Текст книги "Искусство любить Пышку (СИ)"
Автор книги: Анна Есина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)
Глава 3
Алёна
Вечер проходил спокойно, если не сказать безрадостно. В семь ко мне забежала соседка и по совместительству лучшая подруга Инна. Мы обсудили новости за день, точнее их полное отсутствие, плотно отужинали отварным картофелем под сливками с зеленью, селёдочкой пряного посола и за обсуждением сериала схомячили чудный морковный тортик.
На последнем кусочке я вдруг вспомнила пробирающий до костей взгляд тренера, поперхнулась и с досадой отложила вилку.
Инка похлопала меня по спине и заботливо спросила:
– Ты как?
– К нам сегодня Максим Владимирович заходил, – ответила невпопад и густо покраснела. Спряталась за кружкой чая, продолжая негромко покашливать.
– Это который?
– Это Дягилев, тренер по вольной борьбе из ФОКа [физкультурно-оздоровительный комплекс – здесь и далее примечание автора].
– Смазливый такой брюнет с крепкой задницей, в которую так и тянет вцепиться зубами? Патлатый, да?
Недурственная формулировка заставила улыбнуться. К этой его филейной части я не присматривалась. Пока что.
– Наверное, он, – согласилась мечтательно. – Его фото с медалями и кубиком висит перед главным входом на стадион.
– Ну точно об одном Максимке говорим. И что? Зачем заходил-то?
– Рекламные листовки просил распространить, – ответила с неохотой и мысленно отругала себя за глупость. Зачем вообще начала этот разговор? Инка ни в жизнь не поверит, что тренер на меня пялился да ещё потрогать стремился.
– Понятно, к нам тоже частенько заезжает, – пожала плечами подруга. Она работает воспитателем в детском саду. – А к чему ты его упомянула?
– Да так, – всё ещё сомневалась, стоило ли обнародовать подробности нашего куцего диалога, а потом брякнула себе на погибель: – Он пригласил меня пообедать вместе.
– Да иди ты!
– Я отказалась.
– С ума чокнулась?! Почему?
– Ин, ну ты видела его вблизи?
– Видела, – фыркнула соседка, – и вовсе не прочь пощупать, только он к бабам как-то не очень. Ходит слушок, будто он из противненьких.
– Угораешь?!
– Вот тебе крест! – запальчиво воскликнула Инка, а вместо распятия протянула телефон с его страницей в соцсетях.
Фокус я не уловила. В закладках она у неё что ли или на панели быстрого доступа?
– Глянь только! – Перед глазами замелькали многочисленные фотографии успешного спортсмена.
Протестующе отодвинула от себя гаджет. Не хотелось таращиться в замочную скважину и подглядывать без спроса.
Инна погасила экран, но от комментария не удержалась:
– И это, между прочим, личная страница. Ни тебе няшных фотографий с тренировок, где по его полуобнажённому торсу скользят капли пота, ни кадров в обнимку с девушкой. Точно знаю, что на него точат зубки все незамужние хищницы в городе от восемнадцати и до сорока пяти...
– Ну ты махнула, конечно!
– А что?! Он гораздо круче Прохора Шаляпина, рельефнее так уж точно, мог бы осчастливить какую-нибудь моложавую разведёнку.
Я заржала в голос, воображая эту картину: брутальный Максим Владимирович окучивает побитую молью бабусю со вставной челюстью и накладной грудью.
– Так что, смейся не смейся, а с ориентацией у него всё вяло. Охотник до мужицких жоп.
– Да ну тебя, пошлячка! – пуще прежнего развеселилась, и на душе внезапно полегчало.
– Слушай, а может он тебя потому на свиданку и позвал? Хочет прикрыть рты злопыхателям? Мол, я от булочек балдею, чего вы ко мне с гомосятиной пристали? Просто искал полжизни вот такую, чтобы и в теле, и красотка знойная!
– Это я-то знойная? – утёрла слёзы в уголках глаз, не переставая надрываться от смеха.
– Ну не я же! – шлёпнула она себя по ляжке.
Комплекцией мы примерно схожи. Обе носим пятьдесят четвёртый размер, с огромным трудом подбираем бельё в магазине. Производители кружевных комплектов свято уверены, что девочкам вроде нас, кто от природы наделён бюстом пятого размера, полагается иметь необхватные бёдра и прятать их в панталонах из парусины. Иначе не пойму, почему так трудно отыскать мало-мальски приличное бельё?
