Текст книги "Брак по расчету. Невеста босса (СИ)"
Автор книги: Анна Герцева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)
Глава 22
– Я тебя не ждала, – ответила строго и решительно, сложив руки в замок на груди.
Дмитрий осмотрел меня мрачным взглядом, проходя внутрь, не проронив ни слова.
– Разуйся, пожалуйста. Пока здесь живем мы с сыном, это не холостяцкая берлога, где в равной степени наплевать на гигиену, во всех смыслах этого слова. Сеня лазит по полу. Я не хочу, чтобы он собирал бактерии после твоих туфель.
Дементьев усмехнулся, видимо, поймав мой злой сарказм про «все смыслы слова гигиена», но выполнил мой «приказ». Его взгляд продолжал меня прожигать– тяжелый, выдержанный. Все-таки пугающий. Иногда мне казалось, там, за ледяным настом огромный бездонный океан. И его воды могут быть для тебя смертоносными… Он был опасным человеком. Я чувствовала это на интуитивном уровне. Хотя это было понятно и без интуиции– такие деньги джентельменством не заработать, как минимум в начале. Так Андрей всегда говорил.
Только сейчас оторвалась от этих глаз и увидела, что в руках у него пресловутый оранжевый пакет с его «подарком».
– Забыла… – отсалютовал мне пакетом, поставив в сторону.
– Не нужно. Подари своей очередной подружке. У Вики или Ники, как там ее, уже есть. Пусть будет еще у кого-то. Хотя… Наверное, есть еще у многих– ты партиями их заказываешь?
– Ревнуешь? – выдохнул, искривив рот в усмешке и упал на диван.
Я хмыкнула и повела плечами.
– Сядь, – постучал по дивану рядом с собой.
Так по-хозяйски, небрежно.
Я чуть не поперхнулась от такого хамства. Вот точно, тот самый Дементьев, что ручонки свои тянул ко мне под столом в первый день! Конечно, устал, наверное, претворяться хорошим и воспитанным…
Подняла бровь и села, но напротив, на кресло, а не к нему. На безопасное расстояние.
– Ну, хоть там… Так что это было, Злата? Ты почему сбежала? – выдохнул устало. В его тоне не было враждебности. Я ожидала, он будет злее, когда мы встретимся…
– Я не сбегала. Мне просто была неприятна эта девица и ваш милый разговор, в котором я явно была лишней…
– Она просто проходила мимо…
– И дала мне понять, что… – зависла я, чувствуя, как на языке сразу несколько вариантов того, что она мне «дала понять»…
– И что же? – его губы чуть заметно дернуло улыбкой. Гад. Еще и потешался надо мной.
– Ничего. Давай закончим этот разговор. Ты почему вообще здесь? Мы же договорились, что ты тут не ночуешь! Я вообще-то устала и хочу спать!
Он встал, глубоко и раздраженно вздохнув. Подошел ко мне, наклонился и навис сверху, заслоняя свет. Стало даже страшно. Я чувствовала его дыхание на макушке.
– Мы о таком не договаривались, Злата. Я у себя дома. И ты у себя дома. Это теперь твой дом. Ты моя невеста. И ты не имеешь права вот так вставать и убегать из ресторана, не предупредив меня, каким бы ни была причина. Даже если Ника. Вика, Лика или Клубника подойдут и разденутся перед нашим столиком, – он отчеканивал каждое слово. И да, вот теперь он был зол, хоть и не орал.
– Вообще– то нет. Не должна. Я не одна из этих «анжелик», Дементьев. И не собираюсь опускаться до общения с ними или еще хлеще– соревнования в острословии, – парировала я, не отводя взгляда, – Только один совет. Ты что-то мне пел про правдоподобность наших отношений. Не забывай, что Москва, особенно ваша-светская– это большая деревня. Раз уж ты втянул меня в этот фиктивный фарс, сделай так, чтобы бабы, с которыми ты удовлетворяешь свои потребности, не вещали об этом направо и налево и не вели себя в присутствии женщины, которую ты именуешь невестой, как с пустым местом, лишний раз демонстрируя, что у нас с тобой все понарошку.
Хищнически улыбнулся в ответ.
– Эта дешевка– пройденный этап, Злата. Раз уж ты сама открыла эту тему, скажу прямо. Очевидно, что у меня были женщины. И их было много. Вероятность того, что кто-то из них встретится на нашем пути, есть. Вероятность того, что у кого-то из них окажется дорогая брендовая сумка, как у тебя, тоже есть. У меня тоже Мерседес, как у тысяч других мужчин в этом городе. Это признак статусности, а не того, что я кому-то что-то дарил. И уж точно это не повод включать стерву. Я ведь был там с тобой, а не с ней. И её ядовитые фразочки как раз говорили о её уязвленности тем, что рядом не она, а ты… С такими я вообще в обществе не появлялся. Их место в…
– Попрошу избавить меня от подробностей твоих сексуальных игрищ, – резко осекла его я.
