Текст книги "Март Вахрамеев (СИ)"

Автор книги: Антон Перунов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

Глава 16

Плана действий он придумать не успел, потому оставалось играть, как когда-то в детстве, в угадайку «тепло-холодно» за непонятный приз в «черном ящике».

«Доступ к внутренней сети корабля получен», – высветилось сообщение на экранчике комма. Уведомление настигло его на полпути.

Прочитав, Март задумчиво почесал в затылке:

– Неужели прошло семь минут?

Проверил по часам. Все точно. Даже удивительно как много всего произошло за такой малый срок…

– Комм, построй мне маршрут до капитанских апартаментов. И проверь, нет ли там каких сюрпризов вроде автоматической турели или еще каких неприятностей.

– Что за судьба такая? – бурчал он себе под нос, на ходу поневоле ускоряя зачем-то шаг. Неведомая сила или собственная чуйка гнали его вперед со все нарастающей энергией. – Только попал на корабль, и уже местное начальство нагрузило миссией эпического уровня. Прямо как в сказке или армии родной, что по сути одно и то же. Пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что. И никого не волнует, как ты это сделаешь. Ну, хоть с направлением определенность. И то хлеб… но это не точно. А вот что искать… не ясно от слова совсем. Но как всегда очень срочно и прямо бегом…

На двери значилось «Luftschiffkapitän Werner Rosenberg». Она оказалась не заперта, даже мастер-ключ не понадобился. Стоя на пороге жилого блока Вернера Розенберга, Двойдан смог в полной мере оценить простор и роскошь капитанской резиденции.

Начал он изучение с обширного холла. Сразу ощутив, что движется в нужном направлении. Удобные сиденья вдоль стен, пол, застеленный мягким, напоминающим плотный ковер покрытием и зеркалами во всю стену. Приглядевшись, он понял, что это не просто зеркала, а шкафы-купе, их зеркальные створки откатывались в стороны, а не раскрывались наружу. Оставалось быстренько осмотреть, что там внутри.

И сразу же наткнулся на массу всего интересного. Роскошный кожаный чемодан на колесиках стоял внизу. Заглядывать в него не было ни времени, ни смысла. На многочисленных вешалках разместилась форменная и гражданская одежда, внизу обувь на все случаи жизни. Везде идеальный порядок. Все чисто, выглажено, аккуратно разложено по своим местам, разве что бирок не хватало.

Единственная дверь вела из холла в глубину апартаментов. В большой, очень светлый зал. Первое, что бросалось в глаза – занимающее всю стену огромное, зеркальное, то есть непрозрачное снаружи, многосекционное окно, на удивление даже не особо пострадавшее. Отсюда, с высоты, открывался потрясающий вид на бескрайнюю пампу и горы.

Следующим, что привлекло его внимание, стала барная стойка. Зайдя за нее, Март с интересом рассмотрел ее оборудование и «начинку». Многоточечное освещение, собственная и очень дорого выглядящая кофемашина с вполне читаемыми надписями над кнопками и рычагами, здоровенный, выше человеческого роста двустворчатый холодильник и стоящий рядом кулер с бочкой чистой питьевой воды.

На подвесных рельсах и многочисленных полках разместилось много изысканной стеклянной посуды всех мастей и предназначений. От натертых до блеска винных бокалов всех размеров и форм (для белого, красного, шампанского, крепленого, мартини, маргарит) до коньячных баллонов, ликерных рюмок, стопок-шотов, хайболов и еще многих видов, названий которых Март просто не знал.

С почтением отметив богатейший выбор всякого, теперь уже частично разбившегося алкоголя, еще недавно лежавшего на полках и в винном шкафу, не без сожаления прошел мимо. Все это создавало еще тот душный аромат. Налив себе полный стакан холодной, вкусной воды, с наслаждением медленно выцедил.

– Так, что тут еще есть?

Мягкая мебель занимала центр зала. Большой полукруглый диван, пара кресел. Столики, широкая, тускло поблескивающая видео панель метра два в длину, какие-то картины в модных рамах. Здесь, кроме входной, имелись еще четыре двери.

Но все эти подробности просто фиксировались его сознанием. Он искал то, ради чего Розенберг задержался на этом свете и чему отдал последние мгновения жизни. Поочередно обошел слева-направо все помещения. Первая – спальня с широченной кроватью и парой фривольных, художественно исполненных фото с полуобнаженными блондинистыми красотками. Но ничего не грело, чуйка молчала.

