Текст книги "Ненавистная жена. Вызов для попаданки (СИ)"

Автор книги: Анна Кривенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

Глава 30

Самозванка

Старушка Раиля протянула мне украшение на потёртой, грязной верёвке.

– Что это? – спросила я, недоверчиво всматриваясь в неприхотливый, грубо выплавленный из металла кулон.

Её беззубый рот растянулся в усмешке.

– Амулет иллюзии, – ответила она, голос звучал хрипло, но уверенно. – Наденьте его, и никто вас не узнает.

Я замерла, недоверчиво нахмурившись.

– Иллюзия? – голос прозвучал скептически.

Раиля усмехнулась, и её глаза лукаво блеснули.

– Не верите? – Она сорвала такой точно амулет с собственной шеи, и я ахнула.

На моих глазах её морщинистое лицо начало изменяться. Глубокие складки разгладились, кожа стала ровнее, черты лица обострились. Она выглядела не особенно молодой, но, возможно, лет на пятьдесят. Чёткие, броские черты лица, чуть тронутые сединой волосы, но ухоженные и блестящие. И, главное, при улыбке обнаружились абсолютно все зубы.

– Игвары мы с сыном, – сказала она с лёгкой гордостью.

– Игвары? – переспросила я, ничего не понимая.

Раиля кивнула.

– Да, под иллюзией оба. Ему, к примеру, всего тридцать. Мы сбежали из нашего королевства, потому как там магия иллюзий запрещена. Здесь же о ней никто и слыхом не слыхивал.

Она протянула мне амулет.

– Вам, госпожа, помогу, если никому об этом не расскажете. Полюбились вы мне, чистая душа…

Моё сердце забилось быстрее. Этот мир казался странным, но я никак не ожидала встретить настоящую магию.

– Спасибо, Раиля, – прошептала я, искренне улыбнувшись. – Я этого никогда не забуду.

Раиля только кивнула, её глаза светились мягкой теплотой.

* * *

Коридор, казалось, растянулся в бесконечность. Я, переодетая в простое платье служанки, шла, стараясь быть незаметной. Иллюзия тёпло окутывала меня, защищая от посторонних взглядов.

Но внезапно тишину нарушил крик.

– Что за безобразие! Ты можешь двигаться немного быстрее, улитка канавная! – голос, раздавшийся за углом, заставил меня замереть.

Этот голос походил на мой… кажется. И всё же он звучал грубее, резче, был наполнен презрением. Сердце заколотилось сильнее, ноги сами понесли меня в сторону звука.

Завернув за угол, я остановилась, широко распахнув глаза.

Передо мной стояла она. Моя копия.

Та же фигура, те же черты лица, но что-то в ней было не так. Брови капризно изогнуты, подбородок высокомерно задран, губы поджаты. Прямая осанка подделки излучала надменность и власть.

– Простите, госпожа! – лепетала молоденькая служанка, глядя на самозванку глазами, полными страха.

Та махнула рукой в небрежном жесте.

– Исчезни, пока я не занялась тобой основательно! – бросила она с раздражением.

Служанка кивнула и убежала, неуклюже потыкаясь. А самозванка повернула голову и вдруг заметила меня.

Её глаза прищурились.

– Эй ты, иди сюда, – приказала она надменно.

Я сделала глубокий вдох и направилась к ней, стараясь выглядеть как можно более покорной. Сердце гулко стучало в груди. Боже, хоть бы иллюзия сработала!

Она смерила меня подозрительным взглядом и вздёрнула подбородок ещё выше.

– Идёшь со мной, – бросила высокомерно. – Поможешь убраться в комнате…

Не дожидаясь ответа, она развернулась и направилась в сторону… спальни Ромео.

Я последовала за ней, стараясь дышать ровно. В груди клокотало от гнева. Какая-то мымра так отвратительно играет мою роль и портит мне репутацию!!! Поэтому я обязательно с ней разберусь…

Но едва мы вошли в комнату, как я почувствовала, что заныла душа.

