Текст книги "Как приручить альфача (СИ)"

Автор книги: Аня Истомина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

25. Волчица

Лежу, укутанная в одеяло после массажа спины. С кухни доносятся звуки готовки. В голове – пустота. Я дремлю и не очень-то и верю во все происходящее.

Обо мне впервые с того момента, как я стала жить отдельно от родителей, заботятся. Не считая дружеской заботы коллег, конечно. Именно вот так: по-семейному будто.

– Где ты там, хворушка? – раздается вздох над головой. Выныриваю из дремы и оборачиваюсь на Влада. – Я блины приготовил. Сейчас принесу, просыпайся.

Блины.

Вот этот огроменный опасный мужик мне приготовил блины.

Сажусь аккуратно, но напряжения в пояснице нет. Размял меня Влад так, что укол не потребовался.

Придерживая одеяло на груди, усаживаюсь поудобнее. Вообще-то, если проанализировать, то нормальные женщины так себя не ведут. Нужно быть поскромнее как-то что ли.

Но я сейчас не в состоянии анализировать, мне слишком хорошо после всего, что произошло. И мужик, который грозился меня убить, сейчас будет меня кормить. Кажется, еще немного – и сама себе завидовать начну.

А, с другой стороны, – что, я не имею права денек побыть слабой женщиной?

Влад заходит в комнату с тарелкой и кружкой чая в руках. Ставит на журнальный столик и придвигает его к дивану. Садится рядом со мной и молча смотрит.

– Вау, – разглядываю тарелку, где аккуратными треугольничками выложены тонкие блины, а в середине стоит соусница со сметаной. – Выглядит очень красиво.

– Пробуй, – усмехается он и, обмакнув блин в сметану, тянет к моим губам.

– Ммм, – облизнув с губ сладкую сметану, закатываю глаза. – Как в садике!

Влад явно сдерживает улыбку, потому что на его щеках прорисовываются ямочки.

– Где ты научился так готовить? – оглядываюсь, в поисках своего свитера и тянусь к нему, но Влад перехватывает мою руку.

– Просто с детства была тяга, – окидывает мою оголившуюся грудь восторженным взглядом. – Не прячься, красивая же.

Смущаюсь, но не сопротивляюсь, позволяя разглядывать себя, пока ем вкуснейший десерт, запивая горячим чаем.

– А ты почему не ешь? – подозрительно щурюсь, умяв третий блин.

– Я в процессе бракованными наелся, – усмехается, укладываясь головой мне на колени и разглядывая снизу.

Отставив кружку, серьёзно смотрю на него.

– Кто ты такой? – вздыхаю, поглаживая черные жёсткие волосы Влада, а он улыбается, закрывая глаза от удовольствия, и ничего не отвечает.

– Я тебе вопрос задала, – сжимаю его волосы чуть сильнее, заставляя открыть глаза.

– Какая ты вредная, тёть Наташ. – усмехается лениво. – Я ее тут люблю, лечу, кормлю, а она фигню спрашивает.

– Нормально! – возмущаюсь. – Я вообще-то тебя тоже… лечу.

Влад хохочет, за что получает щипок за бок.

– Ау! – шипит. – Да я серьезно с животными работаю! Вот, пару часов назад волчицу приручал.

Закатываю глаза.

– Я же правильно понял, что у тебя фамилия Волк?

– Правильно. – усмехаюсь.

– Охуенно. – улыбается. – Тебе подходит. Замуж соберёшься – не меняй. А то станешь какой-нибудь “Тихоновой”.

– Тебе не нравится твоя фамилия? – хмурюсь, а Влад удивлённо дёргает бровями и молчит. – Что?

– Тёть Наташ, – он поворачивается на бок и, оперевшись на локоть, внимательно смотрит мне в глаза. – Ты что, лазила по моим документам?

26. Сумасшедшая

Вариант А: это совпадение.

Вариант Б: я предположила с твоих слов.

Вариант В: а ты как думал?

Вариант Г: спасаться бегством.

– А ты как думал? – щурюсь, понимая, что лучшая защита – это нападение. – Или я что, должна была неизвестно с кем в одной кровати спать?

– Ну, хоть какое-то чувство самосохранения у тебя присутствует, – усмехается Влад, расслабляясь и, раскрыв на мне одеяло чуть в стороны, медленно касается губами моей кожи под пупком.

