Текст книги "Я испорчу тебя на зачете, притворщица (СИ)"

Автор книги: Аннета Керн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц)

Омела над головой все еще светилась. Я стоял и смотрел вслед Тесс. Да… Просто сделка. И мы просто поцеловались. Мы же ничего такого, ерунда…

С силой потер лоб, разгоняя странное ощущение неправильности произошедшего. Пытаясь убедить себя, что все нормально, нашла из-за чего ныть – поцелуй первый. Мог еще раз поцеловать и стал бы вторым, а еще мог бы показать что-нибудь классное по типу того, что было на занятии. Приятное.

Но…

Глава восьмая. Я идиот

Из учебника “Основы межрасовой эмпатии” под редакцией профессора А. Гроула:

Синхронизация магических потоков через длительный тактильный контакт – базовое упражнение. Но помните: эмоции могут полностью заблокировать резонанс. Особенно если они связаны с событиями прошлой ночи.

Тесса

Я с трудом уснула на рассвете. Ворочалась в кровати и прокручивала одну и ту же сцену в голове: омела, его губы, поцелуй. И то, как сбежала, словно первокурсница.

Да-да, все целовались к моему возрасту, и вряд ли Кассель считал иначе, я ведь сама не отстранилась и не отказала. Но все равно внутри шевелилась обида и злость, я-то думала, что это случится с тем, кого люблю, а по факту… Просто сделка. И зачем он вообще поцеловал? Ах да. Ловелас и бабник, для него в порядке вещей.

Миры не было, чтобы обсудить. Она вернулась под утро, я слышала уже в полусне, как тихо скрипнула дверь, а затем и кровать. А с утра она убежала слишком быстро, и не успела спросить, где пропадала. Хотя вполне могла с Дайном.

Занятие по “Прикладной эмпатии” стояло, как назло, первым. Судя по плану занятий, что выдал нам профессор Гроул, сегодня калибровка, а значит, вновь прикосновения. На глаза попалась новая блуза, которую повесила на дверцу шкафа, а теперь хотелось засунуть ее куда подальше, сама не знаю почему.

Нокс уже сидел на нашем диване, развалился, вытянул ноги, поигрывал монеткой, не обращая внимания на студентов вокруг. Но при виде меня поднял голову.

– Мур, выглядишь так, будто не спала.

– Я и не спала, – села как можно дальше.

– Надеюсь, из-за меня?

Фраза ударила под дых, я покраснела, зло глядя на Касселя. У него – ни капли смущения. Ну разумеется, ему-то чего стесняться, он еще и скалится довольно, отчего обидно вдвойне. На что я вообще рассчитывала после вчерашних мирных посиделок в таверне?

– Из-за тебя. Ты… ты вообще понимаешь, что вчера было?

– Понимаю, – он пожал плечами. – Был поцелуй. И что?

– Что значит “и что”?

– Ну, первый. Такое бывает, – дракон склонил голову. – Я не понимаю, из-за чего ты так переживаешь. Поцелуй – это просто поцелуй, все целуются, а там омела цвела, – он хмыкнул.

– Ты украл его под омелой, не спросив.

Профессор Гроул хлопнул в ладоши, и я замолчала, кипя внутри. Занятие начиналось, но я не могла сосредоточиться. Неужели ему настолько все равно? Просто можно поцеловать кого угодно и все? Ну пусть вот профессора поцелует.

– Калибровка! – объявил он. – Беремся за руки и держимся тридцать минут, стараясь настроиться как можно лучше на энергетические потоки друг друга.

Кассель протянул мне ладонь. Я помедлила, потом зажмурилась и вложила свои пальцы в его. Первые минуты старалась дышать ровно. Но ладонь горела, а пульс никак не хотел успокаиваться. Перед глазами стояла омела, в ушах звенело его “и что?”. Он правда не понимал. Для него это был просто поцелуй – один из многих. Наверняка сотни раз целовался с Летицией. А для меня…

– Мур, – прошептал он. – Расслабься. Я ничего не чувствую.

– Я не могу, – выдавила.

– Да почему?

– Потому что ты не понимаешь! – я открыла глаза. – Для тебя это просто поцелуй, а для меня…

Рука выскользнула из его ладони, и я встала, боясь, что разревусь. Даже не потому что украл, что все было не так и с тем, как представляла в фантазиях. А потому, что он относился к этому вот так, и я умом понимала, что нужно просто забыть, вычеркнуть из памяти, не быть истеричкой.

