Текст книги "Великий Кузнец 6 (СИ)"

Автор книги: Анри Олл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

Он слегка склонил голову, соблюдя формальности, и, не удостоив даже взглядом стоящего у стены Сергея, направился к выходу. Шаги его трости глухо отбивали ритм по паркету, удаляясь, пока за ним не закрылась тяжелая дверь.

Когда дверь с глухим стуком захлопнулась, в приёмной повисла напряжённая тишина, которую нарушал лишь стук моего собственного сердца. Наконец Василий шумно, с облегчением выдохнул. Он откинулся на спинку кресла и провёл ладонью по лицу, стирая невидимую усталость.

– Ну и дела, – пробормотал он, качая головой. – Чуяло моё сердце, что без сюрпризов не обойдётся, но, чтобы сам представитель Синдиката Магических Сокровищ нас в приёмной караулил…

Делец повернулся ко мне, собираясь, видимо, выдать целую лекцию о всех нюансах и подводных камнях этого предложения, но в этот момент дверь в дальнем конце комнаты, ведущая в глубь здания, приоткрылась, и на пороге появился всё тот же швейцар, что нас встречал.

– Магистр Стеллар готов принять вас, господа, – произнёс он бесстрастным голосом. – Прошу следовать за мной.

Василий переглянулся со мной. В его взгляде я прочёл смесь тревоги и решимости.

– Ладно, – шепнул он мне, поднимаясь. – Разговор о Синдикате подождёт. Сначала – дела с самой Гильдией. Пошли. Держись рядом и помни: я веду переговоры, ты молчишь, если я не скажу иначе, или если не спросят напрямую.

Я кивнул, поправил воротник нового кафтана и, бросив быстрый взгляд на Сергея, который бесшумно двинулся за нами. Однако его попросили подождать тут. Я кивнул людоволку, чтобы тот остался, а сам с моим деловым партнером направился вслед за швейцаром в кабинет главы Королевской Гильдии Артефактов.

Глава 7
Королевская Гильдия Артефактов III

Дверь в кабинет магистра Стеллара открылась бесшумно, и мы ступили внутрь. Я ожидал увидеть нечто монументальное: строгий кабинет, заставленный шкафами с фолиантами, картами и магическими приборами, возможно, с парой светящихся шаров или летающих свитков. Вместо этого моему взору предстала довольно уютная комната с высокими, стрельчатыми окнами, выходящими в тот самый сад с големами, что мы недавно миновали. Сквозь лёгкую занавеску пробивался мягкий, рассеянный свет, от чего вся комната казалась залитой тёплым медовым свечением.

И посреди всей этой уютной, чуть старомодной обстановки, за массивным столом из тёмного дерева, сидел он. Магистр Альвиан Стеллар оказался совсем не таким, каким я его себе представлял. Я почему-то думал, что глава Королевской Гильдии Артефактов – это либо суровый бородатый муж, либо высокий худой маг с пронзительным взглядом. Но передо мной сидел маленький, сухонький старичок, каких часто можно встретить на рынке или у храма Ангбера. Он казался хрупким, почти невесомым, утонувшим в глубоком резном кресле с высокой спинкой.

Голова его была покрыта редкими белоснежными волосами, зачёсанными назад и открывающими высокий лоб с глубокими морщинами. Кожа была сухой, пергаментной, с сетью тонких морщинок, что собирались особенно густо вокруг глаз и губ. Но глаза… они были такими же живыми, пронзительными и мудрыми, как и у моего наставника Элиаса. Только если у Зольника они были серыми, горящими огнём теоретика, то у Стеллара – добрыми, но, все же, будто с некой хитринкой.

На нём был роскошный, глубокого сиреневого цвета балахон, расшитый золотыми и серебряными рунами. Высокий стоячий воротник, украшенный тонкой вязью, охватывал его худую шею. Поверх балахона была накинута мантия из тяжёлого бархата такого же оттенка, с широкими рукавами и горностаевой оторочкой на плечах. Пальцы его унизывали перстни: с крупными аметистами, с молочно-белым лунным камнем и с глубоким, тёмным гранатом. На груди, на массивной серебряной цепи, висел медальон с гербом Гильдии – раскрытой книгой, внутри которой парили скрещённые молот с жезлом.

