Текст книги "Рыжая Акула для черного ворона (СИ)"

Автор книги: Анна Леденцовская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

Глава 13

Снова обсудить идею консультаций и всего прочего удалось лишь через пару недель.

В тот вечер мейсса Сейфила только и сказала Алине, что подумает, а еще все зависит от того, насколько она будет загружена в доме.

– Неплохо бы нашим девочкам и самим выучить законы. Тогда и для себя польза, и проконсультировать сможет любая, а меня привлекать в особо запутанных случаях, – добавила лиса, что, с точки зрения Алины, было справедливым, все же мейссе Ойлени предстояло вести хозяйство приюта, а это вряд ли будет легко.

Насколько это непросто, Акуличева осознала, когда за завтраком встала проблема с поставками продуктов. Деньги на обустройство, выделенные графом, у попаданок были. Однако на вопрос лисы, как чета Суслозимников закупает продукты, старички, смущенные оттого, что их опять усадили за стол вместе со всеми, пожали плечами.

– Так просто в лавку ходим. Нам с Чаулой много ли надо? А вот вам, наверное, придется с поставщиками договариваться. И идти не к нашему лавочнику, у него совсем небольшой магазинчик, – пояснил мьест Суслозимник.

– Зелень у нас хорошо растет, овощей, опять же, Лас достаточно посадил. Хватит. Продать рассчитывали, но чего уж там, – призадумалась его жена, прикидывая количество запасов в доме. – А вот муку, мясо, крупы и прочее точно надо где-то закупить, и притом с доставкой. Мы пешком ходили с корзинками, тут лавка-то, недалече. Если много брать, то доставить не на чем, конюшня давно пустая, да и парочка экипажей, что остались, не в лучшем состоянии. Впрочем, что толку, запрячь в них все равно некого, даже если бы были на ходу.

Вот тут-то и пригодилась хватка урожденной баронессы Норхитр. Не зря она, после того как овдовела, управляла родовым поместьем, потому и ее брат так не хотел отпускать сестру с попаданками.

– Для начала надо решить, куда ехать, и нанять экипаж, – тут же расставила она приоритеты. – Думаю, мы можем это себе позволить как единоразовый расход. Потом, возможно, и рыэтов пару заведем, если удастся отремонтировать что-то из имеющихся повозок. Мейсса Суслозимник, мне надо осмотреть кладовые, обсудить с вами меню на неделю и количество требующихся вам помощниц на кухне. И, конечно, составить список продуктов, причем максимально полный. Кататься туда-сюда на наемном экипаже для нас сейчас непозволительная роскошь.

– Ох, да какая мейсса, зовите меня просто Чаулой, – мило засмущалась старушка. – Помощницы, конечно, не помешают. Девочки вон вчера как шустро накрывали и посуду помогли помыть, да и паренек...

– Ну тогда и меня зовите Сефа или тетушка Сейфила, когда без посторонних, – оглядела всех пожилая лиса с видом лояльного к своим войскам главнокомандующего. – А при гостях давайте соблюдать этикет!

К слову, Жейль вечером ушел с Бертом. Судьба парнишки наших дам беспокоила не меньше, чем продовольственные запасы и еще неисследованный сад-огород.

Алина очень надеялась, что с ним и его сестрой все будет хорошо.

К удивлению тетушки Чаулы, добровольных помощниц для нее тут же нашлось больше чем надо. Девушки даже заспорили между собой, кто лучше подходит для кухонных работ, причем у всех были свои аргументы.

Если Жилька и Литеша надеялись на дополнительные порции вкусняшек и освобождение от уборки дома, то Юльтенга желала научиться готовить что-то из местной кухни. Она даже после рассказов ворона не оставила мысли обзавестись мужем из двуликих, справедливо рассудив, что когда тех вокруг будет много, то уж кого-то она полюбит обязательно.

В итоге спор решили просто, хоть девчонки от этого сильно в восторг не пришли.

Жильку и Литешу оставили при кухне на подхвате и мытье посуды, Юльтенгу – как поваренка-ученика, но также девушке вменили в обязанности следить за продуктами и прочим, своевременно вместе с мейссой Суслозимник вести учет и приносить мейссе Ойлени списки того, что надо докупать.

