Текст книги "Алая птица (СИ)"

Автор книги: Анна Рудольф

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 42 страниц)

– Так товарищ начальник не велел записывать, – тут же сдал командира помощник и, увидев, как тот открывает рот в беззвучной брани, принялся оправдываться: – Вы же говорили, что очереди ни конца, ни края не будет…

Рунар громко захлопнул книгу, заставив обоих караульных вздрогнуть от неожиданности. Ему хотелось человеческой крови.

– Ты помнишь, чтобы они выезжали?

– Проезжала телега, господин, вроде как та, но на ней были только трое: двое парней и девушка. Не знаю, те ли, кого Вы ищете. Начали имена говорить, но господин начальник их сразу пропустил. То было рано утром. Черненькой с ними точно не было, уж я ее запомнил.

«Она в городе», – билась в его голове спасительная мысль. – «Уехала бы – концов не найти, а так шанс есть. Шпионка? Нет, глупость. Иначе не стала бы показывать мне магический товар, а их деревня вообще на юго-западе. Но она видела мою магию и не скрывала этого. Выходит, она не знает о магии? Или это уловка? Или двойная уловка?»

Было еще кое-что, от чего Рунара бросило в холодный пот. Вся известная магия строилась на словестных формулах и жестах, будь то рейненбернская магия, шарибское волшебство или ведьмовские чары аймаррцев. Но символы – руны – использовали только северные колдуны.

Он посмотрел на толстенную книгу в своей руке, на столпотворение орущего скота, телег, недовольных людей, повернулся к старшему караульному и отчеканил:

– Отныне обязанностями не пренебрегать. Всех на въезде и выезде записывать, досматривать! Это, чтобы ты лучше запомнил.

И со всей силы засадил торцом книги стражнику в лицо.

Тот с воплем рухнул на колени, зажимая фонтан крови из носа. Рунар передал младшему караульному книгу и вскочил на коня. Толпа притихла. Маг не удостоил их взглядом и во весь опор поскакал в замок.

Утром на постоялом дворе раздался жуткий грохот вперемешку с громкой бранью. Спросонок Айрин испугалась, что кого-то убивают, но потом проморгалась и в беспорядочных воплях узнала знакомые голоса. Кто-то пронесся по коридору, и все стихло. Она догадалась, что, обнаружив ее отсутствие, они первым делом кинулись к хозяйке. Возможно, стоило пересидеть где-нибудь еще, пока все не стихнет? Но бродить по столь большому городу ночью казалось ей верхом глупости.

На лестнице вновь загрохотали шаги.

– Мне плевать! Я знаю, что она здесь, – орал Гуго. – Она не настолько тупая, чтобы сунуться на улицу.

– Я позову стражу! – вопила в ответ женщина. – Убирайтесь из моей гостиницы! – он что-то рявкнул в ответ, и она тут же ответила: – Ну, и пожалуйста! Пеняйте на себя.

Захлопали двери. Гуго молотил в каждую, до тех пор, пока ему не открывали. Айрин в панике кинулась к окну. Оно выходило прямо на дорогу, как назло ни деревца, чтобы зацепиться. Гуго был все ближе.

Айрин рывком подхватила матрац и выбросила его на улицу. Ей повезло – он упал почти под самым окном. Прохожие шарахнулись в стороны и задрали головы. Следом вниз полетела сумка, после чего Айрин вцепилась в подоконник и перекинула ноги наружу. К входу подбежала стража вместе с хозяйкой двора.

Дверь сотряслась под тяжелыми кулаками Гуго.

– Айрин, гадюка! Я знаю, ты там!

Еще несколько ударов, и хлипкий замок с треском вырвало из гнезда. Айрин увидела перекошенное лицо Гуго и спрыгнула. Он успел что-то проорать в след, но схватил пустоту. Удар выбил из девушки всю душу. В голове противно звенело. Она собрала в кучу ноги и руки и, шатаясь, поднялась с матраца. Стража бросилась к ней, и она, протолкнув в грудь немного воздуха, завизжала:

– Помогите! Он хочет меня убить!

