Текст книги "Девочка на замену (СИ)"
Автор книги: Анна Шнайдер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)
80
Артём
Когда после всего случившегося Артём сжимал улыбающуюся Алю в объятиях, целовал в губы, щёки, лоб, вновь ласкал разнеженное тело – чувствовал себя до одури счастливым. Да, именно так – до одури, потому что никак иначе его состояние, близкое к эйфории, не характеризовалось.
Он никогда в жизни не был в таком восторге. Артёму чудилось, что он не человек, а музыкальный инструмент – и из него сейчас в окружающий мир польётся прекрасная музыка.
Кстати, а почему бы и нет?..
– Ты лежи, – выпалил он, в последний раз поцеловав сладкую Алю в губы. – А я сыграю. Будешь слушать?
– Ничего не поняла, – призналась Аля, но смотрела на него с такой нежностью, что Артём не сомневался: она поддержала бы его сейчас, даже если бы он решил спалить съёмную квартиру. Конечно, ничего подобного он делать не собирался, просто чувствовал, что Аля согласилась бы на что угодно.
Вскочил с кровати, подошёл к гардеробу, где томилась его родная скрипка, которую он не мог не забрать с собой из Москвы. Хотя отец, когда Артём упаковывал свой музыкальный инструмент, весьма красноречиво закатил глаза – мол, зачем тебе в другом городе скрипка, ты же не в оркестре едешь играть. Но что он понимает? У Родина-старшего ни слуха, ни голоса не имелось.
Артём достал из шкафа скрипку, обернулся – и улыбнулся, заметив, что Аля садится на постели.
– Ты будешь играть? – протянула она удивлённо. – Может, оденешься?
– Я тебя смущаю? – хмыкнул Артём, повиляв бёдрами, и Аля хихикнула.
– Ну… теперь уже нет.
– Вот и ладно.
И Артём, вскинув смычок и встав поудобнее, начал играть.
В начале он ещё смотрел на Алю – и видел, что она тоже смотрит, но не туда, куда надо, а гораздо ниже, периодически облизывая губы. Правда, потом она всё-таки отвлеклась от созерцания его чресел и, распластавшись по кровати попой кверху – не голой, а закутанной в одеяло, – закрыла глаза и погрузилась в музыку. Как и Артём. Тем более, что для исполнения он выбрал мелодию из Щелкунчика – ту, что помнил лучше всего и любил больше всего.
И пока играл, получая от этого удовольствие не меньшее, чем чуть ранее от обладания телом Али – просто оно было иным, – подумал: да как он куда-то уедет из этого города, но главное – от этой замечательной девушки, рядом с которой чувствует себя счастливым, важным и нужным? Ерунда всё это, и отец может угрожать сколько угодно лишением денег – не в них счастье, да и становиться самостоятельным действительно нужно.
Так что со следующей недели следует начать искать внештатную работу.
81
Аля
Артём играл мастерски – но Аля, умаявшись за день, тем более, она недавно пережила настоящий взрыв эмоций, чуть не уснула. Хорошо, что этого всё же не случилось, и когда скрипка замолчала, у девушки хватило сил открыть глаза и от всей души похвалить Артёма за искреннюю игру.
Потом они ещё почти целый час просто валялись в кровати и болтали, накрывшись одеялом и прижавшись друг к другу. Аля даже хотела спровоцировать Артёма на второй раз, но тот отказался наотрез, заявив, что у неё всё должно зажить – хотя крови почти не было, и Аля чувствовала себя вполне способной на дополнительные подвиги.
– Не надо, – повторил Артём с мягкой улыбкой и поцеловал девушку. – На сегодня тебе достаточно, правда. Пусть пройдёт несколько дней.
– Несколько дней?! – ужаснулась Аля. – А… завтра?..
– А завтра мы с тобой соберёмся и поедем в гости к твоей маме и Рае, – подмигнул ей Артём. – Шучу, не смотри в таком шоке. Я тебя просто до дома провожу, но если ты меня познакомишь и с мамой – буду рад.
– А ты… хочешь познакомиться?
– Конечно, почему нет? Да и она пусть на меня посмотрит, заодно и нервничать за тебя меньше начнёт. А то сейчас, наверное, с ума сходит. Напиши ей, кстати, что всё нормально, никто тебя не съел.