Эта его ухмылка, и вчерашние слова блондинки – все сжигало изнутри.

– Профессор Гроул, можно выйти?

Гроул поднял голову от песочных часов, что едва ли пересыпали песка на десять минут, оглядел меня.

– Мур, у вас резонанс на нуле. Идите, проветритесь, но на следующем занятии отработаете вдвойне.

Я вылетела из аудитории быстрее, чем он договорил. В коридоре прижалась лбом к холодной стене, пытаясь отдышаться. Глупо. Все глупо.

Кассель

Для меня всегда это было “просто”. Ну поцеловались. Ну переспали. Мы же молоды, хочется повеселиться, пока семейные дела не погребли под собой после выпуска. И да, бывало, что девушки реагировали так же, как Тесса.

И что? Мне что теперь, на колени встать? Поцеловались и забыли. Но. Да блин, это бесило. То, что она за это зацепилась, бесило, что все твердит про это – бесило. Не мог объяснить себе почему, это было не раздражение от девчачьего раздувания слона из мухи.

Что-то другое. И злило оно так, что я сам не мог сосредоточиться. И ни о каком резонансе вопрос не стоял. Тесса просто вылетела из аудитории, отпросившись у горгульи. А я остался на диване, как идиот, ловя на себе странные взгляды.

И вдруг я понял. Странное ощущение, когда ты злишься, оказывается, на самого себя, что поцеловал девчонку без спроса.

– Это ведь бред, Кассель…

– Вы что там бубните, Нокс?

– Эээ… Да ничего, могу сходить за Тессой?

Профессор отпустил, и я поднялся, дошел до двери, толкнул, обнаружив напарницу буквально в метре от аудитории.

– Мур.

Она не обернулась, приложившись лбом к стене.

– Что тебе?

– Ты сбежала прямо с занятия. Серьезно, просто из-за поцелуя? Ты как ребенок, Мур.

– Ты это пришел спросить? – она наконец развернулась, сжав слабенькие кулаки. – Это был мой первый поцелуй, Кассель. Первый. За всю жизнь. И ты даже не спросил, просто взял и поцеловал, потому что тебе захотелось. И знаешь, я понимаю, я правда понимаю, – нервно поправила сползшие очки. – Что это моя проблема, а не твоя, я ведь знала, кто ты, чего я ждала?

– И кто я, интересно? – сделал шаг ближе, чувствуя уже какую-то смесь злости внутри.

– Ты… Ты тот, про кого говорят… – она запнулась, не решившись выпалить все, что было на языке.

– Бабник? Шляюсь по кроватям?

Тесса сглотнула, а мне вдруг стало мерзко. Не от нее вообще, не от самих эпитетов – ну да, все так и было, это была моя репутация, такая же, как эпитеты вроде “наследник дома Ноксов”, “ой, да мальчику нужно нагуляться”, “говорят, его отец был таким же, пока не встретил леди Нокс”.

Мне стало мерзко, что она тоже так думает обо мне. Совершенно справедливо, что еще хуже. Но совершенно не понимал, с чего вдруг ее мнение стало таким важным. Вот этой рыжей заучки в очках, которая одета как серая мышь, которая ни с кем не целовалась, про секс вообще молчу.

Она развернулась и пошла к выходу из Северной башни, вновь оставив меня. Затем пошла быстрее, почти побежала.

– Мур, подожди!

Я пошел следом, ускорил шаг. Во дворе между башнями дул холодный осенний ветер, гонял по мостовой сухие листья. Дура, ты же сейчас…

Едва успел поймать. То ли споткнулась, то ли каблук попал в выбоину между камней ступеньки, но Тесса полетела вниз, взмахнув руками. Я обхватил за талию, прижимая к груди, и Мур пришлось схватиться за плечи. Мы замерли: я – все еще удерживая, выпрямившись, она – вцепившись в мою мантию.

– Ого! – раздался чей-то голос. – Нокс времени не теряет!

Трое второкурсников с Бытовой Магии стояли неподалеку и смотрели во все глаза, глупо хихикая, считая, должно быть, что на их глазах разворачивается любовная сцена. И я не знаю, что на меня нашло. Просто смотрел на Тесс, в ее глаза за круглыми стеклами очков, на россыпь едва заметных веснушек по носу и щекам… И снова поцеловал. Прижался губами к губам, не спросив разрешения, но это было жизненно-необходимо сделать.