– А наш Вернер был еще тот затейник… Впрочем, немудрено, с такими-то возможностями…

Вторая комната оказалась кабинетом. Одна ее стена примыкала к внешней обшивке и тоже была застеклена… еще недавно… Стол, наглухо прикрученный к полу, опрокинутое кресло на колесиках, и полный беспорядок от груды битого стекла вперемешку с посыпавшимися с полок предметами. Среди них взгляд сразу зацепил узнаваемую форму сумки-чехла. Подняв, он расстегнул молнию и хмыкнул удовлетворенно. Внутри находился мощный компактный бинокль.

– А вот это я удачно зашел. Однозначно беру. В кулацком хозяйстве пригодится. Комм, это устройство обладает интерфейсом подключения к тебе?

«Да. Осуществить интеграцию?»

– Делай, – накинув ремень на плечо, распорядился Март, продолжая осмотр.

На стене в кабинете висела большая, в дорогой раме фотография, изображающая летящий над большим городом дас химмелн. Под ним простиралась от края и до края многоэтажная застройка, с высотками, шпилями небоскребов и сеткой асфальтовых дорог. Рядом с ней находилось еще одно изображение, на котором был сам капитан Розенберг во всей красе и при параде.

– Все замечательно и очень интересно. Но не то. Совсем холодно. Ничего особенного не вижу. Оно бы да, не помешало тут еще поковыряться, но времени нет, – не без сожаления заметил Март, переходя на другую сторону.

Третья дверь вела в компактный, но полноценный тренажерный зал. Опять окно во всю стену, ну и всякие интересные аппараты. Очевидно, капитан придавал большое значение поддержанию себя в отличной физической форме. А вот здесь чуйка заметно оживилась, стало ясно, что неведомая цель приближается.

Последним закономерно оказался роскошный санузел, где разом стало бодро и совсем горячо. Заинтересованно и очень внимательно огляделся по сторонам. Большое зеркало от пола до потолка, умывальник, душевая кабина, миниатюрная сауна за толстым стеклом, рассчитанная, самое большее, на двоих, и даже по виду дорогущий, напоминающий трон какой-то мудреный ватерклозет.

У крана не было никаких вентилей, подставил ладони, и вода сама зажурчала. Умывание стало истинным наслаждением. Освежился и даже уходить резко расхотелось. Заметив флакон с туалетной водой, принюхался к аромату, оценив его изысканность, но трогать не стал, не хватало еще выдать себя ярким, стойким запахом.

Зато немного поразмышляв, надумал воспользоваться еще и унитазом, чего добру пропадать и упускать такой шанс, когда еще придется опробовать этакие удобства.

Пока сидел со спущенными штанами, в голову пришла мысль – а что, если сейчас сюда ворвутся какие-нибудь уцелевшие граждане из экипажа корабля, вот будет им потеха. Его даже перекосило. Пистолет сам собой прыгнул в руку. Так он и досидел с оружием до конца процедуры, молча проклиная свои дурацкие фантазии и ломая себе голову, что же он упустил из виду? Не могло быть, чтобы Розенберг просто так отправил его сюда. Ну не ради санузла, это точно! Но ничего путного не надумал.

Закончив дела и приведя себя в порядок, поднялся, и в этот самый момент поблизости послышался пронзительный боевой кошачий мявк, а следом приглушенный стук упавшего предмета. Вот теперь для Вахрамеева настало время быстро соображать. Чтобы не тратить время на поиски тайного рычага или кнопки, способных сдвинуть зеркальное полотно, он, не мудря, одним ударом ботинка, как настоящий вандал, разбил чудом уцелевшее при крушении стекло. Обломки с грохотом обрушились вниз, открыв крепкую даже на вид дверь с кодовым замком. Март физически ощутил, что надо очень спешить, что дорога каждая секунда.

Припомнив пароли на бумажках в портмоне капитана, он торопясь вытянул их и принялся вводить первый набор знаков. Но не срослось. Количество пустых ячеек оказалось меньше, чем букв и цифр в шифре. «Точно не то». Достав вторую записку, одним взглядом запомнил весь ряд и начал стремительно отстукивать их на табло. Ввод! С тихим звоном замок разблокировался.