Дементьев застыл, впиваясь в меня глазами. Так обычно делают всякие альфа-самцы, когда им переходишь дорогу. Его взгляд потемнел. Мутные воды. Мутные холодные воды…
– Ты еще даже не начала слушать подробности моих сексуальных игрищ, пташка…
Его рука опустилась на мою шею, заставив замереть от страха и… трепета. А потом одним круговым движением кисти он скрутил мои волосы жгутом вокруг своей ладони и не больно, но ощутимо сжал, заставив запрокинуть голову.
Его действия и это долбанное «пташка», как он назвал меня в самом начале, пустили по крови разряд тока. Я невольно прикусила губу, а он зарычал и второй рукой поднял меня за талию, притянув и вжав в себя.
– Не надо, Дим… – выдыхаю ему в губы, чувствуя, как голова кружится и ноги подкашиваются. Я умоляла, но не для того, чтобы сдаться ему, а наоборот, призвать включить разум, не переступать черту… Если бы он сейчас меня не держал так крепко, точно бы упала.
Мои слова действуют на него, как катализатор. Какая-то обратная химическая реакция…
– Еще, – хрипло шепчет в ответ, вжимая в себя еще сильнее, – еще повтори…
Я чувствую его каменную твердость. Напряжена каждая мышца. Каждая… Даже…
– Что… повторить? – не понимаю я, выставляя вперед свои руки и непроизвольно пытаясь оттолкнуть его от себя, отодвинуть.
– Скажи еще раз так же… «Дима»…
– Не скажу, – огрызаюсь я, – знаешь– ка что? Приказывай своим телкам «статусным», как ты выразился. А мне не смей! Я не возьму эту сумку именно потому, что она показывает статус ее владелицы… Меня уже по этому самому «статусу» сегодня на интервью оценили. Это гадко! Гадко, когда на тебя смотрят пренебрежительно, думая, что твое единственное достижение– попасть в постель к тому, кто сможет тебя продвинуть! И вообще..
Я не успеваю договорить, потому что в этот самый момент он набрасывается на мой рот и глубоко, с языком целует.
Глава 23
Я что есть мочи бью Дементьева по плечами, чувствуя, как разум уступает место взрывным, раздирающим меня эмоциям. Хочется со всей силы ударить его по лицу. А еще хочется раствориться в поцелуе этого мужчины. Но я, конечно же, делаю ставку на первое.
Пытаюсь приноровиться и залепить ему пощечину, воспользовавшись ситуацией, но он тут же перехватывает руку, даже не отрываясь от меня..
Прямо мне в губы цедит.
– Только попробуй еще раз меня ударить, Злата. Один раз я тебе это простил. Второй– накажу.
– Отпусти… – выходит сдавленно, в смятые губы.
Я так возмущена, так возмущена и… И в то же время, жадно дышу мужчиной, которого так отчаянно хочу оттолкнуть…
– Объясни мне, что ты за баба, а? Другая бы на твоем месте воспользовалась ситуацией и сама бы ко мне в штаны залезла, а ты? Сначала думал, ты просто зашуганная. Нет, ни черта ты не зашуганная. Той еще стервой можешь быть, если что не по-твоему… Так что? Специально меня мурыжишь? Я и так только о тебе думаю…
Каким-то чудом удалось выкрутиться из его захвата. Отбежала в сторону. Губы горят от жесткости поцелуя и его щетины, натершей щеки. Сердце вот-вот выпрыгнет из груди… Наверное, все потому, что я не ожидала этого всего…
Зажмурилась до рези в глазах, глубоко вздохнула…
– Дмитрий, – посмотрела на него открыто, из последних сил собрав себя по частям, – то, что сейчас произошло, неприемлемо. И я хочу прописать в нашем контракте дополнительный пункт. О том, что между нами не будет никаких отношений. Что не будет никаких поползновений с твоей стороны…
Он усмехнулся, снова плюхаясь на диван и закуривая.
– Объясни мне, почему… Я что, какой-то дефектный? Почему ты исключаешь вариант, чтобы между нами были реальные отношения?
