Текст книги "Катастрофа в академии магии (СИ)"

Автор книги: Анна Солейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 22 страниц)

Какие у меня причины не оторвать ей голову прямо сейчас?

Это что, шутка?!

Какой брачный артефакт? Его невозможно использовать без согласия обеих сторон, а я совершенно точно не собирался давать никакое согласие на женитьбу. Тем более на женитьбу с использованием магических артефактов! Тем более я не собирался жениться на катастрофе Гринс!

Брачные артефакты – пережиток прошлого, они же буквально связывают двух людей.

Не говоря уже о том, что для их изготовления требуется колоссальный резерв сил.

Колоссальный резерв сил.

Я новыми глазами посмотрел на Гринс.

От желания овдоветь меня отвлек довольный смех.

Я медленно – медленно! – обернулся и уставился на Алана.

– Надо же! Как удачно все получилось! – заявил он.

Интересно, если я прибью кронпринца за слишком уж довольное лицо – суд меня оправдает?

Мой прекрасный вечер окончательно накрылся ржавой посудиной. Сначала пришлось выгонять всех лишних из моей комнаты (даже Гринс! особенно Гринс!), уговаривать Монику выйти, извиняться, обещать прислать цветы и, конечно же, написать всенепременно.

А потом – одеваться, идти снова в кабинет ректора, где меня уже ждали Алан и сидящая на стуле у стола катастрофа Гринс.

Я ее терпеть не мог. И одновременно ничего не мог поделать с радостью из-за того, что мы окажемся рядом: обычно Гринс, стоило мне появиться, тут же отходила подальше, всячески подчеркивая, что не хочет иметь со мной дел, даже находиться поблизости ей неприятно.

– Ну? – буркнул я, хлопнув дверью.

Гринс дернулась и опустила взгляд. Сидела она на краешке стула, положив руки на  колени, спина – абсолютно прямая. На шее Гринс поверх форменного галстука академии висел портальный артефакт на золотой цепочке. Я даже издалека видел переплетение колец и гравировку. Интересно, откуда у катастрофы Гринс деньги на такую дорогую игрушку? Купила, чтобы не давать мне покоя?

Впрочем, сейчас у меня были проблемы поважнее.

– Рассказывай, Гринс.

Я взял стоящий у стены стул и, грохнув его на пол напротив Гринс, уселся, скрестив руки. Руки я скрестил, чтобы унять соблазн схватить ее за шею и удавить.

– Я не… не могу точно сказать, – нахмурившись, проговорила она. – Это вышло случайно.

Голос ее звучал твердо, несмотря на то, что взгляд был испуганным. Она меня боится? Очень правильно.

Гринс вызывала внутри целую бурю эмоций, от злости и раздражения до желания и нежности. Злости было больше. Намного. Особенно сейчас.

– Подробнее.

– Я думаю, нам лучше дождаться профессора Дейвиса, – вмешался Алан, вальяжно откидываясь на спинку кресла с самым довольным видом. – Он будет здесь с минуты на минуту.

– У нас полно времени. Гринс. Я жду. Как ты посмела…

Она сжала губы и скрестила руки.

– Если ты еще не понял, Грей, то это твоя вина тоже. Так что сбавь обороты.

Задушу.

– Моя? – рыкнул я, чувствуя, как в голос прорываются драконьи нотки и тело буквально начинает трансформироваться – я чувствовал зуд под кожей. –  Гринс, ты…

– Я тебя предупреждала, – прервала Гринс абсолютно спокойным тоном. – Сначала я предупреждала, чтобы ты не садился рядом со мной на артефакторике. Потом предупреждала, чтобы ты вместо меня занялся лабораторной, потому что моя магия… – Она замялась. – Неконтролируема. И что сделал ты?

Вопрос повис в воздухе. Я открыл рот. Потом закрыл рот.

Опять открыл.

Гринс смотрела на меня прямым и немного насмешливым взглядом, в котором бегущей строкой было написано: “Я тоже не в восторге, Грей, и именно ты в этом виноват!”

Самое обидное, что возразить даже было нечего! Она загнала меня в угол, как.... как салагу какого-то! Как же она меня раздражает!