– Ой! – Аля чуть не свалилась с кровати, кое-что вспомнив. – Тём, а ты… это… предохранялся?
– Это – да, – передразнил её Артём. – А ты даже не заметила? Не волнуйся.
– Ну конечно, ты же опытный мужчина! – вздохнула Аля, ощутив, как сердце чуть кольнуло ревностью. Глупо, конечно, но тем не менее ей было слегка обидно, что она у Артёма не первая.
– Ого, ты ревнуешь! – тут же восхитился парень и вновь привлёк Алю к себе, целуя где-то за ухом. – Знаешь, что… У тебя наверняка есть шоколад или конфеты, которые тебе нравятся сильнее, чем остальные, для тебя они особенные. Есть же такие?
– Есть, конечно. Ты к чему?
– К тому, что другие шоколадки – они просто существуют, но не особенные. Съесть можно, но без восторга и особой радости. А когда ты ешь шоколадку, которую любишь – это совсем другое, это счастье и эйфория. И сравнить невозможно. Поняла?
Аля, улыбаясь, кивнула.
– Значит, я для тебя – особенная?..
– Конечно, – ответил Артём очень тёплым и искренним голосом. – Самая-самая лучшая и неповторимая. И самая вкусная.
– Тём!
– Что?
– Вот только давай без этого!
– Без чего?
– Без… этого! – с намёком протянула Аля и охнула, когда Артём, расхохотавшись, перекатился на спину, почти посадив девушку на себя. Не заходил, конечно – но она отлично чувствовала всё, что некоторое время назад было в ней.
– Нет уж, без этого никак не обойдёмся, – фыркнул парень. – И, Аль. То, что взаимно и доставляет радость и удовольствие, не может быть ни стыдным, ни пошлым. Не стесняйся. Хотя… мне нравится, когда ты стесняешься…
– А я вот ни разу не видела, чтобы ты стеснялся. Даже сейчас – играл на скрипке голышом и хоть бы хны!
– Учись, – покровительственно кивнул Артём и похлопал Алю по ягодицам.
82
Артём
На самом деле у Артёма не было практики по засыпанию вместе с кем-то рядом – ну, если не считать маму в далёком детстве. А вот с девушками он ещё на ночь не оставался, чтобы речь шла не о сексе и быстром «разбежались», а о полноценном сне. Но ему вдруг понравилось, и в какой-то момент даже возбуждение отступило, сменившись полнейшей расслабленностью и умиротворением.
Он будто долго-долго куда-то шёл – и наконец пришёл.
А вот следующий день получился немного суматошным. С утра, осознав, что болезнь отступила окончательно и бесповоротно, Артём даже осилил встать раньше Али, которая тихонько сопела на боку, обняв подушку, и её белое обнажённое плечо выглядело столь трогательно, что он не удержался и коснулся его губами. А потом решил приготовить завтрак. Пирожные, оставшиеся от вчерашнего ужина – это, разумеется, замечательно, но одними сладостями сыт не будешь.
Кашу варить Артём не умел, яичницы у него тоже обычно не получались – желтки всегда затвердевали, а низ прижаривался. Поэтому Артём решил, что сделает омлет с сыром, и к собственному удивлению он даже неплохо вышел. Правда, чтобы Аля оценила кулинарные таланты Артёма, её всё-таки пришлось будить, но при помощи поцелуев это оказалось легко.
А после завтрака они на самом деле отправились в гости к Алиным родственникам – да, проводами до подъезда дело не ограничилось, и обедал Артём уже в компании Раи и Натальи Николаевны. Сестра Али забрасывала его вопросами про всё подряд, начиная от того, какой он увлекается музыкой, заканчивая его впечатлениями от переезда в другой город. Хотя последними интересовалась больше Наталья Николаевна.
Аля была похожа на свою маму. Наталья Николаевна была не слишком высокой полной женщиной со светло-русыми волосами, серыми глазами и очень приятным, открытым лицом, и с Артёмом она общалась легко, без всякого предубеждения и настороженности, что его безумно порадовало.
В результате от Али он ушёл лишь поздно вечером в субботу, с сожалением осознавая, что в воскресенье увидеться не получится – следовало всё-таки сделать кучу домашних заданий по учёбе, а Аля хотела ещё и к курсовой работе приступить. Поэтому, попрощавшись с девушкой до понедельника, Артём, напоследок зацеловав её так, что Аля аж раскраснелась, отправился к себе в съёмную квартиру.
