Текст книги "Секрет города «вечных»"

Автор книги: Анна Руэ

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

Глава 36

Пронзительно завыла сирена, заглушив все остальные звуки. Какое-то время Камилла, Бонски и даже дворецкий в замешательстве переглядывались, а потом Бонски бросился в коридор.

– Allez, allez! (Идём, идём! (фр.)) – захлопала в ладоши Камилла, собирая нас в кучу. – Сейчас сюда приехать полиция! Когда срабатывать сигнализация, система безопасности сразу звонить в полицейский участок! Не знаю, кто нажимать тревожную кнопку, надо придумать, как лучше объяснять эту ситуацию. Но вам лучше немедленно исчезать!

Что ж, она была права. Если мы выложим всю правду, почему Сирелл де Ришмон обездвиженный лежит на полу – разве нам кто-то поверит?

– Идёмте, сюда! – Камилла повела нас к выходу из лаборатории. Бонски выбежал нам навстречу, держа в руках разорванную кабельную стяжку, которой он связал охранников. Теперь по-настоящему запахло жареным – ведь у нас под рукой больше не было ни единого аромата, с помощью которого мы могли бы потягаться с вооружёнными мужчинами.

И тут в голове у меня пронеслась ужасная мысль.

– А что с метеоритом, который нашёл Сирелл? – спросила я, и все остановились как вкопанные.

– Нужно спешить! – поторопила нас Камилла. – Вам нельзя задержаться. Вот-вот здесь будет полиция. Или, ещё хуже, охрана!

– Но если оставить тут метеоритный порошок, «вечные» смогут продолжить начатое Сиреллом и претворить его план в жизнь. И тогда всё будет напрасно и они всё же одержат верх!

Все посмотрели на Элоди. Она плотно сжимала побелевшие губы. Интересно, что сейчас творится у неё внутри, подумала я.

Камилла нервно переминалась с ноги на ногу, а Матс сделал три шага к Элоди и остановился прямо перед ней:

– Так. Где метеоритный порошок? Выкладывай.

Элоди нахмурилась и промолчала.

– Мы можем заставить тебя вдохнуть «Правдивый аромат», – продолжил Матс. – И тогда очень быстро узнаем всё, что нам нужно. Мы можем даже сделать так, что ты расскажешь всё о себе и о своей семье публично. Так или иначе, тебе придётся нести ответственность.

Глаза Элоди наполнились слезами, но она по– прежнему молчала.

Я прямо почувствовала, как в Матсе закипает ярость.

– Сию же секунду отдай метеорит, – наступал он. – Или мы дадим тебе вдохнуть таких же славных ароматов, как ты нам с Люци.

– Пожалуйста, не нужно! – Элоди ещё сильнее побледнела и будто вся съёжилась. Она умоляюще взглянула на Бонски, но тот лишь скрестил руки на груди в своём обычном молчании.

– Ну ладно, – жалобно пискнула Элоди. – Я вам его покажу, если обещаете не применять против меня никаких ароматов.

Я вопросительно взглянула на Матса и ответила сухим кивком.

– Хорошо, тогда нам сюда, – сказала Элоди и, понурившись, повела нас дальше по коридору. Мы шли следом, беспокойно оглядываясь в поисках охранников. Элоди явно испугалась «Правдивого аромата». Интересно, что бы мы узнали, если бы она его всё же вдохнула?

Всё ещё погружённая в эти раздумья, я вслед за ней вошла в закрытое отделение лаборатории, где мы уже успели побывать с Камиллой. Попасть туда можно было только со специальной чип– картой. Однако из этого помещения, как оказалось, вела ещё одна потайная дверь, о которой Камилла не знала и которую никто из нас прежде не заметил. Дверь эта представляла собой целую стену с полками, заставленными сотнями контейнеров с разными ингредиентами. Я удивилась, что среди них почти не было химикатов. Здесь хранились только необычные травы, дорогие масла и редкие законсервированные растения.

– Это личное хранилище отца. Никто, кроме нас с ним, туда раньше не входил, – сказала Элоди и вставила ещё одну чип-карту в почти невидимую для несведущего глаза щель.

