Текст книги "Куклы (СИ)"

Автор книги: Анна Душинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц)

Глава 9

Маркус

Колёсики продуктовой тележки размеренно поскрипывали, пока я медленно двигался вслед за Хэйли. Она изучающе разглядывала полки с товарами для личной гигиены.

Наверно, я выглядел полным дураком, когда устроил ей допрос. Я не идиот. Конечно я должен был понимать, что потребности Хэйли во многом отличаются от моих. Но я чертовски одичал за последние два месяца, что совсем забыл о том, что девушки нуждаются в немного других предметах гигиены. В последние два дня я чувствовал от неё запах своего шампуня, а не тот сладковатый аромат вишни, которым были пропитаны её вещи. И меня это бесило. Она была маленькой, нежной и ранимой. И в какой бы суровой ситуации она не оказалась, мне хотелось, чтобы ей удалось сохранить частичку себя в этом грёбаном хаосе посреди пещеры, в которую я превратил квартиру Дэнни. Даже если она не помнила себя, мне хотелось, чтобы она оставалась собой, а не приспосабливалась и довольствовалась тем, что ей перепало от нас.

– Ты можешь не плестись за мной? – девушка резко остановилась и зарычала, глядя на меня из-под чёрного капюшона.

– На каком расстоянии от тебя я должен находиться?

– На таком, при котором ты не дышишь мне в затылок и не раздражаешь своим пристальным вниманием, – её глаза искрились раздражением, и я мысленно улыбнулся.

Эта девчонка на протяжении последнего часа не перестаёт меня удивлять. То маленькое шоу, которое она закатила на пороге ванной, вызвало фурор.

Я всячески пытался держать дистанцию с ней, старался как можно меньше времени проводить бок о бок, вёл себя иногда как скотина, если честно. Но то, как она дала мне отпор, буквально пригвоздило меня к месту. Она имела стальной характер, и меня это восхищало.

Я хотел немного подразнить её, смекнув ещё утром, что её смутил вид полуобнажённого парня. А в итоге что? А в итоге она переплюнула меня, провернув этот жест в ответ на очередное «Бэмби». Соблазнительный трюк и дерзкая выходка – и я почувствовал, как через моё тело пропустили разряд тока.

Да-а-а-а… Эта девчонка совсем не была невинным оленёнком, каким я её считал в начале. Нет, в ней скрывался огонь, маленький чертёнок, который наконец-то вырвался наружу. И мне это безумно понравилось.

– Я тебя умоляю, – простонала Хэйли и смущённо взглянула на меня, – дай мне немного пространства. Пожалуйста.

Я молча поднял ладони кверху в капитуляционном жесте и сделал пару шагов назад.

Блондиночка поджала губы и отвернулась обратно к полкам.

Явно нервничая, она пробежала тоненькими пальчиками по коробкам с тампонами, остановилась, вытащила одну упаковку и с расстояния полуметра забросила в корзину.

Подумаешь, тампоны. Да что в этом такого, что она так смущалась? Вполне обычные вещи, понятные каждому взрослому человеку. Да, отправь она меня одного, я бы не застремался и купил бы эти штуковины.

Я выждал несколько секунд, чтобы увеличить расстояние между нами, и терпеливо двинулся вслед за ней.

Хэйли крутила головой, разглядывала стеллажи в поисках предметов, которые ей были необходимы, а я просто старался держаться подальше.

Надо было признать, я замечал, что ей некомфортно находиться со мной наедине. Когда приходил Дэнни, она становилась совсем другой: улыбчивой, жизнерадостной, разговорчивой. Я же сам вынуждал её сторониться меня. Так что неудивительно, что ей не хотелось разделять со мной моменты, касающиеся только её.

Собрав все необходимые средства личной гигиены, Хэйли свернула в сторону отдела с продуктами, но вдруг остановилась, увидев что-то в противоположной стороне.

Я свернул за ней, когда она пошла вдоль стеллажей с домашней одеждой, но снова повернулась ко мне.

