Текст книги "Великий Кузнец 6 (СИ)"

Автор книги: Анри Олл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

– Вот как… – выдохнул старый король, и его голос прозвучал глухо, словно из-за закрытой двери.

Он не отвёл взгляда, но его правая рука вдруг пришла в движение. Пальцы, унизанные тяжёлыми перстнями (старинное серебро, крупные сапфиры, резные камеи) сомкнулись на рукояти церемониального меча, висевшего у него на поясе. Я видел этот клинок и раньше: «Пламя Королей» – творение моего покойного учителя, Григория Железнова, что я помогал ему сделать.

Эдмунд II сжал навершие так крепко, что побелели костяшки пальцев. Он не извлёк клинок, но этого жеста было достаточно, чтобы я понял: он думает о мастере, создавшем это оружие или быть может о своем покойном питомце. Ведь наведшие этого меча была выполнена в виде головы энфилда с рубинами-глазами

– Это очень печально, – произнёс он наконец, и в его голосе больше не было ни королевской отстранённости, ни вежливого равнодушия. Только простая, человеческая грусть. – Прими мои искренние соболезнования, Яр Громов. Григорий был… особенным мастером. Пускай и без малейшего магического таланта, но он каждый год радовал и впечатлял нас своими работами в «сухой» категории. Таких, как он, больше не делают.

Я лишь молча склонил голову. Горло сжало спазмом, и я боялся, что, если заговорю, голос сорвётся.

Эдмунд II прикрыл глаза и не на секунду, а на долгих пять или шесть ударов сердца. Его веки, тонкие, пергаментные, подрагивали, а губы беззвучно шевелились, словно он шептал какую-то молитву или прощание. Стоявшие позади судьи замерли в почтительном молчании. Даже Верховный жрец, всё ещё сжимавший свой посох, склонил голову, а архимаг Тереза, чьё лицо обычно выражало лишь холодное превосходство, нахмурилась и отвела взгляд.

Наконец старый король открыл глаза и глубоко, всей грудью, вздохнул. Его плечи, облачённые в парадный дублет из тёмно-синего бархата с вышитыми серебряными звёздами, поднялись и опустились.

– Мы удалимся для голосования, – сказал он уже громче, и его голос вновь обрёл ту властность, что заставляла умолкать целые залы. – Прошу, подожди нас здесь. И знай, мальчик: что бы ни решили судьи, сегодня ты не посрамил памяти своего учителя. Твой клинок – достойное продолжение его наследия.

– Да, Ваше Величество, – ответил я и поклонился – низко, как кланяются не просто королю, а человеку, только что оказавшему тебе честь.

Когда я выпрямился, Эдмунд II уже развернулся. Его свита (судьи, советники, секретарь с восковыми табличками) двинулась следом. Я видел, как Верховный жрец, ковыляя, поравнялся с королём и что-то тихо заговорил ему на ухо, энергично жестикулируя. Тереза Ясный Поток шла чуть поодаль, прямая как копьё, и на её лице застыло выражение глубокой задумчивости. Фанат дварфов и лучников перебрасывались короткими, отрывистыми фразами. Остальные судьи (я насчитал ещё пятерых, включая пожилого мага в лиловой мантии с астрологическими символами и двух дворян в богатых, но неброских костюмах) замыкали процессию.

Глава 26
Зрители

Они скрылись за живой изгородью из высоких, в два человеческих роста, кустов розмарина и лаванды, что отделяла судейскую зону от остального яблоневого сада. За изгородью стоял небольшой павильон: деревянный, увитый плющом, с круглым столом внутри и мягкими креслами. Именно там, вдали от посторонних ушей, сейчас решалась судьба тринадцати участников зачарованной категории. И моя в том числе.