– Эээ, стоять, – выдыхаю и вздрагиваю от неожиданности. – Я старая больная черепаха.

– Да? – дергает он бровью. – А вчера тебе понравилось.

– Да? – отодвигаюсь, натягивая одеяло обратно. – То есть, все-таки воспользовался вчера пьяной беззащитной женщиной?

Влад падает на спину и хохочет, закрыв ладонью глаза. Обиженно толкаю его ногой в плечо.

– Боже, ты ничего не помнишь? – ловит он мою ногу и сжимает стопу до непроизвольного стона. Вжимает большой палец в подошву, разминая ее.

Глаза сами собой закатываются от удовольствия.

– Нет, – признаюсь, расслабляясь в его руках. – Вообще нихрена.

– Ты пьянь, – вздыхает, продолжая массировать икру. – Обещала меня затрахать до смерти, раздела, завела, а потом рухнула спать. А я дрочил в ванной.

– Ну, хоть линию жизни не стер? – язвлю с улыбкой.

– Ммм, языкастая, – разворачивается Влад, ловко подминая меня под себя.

Успеваю только охнуть, как оказываюсь с ним нос к носу.

– Не стер, – усмехается мне в губы, медленно касаясь их. – Так что, за тобой должок.

– Не помню – значит не было, – пищу, потому что он, подхватив меня под поясницу, разворачивает нас так, чтобы я оказалась сверху.

– Нет, это так не работает, – сдвигает меня вниз, упирая бедрами в свой флагшток. – Давай, бабочка, выбирайся из своего кокона. Ты обещала меня отыметь так, что я имя свое забуду. Я настроился.

– Мало ли, что я тебе по пьяни там наболтала, – сердито усмехаюсь, но мое тело уже накрывает горячей волной возбуждения.

– Значит, в следующий раз будешь пить меньше, – довольно скалится мой болезный, которому уже, кажется, так хорошо, что можно было бы и выписывать.

Но, я не хочу. Я внезапно понимаю, что мне с ним, несмотря на наши стычки, комфортно и не хочется устраивать передел территории. И даже то, как может выглядеть сейчас моя кухня после его кулинарных экспериментов, меня уже не смущает. Я выбрала одиночество не потому, что очень люблю его, а потому что так спокойнее, однозначно.

– Ты в курсе, что ты – наглый манипулятор? – вздыхаю, позволяя себе открыто разглядывать его красивое тело. Провожу кончиками пальцев по его напряженным соскам.

– Ммм, да, – морщится он, накрывая ладонями мои кисти и заставляя продолжать ласкать себя. – Можешь меня за это наказать.

– Ремнем по заднице? – усмехаюсь.

– Будешь много говорить, я тебе кляп надену, – шепчет Влад так многообещающе, что мое тело покрывается мурашками, а соски встают колом, что сразу бросается ему в глаза. – А я смотрю, тебя этим сложно напугать? Любишь пожестче?

– Зараза, – вздыхаю, приподнявшись, и медленно опускаюсь на него, потому что Влад нетерпеливо толкается бедрами, а я уже и сама изнываю от желания.

И мы тут же перестаем спорить, жадно подаваясь друг другу навстречу.

Ощущение, будто я укрощаю нетерпеливого необъезженного жеребца – Влад то и дело порывается перехватить инициативу и я едва сдерживаю его порывы до тех пор, пока он не сдается и не позволяет делать мне все, что я захочу.

– Замри, иначе я кончу, – обессиленно шепчет, запрокинув голову и сжимая ладонями мои бедра, но я не останавливаюсь. – Наташа… Наташа, блин!..

Ускоряюсь, приближаясь к разрядке не только от нашего физического контакта, но и от какого-то морального удовлетворения. Я имею власть над этой огромной и страшной в гневе горой мышц. Красавец, каких поискать надо, сейчас беспомощно сокращается подо мной от накатывающих волн и моего, и его оргазма. Его мышцы то и дело сжимаются в последних попытках сдержаться.

– Сумасшедшая, – Влад выдыхает это так неожиданно мягко, что меня накрывает первой от нежности, что я слышу в его голосе. Обессиленно падаю на вздымающуюся от частого дыхания грудь.

Сильные руки буквально в последний момент сдвигают мои бедра в сторону, и Влад тихо рычит, содрогаясь и сжимая меня в объятиях.

