрасываю подушку. Резко сажусь… и падаю обратно, потому что перед глазами тут же темнеет.

Пару секунд лежу неподвижно, восстанавливаюсь. Постепенно начинаю видеть белый потолок, а трель все не прекращается и не прекращается.

Вздыхаю. Уже аккуратнее сажусь. Еще пару секунд проверяю свое состояние, после чего откидываю одеяло.

Мои глаза округляются, когда я понимаю, что обнажена. Страх паучьими лапками ползет по коже, сердцебиение ускоряется и ускоряется, пока воспоминания о вчерашнем вечере не проникают в разум.

Жаль только, что вместе с ними на меня нахлынывает остальное. Страх проходит, но его место занимает отчаяние.

До сих пор сложно поверить, что Саша подумал, что я «купила» свою болезнь. Тяжело вздыхаю и встаю с кровати.

Из шкафа с зеркалом на дверце достаю шелковый черный халат в пол, надеваю его, подвязываю поясом. Приглаживаю воронье гнездо на голове. Бросаю взгляд на часы на стене. Чувствую облегчение, когда вижу, что стрелки перевалили за десять утра, значит, Саша уже на работе. Поэтому спокойно, повернув ключ в замочной скважине, выхожу из спальни и чапаю по коридору. Трель продолжает действовать мне на нервы, пока я не отпираю входную дверь.

– Ну, наконец-то, – оттолкнув меня плечом, в квартиру врывается ураган в белом платье и с копной черных волос. – Я тебе звоню-звоню, а мне в ответ: «абонент временно недоступен». Что с твоим телефоном? – Лена, моя лучшая подруга и посовместительству работодатель, с тревогой смотрит на меня.

– Эм-м-м, – тяжело сглатываю, чтобы смочить пересохшее горло. – Я уронила его в реку, – закрываю входную дверь. – Что-то случилось?

– Ну ты даешь, – Лена качает головой, снимая балетки и ставит их в тумбу для обуви. – Я к тебе с хорошей новостью, – она выпрямляться, на ее лице сияет широкая улыбка. – Я беременна! – счастье заставляет Лену светиться изнутри.

А я… Меня пронзает острая стрела боли. Дыхание застревает в груди. Слезы собираются в глазах.

Нет, я рада за подругу. Очень.

Просто… ребенок – это моя мечта. А теперь, возможно, она никогда не осуществится.

Никогда…

Меня начинает трясти.

Улыбка медленно сползает с лица Лены. Она хмурится, после чего в один широкий шаг подходит ко мне, аккуратно берет за плечи, заглядывает мне в глаза.

– Что с тобой? – страх отчетливо слышится в голосе подруги и резонирует с моим.

– Я… я… – не могу… не могу произнести этого вслух.

Кажется, если я скажу, то кошмар станет реальностью. Слезинка скатывается по щеке, а за ней еще одна и еще.

Нет, мне нужно поделится! Нужно с кем-то поговорить. Иначе я чокнусь.

Набираю в легкие побольше воздуха…

– Лена, не ожидал тебя увидеть, – грубый голос мужа заставляет меня вздрогнуть.

Застываю. В голове настойчиво пульсирует только одна мысль: “Неужели у меня начались галлюцинации?”.