Я вспомнил, что где-то слышал: синий цвет и синие мундиры – это отличительная черта стражи, воинов королевства и их командиров. А вот более дорогой и изысканный сиреневый, цвета фиалки и аметиста, носят высокопоставленные маги на службе у королевства. Очевидно, Стеллар был одним из них, причем, наверное, одного из самых высоких рангов.

Завидев нас, он отложил перо, которым что-то чиркал в толстом гроссбухе, поднял голову и широко, по-доброму улыбнулся. Его улыбка была открытой, располагающей к себе, и от неё по спине пробежало тепло, хотя я и пытался сохранять бдительность.

– А, господа Громов и Мельников! – воскликнул он мелодичным, чуть скрипучим голосом. – Проходите, проходите, присаживайтесь. Я вас заждался. Чай, красный с горных трав. Не желаете?

Он указал на пузатый чайник, стоящий на подносе, и два кресла перед своим столом. Мы с Василием переглянулись и опустились на мягкие сиденья. От чая шёл пряный, чуть терпкий аромат, в котором угадывались нотки шиповника, сушёной вишни и чего-то ещё, более тонкого, напоминающего корень солодки. Я вежливо отказался, состояние напряженности не располагало к чаепитию, хотя запах и был до ужаса приятным.

– Итак, – начал магистр, складывая руки на столе и внимательно оглядывая нас обоих. – Я так понимаю, вы пришли по вопросу регистрации вашей кузни «Алая Подкова» и артефакторской деятельности, верно?

– Именно так, магистр, – ответил Василий, достав из внутреннего кармана наши документы и письмо-приглашение.

– Отлично, – кивнул Стеллар, принимая бумаги. – Давайте поглядим, что у нас тут… Элиас Зольник, значит, поручился? Ознакомился с его историей: отличный теоретик, жаль, что с Академией и прочими разругался…

Он быстро, но очень внимательно пробежал глазами документы, задал пару уточняющих вопросов о том, какие именно артефакты мы планируем производить и в каких объёмах. Мы ответили: временные усилители из бронзы и в перспективе серебра, а также возможные инструменты и оружие с базовыми зачарованиями.

– Временные артефакты, значит, – задумчиво протянул Стеллар, постучав пальцем по столу, но, к моему облегчению, не стал углубляться в этот вопрос. – Новое веяние, все течёт, даже природа и магия меняется со временем. Что ж, это не запрещено, главное, чтобы всё было в рамках закона и налоги платились вовремя.

Дальше всё пошло как по маслу. Никаких сложностей, подковёрных интриг, шантажа или игр. Мы просто ответили на вопросы и подписали документы. Магистр Стеллар сверился с какими-то своими записями и объявил сумму: двадцать восемь золотых монет. В эту сумму вошли пошлина за регистрацию, пени и штраф за то, что мы вели деятельность без официального оформления в предыдущие месяцы, налог за все прошлые месяцы и авансовый платёж за будущий год.

Сумма была немалая, почти тридцать золотых, но вполне приемлемая, учитывая даже наш текущий масштаб. По сути, по четырнадцать золотых на каждого из нас, хотя я понимал, что эти расходы окупятся с лихвой в первый же месяц, как только мы начнём официально продавать свои изделия. Мы с Василием быстро отсчитали монеты. Половину суммы я выложил из своего кошелька, и еще четверть тоже, так как, мой партнер вложил почти все в свою торговую компанию, остальное было за Василием. Однако делец предупредил меня об этом заранее и обещал вернуть с первой же прибыли.

Старик принял платёж, ссыпал золото в ящик стола, поставил на документах свою печать, рядом с которой тут же проявилась магическая руна, засветившись тусклым сиреневым светом и медленно потухнув. Один экземпляр договора остался у нас, другой – в архивах Гильдии.