Руи категорически заявила, что ей подходят только работы на природе и она будет помогать почтенному мьесту, которого девушки уже величали «дядька Лас».

Остальные в принципе были согласны следить за порядком в доме, оговорив при этом, что генеральные уборки будут делать сообща, так же как и сезонные чистки территории поместья.

– А одежда? – неожиданно робко пискнула из угла мелкая, как синичка, застенчивая Шамилуи. Красивая, темноглазая, с длинными черными косами и хрупкой стройной фигуркой. – Ту, что мы раньше купили, бандиты забрали, а потом там дракон бегал, все крушил и пожег. У нас же почти ничего нет.

Тут, конечно, Сейфила сильно призадумалась. Женщина как-то упустила этот момент из виду. Съезжая от брата, она собрала весь свой немаленький гардероб и совершенно запамятовала, что подопечные остались ни с чем.

Поделиться нарядами с девушками лисе было не жалко, но ее одежда ни в коей мере не подошла бы всем попаданкам. Подросткам и худеньким невысоким девчонкам можно было бы что-то перешить, а вот рослой Руи – если только сшивать, как лоскутное одеяло. Портить добротные и изысканные платья не хотелось, а значит, требовалось учитывать новую статью расходов.

«Получается, еще и на вещи надо что-то отложить, – решила Сейфила, задумчиво рассматривая всех подопечных, прикидывая, кому и что подойдет. – Необходимое купим, а все остальное – только после того, как начнем зарабатывать. Неизвестно, сколько еще до этого момента нам жить, да и когда к нам попадет пополнение – тоже неясно, а это опять расходы...»

На середине рассуждений двуликая вдруг насторожилась, да и супруги Суслозимники повели себя странно, вскочив со своих мест. Дядька Лас и вовсе рванул куда-то, а для ничего не понимающих девушек мейсса Сейфила сочла нужным пояснить, что к ним с визитом заявилось его гривастое сиятельство со свитой. То ли с проверкой, то ли еще с чем, сейчас все всё и узнают.

– Надо бы попросить у него одолжить экипаж хоть на несколько дней, все экономия, – тихонько шепнула ей Алина. – Я могу, если вам неудобно. Я вообще могу вопросы всякие задавать прямо в лоб, потом извинюсь, если что не так спрошу.

Акулушка не рассчитывала, что бесшумность и стремительность местных хищных аристократов велика, а слух довольно остер, а потому ее рассуждения слышала не только Сейфила.

– Зачем же извиняться? – раздалось слегка рычащее из темноты коридора, и в столовую для челяди, которую девушки дружно выбрали для приема пищи, потому что она находилась прямо рядом с кухней, мягко ступая, вошел граф Нейрандес. За ним, кроме встретившего его сиятельство мьеста Суслозимника, шли еще двое двуликих.

К огромной радости Алины, рядом с отцом шагала Кейтса, а за ней – красивый темноглазый мужчина, который вызвал у некоторых из девушек особенный интерес. Впрочем, энтузиазм попаданок затух, не успев разгореться.

Его светлость представил незнакомца как своего секретаря мьеста Рсмурса, а тот, правильно оценив устремленные на него взгляды, демонстративно покрутил на пальце массивное обручальное кольцо.

Присутствие мейссы Мохнатой и фраза графа про ненужность извинений придали Акуличевой определенную долю нахальства, и она сразу вывалила на вельможную особу все трудности пока не местных дам.

– Вроде как и средства есть, но закупить продукты в ближайшей лавке не выйдет. Надо сразу много, а как увезти и куда ехать? – начала торопливо, пока не перебили, перечислять она. – Экипажи, кажется, не на ходу, да и запрячь некого. А еще одежда. У нас же все пропало там. Что бандиты отобрали, что дракон попортил, а если тратить из того, что есть, тогда на обустройство и еду останется еще меньше. Нет, мы не просим, но вдруг где-то можно со скидочкой. Нам же не модничать...