Они на мгновение опешили и развернулись к окну. Айрин воспользовалась их заминкой, подхватила сумку и бросилась бежать, не обращая внимания на боль, сначала неуклюже, а потом все быстрее. Она мчалась, не разбирая дороги и петляя, как бешеный заяц, чуть не угодив при этом под копыта какому-то всаднику.

Рунар едва не свалился с лошади, когда ему наперерез бросилась какая-то полоумная. За ней с большим отрывом гнался стражник, но с первого взгляда становилось ясно, что девчонка, что бы ни натворила, уйдет безнаказанной.

– Плебеи, – выплюнул маг и пришпорил коня.

Его грызло неприятное предчувствие. Когда уже на территории замка он спешился и приказал вернуть лошадь городской страже, внутренний голос умолял его остановиться. Это был чрезвычайно дурной знак. Последний раз он ощущал подобное перед роковой дуэлью с герцогом Варнарри, стоившей ему года жизни. Рунар поднялся по ступеням под своды дворца. Его тут же окутала прохлада, явившаяся настоящим благословением после удушающей городской жары.

«Возможно, дело в бессонной ночи», – подумал он, слегка расслабляясь в привычной для него атмосфере величия, мрамора и золота.

Но не успел он подняться на один лестничный пролет, как на его пути возник один из членов Совета, лорд Инглот.

– Ах, вот вы где, Рунар! – губы старика разъехались в гаденькой улыбочке. – А мы давно вас ищем.

– И с чего мне выпала честь лицезреть высокопоставленный Совет в столь дивное утро?

– О, это преинтереснейшая история! Прошу, за мной. Мы все ждем вас в тронном зале.

Это значило лишь одно. Сердце Рунара пропустило удар. Кто-то донес, и теперь с него спросят. Маг мысленно проклял каждого члена Совета сначала в алфавитном порядке, затем по ранжиру, хотя толку в этом не было никакого. Проклятья отскакивали от них, как королевские кошки от тухлятины.

У дверей тронного зала он невольно замедлил шаг и украдкой осмотрел свою одежду: пыльный плащ поверх тонкой рубашки с небрежно развязанным воротом, мятые серые брюки и высокие грязные сапоги. Волосы лежали на плечах неприятными сосульками. Рунар досадливо поморщился. Он выглядел не лучше нищего оборванца.

Советник тем временем одарил его еще одним цепким взглядом и любезно пригласил внутрь.

Рунар уверенно вскинул подбородок. В конце концов, он все еще Придворный маг и не важно, какой при этом имел вид. Именно это он внушал себе, шагая по шелковому ковру под бритвенно-острыми перекрестными взглядами высшей знати.

Король так и вытаращился на него, даже потерял явно заранее заготовленную маску сурового правителя. Большинство советников едва не светились от удовольствия. Они восседали в своих креслах, словно гончие псы, почуявшие добычу. А рядом с королем кривил лицо еще один стервятник вместе со своим отпрыском.

– Наконец-то! – гаркнул он. – Сколько можно ждать?

– Герцог Варнарри, спокойнее. Рунар, тебе знакома эта вещь? – король справился с удивлением и указал на поднос в руках слуги, на котором лежал до боли знакомый кусок белой ткани.

– Да, Ваше Величество, – голос неприятно скрипнул, и Рунар поспешил откашляться. – Это точно такой же платок, который я купил позавчера на ярмарке во время вашей…

– Мой сын едва не погиб из-за этой тряпки!– воскликнул Варнарри.

Рунар нервно дернул уголком рта. Король не осадил герцога за нарушение этикета, значит, дела действительно были плохи.

– Сегодня утром сын герцога Варнарри хотел подарить этот платок своей избраннице. Но девушка бросила подарок в камин. Вы догадываетесь, что произошло дальше?

– Осмелюсь предположить, что платок остался невредимым, – чуть насмешливо ответил маг. – И это испугало…

– Нет, идиот! – завопил сынок герцога, детина лет двадцати на вид. – Он взорвался и разворотил мне весь камин!

Усилием воли Рунар удержал в кулаке заклятье. Сукин сын откровенно нарывался, пользуясь безнаказанностью, пока шансы самого Рунара на жаркую ночь в пыточной стремительно возрастали. Под перекрестными жадными взглядами советников он осторожно взял в руки ткань.