Замираю. Наслаждаюсь ароматом и теплом его тела. Понимаю, что привязываюсь со скоростью света. А ведь он уйдет когда-нибудь. Исчезнет из моей жизни так же внезапно, как и появился в ней.

– Наташ, – выдыхает Влад судорожно, – как спина? Не болит?

– Да нет, – пожимаю плечами. – А что?

– Да, думаю, может метод лечения радикулита запатентовать.

– Дурак, – отворачиваюсь от него, но он снова прижимает меня к себе.

– Наташ, ты что, обиделась? Если ты обиделась, – смотрит на меня, сдерживая улыбку, – не обижайся.

Фыркаю, закатив глаза.

– Слушай, а поехали со мной?

27. Разница в возрасте

– Куда? – вздыхаю, ожидая очередного подкола.

– Не важно. Просто: со мной. – Влад смотрит абсолютно серьезно. – Поедешь?

– А вдруг ты какой-нибудь преступник? – усмехаюсь, а у самой по спине пробегает легкий холодок, потому что я до сих пор не определилась, что я буду делать в этой ситуации.

Боюсь, что моя гражданская ответственность победит, поэтому лучше бы Владу исчезнуть до того, как мне придется делать выбор.

– А какая разница? – усмехается. – Я тебя обижаю? Нет. Нам вместе хорошо? Да. Что еще нужно двум людям для счастья?

– Ну… как минимум доверять друг другу. – вздыхаю, не понимая, как мы вообще дошли до этого разговора.

– А ты что, мне не доверяешь? – хмурится он.

– Зная тебя три дня и зная о тебе ровным счетом ничего? Нет. Я уже не в том возрасте, когда без раздумий бросаются в омут с головой.

– Ааа, баб Наташ, прекрати, – стонет Влад, закрывая лицо руками. – Тебе осталось клюку в руки дать и пояс из собачьей шерсти надеть.

– А у меня есть пояс из собачьей шерсти, – усмехаюсь. – Между прочим, прекрасная вещь. Я так понимаю, ты собираешься уходить?

Мне не весело. Мне очень грустно от перспективы снова остаться в одиночестве. Но показывать виду я, конечно же, даже не собираюсь.

– Да я бы уже давно ушел. Не знаю, что с тобой делать только. – вздыхает.

– А какие варианты? – кошусь на серьезное лицо Влада.

Он смотрит в потолок, закинув руку за голову. Легонько пожимает плечами.

– Убить или забрать с собой. – усмехается.

Закатываю глаза. Я же прекрасно понимаю, что Влад осознает, что его видело уже как минимум двое моих знакомых и если со мной что-то случится, то подозревать будут именно его.

– Просто оставить меня в покое не вариант? – хмыкаю.

– Чтобы к тебе всякие зайчики яйца подкатывали? Нееет. Я собственник. – разворачивается, нависая надо мной. – Ревнивый, как падла.

– Так, поди, у тебя гарем, если ты каждую случайную с собой зовешь, – смеюсь. – Собственник.

– Да я вот подозреваю, что ты нихера не случайная, – касается носом моей щеки. – Потому что я впервые не хочу уходить.

По телу пробегают мурашки.

– Оставайся, – выдыхаю и сама пугаюсь.

Потому что для меня это и есть “в омут с головой”. Для меня дух авантюризма – это не сорваться куда глаза глядят. Это добровольно впустить в свою жизнь человека, который может причинить тебе боль, который может исчезнуть и разбить твое и так покрытое трещинами сердце. Нарушить свой привычный уклад. Выбраться из кокона.

– Не могу, – со вздохом отстраняется Влад. – Да и мог бы – не остался. Жить в квартире женщины – это то еще удовольствие. Мужик должен приводить женщину в дом, а не наоборот. Чувствую себя ущербным альфонсом каким-то.

– Ну, значит, такова судьба, – усмехаюсь, собирая мысли в кучу и все-таки натягивая свой свитер.

На душе паршиво-паршиво.

– Да? Вот так просто сдаться? – хмуро смотрит на меня Влад.

– Если нет никаких вариантов – смысл рвать жопу? – вздыхаю, озираясь в поисках штанов. – И душу. Мы бы с тобой все равно не ужились.

– Почему? – дернув своими смоляными бровями, он удивленно фыркает.