83
Аля
Расставаться с Артёмом было всё равно что пытаться отодрать основательно приклеившийся пластырь с волосатой части тела. Да, сравнение не слишком романтичное, но наиболее верное – поскольку случившееся не было смертельным, но вызывало столько дискомфорта и неприятных ощущений, что хотелось немедленно прекратить и оставить всё по-прежнему. Но «по-прежнему» было невозможно, проститься до понедельника тем не менее пришлось.
И забавно, что практически сразу, как Артём вышел из квартиры, от него пришло сообщение.
«Я ещё даже из подъезда не вышел, а уже скучаю».
Аля улыбнулась и стала печатать ответ Артёму прямо на ходу.
«Я начала скучать по тебе до того, как мы расстались».
«Это как так?»
«А вот так. Как представляла, что скоро ты уйдёшь, сразу начинала скучать. Превентивно».
Надпись «печатает», появившаяся сразу после прочтения Артёмом этого сообщения, показалась Але какой-то нервно подрагивающей, будто парень волновался.
«Аль… а переезжай ко мне?»
И всё, больше он ничего на написал, замолчал. Но этого хватило, чтобы у Али перехватило дыхание, и на кухню к маме и Рите она заходила, чувствуя себя растерянной, словно человек, внезапно выигравший в лотерею, но без возможности забрать деньги.
– Ох, влюблённая ты моя, – прервал её мысли понимающий голос мамы, и Аля подняла голову от телефона и посмотрела на Наталью Николаевну. – Впрочем, мне показалось, что Артём от тебя не отстаёт, а может, даже опережает.
– Ты о чём? – спросила Аля, садясь рядом с Раей, которая пила чай, закусывая куском собственноручно испечённого шоколадного кекса. Артём его особенно расхваливал, а Рая цвела от гордости.
– О влюблённости, – пояснила мама. Она, в отличие от младшей дочери, пила только пустой чай. – Я как-то опасалась, что ты очарована, а мальчик может только играть очарованность. Но если это игра, то актёр он гениальный. Однако я верю, что нет.
– Да зачем ему играть-то? – жуя кекс, спросила Рая. – Аля у нас богатая наследница, что ли, которую нужно очаровать, чтобы выйти замуж?
– Жениться.
– Ну жениться, без разницы. Во всём должен быть смысл! – Рая подняла вверх испачканную ложку, и Аля хихикнула. – А тут его нет.
– Мам, а как тебе вообще Артём? – спросила Аля, по-прежнему сжимая в ладони телефон и не притрагиваясь к своей чашке с чаем. Да и пить не слишком хотелось – полдня чаи гоняли. Просто мама и Рая привыкли к вечернему чаепитию, вот и сели на кухне, как Артём ушёл. – Только честно, пожалуйста…
– Первое впечатление положительное, – улыбнувшись, ответила Наталья Николаевна. – Надеюсь, и дальше оно не изменится.
– Артём мне вот, вместе пожить предложил… – пробормотала Аля, на мгновение опустив глаза, и услышала, как Рая поперхнулась чаем.
– Кто бы сомневался! – А вот мама, кажется, не удивилась. – Молодо-зелено, горячо-безбашенно… Ну, решай сама, ты же совершеннолетняя, имеешь право поступить, как тебе хочется.
– Но ты против?
– А ты как думаешь? – вздохнула Наталья Николаевна, и Аля всё-таки посмотрела на маму. Она точно не злилась, не казалась раздражённой, не волновалась – скорее, была настроена иронично. – Вот будет у тебя дочь, захочет меньше чем через неделю после знакомства с парнем переехать к нему – поймёшь тогда.
– Аль, ты чего, серьёзно хочешь свалить к Артёму? – изумлённо спросила Рая, глядя на сестру вытаращенными глазами. – А как же мы?!
Вопль был полон возмущения, и Аля понимала, откуда оно взялось. Да и сама, если честно, не знала, чего хочет больше – переехать к Артёму или остаться здесь, в окружении родных и любимых мамы и Раи.
– Аль, – добавила мама прежде, чем Аля сообразила, что ответить, – с Артёмом ты можешь встречаться и в свободное время. Тем более, вы в институте видитесь. Не надо горячку пороть. Поверь, жить с мужчиной и встречаться с ним же – разные вещи, и второе гораздо приятнее. Пусть лучше Артём за тобой ухаживает, чем ты начнёшь ему прислуживать.