Я осторожно, почти благоговейно, положил меч обратно на стойку. Выдохнул и на мгновение прикрыл глаза, пытаясь унять дрожь в пальцах. Сердце всё ещё колотилось где-то у горла. Затем, усилием воли взяв себя в руки, я повернулся к своему демонстрационному столу. «Клинок Агнбера Мк. II» лежал на плоской дубовой стойке. После явления феникса лезвие казалось просто стальным холодным и неподвижным, но я знал, что внутри всё ещё тлеет искра.

Рядом со мной стояли мои подмастерья: Гракх и Ург Варг. Ящер, почувствовав моё напряжение, тихо зарычал, и его хвост легонько ударил о мостовую. Ург Варг, сделал шаг обратно на свое место ближе ко мне и все также молчаливо стоял за моей спиной, словно охранник.

– Всё будет хорошо, – прошептал я не столько им, сколько себе.

И в этот момент, словно по сигналу, зрители начали подходить ближе. До того они держались на почтительном расстоянии, но теперь, когда судьи удалились, а бывший король дал понять, что представление окончено, знать и гости фестиваля потянулись к столам участников, чтобы рассмотреть артефакты поближе. Конечно, до столов простолюдины не допускались, лишь зрители с почетных трибун. Многие из них были богато одеты (шёлк, бархат, кружева), и от них пахло дорогими маслами и вином. Другие, что попроще (учувствовавшие в обоих категориях ремесленники, купцы, офицеры городской стражи) держались скромнее, но в их глазах горел не меньший интерес.

Первым ко мне подошёл Василий Федорович. Он буквально пробился сквозь толпу, растолкав какого-то тщедушного дворянина в лиловом камзоле, и, не говоря ни слова, хлопнул меня по спине своей огромной ладонью. Удар был такой силы, что я едва не впечатался грудью в собственный стол.

– Ну, Яр! – прогудел он, и его голос перекрыл гомон толпы. – Видал я всякое, но, чтобы сам король вызывал феникса из меча… – он помотал головой, и его длинная седая борода мотнулась из стороны в сторону. – Григорий бы тобой гордился, парень. Пускай я и плохо его знал, но честное слово, гордился бы.

– Спасибо, дядя Василий, – ответил я, чувствуя, как тепло разливается в груди от его слов. – Я старался.

– Старался? – он фыркнул. – Да ты не старался, ты сотворил чудо! И не скромничай мне тут. Я почти сорок лет в торговом деле и знаю, о чём говорю.

Он ещё раз хлопнул меня по плечу (на этот раз чуть слабее) и отошёл в сторону, уступая место другим. А к моему столу уже спешил Альвиан Стеллар. Низкий, худощавый, с копной пепельно-серых волос, зачёсанных назад и схваченных на затылке серебряной заколкой в виде полумесяца, а также маленькими очками на носу, он двигался с той особой грацией, что выдавала в нём благородную кровь. Его одежда (на сей раз длинный, до колен, камзол цвета грозового неба с вышитыми по вороту и манжетам крошечными жемчужинами) была сшита с безупречным вкусом. На поясе висел узкий маленький скипетр, а на левой руке поблёскивал перстень с крупным камнем.

– Яр Громов, – произнёс он, и его голос, мелодичный и чуть насмешливый, прозвучал как приветствие старого друга. – Должен признать, ты умеешь удивлять. Когда я впервые увидел твой клинок, я подумал: «Неплохо, очень неплохо. Для ученика или начинающего». Но то, что случилось позже… – он покачал головой и улыбнулся уголками губ. – Пожалуй, я пересмотрю своё мнение.

– Благодарю, мастер Стеллар, – ответил я, стараясь говорить ровно. Альвиан был известным в Аргонисе артефактором, специализировавшимся на магических украшениях и предметах роскоши. Его похвала дорогого стоила.

– Не благодари, – он махнул рукой, и рукав его камзола взметнулся, открыв подкладку из тёмно-алого шёлка. – Просто продолжай в том же духе. И, если надумаете заниматься торговлей не только своих временных артефактов или захочешь обсудить сотрудничество… – он многозначительно замолчал и, не прощаясь, отошёл к другому столу, где демонстрировались доспехи.