– Вы не могли бы, – начал Алан усталым тоном, – точно также меня предупреждать, адептка Гринс, когда в очередной раз соберетесь снести стену или испортить бесценную древнюю фреску?

У Гринс хватило совести покраснеть.

– Извините, ректор Эрхард.

Алан вздохнул.

– Я уверен, это какая-то ошибка, – отрезал я. – И не думай, Гринс, что тебе удастся так легко меня захомутать. Я скорее женюсь на виверне, чем на тебе.

– Я скорее выйду замуж за боггарта!

Мы замолчали. Краем глаза я видел Алана и мог бы поклясться, что он за кашлем прячет смех. Мог бы посочувствовать! Он же мой отец, приемный! Должен быть заинтересован в том, чтобы я сделал выгодную партию и был в безопасности. А какая безопасность и выгодная партия, если меня на себе женила... Гринс?!

Это какая-то шутка. Фокус – и больше ничего.

Хотелось обратиться в дракона и разломать от злости что-нибудь на куски, потому что, несмотря на возмущение, я чувствовал… что-то странное. Какое-то тепло и удовлетворение внутри оттого, что Гринс рядом.

И я даже не мог разобраться, мои это чувства или что-то, навязанное брачным, чтоб тут все провалилось, артефактом, заставляет меня это ощущать!

(Я надеялся, что никакого артефакта нет, но это было единственным объяснением для всех происходящих странностей.)

В этот момент в дверь постучали.

– Войдите! – крикнул Алан.

В дверях появился дядя Кевин. Как всегда, невозмутимый, с гладко зачесанными назад черными волосами, прямой спиной, в неизменном сером костюме.

Видимо, это был другой костюм, не тот, который Гринс облила грязной водой из рва, потому что на ткани этого не было зеленого болотного оттенка.

– Вызывали, ректор Эрхард? – спросил дядя Кевин, обведя спокойным взглядом нашу пеструю компанию.

Я почувствовал, что внутри как будто расслабляются тугие обручи. Вот, кто нам нужен – дядя Кевин! Не зря же он профессор артефакторики.

 Если кто и знает, как отвязать меня от Гринс, то это он.

– Проходите, профессор Дейвис, – пригласил Алан. – Тут, кажется, без вас не обойтись. Рассказывайте, адептка Гринс. С самого начала.

И Гринс рассказала.

А потом продемонстрировала пятно на запястье, похожее на родинку или на татуировку. Совершенно круглое, непроницаемое, как крохотная черная дыра, про которую вещали на астрологии. Говорят, они – к несчастью.

Какой сюрприз. Если дело касается Гринс, тут все – к несчастью.

У меня на лопатке, прямо поверх оставленных сумрачными тварями шрамов, красовалось такое же пятно с недавних пор.

Пришлось раздеваться, чтобы продемонстрировать.

Гринс, совершенно не стесняясь, скользнула по моей фигуре взглядом и насмешливо подняла бровь, как будто пришла на исключительно любопытное шоу.

Убью.

Дядя Кевин – хотя мы в академии, так что правильнее будет называть его профессором Дейвисом все-таки – долго изучал круглые черные пятна на нашей коже, водил над ними рукой, которая блестела золотистым светом диагностических чар и хмурился.

– Это не артефакт “Вечность”, – наконец сказал он, я и с облегчением выдохнул. Следующие его слова тут же спустили меня с небес на землю: – Хотя это, несомненно, брачная связь. Видите ли, если бы это был верно выполненный артефакт “Вечность”, на коже у вас обоих появилась бы схема артефакта: формула, расчет радиуса действия, вязь рун, которая определяет содержимое артефакта…  А это… хм…

Он сжал запястье Гринс и поднес его к глазам. Почему-то захотелось оттолкнуть его от Гринс. Только я могу ее трогать!

Стоп.

Что за идиотская мысль?

– Это? – поторопил я, усилием воли заставляя себя не двигаться.

– Выглядит так, что кто-то с огромным магическим резервом просто создал крепчайшую связь, не заботясь о механизме ее работы. Но есть и хорошие новости!

Ура!

– Какие? – поторопил я.

Дядя Кевин продолжал рассматривать запястье Гринс и водить над ним рукой.