– Есть контакт!

Март толкнул дверь и ввалился в небольшое помещение – метра три на три и на долю секунды застыл потрясенный открывшимся зрелищем. Вся в коричневых пятнах на чешуе, с двумя рогами-наростами над узкими вертикальными прорезями глаз небольшая змея и песочно-желтый ушастый котенок сошлись в смертельной схватке, сплетясь в тугой клубок, яростно и молчаливо, чтобы не тратить понапрасну дыхание, катались по полу, лишь хвосты у обоих бешено мотались и били во все стороны.

Коту удалось прихватить врага за горло, вцепившись намертво и удерживая ядовитые зубы от смертельного укуса, но и силы добить не хватало. Гадюка шипела, пытаясь освободиться от тонких, как иглы, клыков, и сжимала свои кольца, свитые вокруг тщедушного, один мех и совсем немного мускулов, тельца малыша. С каждым мгновением сопротивление ее противника слабело, а безжалостные объятия крепли.

Без рассуждений Март кинулся вперед.

А за пятнадцать минут до этого в секретной капитанской комнатке-хранилище при незапланированной и очень жесткой встрече воздушного корабля с землей опрокинулась и разбилась высокая колба террариума, выпустив на волю молодую, золотисто-желтую, с темными пятнами на блестящей чешуе рогатую гадюку. Не только ей удалось в этот миг обрести свободу. Небольшая хитроумная переноска, стоявшая на столе, в которой вот уже который день почти безвылазно томился барханный котенок, с силой вылетевшего из пушки снаряда врезалась в стену и разломилась на части.

Некоторое время оба зверя неподвижно лежали посреди обломков и осколков, постепенно приходя в себя. Поначалу они предпочли не замечать друг друга, разойдясь по разным углам и занявшись, как это ни удивительно для извечных и кровных врагов, общим делом – посылая ментальный призыв единственному известному им человеку – все тому же капитану Розенбергу. Этот посыл не давал ему уйти за край, несмотря на смертельные раны и болевой шок.

Наконец, он выполнил свою миссию и скончался. Контакт с ним оборвался. Тогда и настало время для битвы. Гадюка, извиваясь, медленно поползла к внимательно наблюдавшему за ней усатому комку встопорщенной шерсти.

Котенок, не позволяя врагу приблизиться, постарался укрыться на столе. Змея последовала за ним. Некоторое время они так и гонялись один за другим по тесной комнатке, пока в какой-то момент совсем еще неопытный кот не сделал ошибку и не оказался слишком близко от противника. И тут же увидел прямо перед своим носом раззявленную пасть с раздвоенным языком и длинными источающими яд клыками.

Скорость спасла малыша. Он ловко, одной лапой, отбил удар, а сам тут же отскочил в сторону, пока враг замешкался, готовясь к новому нападению. На этот раз он сумел избежать гибели, но теперь дистанция между ними сжалась до предела. Началась война нервов. Гадюка очень близко подползала к противнику и, приподняв голову на уровень его мордочки, зависала на несколько секунд, а потом бросалась вперед. Кот стойко отбивался.

Будь он взрослым, то ему хватило бы и одного удара сильной лапы сверху по черепу змеи, чтобы оглушить ее и потом, с удовольствием добив, хорошенько перекусить свежим мясом. Но сейчас обстоятельства были против него. Дотянуть до грядущей могучести в таких мрачных раскладах было совсем непросто…

Поняв, что так врага не одолеть, гадюка сменила тактику и, наконец-то, к своему торжеству, смогла перехитрить его. Изобразив нападение, змея ударила хвостом по лапам и смогла сшибить отважного мышелова на пол. Тут же кинувшись на него, она почти достала шею противника, но бесстрашный мурлыка все равно оказался быстрее. Извернувшись, снизу он намертво вцепился в ее горло у самого основания черепа. В этот миг снаружи раздался грохот, дверь распахнулась, и на пороге возник незнакомый человек.

Первым порывом Двойдана было пристрелить гадину, но риск задеть котофея становился не иллюзорным. Немедля он просто ухватил змею за хвост, с омерзением ощутив ее гибкую силу, и со всей дури дернул, отбросив извивающееся тело, норовившее даже в этот момент зацепить нового врага своими ядовитыми клыками, через раскрытую дверь подальше в сторону унитаза. От его рывка противники разлетелись в разные стороны. Март лишь пожалел, что не сумел размозжить голову твари о косяк.

