Текст книги "Как приручить альфача (СИ)"

Автор книги: Аня Истомина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)

30. Головоломка

– Дед Пихто, – усмехаюсь. – Я в морге работаю.

– Ахахах, теть Наташ, – усмехается Влад в ответ. – Ну, я в ветеринара быстрее поверю.

– Почему? – с интересом смотрю на его веселье.

– Ну какой морг? – радостно сообщает Влад, широко улыбаясь во все тридцать два. – Ты же из меня пулю побоялась достать.

– Это потому что ты живой, теплый и шевелишься, – вздыхаю.

– Блин, не верю, – хмыкает. – Ты прям девочка, а там… ну, по-любому другой характер надо иметь.

Скептически дергаю бровью.

“Девочка”. Он так это произнес, будто я какая-то порхающая нимфа. Никогда не думала, что хотя бы у одного мужчины на планете буду вызывать такую ассоциацию. Мне даже неловко, что я своим поведением создала иллюзию женственности.

– Ну… как тебе доказать? – задумчиво вздыхаю, делая вид, что ломаю голову. – Если только экскурсию в морг тебе провести. Покажу наш новый холодильник, познакомлю с интересными людьми.

– А что, можно? – щурится.

– Пф, – закатываю глаза. – Да запросто. Пойдешь?

– Не, ты чо, я трупов боюсь, – подмигивает Влад и лезет в свой телефон. – Ща по-другому проверим.

– Как? – наблюдаю, как он быстро тыкает пальцами по экрану.

– Да сейчас миллион приложений, через которые можно посмотреть, как ты у кого записана.

– Да? Ну, посмотри, – легко соглашаюсь. Мне скрывать нечего. – А что раньше не посмотрел? Я же давно дала свой номер.

– Так не интересно. Интереснее самому догадаться. Как головоломку разгадать.

С минуту Влад что-то усердно устанавливает и настраивает, а я молча жду.

– Да ладно? – дёргает он бровями и переводит на меня удивленный восторженный взгляд. – Серьезно?

Согласно моргаю, ничего не отвечая вслух.

– Судмедэксперт? – уточняет Влад, видимо, на всякий случай.

– Патологоанатом, – поправляю его.

– А что, это разное? – усмехается он, глядя на меня теперь, как мне кажется, с бОльшим уважением.

Многие люди уверены, что судмедэксперт и патологоанатом – это одно и то же. Ну, как будто в простонародье так, а по документам – эдак. По факту, это две разные профессии. Однако, конечно же мы никого не поправляем. Какая человеку, убитому горем, разница, кто делал вскрытие его близкого, судмедэксперт или патологоанатом?

– Разное. Судмедэксперт занимается криминальными случаями или если нужно исключить подозрение на криминал. Внезапная смерть, вот это все. Патологоанатом изучает тела людей, умерших от болезней в больнице и различные материалы, которые отобрали на биопсию у пациентов после операций.

– Понятно, не знал… Ну, что, давай знакомиться?

– Давай, – усмехаюсь. Сначала переспали несколько раз, теперь вот до знакомства сподобились.

– Наталья Николаевна Волк. Наташка морг. – начинает Влад зачитывать с торжественным выражением. – Натусик-патологоанатомусик. Судмедэксперт Наталья. – хмыкает недовольно, качнув головой. – Тварина из морга.

Усмехнувшись, вздыхаю, с улыбкой глядя на Влада. Ну, для всех хорошей быть невозможно. Кого-то эмоционального задела, видимо.

– Но, окей, тут вопросов больше не имею. Меня теперь интересует другое. – продолжает он, снова глядя на экран. – Зайка. Тигрица. Кисуля. Это что за зоопарк, тёть Наташ, м?

– А я откуда знаю? – фыркаю, глядя на его насупленную физиономию. – Я не могу людям запретить меня записывать так, как им подсказывает больная фантазия.

Я и правда в душе не представляю, у кого я могу быть записана Зайкой или Тигрицей. Не скажу, что с какими-то женихами из прошлого у нас была традиция называть друг друга подобным образом.

– Да, конечно, – усмехается Влад. – Только вот я какую-нибудь рандомную тетку с больницы вряд ли Кисулей в телефонной книге запишу.

– Ты ревнуешь? – вздыхаю, понимая, откуда ноги растут. – Я вроде не говорила, что в монастыре жила.