– Эта связь в самом деле нерушимая и вечная. Вы изобрели сильнейший брачный артефакт, адептка Гринс. Это новое слово в артефакторике! Мои поздравления!

Гринс побледнела и стала выглядеть так, как будто вот-вот грохнется в обморок.

Я перевел взгляд на дядю Кевина.

– Ты знаешь, что нам делать?

– Поставить ей высший балл? – задумчиво ответил он, выпрямляясь. – Я такого никогда не видел. По всем законам этот артефакт не должен работать, ведь здесь нет никакой формулы. Но он – работает. Это невероятно. Чистейшая сила, концентрированная и мощная! Чистое намерение! Невероятно! Вы ведь чувствуете притяжение? – Он обвел нас взглядом. –  Не можете разлучаться надолго, не можете быть с другими, улавливаете мысли и эмоции друг друга?

Гринс издала что-то вроде хрипа. На ее лице был написан ужас.

– Мысли и эмоции? – уцепился я за соломинку. – Ничего такого не было!

– Значит, все еще впереди, – успокоил дядя Кевин. – Адептка Гринс, я бы хотел поговорить с вами с глазу на глаз. Вы должны описать, что и как вы делали. Не хотите поступить в аспирантуру на артефактора? У вас большое будущее.

Повисла тишина, а потом раздался кашель Алана, подозрительно похожий на смех.

– Кевин, боюсь, мы не за этим к тебе обратились. Хотя магический дар адептки Гринс безусловно, заслуживает внимания. Ты знаешь, как им от этого избавиться?

Глава 14

Повисла тишина, а потом раздался кашель Алана, подозрительно похожий на смех.

– Кевин, боюсь, мы не за этим к тебе обратились. Хотя магический дар Гринс безусловно, заслуживает внимания. Ты знаешь, как им от этого избавиться?

Дядя Кевин молчал и хмурился. Секунды текли. Потом он медленно проговорил:

– Этот… артефакт. Уникальная созданная между вами двумя магическая связь. Уникальным ее делает то, что она сильна за счет вашей же магии. Артефакт питается ею каждый раз, когда требуется его вмешательство. Это гениально! Гениальное решение.  – Его глаза азартно блеснули. – Вы не можете разлучиться надолго, всегда знаете местоположение друг друга, дорожите друг другом…

– Нет! – прервал я.

– Да никогда в жизни! – одновременно со мной возмутилась Гринс.

Мы переглянулись и дружно скрестили руки.

Потом также дружно их опустили, обменявшись снова неприязненными взглядами.

Алан издал какой-то непонятный звук, из-за чего мне сильнее захотелось его придушить.

– Дя… – Да мать его, снова забыл. – Профессор Кевин, нам нужно избавиться от этой дряни как можно быстрее. Ты... Вы знаете, как это сделать?

– Этой дряни? – поднял брови дядя Кевин. Глаза его горели фанатичным радостным огнем ученого, который обнаружил научное открытие, которого ждал всю жизнь.

“Это ты о себе?” – пробормотала Гринс и захотелось заткнуть ей рот.

Возможно, губами.

Эта катастрофа меня с ума сведет.

– Этой связи.

Дядя Кевин вздернул бровь.

– Кайден, я для кого тут распинался все это время? Слова “нерушимая и вечная” тебе о чем-нибудь говорят?

Обычно сарказм, из которого состоял дядя Кевин, меня забавлял, но не сейчас. Я встал и подошел к нему ближе.

Должно быть, что-то такое отразилось у меня на лице, что-то такое разлилось в воздухе, потому что дядя Кевин вдруг побледнел и отступил. Я все-таки был невероятно сильным – считалось дурным тоном демонстрировать это так открыто.

Стоило бы извиниться, но злости внутри было слишком много.

Кажется, если я открою рот, чтобы произнести слова извинения, изо рта вылетит что-то совсем другое. Лучше поговорим с ним позже, он поймет.

Световые кристаллы мигнули, на мгновение погружая нас в темноту. Кто вышел из себя в этот раз? Я или Гринс? Неважно. Все равно стоит взять себя в руки.

– Должен. Быть. Способ. Какой? – как можно более спокойно произнес я. Все равно вышло похоже на рычание.

Дядя Кевин прищурился, а потом бросил задумчивый взгляд на Гринс. Обычно он за словом в карман не лез, но сейчас выглядел растерянным.