– Уверена, он не…
– Аль, даже если он не собирается делать из тебя уборщицу, это жизнь, в конце концов, – усмехнулась Наталья Николаевна. – И быт работает именно так. Не порть себе впечатление, не ввязывайся пока в эту рутину. Если ваши отношения надолго, успеешь ещё и рубашки ему погладить, и посуду за ним помыть.
Мама была права – Аля понимала это и написала Артёму чуть позже, что всё-таки не готова пока к подобным шагам, получив в ответ плачущий смайлик и ласковое: «Понимаю, что тороплюсь. И буду ждать твоего согласия».
84
Аля
После чаепития Аля вызвалась помыть посуду. Рая по этому поводу была только счастлива – она сие действо не любила, а за день, учитывая гостя, в раковине накопилось прилично, несмотря на то, что Наталья Николаевна несколько раз за день принималась мыть тарелки и приборы.
И вот в тот момент, когда Рая убежала в комнату, а Аля и её мама остались наводить порядок – Наталья Николаевна протирала стол, – девушка и вспомнила про свои терзания насчёт прихода дяди Игоря. И решила, что сейчас самое время всё же просветить маму.
Сразу, как только Аля начала рассказывать, её стали одолевать угрызения совести, потому что Наталья Николаевна явно зависла, слушая дочь – тёрла одно и то же место на столе, не двигаясь дальше.
Аля постаралась покороче. И говорила негромко, хотя это было непросто – всё же лилась вода, – опасаясь, что Рая услышит. В какой-то момент даже не выдержала и, подойдя к двери, закрыла её, затем посмотрела на маму и вздохнула – вид у Натальи Николаевны был озадаченный и хмурый, от хорошего настроения не осталось и следа.
– Поэтому ты спрашивала, любил ли Игорь ту женщину, – пробормотала она. – Но знаешь, я не хочу обсуждать прошлое. Обсуждать – значит, вновь погружаться во всё, что тогда случилось, а я и так с трудом это пережила. Что касается Раи… Я поговорю с ней, но вряд ли смогу изменить её позицию. Думаю, она настроена весьма категорично.
«А ведь мама второй раз не ответила на мой вопрос про дядю Игоря, – неожиданно подумала Аля. – Да, накануне она сказала «не знаю», но это очень обтекаемо. Она должна понимать, что меня интересуют его слова – говорил он ей об этом или нет».
– Я понимаю Раю, – сказала Аля, вновь подходя к раковине. – Всё-таки дядя Игорь с ней мало общался. Он говорит, думал, так будет лучше, не хотел делать вам больно.
– Мужики, – презрительно фыркнула Наталья Николаевна. – Натворил дел – и в кусты. Даже сейчас. Наговорил тебе всякой хрени и слился. А ты теперь мучаешься, переживаешь, не знаешь, как лучше. И жаль его, наверное, да?
– Ну… в целом…
– Вот это и была его цель, – кивнула её мама. – Заставить тебя пожалеть его, несчастного, жизнью обиженного. Ох, Аля… Молодая ты у меня ещё, словам веришь легко, а я им не верю совсем – только поступкам. И хоть я не люблю всё это вспоминать, ладно уж… Раз этот гад тебя растревожил… Только ты воду выключи, чего она льётся-то?
Да, точно!
Аля быстро повернулась к раковине, где на дне ещё оставались чашки, и повернула кран.
– Я тогда в шоке была, – сказала Наталья Николаевна негромко, как только вода перестала шуметь. – Любой человек был бы в шоке, получив известие о беременности какой-то неизвестной бабы. Игорь пытался мне объяснить, что у него с ней ничего не было, кроме одного раза по пьяной лавочке, но как это проверишь? Может, правда, может, нет. Но ребёнок-то в наличии в любом случае. Вот я ему и сказала, чтобы шёл туда и семью там создавал, а про нас думать забыл. И он послушался, Аль, понимаешь? Если человек не хочет что-то делать, если ему не надо – он не будет шевелиться. Вот у Игоря как раз так и получилось, только по отношению ко мне, тебе и Рае – он ничего не стал предпринимать, ушёл, развёлся. Женился на той женщине, двое детей у них. Поступки сильнее слов здесь. Сейчас он может придумывать что угодно, разумеется – голь на выдумки хитра. Но против фактов не попрёшь. И не жалей ты его, не надо, он свой выбор когда-то сделал и сейчас отвечает за него. Он сам отодвинул Раю на задний план, приезжал к ней пару-тройку раз в год, относился формально. За что боролся, на то и…
Вот теперь стало понятнее. И да – Аля перестала сомневаться, что дядя Игорь всё-таки сказал ей правду сейчас. Хотя и не договорил.