Львиное сиятельство хмыкнул и с намеком покосился на секретаря.

– Легкую коляску с одним рыэтом выделим. – Отвечая на невысказанное требование внести подходящие предложения, мьест Рсмурс сразу стал делать пометки в блокноте после каждого согласного кивка своего владыки. – Скажем, на неделю или две. Мьест Суслозимник с уходом за ними справится, думаю, да и править он рыэтами умеет. А одежда... хм… Ранее уже были выделены финансы, и по бухгалтерии все провели, но, учитывая обстоятельства... Совет, конечно, сейчас лоялен, но тут уже если из личной казны, а не графства. Впрочем...

Было видно, как симпатягу осенило. Он аж просиял, хотя, как отметила Алина, граф вроде и из личных средств был готов пожертвовать пострадавшим девушкам.

– Вы же, ваша милость, весь особняк дамам отписали? Со всем имуществом? Где-то у меня были бумаги. – Рсмурс открыл что-то вроде кожаной папочки на ремешке, которая до сей поры болталась у него на боку. – Ага. Вот оно! Все находящееся в поместье имущество, так и есть!

Девушки, ничего не понимая, хлопали глазами и переглядывались. Алина мельком успела заметить, как лицо пожилой лисы озарилось догадкой, а секретарь уже продолжил свои рассуждения, шокировав почти всех присутствующих дам:

– Насколько я знаю, три гардеробные со всей одеждой на все сезоны должны находиться где-то в восточном крыле дома. От современной моды наряды, возможно, далеки, но там, скорее всего, полно даже ни разу не надетого. Знаю я, как наши дамы закупаются, а потом и не помнят, что приобрели. Или разонравилось, или кто-то сказал, что у другой такое же точно куплено. Так что предлагаю вам, милые барышни, сначала осмотреть доставшееся вам имущество поосновательнее. Возможно, получится сэкономить не только личную казну графа Нейрандеса, но и ваши средства на что-то более нужное.

– Мейсса Суслозимник, за всем имуществом же был надлежащий уход? Вы можете показать дамам гардеробные, чтобы они решили, нужно ли что-то докупить? Всякие женские мелочи... – Судя по неловкой усмешке, граф, по-видимому, имел в виду нижнее белье.

Во всяком случае Алина восприняла это именно так, да и не она одна.

– Вот мелочей этих там точно тюки, нераспакованные и с этикетками, – буркнул как бы себе под нос экономный секретарь.

Похоже, жена у бедолаги обожала шопинг, мужчина же, обожая супругу, ни в чем ей не отказывал, а в бережливости тренировался на личной казне семьи Нейрандес.

– Так я ведь не в курсе, ваше сиятельство. – Пряча глаза, Чаула неловко мяла в руках салфетку со стола. – Как эта резиденция перестала посещаться еще родителями вашими, всех, кроме нас, рассчитали или в нынешнее поместье перевели. Старая-то управляющая мейсса Мондельфриг все парадные комнаты, залы, галерею и гардеробные с малой сокровищницей запечатала какими-то артефактами. Сказала, потом графиня пришлет забрать, так с ключами придут и печаткой для артефактов. Только не прислали никого. Вот и стоит все до сей поры закрытое, уж лет тридцать стоит. Вы тут только пару раз в детстве были, еще совсем котенком крошечным. Ой, простите...

Старушка ужасно смутилась и покраснела.

– Я и не помню даже. Вроде как напоминали, что с поместьем надо что-то решать, но после смерти родителей не до того было, – кивнул граф и, подойдя, ласково приобнял пожилую мейссу. – Вы уж простите меня, что все здесь забросил, да и за служащих, что вам расчет произвели, тоже. Дочь там порядок навела. Они, видите ли, экономию придумали. А чем больше экономии, тем больше в бухгалтерии премию просят. Чего не просить, если средства есть в бюджете неизрасходованные. Вот ведь паразиты канцелярские! И кто вообще тех двух гномов-полукровок нанял? Тьфу, пакость бородатая.

