Текст книги "Рыжая Акула для черного ворона (СИ)"

Автор книги: Анна Леденцовская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

Глава 7

Переезд Алина вспоминать не любила, но от кошмаров того путешествия отделаться было не так-то просто. Даже сейчас, по прошествии приличного времени, девушка иногда просыпалась зареванная, в холодном поту, с колотящимся сердцем.

Вот уж никогда бы она не подумала, что будет оплакивать Варнику. Ту самую белобрысую стервь, что выела им мозги чайной ложечкой еще при закупке в магазинах.

Блондинка визгливо требовала себе все не такое, настаивала на непрактичном бархате, который мало того, что притягивал кучу мелкого мусора и шерсти, так еще и прекрасно мялся отвратительными заломами, при этом в уходе требовал деликатной сухой чистки. В случае с аристократами и бальными туалетами вышколенные слуги и артефакты решали проблему, но нищая обитательница приюта – это совсем другая история. Попаданки всем миром унимали наглую Варнику, обещая выпросить у господина Махторкиса кляп и кандалы на все время путешествия.

Не в добрый час девушки вспомнили о последних.

Его сиятельство позаботился обо всем: экипажи, багажные сундуки, золото на вещи и питание, необходимое для комфортной дороги. Однако граф даже представить себе не мог, что на границе его владений в сакральном для двуликих месте обоснуется банда наемников-работорговцев, получивших заказ с четкими указаниями: захватить переезжающих обитательниц приюта.

Уже потом Алина узнала, что основной целью банды была Иитеа. Представительница рода леми-эр, органы и части тела которых пускали на запрещенные артефакты. Леми-эр в мир Шуэрте попадали крайне редко и были очень ценной добычей. Сколопендра еще при появлении девушки в приюте уведомила своих покровителей из теневых властителей и лишь дожидалась выпуска Иитеа, чтобы не подставить себя.

Остальные попаданки пошли контрабандистам приятным бонусом. Тем более что граф Нейрандес, кроме пары возниц, другой охраны девушкам не обеспечил. Его львиное сиятельство понятия не имел, что обычное мероприятие – переезд по безопасному до сей поры тракту – приведет к столь кошмарным последствиям, раскроет целый заговор, уходящий корнями в давно минувшие дни и опутавший не одно королевство.

Нападение, жестокое убийство яростно сопротивлявшихся возниц и заключение несчастных женщин в подобие артефактной клетки – все произошло молниеносно. Бандиты были прекрасно подготовлены, оснащены артефактами, и пара-тройка разодранных когтями двуликих сотоварищей их нисколько не смутила.

С веселым гоготом напуганных барышень в клетке транспортировали на полянку, сплошь заросшую симпатичными с виду цветочками. Причем, что показалось Алине странным, эти цветущие растения бородатые маргиналы старались не мять. Лишь в центре у здоровенного дерева был вытоптан кружок, где горел костер. Там же, у корней, к своему ужасу, пленницы заметили обезображенный труп женщины неизвестной им расы.

От несчастной как раз отходил один из оставшихся на страже ублюдков, с довольной ухмылкой завязывающий портки.

Герти, трясясь словно студень, сгребла к себе Жильку и Литешу, требуя, чтобы те закрыли глаза. Бледная как мел женщина сама зажмурилась и, уткнувшись в макушки прижавшихся к ней девчонок, только и могла, что шептать:

– Не смотрите, не смотрите...

Варника же, вдруг почему-то вообразив, что если расположит к себе хромого главаря, то, возможно, получит свободу и даже выторгует себе что-нибудь из захваченного имущества, попыталась кокетничать. Ее ужимки на фоне остальных перепуганных дамочек выглядели совершенно дико, и мужчина, которого, как Алина расслышала, подчиненные называли Шминданом, смотрел на них со снисходительным интересом и с каким-то нехорошим задумчивым прищуром.

Главарь этого сброда был неглуп и прекрасно понимал, что товар надо сохранить в целости. Только распаленная видом пленниц банда могла выйти из-под контроля, испортив тщательно продуманный план. Глупая баба сама подкинула ему отличную мысль – пожертвовать малым. Блондинка не первой свежести не такой уж лакомый кусочек на рабовладельческих торгах.