Когда все формальности были улажены, магистр откинулся на спинку кресла, снял очки и протёр их краем мантии. Казалось, он стал выглядеть ещё более расслабленным и добродушным.

– Ну что ж, с делами покончено, – произнёс он, пряча очки в нагрудный карман. – Однако, раз уж вы здесь, позвольте задать один вопрос, молодой человек. – Он обращался прямо ко мне, и его глаза блеснули. – Ваша кузня «Алая Подкова» будет участвовать в фестивале «Мастер Огня и Металла»?

Я на мгновение замер. Фестиваль. Я совсем о нём позабыл в круговерти событий: мои проекты, нападение «Ворона», строительство хутора, переговоры с синдикатом, бои с гоблинами…

А ведь Григорий Железнов, отец Ани, мастер, который принял меня словно своего сына и погиб, защищая свою кузню и нас, так мечтал, чтобы имя его мастерской гремело по всему миру. И вот теперь я, его ученик, должен был продолжить это дело.

Мысль пронеслась в голове молнией: я не мог отказаться, просто не имел права.

– Да, магистр, – ответил я, чуть помедлив, но твёрдо. – Мы намерены участвовать.

– Чудесно! – воскликнул старик, и его лицо расплылось в довольной улыбке. – Просто чудесно! Всегда приятно, когда новые таланты, техники и методики не чураются соревнований. А то в последнее время одни старики вроде Родрика Молотобоя всё первые места расхватывают. Надо встряхнуть это мероприятие!

Он хлопнул ладонью по столу и, не давая мне опомниться, продолжил:

– Фестиваль пройдёт в следующем месяце, в середине сентября. Вас, как зарегистрированного члена Гильдии, я могу внести в список участников зачарованной категории прямо сейчас. Если, конечно, вы не против. Сэкономите время на походах в городскую администрацию.

Я снова переглянулся с Василием. Купец едва заметно кивнул, давая понять, что возражать не стоит. Я кивнул в ответ:

– Да, я согласен. Вносите.

– Прекрасно, прекрасно! – старик ловко развернул новый лист пергамента, быстрым, уверенным почерком вписал название кузни и моё имя, поставил дату и снова приложил печать. – Готово. Зачарованная категория, кузня «Алая Подкова», мастер Элиас Зольник и подмастерье: Яр Громов. Будем ждать вашего шедевра, молодой человек. Удачи вам!

Он встал из-за стола, давая понять, что аудиенция окончена. Мы последовали его примеру, поклонились и направились к выходу. Всё прошло на удивление гладко. Слишком гладко. Но я не чувствовал ни подвоха, ни скрытых угроз от этого старика. Он казался именно тем, кем выглядел: добродушным ветераном своего дела, с должным усердием выполняющим свою работу.

Однако, когда мы проходили через пустующую приёмную, я невольно покосился на кресло, где всего полчаса назад сидел представитель Синдиката. Что это было? Случайность? Или они как-то связаны? Вряд ли тут можно было придумать что-то хорошее. Может, Стеллар знал, что Вейс будет здесь, и специально назначил нашу встречу в одно время? Или же это была просто игра случая и территорий, ведь оба крутились вокруг магических предметов и так или иначе имели дела в этих кабинетах. Или, наоборот, это синдикат как-то подгадал момент и время, воспользовался своим влиянием? Я гнал от себя эти мысли, но они всё равно цеплялись, оставляя неприятный осадок. Сергей, всё это время терпеливо ждавший у выхода, бесшумно пристроился рядом.

Вскоре мы вышли из особняка, миновали сад с каменными стражами и, пройдя ворота и стражников, что кивнули нам на прощание, ступили на мостовую.

– Ну что, – выдохнул Василий, когда мы отошли на достаточное расстояние, шагая по комплексу висячих садов. – Первая часть плана выполнена. Теперь мы официальные члены гильдии, и синдикат о нас знает. Вопросов больше, чем ответов, но это нормально.