– Потому что мы разные. Я для тебя просто диковинная раритетная игрушка. – смотрю, как он сердито усмехается и встаю, поднимая джинсы с пола. – Ты меня просто бесишь периодически. В любовь я не верю. Ни с первого, ни со второго взгляда. Уверена, что ты тоже. Ну, а воспринимать эйфорию после потрахушек за какие-то сильные чувства только по глупой молодости можно. А я…

– Старая больная черепаха, я помню. – закатывает глаза. – Ты меня еще долго разницей в возрасте будешь попрекать?

– “Первые сорок лет детства для мальчика самые трудные” – усмехаюсь. – Ты для меня тоже диковинка. Так что, извини, но пока ты живешь у меня, придется потерпеть.

– А знаешь, что?! – резко поднимается Влад с дивана.

Смотрю в его хмурое лицо и понимаю, что сейчас психанет. На это и был расчет. Тянуть становится все больнее. Пусть уходит уже.

– Что, малыш?

28. ПХД

– Я, пожалуй, задержусь. – усмехается Влад сердито и начинает одеваться.

– Где? – хмурюсь.

– Тебе в рифму ответить или сама догадаешься? – фыркает не глядя.

– Так если ты задержишься у меня, куда тогда одеваешься? – со вздохом смотрю на него.

– Мне, по-твоему, теперь только в трусах надо ходить? – Влад бросает на меня быстрый взгляд. – Пойду мусор выкину, питона выгуляю и воздухом подышу, пока башку тебе не открутил нечаянно.

Скрестив руки на груди, задумчиво смотрю на его психованные, порывистые движения.

– В аптеку за валерьянкой зайди, – вздыхаю.

– С тобой надо не валерьянку. С тобой надо что-то позабористее принимать. – бубнит обиженно себе под нос, выходя из комнаты.

Какие мы нежные!

Нет, на самом деле, у меня в душе сейчас все переворачивается от радостного осознания, что он остается. И я боюсь того, что тем самым он может сделать себе хуже. А вдруг его ищут и ему нужно уехать, но из-за меня он остается, рискуя собой? Поэтому, я вроде как и радуюсь, а вроде как и ругаю себя за это. Хотя, в чем моя вина, если на него ни одни слова не действуют?

Влад как товарный поезд: набрал скорость и прет вперед, хрен остановишь.

Когда он уходит, закрываю дверь на замок и заглядываю на кухню. Нууу, я думала, что будет хуже. Даже плиту почти не засрал, только посуда в раковине стоит.

Прибравшись на кухне, поглядываю на часы – мусор Влад уже точно успел бы выкинуть. Да и в аптеку за валерьянкой зайти тоже. Но его все нет. Я бы подумала про магазин, так у нас целый холодильник еды. Может, все же решил уйти? По факту ведь, если разобраться, нафиг ему все это надо? Ну зачем тратить время на тетку с прибабахами, когда можно развлечься в любом клубе с молодой и легкой на подъем?

Главное, чтобы не случилось ничего, пока гуляет. А то райончик у нас все-таки так себе.

Чтобы занять мысли чем-то другим, занимаю руки: убираюсь в комнате, меняю постельное белье, пропахшее нашей близостью. Все картинки так ярко рисуются перед глазами, что я покрываюсь мурашками. До чего же наглый, а? И от этого меня снова накрывает сладкой эйфорией и тягучим желанием. Вот не гад?

Я же теперь ни о чем и ни о ком другом и думать не могу. Мне надо придумать, как с Зайцем объясниться после всего, что было. Он же не дурак. И вряд ли очень-то поверил в мальчика из клуба. Но если этого он все равно не выяснит и не докажет, то лишних слухов про Влада мне распространять ну никак нельзя. Не просто же так он скрывается.

Убрав на психе, кажется, все, что только можно, чувствую, что снова тянет поясницу. И, раз уж мы вспомнили про пояс из собачьей шерсти, лезу в шкаф в его поисках. Перерыв все, нахожу пакет с ним в самом дальнем углу.

Надев поверх футболки, выхожу на балкон покурить, а сама то и дело выглядываю в окно, высматривая, не появится ли Влад, но его все нет и нет. Психуя, ложусь на диван и включаю телевизор. Ничего путного не показывают и время тянется катастрофически медленно.