Крики несчастной, с которой он позволил развлекаться всем желающим как заблагорассудится, ни одна из девушек, кто там был, не забудет никогда. Обратно в клетку к ним кинули уже не женщину, а сломанную куклу в драном платье. Окровавленную, с синяками, и лишь хриплое подвывание на одной ноте давало понять, что этот скрюченный в углу комок – живой человек.

В тот момент Варника осталась жива лишь потому, что увлекшиеся развлечением беззаботные мрази пропустили нападение. К сожалению, напавший был один, и, хотя молодой мужчина умудрился прикончить парочку ублюдков и нескольких ранить, скрутили его довольно быстро.

Почему незнакомец, одетый в мундир, был так неосторожен, Акуличева поняла, разобрав часть негромкой, переполненной ехидством и сочащейся ядом речи главаря, который с остервенением и мстительным удовольствием стал пытать привязанного к дереву пленника.

– Что, тварь, не помогли твои полковничьи артефактики?! А?! – сквозь удары сипел он в лицо мужчине. – Ты мне теперь за все заплатишь. И не только мне. Кое у кого на тебя большие планы... Но вот откуда ты взялся здесь? Говори! С-сука! Молчиш-ш-шь...

Хромой Шминдан оставил связанного в покое лишь тогда, когда тот повис на удерживающих его веревках, потеряв сознание.

На какое-то время на полянке все успокоилось. Попаданки тряслись от страха в клетке-артефакте, бандиты, собравшись у костра, чего-то выжидали. Внезапное появление нападавшего что-то нарушило в их планах, и теперь они вели себя настороженно.

Алина с Иитеа по-прежнему прислушивались к разговорам. Леми-эр обладала более тонким слухом, и девушки все же разжились кое-какой полезной информацией.

Выяснилось, что находились они уже на землях двуликих, около какого-то небольшого баронства. Полянка, где разбили лагерь бандиты, была почти священным местом из-за растущих на ней цветочков. Как поняли девушки, двуликих, которые на нее заявятся, контрабандисты не опасались, а вот внезапное появление человека их озадачило и напрягло.

Самыми полезными сведениями попаданки посчитали то, что стоит выйти за круг поляны и оказаться в лесу, где цветочки почему-то не росли, как вас тут же поймают оборотни. В отличие от мерзких похитителей, наших пленниц это обстоятельство радовало. Оставалось только придумать, как выбраться из клетки и сбежать.

И надо было поторопиться. Банда, засев в условно безопасном месте, оказывается, ждала дирижабль.

Худенькую, как былиночка, Жильку они с трудом, почти всем миром оттягивая металлические прутья своей темницы, смогли пропихнуть наружу. И лишь только для того, чтобы взявшаяся откуда ни возьмись мелкая пигалица с черной косицей, одним рывком схватив девчонку за руку, толкнула ее в кусты, из которых вылезла сама.

– Я помочь... – успели уловить они шепот незнакомки до того, как всполошившиеся бандиты ее схватили.

Похоже, та даже не поняла сначала, что происходит, и, брошенная у ног главного мерзавца, со слезами на глазах растерянно пялилась на него.

Посмотреть, конечно, было на что. На одной ноге хромой носил сапог, а другую украшал щегольской башмак с перламутровой пряжкой. К тому же расы он был совершенно непонятной. Серо-зеленая, нездорового вида кожа, длинные, вытянутые уши, торчащие из множества мелких косичек в прическе, и выступающие клыки во рту, видные, когда он начинал говорить.

Судя по тому, как главарь с издевкой начал тискать отбивающуюся малявку под дружный гогот довольных зрелищем ублюдков, девушку сейчас ожидала участь Варники, и Алина не выдержала.

– Эй, Шминдан! Ваши главнюки утопят тебя в собственном дерьме, если ты попортишь им товар! – перекрывая гвалт веселящихся мерзавцев, громко крикнула она, понимая, что рискует оказаться на месте незнакомой девчонки. – Вы и так уже сильно снизили его ценность. Может, все же парочка минут удовольствия не стоит того, чтобы долго и, скорее всего, очень неприятно расставаться с собственной жалкой жизнью?