– Потому что их не может быть, – искренне сказала я чуть дрогнувшим голосом, – понимаешь, такое бывает. Мужчинам, особенно очень состоятельным, у которых слишком много соблазнов и разнообразия, свойственно увлекаться. Возможно, ты и правда нашел меня интересным объектом. Но поверь мне, этот интерес сойдет на нет, как только ты получишь то, что хотел. Потому что я не отношусь к той категории женщин, которые обычно бывают с тобой. Я не твой формат, Дима. Не в твоем вкусе. Я не похожа на всех этих моделей и эскортниц… И даже не похожа на обычных девах, которые мечтают попасть в эту категорию– и потом готовы сносить то, как ты трешь им коленки на переговорах под столом с возможным продолжением. Я просто хочу нормальной человеческой жизни, без притворства, позерства, необходимости все время на кого-то и на что-то оглядываться… У меня нет задачи кого-то или что-то урвать. И ни с кем соревноваться– в том, насколько идеальна моя укладка, сколько на лице морщин и насколько мой внешний вид дороже других– я не буду. У таких, как Ника – это в порядке вещей. У меня-нет. Я это я. И да, мы с тобой из разных миров. И для тебя эти отношения станут просто экзотическим развлечением– завалить училку, а для меня… – я сглотнула, понимая, что должна заканчивать, потому что сейчас расплачусь, – а меня они окончательно сломают как женщину…
Встал, подошел ко мне. Но не стал нарушать личного пространства. Мы сейчас были на расстоянии трех метров. Не ближе. Застыл. Сглатывает нервно так, что кадык дергается.
– Ты понятия не имеешь, что и кто в моем вкусе… И про меня… Ничего ты не знаешь про меня, Злата…
Теперь уже я нервно сглотнула. Вот сейчас он был совсем другим. И я даже не могла дать четкого определения– каким. Уязвимым что ли, ранимым, открытым… Как-то все равно все эти слова не клеились с его мощной фигурой всевластия…
В этот момент на тумбочке у торшера завибрировал мой телефон, который я туда положила в тот момент, когда Дементьев заходил в квартиру.
Мы оба перевели на него глаза и я с ужасом увидела три высветившиеся на дисплее буквы «М-У-Ж»…
Глава 24
Дмитрий видит, кто звонит. Его лицо становится каменным и каким-то даже более темным что ли…
– Ответь, – говорит он сухо и как-то глухо.
Таким голосом, что сердце падает в пятки. Мне реально сейчас страшно.
– Не хочу.
– Почему? Потому что я рядом? Помешал? Это поэтому мне не нужно появляться в этом доме? Ты с благоверным своим ночами милуешься?
– Не придумывай глупостей… – получается как назло нелепо и так, словно бы я оправдывалась перед ним…
Мы оба знаем, что его обвинения нелепы, но все равно правда сейчас вроде как на его стороне, а я оправдываюсь…
Телефон перестает звонить и я облегченно выдыхаю. Зря. Допрос с пристрастием продолжается.
– И часто он тебе звонит?
– Нет…
– Дай телефон, – протягивает мне руку.
– В смысле? – в голове начинает пульсировать. Словно бы меня и правда поймали с поличным…
– Я сказал, дай телефон. Покажи мне вашу переписку.
– Ничего я тебе не покажу! Ты мне никто! – лучшая защита– нападение. Ведь так?
Краешек его губы слегка кривится. На этот раз это не усмешка. Это ярость. Я даже отступаю на пару шагов. Вот сейчас я правда понимаю, что означает «страшно»…
– То есть когда какая-то шлюха подходит к нашему столу и просто несет дикую пургу, ты выставляешь меня идиотом перед всем рестораном, сбегая за взятку через черный ход… Потом предъявляешь мне, чтобы я бдел и соблюдал целомудрие, потому что якобы кто-то усомнится в правдивости наших отношений… А в этот момент что? Сама ведешь переписку с бывшим муженьком? Или не таким уж и бывшим? Может вы еще и потешаетесь надо мной? Телефон, Злата. Не заставляй меня повторять.
Я дрожащими руками протягиваю ему трубку.
– Код.
Диктую четыре цифры своего пароля.
Вижу, как его глаза бегут по сообщениям Андрея. Сколько их? Не меньше пятнадцати, наверное. Он как нарочно, строчит и строчит… Я даже не читала половины. Неинтересно. «Какой он дурак, какую ошибку совершил и как заблуждался» я и так уже поняла. Равно как и то, о чем он, конечно же, не писал– что он дурак, сволочь, предатель и в целом просто ничтожество.
Дементьев молча возвращает мне телефон, быстро фотографируя его номер.
– Зачем тебе? – спрашиваю взволнованно.