Ромео лежал в кровати, бледный, с закрытыми глазами. Сердце невольно сжалось. Кажется, душа Джульетты вновь заставляет меня чувствовать его боль.

– Собирай это, – самозванка указала на осколки разбитого кувшина, разбросанные по полу.

Я кивнула, присела на корточки и начала собирать осколки в тряпку, стараясь достойно играть роль покорной прислуги. Лгунья же в это время бродила по комнате, бормоча что-то себе под нос.

Внезапно со стороны кровати раздался стон.

Я замерла. Самозванка тоже остановилась, её взгляд метнулся к Ромео.

Тот пошевелился, веки дрогнули, и через мгновение его глаза медленно открылись.

– Ромео, любимый! – воскликнула самозванка, бросаясь к нему со всех ног. Её голос звучал наигранно, лишённый настоящих эмоций.

Она присела на край кровати, нежно касаясь его руки.

– Ты очнулся, какое счастье! – шептала трепетно.

Я скривилась, глядя на эту жалкую попытку сыграть правдоподобную роль. Если она пыталась быть мной, то выходило это отвратительно. Я бы никогда не назвала Ромео любимым…

Муж долго смотрел на неё, не отрывая взгляда. Его лицо оставалось бледным, несчастным и… растерянным.

А потом он тихо, хриплым голосом произнёс:

– Кто вы такая?

Самозванка застыла. И я вместе с ней…

* * *

Моя никудышняя копия с притворной нежностью наклонилась к Ромео, её тонкий голос задрожал, будто она собралась вот-вот расплакаться.

– Ромео, это я, Джульетта, твоя жена, – всхлипнула она притворно. – Ты не помнишь меня? Ты был ранен, милый. Но всё пройдёт, обещаю!

Она театрально вытерла несуществующую слезу, склоняясь ближе к его лицу.

Ромео, однако, смотрел на неё хмуро, как будто пытаясь разобрать, что за спектакль разыгрывается перед ним. Его глаза медленно оглядывали комнату, словно он искал подтверждение реальности происходящего.

– Всё будет хорошо, дорогой, – не унималась самозванка. – Ты обязательно меня вспомнишь…

Ромео не отвечал. Его брови были сведены, губы сжаты в тонкую линию, взгляд блуждал по комнате, как будто что-то не давало ему покоя.

Самозванка перестала причитать, её лицо изменилось. Она быстро схватила с тумбочки кружку с отваром, приподняла его голову и почти заставила выпить.

– Пей, милый. Это поможет, – прошептала она с фальшивой заботой.

Ромео сделал пару глотков, затем его веки затрепетали, и он снова закрыл глаза. Его дыхание стало ровным, лицо расслабилось.

Самозванка выпрямилась, её прежняя нежность исчезла. На губах появилась довольная улыбка, глаза блеснули хищным огнём.

– Просто замечательно! – шепнула она, не замечая меня, всё ещё стоящую на коленях с осколками в руках. – Он всё забыл. Теперь всё будет ещё проще!

С этими словами она гордо выпрямилась, бросила последний взгляд на Ромео и, покачивая бедрами, вышла из комнаты.

Я осталась стоять, едва сдерживая потрясение.

«Прекрасно, – подумала я с горечью, – служанки нынче приравниваются к мебели…»

Я медленно выпрямилась, глядя на спящего Ромео. Его лицо, казалось, было спокойным, но я знала, что это затишье обманчиво.

Неужели действительно всё забыл? Однако… потеря памяти не избавляет от дурного характера, – решила я, собирая осколки с пола, чтобы оставаться в нужном образе.

Я бросила последний взгляд на Ромео и повернулась к выходу. Мне нужно разобраться в том, кто занял мое место.

И вдруг…

– Юля… – тихий, хриплый шёпот раздался за моей спиной.