Не выдержав, набираю номер телефона, с которого Влад мне звонил вчера, пока я веселилась на работе. Гудки идут, но трубку никто не берет. Жду десять минут и звоню еще раз – сбрасывает.

– Охренел? – возмущенно смотрю на экран и набираю снова. Тут же сброс.

“Ну и иди в жопу.” – отправляю сообщение и откладываю телефон на журнальный столик.

Тут же слышу громкий стук в дверь.

Подпрыгиваю и, поморщившись от прострела в спину, который отдается в задницу, быстро хромаю открывать. Тревогу сменяет возмущение.

Смотрю в глазок – Влад.

Открываю дверь с желанием сказать что-нибудь колючее, но застываю с приоткрытым ртом.

– Ну что смотришь? Помогай. – командует он, протягивая мне букет огромных белых роз и какой-то пакет.

Принимаю все из его рук, с удивлением переводя взгляд на розы. Нет, мне, конечно, дарят цветы на праздники, но чтобы вот так, без повода.

– Что такое? Не угадал? Ммм… Ты надела пояс из собачьей шерсти? – усмехается гаденыш, разглядывая меня и вырывая из оцепенения. – Красные гвоздики, наверное, надо было купить?

– Главное, чтобы не четное количество, – закатываю глаза, но все же улыбаюсь, прижимая цветы к груди. – Спасибо.

– “Спасибо” в карман не положишь. Будешь отрабатывать. – Влад снова ныряет за дверь и вытаскивает из-за стены огромную охапку… обоев.

– Ты… сдурел, что ли? – ахаю.

– Ага. Сейчас организуем ПХД, будем заниматься сплочением и развитием командного духа. – усмехается он, доставая телефон. – Только посмотрю, кто мне там названивал без остановки.

– Не надо, – выдыхаю, но Влад уже тыкает пальцем в экран.

Читает сообщение, хмурится.

– Теть Наташ, – вздохнув, укоризненно смотрит на меня.

– Я волновалась, – повышаю голос.

– Волновалась? Ну, ладно. Пошли тогда. – добродушно улыбается Влад и, развернув меня, подталкивает вперед.

– Куда? – оборачиваюсь.

– На диванчик.

– Зачем? – хмурюсь.

– Пошли, пошли. Не могу отказать даме. Будем лечить твой радикулит ректальным методом.

– Влад! – возмущаюсь, упираясь.

– За слова надо отвечать, теть Наташ.

______

*ПХД – парко-хозяйственный день

29. Симулянтка

– О-ё-ёй! – скулю жалобно, стиснув подушку.

– Терпи, – цедит сквозь зубы Влад. – Я потихоньку.

– Ничего себе “потихоньку”, – морщусь. – Это у меня-то рука тяжелая?

– Я предлагал варианты, – усмехается. – Но ректально ты не захотела.

Меня снова скрутило, когда я попыталась вырваться из плена его рук по пути в комнату, и теперь я лежу, подыхая от боли в пояснице, а Влад делает мне укол.

– Тебе бы МРТ сделать. Надо было мне не цветы покупать, а подарочный сертификат в клинику.

– Оплошность, – вздыхаю.

– Так я же впервые за почтенной дамой ухаживаю, – усмехается гаденыш. – Но, на будущее учту.

Вздохнув, закрываю глаза. Вот и как на него злиться? Заботится ведь. Правда, если бы не он, меня бы не скрутило. Но злиться все равно не получается.

– Не надо мне никаких МРТ. И так знаю, что у меня протрузии. – бубню в подушку.

– Теть Наташ, – падает Влад рядом со мной на диван. – А ты как детей-то собираешься рожать с таким здоровьем?

Распахнув глаза, пару секунд молча смотрю на него.

– Каких детей? – уточняю, прищурившись.

– Как это каких? Ну, маахоньких таких, прикольных, орущих и сиську просющих, – мечтательно улыбается Влад, а у меня по спине пробегает неприятный озноб от страшной догадки.

– Ты в меня кончил? – выдыхаю.

– Не, ты чо? – тут же хмурится он. – Я без МРТ боюсь. Я бы тебя на полную диспансеризацию отправил для начала. Это я в теории спрашиваю.

– А, ну если в теории, – усмехаюсь, – то я не планировала рожать.

– Почему? – пристально смотрит на меня Влад. – Возраст?