Нахмурившийся хромой под взглядами притихших подручных еще немного потискал девчонку, громко, на всю поляну, объясняя, почему невозможен побег и чем чревата будет очередная попытка. Затем он впихнул пленницу в артефакт со словами:

– Вас здесь одиннадцать, и стоит одной попытаться сбежать, как мы все это почуем. – Больной ублюдок довольно скалился, облизывая взглядом каждую из женщин. – Вам не сбежать, но, впрочем, попробуйте. Я даже не стану заделывать дыру и, пожалуй, уберу один прут, только не со стороны леса. Милости прошу. Любая, кто покинет пределы клетки, станет нашей законной добычей, а то дохлые хранительницы скучны до зевоты, а ваша веселая подружка перестала быть такой веселой. Видимо, утомилась.

Сплюнув на свернувшуюся в углу в ворохе оборок и юбок стонущую и поскуливающую женщину, он развернулся и, насвистывая, направился к костру. Судя по его словам, Варнику эта тварь со счетов уже списала, так что полезным товаром мужчина считал лишь одиннадцать живых и достаточно здоровых для продажи женщин, которые могут сбежать.

Как только он отошел, Акуличева клещом вцепилась в плечи странной барышни и злобно зашипела ей на ухо:

– Кто ты? Зачем прикинулась Жилькой и куда прогнала девчонку? Кто там ждал ее в кустах? Говори!

– Отвали, рыжая! – дернулась в ответ эта мелкая пигалица, тоже не рискнув повысить голос. – Никого там нет. Я вас спасать пришла. Меня граф отправил...

– Граф? Он вообще нормальный? Или в графстве мужчин не осталось? Тебя там чуть по кругу не пустили. – Алина шокированно разжала хватку и выразительно покрутила пальцем у виска. – Это ты нас так спасать собиралась или у тебя зубы в том месте, откуда ноги растут? Может, не надо было их останавливать?

– Нормальная я, и граф тоже не дурак, – огрызнулась эта сумасшедшая последовательница камикадзе. – А зубы сейчас будут. Только надо меня прикрыть и не отвлекать. Если не смогу сконцентрироваться, то он тут всех сожрет, а надо спасти полковника.

Девчонка что-то сосредоточенно щупала под надетыми на нее тряпками.

– Если ты умудрилась протащить артефакт, то можешь не стараться, – привалившись к прутьям, пренебрежительно фыркнула Иитеа. – Клетка подавляет все. И магические способности, и ментал, и артефакты.

Но девица только отмахнулась, мельком заметив:

– Вашу малышку отвели в безопасное место.

Гарти подскочила как мячик и вцепилась в ее руку.

– Откуда знаешь? Где моя сестра? – В глазах несчастной женщины мелькали страх и безумная надежда.

Алина оттеснила ее, жестом показав незнакомке, что действовать нужно быстрее, что бы та ни задумала.

– Гарти, главное – она в безопасности. Остальное потом узнаем. Давай не будем мешать девушке нас спасать, если она может это сделать, – утешала женщину Акуличева.

Темноволосая Гарти всхлипнула и прильнула к ее плечу.

– Ну если сможет... – Сиреневокожая леми-эр со скептицизмом покосилась на опять сосредоточившуюся малявку с косичкой, – тогда я ей махмыра подарю! Клянусь матрой лоорши, одного подарю, как вылупится! Сестрой станет! Меня эти уроды собираются на куски распилить. Говорили, какая-то мразь нашла способ усиления своих артефактов, а моя раса прекрасно подходит как материал. Видать, кто-то из леми-эр уже попадал в этот мир и моим сородичам не посчастливилось.

Договорить свою прочувственную речь Иитеа не успела. Из леса раздалось басовитое рычание и громкий треск. На полянку явно ломился кто-то огромный и злой. Бандиты, всполошившись, ощетинились оружием, но это им не помогло.

Все их мечи и секиры смотрелись рядом с выбравшимся на полянку чудищем как зубочистки. Горящие огнем глаза чешуйчатого алого монстра на секунду задержались на клетке с пленницами, оценили окровавленную тушку полковника, привязанного к дереву, а потом он рванул к скучковавшимся бандитам, как боулинговый шар на кегли, давя цветочки и попавшихся под лапы мерзавцев.

Кроваво-красный в отблесках костра дракон решил подзакусить, и Акуличева, сообразив, что от причисления попаданок к десерту их отделяет только загадочная пигалица, поняла, что надо что-то делать.

Мозги в паническом стрессе нарисовали в ее голове план, и Алина начала действовать.

Глава 8

Понятно было, что растянутые девицами прутья клетки там, где выпихивали Жильку, бандиты даже не пытались вернуть на место. Мерзавцы надеялись, что хоть одна дура опять решится на побег и у них будет законное, обещанное главарем развлечение.