Глава 31

Родственница

Сердце всё ещё гулко стучало в груди, но я заставила себя отойти от кровати Ромео. Его тяжелое состояние не давало покоя, но оставаться там дольше было опасно. Самозванка могла вернуться.

Я направилась в свою комнату, предполагая, что лгунья обосновалась именно там, но чем ближе я подходила, тем отчётливее доносились голоса из комнаты напротив, которая была значительно больше моей. Ага, значит, ее не удовлетворили мои «хоромы». Быстро же она обустроилась тут…

Одна мысль об этой наглости вызывала безудержный гнев, но я благоразумно подавляла его.

Дверь в ту другую спальню была приоткрыта, и я замерла неподалеку, прислушиваясь. Один голос, принадлежавший моей копии, звучал резко и недовольно. Второй – знакомый, тягучий, будто змеиное шипение – бормотал что-то нечленораздельное. Зинельда!

Гнев усилился. Эта гадкая женщина посмела запереть меня в темнице и, возможно, собиралась убить. Именно ей я обязана появлением самозванки, значит, вся ответственность лежит на тетке. Кстати, теперь стало понятно, чего добивалась Зинельда, постоянно меня подставляя. Она не хотела, чтобы Ромео узнал меня достаточно хорошо, потому что собиралась в скором времени меня заменить. Глупый муж, возможно, даже не заметит подвоха, ведь меня он действительно совершенно не знает. Правда… он считает, что я крутила роман на стороне, поэтому самозванке будет трудновато. Хотя… если Ромео действительно потерял память, это уже не имеет никакого значения.

Я придвинулась ближе, надеясь расслышать хоть слово, и разговор шёл на повышенных тонах, женщины перебивали друг друга, даже не удосужившись проверить, хорошо ли заперта дверь.

Кстати, рассеянность и безответственность – это как раз-таки очень распространенная черта у людей, прожженных порками. Уловить смысл было трудно, но вскоре до меня начали доноситься фразы.

– Как она могла сбежать??? Почему поставили только одного надсмотрщика???

Это разорялась самозванка. И говорила явно обо мне. Значит, заметили? Надеюсь, Морис не сильно пострадает…

– Да кого я могла найти еще, Юлиана! – начало было возмущаться тетушка, но девушка шикнула на нее.

– Эй, не смей меня так называть! Я Джульетта, заруби себе это на носу, мама!

Я опешила. Мама? Значит… вот почему они с Джульеттой так похожи! Генетическая лотерея произвела на свет слишком похожих друг на друга кузин…

– Не волнуйся, Джульетта! – быстро исправилась Зинельда. – Даже если племянница вернется, она никогда не сможет доказать, что является женой Ромео. Да и побоится она, я знаю. А ты, главное, не сильно выбивайся из образа. Хоть немного держи себя в руках, а то ты так кричишь…

– Прекрати! – взвизгнула самозванка. – Я веду себя так, как надо! И не нужно мне указывать… Лучше поработай со слугами и хорошенько их настращай, чтобы не смели перечить. А то я и до плети дойти могу.

В этот момент послышались шаги, как будто кто-то из них собрался покинуть комнату, поэтому я в панике открыла соседнюю дверь (к счастью, та была открыта) и затаилась. Мимо проскочила взвинченная Зинельда и умчалась прочь по коридору.

А я выдохнула. Вот это новость! Значит, самозванка – это всего лишь родственница и всего лишь дочь сумасшедшей тетки. Значит, никакой опоры, кроме их обмана, у них нет. Это хорошо. Проще будет разрушить их замыслы…

* * *

Два дня я мучилась, продумывая, как избавиться от самозванки. Все мои идеи рушились, стоило мне лишь представить, как она высокомерно объясняет всем, что я «обманщица», а она настоящая «госпожа».

Да и мнение слуг ничего не значило. Сделать правильный выбор должен был Ромео, а он был пока не в себе.