Он остановился, облокотившись на невысокое ограждение, откуда открывался вид на нижние ярусы висячих садов. Вдалеке шумел водопад, стекающий с одной из террас, и ветер доносил запах влажной земли и увядающих цветов. Вид был масштабным, величественным и великолепным.

– Итак, Яр, – продолжил он, поворачиваясь ко мне. – Что думаешь о предложении синдиката?

Я задумался, собираясь с мыслями. Мимо нас прошла пара стражников, ведя под уздцы лошадь. Я проводил их взглядом и ответил:

– Сама по себе сделка не выглядит такой уж плохой, особенно если учесть, что мы пока выпускаем лишь временные артефакты в виде бронзовых колечек с одним-единственным эффектом. Синдикат даёт защиту и доступ к рынкам. Но…

– Но, – подхватил Василий, испытующе глядя на меня. – Ты боишься, что они засунут нос туда, куда не следует.

Я кивнул. Купец усмехнулся и покачал головой:

– Яр, я, может, и старый уже, но глаза у меня ещё острые. – Он указал на мои руки, скрытые кожаными перчатками. – Я видел перстни на твоих пальцах, на пальцах Ани и даже на пальцах Сергея. Они все с камнями. Да и как ты там сказал? «Ветряк» на твоей крыше, и клинок в твоих ножнах – вещи явно необычные. Скажи, ты ведь не только «временные усилители» умеешь делать?

Я молчал, но моё лицо, видимо, сказало всё за меня.

– Вот видишь, – вздохнул Василий. – Если мы будем развивать ассортимент или просто изготавливать для себя или избранных что-то необычное, рано или поздно синдикат про это пронюхает. У них длинные уши, а глаза, как у ястреба. И тогда их аппетиты и опасения вырастут пропорционально. И тут уж непонятно, что лучше: быть под их крылом и платить дань, или держаться подальше, рискуя, что они решат «убрать конкурента».

Он помолчал, поглаживая бороду.

– Из-под крыла могут показаться и когти. Синдикат – это не благотворительная организация. Они не станут терпеть убытки и поступать своими интересами ради одного члена, тем более новичка. С другой стороны, если мы останемся сами по себе, без покровителя, жадные коршуны из других гильдий, организаций, дворян и даже остальные члены синдиката, что не захотят делиться рынком, могут нас разорвать на части и растащить по кусочкам. Твои способности – это лакомый кусочек. Очень лакомый.

Он развёл руками:

– Я, если честно, и сам не знаю, какое решение тут принимать. Я купец, я знаю цены, товары, маршруты, но это… Это уже уровень большой политики и магических интриг. Я не ведаю точную расстановку сил на этом рынке, да и на этом уровне уже не рынок правит, а политика.

Он положил руку мне на плечо:

– Решать тебе, Яр. Ты – источник и хозяин этого дара. Я лишь твой представитель. Что бы ты ни решил – идти под крыло Синдиката, искать другого покровителя или попытаться пробиться самому, – я тебя поддержу. Мы вместе это дело начинали, вместе и продолжать будем. Я сделаю всё от меня зависящее для нашего общего процветания.

Я молча кивнул, чувствуя на своих плечах груз ответственности, который становился всё тяжелее с каждым днём.

«Как же мне повезло, что я познакомился и доверился именно этому торговцу, такие как он – это исключение из правил, таких единицы. Ведь такая лояльность – чаще вредна для коммерции…»

В голове роились мысли, но ни одна не давала чёткого ответа: синдикат, гильдии, фестиваль, растущее хозяйство и производство, мои тайны, опасности со всех сторон… Мне нужно было время, чтобы во всём этом разобраться.

Я глубоко вздохнул, втягивая аромат нагретой центральным кристаллом листвы висячих садов и всматриваясь в просторы над местным древним циклопическим пирамидальным каменным куполом. Всё-таки тут было очень красиво.