– Ревную, – Влад пристально смотрит в ответ. – Я ужасный собственник. Мое – это мое.

– Ну, к прошлому ревновать, как минимум, бессмысленно. Оно уже случилось. – ухмыляюсь. – Но, раз тебе нравятся мексиканские страсти, давай теперь я в твоей чудо-программке посмотрю, как ты записан у других людей.

31. Влад

– Посмотри, – соглашается он, закинув руку за голову и растягиваясь на кровати с довольным видом сытого кота. – Узнай всю подноготную, так сказать.

– Так ты мне покажи, какая программа, я же не знаю, – возмущаюсь, вертя в руках его телефон. – У тебя тут миллион иконок, я в них вообще ничего не понимаю.

– Неа, давай сама, – усмехается Влад, повернувшись набок и положив теплую тяжелую руку мне на поясницу. – Ты умная девочка, разберешься. Это попроще, чем труп вскрывать, я думаю.

– Ладно, ладно, – фыркаю, чувствуя, как его пальцы лениво чертят круги на моей коже. – Скажешь: «Хочу минет», а я тебе скажу: «Неа, давай-ка сам».

– Не, ну если за минет, то я тебе помогу! – воодушевленно оживляется этот гадёныш и тут же тянется к моему телефону, почуяв выгоду.

– А всё, уже не надо! – накрываю смартфон ладонью, отодвигая его подальше. – Сама справлюсь, без посторонней помощи.

– Какая же ты вредная, тёть Наташ, – весело морщится Влад.

Пока я лезу в телефон и листаю экран в поиске нужного приложения, он нависает сверху и, задрав мне футболку, покрывает мою спину медленными, влажными поцелуями, от которых по коже бегут мурашки.

– Блин, ты меня отвлекаешь! – ёрзаю, пытаясь одновременно и увернуться от его губ, и не выронить телефон, пока скачивается программка. – Я же так ничего не смогу найти!

– А ты не отвлекайся, – усмехается Влад, и его ладони коротко, но выразительно сжимают мои ягодицы, а потом начинают стаскивать с меня штаны. – Учись многозадачности, это очень нужный навык.

– Слышь, ты, извращенец, – возмущенно оглядываюсь на него, уже почти не в силах сопротивляться. – Тебе не стыдно? Я тут скрюченная лежу и даже отпор тебе дать не могу.

– Не-а, – хмыкает Влад, расталкивая мои бёдра в стороны. – Наоборот, это даже заводит. Я же обещал тебе грелку организовать? Так вот, сейчас организую тебе полноценное прогревание. Готовимся к процедурам, тёть Наташ.

– Так, прекрати немедленно! – шумно вдыхаю, когда он, навалившись всем весом, прижимает меня к кровати, лишая последних признаков мобильности.

– Да ты не бойся, – усмехается Влад прямо мне в ухо, обдавая кожу горячим, страстным дыханием. – Не трону я твою жопку. Я, вообще-то, джентльмен.

Беззвучно ахаю от первого резкого толчка его мощных бёдер. Даже в такой позе Влад входит в меня так уверенно и глубоко, чтобы по всем мышцам тут же пробегает знакомый приятный ток, заставляя их вздрагивать и судорожно сжиматься в сладком предвкушении.

– Ты что, готов бесконечно сексом заниматься, да? – возбуждённо усмехаюсь, вжимаясь лицом в подушку и сжимая ее ладонями так, что пальцы немеют. Морщусь от удовольствия. Все внутри плавится от нарастающего пожара внизу живота.

– Если ты намекаешь на то, что я озабоченный, – сдержанно усмехается Влад над моей головой, но я слышу в его низком голосе хриплые жаркие нотки, – то ты права. Я считаю, что не заниматься сексом с такой красивой женщиной – это преступление против человечества.

Будто подкрепляя свои слова, он толкается бёдрами чуть резче и глубже, и я рвано выдыхаю, зажмурившись. Весь мир сужается до соединения наших тел, горячего хриплого дыхания на моей коже и нарастающего вихря внутри.

Ловлю комбо от его слов и действий. Как бы парадоксально ни звучало, но меня дико возбуждает то, что я так сильно возбуждаю его. Эта его ненасытность, это животное желание… Не зря говорят, что оргазм женщины – в голове.