«Значит, на каждом платке разные чары? Проклятые северяне!»

– Этот платок определенно имеет магические свойства.

– Это мы и так поняли! – снова завопил мальчишка, но Рунар предпочел его проигнорировать.

– Вчера вечером я обнаружил похожий узор на этой вещи, – он достал из-за пазухи свой платок, скрываться больше не имело смысла, – и сразу же начал изучать ее: в королевской библиотеке нет ничего похожего, я полагаю, это руны, которые по незнанию попали в руки к неопытному магу.

– Считаете мага неопытным? – влез Лорд-Маршал. – А вдруг он специально подложил оружие? Никто не заподозрит какой-то платок в массовом убийстве высокопоставленных лиц!

– Вы сказали, руны? – подскочил лорд Инглот. – Руны используют только эскальтские колдуны! Неужели кто-то из них выжил?

– Я почти полностью уверен, что она не подозревает о своих способностях, – начал Рунар, но его снова перебили, на этот раз Лорд-Канцлер:

– Она? Так вы нашли виновную?

– Пока нет, – терпеливо пояснил он, взвешивая на воображаемых весах каждое слово. Потому что на чашах лежала его репутация. И руки. – Но я точно уверен, что девушка в городе и продавала магические платки неумышленно. Иначе бы она отправилась в центральную часть ярмарки.

– Неужели? – не унимался Инглот. – А вдруг она это предвидела? Ждала, что вы придете, знала, что за вами потянутся все столичные придворные?

– Маршрут выбирал лично Его Величество, – ровно ответил Рунар, отводя от себя этот выпад. – И вряд ли она владеет искусством предсказания по картам, а иного способа заглянуть в будущее не существует.

Король задумчиво постукивал пальцами по подлокотнику трона.

– Рунар, я даю тебе два дня на поиски. Изготовление и распространение магических предметов без специального разрешения запрещено и карается по всей строгости, без исключения. Нам не нужна паника, особенно перед приездом шарибцев. – Тот молча поклонился. – Приведи себя в порядок и приступай. Можешь подключить стражу, но не поднимай шума.

– Ваше Величество! – выступил потерпевший. – Мой сын едва не погиб, а вы позволяете ему уйти? Из-за его халатности мы едва не лишились дома!

– Уверяю, герцог, как только виновница будет поймана, Совет рассмотрит дело еще раз и вынесет справедливый приговор, как для девушки, так и для Придворного мага.

Советники зашушукались громче. Кто-то, не скрываясь, потер руки.

– Ваше Величество, – один из них едва не распластался по полу в поклоне, – Вы рассмотрели мое прошение? Мой сын – подающий большие надежды маг, и если бы он был здесь, этого возмутительного инцидента…

– А мне доложили, что ваш сын, лорд Дартор, подающий надежды карточный игрок и частый гость красного квартала.

Советник бросил испепеляющий взгляд в сторону Рунара, сразу вычислив королевского осведомителя. Тот едва сдержал злорадную улыбку.

Король покачал головой и раздраженно махнул пальцами, унизанными массивными перстнями.

– Аудиенция окончена. Вина мне!

Рунар нашел в себе силы учтиво кивнуть герцогу Варнарри и его орущему отродью, хотя предпочел бы подпалить обоим жиденькие бороденки, а затем уверенным шагом покинул зал. Его хватило ровно на половину пути. Он застыл, как вкопанный, и ударил кулаком в стену, совсем не чувствуя боли. Воздух вокруг него слабо мерцал от магического напряжения.

Девчонка ни при чем. Ее вина заключалась в том, что она была глупой селянкой. Возможно, в роду были маги, и дар проявился через много поколений. Но руны… Руны означали Эскальт. Эскальт означал демонов.

– Узор с огненной птицей, – пробормотал он и посмотрел на свои руки. Пальцы мелко дрожали.

Глава 6
Эхо севера

Вскоре Айрин набрела на приличный постоялый двор рядом с ярмаркой. Кровать была узкой и неудобной, но ей и не приходилось рассчитывать на барские хоромы: сбережения без того таяли на глазах.