Следом за ним к моему столу, проталкиваясь сквозь толпу с той бесцеремонной прямотой, что была свойственна только кузнецам, подошли Иван Молот и его ученик Тимка. Иван был всё в том же кожаном фартуке поверх голого торса, покрытого старыми ожогами, и его мускулистые руки, перепачканные сажей, контрастировали с изысканными нарядами окружающих. Тимка, худой и долговязый парень лет шестнадцати с вечно потными, прилипшими ко лбу волосами, держался за спиной мастера и смотрел на меня с откровенным восхищением.

– Ну, парень, – хрипло произнёс Иван, скрестив руки на груди. – Я тут стоял, смотрел и думал: а ведь я когда-то отказал тебе в ученичестве. Помнишь?

– Помню, – кивнул я.

– И знаешь, что? – он вдруг усмехнулся, обнажив крупные, чуть желтоватые зубы. – Я об этом не жалею. Ты бы в моей кузне только испортился. А так… – он кивнул на клинок. – Ты нашёл свой путь. Это видно.

– Спасибо, мастер Иван.

– Да ладно тебе, – он отмахнулся. – Ты лучше расскажи: как ты добился такой стабильности? Даже с чарами в такое слабо верится знающему мастеру. Я видел, как он горел – и ни трещины, ни выплеска. Это ж синие, а тем более сиреневое пламя должно быть на несколько голов выше температуры плавления самой тугоплавкой стали, так ведь?

Я на мгновение замялся, но затем решил, что немного правды не повредит.

– Да, все верно. Во-первых, все действительно благодаря чарам. Во-вторых, имеет роль и воля самого заклинателя, пламя повинуется ему и старается не обжигать сам клинок и особенно владельца. В-третьих, энергия жара всегда идет вверх, а не в низ, эти тоже можно пользоваться, например, подобно тому, как я сделал в конце. В-четвертых, это было краткосрочное воздействие, тепло пламени просто не успело нагреть клинок в достаточной мере. Однако большая часть заслуги тут принадлежит моему нынешнему наставнику, Элиасу Зольнику. Он дал мне множество советов и книг для экспериментов, в том числе копию трактата Барнибия Галла о нестабильных минералах. Без него я бы не справился.

– Элиас Зольник? – Иван прищурился. – Слыхал о таком. Изгнанный из Академии, верно?

– Верно.

– Хм. – кузнец задумчиво почесал подбородок, покрытый жёсткой щетиной. – Значит, не всё то золото, что в Аркануме блестит. Ладно. А что по поводу техники ковки? Ты использовал какую-то особую закалку? И как закреплял руны?

– Мастер Молот, – я покачал головой, стараясь говорить вежливо, но твёрдо. – Вы же знаете: секреты мастерства – это то, что каждый кузнец хранит при себе. А я и так вам многое поведал. Из уважения к вам, я могу сказать, что использовал закалку в масле с добавлением толчёного камня. Но детали… простите. Это мои секреты, секреты нашей кузни «Алая Подкова» и секреты моего наставника. Иван несколько секунд смотрел на меня в упор, и в его тёмных глазах читалась борьба между профессиональным любопытством и уважением к цеховой этике. Наконец он кивнул.

– Понимаю, – сказал он. – И уважаю. Правильно держишься, парень. Мастер без секретов – что меч без закалки. Только… – он понизил голос и наклонился чуть ближе. – Если когда-нибудь захочешь обсудить стабилизацию различных материалов на равных, а не как учитель с учеником… заходи в мою кузню. Поговорим.

– Запомню, – ответил я.

Иван хлопнул меня по плечу (на этот раз не так сильно, как Василий, но достаточно, чтобы я покачнулся) и, подтолкнув Тимку в спину, растворился в толпе. Его ученик на прощание бросил на меня полный обожания взгляд и что-то прошептал, но слов я не разобрал.