– С ними уже разбирается отдел дознания вашей личной стражи. – Мьеста секретаря если и тронула эта сцена, то с пути решения возложенных на него задач не сбила. – Я запрошу всю информацию по имуществу, печати к артефактам, ключам, но сразу оговорюсь, милые дамы. Если в малой сокровищнице что-то сохранилось, то это не имущество поместья, а фамильные ценности. Надеюсь, у вас хватит благоразумия на них не претендовать?

– За кого вы нас принимаете, мьест?! – Мейсса Сейфила просто испепелила мужчину взглядом, а ее ледяным тоном можно было заморозить несчастного Рсмурса.

Граф, видимо, впечатлился не меньше секретаря и, оставив дочь общаться с дамами, поспешил откланяться со словами:

– Коляску вам пришлют сегодня, а также передадут список надежных поставщиков с рекомендательным письмом от моего управляющего. Распорядишься, Рсмурс. Ну и если чего-то все же будет не хватать, мало ли, размер обуви не тот или моль что съела, то, думаю, смогу выделить еще сколько-то, иначе Лерочка меня не поймет. Поехали уже, надо еще в кондитерскую завернуть.

Чета Суслозимников пошла провожать его сиятельство, а Кейтса, сев за стол, с улыбкой сообщила:

– Лера ребенка ждет, вот отец и суетится. Она по бумагам ваш единственный попечитель, так что никто к вам не сунется. А я и не подумала, заряжая артефакты, что там все заперто и запечатано. Запустила магию через стандартный общий узел в кабинете, чтобы не бродить, возясь с каждым. Наверное, и учетные книги свои управляющая забрала, те, что сама вела, не отчетные по расходам. Надо бы поинтересоваться. А вы чего притихли, мышки?

Она вдруг обратила внимание на непривычно молчаливую Жильку и жавшуюся к подруге Литешу.

– Так Жейля-то отбили у дядьки злого? Хоть бы пришел да сказал, – тихонько буркнула себе под нос обычно бойкая востроносая сестренка Гарти.

– Ага, – Литеша печально шмыгнула носом, – а вдруг нет? Вдруг тот дяденька наемник передумал?

– Да что за мысли у вас, юные мисель? – шутливо нахмурилась Кейтса. – Наемник всегда выполнит контракт, особенно когда это дело чести на арене. И хватит киснуть! Лучше пошли смотреть, что там водится в графских закромах!

– А печати и ключи всякие? Их же нету, – округлили глаза успокоенные девчонки. Они повеселели, взгляд загорелся любопытством.

– А мы так попробуем, – фыркнула мантикора. – В конце концов, кровь у меня Нейрандесов, замки... хм, об этом как-нибудь потом. А артефакты для хорошей ведьмы не такая уж и сложная задача.

– Настоящей ведьмы? – восхитились очарованные Кейтсой девчонки, живо повскакивав с мест.

За ними дружно, как по команде, встрепенувшись, поднялись остальные девушки. Ведь женское любопытство и любовь к нарядам очень мощный стимул.

– А проводите-ка нас к какой-нибудь гардеробной, мейсса Суслозимник, – попросила вернувшуюся старушку двуликую мейсса Мохнатая. – К той, что последняя использовалась, там, наверное, интереснее. Мы попробуем туда попасть сами. Не бойтесь, ничего не поломаем.

Чаула, муж которой уехал, чтобы вернуться с обещанным экипажем, возражать на энтузиазм хозяек дома во главе с графской дочкой не стала. Она философски рассудила, что если что испортят, то уж с нее ответа никто не спросит, и то ладно.

Посему через пять минут кучка разновозрастных девиц и две почтенные мейссы завороженно смотрели, как Кейтса колдует над ничем не примечательной с виду деревянной дверью с красивыми коваными ручками.

Глава 14

Откровенно говоря, сначала Алине показалось, что они попали в костюмерную огромного театра или что-то вроде музея одежды. За той самой дверью, которая не сразу сдалась ведьмовским чарам графской дочери, царила такая пестрота и блеск, что она даже головой потрясла и зажмурилась на минутку.