Он ведь знал отношение её мамы к мужчинам. Знал, что она уже однажды пережила предательство, а тут такой косяк с его стороны, ещё и с беременностью, которую не спрячешь. Вот и решил, что будет лучше самоустраниться, чем трепать нервы разочарованной в мужском поле женщине.
Дурак, конечно. Сам себе жизнь сломал. Сейчас опомнился – но поезд уже ушёл.
– Значит, мне не говорить с Раей? – уточнила Аля у мамы, и Наталья Николаевна пожала плечами.
– Можешь и поговорить, узнать её позицию. Возможно, даже будет лучше, если это сделаешь ты, а не я. А то она подумает, что я хочу её заставить, – хмыкнула Наталья Николаевна. – Ты на неё только не дави, иначе она совсем закроется, ещё и на тебя может обидеться. Просто по-дружески пообщайся…
– Ой, а что это вы тут дверь закрыли? – раздался из коридора звонкий голос Раи, и спустя секунду створка распахнулась. – Секретничаете? Я тоже хочу послушать!
– Тебе ещё рано, – не моргнув глазом, соврала Алина мама. – Я с Алей ликбез провожу. На тему: «Как не принести в подоле».
– Ой, да? – Рая аж отшатнулась. – Тогда не буду слушать!
И убежала, сверкая пятками.
85
Артём
Конечно, он не ожидал, что Аля сразу согласится переехать к нему – поэтому даже не слишком расстроился. Решил, что обязательно её уговорит и приложит к этому все усилия, а пока можно просто встречаться. И конечно, ухаживать! То, что Аля уже его целиком и полностью, не значит, что ей можно больше ничего не дарить.
Ещё Артём попытался вечером немного прошерстить сайты с вакансиями – но ушёл оттуда, несолоно хлебавши. Всё было ожидаемо и предсказуемо: работодателям требовались люди с опытом работы, а если речь шла о студентах и внештатке, то в наличии были лишь низкооплачиваемые вакансии, чаще всего не по специальности Артёма.
– Как легко жить, когда твои проблемы решает папа, да, Тём? – пробормотал он себе под нос, откладывая в сторону планшет. – А ты попробуй сделать что-то, не рассчитывая на родителей. Не так уж и просто, правда? Впрочем, ты всегда это знал. Но знать мало, конечно…
Осознавая, что решить вопрос с работой будет почти невозможно, Артём всё-таки не желал отступать и переезжать обратно в Москву, как думал сделать ещё несколько дней назад. Слишком уж он счастлив здесь, с Алей, слишком хочет быть рядом с этой девушкой. И семья у неё отличная, будет здорово подружиться и с Натальей Николаевной, и с Раей. После сегодняшнего дня их тоже совсем не хотелось разочаровывать.
С такими мыслями Артём и лёг спать, жалея, что не увидится с Алей больше суток.
Следующая неделя была до неимоверности радостной, и Артём постоянно думал: неужели всё происходящее – правда? И он на самом деле обнимает и целует Алю, которая смотрит на него любящими глазами, и не нужны ей его деньги и прочие статусы – только он сам.
Артём каждый день дарил девушке всякие мелочи, несколько раз приносил и цветы, только Аля их теперь не носила в институт, оставляла дома. В среду, когда у Натальи Николаевны был выходной, он зашёл к ним в гости, а в четверг уже она сама осталась у Артёма ночевать – и они с большим обоюдным удовольствием обновили свой любовный опыт.
Только теперь Артём по-настоящему понял дурацкое выражение «словно за спиной выросли крылья» – потому что именно так он себя и чувствовал, встречаясь с Алей. Омрачали настроение только бесплодные попытки найти подработку, но Артём не сдавался, думая, что ему обязательно повезёт.