Ситуация казалась слишком сложной, но не безнадежной.

Кстати, Морису ничего не было. Как с улыбкой объяснила его мать, Зинельда просто слишком труслива, чтобы быть достаточно властной и жестокой. Выгнать слугу, который был нанят отцом Ромео, было немного опасно. Можно было схлопотать проблем, а именно неприятностей Зинельда боялась больше всего. Поэтому она просто отругала незадачливого стража и оставила его в покое.

Теперь я понимала, что дочь Зинельды гораздо более кровожадна и испорчена, хотя это ничуть не убеляло коварную тетку.

Однако судьба будто решила подкинуть мне шанс.

На третий день в поместье появилась Элинор. Влетела, как фурия, громко топая каблуками по мраморному полу, так что от каждого удара звенело в ушах. Едва скинув с плеч манто, она сразу направилась в спальню Ромео, расталкивая служанок у его двери.

Я как раз принесла чистые полотенца и стала свидетелем этого спектакля.

– Братик! – её голос, обычно наполненный высокомерием и ехидством, дрожал от едва сдерживаемого ужаса. Она упала на колени возле кровати Ромео и схватила его за руку.

– Что же ты нас пугаешь? – продолжила Элинор, всхлипнув и с трудом сдерживая слёзы. – Выздоравливай! Родители тоже скоро будут. Представляешь? Нам сообщили только сегодня утром…

Я замерла. Значит, скоро здесь будет и чета Сильетти? Что ж, самозванке придется непросто. Но она была очень хитрой и способной на многое, а это увеличивало шансы её успеха.

Ромео был бледен, едва дышал, и казалось, что он вовсе не слышал её слов.

– Голову откручу твоей женушке, – прошипела вдруг Элинор, и её голос зазвенел от злости. – Эта дрянь даже не удосужилась сообщить нам раньше!

Её лицо исказилось от ярости, и даже служанки, державшиеся у дверей, отступили на шаг.

Я усмехнулась. Элинор была невыносима, но её неудержимый нрав мог стать моим оружием.

Идея осенила меня внезапно.

А что, если эти две змеи – Элинор и самозванка – сцепятся? Будет неплохое представление…

Элинор обожала устраивать сцены, особенно если это касалось её родных. А самозванка была слишком высокомерна, чтобы позволить кому-то взять верх.

«Если их стравить, они сделают за меня всю работу», – подумала я, наблюдая, как Элинор резко встала и зашагала к двери.

– Эй ты! – крикнула она, заметив меня.

Я вздрогнула, но тут же поклонилась, стараясь скрыть волнение.

– Где моя так называемая невестка? – потребовала Элинор.

– Я… я провожу вас, госпожа… – произнесла кротко.

– Побыстрее! – прикрикнула она раздраженно, а затем уставилась на меня так, будто что-то заинтересовало её во мне. – Я тебя знаю? Ты новенькая?

– Новенькая, – поспешила произнести я, опуская лицо пониже. – Пойдёмте, госпожа…

Элинор разглядывала меня еще пару мгновений, после чего приподняла тяжелые юбки и отправилась прочь из комнаты с высоко задранным подбородком. Я последовала за ней, надеясь понаблюдать нужную сцену, ожидающую впереди…

Глава 32

Веселье, а потом тревога

Элинор вошла в комнату самозванки и на эмоциях неплотно прикрыла дверь. Я осталась в коридоре и прильнула к щели.

– Джульетта! – закричала она, заставив мою кузину вздрогнуть и резко развернуться. Из её рук выпала чашка с кофе и разбилась, осколки разлетелись по полу. – Ты хоть понимаешь, что наделала? – голос Элинор, резкий и возмущённый, разносился по комнате с эхом. – Родители даже не знали, что Ромео был при смерти. Как ты могла так халатно отнестись к Ромео? Ты хотела, чтобы он умер, и никто не узнал, что ты приложила к этому руку?