– Скажи ещё, что никогда не задумывалась, какая ты секси? С этими вьющимися чёрными волосами до талии, торчащей грудью, аккуратным круглым животиком и крутыми бёдрами, которые при ходьбе мотыляются так, что мужики шеи сворачивают и в канализационные люки проваливаются.
– Честно? Ни единого раза.
– Я уже молчу о твоей физиономии, – словно не услышала моего ответа Инка. – Тебя ж совсем чутка подрихтовать: глаза подчеркнуть, скулы слегка выделить и брови погуще подвести – и всё, готовая поп-дива. Останется только переодеть, – тут она задумчиво закусила большой палец и глубокомысленно изрекла: – Хотя нет, лучше раздеть и привязать к кровати. Не то сбежишь!
– Бредишь ты, Копылова, – покачала головой и долила в свою кружку кипяток. – Ещё чай будешь?
– Ничего не брежу, это ты из своего шерстяного панциря никак не выберешься, – она с осуждением потрепала меня за рукав фланелевой домашней пижамы, намекая на любовь к вязаным вещам.
Да, я одеваюсь практично. Не обтягиваюсь в трикотаж и другие коварные ткани, которые имеют поганую привычку выпячивать мои и без того чрезмерные формы.
– Мне уютно в свитерах и старушечьих юбках. Тепло и комфортно, – озвучила часть мыслей.
– Коротать ночи в холодной постели тоже входит в список комфорта? – набычилась соседка. – Скажи, когда у тебя в последний раз был секс?
– На подобные вопросы не отвечаю, – буркнула обиженно.
Не признаваться же, что от отсутствия удовольствия я вовсе не страдаю? В наше время легко приобрести один небольшой гаджет, которому под силу заменить целую роту изголодавшихся солдат. Не забывай только подзаряжать вовремя да следи за гигиеной.
– Не отвечаешь, потому что вспомнить не можешь, когда в последний раз щупала живое мужицкое тело, – съязвила подруга.
– А сама-то! Лучше бы на личном примере показала, каково это – заманивать к себе в логово живые мужицкие тела!
– Да не вопрос! Как два пальца искусать! – воскликнула вредина и схватила мой телефон.
Поколдовала над экраном, удовлетворённо крякнула и в следующий миг уже поднесла телефон к уху.
– Ты что творишь? – перешла я на шёпот, с ужасом вслушиваясь в длинные гудки.
– Сейчас узнаешь, – одними губами ответила психопатка и затараторила со скоростью бешеного пулемёта: – Здравствуйте! Мы хотим оформить заказ. Да, мужчина, один. Желательно высокий подтянутый брюнет. Мускулатура приветствуется. Да, стандартный пакет услуг. Нет, ничего помимо...
Я в ужасе уставилась на эту ненормальную. Она, что, заказывает нам мужика по вызову?!
– Совсем окантрапупела? – коброй налетела на неё и попыталась выхватить телефон.
Инка сражалась аки львица. Вскочила на ноги, пихнула меня локтем и понеслась в гостиную, где резво перемахнула через диван и закончила разговор с администратором (или кто там занимается приёмом заказов для проститутов?):
– Фото пришлите в мессенджер по этому номеру. Да, подтвердим выбор и сразу же оплатим. А можно наличными отдать в руки... эээ, исполнителю? Отлично! Записывайте адрес!
Я не успела вышибить дурь из этой маньячки, как она уже выболтала координаты моей квартиры тётке из службы доставки секса!
– Ошизела в край! – заголосила я, задыхаясь от гнева. – Живо звони и отменяй всё к чертям! Я не собираюсь кувыркаться с каким-то потасканным шлюхом!
– Зачем кувыркаться? Пощупаешь, пооблизываешь глазами, дашь ему себя размять, – я звонила в приличную контору, они развратом не занимаются. Предоставляют услуги массажистов.
Ведьма кружила вокруг дивана и буравила меня насмешливым взглядом. Телефон оповестил о входящем сообщении. Инка тут же залезла в мессенджер.
– Я тебя сейчас прикончу!
– Да ладно тебе, недотрога! Глянь лучше, какого красавчика тебе готова подарить лучшая подруга. М-м, айс?
Она пихнула мне в нос смачную картинку с полуголым кренделем. Сто слоёв фотошопа и три ведра глянца. Мускулы блестят жиром, рожа сальная, глаза покойника – отвратный тип.