И снова этот взгляд. Боже, и страшно, и… Знаете, есть такое выражение в глазах у мужчины– оно пугает до чертиков. И в то же время, ты смотришь в такие глаза и понимаешь– это каменная стена. Это скала. Это глыба. Которая защитит и позволит не думать ни о чем. Но она же, наверное, может и насмерть раздавить…
Глава 25
Он ушел, тупо развернувшись на каблуках. А я так и осталась стоять истуканом с дико бьющимся сердцем из-за обилия мыслей.
Разумеется, ни о каком сне теперь и речи не могло идти. То, что Дементьев убежал из дома «выяснять отношения» с Андреем, сомнений не было. Я бессмысленно слонялась по дому, чувствуя озноб от подступающего спазмами волнения. На душе было очень неспокойно. Сотни раз активировала экран телефона, чтобы набрать ему и… останавливалась.
Сколько прошло? Два часа– три? Не меньше. На тот момент я уже извела все свои нервы. Почему я волновалась? Нет, не потому, что я боялась за Андрея. Хотя и не без того– Дементьев на его фоне казался львом супротив хорька. И уж конечно не за Дмитрия. Он за себя постоять точно мог. Меня пугал сам факт того, что таким, как Дементьев, нельзя переходить дорогу. И уж, конечно, делать из них дураков тем более. Он ведь еще тогда в ресторане расставил все точки над i перед моим бывшим мужем… А получалось, что я реально словно бы играла за его спиной, а Андрей… Андрея, как всегда, губил его противный, задиристый характер. Даже эта его внезапно вспыхнувшая ко мне снова страсть– не иначе, как ответная реакция, такое «на зло» Дементьеву.
– Ты где? – все-таки не выдержала я и написала Дмитрию короткое смс во втором часу ночи.
Ответ пришел спустя минут пятнадцать. Телефон дзынкнул вибрацией– и с этим звуком мое сердце опять ушло в пятки.
– Ложись спать. Я не приду.
Вот тебе и ответ. Понимай, как хочешь…
Чувствуя, что едва ли я получу от него более развернутого объяснения сегодня или в любой другой день, я попыталась «выполнить приказ», но кого я обманывала– сна не было ни в одном глазу.
Пошла в комнату к сыну и так и лежала рядом, наблюдая за тем, как небо в окне из черного превращается в серое. Очередной летний пасмурный день… И на душе так же пасмурно…
Дементьев не появился и в течение всего следующего дня. Я уже начинала немного беспокоиться– ведь через день, на четверг, у нас был запланирован визит Флипи.
Съездила в центр, пообщалась с набранным составом педагогов… Не выдержала, позвонила Дмитрию. Думала, не поднимет, но он ответил почти сразу.
– Слушаю, Злата, – раздался его совершенно спокойный, даже вежливый голос.
Кто бы видел, каким разъяренным он уходил от меня накануне. Словно это два совершенно разных человека.
– Привет, ммм… Прости, что отвлекаю, – внезапно снова вернулись взволнованность и даже робость при общении. Оставшееся после нашей последней встречи послевкусие было сложным… С одной стороны, он нешуточно меня напугал под конец, с другой… Нельзя было отрицать, что вчерашние откровения между нами не заставили меня несколько раз выпотрошить всю душу наизнанку и снова засунуть ее обратно: как синтепоном набивают мягкие игрушки. Ох, как только вспоминала его крепкие руки и эти шальные глаза… Господи, и как мне могло раньше казаться, что они холодные? Столько огня я не видела ни в чем и никогда…
– Говори, Злата. Все нормально? – опять его вкрадчивый, подчеркнуто мягкий тон, вырывающий меня из ступора.
Я нервно сглатываю, понимая, что сама позвонила ему и просто зависла в молчании.
– У нас ведь завтра гости… Хотела посоветоваться, что приготовить… Может, есть какие-то конкретные пожелания… Я как раз собиралась делать заказ продуктов…
Теперь пауза была на другом конце. Пауза недоумения, очевидно.
– В смысле, приготовить? – переспросил Дементьев.
– Ну, в прямом… Не думаю, что стоит ограничиваться кофе или чаем.
– Злата, ты сама собралась готовить? – удивления в его голосе было не скрыть.
– Ну, да… – я даже опешила.
– Честно говоря, я планировал попросить помощника сделать заказ из одного из моих ресторанов и вызвать кейтеринг. Флипи очень придирчив в плане еды…
Последняя фраза меня почему-то зацепила.