– Любой артефакт можно деконструировать, – влезла Гринс и тут же залилась краской. – Так в учебнике написано.

Кажется, это первая умная мысль, которую я от нее услышал.

Возможно, я был к ней несправедлив.

Но она – тоже не подарок!

– Высший балл, адептка Гринс, – оживился вдруг дядя Кевин. – У вас в самом деле большое будущее в артефакторике. Но, видите ли, какая штука, мы имеем дело не с простым артефактом. Тот, что создали вы, – со всех сторон особенный. Могу предположить, что общее правило здесь сработает: деконструировать нерушимый артефакт может только его создатель. По крайней мере, это единственный вариант. Это если исключить тот, где кто-то из вас умирает.

– Да, такой давайте исключим, – поддакнул Алан, откидываясь на спинку ректорского кресла.

Я не обратил на него внимания. Мне понадобилась буквально доля секунды, чтобы осознать сказанное дядей Кевином.

– Отлично. Гринс, – обернувшись, я отвесил издевательский поклон катастрофе, – вперед. Если ты деконструируешь артефакт прямо сейчас я, так и быть, передумаю тебя убивать.

Но это не точно. Гринс посмотрела на меня уничижительно и перевела взгляд на дядю Кевина.

– Как я могу это сделать? – совершенно спокойно спросила она.

Что ж. Чего-чего, а самообладания у нее не отнимешь. Я невольно восхитился: эта простолюдинка, которая всегда пахла таверной, держалась с достоинством истинной леди. Виктории такое и не снилось!

– Точно так же, как его создали, адептка Гринс. Чистейшее намерение и огромный запас магической силы. Рискну предположить, что ваш магический резерв намного больше того, который мы… предполагали. Иначе вы бы не смогли создать артефакт достаточно сильный, чтобы связать узами Кайдена Грея. – Дядя Кевин ухмыльнулся. – Впечатляющая работа. Позвольте выразить восхищение. У вас большое будущее!

Гринс вздохнула. На секунду на ее лице мелькнуло отчаяние, и мне захотелось оторвать голову каждому, кто посмел ее расстроить. Но вот уж в чем проблема, в нашем случае это могла быть или моя голова, или... или ее собственная. Оба варианта меня не устраивали.

Нужно разделаться со всем этим как можно быстрее! И дело с концом.

– Отлично. – Я подошел к катастрофе и сел на стул напротив нее. – Давай, мышь. Не тяни время, титул леди Грей тебе все равно не светит.

Она подняла брови.

– Ты думаешь, если бы я могла это сделать – не сделала бы этого раньше? – спросила Гринс звенящим от злости тоном. Ее глаза метали молнии, хотя лицо оставалось споконым.  – Думаешь, мне хочется каждый раз лицезреть твоих обнаженных прелестниц? У меня есть дела поважнее и поинтереснее. Грей, если бы я могла – близко бы к тебе не подходила! Какая уж тут связь? Если бы я могла взять под контроль мою магию – то я вовсе бы нас не связывала. Я всего лишь хотела выполнить лабораторную, в которой ты, блистательный Кайден Грей, отказался принимать участие.

Повисла тишина. Я сжал кулаки так сильно, что почувствовал, как ногти впиваются в кожу.

Мы с Гринс сверлили друг друга взглядами, воздух вокруг нас накалялся, как перед грозой. И, пожалуй, это была не фигура речи: и я, и Гринс, фонтанировали магией, так что в воздух тяжелел от разлитой вокруг силы.

Наконец Алан встал и с громким звуком захлопнул какую-то папку.

– Ну вот и славно, вот и договорились. Значит, с завтрашнего дня начнете занятия. Ката… Хм… – Алан осекся, едва не назвав Гринс “катастрофой”. Покраснел. –  Кхм… Адептка Гринс, с завтрашнего дня будете заниматься с Кайденом индивидуально. Он научит вас брать силу под контроль…

– Я не научу, – из чистого упрямства возразил я.

Мало что я ненавидел больше того, что меня загоняют в угол.

А именно это катастрофа Гринс и сделала.