– Что, нет? – мигом считала мою реакцию бывшая подруга. С этого дня решено: спалю её однушку, а саму придушу подушкой во сне. Больно опостылели мне её выкрутасы. – А этот?
Кареглазый шатен в скромной футболке поло с задранным воротником показался куда приятнее. Взгляд вроде живой, улыбка естественная...
– Нет! Никаких массажистов! – притопнула ногой для наглядности и сердито скрестила руки на груди, намекая, что шутки закончились. – И ты давай проваливай подобру-поздорову!
– Ха, тогда запасной вариант! – Хитрюга вынула из кармана спортивной кофты собственный мобильный, быстро нажала несколько кнопок и заработала языком, как отбойным молотком. – Максим... Владимирович! Простите за столь поздний звонок! Это Инна Александровна, воспитательница из двести восьмого сада. А-а-а, узнали! Как здорово, что я у вас записана...
Я тихонечко свалилась на диван и упала лицом в мягкий подлокотник. Эта шушара решила меня окончательно добить. Последний же гвоздь вворачивает в крышку гроба.
– Да, я по безотлагательному делу, – продолжала вещать самоубийца (пускай только положит трубку, ей хана). – Я тут краем уха услышала, что вы сегодня приглашали на обед мою ближайшую подругу...
Ну трындец тебе, говорунья. Не чокаясь, помянем!
– Вы знаете, она так растерялась, что с дуру брякнула «нет», хотя хотела сказать «да». Точно! Она обожает покушать, а уж в дружеской компании и подавно! Видите, как здорово, что мы друг друга понимаем! Хотите, я передам ей трубочку, и вы сами договоритесь о месте встречи? Да, мне тоже очень приятно было поболтать. Доброй ночи! И извините, если побеспокоила не вовремя.
Предательница, которая буквально секунду назад проехалась на говновозе по моей репутации (обожаю я покушать, видите ли!), невинно подкралась ко мне и всучила сотовый. Я попыталась изобразить на лице всю гамму эмоций: от пожелания сдохнуть в муках до безмолвного обещания еженедельно совершать акт вандализма на месте её захоронения, и с тоской проговорила в микрофон:
– Максим Владимирович, недоразумение вышло. Подруга, – прошипела это слово на манер матёрого ругательства, – превратно меня поняла...
– Завтра в половине первого вас устроит? – вклинился в мою пылкую речь вибрирующий баритон, и мозги поплыли. – Небольшой пикник у меня в кабинете. Вы только не подумайте, что я нарочно пытаюсь вас смутить. Простите, а как вас зовут?
– Алёна, – выдохнула с огромным трудом.
– Очень приятно познакомиться, Алёна, – судя по голосу, Максим улыбнулся, и я кожей ощутила ответную реакцию на ставшие ещё более мягкими и глубокими гласные в его голосе – волоски по всему телу пустились в пляс. – Так вот, не сочтите за оскорбление приглашение на обед ко мне в тренерскую. Просто у меня завтра день расписан буквально по минутам. Обещаю, что в следующий раз...
Будет продолжение? Зачем? Я завтра твёрдо намерена сбежать в Израиль. Бабушка неспроста упоминала родственников, которые там живут. Пора навестить родню!
– ... мы обязательно отобедаем в более приличном месте. Что скажете, Алёна?
Что у тебя опупенно сладкий голос.
– Пикник у вас в тренерской, – повторила глухо, а сердце бубухало где-то в районе гортани, перекрывая доступ воздуха. – В половине первого, потому что вы очень заняты.
– Да, к сожалению, – согласился Максим. – И до конца недели ситуация вряд ли изменится. Так вы придёте? Или...
– Приду, – отозвалась эхом и вздрогнула, когда собеседник рассмеялся. Легко и непринуждённо, по-мальчишески.
– Очень рад это слышать. Скажите, что вы больше любите: рыбу, мясо или курицу?
Убивать соседок. Тупорылых и пустоголовых, которые подкладывают мне свинью размером со слона.
– Я приготовлю что-нибудь для нас обоих, – поспешила заверить, а заодно завершить неловкий разговор. – До завтра, Максим Владимирович.
– Просто Максим, Алёна, – поправил он и снова улыбнулся. Наверное. Я ориентировалась на свои мурашки, которые уже добрались до живота и устроили шумное паломничество по сытым глубинам.