– Ты можешь постоять всего две минуты здесь? – она указала пальцем на пол, – вот прям здесь. Я остаюсь в зоне видимости и никуда не денусь. Но, ради всего святого, можно я выберу хотя бы нижнее бельё без твоего участия? Потому что моё терпение находится уже где-то вот здесь, – она постучала ребром ладони по подбородку.

Я кивнул, сделавшись максимально равнодушным.

– Спасибо, – Хэйли кивнула и подошла к вешалкам с наборами нижнего белья. Я заметил, как её лицо скривилось, будто то, что предлагал ассортимент супермаркета, было самым отборным дерьмом в мире.

Я тихонько рассмеялся, прикрыв рот кулаком и наблюдая, с каким презрением она раздвигала вешалки. Хэйли метнула на меня возмущённый взгляд.

Подойдя к тележке, она закопала упаковку между бутыльками с шампунем и гелем для душа.

– Даже не думай смотреть на них. Я надеюсь, что ни одна живая душа не узнает, что я когда-то надевала на себя что-то подобное, – она рассмеялась и, запихав руки в карманы, засеменила впереди меня.

– Беглецы ограничены в праве выбора, – я поравнялся с ней, и она взглянула на меня с улыбкой, которая, кажется, впервые была искренней в мой адрес.

– Я каждую минуту буду утешать себя этой мыслью.

Пересекая продуктовый отдел, она тщательно прочёсывала полки, выбирая продукты, которые я раньше обходил стороной. Наша корзина постепенно пополнялась овощами, крупами, мясными полуфабрикатами, молочными продуктами и прочим, чем обычно женщины забивают холодильник.

Меня порадовала мысль, что она посчитала нужным закупить всего по чуть-чуть, и уже находился в приятном ожидании от того, что же она приготовит в следующий раз. Потому что сегодняшний ужин был просто бесподобен. Казалось, я уже целую вечность не ел ничего настолько вкусного. И я, говнюк, не оценил его по достоинству. Да ещё и ей не дал нормально поесть. Когда с ней приключилась эта неловкость, её тарелка была практически полной.

Подойдя к кассе за десять минут до закрытия, я встретился с разочарованным и усталым взглядом кассира. Женщина лет сорока пяти выглядела измотанной и явно молилась, чтобы мы поскорее свалили отсюда к чертям собачьим, а она наконец смогла отправиться домой.

Хэйли видимо тоже обратила на это внимание, потому что принялась со скоростью света выкладывать все товары на ленту.

После непрерывного попискивания считывателя, женщина огласила сумму, и Хэйли протянула ей карточку.

– Я заплачу, – я взял её за запястье, не позволяя дотянуться до пин-пада.

– Я сама в состоянии заплатить, – возразила блондиночка и выдернула руку из моего захвата.

Я подошёл к ней вплотную и, обхватив одной ладонью лицо, развернул к себе, склонился и как можно нежнее нарочито громко произнёс:

– Я восхищаюсь, насколько ты у меня независимая. Но могу я иногда сам оплачивать покупки своей девушки?

Хэйли замерла, шокировано выпучив глаза.

Я воспользовался моментом, приобнял её, прижимая поближе к себе, и приложил карту для оплаты.

Наши взгляды встретились, и Хэйли шумно выдохнула. Её огромные голубые глаза бегали по моему лицу, натыкаясь на губы, а затем снова возвращаясь к глазам.

Чёрт! Как можно выглядеть настолько невинно?

Внутри что-то снова прострелило, когда я, наверно просто инстинктивно, погладил большим пальцем пухлую румяную щёчку. Девчонка сглотнула и вздрогнула, когда кассирша громко кашлянула.

Я убрал руку, обогнул Хэйли, снял рюкзак с плеча и принялся утрамбовывать все покупки. Не влез только небольшой пакет.

– Ты идёшь? – я окликнул Хэйли, которая до сих пор стояла, как вкопанная, возле кассы и явно нервировала кассира, скрестившую руки на груди.

Малышка развернулась и, не глядя на меня, схватила пакет и зашагала к выходу. На ходу натягивая лямки рюкзака, я пытался, что удивительно, догнать её.