– Хватит на меня орать! – грубо отозвалась самозванка. Её голос был полон раздражения. – Кто ты такая, чтобы мне указывать?

Элинор, судя по всему, была ошарашена. На мгновение в комнате повисла тишина.

– Кто я такая? – наконец, ошеломлённо выдохнула она. – Я – член семьи Сильетти, а вот ты – жалкая, мерзкая крестьянка!!! Ты – никто, и тебе стоит преподать урок, как вести себя в приличном обществе!!!

– Ах так? – ехидно ответила самозванка. – Кажется, это ты забыла о своих манерах. Врываешься в мой дом, орёшь на меня как ненормальная. Я здесь хозяйка. Убирайся отсюда, чтобы я тебя даже не видела!

Я прикусила губу, чтобы не расхохотаться. Даже через дверь я могла представить, как перекосилось лицо Элинор.

– Ох ты ж… поганка! – взвизгнула та, и мне показалось, что она топнула ногой. – Мухомориха ядовитая!

– Ах, бедная Элинор! – продолжила самозванка, не скрывая издёвки. – Тебя ведь сейчас просто раздуло от возмущения. Конечно, как это я не уважила такую великую особу, которая только и делает, что пытается компенсировать отсутствие собственного достоинства неизменными попытками лезть в чужие дела!

– Да как ты смеешь! – Элинор явно потеряла самообладание. – Ты – никто, и звать тебя никак, и я не позволю такой выскочке разрушить нашу семью!

– Семью? – самозванка расхохоталась. – Ну да, конечно, семья. Семья, которая кичится своим происхождением, как будто у них действительно голубая кровь. Если в Ромео и в его родителях есть хоть что-то величественное, то ты здесь каким боком оказалась?

Элинор сорвалась с места и бросилась на самозванку. Она вцепилась ей в волосы и стала дёргать с такой силой, что едва не вырвала клок.

– Убери свои руки! – заорала самозванка.

Послышались звуки возни. Лже-Джульетта тоже схватила Элинор за первое попавшееся, и они начали мутузить друг друга, повизгивая, как поросята. Мне пришлось зажать рот рукой, чтобы не рассмеяться в голос.

Раздавались вопли, шуршание тканей, звон разбитой посуды.

– Отпусти мои волосы, дура! – завопила самозванка.

– Только если ты отцепишься от моих! – закричала в ответ Элинор.

Но никто не хотел отпускать первой. Я уже не могла сдерживаться. Смех сотрясал меня, и я буквально кусала язык, чтобы не выдать своё присутствие.

Однако моё веселье прервало резкое шипение за спиной.

– Где госпожа? – голос прозвучал слишком близко.

Я резко обернулась и увидела знакомую служанку. Это была девчонка лет семнадцати. Кажется, её звали Алиса. Она была бледной, напуганной и таращилась на меня, как на привидение.

– В чём дело? – нахмурилась я. – Почему ты здесь?

Алиса вздрогнула и, переминаясь с ноги на ногу, выдавила:

– Я ищу госпожу Джульетту.

Сквозь приоткрытую дверь снова донёсся звон. Похоже, очередной кувшин встретился с полом. Алиса икнула от испуга и отшатнулась.

– Зачем тебе нужна леди Джульетта? – Внутри меня начинало закипать недовольство.

– Я должна сообщить ей… – служанка снова умолкла, нервно глядя на дверь, за которой продолжалась война.

– Продолжай, – потребовала я.

Служанка прикусила губу и отвела взгляд. Я почувствовала, как терпение начинает меня покидать.

– Отвечай немедленно! Что происходит?

Алиса замерла, побледнела ещё больше и, в конце концов, выдохнула:

– Я пришла сказать госпоже Джульетте, что господин Ромео исчез.

Я ошарашенно замерла.

– Исчез? – переспросила, нахмурившись. – Его нет в комнате?

Алиса отрицательно покачала головой.