Но гадюка не думала сдаваться. Поднявшись на дыбы, она, грозно шипя и раскачиваясь, медленно поползла к Марту, который ощутил явственное внешнее давление и заторможенность. Собрав волю в кулак и свирепо зарычав, сумел сбросить непонятный морок и, выхватив пистолет, пусть и не первым выстрелом, все же попал по монстру, отбросив тяжелой пулей смертельно-опасную живую и злобную золотистую тварь к дальней стенке.

Змеюка оказалась удивительно живуча и вместо того, чтобы, подергавшись в агонии, сдохнуть, нашла в себе силы ускользнуть наружу. Преследовать непонятное пресмыкающееся Март не стал. Ему и без того уже хватило впечатлений на сегодня. Тем более что спасенный им мурлыка валялся неподвижно и выглядел совсем плохо, явно нуждаясь в срочной помощи.

– Так, будем считать, что невыполнимая миссия завершена. Можно переходить к эвакуации уцелевших.

Вахрамеев поднял невесомое тельце, ощутив слабое биение сердечка сквозь тоненькие ребра, и пару раз дунул ему в ноздри. Погладив котенка по широкой, лобастой голове, он вдруг ощутил боль в пальце и едва не отдернул руку.

Хвостатый, видно еще не придя в себя после драки, острыми, тонкими как иглы зубами укусил Марта и только теперь открыл глаза. Шершавым язычком тут же аккуратно слизнул выступившую капельку крови. Ранка моментально затянулась, словно ее и не было.

– Это такая благодарность или ты – неведомая зверушка вампирского звания? – сдержавшись от ругательств, спросил Вахрамеев котенка.

Тот в ответ слабо поморщил нос и чихнул, всем видом показывая, что отвечать на такие пробросы ниже его шерстисто-хвостато-ушастого достоинства. А потом умильно посмотрел на Марта своими ясными зелеными глазищами.

– Нет, ты не думай, я тебя, малыш, все равно не оставлю. Будем теперь вместе планету топтать. Ты же раненый. Чем лечить? Эта тварь ядовитая? Если знаешь, кивни.

Котенок в ответ лишь недовольно дернул хвостом.

– Видимо, это означает, что ты в порядке. Тогда, может, ты голодный?

На этот раз реакция была строго положительной, Марту даже показалось, что ему кивнули в ответ.

– Тогда пошли, поищем чего-нибудь в капитанском холодильнике.

Глава 17

От нежданных и резких поворотов судьбы в нашей жизни никто не застрахован. Вот живете вы спокойненько и даже не подозреваете, что очень скоро на вас свалится очередной сюрприз. И «сюра» в нем окажется куда больше, чем «приза».

Вернувшись в зал, Март усадил котенка на барную стойку и распахнул обе створки холодильника. Внутри оказалось много всего интересного, в броских, незнакомых упаковках. На многоярусных, уходящих под потолок ярко освещенных полках разместился целый склад деликатесных закусок всех мастей. Напоминало все это изобилие витрину дорогого магазина, в котором нашлось место разным вкусностям. От черной икры, соленой и копченой рыбы, сыров, колбас и разных соусов до минералки, пива и даже ледяной водочки, любовно-старательно уложенной в морозилку, чтобы со слезой…

– Да, красиво жить не запретишь. Кхм… Ну, теперь все это в нашем распоряжении. Выбирай, что пожелаешь, мелкий. Смотри, даже кошачьи консервы в ассортименте.

Открыл одну банку и поставил перед зверем.

– Будешь? – тот, не скрывая брезгливости, понюхал и нехорошо посмотрел на человека. – Не устраивает? Понимаю. Даже по запаху дрянь редкостная. Смотри, тут есть сливки и творожный сыр.

Вот это зашло коту куда лучше, и он принялся увлеченно лакать узким розовым язычком густую белую жидкость.