Девушка стащила с головы платок и задумалась о судьбе Гуго. Следовало признать, у нее не было будущего с ним в Дубовом Перевале. В селе ее держало глубокое чувство вины, выросшее из не находящей выражения благодарности. Больше всего на свете Айрин желала отплатить семье за кров и еду, за возможность жить без страха, а отплатила позором, воровством и… убийством.

Она спрятала лицо в ладонях. Когда все закончится, она клянется, даст им столько серебра и золота, чтобы хватило на спокойную жизнь в любом уголке известного мира! Если до этого ее не поймают маги или церковь.

Решение о найме в замок могло стать или самым глупым – и последним – или самым мудрым в ее жизни. Айрин ссутулилась, чуть пригнув голову, подражая сельским девушкам. Бабушкины уроки следовало хранить в тайне до поры до времени. Аристократичные замашки могли привлечь нежелательное внимание, что в купе с нетипичной для южан внешностью могло сыграть с ней злую шутку.

– Терпение и смирение, дорогая, – невесело напомнила себе Айрин, задумчиво перетасовала колоду и пробормотала одно из любимых бабушкиных слов: – Безрадостно! Силы природы, Всевидящий, духи… все, кто может. Поведайте, что меня ждет.

Хрупкое пламя затанцевало на фитиле. На пол упали уже знакомые арканы. Айрин подняла последнюю карту. Маг. Тогда на ярмарке король назвал его имя, но, как она ни ломала голову, не смогла его вспомнить. Что-то такое рычащее и грозное. Такое имя подошло бы воину, а не холеному господину. Она пообещала себе: если еще раз услышит его, запомнит навсегда!

Рунар потратил час на то, чтобы спокойно поесть в покоях и привести себя в порядок. Было глубоко за полдень, но он приказал себе не торопиться. Лучше пусть его вздернут за измену королевства, чем он заявится в Академию Магии, как какой-то голодранец.

Первым делом он решил наведаться в архив. Так он сможет с пользой провести время до вечера, а там останется проверить городские темницы.

– Что-что вы ищете? – архивариус прыснул в кулак. – И зачем господину Придворному магу выпускная работа Слабоумного Лу?

Про бывшего однокурсника Рунар вспомнил во время завтрака. Лу всегда увлекался древними сомнительными текстами. Про него ходили разные слухи, одни хуже других. Говорили, что его перестали пускать в библиотеку, после того, как несколько книг оказались изляпаны кровью. А когда-то барон Олимандер подавал большие надежды. Пока не тронулся умом.

– Так она у вас есть?

– Шутите? Ее же прямо на защите сожгли экзаменаторы, – расхохотался библиотекарь. – Вот у него рожа была! Все блеял, как баран! Уж шесть лет прошло, а все не забуду.

Рунар сдержал порыв бросить ему в лицо огненное заклинание. Тупые люди с каждой секундой раздражали его все сильнее.

Не прощаясь, он покинул здание архива и остановился. Раньше он был частым гостем в родовом поместье Лу, но слышал, что оно ушло с молотка, и тот поселился в особняке у пристани.

К дому он прибыл в сумерках потому, как перепутал поворот, от чего был невероятно зол. Дверь открыла совсем юная девушка и, услышав его имя, тут же крикнула в пустоту позади себя:

– Любимый, к тебе пришел товарищ из Академии!

Рунар опешил. Он смутно припоминал ее лицо, возможно, они когда-то учились вместе…

– Отойди, любимая, – раздался из недр дома хриплый голос.

Девушка с готовностью отпрыгнула в сторону, а в Рунара полетел огненный сгусток, который тот, натренированный неудачливыми королевскими убийцами, отбросил в сторону магической волной. Сгусток врезался в деревянную стену, оставив после себя обожженную дыру.

– Так, значит, ты встречаешь товарищей, – усмехнулся Рунар. – Я сейчас уничтожу тебя на месте за попытку убийства Придворного мага! Хоть душу ответу, – тише добавил он и уверенно переступил порог.

Навстречу ему вышел худощавый сгорбленный мужчина.

– Придворный маг? – переспросил тот и приосанился. – Не ожидал. Хотя, ты та еще крыса, везде себе путь прогрызешь.