– А что ты телефон-то мой не пробиваешь, а? – тихо усмехается Влад мне в самое ухо, нарочито замедляя движения и давая мне прийти в себя. – Ищи давай. Не отлынивай.

– Да отстань ты, – прошу его, поежившись от мурашек, потому что уже нахожусь на самой грани, и любая мыслительная деятельность дается с невероятным трудом. – Мне сейчас не до телефона.

– Ищи компромат, – рычит Влад, замедляясь еще сильнее.

– Садист, – стону и дрожащими пальцами открываю приложение.

С трудом соображаю, куда нужно нажимать. Листаю список контактов, пытаясь сфокусироваться на именах сквозь нарастающую волну наслаждения.

– Ну, что, как я там записан, Наташ? – судорожно выдыхает Влад и набирает темп, лихорадочно вбиваясь в меня все быстрее и быстрее.

– Влад, – ахаю, роняя телефон. – Боже мой…

– Что, так и записан? – усмехается.

– Влад, – стону и выгибаюсь от яркого оргазма, вылетая из реальности и забывая и про компромат, и про Влада, и про спину.

32. Вариант

– Ты сумасшедший, – шепчу я, когда Влад скатывается с меня и хрипло дышит, закрыв глаза.

С трудом поворачиваюсь на бок, потому что укол ещё не подействовал, и разглядываю расслабленного Дон Жуана. Красив до безобразия.

– Ты что, жива ещё? – открывает глаза он, дёрнув бровью. На его лице растягивается ослепительная хищная улыбка.

– Дурной, – усмехаюсь и тянусь к телефону.

Любое движение дается с трудом. Мышцы настолько расслаблены после близости, будто кто-то налил в них свинца. Смотрю на экран и вздыхаю.

– Ну, что там пишут интересного? – насмешливо уточняет Влад и косится на меня.

В появившемся окошке написано просто «Влад» и все. Больше никаких других названий нет.

– Я наверное что-то не так сделала, – обиженно фыркаю и, отложив телефон, со вздохом отворачиваюсь от Влада.

– Э, ты чего? – слышу, как напрягается его голос.

– Ничего, – усмехаюсь.

– В смысле ничего? Я же слышу, что ты надулась, – раздаётся его шепот ближе, и в следующий миг наглые губы касаются моей шеи, обжигая кожу.

– Ай! – дёргаюсь, но сопротивляться все еще не в состоянии. – Так нечестно!

– Ты знаешь, – шепчет Влад мне в ухо, а потом прикусывает мочку так медленно и страстно, что я снова вся каменею от непроизвольного возбуждения, – а секс с парализованной женщиной это не так уж и плохо.

– Я тебя убью, – обещаю ему, а он отстраняется и начинает хохотать безудержно.

– Да ладно, что ты всё бубнишь? – примирительно гладит он меня по спине, немного успокоившись. – Ну, сдалась тебе моя профессия?

– А вдруг ты предатель какой-нибудь? Приехал кого-нибудь убивать или что-нибудь взрывать, – усмехаюсь я грустно.

– Не буду я никого убивать и ничего взрывать. Придумала себе фигни всякой, – возмущается Влад, снова подбираясь поближе и обнимая меня. – Я в отпуск приехал. Хотел Москву посмотреть, по барам потусоваться. Всего один разок успел в клуб сходить, с девчонкой там познакомился, на свидание с ней собрался, а тут ты.

– Складно, – хмыкаю я. – Только проверить я не могу.

– Наташ, ну я тебя спас вообще-то, – усмехается он с обидой в голосе.

Так-то он прав, конечно.

Со вздохом разворачиваюсь к нему лицом. Любуюсь мужественными, резкими чертами. Я могу его представить спортсменом, военным, полицейским. Да ему любая благородная профессия подойдёт! Разве что учителем представить не получается. Слишком много в нем силы и вспыльчивости, и слишком мало терпения.

– Ты учитель? – решаю пойти от обратного ради интереса.

Задумчиво приподняв брови, Влад неопределённо качает головой.

– И да и нет, – нехотя соглашается. – Инструктор. Назовём это так.

– Инструктор? По чему? – не сильно-то поверив, спрашиваю, все еще надеясь услышать честный ответ.

– По всему, – закатывает глаза он, и я тоже закатываю глаза, цокнув языком. – По боевым видам искусства.