Внезапно вся стена целиком повернулась, открыв проход в расположенную за ней комнату, где не было ничего, кроме сейфа. Присев перед ним, Элоди стала крутить цифровой диск. Набрав комбинацию кода полностью, она отошла в сторону. Никто не шелохнулся.

– Это какой-то трюк? – резко спросил Матс. – Изволь открыть его сама.

Элоди вновь наклонилась к сейфу и с мрачным видом потянула дверцу на себя. Увидев, что лежит внутри, я разинула рот от удивления: это была каменная глыба размером с чемодан, чёрная и сверкающая.

Камилла первой обрела дар речи.

– Allez, allez! – вновь принялась подгонять нас она.

Я поискала глазами Бонски. Вероятно, ему единственному из нас было по силам сдвинуть эту махину с места.

– Сумеешь это отсюда вынести? – спросила я его.

Бонски тут же наклонился, рывком вытащил каменную глыбу из сейфа и поднял её, тяжело сопя и постанывая. Леон нашёл в соседнем помещении пару наплечных ремней и помог Бонски закрепить ношу на спине, как делают грузчики мебели.

– Ну же, торопитесь! – воскликнула Камилла, жестом выпроваживая нас из комнаты. – Скорее!

Мы окружили Бонски со всех сторон, помогая ему удержать глыбу в равновесии. И тут вдруг дворецкий, который до этого лишь недоумённо ходил за нами по пятам, потянул Камиллу за рукав и показал ещё один потайной ход, который вёл из комнаты с сейфом прямиком на лестничный пролёт.

Камилла вышла вперёд, и они вместе с дворецким, подхватив Элоди под руки, устремились к главному входу, где только что остановились автомобили с включёнными мигалками.

– Удачи! – успела крикнуть нам Камилла, прежде чем скрыться из виду. Я хотела спросить, что теперь будет с Элоди, но Бонски уже увлёк нас в противоположном направлении, к чёрному ходу. Приоткрыв дверь, мы осторожно выглянули наружу – узнать, не поджидает ли нас там кто-нибудь.

Путь был свободен, и мы помогли Бонски протиснуться в дверь с метеоритной глыбой на спине. Мне ужасно хотелось как можно скорее покинуть это место.

Глава 37

Бонски прокладывал нам путь, тяжело дыша под грузом каменной глыбы. Оказалось, что в окружающем территорию заборе кто-то проделал щель, через которую можно было выбраться наружу.

Позади нас выли сирены. Интересно, полицейские уже обнаружили Сирелла? Как бы то ни было, скоро они начнут обыскивать территорию в поисках предполагаемых преступников, подумала я. Нужно поскорее уносить ноги. В конце концов, мы только что совершили кражу, а глава фирмы из-за нас лежит на полу, полностью обездвиженный.

Бонски с Леоном тщетно пытались протолкнуть метеорит сквозь отверстие в заборе. Затея казалась безнадёжной, но когда я уже почти отчаялась, им всё же удалось пропихнуть гигантскую глыбу сквозь щель. Объединив усилия, мы потащили её дальше, хотя понятия не имели куда – ведь машина Бонски осталась на парковке возле въезда на территорию фабрики.

Бонски дал нам знак дожидаться его в кустах и быстро куда-то ушёл. Не прошло и десяти минут, как он притормозил возле этих самых кустов на своём авто и с нашей помощью погрузил метеоритную глыбу в багажник.

Дальше всё пошло как по маслу. Мы запрыгнули в салон, захлопнули двери, и Бонски завёл мотор. Он неспешно проехал мимо машин с включёнными мигалками и даже кивком поприветствовал полицейских, которые нетерпеливо замахали нам, чтобы мы поскорее проезжали дальше. Очевидно, нас приняли за любопытных зевак, которым вздумалось посмотреть, кого и зачем забирает карета скорой помощи. Оказывается, присутствие в машине пятилетнего ребёнка отлично отводит от тебя любые подозрения.

* * *

– Мы на автобане! – пищал Бенно, а мы все с огромным облегчением разглядывали мелькающие за окном французские ландшафты.