«Разве только продать… Да если и позволят, никто не купит, наверное», – была первая и совсем не оптимистичная мысль, пришедшая в голову прагматичной Акуле.

Но все оказалось не так печально. Не менее практичную мейссу Сейфилу подобное зрелище вовсе не удивило, и лиса, с прищуром окинув взглядом помещение, уверенно двинулась куда-то вглубь огромной комнаты, набитой нарядами.

– Алинка, смотри, какая шаль! Как паутиночка. На любое платье сверху навертеть, вот тут чем-нибудь заколоть – и красота будет, – заставила Акуличеву распахнуть глаза обычно сдержанная Гарти, дергая за рукав и подсовывая под нос нечто белоснежно-невесомое.

Откуда-то из лабиринтов вешалок, шкафов, сундуков, стеллажей, банкеток и непременных зеркал, висящих и стоящих повсюду, раздавались восторженные визги Литеши и Жильки. Да и остальные девушки, явно не разделяя Алинин скептицизм, уже увлеченно рылись в вещах, на удивление отлично сохранившихся.

– О! Смотри, как раз твой размерчик. Совсем новенькое, и цвет прямо идеально к твоим волосам, – как черт из табакерки перед все еще не пришедшей в себя Акулой появилась Кейтса, прикладывая к ней нечто атласно-бирюзовое, оказавшееся после пристального осмотра платьем.

Роскошное, с пышной юбкой, с короткими рукавами-крылышками, корсетным кроем верха и паутинкой более светлого кружева, присборенного по линии декольте, платье и правда было как будто создано для Алины. Она потрогала пальцем ажурный узор, погладила струящуюся под ладонью ткань подола и вздохнула.

– И куда я в этой прелести? С книжкой у окна? Или с вышивкой сидеть? Здесь в доме и вокруг работы полно. Мне бы штанов несколько пар да рубашки попроще.

– Пф-ф... – обфыркала ее рассуждения Кейтса. – Этого добра точно будет предостаточно. А такие платья на дороге не валяются. У папули наверняка приемы будут. Когда наследник или наследница родится, бал закатят, вас обязательно позовут! Лера непременно захочет, да и вообще, по слухам, местное население к вам проявляет нешуточный интерес. Особенно молодые и холостые...

– Вот же ж! – Новость Акуличеву не порадовала. Не сильно верила она в порядочность местных кавалеров, да и неизбежное за этим появление ревнивых девиц, во второй ипостаси являющихся опасными хищниками, тоже в ее планы спокойной жизни не входило. – Надеюсь, артефакты вокруг поместья надежные? Нам только озабоченных кавалеров недостает. Тут не наряды надо, а паранджу напяливать. И еще противогаз сверху, на всякий случай.

Ведьмочка графских кровей понятия не имела, что такое паранджа и противогаз, но сообразила, что это какие-то костюмы для скрывания красоты, и отмахнулась, не преминув все же всучить Алинке платье.

– Не поможет ничего. Наши идут на запах. Девица может хоть из декольте выскочить, а на нее разве что покосятся с любопытством, а вот если учуют свое, то все! Хоть в ковер завернись, хоть мешок надень. Так и будет вокруг тебя кружить. Может, один, а может, и больше. Победит сильнейший. Пошли давай. Там сейчас Сейфила без нас шкатулки начнет открывать. Сокровища в сокровищнице, а вот то, что в гардеробной, точно ваше. – Мантикора схватила Акулу за руку и потащила между вешалок, мимо манекена в расшитом чем-то сверкающим балахоне с финтифлюшками на плечах, мимо открытого сундука, откуда выпотрошенными внутренностями торчали детали одежды, и целой пирамиды круглых и овальных картонок, в которых, по предположению Алины, были шляпы.

Попаданки нашлись у огромного трельяжа со множеством ящичков, на котором еще стояли несколько разнокалиберных шкатулок. Лисица как раз доставала из самой большой удивительной красоты бусы. Невероятно длинная нить мелких, как бисер, граненых рубиново-красных бусин искрилась в свете магических светильников под восторженными взглядами замерших девушек.