Дернув за руку пигалицу, следившую за хорошо ей, очевидно, знакомым красным драконом, Алина решительно начала давать распоряжения. Промедление сейчас могло стоить им очень дорого.

– Быстрее, Иитеа! Берем какое-нибудь оружие и бежим. Я возьму девчонку. – Акуличева оглянулась на притихших попаданок и, увидев испуганно смотрящие на нее раскосые глаза Руи, кивнула на растянутые прутья.

Самая крупная и сильная барышня в их маленьком коллективе, проявив недюжинную смекалку, тут же занялась расширением дыры, чтобы через нее смогли протиснуться все.

Черноволосая незнакомка, уже не таясь, содрала с неизвестного артефакта маскирующие его тряпки и что-то говорила себе под нос, почти не реагируя на рывки Акуличевой.

– Вот ведь! – Рыжая Акула в раздражении готова была рвать и метать, тем более обстановочка на полянке приобретала совсем скверный оборот. – Пошли уже! Надо спасать твоего мужика. Шевелись, но динозавра своего контролируй. Я стать ему закуской как-то не планирую. – Она уже силком тащила девчонку к расширенному отверстию в клетке. – Давай, а то прирежут его, как свинью. Он без сознания, а у Шминдана одна нога деревянная. Хитрый урод сам пихнул в пасть зверя культяпку. Вон смотри! Ходить не может, но ползет в надежде спастись.

Главарь и правда полз, стараясь делать это по возможности незаметно. Мужчина держал в зубах нож и еще тащил за собой чем-то туго набитую сумку. Полз он к дереву с привязанным пленником, периодически замирая, когда голова беснующегося посреди поляны зверя поворачивалась в его сторону.

Оказавшись снаружи с незнакомкой и Иитеа, Алина прикинула, что за прутьями их узилища все же безопаснее, и велела остальным переждать там, но при малейшей опасности выскакивать и мчаться в лес.

– В клетку к вам дракон не сунется, у него башка не пролезет, я думаю, – отмахнулась она от рванувшейся за ней Руи. – Ты за остальными присмотри. Ладно?

Иитеа меж тем, ужом скользнув куда-то в сторону, вернулась не с пустыми руками.

– Слушай. Как там тебя? Оружием владеешь? А, неважно, держи! – Она совала невольной напарнице заляпанный чьей-то кровью короткий клинок.

Девчонка, похоже, уже успела очухаться или на какой-то миг перестала общаться со своей зверюгой. Очевидно, слова Алины про пленного вызвали в ее душе достаточно бурный отклик.

– Он не мой мужчина! Это командир корпуса, – возмущенно пискнула она в ответ и торопливо рванулась за уже бежавшими к толстому стволу дерева попаданками. – А я Кася. Брат учил немного с оружием, но...

Договорить она не успела, поскольку их троица уже встала на пути ползущего туда же главаря.

– Тупые курицы. Вам же, перед тем как запереть, нацепили «звенья». Или вы считаете, что просто получили украшения от доброго дядюшки Дана, который хотел вас порадовать? Это же не обычная метка или штуковина от вашей бывшей директрисы... Впрочем, вам эта информация ни к чему, – мерзко улыбаясь, поведал им мужчина, вытащив изо рта нож и приготовившись к схватке. Женщины с оружием его нисколько не напугали. При этом бандит незаметно, почти неуловимыми движениями что-то нащупывал второй рукой под кожаным клапаном своего баула.

Алина и правда вспомнила, что перед тем, как впихнуть их в клетки, на них нацепили какие-то штуковины.

– Арр... и-и-и... ш-ш-ш…

Боль была пульсирующей и резкой. Алина шипела, как осипшая змея, пытаясь продышаться. Рядом, хватая воздух ртом, так же извивалась на траве Иитеа. Только назвавшаяся Касей хрупкая девчонка стояла как вкопанная, сжимая в руке клинок, и мерзавец, раззявив рот, пялился на нее, как на восьмое чудо света. Шминдан не мог сообразить, почему она не свалилась вместе с остальными, понятия не имея, что девушка совсем не та пленница и артефакта на ней нет.

Впрочем, очухался он быстро. Неповоротливые и тупящие бандиты долго не живут и главарями не становятся. Стремительный бросок его тела из положения сидя девушка чуть не прозевала.