Но теперь Мур сопротивлялась. Замычала в поцелуй, уперлась в грудь, я отстранился, а потом получил звонкую и хлесткую пощечину. В глазах Тесс стояли слезы, она всхлипнула и вновь побежала прочь.

– Ууууу…. – затянули второкурсники.

Я остался на ступенях, щека горела, а внутри поднялась такая буря, что листья в мгновение разметало вокруг золотыми потоками. Развернувшись, посмотрел на студентов, и они решили, что лучше уходить по добру по здорову, пока не прилетело.

Сжал зубы, но магия все никак не хотела успокаиваться, била всполохами по ступеням, на пальцах показались острые когти, на запястьях – горящая на солнце золотом чешуя. Сжав кулаки, не обращал внимания, как больно рукам и на внутренних поверхностях ладоней остаются красные следы от когтей.

Я идиот.

Я придурок.

Какой же я придурок.

Глава девятая. Ты ничего не понимаешь в девушках, Кассель Нокс

Из учебника “Основы межрасовой эмпатии” под редакцией профессора А. Гроула:

Драконы редко признают свои ошибки. Если дракон все же решил извиниться – не ждите пафосных речей. Скорее всего, он сделает это неловко, неумело и будет ждать, что вы сами поймете. Иногда искреннее “я был неправ” говорит громче, чем сотня роз.

Кассель

Утро началось с мерзких шепотков за спиной. Я вышел из общежития и сразу понял, что все – капец. Привычно должно быть, сколько слышал разного, вечно перетирали косточки пассиям, смаковали подробности скандалов. И меня репутация вполне устраивала.

До этого момента.

– …разругались в пух и прах…

– …она ему пощечину влепила, прямо во дворе, при всех…

– …говорят, он ее бросил…

– …да нет, это она его!

Я стиснул зубы и ускорил шаг.

До этого момента мне и было неважно, что говорят. И про меня, и про девушку. Теперь бесился, прекрасно зная, что обсуждают Мур. Ничего такого, ничего такого, Кассель, нечего было давать пощечину и устраивать сцену. Тоже мне, развела драму из-за поцелуя.

Но чертов дракон внутри горел недовольством, что они – все они вокруг – наговаривают на нее, даже не зная правды. Вы же ни черта не понимаете, только и умеете, что слухи языками перетирать. Вырвал бы у каждого…

Дэйн нашелся не сразу. Я обошел гостиную факультета, заглянул в библиотеку, даже сунулся на тренировочный полигон, но везде было пусто. Наконец, проходя мимо лабораторного корпуса, услышал знакомый голос. Толкнул дверь в малую лабораторию Зельеварения и замер на пороге.

У котла, зажатого между двумя столами, стояли двое. Дэйн Харроу, которого я искал уже час, без мантии, с закатанными рукавами, с пятнами сажи на лице. И Мира Фейн, подружка Тесс.

– …я же сказала, на третьем обороте добавляй звездчатку, а не до! Ты цвет видишь? Он теперь зеленый, а должен быть синим!

– Женщина, у тебя в рецепте написано “до третьего оборота”, – Дэйн даже не обернулся, продолжая мешать варево в котле. – Ты бы еще на горгульем писала.

– Я три года эти рецепты составляю, и никто еще не жаловался!

– А я, представь себе, жалуюсь.

– Потому что ты единственный, кто имеет наглость…

Она осеклась, заметив меня. И мгновенно тон стал ледяным. Ну кто б сомневался, что я тут враг номер один.

– А, это ты. Чего пришел? Еще одну пощечину захотел?

– Мне нужен совет, – шагнул к ним, прикрыв дверь.

– О, – Мира скрестила руки на груди. – Совет? Тебе? А я думала, драконы советов не спрашивают. Они просто делают что хотят, а потом удивляются, почему все плачут.

– Мира, – Дэйн обреченно вздохнул, видимо, уже слушая эту проповедь об ужасных драконах не в первый раз.

– Что? – она развернулась к эльфу. – Ты вообще на чьей стороне? Твоя подруга вчера рыдала всю ночь, нет? Ну вот и все.

– Я на стороне… хм…

И я, и Мира смотрели на него, ожидая ответа. Эй, эльф. Друзей на женщине не меняют, забыл? Подкаблучник хренов, промолчать решил? Тебя это не спасет и не вздумай делать вид, что ищешь что-то в книге.