После них подходили ещё люди. Дворяне, судя по одежде и манере держаться.

Какая-то дама в платье цвета морской волны, увешанная жемчугами, долго разглядывала клинок через лорнет и спрашивала, можно ли заказать такой же для её сына, но поменьше и с сапфирами. Я вежливо объяснил, что не принимаю частные заказы сейчас, но записал её имя.

Мужчина в камзоле цвета жжёной умбры с высоким воротником, расшитым золотыми нитями, долго рассматривал клинок, склонив голову набок. Рядом с ним стояла дама в платье из тёмно-синего бархата, с веером из слоновой кости в руке. Её волосы были собраны в высокую причёску, украшенную жемчужными шпильками, а на шее сверкало ожерелье из сапфиров. Они переговаривались вполголоса, и я видел, как женщина что-то показывала на клинок кончиком веера.

– Молодой человек, – наконец обратился ко мне мужчина, и его голос звучал одновременно вежливо и высокомерно, – не могли бы вы ответить на несколько вопросов?

– Конечно, – кивнул я.

– Вы принимаете частные заказы? – Он говорил медленно, будто взвешивая каждое слово. – Например, на подобное изделие. Просто хороший боевой клинок с магическими свойствами.

Я покачал головой.

– К сожалению, нет. Это был индивидуальный проект. Долгий, сложный. Я готовился к нему несколько месяцев. – Соврал я. – Сейчас у меня нет возможности браться за подобные заказы. – А вот тут была правда.

– А если речь идёт о серьёзной сумме? – вмешалась дама, приоткрыв веер и прикрыв им нижнюю часть лица. Только её глаза – карие, с золотистыми искорками – смотрели на меня в упор. – Скажем, сто золотых? Сто пятьдесят?

Я едва не поперхнулся воздухом. Сто пятьдесят золотых – это целое состояние. За такие деньги можно было купить половину огромных соседских фермерских полей в Аргонисе со всеми постройками, урожаем и скотиной или содержать небольшую армию наёмников целый год, либо облачить настоящего рыцаря в полные стальные латные доспехи со всем оружием и амуниций. Но я взял себя в руки и ответил:

– Я ценю ваше предложение, но действительно не могу взяться за подобный заказ в ближайшее время. Однако, если вас интересуют магические изделия, я могу порекомендовать вам два заведения. Первая – «Эхо Магии» здесь, в Аргонисе. Владелец, Василий Федорович Мельник, находится здесь, на фестивале. – Я указал рукой в сторону, где делец, всё ещё в своём коричневом кафтане с медными пуговицами, оживлённо беседовал с группой купцов и дворян. Его голос, громкий и раскатистый, был слышен даже отсюда. – Вторая – «Алая Подкова». Это моя кузня, но она находится за городом, на окраине, на бывшем хуторе Ерёмы.

Дама с веером переглянулась с мужчиной, и тот приподнял бровь.

– «Эхо Магии»? – переспросил он. – Постойте… это не та ли лавка, где продаются… как их… временные магические перстни? Бронзовые?

– Да, – подтвердил я. – Именно та.

Женщина вдруг ахнула и захлопнула веер.

– Так это вы их создатель⁈ – воскликнула она, и в её голосе прозвучало искреннее удивление, смешанное с восторгом. – Боги! Да о них весь Аргонис говорит! Моя подруга, виконтесса де Вальер, купила один такой перстень на прошлой неделе. Она в восторге! Говорит, что теперь её учитель по фехтованию еле за ней поспевает. Просто надевает перстень и – всё! Другой уровень.

– Вы слишком добры, – ответил я, стараясь не улыбаться слишком широко.

Слава, оказывается, распространялась быстрее, чем я думал.

Мужчина, который до этого держался несколько отстранённо, теперь смотрел на меня с явным интересом.

– Значит, «Алая Подкова» – это тоже ваша кузня? Интересно. Очень интересно. – Он достал из внутреннего кармана камзола небольшой кожаный блокнот и перо. – А как зовут вашего учителя молодой мастер?