Напряжение последних часов дало о себе знать, и я, опустив голову на подлокотник сиденья, закрыла глаза. На меня навалилась такая огромная усталость, что я могла бы мгновенно уснуть, но мне помешал сидящий рядом Матс. Он осторожно подтолкнул меня в бок.

– Мне кажется, я в последние дни вёл себя как самый распоследний засранец, – сказал он так тихо, что никто, кроме меня, этого не услышал. – Я пойму, если ты теперь, после всего, что случилось, вместо меня будешь общаться с Леоном.

– Что? – Я в замешательстве подняла на него глаза.

– Ну... Этот выпендрёжник к тому же и выглядит получше, – с кривой усмешкой добавил Матс, но я поняла, что это лишь попытка скрыть огромную неуверенность.

Это снова был тот Матс, которого я знала. Я улыбнулась ему в ответ и легонько ткнула кулаком в плечо. Манера Леона прихвастнуть своей внешностью была нашей обычной темой для шуток.

Пару секунд я собиралась с духом, уставившись на собственные руки, а потом спросила:

– А ты правда был таким только из-за «Тумана верноподданничества»? Или... может быть, я тебе просто надоела?

Матс посмотрел на меня немного испуганно.

– Неужели ты всерьёз думаешь, что я мог вести себя так и без аромата? – Он покачал головой и тяжело вздохнул. – Это... просто ужасно, что человек может так сильно измениться – всего– то наглотавшись не того средства из аптеки ароматов. Я ведь бросил в беде ту, кто мне важнее всего. – Матс посмотрел в сторону. – Прямо как мой отец.

– Ту, кто тебе важнее всего? – тихо спросила я и едва заставила себя выговорить следующую фразу: – Это ты меня имеешь в виду?

Матс посмотрел на меня как-то по-особенному, так, что у меня даже закружилась голова.

– Между нами всё хорошо? Как раньше? – спросил он, и от меня не ускользнуло, что на мой вопрос он не ответил.

– Да, – прошептала я и, следуя какому-то внезапному порыву, вдруг взяла его руку и на мгновение сжала.

В следующую секунду я хотела было убрать руку, однако мне это не удалось, потому что Матс уже крепко сжимал мою ладонь в своей. Я украдкой покосилась на него: он едва заметно улыбался.

Остаток пути мы так и просидели. В основном мы молчали и слушали, как все остальные в машине обсуждали пережитое. Просто не верилось, что все это в самом деле случилось с нами.

В какой-то момент меня, должно быть, сморил сон – по крайней мере, я помню, что проснулась уже почти у самого дома. Леон включил музыку, и они с Бенно принялись распевать во всё горло.

Когда я наконец увидела в окно виллу «Эви», у меня с души упал камень размером с нашу метеоритную глыбу. Мы один за другим повыскакивали из тёплого салона авто на улицу и стали потягиваться, разминая затёкшие за время долгой поездки конечности.

Возле бокового входа виллы «Эви», ведущего в квартиру Ханны, стояли какие-то люди. Ну и ну: у Ханны редко бывали гости, а уж чтобы несколько человек одновременно – такого и вовсе никогда не случалось.

Я медленно пошла в ту сторону, чтобы посмотреть, что там происходит. Матс тоже заметил это небольшое собрание у дверей и пошёл вслед за мной.

Приблизившись всего на пару шагов, я рассмотрела, кто беседовал с нашей соседкой.

Первой мне бросилась в глаза светловолосая женщина.

– Хелена! – окликнула её я. Там и правда стояла Хелена – дочь Виллема, которую мы пару месяцев назад освободили из имения баронессы фон Шёнблом. В следующую секунду я заметила и самого Виллема, а также его внука Эдгара.

Пока я раздумывала, как эти трое оказались здесь, Виллем повернулся в нашу сторону и слегка улыбнулся. Надо было хорошо знать Виллема, чтобы оценить, какую радость на самом деле выражал этот едва заметный жест: как если бы он одновременно праздновал Пасху, день рождения и Рождество. Улыбка на лице Виллема смотрелась примерно так же неуместно, как на моём – борода.