– Ладно, – я оперся ладонями о стол. – Признаю, что накосячил. И пришел спросить, что мне делать.

– Что делать? – проворчала Мира. – А что ты обычно делаешь? Цветы? Таверна? Золотое колечко с бриллиантом? Подкатить к ней на белом коне и спеть серенаду?

– Вообще-то, – Дэйн поднял палец. – Серенады работают. Но конь – перебор.

– Ты что, петь умеешь?

– Обижаешь. Все эльфы умеют петь, даже темные.

Я потер переносицу.

– Потом разберетесь, кто у вас поет. Я просто поцеловал ее…

– Ты поцеловал ее без спроса, – перебила Мира. – Впервые. В этом и проблема, Нокс, ты думаешь не тем местом, поэтому я говорила, что ваша затея – бред. И советую тебе отстань от нее, потому что ты понятия не имеешь, что н…

– Умолкни.

– Что ты сказал?

– Я сказал, чтобы ты затк…

– Так, тихо.

Дэйн встал сбоку, выставив руки. Потому что с пальцев Миры готова была сорваться магия, а у меня на руках уже показалась чешуя. Я даже не до конца понял, что именно так меня взбесило в ее словах. Что я думаю не тем местом? Или что она потребовала отстать от Тессы Мур?

– Давай успокоимся. Кассель признал, что накосячил. Ты переживаешь за Тесс. И так как зачет все равно нужно сдавать, лучше придумаем, как все исправить.

Мира фыркнула и помолчала, но искры погасли. Эльф смотрел на меня, пока я не заставил чешую исчезнуть.

– Так… Теперь думаем, – продолжил он. – Подарок нужно сделать, и я не вижу ничего плохого в цветах и ужине.

– Пусть дарит и ведет ужинать, – буркнула Мира, скрестив руки на груди. – Но Тесс этим не купишь, она не ваша эта Летиция или как ее там.

– Тогда что мне сделать? Ладно, я мудак, козел, ублюдок. Говори.

– Сразу бы так, Нокс. Есть одна вещь, на которую она заглядывалась уже месяц. Редкое издание “Энциклопедии магических материалов и их резонансных свойств”. Ее написал мастер Грегор из Северных Пределов. В академической библиотеке ее нет, в Подхолмье тоже.

– А где есть?

– Не знаю. Да правда не знаю, Нокс. Она находила где-то под заказ, но стоила книжка… в общем, для Тессы это целое состояние. А если совсем себя виноватым чувствуешь, купи заодно новые инструменты для создания артефактов. Ну эти, – Мира щелкнула пальцами. – Которые тоненькие. Типа ювелирных.

Я записал все, забрав из стопки на столе лист пергамента. Грегор из Северных пределов, энциклопедия. Набор “типа” ювелирных инструментов. Задумался, приложив перо к губам. Надо бы отловить кого-нибудь с факультета Тесс, потрясти на предмет того, какие лучше. Или, может, тете написать, он алхимик, всяко ближе к теме, чем я.

– Цветы и рестораны, значит, не сработают, – хмыкнул эльф, тем временем. – Я бронь столика отменяю?

– Я тебе отменю.

– Все, препирательства без меня, пока, – я взмахнул ладонью, сложил лист и пошел к выходу. – Буду должен.

– Ты и так должен, дракон. За все годы дружбы знаешь сколько накопилось?

Я только показал эльфы неприличный жест, взявшись за ручку двери. Но у котелка разгорался новый спор, и парочке было явно не до меня. Готов был поклясться, что эти двое уже перестали притворяться, что у них просто работа над зельем.

А у меня был план. Оставалось только все это достать.

Глава десятая. Ты тоже ничего не понимаешь в драконах, Тесса Мур

Из учебника “Основы межрасовой эмпатии” под редакцией профессора А. Гроула:

Попытка извиниться перед драконом – задача не из легких. Драконы ценят искренность, но не всегда способны ее распознать, особенно если привыкли к дорогим жестам.

Мира

Тесса появилась в лаборатории через полчаса после ухода Касселя. Просунула рыжую макушку в дверь, держась за косяк, как за спасательный круг. Сначала увидела меня, улыбнулась, затем – Дэйна и стушевалась.

– Да заходи уже, все свои. Ты опять плакала?