– А, ну раз так, то, конечно…
Может что-то царапнуло его в моем тоне, хотя я старалась скрыть уязвленность. Значит, моя еда ему не та. Еще бы. Лобстеров не готовлю… Потому что он снова зарапортовался.
– Если у тебя есть желание, я буду рад, чтобы ты приготовила сама, Злата. Думаю, Флипи это оценит. Завтра рано утром приедет Марисергевна. Она поможет по хозяйству и будет на подхвате на кухне.
Я прикусила губу.
– А… ты… сегодня не приедешь?
– Нет, – ответил он категорично, – много работы. Встретимся завтра. Приеду за пару часов до Флипи, чтобы не вызвать его подозрения.
Положила трубку и опять зависла на несколько минут. В голове снова и снова проигрывались вчерашние мизансцены между мной и Дмитрием. Да и страх неопределенности относительно того, что произошло позже, когда он унесся из дома, тоже не отпускал.
Странное ощущение, когда на экране высветился телефон бывшего мужа и это увидел Дмитрий, я словно бы почувствовала себя стоявшей на перроне между двух поездов– в прошлое и будущее. Я была пассажиром, который мог выбрать, в какой поезд зайти… Или так и остаться стоять на месте, наблюдая, как составы пролетают мимо.
Андрей. Пусть теперь в моих глазах он выглядел жалким и ничтожным, я не могла игнорировать наличие нашей с ним истории. Говорят, мы любим и помним не конкретных людей, а чувства, которые они вызывали у нас. Мои чувства тогда, в нашу молодость, были к нему искренними. И я правда до последнего бы тянула наши отношения и верила бы в них, если бы он сам не перерубил канат, на который пристегнул нас с сыном. Отказаться от понимания того, что он тоже часть моей жизни, пусть и ее прошлое, было равносильно отказу от самой себя…
Он так или иначе останется вписанным в летопись моей судьбы. И речь не только об общем ребенке– детей женщина все равно рожает для себя– сколько именно о нас как паре. Он стал моей первой любовью. Первым мужчиной. Это было невозможно исправить или переписать. Только принять и пойти дальше, оставив в прошлом. И моё счастье было в том, что сейчас, крепко стоя на двух ногах во многом благодаря Дмитрию, я могла смотреть на это как на прошлое. Не зацикливаться на плохом, но и не вспоминать о хорошем нон-стопом. Было и прошло. Стало историей. Стало опытом. Рана зажила. И даже шрама почти не осталось. Его поезд, поезд бывшего мужа, ушел.
Оглядываясь назад, смотря на улетающий от меня в прошлое хвост состава, сейчас я понимала, что Андрей и я изжили себя как пара. И я не хранила наш очаг, а нелепо пыталась дуть на него, разжигая огонь и упорно не замечая, что красный огонек в нем– вовсе не уголь, а бусинка, как в той детской сказке. Нашу разлуку я пережила. И не только благодаря той удивительной ситуации, в которой пришлось оказаться. Я бы все равно справилась. Потому что нашла в себе силы сказать ему первой– я ухожу, а не проглотить предательство, как многие на моем месте. Дмитрий отметил это сразу, а я поняла только после…
Страшным же было то, что если бы не предательство мужа, я бы так и не прозрела, так бы и жила своей жизнью в серых тонах, довольствуясь малым и подавляя свои возможности. И сколько таких, как я. Боящихся перемен, цепляющихся за действительность, прикрываясь эфемерной стабильностью и надежностью… В нашем мире не принято рвать и оставлять. Вот мы и проживаем свои жизни подобно тому, как на лоджии складируются старые никому не нужные вещи вместо того, чтобы выкинуть их, а там разбить зимний сад с розами.
Дмитрий… Меня влекло к этому мужчине. Отрицать это было так же глупо, как врать самой себе. И в то же время, я жутко боялась делать хотя бы маленький шажок по хрупкому льду на встречу ему. Потому что боялась утонуть… Меня поймут все те, кто хоть раз тонул. Кто ощущал себя идущей ко дну.
Дмитрий– это смелая мечта, журавль в небе. И все равно, что он дико раздражает меня своим несносным характером. Такие мужчины– как астероиды. На них завораживающе смотреть со стороны, желательно, в телескоп. Если они приблизятся к тебе или, не дай Бог, упадут на тебя– это неминуемый конец… Смогла бы я пережить расставание с таким человеком? Смогла бы пережить утрату интереса с его стороны? Нет. И об этом я захотела сказать ему сразу и честно, о чем нисколько не жалела… Именно поэтому я так и стояла на перроне, не решаясь сделать шаг в направлении того поезда, который может отвезти меня в будущее…