– Хорошо, просто Максим.
Трясущейся рукой отбила вызов, швырнула телефон в подушки и грозно выпрямилась. Не успела приступить к линчеванию, как дрянной аппарат возвестил о новом звонке. Незнакомый номер оканчивался на три семёрки.
– Фирма «Аскольд», ваш личный менеджер Вероника, – представилась девушка, и в который раз за вечер пошатнула моё самообладание. – Вы будете подтверждать заказ на индивидуальный массаж?
– Нет, не буду! – рявкнула со всей силы и добавила безжалостно: – И удалите мой номер из списка контактов! Иначе накатаю на вас жалобу в Роспотребнадзор!
Глава 4
Максим
После часа на тренажёрах и быстрого душа заскакиваю в кабинет директора спортивного комплекса. Просторный, светлый, с панорамным окном, за которым ещё темнеет запоздалое февральское утро. На столе перед нами уже лежат распечатки статистики, графики прироста учеников и черновик бизнес‑плана. Директор, Виктор Ильич, в очках и строгом джемпере, листает страницы, изредка поглядывая на меня с той особой внимательностью, от которой не укрыться.
– Максим, – начинает он, откладывая бумаги, – у тебя феноменальный результат. За год плюс 180 учеников. Зал на пределе загрузки. Родители пишут отзывы, мол, «единственный тренер, кто находит подход», в очереди к тебе выстраиваются. Особенно лютуют мамаши, – подчёркивает мимоходом, а я хмыкаю. Папку с мамкой благодарить должно за смазливую рожу. – Одним словом, твоя реклама работает, молва пошла по всей области.
Ещё бы она не работала! Я прорву времени угробил на самопиар, а уж денег сколько спустил... Две приличных тачки купить можно было. Все эти листовки без счёта, подарочные наборы для ребятни ко всем мало-мальски значимым праздникам: футболки, кепки, шарфы, кружки – всё с логотипом клуба. Полгода назад заказал ломовую партию наклеек от небольших кругляшей в качестве поощрения особо отличившихся на занятиях до больших тигриных морд, которые вполне можно клеить на задние стёкла автомобилей. Свою машину – подержанный «Ниссан» – украсил всей доступной атрибутикой. Не ради дешёвых понтов, как считают некоторые имбецилы, а ради продвижения бренда. Мой торговый знак должен стать узнаваемым, примелькаться, всегда быть на виду. И я пока успешно с этим справляюсь. Весь город увесил баннерами. На одних красуюсь самолично, на других хвастаю достижениями своих сорванцов. Имею право, знаете ли. Их кубки и медали не на три-дэ принтеры напечатаны и не с неба свалились. Это результат кропотливой работы тренера, то есть меня, и достигнутая цель моего воспитанника.
Так что в этом вопросе директор слегка не прав. Не реклама работает, а я впахиваю на износ.
– Теперь вопрос: что дальше? – поиграл бровями директор, возвращая меня в русло разговора.
Я киваю, провожу рукой по лицу. Усталость ощущается не как тяжесть, а как постоянный фоновый шум, будто где‑то вдали гудит трансформатор.
– Дальше масштабирование, – говорю. – Но в одиночку я уже не вывожу. Расписание, как пазл, где куски не сходятся. Утром – малыши, днём – подростки, вечером – взрослые. В промежутках – звонки, переписки, отчёты. А ещё соревнования, подготовка команд…
Виктор Ильич улыбается:
– То‑то я заметил: глаза горят, а плечи чуть опущены. Ты как спортсмен на третьем круге – силы есть, но тактика требует коррекции. Давай обсудим по пунктам, – предлагает он, доставая блокнот. – Первый сценарий: набираешь команду тренеров. Обучаешь, делегируешь группы, остаёшься куратором. Второй: открываешь филиалы в отдалённых районах. Там спрос есть, но нет качественных секций. Третий: гибридный – часть групп передаёшь, часть ведёшь сам, плюс контролируешь новые точки.
Я задумываюсь. В голове калейдоскоп образов: лица детей, которые впервые сделали бросок; родители, требующие индивидуального подхода; взрослые ученики, ищущие в панкратионе не только технику, но и смысл.
– Мне ближе гибрид, – отвечаю. – Хочу сохранить личный контакт с ключевыми группами. Например, с теми, кто идёт на соревнования. Но для массового набора нужны люди. Только как их найти? Чтобы не просто «тренер по найму», а с огнём в глазах?