Она помотала головой. И все равно выглядела она неважно: глаза красные, волосы выбились из пучка, очки поправляла еще чаще, чем обычно.

– Мира, я… кажется, я перегнула палку. Мне кажется… – она бросила взгляд на эльфа, что сидел на столе и даже не пытался сделать вид, что не слушает.

– Да что ты, – я скрестила руки на груди.

– Не надо было бить Касселя… Боги, я даже не знаю, зачем я это сделала. Он ведь извинился перед этим. Сказал, что не знал, что для меня это важно. Но…

Она замолчала и сняла очки, чтобы потереть и без того красные глаза. Тесса такая Тесса. Вечно переживает обо всем подряд. Что ее обижают, что она якобы обидела, раздувает из мухи слона, а потом переживает и за это. Хотя в данном случае я бы просто зарядила Ноксу между ног и все. Но то я.

– Он вел себя как идиот. Ты имела право его ударить.

– Но пощечина – это слишком. Я хочу извиниться. Только не знаю как.

Дэйн, который до этого сидел молча и делал вид, что-то невнятно крякнул, и мне пришлось ударить его локтем под ребра. Не смотри на меня так, эльф. Без тебя знаю, что тут было полчаса назад и зачем приходил дружок-пирожок твой.

– Уверена… что надо перед Ноксом извиняться?

Тесса кивнула, а я лишь вздохнула. Отговаривать ее бесполезно, сама что-нибудь такое выдумает, что потом спасать придется. Переглянувшись с эльфом, пришли, похоже, к единому мнению. Мешать не станем, а вот наблюдать – да.

– Ладно. Какие идеи? – Дэйн деловито потер руки. – Раз я тут, то помогу.

Тесса беспомощно развела руками.

– Никаких. У меня нет денег... А он наверняка привык… к дорогим подаркам.

– Забей, – перебил Дэйн, снова поднимая голову. – Ему барахла надарили на все праздники и всякие пассии… – увернулся от моего нового удара. – Короче, он эти подарки даже не открывает. Не парься насчет дорогого.

– И что мне тогда делать?..

Я потерла переносицу, переняв дурацкую привычку у Тессы. Повернулась к эльфу.

– Он сладкое ест?

– Еще как.

– Слушай, Тесс, а что если тебе испечь что-нибудь?

– Мира, я даже чай завариваю с третьего раза. Какая выпечка?

– Да что-то просто, печенье, например. Или кекс. Ну что там. Мука, масло, шоколада кинь.

– Ягод, – вставил эльф.

– Ягод. На ягоды наскребешь? Я тебе добавлю.

– …через час пожарные стражи будут тушить кухню, – пробормотал Дэйн, в этот раз не увернувшись и глухо выдохнув от сильного тычка под ребра. – Но вообще идея неплохая. Такие подарки я редко помню.

Тесса явно задумалась, глядя на нас нахмуренно, но все-таки кивнула, соглашаясь. Сняла очки, протерла краем форменного пиджака стекла.

– И если он не оценит… – подняла я палец.

– То ты намешаешь ему зелье? – хмыкнул Дэйн.

– И ты не хочешь знать, какое.

– Ладно, – слабо улыбнулась Тесса. – Спасибо вам обоим.

Когда Тесса ушла, я повернулась к Дэйну. С секунд десять мы молча смотрели друг на друга. Оба не сказали Мур, что дракон приходил. Эльф сделал жест у губ, как будто закрывает замок, я кивнула. Вот и славно. Ноксу тоже не следует знать правду.

Глава одиннадцатая. Никогда не звоните теткам

Из учебника “Основы межрасовой эмпатии” под редакцией профессора А. Гроула:

Помните: если дракон ради вас обратился за помощью к родственникам – это серьезно. Очень серьезно.

Кассель

Список в моем кармане жег ладонь, как уголек. Три раза перечитал, с каждым чувствуя себя все большим идиотом. Кассель Нокс, наследник древнего рода, тот самый дракон, который никогда ни перед кем не извинялся, теперь думает, где достать книгу, о которой никогда не слышал, и инструменты, назначение которых знает… ну так.

Я вздохнул, глядя на листок. Северные Пределы. Ни о чем, кроме географического расположения, мне не говорило. Помедлив, все-таки решил обратиться за помощью, как бы этого не хотелось избежать. Сложив вчетверо список, отправился в комнату связи в восточном крыле, где можно было поговорить с родственниками через магические кристаллы.