Бенно, которого это, видимо, совершенно не смущало, подбежал прямиком к Ханне с Виллемом. Ханна явно была сильно простужена, это было заметно по её рассеянному взгляду. Видимо, у неё до сих пор не спала температура. Может быть, из-за болезни она и вовсе не заметила нашего отсутствия? Или всё же заметила и сейчас начнёт метать громы и молнии? Хотя в тот момент это меня не так уж волновало – я просто была рада всех видеть.

– Каким это ветром вас сюда занесло? – спросила я Виллема, улыбаясь ему в ответ.

– Бонски послал нам сообщение, – ответил Виллем. – Он сказал, что было бы неплохо нам тут объявиться.

Хелена, здороваясь, крепко и от всей души обняла меня. Присмотревшись к ней, я заметила, что она выглядит очень уставшей, вымотанной, и стала заметно старше, чем в нашу предыдущую встречу. Я уже видела такое прежде на примере баронессы фон Шёнблом. Когда «вечный» прекращал пользоваться «Ароматом вечности», искусственно добавляющим годы жизни, время тут же брало своё, и человек старел на глазах – гораздо быстрее, чем другие. Вероятно, Хелена в ближайшие годы превратится в совсем пожилую женщину.

Я повернулась к следующему гостю и улыбнулась ему:

– Привет, Эдгар.

Он пожал мне руку. Вышло это у него довольно формально.

– Привет, Люци, – сказал он.

Эдгар был всё так же бледен, как и пару месяцев назад. Но он тоже стал старше – старше, выше и увереннее в себе. Тогда, в имении баронессы, мы встретили мальчика с почти ещё детскими чертами лица. Теперь же этот мальчик превратился в молодого человека, который вот-вот начнёт считать себя взрослым. Его волнистые тёмные волосы были зачёсаны набок и тщательно уложены гелем. Одет был в белую рубашку, элегантные брюки и мокасины, из-за чего казался ещё старше. Мне бросилось в глаза, как сильно изменился его взгляд. Вместо прежней бездонной грусти, которая так врезалась мне в память, в нём теперь появилось какое-то своевольное упрямство. Он казался не только повзрослевшим, но и каким-то рассерженным, что ли. Как будто не только винил «вечных» в случившемся с ним в имении баронессы, но и злился на весь мир за то, что был лишён детства.

Покашливание Ханны вырвало меня из задумчивости.

– Что же мы стоим на пороге, давайте выпьем чаю, – предложила она, жестом приглашая всех войти внутрь. – На улице неуютно, и раз уж вы все приехали меня навестить...

– А печенье у тебя есть? – спросил Бенно, вперёд всех забегая в квартиру Ханны. – Я люблю шоколадное.

– Ну конечно, – рассмеялась она.

Матс легонько подтолкнул меня в бок.

– Мы скоро придём! – крикнул он Ханне и увлёк меня в сторону машины.

За нами последовали ещё Виллем и Леон. Бонски ждал, прислонившись к передней дверце.

Без лишних слов мы принялись за дело. Осмотревшись по сторонам и убедившись в отсутствии нежелательных свидетелей, мы с помощью Бонски приволокли метеоритную глыбу к оранжерее.

В аптеку ароматов я тем не менее не впустила никого, кроме Матса и Виллема. Хоть Леон с Бонски уже и знали о её существовании, всё же моей задачей было хранить её тайну. Это поручил мне Даан де Брёйн, и я относилась к его поручению очень ответственно.

В оранжерее я сначала попрощалась с Бонски, молчаливым великаном, которому теперь слепо доверяла. Я подошла к нему и просто улыбнулась. Мне показалось, что это будет самым правильным способом поблагодарить его.

Бонски с высоты своего роста улыбнулся в ответ. А потом – я едва сумела скрыть своё удивление – вдруг наклонился.

– Это тебе спасибо, – прошептал он мне на ухо низким скрипучим голосом и, кивнув остальным на прощание, развернулся и ушёл.

Я обескураженно проводила его взглядом. Выходит, Бонски всё же мог говорить, хоть никогда этого и не делал! Но почему? Узнаю ли я когда-нибудь его историю? Хочется верить, что да, подумала я, глядя, как он садится в автомобиль. Вскоре до моего слуха донёсся удаляющийся звук мотора.