– Многих уже приложил?

– Пока никого, – пожал плечами Лу и жестом пригласил гостя в комнату. – Ты первый, кто пришел ко мне за все эти годы. Кстати, – он упал в кресло и вытянул ноги, – неплохой способ самоубиться. Опять же, войду в историю.

– Ты уже это сделал, – Рунар мельком оглядел помещение и с чувством собственного достоинства опустился напротив. – В Академии тебя до сих пор помнят. Но я не за этим пришел.

– Интересно, что уважаемому господину Придворному магу могло понадобиться от Слабоумного Лу?

– Лутар…

– Так ты и имя мое помнишь?

– Не паясничай.

– А я вспоминал о тебе, знаешь ли! Гадал, вернешься с рудников целиком или все-таки по частям.

– Я не собираюсь снова поднимать эту тему. Тебе бесполезно что-то доказывать.

Но Лутар, не дослушав, равнодушно отвернулся к окну.

– Говори, зачем пришел, пока я не спустил на тебя собаку.

Рунар брезгливо поморщился. Все в этом доме внушало ему иррациональное отвращение. Он слишком много пережил ради того, чтобы заставлять людей трепетать при его появлении, а этот мужчина вел себя так, словно вместо Рунара в его кресле сидела бродячая псина.

– Я наткнулся на неизвестные руны. О них почти нет информации в королевской библиотеке, а твоя работа была как раз про древнюю северную магию.

– Да, – протянул он, погружаясь в воспоминания. – Два года ее писал. Отличная! Отлично горела.

– Узнаешь что-то? – Придворный маг передал ему платок.

Нахмурившись, Лутар трепетно погладил кончиками пальцев узор.

– Где ты его взял? Сохранился в прекрасном состоянии! Как будто вчера соткали.

– Почти угадал. Этой зимой.

Маг поднял на него тяжелый взгляд, и Рунару стало не по себе. Он тут же скривил губы и принял надменный вид.

– Ну?

– Лошади нукать будешь. Лишь некоторые северяне из Эскальта владели подобным руническим искусством, а свои секреты хранили лучше самых драгоценных сокровищ. Видишь эти блики? – он указал на едва заметные переливы на крыльях вышитой птицы. – Они напитаны энергией. У северян есть рунический алфавит. Он не несет в себе магии, а выступает лишь средством письменной…

– Короче.

– Еще раз прервешь меня и можешь выметаться.

Собеседники смерили друг друга неприязненными взглядами. Нарочно выдержав паузу, Лу продолжил:

– Что касается колдовства, заклинания колдунам заменяют руны, они сложнее алфавитных символов и завязаны на душу, хотя, не представляю, как именно. Информации о них очень мало. Но мне точно известно, что в зависимости от желания колдуны могли с помощью одной руны создать как легкий бриз, так и ураган. Я хочу увидеть мага, сотворившего это чудо.

Рунар выхватил у него платок.

– Боюсь, его казнят за магическую измену.

Лутар вскинул голову. Придворный маг не выдержал прямой взгляд и бросил в сторону:

– Таков закон, и я ничего не…

– Ложь! Ты просто не хочешь шевелиться. Все вокруг слишком глупы, чтобы осмыслить величие этого колдовства, – Лу втянул воздух сквозь сжатые зубы и ткнул пальцем в грудь Рунара. – Я ради этого жизни бы не пожалел, а ты боишься задницей рискнуть!

– Где я могу найти сведения об этих рунах?

Лу хохотнул и достал из кармана колоду карт.

– Ничего не осталось. Высокие господа из Академии с подачи Архимейстера окрестили меня сумасшедшим, а северное колдовство – ересью. Все, что мне с таким трудом удалось найти на богом забытых капищах и в старых гробницах северян, они сожгли в день экзамена вместе с работой всей моей жизни! Жаль, тебя там не было, мне не хватало твоей фирменной уничижительной улыбки, – выпалив последние слова, Лутар рвано вздохнул, будто в приступе удушья, а затем продолжил, как ни в чем не бывало: – Конечно, я кое-что помню и мог бы восстановить некоторые детали по памяти. Только вот у меня нет ни лишних свитков, ни чернил.