– Его нет в поместье? – добавила я дрожащим голосом.

– Мы всё обыскали, даже чердак. Но потом тётя Анна с кухни… – Алиса замялась, избегая моего взгляда.

– Ну?

– Она сказала, что видела господина, когда он выходил из дома, одетый и с сумкой в руках.

Я почувствовала, как сердце переворачивается в груди.

Ромео ушёл? Тот, кто вчера был при смерти? Куда он мог отправиться в таком состоянии?

Забыв о весёлой перепалке за дверью, я бросилась к выходу, но замерла уже на пороге дома.

Одежда! На улице лютая зима…

Развернувшись, я со всех ног рванула в свою бывшую спальню. В голове пульсировала только одна мысль – нужно переодеться.

Без малейшего угрызения совести я открыла шкаф, принадлежащий Джульетте, и вытащила оттуда самый тёплый плащ с глубоким капюшоном. Затем натянула сапоги и в таком виде выскочила во двор.

Снаружи царила странная, почти осязаемая тишина, словно весь мир замер в ожидании. Мягкий хруст снега под ногами раздражал своим громким, отчётливым звуком. Я быстро огляделась, надеясь увидеть хоть какую-то подсказку.

Но ничего.

Не теряя времени, начала оббегать двор, заглядывая за каждый угол, надеясь, что Ромео просто где-то задержался. Через несколько минут, поняв, что поиск не даёт результата, я бросилась к воротам.

Казалось бы, почему я переживаю о нем? Но с некоторых пор моё сердце жило своей собственной жизнью…

У ворот стоял привратник, закутанный в плотный тёплый плащ. Он выглядел таким же неподвижным, как и всё вокруг, и, казалось, уже превратился в часть этого зимнего пейзажа.

– Вы не видели господина? – спросила я, подбежав к нему. Мой голос прозвучал резче, чем я хотела.

– Господина Ромео? – привратник удивлённо приподнял брови и почесал голову. – Да, видел.

Я напряглась, ожидая продолжения ответа.

– Он ушел минут пять назад.

– Ушёл? – переспросила я.

Привратник кивнул.

– Да. Обычно господин выезжает на лошади, но в этот раз пошёл пешком.

Я почувствовала, как сердце пропустило удар.

– Спасибо, – выдохнула я и бросилась за ворота.

Морозный воздух больно обжигал лёгкие. Я хватала его жадными глотками, стараясь не обращать внимания на боль в горле. Следы на снегу были свежими, отчётливо виднелись на белоснежной дорожке. Они вели вдоль дороги, по направлению к городу.

В голове царил настоящий хаос.

Зачем он ушёл? Почему? Что заставило его покинуть поместье в таком состоянии? Куда он идёт?

И тут же другая, не менее мучительная мысль: «Какая мне разница? Пусть идёт. Это его жизнь».

Но эта мысль не принесла облегчения. Вместо этого тревога только усилилась, словно тяжёлый груз давил на грудь.

«Он же болен… Он же может упасть где угодно. А если ему станет хуже?»

В какой-то момент я устала спорить с собой и просто решила действовать. Сосредоточившись на следах, я шла всё быстрее, почти переходя на бег.

Наконец, вдалеке я заметила тёмный силуэт. Сердце замерло, а затем забилось вдвое быстрее.

Я ускорила шаг…

Глава 33

Шок

Силуэт Ромео маячил вдалеке, заставляя сердце резво колотиться. Я ускорила шаг, предполагая, что придется даже бежать. Снег хрустел под ногами, морозный воздух обжигал лёгкие, но я не могла остановиться. Мне нужно было догнать его во что бы то ни стало.

Возможно, меня снова подталкивала душа Джульетты, не знаю, но я решила не идти на поводу своей гордости и попытаться мужа остановить.