– Огонь – это ты сам зажжёшь, тут даже не сомневаюсь, – парирует Виктор Ильич. – Твоя задача на данном этапе: выстроить чёткую систему. Назови критерии, предъявляемые к тренерскому составу, с которым в будущем будешь работать: образование, опыт, психология. Мы проведём отбор, обучение, стажировку. А ты займёшься главным, возьмёшь на себя менторство.
Я смотрю в окно, вижу огни фонарей, силуэты прохожих. Вспоминаю вчерашние тренировки: как четырёхлетний Артём, запинаясь, рассказывал, что «научил папу делать захват», а шестнадцатилетний Илья после спарринга признался: «Раньше я дрался на улице. Теперь понимаю, что сила в контроле. Это вы мне мозги вправили, Макс Владимирович».
– Боюсь, что при расширении потеряется душа, – говорю тихо. – Сейчас каждый ребёнок – не цифра, это огонёк, который я разжёг вот этими вот руками. Каждый родитель – не клиент, а партнёр. Как сохранить это, когда будет десять залов и пятьдесят тренеров?
Виктор Ильич откладывает ручку:
– Ты не потеряешь душу. Ты её передашь. Как передают огонь от свечи к свече. Главное, не пытаться гореть за всех. Запомни для себя, что ты катализатор, а не батарейка.
Снова начинают обуревать сомнения. В голове есть чёткий план, как достичь поставленных целей. Там же намётки и более грандиозных идей. На задворках болтаются совсем уж идиллические мечтания о том, чем занять молодёжь нашего города, как популяризировать спорт – для этого я подался в чёртову Думу.
Только всё стопорится. Стремления, чаяния, надежды – всё упирается во время, которого мне катастрофически не хватает. Если сейчас зайдёт разговор о личной жизни, боюсь, я реально всплакну, потому как этого страшного явления в моей реальности попросту нет.
Какая девушка согласится встречаться с мужиком, помешанным на работе?
И ответ приходит из этих грустных размышлений. Пора делегировать полномочия, распределять обязанности между членами команды. Чувствую, как внутри что‑то сдвигается. Не облегчение настигает, а внутри выстраивается новый вектор, изломанная кривая, по которой я намереваюсь прорываться в своё светлое и безоблачное будущее.
– Ладно, – говорю, сжимая край стола. – Начнём с отбора тренеров. Нужен человек на младшие группы, с педагогическим образованием и опытом в детской психологии, идеально подойдёт инструктор по физо из детского сада или хотя бы школьный физрук. Опыт работы не менее пяти лет, дилетантов я к своим детям не подпущу. Ещё понадобится специалист по функциональной подготовке для взрослых. Тут достаточно простого тренерского опыта. Я давненько поглядываю на Ягудина, знаете ли. И… может, стоит провести открытый урок в том новом ЖК на окраине? Там много молодых семей, – озаряет меня внезапно, и мысли задают круговерть всем отделам мозга.
Виктор Ильич кивает, делая пометку в блокноте:
– Завтра разошлю вакансии. А ты подготовь презентацию для потенциальных партнёров. И, Макс, не забывай отдыхать. Ты не машина.
Я улыбаюсь. «Не машина», – звучит непривычно. Но, кажется, впервые за год я чувствую не усталость, а азарт. Будто впереди не пропасть, а трамплин.
Выхожу из кабинета. В телефоне 12 сообщений: родители спрашивают про расписание, ученики – про турнир, жена брата напоминает про день рождения мамы. Быстро вношу коррективы в расписание на следующую неделю и замечаю ещё несколько посланий от контакта «Алёна гимназия».
Её номер я стребовал с воспитательницы из партнёрского сада ещё вчера ночью и отметился дежурной смс: «Доброй ночи, Алёна. Макс».
Алёна: Максим, вам нравятся паровые котлеты? А овощи лучше сырыми или тоже приготовить на пару?
Алёна: Признаюсь заранее, что не сильна в приготовлении ПП-продуктов. Быть может, вы скажете, что больше всего любите есть на обед?
Алёна: Желательно прислать ссылку на рецепт, а то я такого начиталась...
Алёна: Извините, что отвлекаю с утра пораньше.
Предпоследнее сообщение содержит смайлик с грустными глазами, а под ним ещё одно.