– Да не-е... – громким шепотом нарушила внезапно образовавшуюся тишину Дуафи, плотная, коротко стриженная девица с желтоватыми глазами цвета спитого чая. – Это все нам не оставят. Красивое же, и продать можно. Дорогое, наверное.

Ее волосы казались седыми, а лицо было гладким и свежим. Трудно было даже предположить, сколько ей лет на самом деле. Глаза завороженно смотрели не отрываясь, как руки пожилой дамы то собирали драгоценную нить в несколько рядов, то вязали узлом, а потом скололи украшение чем-то блестящим, выуженным из коробки, придав ему еще более роскошный вид.

– Держи, если нравится, – покосившись на Дуафи, улыбнулась мейсса Сейфила. – Это не драгоценности – гоблинское самородное стекло. Да, недешевая вещь, качественная. Только к сокровищам эти безделушки тоже не причислят. Торговцы, конечно, могут купить, жены лавочников из тех, что побогаче, рукодельницы на разбор, чтобы потом платье расшить, например. Так что, если себе не возьмете, попробуем продать.

– А что там еще есть? – У Жильки, которая завистливым взглядом проводила украшение, доставшееся Дуафи, аж ладошки вспотели, так девчонке хотелось выпотрошить эти богатства и выбрать себе что-нибудь самое красивое, большое и блестящее. Чтобы припрятать в укромном месте и изредка доставать любоваться.

Лукаво улыбаясь, лиса выдвинула один из ящиков и вытащила из него непонятную штучку, похожую на ремешок с нитями длинных, искрящихся, как капли дождя, подвесок.

– Видимо, когда-то здесь устраивали домашние представления, изображая персонажей сказок и легенд, – улыбнулась она, протягивая очарованной девочке странное украшение. – Это слезы гор для невесты дождя. Как-нибудь расскажу, а лучше сами найдите книгу в библиотеке и почитайте. Хоть и сказки, но тоже чему-то да научат.

Ремешок крепился на голову и прикрывался сверху волосами. Наряженная Жилька в нем и правда стояла словно в окружении застывших капелек воды, смущенная и хорошенькая до невозможности. Непонятно куда делась подростковая угловатость девчонки, замершей под светящимся покровом необычного головного убора.

– Ух ты, невеста дождя. Какая красавица! – Веселый мужской голос, прозвучавший, как всегда бывает с двуликими, совершенно неожиданно, вдребезги разбил очарование момента.

Уж сколько они пробыли в гардеробной, Алина не знала, но, видно, потеряли счет времени, поскольку вернулся мьест Суслозимник, к тому же не один.

Не найдя никого, включая свою супругу, на кухне и в других помещениях первого этажа, мужчина отправился на поиски, а гостя, чтобы не оставлять в доме без присмотра, позвал с собой. Не то чтобы он не доверял знакомому двуликому, но все же решил, что особняк – не его жилище, да и с хозяйками нынешними посетитель жаждал познакомиться.

Нашли они наших дам быстро, но вот фраза гостя, вроде бы восхищенная и вполне вежливая, вызвала у всех чувство неловкости. Старик Лас про себя охнул, сообразив, что не подумал. Ведь мисель-то могли дамское белье примерять, а вовсе не блестящие штучки, на которые женщины так падки. Даже у его Чаулы вон как глазки сверкают при виде кристальчиков. Многие девушки, кстати, подумали о том же, а незнакомый двуликий просто не ожидал такого скопища молодых прекрасных дам.

Симпатичная девчушка привлекла его внимание, действительно напомнив героиню детской сказки, и только потом он увидел остальных.

– Это сын нашего лавочника, помнишь, Чаула, в позатом году учиться уезжал, а сейчас вернулся. Он теперь при графе там кем-то, вот и помог мне съездить прикупить часть запасов, погрузить да доставить. Видели бы вы, как он торгуется! – пытаясь сгладить впечатление от внезапного появления, начал старичок, сперва обратившись к жене. – Знакомьтесь, мисель и мейсса Ойлени, это Вейрик. Точнее, мьест Вейрик Рицтек, – представил он светловолосого и сероглазого молодого мужчину.