Сдержав желание врезать бывшему сокурснику промеж глаз, Рунар прочистил горло и заставил себя выдавить хоть что-то:

– Ересью?

– Как же иначе они бы это обозвали, если колдовство северян напрямую связано с духовным миром! У нас такое позволено только «святым». А назови каждого северного колдуна святым, можно новый пантеон создавать!

– И в Академии тоже ничего?

Лутар таинственно промычал что-то нечленораздельное и с усилием разлепил сухие губы:

– Уж давно. Люди не любят, когда им тычут в лицо их невежеством. Раскинуть на будущее? – карты зашуршали в его руках.

– Сам справлюсь, – отрезал Рунар.

– Сам. Сам себе счастье прогадаешь, а его у тебя прям через край. Смотри, не захлебнись. – Лутар посмотрел на расклад. – Или не сгори.

Рунар невольно перевел взгляд на стол. Смерть и алая птица на Солнце.

Он сжал руку в кулак, сдерживая заклинание, и, не прощаясь, покинул дом.

Несколько часов дневного сна сотворили с Айрин настоящее чудо. Снова хотелось жить и радоваться.

Небольшое зеркальце показало вполне приличное отражение. Синяк уже достаточно побледнел, но девушка все равно пожелала Гуго всех кар небесных, правда не смертельных. Бывший друг все-таки.

Она направилась обратно на ярмарку. Веселая музыка лилась со всех сторон, на относительно свободных пятачках играли дети, танцевали приезжие артисты. Одна танцовщица в изумительно красивом пестром платье с широченной юбкой исполняла роль бродячей гадалки, в которую влюбился оруженосец короля. За много лет легенда обросла противоречивыми деталями, и каждый переиначивал ее на свой лад.

Вот девушка бросила в толпу тонкую цветастую шаль и хлопнула по маленькому бубну, который держала в руке. Юноша в старых потертых доспехах неловко откинул забрало и сделал вид, что в упор не замечает «гадалку». Актеры принялись исполнять завораживающий танец, сближаясь и отдаляясь, дразня зрителей предвкушением «встречи». Айрин с удовольствием присоединилась к общему веселью, гадая, какой вариант разыграет труппа, и восторженно захлопала, когда в кульминации рыцарь и гадалка в символических красных свадебных накидках предстали перед священником. В Дубовом Перевале же больше предпочитали жизнеутверждающую концовку с героической смертью и самоубийством во имя любви.

Случайно заметив на одной из красивых площадей здание библиотеки, Айрин с воодушевлением направилась к главному входу, но там ее ждало жестокое разочарование в лице одного из младших библиотекарей, небрежно преградившего ей дорогу.

– Нечего тут шастать и пугать господ! Это храм знаний, а не хлев.

Проходящие мимо горожане со смешками рассматривали ее рубаху из серого домотканого полотна, простой сарафан с нехитрой цветочной вышивкой и грубый холщевый мешок за плечом. Айрин сильнее натянула на лицо платок, скрываясь от безжалостных взглядов, и храбро проблеяла:

– Что нужно, чтобы попасть в библиотеку?

– Что-что! – передразнил ее юноша. – В обычную достаточно королевского жетона, его можно выписать в школе или в ратуше. А в эту, – он поднял палец, указывая на необъятных размеров каменный фронтон, на котором, помимо скульптур, красовался золотой королевский герб – опоясанный короной бутон чертополоха – в кольце из терновых веток, – только с разрешения ректора магической Академии или Придворного мага.

Она сразу узнала отличительный символ магии – терновник, – но из вежливости выслушала пояснения словоохотливого парнишки. Улучив паузу в потоке его разглагольствований о гербах и знаменах, она неожиданно для себя поинтересовалась:

– А как можно поступить в Академию?

Ответом ей стал демонстративно громкий хохот, который привлек еще больше ненужного внимания, и Айрин поспешно сбежала, уязвленно кусая губы.

Блуждая по городу, она натыкалась на регулярные патрули и каждый раз невольно задерживала взгляд на магах, откровенно скучавших на службе: лузгающих семечки, свистящих девицам, праздно разглядывающих прохожих, – и ни в одном из них не заметила изысканного шарма, присущего тому господину из дворца.