– Тренер, что ли? – хмурюсь.

– Тренер, – вздыхает обреченно.

– С ребятами работаешь? – с сомнением смотрю на Влада, не веря, что какие-то сумасшедшие решаются доверить ему детей.

– С жеребятами, – усмехается.

– И что же у вас там такого секретного, что тебе нельзя ни в скорую обратиться, ни полицию вызвать? – смотрю на него пристально, понимая, что это ну никак не вписывается в легенду про тренера.

– Школа наша не простая, Наташ. – вздыхает он серьезно. – Элитная школа, там подготовка адовая. И требования такие же что к ученикам, что к учителям.

– Знали бы твои ученики, что ты у какой-то незнакомой тетки в шкафу голый сидел… – фыркаю со смешком.

– Но-но-но! Ты мне мою репутацию не порть, я и сам с этим неплохо справляюсь, как видишь, – усмехается Влад сердито. – Ну все, разобрались кто есть кто?

– Учитель и патологоанатом, – закатываю глаза. – Встретились же…

– Ага, – весело соглашается он. – Когда я звал тебя с собой, я думал, что ты медсестра и хотел тебя в медкорпус к нам устроить.

– Чтобы все орали от моих уколов? – скептически закатываю глаза.

– Это чтобы симулировать боялись, – подмигивает Влад. – Кстати, мое предложение все еще в силе. Бросай своих холодных мужчин, поехали со мной. Буду тебя любить, на руках носить и все такое.

Сердце неприятно сжимается от тоски. Отпуск у человека. Даже если он тридцать дней и даже если сейчас только самое его начало, то все равно через несколько недель нам предстоит расставание. А мне ну вот совсем не хочется его отпускать. Но и переезжать я не готова. Шекспировская трагедия, блин!

– Нет, Влад, – качаю головой. – Может, ты в Москву лучше переберешься? Тут спортивных центров на любой вкус на каждом шагу. Как тебе такой вариант?

33. Любимое занятие

– У меня контракт, – Влад со стоном перекатывается на живот и глухо рычит, уткнувшись лицом в подушку.

Разбираю только отчетливое “бля”. Глажу его по спине, утешая.

– Вот что, блядь, за жизнь? – возмущается он, поднимая голову и глядя перед собой, будто рассуждая вслух. – Мне вообще это все не интересовало никогда. Свалилась на мою голову – думай теперь.

– Ну извините, – обиженно усмехаюсь и убираю руку, но Влад ловит ее и притягивает к губам, целует костяшки пальцев.

– Не обижайся. К тебе вообще никаких претензий.

– Да я заметила, – дергаю бровью.

Влад лишь вздыхает в ответ, и мы просто лежим рядом, молча, думая каждый о чем-то своем. Я, например, думаю о том, что во многих городах есть морг и найти при переезде работу по специальности не такая уж большая проблема. Но вот переехать в незнакомое место, оставив позади все, что было нажито за долгие сорок лет, решится не каждый.

Хотя, что у меня есть? Я замкнутая. Ни близких друзей, не считая Кирилла, ну и Димку туда же, ни нажитых связей, за которые можно было бы держаться, ни родных. Ничего этого у меня нет. Все, что у меня есть – квартира в неблагополучном районе, соседи-алкаши и специфическая работа. Но здесь, в этом огромном городе, похоронены мои родные. Здесь прошло мое детство, здесь прошла вся моя жизнь.

– Наташ, – тихонько зовет меня Влад.

– М? – отзываюсь лениво.

– А почему патологоанатом? Странный выбор профессии для женщины.

– Людям хотела помогать, – вздыхаю.

– Ну, хорошо, а почему не хирург?

– Я боюсь боли и смерти.

– Так ты же с трупами работаешь, – усмехается Влад, растеряно улыбаясь.

– Ты не понимаешь. Я поэтому с ними и работаю, потому что они уже мертвые. Я не пошла в хирургию, потому что мне тяжело видеть, как человек умирает. Особенно на твоих руках, когда не можешь спасти.

– Ну, а почему не терапевт какой-нибудь? Не педиатр?

– Потому что мне интереснее изучать гистологию, а не лечить сопли, – сдерживаю улыбку.

– То есть, ради науки?

– Ну, типа того. – вздыхаю.