На счастье пленниц, резкое движение привлекло более опасного хищника. Перед глазами пронеслась алая молния и перехватила мерзавца, едва не раздавив спасенных попаданок галопирующими лапами. Сумка Шминдана с лопнувшим ремнем осталась валяться в траве.

А еще через пару мгновений над их головами вдруг раздалось оглушительное хлопанье гигантских крыльев, и на изрытую когтями красного дракона полянку один за другим начали спускаться его сородичи. Уже скулящей от усиливающейся боли Алине казалось, что их тысячи, перед глазами плыло. Активированный уже мертвым бандитом артефакт продолжал работать.

Даже когда его кто-то отключил, Акуличева не сразу пришла в себя. Скрючившись и быстро-быстро дыша, она сидела на траве, наблюдая, как отвязывают пленника и освобождают из узилища попаданок.

Казалось, что все закончилось. Ничто не предвещало новой беды, но, когда прилетевшие на драконах мужчины, одетые в военную форму, попытались извлечь из клетки Варнику, та вдруг заорала, забившись в припадке.

Очевидно, обезумевшая женщина, почувствовав прикосновение мужских рук, решила, что над ней опять будут измываться. Она не слышала увещеваний других попаданок и попыток что-то ей объяснить; вероятно, жестокие издевательства повредили ей рассудок. В какой-то момент несчастная, извернувшись, вырвалась из державших ее рук и с истошным визгом кинулась бежать к лесу.

Движения женщины были резкими, хаотичными, и ничего, что защитило бы ее от дракона, у нее не было.

Спасти ее не успели. Алому хищнику было все равно, и челюсти проворного дракончика сомкнулись на новой жертве до того, как кто-либо смог его остановить. Логика ящера была проста: добыча убегала от его хозяев. Значит, можно догнать и съесть.

Ужас накрыл попаданок с головой, заставив сбиться в кучу поближе к военным и замереть, не шевелясь. Гарти всхлипывала, Литеша от испуга начала икать, еще больше сжавшись в комок на грязной земле и кусая губы, и так искусанные в кровь.

– Не жалей ее и не вини себя, – услышала Алина и, повернувшись, увидела, как Иитеа утешает их новую знакомую. – Легкая смерть. Наверное, так даже лучше. Жить в таком состоянии после всего пережитого она вряд ли смогла бы. Разве что память стереть, но тело бы помнило. Кошмары никогда бы не покинули ее. Мииту хисаль – переродись счастливой.

Леми-эр обнимала девушку и говорила то, что сказал бы любой представитель ее расы. В том мире, откуда она здесь оказалась, к смерти и прочим неприятностям относились философски. Можешь изменить – меняй, не можешь – прими. Надо жить дальше.

– Зато остальных спасли. – Слегка покачивая Касю, словно баюкала ребенка, Иитеа говорила и говорила. – Горюя о потерях, погибших не воротишь, не стоит тратить жизнь на скорбь об ушедших. Надо заботиться о живых! Мужчина твой жив, мы уцелели. А бандиты... – В голосе леми-эр неожиданно для всех мелькнула усмешка. – Твой зверь в ближайшее время вряд ли взлетит. Надеюсь, ему не понадобится целитель! И еще я помню обещание. Махмыр будет твоим, сестра.

На полянке в это время суетились драконьи наездники. К пирующему на останках врагов, стащенных им в кучу, красному никто из вновь появившихся не приближался.

И оказалась их не тысяча, а всего четыре. Четыре дракона со своими летунами.

Внезапно разозлившаяся из-за их спокойной деловитости Алина вдруг подскочила и весьма агрессивно для спасенной начала высказывать бравым военным совсем не слова благодарности:

– Молодцы! Девчонку в пасть врагам сунули. Дождались, пока она со своим драконом бандитов уконтрапупит, и явились такие спасители все в белом! Нимб не жмет? Крылья не мешают? Вы где прятались, настоящие мужчины? И где ваша совесть? Никак на хранение Спящей красавице сдали, чтобы забрать лет через сто? – Подбоченившись и зло сверкая глазами, Акула, отводя душеньку, ругалась на чем свет стоит, только что не напирая своими пышными формами на стройного, как все летуны, командира кварты.