– Так-то лучше, – довольно подвел итог Март, погладив отважного мурлыку по худой спинке. – Давай, отъедайся, а то кожа да кости. Увидит кто, наклепают на меня в местный гринпис или как тут общество защиты животных называется…

Глядя, с каким аппетитом уплетает угощение котенок, он и сам захотел перекусить. Последний раз Март ел еще рано утром в подвале у Каллистрата, перед отъездом из Тары.

Несколько секунд боролся с искушением дернуть пивка, но обстановка не располагала. Зато безо всяких проблем разобравшись с кофемашиной, сварил себе крепчайший двойной эспрессо. Затем запилил могучий сэндвич из нескольких слоев: сыр, сырокопченая колбаса, маринованные огурчики и вяленые с розмарином и чесноком томаты. Разогнавшись, сразу сделал и второй такой же. Чтобы два раза не вставать.

Пока руки занимались сборкой вкусностей, в голове непрерывно продолжалось осмысление только что произошедшего. Змея определенно воздействовала на него, отрицать факт не имело никакого смысла. Да и мурлыка при всей своей зашкаливающей няшности совсем не так прост. Какая сила тянула его сюда, то нашептывая «Холодно», то в голосину вопя «Жара»? Свалить на вахрамеевскую чуйку? Или было чье-то воздействие? И зачем парочку мелких тварей засаживать в явно секретное помещение? Розенберг, уже убитый, упорно продолжал цепляться за жизнь, чтобы направить все равно кого к себе в каюту. Ведь дядя был тот еще сибарит и нарцисс, уж в такую минуту ему стоило бы подумать о себе – любимом, а он вон чего учудил, о зверушках позаботился…'

«Все эти рассуждения не приближают меня к разгадке и на миллиметр. Может, порыться еще раз в этом сейфе-кладовке? Вдруг главное ускользнуло от меня? Ладно, это никуда не убежит».

– Комм, включи голосовой режим.

– Выполнено, – раздался негромкий ответ системы. Котенок, не отрываясь от еды, навострил уши.

– Раз доступ к внутренней сети появился, то покажи, что там есть. И вот еще что. Ты можешь вывести интерфейс на большой экран, чтобы мне глаза не ломать?

– Начинаю проверку соединения. Доступ получен.

Панель на стене засветилась, и на ней появилась структура из нескольких десятков сегментов.

– Русский в алгоритм сервера не заложен. Но есть возможность перевода.

Март отпил из чашки и оценил отличный вкус напитка. С удобством разместившись на диване, он поставил кружку и тарелку с бутербродами на столик перед собой и, откинувшись на мягкую спинку, скомандовал:

– Используй ключ капитана и открой доклад о состоянии систем корабля. Хочу посмотреть его схему и подробную информацию по каждому сегменту.

На огромном экране появилось подробное трехмерное изображение дас химмелна. Все отсеки подсвечивались разными цветами, а умная машина даже умудрилась наложить поверх немецких слов плашки с русским текстом. Пока он с огромным интересом рассматривал общее устройство воздушного корабля, заодно старательно пережевывая очередной кусок приготовленного себе угощения, комм порадовал новостью:

– Получен доступ к части камер наблюдения.

На схеме сразу появилось много значков. Большая часть светилась дружелюбным зеленым, некоторые багровели тревожным красным.

– Покажи соседние каюты по правому борту, – машина мгновенно выполнила приказ, – так, вроде никого нет. Чисто и пусто. Какие-то датчики движения или тепловые на палубах установлены? Можно сейчас понять, есть ли где-нибудь люди?

– Нет, таких сенсоров на борту не размещено.

– Хорошо, мониторь все и если засечешь движение, сразу докладывай.

– Приступаю к выполнению.

– Перекинь картинку на левый борт, хочу глянуть, что там, в помещениях для экипажа.

Изображения сменились. Теперь уцелевшие камеры транслировали разрушенные, почерневшие от близких разрывов, в бесчисленных пробоинах от осколков ракет стены жилого модуля. В таком аду выжить шансов не было ни у кого. Зрелище было столь мрачным, что он, несмотря на голод, даже отложил недоеденный сэндвич в сторону.

– Сколько людей находилось на борту?

– Тридцать.

– Подробнее, кого и сколько?