– Подожди! – крикнул, проходя через раздвижные двери, но она не остановилась, – да стой же ты! – я поравнялся с ней и схватил за плечо, чтобы остановить.

– Что это было? – сурово выпалила девушка, испепеляя меня взглядом, – что за спектакль ты там устроил?

Она злится? Или расстроена? Я не мог разобрать! Её ноздри раздувались, а губы были сжаты так сильно, что в уголках начали белеть.

– Ты серьёзно собиралась рассчитаться своей картой? – я склонил голову, проигнорировав её вопросы.

– Разумеется собиралась! – фыркнула блондиночка и вздёрнула подбородок.

– И ты не подумала, что эту операцию непременно отследят?

Взгляд Хэйли стал растерянным. Она озадаченно раскрыла рот и быстро отвела взгляд.

– Твой телефон и твои карточки – первое, что будут проверять, когда возьмутся за поиски.

– Но ты расплатился картой. Тебя тоже выследят, – возразила она и прищурилась.

– Не выследят, – я ухмыльнулся, – в отличие от тебя я был готов к этим обстоятельствам. Это карта Дэнни, – развернулся и зашагал в сторону дома.

– Отлично! То есть мы транжирим даже не твои деньги? – она продолжала возмущаться, стараясь поспевать за мной.

– Деньги как раз-таки мои. Просто карта его. Держи, – я протянул ей плитку тёмного шоколада, которую прихватил незаметно для неё, – тебе нужно перекусить. Ты не поужинала и, бьюсь об заклад, твои силы уже на исходе.

Хэйли застыла на месте, перевела взгляд на мою ладонь и поджала губы.

Проклятье, она готова расплакаться?

Девушка отвела взгляд, и я заметил, как в уголке глаза что-то блеснуло.

– Послушай, я мудак, ладно? Тебе сейчас нелегко, и я не должен был себя так вести. Давай забудем до конца пути о том, что ты на меня злишься. Ты почти ничего не съела, твой организм испытывает стресс и нехватку серотонина и дофамина. Это, – я помахал плиткой, – лучший вариант. Так что давай, позволь себе принять мой благородный жест и порадуй себя. А когда придём домой, ты нормально поешь, – я раскрыл обёртку и стянул её по бокам, чтобы Хэйли могла держаться за неё и откусывать, не снимая перчатки.

Её усталый взгляд переместился на шоколад. Мягкие розовые губы поджались, и я услышал тихое шмыганье.

В следующее мгновение она закрыла глаза и медленно подняла голову вверх, подставляя лицо невесомым снежинкам, плавно опускающимся с неба. Её руки прижимали пакет с покупками к груди так, будто она опасалась, что кто-то вырвет его.

Я не решался подойти ближе, не уверенный в том, нужно ли ей сейчас моё внимание. Её глаза распахнулись, губы приоткрылись, и изо рта вырвалось тёплое облачко пара, стремительно рассеявшееся холодным ветром. По виску скатилась маленькая слезинка и впиталась в шерстяные нити шапки. Она снова выдохнула, сложив губки трубочкой. Звук, с которым воздух покидал её лёгкие, был похож на горькое облегчение. Осторожный. Тихий. Густой. Так бывает, когда истерика стихает, и эмоции словно теряют краски. Когда ты уже выжат настолько, что не способен переживать.

Я не знал, что мне со всем этим делать. Я не понимал, гормоны ли это, или ей было настолько тяжело, что она больше не могла сдерживаться? Что я должен был предпринять?

Внезапно она выпрямилась, посмотрела на шоколад в моих руках, потом подошла, забрала его, сжала в руках, поднесла ко рту и откусила прямо от плитки.

Жалобный стон отчаянного наслаждения. Вот что я услышал, когда она нахмурила брови и отвела взгляд на противоположную сторону улицы.

– Спасибо, – тихий шёпот вырвался из её губ.

– Не за что.

Я не торопил её.

Она отошла от дороги и прислонилась спиной к кирпичной стене здания, всё так же крепко прижимая пакет к себе одной рукой и продолжая разглядывать улицу.

– Давай мне, – я протянул руку, чтобы забрать пакет, но она покачала головой.