Глава 8
Эхо магии

Я стоял, облокотившись на каменное ограждение висячих садов, и смотрел вдаль, туда, где за многоярусными террасами и крышами домов угадывались плоскости внешних стен. Ветер играл с моими рыжими волосами, донося запах воды от фонтанов и нагретой листвы. Где-то там, на нижних ярусах, шумел город, но здесь, среди цветущих кустарников и под сенью редких деревьев, было тихо и спокойно. Я сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями, и наконец произнёс то, что вынашивал последние несколько минут:

– Я решил, Василий Фёдорович. Пока мы не будем вступать ни в какие синдикаты и иные сомнительные объединения. На данном этапе нам достаточно членства в Королевской Гильдии Артефактов. Это даёт нам легальный статус и защиту закона. А синдикат… – я покачал головой. – Слишком много неизвестных. Я не хочу менять одну упряжь на другую, пусть и с позолотой.

Я повернулся к купцу и встретил его внимательный взгляд:

– Но это не значит, что мы будем отгораживаться от них стеной. Если господин Вейс или кто-то из его людей изъявит желание к взаимовыгодному сотрудничеству – пожалуйста, мы не против. Разовая сделка, партнёрство на определённых условиях – это можно обсуждать. Но членство со всеми вытекающими – нет. Я хочу сохранить свободу и возможности манёвра.

Василий Фёдорович слушал меня, не перебивая, и по мере того как я говорил, его лицо постепенно озарялось понимающей улыбкой. Когда я закончил, он одобрительно хмыкнул и, шагнув ко мне, по-отечески хлопнул меня по плечу. Его ладонь была тяжёлой и надёжной.

– Умно, Яр. Очень умно. Не перестаю удивляться твоей прыти в столь юном возрасте. Хотел бы я, чтобы у меня был такой же сын, как у твоего отца, Степана, – сказал он, и в его голосе слышалась искренняя гордость. – Ты прав: лучше синица в руках, чем журавль в небе, особенно когда этот журавль может оказаться коршуном. Гильдия даёт нам прикрытие, а свободные контракты с синдикатом – возможность получить выгоду, не влезая в долговые обязательства. Я рад, что ты это понимаешь.

Он убрал руку с моего плеча и, достав из внутреннего кармана камзола плотный лист бумаги, развернул его.

– Кстати, раз уж мы заговорили о делах, – продолжил он, – я взял в аренду небольшую лавку в переулке неподалёку от «Золотого Якоря». Место проходное, не самое центральное, но и не глухое. Посажу туда надёжного приказчика, из моих старых людей, грамотного и с головой. Будем принимать заказы на наши «временные» артефакты открыто. Для начала у нас есть четыре наименования, от которых мы можем отталкиваться, ведя нашу рекламную компанию. Это будут основные позиции лавки, что мы также направил списков в гильдию. Бронзовые перстни силы, перстни ловкости, перстни выносливости и кольца зоркости. Я уже даже придумал им названия: перстень орка, змеиный, дуба, соколиный.

Я кивнул, подтверждая.

– Отлично, – делец убрал бумагу обратно. – Что касается новинок или более мощных изделий – будем, как и прежде, организовывать аукционы на первый раз. Только теперь, с легальным статусом, я думаю, можно будет проводить их открыто, с приглашением узкого круга лиц заранее и без опаски. Это вызовет больший ажиотаж и поднимет процент прибыли.

Он сделал паузу, обдумывая дальнейшие детали:

– Приказчик будет приезжать к тебе на хутор сам или присылать посыльного в сопровождении надёжного охранника. Думаю, вскоре после завтрака он уже сможет быть у тебя. Будет забирать заказы и передавать новые, если таковые поступят. Сам понимаешь, пока нет смысла делать бронзовые перстни заранее и хранить их в лавке на полке: их магия временна, срок действия ограничен. Будем работать под заказ, с учётом твоих возможностей.

Я слушал его и согласно кивал, но в голове уже зрела одна мысль. Я вспомнил тот магический накопитель и ветряк, что соорудил в доме родителей в Зорени. Простая конструкция, но работающая. Если установить что-то подобное в новой мастерской на хуторе, я смогу заряжать готовые перстни непосредственно перед отправкой, делая их хоть загодя. Это сэкономит время и силы, да и не придётся тратить свой личный резерв маны на каждое кольцо. А если наладить конвейер – посадить Гракха за ковку основы, самому лишь наносить метку и подзаряжать от накопителя в нужный момент… Производительность вырастет в разы.