Ромео двигался медленно, и это было неудивительно – ранение явно давало о себе знать. Однако куда он собрался в таком состоянии? Этот вопрос буквально разрывал мой разум. Я не могла понять причин такого странного поведения. Потеря памяти? Ну, допустим. Но как можно потерять характер, привычки? Прежний Ромео не стал бы позорно убегать втайне ото всех, даже если бы всё забыл. Я фыркнула про себя. Всё это казалось каким-то абсурдом.

Пришлось всё-таки перейти на бег, чтобы сократить расстояние между нами. Запыхавшись, я наконец замедлилась, когда нас разделяли какие-то двадцать шагов. Сжала губы. Звать его не хотелось. В груди плескалась какая-то старая обида, которую я тщетно пыталась загнать поглубже. Хотя… никакие обиды не отвадили меня от того, чтобы мчаться за ним сломя голову…

– Ромео! – выкрикнула я изо всех сил, окончательно решив не держаться за прошлое.

Муж замер, но не обернулся. Он стоял, слегка пошатываясь, словно решая, стоит ли ему вообще реагировать на голос за спиной. Пришлось снова поднажать. Я поравнялась с ним, громко дыша и готовясь к непростому разговору.

– Ромео, ты, конечно, человек вольный, – проговорила я, стараясь сделать голос спокойным, но недовольство рвалось наружу, – но куда ты собрался в таком состоянии?

Он повернулся ко мне медленно, с хмурым, даже раздражённым выражением на лице. Я уже приготовилась к стандартной тираде насмешек и упрёков, но его ответ ошеломил меня.

– Кто вы?

Я остолбенела, моргнула раз, другой. Только спустя мгновение осознала, что всё ещё нахожусь под личиной амулета. Вот глупая! Я быстро потянулась к шее и сорвала верёвку с амулетом, чувствуя лёгкую щекотку по коже – иллюзия спала.

– Я Джульетта. Твоя жена, Ромео. Теперь узнаёшь?

Он молчал, долго и пристально рассматривая меня, а затем выдал:

– Джульетта? Ромео? Что за чушь! Лучше объясните мне, где я нахожусь? Что здесь вообще происходит? Кто меня привёз в этот дом?

Я моргнула, потеряв дар речи.

– Ты в своём собственном поместье. Оно принадлежит тебе, – сказала я, стараясь не показать охватившее меня волнение. Неужели действительно потерял память? Вот уж не думала, что такое возможно.

– Принадлежит мне? – он недоверчиво прищурился. – Но это невозможно. У меня нет богатеньких родственников с наследством, так что… придумайте версию получше.

Я нахмурилась. Дело принимает неожиданный оборот. Неужели Ромео отказывается от своего имущества? Он, наверное, болен…

– Послушай, тебе нужно вернуться домой, – сказала я холодно. – Ты едва-едва встал на ноги. И сам себе портишь самочувствие, убегая непонятно куда в таком состоянии. Тебе нужно отлежаться.

Но Ромео только досадливо вздохнул и перебил меня:

– Вы не понимаете… – в его голосе прозвучала раздражённая нотка. – Я не знаю, за кого вы меня принимаете, но я не имею к вам никакого отношения и не могу быть вашим мужем.

Мои глаза расширились.

– Да, потеря памяти налицо… – пробормотала я, тяжело выдыхая.

– Ничего я не терял, – отрезал Ромео, поморщившись. – Я прекрасно помню, кто я такой. Меня зовут Роман Веселков, и я не имею ни малейшего понятия, почему вы решили, что я ваш муж.

Я застыла. У меня внутри всё похолодело и замерло. Что он только что сказал? Роман Веселков? Я сплю???

– Повтори, как тебя зовут? – попросила я осторожно, чувствуя, как колени предательски ослабели. Кажется, я начинаю сходить с ума.

– Роман Веселков. – Он выглядел раздражённым. – И я бы очень хотел знать, кто вы и почему меня здесь удерживаете.

До меня только сейчас дошло, что он имеет в виду…