– Пойду позвоню маме и, видимо, выслушаю выговор. Придётся как-то объяснить наше отсутствие – вряд ли её устроили мои скупые эсэмэски. – Леон подмигнул Матсу и похлопал его по плечу. – Ты хорошо держался, братишка, горжусь тобой, – сказал он и, кивнув мне на прощание, вышел из оранжереи. Похоже, Леон и без моих пояснений понял, что с этого момента его помощь нам уже не требуется.

Глава 38

Мы с Матсом и Виллемом перетащили метеорит в лабораторию аптеки ароматов и остановились, чтобы немного отдышаться. Прежде чем вернуться наверх, Виллем с чувством положил руки нам с Матсом на плечи. Я поняла, что он очень нами гордится.

– Ну что бы мы без вас делали! – сказал он. – Вы не только спасли метеорит и победили Сирелла де Ришмона, – честно говоря, я никогда не верил, что это вообще возможно, – вы ещё и вывели из строя всю организацию «вечных». С ними покончено. Вы с ними покончили! Наконец-то никому из нас не нужно прятаться. Поверьте, дети: я просто не мог бы быть счастливее!

Я посмотрела на Матса и широко улыбнулась. Виллем был прав – до меня это по-настоящему дошло только сейчас. Мы с ними покончили. Раз и навсегда! Больше «вечные» ничего нам не сделают.

Виллем повернулся к двери.

– Там тебя ещё кое-кто хочет поблагодарить, – сказал он и махнул рукой, указывая на соседнее помещение. Не успела я спросить, кто именно, как Виллем уже взял Матса под руку и потащил за собой к выходу.

– Ну ладно... – озадаченно крикнула я им вслед и медленно направилась из лаборатории обратно в аптеку ароматов. Мы ведь только что через неё проходили. Если бы там кто-то был, мы бы увидели! Но я ошиблась. Уже с порога я заметила пожилого человека. Он сидел в бархатном кресле нога на ногу и смотрел на меня через очки в изящной серебряной оправе. На нём был старомодный костюм, так хорошо знакомый мне по многочисленным фотографиям в подземном коридоре.

Я остановилась как вкопанная. Передо мной сидел Даан де Брёйн собственной персоной!

– Добрый... день, – запинаясь, пробормотала я. – Что... э... вы тут делаете?

Хотя мой вопрос, должно быть, прозвучал довольно невежливо, Даан де Брёйн посмотрел на меня с необыкновенной теплотой во взгляде. Такая приветливость была ему совсем не свойственна.

– Добрый день, Люди, – сказал он. – Как здорово, что мы наконец встретились в моей старой аптеке ароматов. Давно было пора – боюсь, даже слишком давно, – он запнулся и потёр лоб. – Могу лишь попросить у тебя прощения за всё, что я упустил, что должен был сделать и не сделал вовремя. К сожалению, я не особенно хороший наставник, да и никогда им не был. Мало того что я не рассказал вам о тайнике с остатками метеорита, так ещё и замешкался, когда ты так нуждалась в моей помощи. – Старый ароматекарь сделал паузу и обвёл взглядом флаконы на полках, словно собираясь с силами продолжить. Видно было, что эти слова даются ему с трудом. – Аптека ароматов – это большое счастье, но в то же время и тяжёлое бремя. Надеюсь, назначив тебя наследницей, я не взвалил на твои плечи слишком много.

– Это больше счастье, чем бремя, – попыталась я его подбодрить. И тут мне пришло в голову ещё кое-что, от чего у меня сразу порозовели щёки. – Знаете... – прошептала я, – мне ведь всё же удалось исправить «Аромат конечности».

Бесцветные глаза Даана округлились, и ему потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя.

– Это... замечательно. Я не мог бы гордиться тобой сильнее. Но, если честно, я никогда не сомневался, что у тебя получится. – Даан улыбнулся, но потом на его лице проступила озабоченность. Он медленно, будто нехотя указал на стойку, на которой что-то лежало. – Ты должна кое-что увидеть. Это было оставлено здесь для тебя. Уже лежало здесь, когда я пришёл.