Новость о том, что у Мишки Карпова отношения с Яной Заславской, Артём принял с лёгким удивлением – более не похожих друг на друга людей сложно было представить, – но в целом равнодушно. В конце концов, он тоже когда-то встречался с похожими на Янку моральными пустышками, у которых за душой нет ничего, кроме хорошенького личика и денег – но этого мало, чтобы сделать счастливым партнёра. По крайней мере в долгосрочной перспективе. Поэтому Артём не сомневался, что отношения Миши и Яны скоро закончатся, когда другу надоест видеть в своей постели эту самовлюблённую куклу.
И в этом он не ошибся.
Зато ошибся кое в чём другом.
86
Аля
Любовных романов Аля почти не читала, но в тех, которые читала, влюблённые героини забрасывали учёбу и полностью погружались в чувства. Ничего подобного с ней не происходило, даже наоборот – на волнах любви корабль учёбы плыл прекрасно, не напрягаясь, и времени на всё хватало. Возможно, в этом была ещё и заслуга Артёма – он тоже не забрасывал учёбу и не подначивал Алю идти гулять вместо того, чтобы делать домашние задания, которыми преподаватели их просто забрасывали. Впрочем, третьекурсникам с первого сентября твердили, что этот курс будет самым загруженным и сложным, начиная с двух курсовых работ, заканчивая прочими заданиями. Может, если бы погода была хорошей, сидеть в помещении и учиться было бы сложнее, но на смену рано наступившей зиме вновь пришла поздняя противная осень со слякотью и дождём – особо не погуляешь.
Так прошла неделя. В выходные Аля и Артём провели ещё больше времени друг с другом, чем в прошлый раз – поскольку девушка оставалась у него дома с вечера пятницы до утра воскресенья. И несмотря на то, что почти всё это время Артём и Аля провели в постели, занимаясь понятно чем, они тем не менее успели уделить внимание и учёбе.
Единственное, что напрягало Алю в подобном режиме – то, что она не успевала обсудить дядю Игоря с Раей. Каждый день собиралась, но то у самой Раи были дополнительные занятия в школе, то Аля была занята, то сестра засыпала вечером раньше, чем придумывались нужные слова для начала разговора. В общем, он всё откладывался и откладывался… Может, если бы мама поторопила Алю, спросила бы, как дела, она поторопила бы саму себя, но Наталья Николаевна молчала. И в воскресенье вечером, когда Рая целый день корпела над каким-то заданием по истории, Аля в очередной раз решила пожалеть сестру и промолчала.
В понедельник утром девушка шла в институт, как обычно, под руку с Артёмом, и оба изрядно удивились, заметив на одной из скамеек возле входа, прозванных «курилками», Мишку Карпова, который был столь помят, будто не просыхал все выходные. Для серьёзного и ответственного парня, ещё и старосты их группы, это было столь необычно, что Аля и Артём непроизвольно и не сговариваясь остановились, таращась на Мишку. Он, потирая лицо руками и взлохмачивая волосы сильнее – а они и так были не в особом порядке, – словно пытался проснуться.
– Миш, с тобой всё нормально? – громко спросил парня Артём, и Карпов подпрыгнул над скамейкой так, что Аля даже перепугалась.
– А, это вы, – пробормотал Мишка, разглядывая их мутно блестящими глазами за стёклами очков. Аля ни разу за три года не видела у него подобного взгляда.
– Слушай, друг, может, тебе минералочки какой-нибудь выпить? – поинтересовался Артём, хмуро рассматривая Карпова. – Или вообще домой пойти, проспаться. Выглядишь ты, уж прости… Что пил-то хоть? Пиво палёное попалось?
Выражение лица у Мишки стало таким, будто ему пытаются силой пропихнуть в горло очищенный лимон.
– Артём, можно с тобой поговорить? – неожиданно сказал Карпов, вновь начиная тереть лицо. – Я, честно говоря, только ради этого пришёл. Аль, подождёшь его возле входа, ладно?
У Али от неприятного предчувствия засосало под ложечкой. Уходить никуда не хотелось, хотелось остаться с Артёмом, чтобы поддержать его – Аля чувствовала, как сразу после этих слов он напрягся, – и она уже собиралась предложить это ему, но Артём неожиданно поддержал Мишу.
– Да, Аль, оставь нас ненадолго, хорошо? Поговорим, и я к тебе присоединюсь.
Она не стала отвечать, просто кивнула, развернулась, отпуская локоть Артёма, и зашагала к зданию института.