Не то чтобы студенты, особенно старших курсов, хотели через день болтать с мамами и папами, так что там обычно заседали сопливые первокурсники. А теперь и я, вызывая на связь леди Айрин Нокс, в девичестве – Айрин из дома Вэлл, владелицу сети чайных “Золотая чаша”, самого модного места для встреч высшего света в трех столицах.

Вышла замуж за брата моего отца и была вхожа во все дома, зная все сплетни. И любила меня как сына, не имея возможности получить своих детей.

Через несколько секунд над кристаллом возникло изображение. Леди Айрин сидела в кресле у камина с бокалом вина в одной руке и каким-то каталогом в другой. Темные волосы были убраны в высокую прическу, яркие губы улыбаются.

– Кассель! – она подалась вперед. – Неужели ты решил вспомнить о старой тетке? Не говори, что соскучился, что случилось, дракончик?

– И тебе доброго дня, тетя, – я усмехнулся. – Ты, как всегда, проницательна.

– Я слишком хорошо тебя знаю. Опять дуэль? Дочь герцога? Или на этот раз что-то действительно интересное?

– Мне нужна книга.

– Книга? – Айрин приподняла бровь. – Тебе? Кассель, я знаю тебя с пеленок. Единственное, что ты читаешь – романы о пиратах.

– Да тетя… Мне правда. Нужна. Книга.

– Удиви меня. Какая?

– “Энциклопедия магических материалов и их резонансных свойств”, – прочитал я с бумажки, игнорируя смешок. – Автор – мастер Грегор из Северных Пределов.

Айрин расхохоталась от души, откинувшись на спинку кресла. Мне было не до смеха и, клянусь, готов был бросить всю эту затею, но что-то остановило.

– Кассель, эта энциклопедия – редкость даже для Северных Пределов. Ее тираж был всего в сотню экземпляров, и половина осела в частных коллекциях. Я сама держала ее в руках один раз, у герцога Эшвила. Зачем она тебе?

Я помолчал, затем с неохотой все-таки ответил, потому что тетя уже не отстанет.

– Подарок.

– Сомнительно, что Дэйну, – Айрин прищурилась и отставила бокал. – Кому? Девушке?

– Тетя, это правда важно. Так достанешь?

Я даже через не слишком ясный кристалл видел, как ее взгляд стал острым, будто у кошки, выслеживающей мышь. С каждым словом я закапывал себя все глубже, но как иначе попросить о помощи, не знал. И у кого.

– Девушке... Артефакторше...

– Ты просишь меня, свою тетку, найти редчайшее издание за сотни золотых, чтобы подарить его девушке. Кассель, ты влюбился?

– Ни в кого я не влюбился! Это просто подарок. В знак…

– В знак чего? – она подалась вперед еще больше, а улыбка стала шире.

– В знак извинения, – признал ворчливо. – Я… накосячил. Прям серьезно накосячил, и ее подруга сказала, что эта книга точно понравится.

Айрин расхохоталась еще громче, и я поморщился. Этот смех был мне знаком с детства – тетка нашла новую тему для подколов на ближайшие полгода.

– Кассель Нокс признает, что накосячил! Я должна запомнить этот день. Книга. Редчайшая энциклопедия. Для загадочной артефакторши. Ну же, дракончик, расскажи мне все, кто она?

– Просто студентка. Мы в паре на факультативе.

– Кассель, я знаю тебя лучше, чем ты сам. Ты никогда и ни для кого не искал книг, ты в библиотеке занимался тем, за что отец бы дал подзатыльник. Признайся уже.

– Не в чем признаваться, – проворчал я.

– Ну-ну. Влю-бил-ся.

– Ничего подобного, – я чувствовал, что скоро начну рычать. – Просто… она не такая, как другие. В смысле. Не в том смысле, боги, тетя.

– О, Кассель. Знаешь, сколько драконов до тебя говорили то же самое своим теткам? “Она не такая, как другие”. А через год получали приглашение на свадьбу. Где мое приглашение?

– Никакой свадьбы не будет, – отрезал я. – Мы просто… партнеры по учебе, ее случайно закинуло на предмет по межрасовой эмп… – заткнулся, понимая, что глаза у тетки огромные, а улыбка уже до ушей. – Эмп… Эмпатич… – не зная, какой предмет выдумать, махнул ладонью. – Я отключусь сейчас, клянусь.