Цокаю, закатив глаза. Неугомонный. Как дать бы! Да я и так уже даю без остановки почти.

– Наследственность, – вздыхаю.

– А что не так? – уточняет, зевая.

– Онкология. Боюсь.

– Так это же не наследственное заболевание, – проявляет Влад чудеса эрудиции.

– Нет, но почему-то в нашей семье так сложилось, что много у кого она была. А я не хочу… – пытаюсь сказать как-то более мягко, но не нахожу слов. – Не хочу просто.

– Боишься скопытиться? – хмурится.

– Да. Боюсь, что ребенок сиротой никому не нужной останется. У меня нет никого.

– Ну, муж же будет.

– Ну, а если с мужем не сложится? – предлагаю вариант.

– Отцом-то он все равно останется, – спорит.

– Видимо, у тебя только положительные примеры перед глазами были, – усмехаюсь. – Ты какой-то вообще… чересчур наивный.

– Я наивный? – Влад удивленно вздергивает брови.

– Ты, – вздыхаю.

Хохочет.

– Теть Наташ, ты на воду дуешь, – улыбается. – Еще ничего не произошло, а ты уже боишься. Я бы на твоем месте больше протрузий своих боялся. И их лечил. А то так через пару лет скрючит и не раскрючит обратно. Запишу-ка я тебя все-таки ко врачу.

– Да не надо меня никуда записывать, – возмущаюсь.

– Надо, – вздыхает. – А ты пока зайчику своему позвони и скажи, что ты на больничный уходишь.

– Да ты что придумал-то? – возмущаюсь. – Не пойду я ни на какой больничный!

– Ну, тогда все-таки я тебе массаж прямой кишки сделаю, – фыркает. – Пока не отпустило и ты снова брыкаться не начала. Звони. – тянет мне мой телефон.

Со вздохом набираю номер Зайца.

– Да, развратница, – слышу его усмешку.

– Блин, Дим, обещал ведь! – шиплю.

– Во-первых, тут только я и Семен Иваныч.

– Какой Семен Иваныч? – хмурюсь.

– Скончавшийся от ножевого ранения, – задумчиво тянет Заяц, явно не отрываясь от работы. – А, во-вторых, я даже имени твоего не произнес. Итак, я внимательно слушаю.

– У меня спину защемило, я на больничный пойду.

Из динамика раздается громкий ржач.

Смеется Димка басом и его хохот больше похож на раскат грома.

– Ну, что ты начинаешь? – обиженно повышаю голос.

– Тря… хнула… стариной? – сквозь смех выдавливает он слова. – Не, Иваныч, ты слышал?

– Да ну тебя. – вздыхаю. – Доржешься, я еще и в отпуск пойду. В декретный.

– Так, это уже угрозы посерьезней, – успокаивается он. – Ты давай там, не развались мне. Приехать кольнуть может?

– Себя пусть кольнет, – недовольно отзывается Влад, и я понимаю, что он отчетливо слышал весь наш разговор.

– Меня кольнули. – прижимаю телефон к уху плотнее.

– Ох, Натаха. Зря ты это. Не в том мы уже возрасте, чтобы с парнями из клуба зажигать.

– Ну, ты так уж точно, – язвлю. – Особенно с парнями.

– Так, отставить голубой огонек. Я в том плане, что партнера нужно выбирать разборчивее. Такого, кто и спинку барсучьим жирком натрет, и на песок из задницы глаза закроет.

– Это ты о себе, что ли? – повышает голос Влад.

– Да блин, хватит подслушивать, – шиплю на него, прикрыв динамик рукой.

– А, так ты не одна? – усмехается Димка. – Тогда пардон. Оставим интимные разговоры на потом.

– Дим, хватит троллить! – рычу. – Все, я на больничный. Пока.

– Давай, симулянтка.

Сбросив вызов, хмуро смотрю на Влада.

– Что? – невозмутимо смотрит он в ответ.

– Ты понимаешь, что у него просто юмор такой?

– Понимаю. – кивает.

– А зачем тогда лезешь? – возмущаюсь.

– Потому что мне не нравится такой юмор, – пожимает плечами.

– Это мой коллега. Он так шутит. Придется смириться.

– Да то, что он твой коллега, это я еще при первом знакомстве понял. Я только не понял, теть Наташ, он хирург или патологоанатом?

– Судмедэксперт.

– А ты тогда кто?