– Или останется счастливо женат на вас до конца жизни, – отрезал Алан. – А сейчас предлагаю всем расходиться. Время позднее, всем пора домой. Адептка Гринс, завтра для вас подготовят отдельную кровать, а сегодня… – Алан бросил на меня взгляд. – Сегодня Кайден, как джентльмен, поделится своей. Сам на полу поспит, ему полезно.

– Что?

– Что?

 В этот раз мы с Гринс отреагировали одновременно.

Дядя Кевин удивленным не выглядел.

– Думаете, в этом есть смысл, ректор Эрхард? – спросил он.

Алан моргнул.

– Ты шутишь? Кто из нас профессор артефакторики? – Он бросил взгляд на Гринс и тут же напустил на себя ректорский вид, вспомнив, что говорит в присутствии адептки. – Профессор Дейвис, поправьте меня, если я ошибаюсь, но в их случае любые триггеры будут только расшатывать магию обоих. Если артефакт раз за разом будет срабатывать, используя их магию против их воли, то ни о каком контроле над силой и речи не будет идти. Я прав?

Это значит…

Нет.

Да нет.

От желания все внутри разнести тянуло жилы и кости.

– Это закон Вилкса, – припечатал Алан. – Так что вам двоим лучше пока не делать ничего из того, чтобы артефакт давал о себе знать. В вашем случае, как я понимаю, это значит, не разлучаться надолго – я думаю, совместный сон благотворно повлияет на то, чтобы ваша связь пришла в равновесие, артефакт все-таки брачный. Что еще? Ах, да, Кайден. Никаких похождений. Ну ты это и так понял. Никого больше не задерживаю. – Он выразительно указал на дверь.

Сжав зубы, я уставился на катастрофу Гринс. Световой кристалл за моей спиной лопнул. Воздух стал тяжелым, запахло порохом и серой.

Не припомню, когда меня в последний раз затапливало такой чистейшей яростью.

Теперь нам предстоит жить в одной комнате? С Гринс? А сегодня... Еще и спать на одной кровати, потому что если она думает, что я уступлю ей кровать целиком – то глубоко ошибается.

ЛОРИ

Это какой-то дурной сон. Хочу проснуться.

Когда я думала, что практические занятия на втором курсе не доведут меня до добра, я уж точно не ожидала этого! Готовилась, например, скорбеть об очередной снесенной стене. Или о том, что раз оторву Бэкону голову, когда он снова начнет обижать Селию.

Но я не готовилась к тому, что стану женой Кайдена, чтоб он провалился в бездну, Грея.

– Должен быть другой вариант, – отрезал Грей. – Уничтожить эту… связь между нами.

Именно! Этот самовлюбленный дракон впервые сказал что-то толковое!

Он встал и окинул кабинет тяжелым взглядом исподлобья. Грей так и не удосужился надеть рубашку после того, как демонстрировал всем пятно артефакта на лопатке.

Зрелище его обнаженного торса впечатляло. И не только из-за развитых мышц и тонкой талии!

Вся рельефная спина Кайдена Грея была исполосована шрамами, которые оставили нити-щупальца сумрачных тварей.

Шрамы покрывали поясницу и лопатки, тянулись, тонкие и почти незаметные на живот, на грудь и на руки. Спереди их было немного. А вот спина… должно быть, получить такие раны было невероятно больно.

У меня были такие же шрамы, на руках и на шее.

Неосознанно я одернула рукав пиджака, проверяя, точно ли они укрыты от посторонних глаз.

Я уставилась на перечерченный тонкой ниткой шрама живот Грея, узкий и напряженный.

Грей поймал мой взгляд и неприятно ухмыльнулся.

– Нравится, Гринс?

– Раздумываю над тем, что если я тебя убью, то проблема решится сама собой.

И это, в самом деле, было бы намного проще, чем разрушить связь другим способом!

Кайден Грей хмыкнул и повернулся к профессору Дейвису.

– Должны быть еще варианты, – упрямо сказал он.

Профессор Дейвис наклонил голову.

– Если найдешь хоть один – дай знать.

Несколько секунд Грей буравил его взглядом, а потом ругнулся.

– Да чтоб тут все провалилось. Идем, Гринс. – Он взял со стула рубашку и куртку.

Я и без его команды уже собиралась выходить в коридор – серьезно, не ночевать же в кабинете ректора!