Мне не хочется объяснять ни Владу, ни самой себе, что я просто борюсь со своим давним страхом. Я боюсь смерти, которая преследует меня, и поэтому с ней работаю, да. Парадоксально, но факт. С особым интересом я изучаю онкологию.

– А не противно трупы вскрывать? – любопытничает Влад, подложив руку под голову.

– Не-а. Первое время было не по себе немного. Потом абстрагировалась. Это Димке может достаться сюрприз полугодичной давности, а у меня, обычно, как-то поскучнее в этом плане. Представь, что ты курицу разделываешь. В ней же тоже есть сердце, потроха. Вот и с трупами так же. Только с ребрами повозиться приходится.

– Спасибо, теть Наташ. – усмехается Влад.

– За что? – хмурюсь.

– За то, что не свинину в пример привела. – вздыхает он, протяжно зевая. – Без курицы в рационе я как-нибудь уж переживу.

– Какие мы нежные, – закатываю глаза. – Если так подумать, то мясо…

– Стоп. Все. Проехали.

Усмехаюсь, замолкая.

– А обязательно работать патологоанатомом, чтобы изучать гистологию? – помолчав, снова уточняет Влад. – Можно же, наверное, куда-то в НИИ устроиться?

– Можно. – соглашаюсь. – И преподавать можно.

– А чо не устроишься? Лучше же, чем в трупах ковыряться. Или тебе нравится?

– О, да! – растягиваю улыбку. – Это мое любимое занятие. Хлебом не корми, дай вскрыть кого-нибудь.

– Приколистка, – Влад недовольно закатывает глаза.

– Привыкла, – пожимаю плечами. – Почему тебя так сильно это волнует? Или неприятно, что я вот этими руками, – делаю зловещий голос и провожу ногтями Владу по спине, отчего она покрывается мурашками, – сначала трупы трогаю, а потом твой член?

Влад передергивается и тут же придвигается ко мне, сгребая в охапку и глядя пристально.

– Брезгуешь? – усмехаюсь, разглядывая его глаза. Это ж надо так! Красивый везде!

– Сдурела что ли? Если вскрытие трупов подарило тебе тот самый навык мертвой хватки, от которой кончить можно, то вскрывай на здоровье. – выдыхает возбужденно. – Просто не должна девочка в такой давящей атмосфере находиться. Вот что меня волнует.

– Не волнуйся. У нас прекрасная уютная обстановка, почти домашняя.

Влад усмехается и, поцеловав меня в плечо, садится на диване.

– Кстати, да. Про домашнюю обстановку. Давай обои клеить, пока я еще могу себя контролировать.

34. Игра

– Блядь! – с натугой выдыхает Влад, пытаясь отодвинуть от стены шкаф. – Что ты в него наложила?

– Золотых слитков, – сердито смотрю на него, скрестив руки на груди.

Вообще, терпеть не могу перебирать и сортировать вещи. Надо бы уже выкинуть оттуда половину, но руки все никак не доходят.

– Не, так дело не пойдет. Давай расхламляться, Наташ. Тащи пакеты.

– Господи, а можно мне было подсунуть какого-нибудь менее реактивного спасителя? – вздыхаю, выходя из комнаты.

– Это что там за бунт? – повышает голос Влад, чем-то шурша.

Возвращаюсь с охапкой пакетов и замираю на пороге. Влад стоит, подбоченившись, в моей норковой шапке. Мне ее подарила мама, но я в принципе не любитель шапок, а эта мне еще и прибавляла лет десять сверху. Но это же подарок, как я могла от него избавиться?

– Тебе очень идет, – усмехаюсь.

– Наташ, ты серьезно? Ты ее будешь носить? Выбросить.

– Это подарок мамы, – сопротивляюсь.

– Хорошо, отдать кому-нибудь. Я уверен, что мы найдем еще много ее подарков.

– Но это же память.

– Сфотографируй, если боишься забыть, как она выглядела, – усмехается Влад, запихивая шапку в пакет. – А, подожди, там еще и шуба есть.

– Это настоящий соболь! – возмущаюсь, бросаясь к шкафу.

И пусть я его тоже не ношу, потому что он тяжелый, да и модель уже давным давно устарела, выкинуть не дам!

– Вот у кого-то благодаря твоей щедрости будет комплект на зиму. Ты же не жлоб, Наташ?