На исходе дня Айрин, едва переставляя от усталости ноги, ступила на большую площадь, наполненную шумом и светом от десятков магических фонарей. Светящиеся шары парили над головами прохожих и разгоняли мрак лучше любого факела. Айрин завороженно потянулась рукой к ближайшему, но вдруг заметила краем глаза массивную фигуру.

Они же должны были уехать!

Гуго пер вперед с жаждой убийства на лице. За ним с недовольным видом мчалась Агнес, а следом озабоченно шагал Лени. От страха мигом закружилась голова. Какой демон дернул Айрин высунуться из гостиницы!

– Айрин!

Девушка рванула к толпе, надеясь затеряться среди людей.

Начальник городской стражи едва не попал под горячую руку. После визита к Лу Рунара едва заметно колотило. Он чувствовал, что вот-вот сойдет с ума или покалечит первого подвернувшегося бедолагу. Сейчас, как назло, требовалось сидеть на месте и ждать отчет от патрулей, а больше томительных ожиданий господин Придворный маг ненавидел только поиски глупых селянок с непонятными и опасными силами. Начальник оказался исполнительным старым воином в отставке и оперативно сообщал, когда стража доставляла очередную подходящую под описание девицу. У Рунара чесались руки еще раз раскинуть карты, но он заставлял себя непринужденно сидеть в кресле и невпопад отвечал на реплики начальника стражи, не вникая в суть вопросов. На исходе первого часа он резко поднялся и, не утруждая себя прощанием, вышел на улицу, которая как раз упиралась в ярмарочную площадь.

Маг уверенно шагал между торговых рядов и очень надеялся, что его тревога никак не отражалась внешне. Он учтиво кивнул знакомому барону, послал красноречивый взгляд двум миловидным леди и сотворил с десяток огненных шаров, чтобы немного скинуть напряжение, чем привел зевак в неописуемый восторг.

Минуты сыпались ему под ноги, как песок из шарибских пустынь. Рунар отрешенно отметил, что не спал уже больше суток. Он был близок к тому, чтобы отдать приказ об аресте всех темноволосых девушек северной внешности в городе, но если хотя бы в одной из формулировок проскользнет слово «север», с большой вероятностью поднимется паника. За такие выкрутасы король лично затянет веревки на его запястьях, после чего с наслаждением отхлещет плетью. Как ни парадоксально, Рунара спасала делегация из Шариба, которую ему еще предстояло сразить виртуозным владением магией. Так что маг в любом случае мог еще до весны жить в свое удовольствие. Король не рискнет репутацией и выгодным брачным союзом. Он возьмется за плеть после отъезда послов.

– Айрин!

Вопль застал его врасплох. Рунар заозирался, пытаясь понять, откуда исходит звук. Он заметил девчонку, сломя голову несущуюся сквозь толпу галдящих горожан. Маг начал пробираться к ней на перерез, и лишь на мгновение отвлекся, чтобы не натолкнуться на незнакомую даму…

Девчонка исчезла, словно привиделась ему. Он тут же начал выбираться из основной массы людей, как вдруг какое-то существо сбило его с ног. Они повалились на землю, и Рунар хорошенько приложился головой о каменную мостовую. Существу повезло больше, оно приземлилось на мягкое – на Рунара – и тут же что-то запищало. Маг машинально схватил его, за что пришлось, и попытался проморгаться от бесчисленных искр, мельтешащих под веками. Существо забилось и ударило его острым локтем под ребра, продолжая пищать что-то на невозможно высокой ноте. Искры и звон в ушах постепенно отступали, и он сел, одной рукой придерживая голову, будто расколотую пополам, а второй ощупывая место удара.

К нему тут же сбежалась стража и несколько патрульных магов.

– Господин Придворный маг, с вами все в порядке?

– Что это было? – он принялся оглядываться по сторонам, но над ним сомкнулся купол любопытных лиц.

– Да какая-то дуреха! Неслась так, что…

– Поймать ее и привести ко мне!