– Спокойной ночи! – радостно заявил ректор Эрхард, шагая вперед по коридору и утягивая за собой профессора Дейвиса. – Кевин, зайдешь к нам с Эмили на чай в эти выходные? Давненько тебя не видно…

Ответа профессора Дейвиса я уже не услышала.

Покачав головой, я обернулась – и наткнулась на тяжелый взгляд Грея.

– Идем, мышь, – бросил он, сверкая обнаженным торсом в полутьме коридора.

Он зашагал вперед, держа одежду в руках. Ему понадобилось секунд тридцать, чтобы понять, что я осталась на месте.

– Гринс? – позвал он, обернувшись. – Ты уснула там?

Он в самом деле думает, что может обращаться ко мне в таком тоне – и я послушаюсь?

– Нет.

– Тогда вперед.

– Нет, – как можно более спокойным голосом откликнулась я.

Грей издал что-то вроде рычания и подлетел ко мне. На секунду мне показалось, что он сейчас меня ударит, но Грей только прищурился.

– И почему же – “нет”? Тебе требуется еще раз объяснить то, что ты натворила…

– Мы, – поправила я, изо всех сил стараясь не показывать, что испугана. – Это ты отказался делать артефакт. А я – предупреждала.

Некоторое время Грей смотрел на меня, а затем процедил:

– Отлично. Это важно для того, чтобы ты соизволила дойти до моей комнаты?

– Не помешало бы немного вежливости.

Грей прищурился и шагнул ко мне. А затем обхватил меня ладонью за шею и дернул на себя. Не больно, но очень властно.

– Гринс, ты понимаешь, с кем связалась? Я тебя могу размазать тонким слоем по полу прямо сейчас.

Я пожала плечами, изо всех сил напуская на себя безразличный вид. Нельзя показать, насколько мне страшно!

– Тогда размазывай. Ну, или ходи женатым. Я-то ничего не теряю, наоборот, сделала выгодную партию, а вот тебе придется немного ужаться. Никаких больше загулов, любовных приключений… тихое семейное счастье.

Судя по лицу Грея, он хотел бы меня убить. Несколько секунд мы буравили друг друга взглядами, а затем зазвучали тихие удары часов в конце коридора.

Грей моргнул, а потом душераздирающе зевнул, отпустив меня и прикрыв рукой рот.

– Хорошо. Идем, Лори. Довольна? Может, теперь соизволишь пройти ко мне в комнату? Я впервые за последние дни хочу выспаться.

Поколебавшись, я кивнула. В моих же интересах избавиться от связи с Греем как можно быстрее. И нам придется сотрудничать, несмотря на то, что он жуткий придурок. Ох, никогда я еще не была так зла на собственный дар, как сейчас!

Закон Вилкса, который упомянул ректор Эрхард, гласил: “Только равновесие может привести к переменам”. Это был первый и самый универсальный закон магии – странно, что профессор Дейвис сам о нем не вспомнил.

То есть, мы в самом деле должны были сначала заставить связь, которую создал между нами артефакт, замолчать, уравновеситься. И только потом – пытаться эту связь разрушить.

Вернее – я. Я должна буду ее разрушить.

Взяв под контроль мою магию, которая вот уже второй год не дает мне спокойно жить.

Плевое дело!

За пару дней управлюсь.

– Хорошо, – решительно сказала я. – Но ты отправишь от моего имени пару сообщений.

Нужно же предупредить Денни и Селию! Тетушка вряд ли меня хватится, но Денни до сих пор в моей комнате, а Селия – где-то в библиотеке!

Отправка магических сообщений требовала много сил. У меня были силы. Но, боюсь, я могла бы обвалить потолок, если бы сейчас попыталась ими воспользоваться.

Грей хмыкнул и поднял руку – на ладони у него появились два зелено-голубых шара, готовых принимать информацию.

– Прошу.

Сообщение для Селии было коротким и быстрым. Я изо всех сил постаралась не покраснеть, наговаривая текст для Денни. Должно быть, дело было в насмешливом взгляде Кайдена Грея. Когда с этим было покончено, он проговорил:

– Урок первый, Гринс. Всегда верь в себя. В следующий раз хотя бы попробуй использовать свою магию, прежде чем просить меня.