Алёна: Я случайно грустинку нажала! Простите!
Набираю ответ с дикой улыбкой в половину физиономии.
Максим: Я не заморачиваюсь на тему правильного питания. Некогда. Стараюсь есть сбалансированно по возможности. Но мне безумно приятно, что вы так воодушевились идеей совместного обеда. Жду вас в 12:30, Алёна. На вахте предупредил, что вы зайдёте. Вас проводят.
Мозг лихорадочно изобретает, чем бы ещё разбавить нашу переписку, в то время как бешеный ритм уже хватает за грудки. Чёрт, сейчас же занятия с бойцами из начальной школы!
К обеду успеваю принять душ и переодеться в чистую рубашку. Она слегка мятая от долгого висения в шкафу, но не встречать же девушку в борцовке со свистком на груди – не комильфо. Свой стол я освободил спозаранку, жалюзи открыл, чтобы впустить в кабинет скупые лучи февральского солнца. Теперь расхаживаю вдоль окна с руками, собранными в замок за спиной, и отсчитываю секунды.
Стук в дверь бьёт по нервам. Я почему-то сбиваюсь с дыхания и склоняюсь к выводу, что становлюсь поганой истеричкой.
Твёрдым голосом приглашаю посетительницу, но входит вовсе не ясноглазая Алёнушка из соседней гимназии, а грузная Тамара Ивановна, вахтёрша. Широкой улыбкой освещает себе путь и торжественно кладёт на стол пакет с чем-то.
– Э-э? – туплю.
– Это вам просили передать. Девушка. Хорошенькая такая, но уж больно пугливая. Я её в лоб спросила, вы, мол, Алёна, а она икнула, пакет мне всучила, просипела, чтобы Максиму Владимировичу передала...
Срываюсь с места в ту же секунду, сбегаю по обледеневшим ступенькам лестницы. Кроссовки разъезжаются на утрамбованном снегу. Дорога прекрасно просматривается в обе стороны. Мне даже наглухо запертые ворота гимназии отсюда видны и аккуратная калитка с магнитным замком. И никого. Моя стеснительная училка испарилась бесследно. Вот же бл... досада.
Пока распаковываю контейнеры с запечённым лососем, стейком из говядины и овощами, приготовленными на пару с заправкой из ароматного соуса, слюна так и брызжет в разные стороны. Вид у кушаний просто великолепный, запахом впору пытать зажравшихся эстетов. Машинально облизываю пальцы, с грустью понимаю, что у меня в кабинете нет приборов, и, плевав на все правила приличия, хватаю шмат говяжьей вырезки рукой и вонзаю зубы в хрустящую корочку.
Может, и хорошо, что Алёнка сбежала. Знай я наперёд, какими кулинарными талантами она обладает, условились бы отобедать лапшой быстрого приготовления. Негоже ведь стонать и почавкивать от удовольствия на первом свидании с девушкой, а я безобразно смаковал её гастрономические изыски и в полную силу повизгивал. Хочу эту миленькую повариху в безраздельное пользование. И пофиг, что раскабанею. Этот желудочный оргазм того стоит.
Пагубная сытость спеленала мозг, поэтому следующее действие я выполняю без раздумий. Откидываюсь в кресле, задираю рубашку и щёлкаю кнопкой камеры. Снимок с набитой утробой, спрятанной под кубиками пресса отправляется к талантливой кухарке с припиской: «Готовишь ты просто бомбически. Жаль, пренебрегла моим обществом. С меня причитается» и добиваю трусиху смайликом с глазами-сердечками.
Двоякость фотографии не терзает меня до позднего вечера. Я же не мускулами хвалился, а выражал искреннюю благодарность за сытный обед и не менее вкусный ужин, который мы отпраздновали на пару с куском запечённого лосося.
Попытка отправить пожелание доброй ночи подсказывает, что Алёнушка окончательно во мне разочаровалась. Сообщение не уходит. Система оповещает, что получатель изменил настройки приватности.
По ходу меня определили в чёрный список. Допрыгался, Макс.
Падаю усталой рожей в подушку, слепо тычу пальцем в кнопку и подношу телефон к уху. Спустя пару световых лет длинные гудки сменяются дрожащим: «Алло», и меня окутывает радостью.
– Попалась, маленькая, – выдаю полусонно. И дальше всё разыгрывается как по нотам.