– Элиас Зольник, – ответил я.

– Зольник… – пробормотал дворянин, записывая. – Слышал это имя. Кажется, он когда-то преподавал в Королевской Академии?

– Да, – подтвердил я. – Но сейчас он независимый исследователь. И автор недавнего трактата под названием «Рождение пламени: Агент и Энергия».

– «Рождение пламени: Агент и Энергия»? – переспросила дама, наклонив голову. – Не слышала о такой книге.

– Это крайне редкий трактат, – сказал я, стараясь говорить так, будто сообщаю величайшую тайну. – Тираж очень мал. Но в нём содержатся… – я сделал паузу, подбирая слова, – поистине революционные идеи. Инновационные. Некоторые из секретов сегодняшнего представления взяты именно оттуда.

Глаза мужчины загорелись.

– Революционные, говорите? – Он быстро записал название в свой блокнот. – Надо будет поискать этот трактат. Благодарю вас.

– Обращайтесь, – кивнул я.

Они отошли, продолжая переговариваться, и их место заняла следующая пара – молодой человек в ярко-зелёном дублете и пожилая женщина в сером плаще с капюшоном. Молодой человек задавал вопросы о примерной стоимости заказа на клинок попроще, без фениксов и магических фокусов. Я назвал ему ориентировочную цифру – от тридцати до пятидесяти золотых, в зависимости от сложности. Он покачал головой, явно находя это слишком дорогим, и ушёл.

Пожилая женщина ничего не спрашивала, только долго смотрела на меня своими выцветшими серыми глазами, будто пыталась прочитать что-то в моём лице. Затем она молча кивнула и тоже отошла.

После них подошёл мужчина средних лет с аккуратно подстриженной бородой и в дорогом, но строгом костюме тёмно-коричневого сукна. Его взгляд был цепким, профессиональным, и я сразу понял, что передо мной купец.

– Яр Громов, – произнёс он, не задавая вопросов, а словно утверждая факт. – Владелец «Алой Подковы». Правильно?

– Да, – подтвердил я.

– Меня зовут Гервас Торн. Торговец оружием и доспехами. У меня несколько лавок в Аргонисе и ещё две на осколке Ривендейл. – Он протянул мне руку, и я пожал её. Его ладонь была сухой и твёрдой, как старая кожа. – Я слышал о ваших перстнях. И вот теперь вижу ваш клинок. Скажу прямо: вы талантливы. Очень талантливы. Если когда-нибудь захотите обсудить сотрудничество… – он достал из кармана небольшую визитную карточку из плотной бумаги с тиснёным золотом текстом, – вот мой адрес.

Я взял карточку и кивнул.

– Благодарю.

– Не за что. – Он посмотрел на клинок ещё раз, затем на меня. – И ещё: если нужны качественные материалы

(редкие металлы, камни, что угодно) обращайтесь. У меня есть связи.

– Запомню, – ответил я.

Он ушёл, и я убрал карточку в карман. Затем подошла ещё одна группа: три дворянина в богатых, но не кричащих нарядах. Один из них, высокий мужчина с седыми висками и усами, внимательно осмотрел клинок, а затем спросил:

– Молодой человек, вы говорили, что ваша кузня называется «Алая Подкова». Это та самая кузня, которую раньше возглавлял Григорий Железнов?

У меня внутри что-то сжалось. Я выпрямился и ответил:

– Да. Григорий Железнов был моим учителем.

– Был? – Мужчина нахмурился. – Что-то случилось?

– Он умер, – сказал я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Ровно год назад.

Все трое переглянулись, и на их лицах появилось выражение искреннего сожаления.

– Мои соболезнования, – произнёс седовласый дворянин. – Григорий был превосходным мастером. Я помню его работы на прошлых фестивалях. Всегда в «сухой» категории, но какого качества! – Он покачал головой. – Как это произошло, если не секрет?