На стойке я обнаружила какой-то конверт. Я взяла его и на лицевой стороне прочитала своё имя – «Люци Альвенштейн», – выведенное затейливым почерком с завитушками. Нахмурившись, я вытащила письмо.

Когда я его прочитала, у меня на мгновение перехватило дыхание.

Ты оказалась права, Люци. Высокорождённые были изначально обречены на провал. Спасибо, что открыла мне глаза. Теперь я знаю: власть не унаследуешь. Власть получают те, кому даёт на это право талант. Такие люди, как ты. Такие, как я.

С нетерпением жду нашей встречи при других обстоятельствах.

Я в замешательстве положила письмо на стойку и стала разглядывать почерк. Кто же мог это написать? Мне в голову пришла единственная правдоподобная версия: Элоди. Или кто-то из парижских «вечных». Но к чему вся эта болтовня про власть? И как вообще письмо могло здесь оказаться, да ещё так быстро? Здесь, в аптеке ароматов? При мысли о том, что кто-то из них знал, как проникнуть в самое сердце наших тайных владений, на меня словно повеяло ледяным холодом.

– От кого это письмо? – спросила я Даана, протянув ему листок в надежде, что сейчас он мне всё объяснит.

Старик недоверчиво всматривался в строчки письма. Казалось, он перечитывал коротенький текст снова и снова, будто от него то и дело ускользала суть.

– Если бы я это знал. – Он вернул мне письмо и тяжело вздохнул. – Возможно, я кое-что проглядел, – пробормотал он себе под нос. Сняв очки, он стал протирать стёкла носовым платком, потом надел их обратно и посмотрел на меня так серьёзно, что мне даже стало не по себе. – Возможно, всё это лишь начало конца... – сказал он. – Как знать. Подождём. По крайней мере, «вечные» больше не представляют собой угрозы, и это очень хорошо.

Я кивнула и окинула взглядом окружающие нас ароматы. В безопасности ли они тут? Очень бы хотелось на это надеяться.

– Хорошо, что вы появились, – прошептала я.

– Давно было пора, – снова повторил Даан, многозначительно глядя на меня поверх очков. – Если хочешь, мы можем вскоре приступить к занятиям. Научим тебя всему, что должен знать сентифлёр. Но сначала мне нужно немного отдохнуть. Если ты не возражаешь, я бы посидел тут ещё чуть-чуть. В окружении флаконов мне всегда лучше всего думалось.

Занятия?! Я ушам своим не могла поверить от счастья. Но я попыталась сдержать бурю эмоций и лишь серьёзно кивнула в ответ.

– Конечно. Просто закройте дверь, когда будете уходить, – сказала я и оставила бывшего ароматекаря наедине с его прошлым.

Пусть Даан де Брёйн и не всегда оказывался рядом, когда я в нём нуждалась, но сейчас он был здесь. И пусть не на все мои вопросы у него найдутся ответы – я уже не буду чувствовать такого одиночества, какое порой наваливалось на меня прежде.

На обратном пути я задумалась, что же может означать это письмо. Оно звучало чуть ли не как угроза. И как там сказал Даан? Возможно, всё это лишь начало конца?

Но это же чушь какая-то, разве нет? Ведь Сирелл повержен, а вместе с ним и остальные «вечные». Даже Элоди вряд ли удастся выйти сухой из воды, растерянно думала я, шагая по коридору.

На ступеньках лестницы, ведущей из подземелья в оранжерею, меня ждал Матс.

– Ну что? – с улыбкой спросил он. – Неужели к нам наконец-то пожаловал великий маэстро?

Я слегка усмехнулась уголком рта.

– Да. Я рада, что он здесь, – сказала я вслух, а про себя добавила: «И что он здесь останется. Надеюсь». – Но знаешь... я в тысячу раз больше рада тому, что ты снова здесь, со мной!

Матс расплылся в улыбке, а потом встал со ступенек и протянул мне руку:

– Я всегда буду с тобой, Люци Альвенштейн.

Я вложила свою руку в его, и он притянул меня к себе и поцеловал в щёку.

Внутри у меня взрывались фейерверки. И если всё это лишь начало конца – что ж, начало это просто великолепное.