– Я что-нибудь сломаю, если она откликнется. Возможно, уроню нам на голову потолок.

Кайден Грей посмотрел на меня странным взглядом.

– Нет. Я ведь рядом. Смогу купировать твой выброс в случае чего.

– В прошлый раз ты этого не сделал, иначе мы бы здесь не стояли, – не удержалась я.

К моему удивлению, Грей не обиделся. Куда-то вдруг подевался наглый избалованный лорд, на его месте появился спокойный и собранный мужчина. Воин.

– В прошлый раз я не знал, чего ждать от тебя. Сейчас я готов. Идем.

Удивленная этой метаморфозой, я смогла только кивнуть. Мы в полном молчании направились в жилое крыло. Академия спала. Вокруг было тихо и пусто, только сквозняки холодили кожу.

Я поежилась и обхватила себя руками. Кто бы мог подумать, что ночью здесь так холодно!

– В комнате будет теплее, – вдруг сказал Грей. – Если будешь мерзнуть – зажжем камин.

– Ты обо мне заботишься?

– Я за тебя теперь отвечаю.

От удивления я едва не споткнулась о совершенно ровный пол.

Бред какой-то. Но Грей был абсолютно серьезен.

– Сюда, – позвал он, сворачивая в неприметный коридор.

Спустя пару минут мы оказались у дверей его комнаты. На его лице появилась знакомая уже мне наглая ухмылка. Старый добрый Кайден Грей! А то, что было до этого – мне почудилось, явно.

– Прошу, – отвесил он издевательский поклон. – Моя спальня в твоем распоряжении.

“А ты знаешь, что мне нужно не искусственное дыхание, детка?” – прозвучал в ушах голос Грея из прошлого.

 Я закатила глаза и вошла в уже знакомую мне комнату.

Кровать была аккуратно застелена. Я знала, что чистота в академии поддерживается чарами, но приятно было видеть подтверждение этому и осознавать, что мне не придется беспокоиться о том, кто и чем занимался на этой кровати некоторое время назад.

– Располагайся, Гринс, – бросил Кайден Грей, открывая шкаф. – Чувствуй себя как дома, можешь начинать раздеваться.

Не обратив на пошлый намек внимания, я стянула с плеч пиджак и огляделась.

– Ты будешь спать на ковре?

Он выглядел достаточно мягким, ноги утопали в мягком ворсе. Должно быть, лежать на нем будет достаточно комфортно.

– Нет, Гринс, – ответил Кайден, закрывая шкаф и оборачиваясь. – Я буду спать в кровати. Все-таки это моя комната.

От неожиданности я растерялась.

– Но ректор Эрхард сказал…

– Он своей кроватью может распоряжаться, как ему угодно. – Кайден уселся на край кровати уставился на меня, улыбаясь уголком губ. – Давай, Гринс, смелее. Все когда-нибудь бывает в первый раз. Ложись рядом.

От злости руки сжались в кулаки. Какой же он невыносимый!

Думает, я изнеженная фифа, которая испугается ночевки на ковре и покорно залезет к нему под одеяло? Ха!

Кайден Грей ухмыльнулся.

Я пожала плечами.

– Что ж, тогда на ковре буду спать я.

Отвернувшись, я принялась выискивать на полу самое уютное место. Вот там, у стены. Мне нравится! Интересно, а запасную подушку мне дадут? Впрочем, подложу пиджак под голову, если что. Вскочив, Кайден Грей подлетел ко мне.

– Ты издеваешься, Гринс?! Ты... – Он дернул меня за руку и вдруг осекся, прикипев взглядом к моей шее. – Что у тебя за шрам? – Его голос звучал хрипло.

Я почувствовала, как меня затапливает холодом. Схватилась рукой за шею – верхняя пуговица блузки была расстегнута. Проклятие! Горизонтальный шрам, пересекающий шею. Грей видел, как он у меня появился. Я думала, он забыл тот день, но...

В глазах Грея появилось узнавание.

– Гринс. Ты... Стой. Я тебя раньше видел, верно? Ты... ты та девушка...

Проклятие! От страха подкосились колени. Неужели он все-таки меня узнал? Мне конец! Он меня убьет сейчас.