Я сделал глубокий вдох.

– Его убили. Бандиты напали на кузню.

– Боги… – прошептал один из других дворян, молодой, с тёмными кудрями. – И что, преступников поймали?

– Нет, – ответил я, и в моём голосе прозвучала горечь, которую я не смог скрыть. – Им удалось уйти от ответственности. Несмотря на мои показания.

– Как это? – Седовласый дворянин нахмурился ещё сильнее. – Разве стража не занималась расследованием?

– Занималась, – ответил я, выбирая слова осторожно. – Но… скажем так, у преступников были связи. Влиятельные связи.

Седовласый дворянин прищурился, и я увидел, как в его глазах мелькнуло понимание.

– Я понял, – сказал он тихо. – Не буду расспрашивать дальше. Но знай: справедливость иногда приходит с опозданием, но она приходит. Всегда.

Я кивнул, не веря в эти слова, но благодарный за поддержку.

Они отошли, и я остался стоять, чувствуя, как внутри снова поднимается та старая, знакомая боль. Я сжал кулаки и заставил себя выдохнуть, выпустить напряжение. Не сейчас. Сейчас не время для этого.

Пока я стоял, собираясь с мыслями, к столу подошла ещё одна пара: мужчина и женщина, оба в дорожных плащах. Они не задавали вопросов о заказах или цене. Вместо этого мужчина, коренастый, с короткими русыми волосами и шрамом на левой щеке, спросил:

– Это правда, что вы использовали пятислойное наложение чар в этом клинке?

Я кивнул.

– Да.

– Удивительно, – пробормотала женщина, стройная, с длинными каштановыми волосами, заплетёнными в косу. – Я слышала о таком, но ещё не видела сосбвенными глазами.

– На самом деле секрет прост: как и сказала мастер Тереза Ясный Поток, – ответил я. – все дело в уровне магии, которая была наложена, она сильно проще, нежели чары кольца «Нить Понимания». Конечно, имеются и другие особенности, но это уже тайна техник «Алой Подковы».

Они ещё немного поговорили со мной, расспрашивая о свойствах каждой руны и огненного опала, а затем ушли, благодаря за информацию.

После них подходили ещё несколько человек. Какой-то молодой маг в мантии синего цвета с вышитыми серебряными рунами на рукавах интересовался техникой зачарования. Я также объяснил ему основы, не вдаваясь в детали. Пожилой дворянин с тростью спрашивал, можно ли заказать такой же клинок для его внука, который скоро станет рыцарем. Я вежливо отказал, сославшись на нехватку времени, но записал его имя и обещал сообщить, если вдруг оно у меня освободится. Женщина в богатом платье цвета бордо интересовалась, работаю ли я с драгоценностями – кольцами, браслетами, ожерельями. Я ответил, что могу порекомендовать ей обратится в «Эхо Магии» или её владельцу, что тут ошивался поблизости. Однако также записал её имя и обещал сообщить в случае чего.

Несколько раз я замечал, как люди таращились не на клинок, а на моих спутников – Гракха и Ург Варга. Ящер стоял неподвижно, как статуя, его тёмно-зелёная чешуя поблёскивала на свету фонарей, а длинный хвост медленно покачивался из стороны в сторону. Ург Варг, массивный, с выступающими клыками и серо-дубовой кожей, скрестил руки на груди и смотрел в пустоту. Некоторые зрители явно хотели спросить о них (я видел, как они бросали на рабов быстрые, любопытные взгляды), но никто не решался заговорить. То ли из вежливости, то ли из каких-то опасений. Один молодой дворянин, одетый в щегольской камзол с кружевами, даже остановился в двух шагах от Гракха, разглядывая его, будто диковинное животное в зверинце, но так ничего и не сказал, лишь покачал головой.

И вот вскоре, к нам вышел глашатай и объявил, что комиссия приняла решение и готова огласить его. Все, поняв намек, поспеши на свои места.