– Милые дамы, – слегка поклонился тот, – простите за вторжение, но я очень хотел познакомиться с новыми хозяйками поместья «Ррычи рассвета». При его сиятельстве я состою третьим помощником управляющего и, возможно, смогу быть в чем-то вам полезен.

Впечатление визитер производил приятное, к тому же супругам Суслозимник, как поняла Алина, был хорошо знаком чуть ли не с пеленок. Однако при виде его улыбки и по тому, как он, не скрывая удовольствия, рассматривал попаданок, мысль у нее была только одна: «Пустили козла в огород...»

Возможно, конечно, не козла, даже в мыслях обижать ни в чем не повинного двуликого Акуличевой не хотелось, может, ближе к случаю подошло бы «лису в курятник» или еще какое-нибудь изречение, но появление молодых неженатых мужчин, как и предсказывала Кейтса, начало происходить само собой, как по волшебству.

И похоже, только Алина отнеслась к этому настороженно. Кейтса и мейсса Сейфила смотрели на расточающего улыбки Вейрика вполне благодушно, а девушки и вовсе расцвели в ответ, поправляя прически. Разве что Жилька мигом спряталась, юркнув за спину сестры и стягивая с головы ремешок со сверкающими нитями, пытаясь их не спутать.

Мейсса Суслозимник с полного одобрения лисицы обещала похлопотать о чае, а остальные девицы были мигом распределены Сейфилой на разные работы: помощь в разгрузке экипажа, сортировку запасов, подмогу Чауле и прочие хозяйственные дела. При этом она неожиданно для всех разрешила Литеше, Гарти и Жильке остаться в гардеробной.

– Гарти, думаю, даже здесь ты сможешь подобрать для всех что-нибудь практичное и добротное на первые дни, чтобы и выглядеть хорошо, и размеры подошли, и приводить в порядок дом и территорию было удобно. Я заметила, что у тебя глаз наметан, – объяснила она попаданке свой выбор. – А девчушки пусть с тобой пороются, им в радость, да и под ногами болтаться не будут. Рыэты не самые мирные существа, в разгрузке от Жильки с Литешей тоже толку немного, а на кухне Чауле Юльтенга с Шамилуи помогут.

Спорить с мейссой первой директрисой никто не стал, а вторая директриса Алина напряженно думала о том, что ей очень нужно срочно выучить обычаи двуликих, их законы, привычки, повадки и все, что поможет сосуществовать с ними рядом, не тревожась по пустякам.

Во дворе же, куда они спустились слегка поредевшим составом, у небольшой открытой коляски с откидным верхом, набитой ящиками, мешками, тючками и свертками, их встретили муж Кейтсы верзила Берт и сияющий Жейль, держащий за руку застенчивую девушку лет семнадцати-восемнадцати, такую же большеглазую и немножко лопоухую, как и он. Волосы, стянутые в тугую косицу, на кончике пушились, образовывая то ли кисточку, то ли помпончик, на курносом носике маленькими пятнышками золотились милые веснушки.

Алина сразу догадалась, что это и есть Марейка, и, в общем-то, не удивилась, что какой-то неизвестный дядька решил жениться на сестре Жейля. Красивой мисель Лемушкинсон не была, но ощущалось в ней что-то такое очаровательное и обаятельное, что при взгляде на девушку хотелось улыбаться.

Только вот мьест третий помощник вдруг стал холодно-отстраненным, Жейль насупился, а Марейка побледнела и застыла, как будто кто-то задул внутри нее огонек. Словно тучи набежали на мирный дворик, а в довершение всего на камни подъездной дороги упала тень, и темным крылатым вестником с небес опустился огромный ворон.

Обернувшись человеком, мужчина небрежным поклоном поприветствовал всех присутствующих и протянул Лемушкинсонам плотный конверт с чернильно-черной сургучной печатью.

– Опеку над вами до совершеннолетия по праву вызова и победы на арене принял дом Воронковых. Все имущество покойного родственника, – Кайр усмехнулся, недобро прищурившись, – перешло вам по праву наследования. С любыми вопросами, если у вас они возникнут, обращайтесь к старшему рода, моему отцу. И не забудь про долг, малец. Ты теперь в вашем семействе глава рода.