– Полегче, красавица, – безуспешно пытался остановить ее эмоциональный монолог один из летунов. – Там над вами такие штучки зависли, что один удачный бум – и от вас мокрое место бы осталось. А мы...

– А-а-а, так вы ждали, пока они куда-нибудь денутся, чтобы они и по вам вместе с нами не попали? Орлы! Гордитесь теперь! – Тряхнув рыжими волосами, женщина резко развернулась к говорившему всем корпусом, отчего рукав, стянувший на груди порванную бандитами рубаху, скособочился, опасно углубив невольное декольте.

– Мы держали над этим местом магический рассеиватель удара, образовав лучистый круг в воздухе. – Растерявшийся до того командир кварты, потупив глаза, накинул ей на плечи свой мундир. – Это потребовало сил всех летунов и наших драконов. Двух дюжин драконов, чтобы удар с дирижаблей не стер эту поляну в порошок. Хорошо, что до этого по просьбе графа сюда было направлено четыре кварты. Только вот отыскать их и собрать все вместе было делом не пары минут. Так что, мисель, ваши обвинения справедливы лишь отчасти. Мы действительно выжидали, а курсант должна была совершить диверсию. Ее прикрывали и при серьезном риске спасли бы.

Акуличева, уже собиравшаяся было вернуть ему мундир, стушевалась и растеряла весь запал. Ей даже на мгновение стало стыдно за свои резкие слова и поспешные выводы.

– Стратегия, – тряхнула зеленым ирокезом ее верная подруга. – Алиа, мужчины всегда имеют расчет. Потому выигрывают войны, сберегая ресурс. Когда воюет сердце, цена потерь возрастает многократно. Женская война – это битва засушенных горем сердец. Не спасется никто.

– Мудрая мысль, мисель. – На поляну в отсветах догорающего костра шагнул, настороженно принюхиваясь, огромный темногривый лев. – Надеюсь, ваша способность здраво рассуждать поможет мне настоять на том, чтобы переместиться куда-нибудь в более комфортное и безопасное место?

– Ваше сиятельство? – Оказавшаяся курсантом девчонка ахнула. – А карфл? А...

Было видно, что она нисколько не боится гривастого хищника и ее очень интересует какая-то неведомая попаданкам штука. Как оказалось, это и были те самые, чем-то опасные для двуликих, но священные цветочки. Сейчас на поляне их практически не осталось.

Его звериное сиятельство что-то говорил девушке, объясняя. К их беседе подключилась Иитеа. Касю заботила судьба ее обожравшегося кровожадного чудовища, какие-то шевроны и, конечно, «вовсе не ее полковник». Ее, похоже, тоже куда-то забирали вместе со всеми, обещая встречу с родными.

Все это Алина отмечала про себя, прислушиваясь к творящемуся в округе лишь краем уха. Ей надо было успокоить остальных женщин, которые тянулись к ней за утешением, признав негласным лидером их маленькой обездоленной группки.

Граф Нейрандес в своем львином облике в это время развил бурную деятельность по перемещению всех спасенных в безопасную точку.

– Ближайшее к этому месту – баронство Норхитров, – мягко рыкнул он, подойдя к отшатнувшимся от него как от хищника попаданкам и ни капли не дрогнувшей Алине. – Вас доставят туда под моей личной усиленной охраной, обеспечат целителей и кров. Подобного происшествия не повторится. Даю вам, мисель, свое слово.

Пока все организовывали, немного поразмышлявшая сама с собой Алина вознамерилась пообщаться с их спасительницей, подметив в ее манерах и поведении знакомые черты и решив сразу развеять свои домыслы, если ей показалось.

– Ты, так понимаю, тоже попаданка с Земли? – подойдя к черноволосой девушке, сидевшей на каком-то ящике, поинтересовалась она, пристально рассматривая Касандру и зябко кутаясь в одолженный ей мундир летуна.

– Да. Шесть лет назад попала сюда. Катя Птичкина я. Теперь Касандра Воронкова. Приемная дочь рода двуликих воронов, – устало пожав плечами, отозвалась та.

– А я Алька. Алина Акуличева, или просто Акула, – усмехнулась в ответ Алина, протягивая для пожатия ладонь. – Тоже с Земли. Будем знакомы, спасительница.

Так у Алины появилась еще одна подруга, бывшая землячка. Именно тогда она еще не знала, что на время разлучится с ней и Иитеа. У каждой был свой, кем-то предначертанный путь.