– Капитан, старпом, два вахтенных офицера, один из них – штурман, и стажер-кадет. Четыре пилота. Боцман и палубная команда из трех матросов. Администратор корабельной сети, он же отвечал за обслуживание главного вычислителя и радиосвязь. Фельдшер в медотсеке. Кок и стюард. Старший механик и его три помощника. Три моториста. Мастер-механик атомной установки. Группа обеспечения безопасности. Их четверо. Старший – сержант.

– Всего выходит тридцать? Так в судовой роли записано? Больше никого не внесено?

– Подтверждено. Ровно тридцать членов экипажа.

– Все они размещались на главной палубе. Уцелеть могли те, кто был на вахте в реакторном отсеке. Постарайся отыскать камеры.

– Они отключены.

– Кем? Или просто неисправны?

– Нет информации.

– Так, с грузовой палубы что-нибудь есть?

– К сожалению, все средства наблюдения там уничтожены, – Марту даже на миг показалось, что в ровной интонации машины проскользнули извиняющиеся нотки. Или это так ИИ качественно запрограммирован, что способен симулировать человеческие реакции?

– Подожди-ка, а что с надстройкой сверху? Покажи, что там есть.

Изучать огромный корабль оказалось делом крайне увлекательным. Март на время позабыл обо всем вокруг, с головой уйдя в работу.

– В передней части надстройки размещены прогулочная палуба, тренажерный зал, лазарет, каюты и ресторан-столовая для пассажиров.

– Ага, значит, могут они посторонних возить, что и требовалось доказать. Принято. А сзади что за сараи?

– Это ангары. В них размещается грузовой шаттл, пассажирские коптеры и вся инфраструктура обслуживания.

– Выведи мне ТТХ аппаратов и покажи картинку с камер, вроде они там работают, – Март от внезапно накатившего волнения подался вперед, напряженно вглядываясь в экран. Рассмотрев изображение, долго молчал, потом медленно произнес, – хотел вытянуть рубль, а получил десять…

– Команда не понятна.

– Это не тебе. Есть возможность оценить техническое состояние аппаратов и достаточно ли у меня прав доступа, чтобы взять их под управление?

– Прямого доступа к корабельному БКУ[1] сеть не дает. Необходима санкция техника на месте. Последние записи в журналах контроля указывают, что сегодня проводилось текущее обслуживание всех аппаратов, и они находятся в полной готовности к вылету.

– А доступ?

– Центральный вычислитель не отвечает, в этих условиях работает протокол экстренной передачи полномочий.

– Что он предписывает?

– Требуются мастер-ключ и двадцатизначный двухуровневый пароль.

– Та-ак… – Март вспомнил длинный ряд букв и цифр, на второй бумажке из кошелька Розенберга. Развернув лист, он дал камере коммуникатора отсканировать запись.

– Код принят, требуется активировать панель управления с помощью мастер-ключа. Это действие может быть осуществлено только физически.

– Великолепно! Так, мне нужна методичка по управлению этими машинами. Инструкции. Скачай все себе и сделай перевод на русский. Все, нам пора наверх!

И только тут вспомнил о затихшем котенке.

– Елки-палки, что-то я не по делу засуетился. Не хорошо про корешей забывать.

Март подошел к бару и не без умиления увидел, что малыш уснул, разлегшись кверху раздувшимся от обжорства пузом, вытянув задние и широко, как-то очень по-человечески, раскинув передние лапки.

– Ну ты силен, хвостатый. Нервы у тебя в полном порядке. После такого замеса отрубиться сном младенца – это пять. В военлеты тебя наверняка бы взяли. Так что будешь теперь Курсантом. Гордись, ушастый.

Мурлыка даже не проснулся, когда Март ухватил расслабленную тушку, и только оказавшись в его ладонях, свернулся калачиком. Оставалось разве что сунуть спящего котофея во внутренний карман куртки. Так он и сделал. Маленький герой пригрелся и почти сразу негромко затарахтел в такт с биением сердца. Оглянувшись напоследок, Вахрамеев, не теряя больше времени, направился к выходу.

И в этот момент снова раздался голос комма:

– Срочное сообщение. В центральном коридоре зафиксировано движение.

– А вот это уже интересно. Кто там и сколько их?

– Наблюдаю одного.

– Принято. Отключай голосовой режим. Пойдем, глянем, кто там такой нарядный.

[1] БКУ – Бортовой Комплекс Управления. Его основным элементом является Центральный Вычислитель – мощный компьютер с ИИ.