– А теперь, раз уж мы с официальной частью покончили и обсудили планы на ближайшее будущее, у меня к тебе есть последний на сегодня вопрос, – он хитро прищурился. – Ты не думал, как назвать нашу лавку? Я имею в виду, не кузню, а именно торговую точку, в перспективе сеть, где будут продаваться твои изделия. «Алая Подкова» – это бренд кузницы, но для лавки нужно что-то более… торговое, запоминающееся.

Я задумался. Мы продолжили прогулку, медленно двигаясь вдоль ограждения, мимо цветущих кустов и журчащих фонтанов. Сергей бесшумно следовал за нами, держась на шаг позади.

– «Алая Подкова» получила своё имя в честь тех самых орихалковых подков, что ковал дед мастера Григория, прадед Ани, – задумчиво произнёс я. – Это имя дорого нам как память, и менять его я не собираюсь. А для лавки… Нужно что-то, что будет ассоциироваться с моими изделиями, но не слишком пафосное…

Я перебрал в голове с десяток вариантов, и Василий, видя мою задумчивость, терпеливо ждал, не торопя.

– Что если… – начал я, – «Алая монета»? Или «Орихалковый гвоздь»…

– Продолжай, – подбодрил меня Василий.

– «Кузница чудес»? Звучит красиво, но слишком претенциозно. «Четыре ветра» – по числу наших основных типов артефактов, да и намёк на свободу. «Золотая искра», «Серебряный отблеск», «Солнечный зайчик»… нет, слишком слащаво.

Я нахмурился, но Василий молчал, давая мне созреть.

– «Печать мастера»? «Перстень удачи»? Слишком прямо. «Старый кузнец» – но мы не старые. «Лавка под покровом»? Звучит таинственно, но как будто мы что-то скрываем.

Я вздохнул, перебирая дальше:

– «Рассвет металла», «Искра сумерек», «Золотое сечение» – слишком математическое. «Ключ к силе» – по делу, но звучит как лозунг. «Гармония стихий» – слишком сложно для простой лавки. «Огонь и сталь» – просто и понятно, но мало уникальности. «Отражение магии»? Неплохо, но пафосно.

– «Пульс камня» – это отражает природу моих артефактов: каждый камень живёт своей магией, пульсирует, пока не истощится. Намёк на их временную природу, но в красивой форме.

– Быть может «Эхо магии»? – произнес я, вспомнив про загадочные синие грибы и сумеречные камни, лежащие в моей герметичной коробочке напиленной речной водой.

Василий некоторое время молчал, перекатывая названия на языке, словно пробуя их на вкус. Затем он улыбнулся:

– Мне нравится. «Эхо магии». Звучит благородно, но не вычурно, загадочно, но понятно. И клиент сразу поймёт, что здесь торгуют магическими предметами. А вот что решишь ты? Твой дар, тебе и выбирать. Могу лишь добавить своё торговое чутьё: это имя точно не затеряется среди прочих вывесок.

Я ещё раз прокрутил в голове это название. «Эхо магии»… Оно мне нравилось. Оно звучало естественно для этого мира, без излишней вычурности, но запоминалось. В нём была и поэзия, и прямолинейность. И главное: оно не привязывало нас к одному типу артефактов. Сегодня здесь продавались бронзовые перстни, завтра – серебряные мечи, послезавтра – амулеты. «Эхо магии» подходило ко всему.

– Пусть будет «Эхо магии», – решил я. – Звучит хорошо. И вывеску, если не трудно, закажи попроще, без золота и инкрустаций. Дерево, краска, разборчивые буквы. Чтобы не бросалась в глаза лишний раз, но была видна.

– Договорились, – кивнул Василий, и мы двинулись дальше, к выходу из висячих садов.