– Когда ты привезешь ее знакомиться?

– Тетя!

– Ладно-ладно, дракончик, – хмыкнула тетя. – У меня есть связи в Северных Пределах, постараюсь помочь, но ничего не обещаю. Пришлю экземпляр в академию в течение трех дней, если получится.

Я вздохнул.

– Спасибо.

– Вот и славно. Жду в гости, племянник с рассказом. И передай своей загадочной артефакторше, что я ее заочно одобряю.

– Я ничего ей не буду передавать.

– Конечно, не будешь. Ты же не влюбился.

Кристалл погас под ее смех. Несколько секунд я еще мрачно смотрел на него, затем чертыхнулся и провел ладонью по лицу. Она всегда умела вывернуть разговор так, что я чувствовал себя загнанным в угол. Вот что она выдумала? Глупости какие, было бы в кого влюбляться, пф.

С книгой разобрались. Оставались инструменты.

***

Я направился к корпусу Артефакторики, потому что сам точно не разберусь в том, какие инструменты нужны, а торговцы легко могут впарить дорогую ерунду. Хотя с каких пор меня это беспокоит… Девушкам нравились самые дорогие цветы, самые дорогие таверны, самые дорогие украшения.

Но не рабочие инструменты. Это логично, логично, логично, Кассель.

В холле корпуса было тихо, только за одним из столов, сгорбившись над какой-то крошечной работой, сидел второкурсник в очках. Перед ним лежали пинцеты, лупа и детали, похожие на часовой механизм. Ну что-то похожее на то, что я ищу, нет?

– Эй, – я остановился у стола. – Ты артефактор?

Парнишка поднял голову, увидел меня, и его лицо побелело. Он буквально подпрыгнул на стуле и, даже не прихватив инструменты, хотел слинять.

– Стоять, – ловить пришлось буквально за шкирку. – Еще раз спрашиваю. Ты – артефактор?

– Я-я-я… д-да. Второй курс. А вы… вы Кассель Нокс, – он произнес мое имя так, словно появится круг под ногами, и демоны выпрыгнут.

– Я в курсе, кто я. Я не собираюсь тебя бить. Мне нужен совет.

– С-совет? – он замер, вцепившись в стул, на который я посадил обратно. – От меня? Точ-чно бить не будете?

– Если не будешь тупить, то и бить не буду, усек? Молодец. Мне нужен набор инструментов вот этих ваших… Да не твой. Какие инструменты нормальные, от какого мастера там, из какого материала?

Второкурсник на мгновение замер, потом в его глазах мелькнуло что-то помимо страха. Я отпустил его, он поправил очки почти как Тесса.

– Лучшие инструменты… – сбивчиво стал думать вслух. – Лучшие делает мастер Тибальт из Старого города. У него лавка “Серебряный резец”, это в двух кварталах от Подхолмья, там… там нужно пройти через рынок и... и кажется свернуть у старой часовой башни. Налево. Или направо… Или… Или налево.

– Я понял, дальше. Набор какой брать?

– Набор из десяти предметов… – еще раз поправил парень очки. – Резцы с алмазным напылением, захваты с регулируемым прижимом, калибровочные иглы трех размеров, – бодрее стал тараторить, чуть ли не слюни пуская. – Они вечные, их даже профессора заказывают. Но они… дорогие.

– Сколько?

Он назвал цену. Я присвистнул про себя – для обычного студента это было целое состояние, несколько месяцев стипендии. Тесса такое точно себе не может позволить. Ничего, малышка, я принесу, не парься. Будешь там алмазными чем-то там ковырять что-то там. Для меня сумма была вполне подъемная – с Дэйном большее тратили на ужин в столице.

– Отлично. Спасибо, – забрал у него перо, достал список и записал все, что парнишка рассказал.

– П-пожалуйста…

Я уже пошел к выходу, но на полпути обернулся.

– Слышь, парень.

– А-а?

– Ты Тессу Мур знаешь?

Он часто-часто закивал.

– Она шарит в ваших этих артефактах, да?

– Она… Она очень крутая, у нее лучшие… – парнишка осекся, но продолжил. – Лучшие работы на курсе, специализируется на боевых артефактах.

– Чего? – я рассмеялся. – Боевых?

– Ну… Да…

Не шутит. Я внимательно посмотрел на второкурсника, но он, хоть и боялся, слова назад не брал.