Относительно удачно лавируя между возмущенными людьми, Айрин коротко глянула через плечо и тут же влетела в какого-то человека, вместе с ним повалившись на землю. Девушка неловко отползла, пытаясь одновременно извиниться и хоть немного отдышаться, и обомлела.

Придворный маг простонал что-то сквозь зубы и крепко схватил ее за лодыжку. Она услышала за собой вопли Гуго и Агнес и что есть силы начала вырываться, нечаянно заехав магу в живот. Он чуть ослабил хватку, и Айрин, аки горная коза, понеслась дальше. Горожане в ужасе расступались перед ней, как перед прокаженной, а стража слаженно брала девушку в кольцо. Она попыталась нырнуть в боковую улицу, но ноги внезапно будто бы спутали жгучими силками, и беглянка кубарем покатилась по мостовой. Неподалеку вопил Гуго. Его окружили сразу пять стражников с секирами наперевес, а чуть поодаль Лени мужественно закрывал собой заплаканную Агнес. Айрин уставилась на собственные ноги и едва не заорала от ужаса. Они оказались связаны тонкой светящейся веревкой, которая немилосердно жгла кожу.

– Господин Рунар, я ее поймал.

Придворный маг в бешенстве шагал прямо к ней. Второй маг, стоявший рядом, при его приближении учтиво склонил голову. Именно от его рук тянулась жуткая веревка.

– Попалась, зайка, – пренебрежительно бросил он, – заставила же ты нас…

– Заткнись, – оборвал его Придворный маг. – Ты Айрин из Дубового Перевала? – она испуганно молчала. – Да, это ты, – он грубо сдернул с ее головы платок и внимательно осмотрел ткань, затем отдал приказ. – Уберите их с площади. Представление окончено.

Стража в мгновение ока рассредоточилась по широкой улице. Большая часть людей оттесняла любопытных, а остальные, угрожающе покачивая секирами, повели пленников в большое здание из черного камня в конце улицы. Придворный маг шагал прямо позади Айрин. Его сапоги гулко стучали по каменной мостовой.

Их заперли в маленькой сырой камере с решетчатым окном под самым потолком. Дверь ощетинилась изнутри короткими железными шипами, приваренными к частой решетке, через которую можно было разве что просунуть руку.

Стража без лишних слов отобрала пожитки и свалила их кучей у противоположной стены.

Агнес всхлипнула, сильнее прижимаясь к Лени.

– По какому праву нас здесь заперли? – Гуго с силой потряс решетку. – Мы заплатили за ущерб!

К Придворному магу подошел пожилой мужчина в доспехах и указал на сжавшуюся в углу Айрин:

– Это она?

Тот медленно кивнул. На его губах заиграла хищная улыбка.

– Оставьте нас.

Рунар шевельнул пальцем, и засов послушно встал в пазы. Теперь их не подслушают.

Он сразу узнал девчонку. Точно такой же платок, абсолютно безвкусно повязанный на голове. Ее глаза. Она в ответ прожигала его темным взглядом, и магу казалось, что он видит огненные отсветы, притаившиеся на дне ее зрачков.

«Будто угли в зимнем костре».

Мысль обескуражила. Рунар поспешно напомнил себе, что ему все равно. На нее, на ее сообщников, на проклятое северное колдовство. Перед ним стоял сгусток дикой магии, закованный в костяной скелет, кое-как обтянутый кожей. Настоящее чудовище.

Он рассматривал Айрин из Дубового Перевала, запертую в клетке, и с упоением думал о мягкой постели и, возможно, о… Нет, сегодня только постель.

– Какого лешего? – заревел Гуго. – Ты вообще кто такой?

Агнес тут же зашикала на него, выплевывая что-то про почтение и отрубание голов.

– Придворный маг. Вы можете называть меня господин Рунар. А сейчас, – он повернулся к Айрин и почти вплотную приблизился к решетке, – ты будешь отвечать на мои вопросы: знаешь, что это?

– Мой платок, – тихо ответила она, не глядя на вещь перед собой.

– Просто платок?

– Да.

Он усмехнулся, и его руку объял огонь. Пленники с воплями отшатнулись к стене, а Рунар поднес горящую руку к платку. Пламя перекинулось на белую ткань и словно впиталось в нее. Все дружно уставились на это чудо.