– Да она стоила как крыло от самолета! – возмущаюсь.

– Когда? Во времена пионеров? – усмехается Влад, глядя на то, как я пытаюсь вырвать шубу из его рук.

– Я не настолько старая! – пыхчу. – Отдай!

Замираем оба, глядя на то, как из шкафа вылетает ошалелая моль и мечется в воздухе.

Еще этого мне не хватало! Бросаю шубу, начиная ее ловить.

– А, так это корм для домашних животных? – ухмыляется Влад и откидывает шубу на диван. – Выкинуть.

Рычу, прибив диверсантку, и с жалостью смотрю на шубу. Понимаю, что ни продать, ни отдать ее не получится – никому ненужная старая вещь, а все равно жалко.

Мне эту шубу на восемнадцать лет подарили. Столько тогда гордости и радости было!

– Ооо, – тянет Влад, доставая с полки коробку, – видак! А кассеты есть?

– Нет, он сломан, – вздыхаю.

– А что он тогда тут делает?

– Починить хотела.

– Лет двадцать назад, видимо? – хмыкает Влад, запихивая его в пакет. – Да у тебя тут музей постсоветского быта можно устраивать.

– Очень смешно. Я, между прочим, прекрасно помню девяностые, когда мать из одной куриной ноги варила первое, второе и компот, чтобы прокормить семью, потому что отцу не платили зарплату.

– Ну, сломанный видак тебе вряд ли чем-то бы помог в такой ситуации, – усмехается Влад. – Это же не куриная ляжка. Да и голодные годы уже давно закончились, Наташ. На помойку.

Сдвинув шубу, сажусь на диван и просто наблюдаю за тем, как Влад продолжает ковыряться в шкафу, выуживая из него все новые и новые вещи. В смысле, все новые и новые старые вещи.

– А это что? – вертит в руках коробку с термобигудями и нагревателем.

– Бигуди.

– Больше похоже на какое-то пыточное устройство, – усмехается, доставая одну. – Этими штуками, наверное, еще твоя бабка завивалась перед комсомольским собранием? Решай судьбу этой… коллекции. Оставляем одну на память или всей ротой отправляем на отдых?

Мне начинает казаться, что то, что для меня является жуткой рутиной, Влад воспринимает как веселую игру. А еще обижается за то, что я ему напоминаю про разницу в возрасте. Как маленький, честное слово.

– Раритет же, – вздыхаю.

– Да ты с такими запасами себе аллергию на пыль заработаешь, – смотрит на меня Влад пристально. – Или ты хочешь это все добро детям по наследству передать в надежде, что они станут миллионерами?

Закатив глаза, качаю головой и киваю на пакет с мусором. Пусть выкидывает. Он абсолютно прав, просто у меня самой рука не поднимается. А от бабушки у меня еще есть открытки и серьги.

Постепенно пакетов, обреченных отправиться на мусорку, становится все больше.

– Так-так-так, – усмехается Влад, увлеченно копаясь в шкафу и стоя спиной ко мне. – Ну, наконец-то!

Вот тут напрягаюсь особенно сильно. Что его могло так воодушевить?

– Я знал, что ты огонь. – разворачивается нахал с победоносной улыбкой на лице, приложив к себе красное сетчатое платье с вырезом для груди и медицинский халат с красным крестом и чепчиком из секс-шопа.

– Это не мое, – задыхаюсь от возмущения.

– Бабушкино тоже? – игриво дергает бровями.

– Да блин, – встаю и вырываю из его рук наряд. – Это мне девочки с работы ради шутки подарили! Посмотри, там даже этикетка висит!

– Ага, то есть все же твое? – перехватывает меня за талию Влад. – Кажется, я знаю, что мы будем делать сегодня ночью.

– Я это не надену, – рычу, отбрасывая халат на пакеты с мусором.

– Наденешь, – широко улыбается Влад.

– Нет, – смотрю на него хмуро.

– А если я очень-очень хорошо попрошу? – делает максимально милую морду гаденыш и опасно стреляет глазами вниз, куда-то в область моего живота.

– Нет, – усмехаюсь, не собираясь поддаваться на его чары и обаяние.

– Тогда я тебя сам в него одену прямо сейчас, – с предвкушением обещает Влад. – Выбирай.