– Что, молодой вдовой осталась? – вдруг каким-то чужим голосом произнес Вейрик Рицтек, неприятно скривившись. – Небось спился, раз так скоро помер. Еще и брата наемникам продала.

У Алины сейчас было ощущение, что посреди летнего дня на них налетел ледяной шквал и заморозил двор перед крыльцом вместе со всеми присутствующими.

– Тебе-то что за печаль? Даже свадьбу в городе играть постеснялся, да и жену молодую прячешь. Неужто так страшна, что стыдно в свет вывести? – Голос Марейки был сух, как все пески пустыни, и шелестел безжизненно и бесцветно.

Оказавшийся между ними Кайр удивленно покосился на девушку, бросил мрачный взгляд на мужчину, а потом неожиданно весело расхохотался:

– Думал, такое только в уличных балаганах показывают. Но нет! Один дурень артефактами ощетинился, как иглостень, в угол загнанный, другая настолько чьей-то брехне поверила, что даже дышать в его сторону не желает. Нюх бережет. Гадостей вам мало, видать, наговорили.

Создавшаяся ситуация на самом деле позабавила ворона. Вмешиваться и что-то кому-то разъяснять он не собирался, но со свойственным ему сарказмом намекнул этой парочке, что ума они оба небольшого, раз так себя ведут.

Самым умным и неожиданно сообразительным после слов наемника оказался Жейль.

– Так, выходит, дядька наврал про его женитьбу-то? Письмо подложное, что ли, было? – Паренек потянул сестру за руку. – Слышь, Марейка, может, и не женат он вовсе.

– Это от него письмо было! Запах на конверте, и почерк, и... – Девушка рвано выдохнула. – А я, выходит, еще и сама виновата? И замуж меня только забулдыга какой взять бы пожелал?

Вскипев, Марейка выдернула руку из ладони брата и, обернувшись лопоухим пушистым зверем, стремглав умчалась прочь.

– Правду говорят: обида глаза застит, а уж у молодых да незрелых, особенно когда чувства полыхают, так и вовсе беда. Где уж там здраво мыслить? Да и логика там даже мимо не пробегала, – смотря ей вслед, пробормотала мейсса Сейфила. – Вы бы, прежде чем надумывать или рубить сплеча, справки-то навели... Сейчас же, сдается мне, извиняться вам придется долго. Жейль, я так понимаю, дядюшка ваш всем про сосватанную Марейку раструбил? Не уточняя, конечно, кто там жених.

– Ну да, он местных парней так отваживал, – кивнул мальчишка, исподлобья глядя на начавшего что-то понимать Вейрека.

Призрачный холод ситуации отпустил сгрудившуюся у повозки компанию, а окончательно перевести в шутку этот инцидент позволила брошенная вскользь фраза простодушной Руи:

– Вот жалость-то, такой жених у Юльтенги сорвался. Небось и на чай не останется.

Хохотали все, кроме разве что смутившегося и тут же поспешившего откланяться и удалиться мьеста Рицтека.

Рыэты беспокойно переступали ногами, груз сам себя разгружать не собирался, и девушки, помогая здоровяку Берту и присоединившимся к нему Кайру и Жейлю, принялись муравьишками таскать вещички в дом под руководством мейссы Сейфилы и дядьки Ласа.

– Марейку, наверное, найти бы надо? – спросила Алина, идя рядом с Жейлем и неся накрытую тряпицей корзинку с яйцами.

– Так это, она сама придет сюда. Домой-то не захочет, я точно знаю. Фух...

Шумно отдуваясь и пыхтя, раскрасневшийся парень тащил тяжеленький мешок с какой-то крупой.

– Вот ведь и правда дурачки они, Марейка с Вейреком. Дядька-то обоих обманул, а сейчас вон как сами рассорились. Ни за что так влюбляться не буду, – заключил он по итогу с подростковой категоричностью, вызвав у Акуличевой насмешливую улыбку.