– Ладно, – я поднял ладони вверх, – просто скажи мне, если устанешь.

Хэйли ухмыльнулась, пережёвывая очередной откушенный кусочек.

– Я не понимаю тебя, – она задумчиво смотрела вперёд, – зачем ты это делаешь? Все эти заботливые жесты. Я же не выдумываю, ты действительно ведёшь себя иначе в такие моменты. Но, когда открываешь рот, я чувствую себя ничтожеством. И кажется, это была самая длинная речь за всё это время, не считая той, когда ты рассказывал про отца и обследование, – произнесла девушка так, будто говорила это по большей части себе, а не мне.

Мне нечего было ответить. Я просто не знал, как мне с ней общаться. Меня всего ломало и подкашивало каждый раз, когда она вступала со мной в контакт. Или я с ней. Всё моё тело странно вибрировало, когда мы начинали взаимодействовать.

Это было лишним.

– Нужно идти, – я кивнул в ту сторону, где находился дом, – холодает. А нам идти ещё минут двадцать.

Малышка безмолвно оторвалась от стены, обогнула меня и пошла в сторону дома.

Большую часть пути мы прошли молча, я лишь периодически напоминал ей, что идти впереди без знания местности небезопасно. Но она лишь стреляла в меня убийственным взглядом.

Если бы я знал, чем закончится эта грёбаная прогулка за тампонами, ни за что бы не выпустил её из дома.

Перед тем, как свернуть в очередной переулок, я не выдержал и схватил её за руку.

– Перестань капризничать, Бэмби! Нам нельзя влипать в неприятности.

Девчонка, казалось, вот-вот сожжёт меня живьём. В её глазах полыхала ярость. Хэйли выронила плитку шоколада на асфальт и, схватив меня за грудки, принялась вбивать в меня крохотный кулачок, дёргая куртку туда и обратно:

– Я…

Удар.

– Тебе…

Удар.

– Не Бэмби!!! – зарычала малышка и толкнула меня в грудь, – выбей это грёбаное слово из своей головы!

– Тогда перестань вести себя, как ребёнок! Слушай, что тебе говорят и не высовывайся! – я схватил её за руку и потянул за собой по переулку.

– С какой стати я должна слушать тебя? – Хэйли семенила за мной, крепче вцепившись в ладонь.

– С такой, что я в этих обстоятельствах подольше твоего. А значит что-то, да понимаю. Пока что от тебя одни только проблемы.

Какого хрена я это сказал?

Я не успел даже осмыслить степень своей оплошности, как Хэйли буквально вросла в асфальт и расслабила ладонь. Я всё ещё продолжал держать её за руку.

– С меня хватит, – выдохнула девушка, – всё. Достаточно, – потянула руку на себя, но я не отпустил, – оставь меня. Я ухожу. Это была глупая идея.

Я не успел ничего сказать. За спиной послышалось копошение и грозный рык. Мы уставились друг на друга, и в глазах Хэйли промелькнуло беспокойство. Я сжал её руку крепче и медленно повернул голову в сторону звука.

Святое дерьмо!

В нескольких метрах от нас столпилась свора бродячих псов. Пара из них оскалила зубы, и я инстинктивно подтолкнул девушку так, чтобы она спряталась за моей спиной, и полностью развернулся лицом к ним.

Что там говорят? Нужно смотреть прямо в глаза опасности?

Хэйли крепче сжала мою ладонь, и я опустил голову ниже. Не знаю, мог ли я вселить ужас этим одичавшим тварям, но я точно не собирался показывать, что мне страшно.

– Маркус, – прошептала Хэйли, – сзади ещё трое.

– Не паникуй, – уверенно произнёс я, но только сильнее прижал её к себе.

Я удерживал взгляд на рыжем тощем псе, который сделал шаг вперёд и зарычал громче, оскалив зубы.

За спиной что-то зашуршало, и пара других повернули морды в сторону звука.

– Что ты там делаешь? – я прошипел, почти не размыкая губ, – хватит шуршать.

Тут уже рыжая морда заинтересовалась происходящим за моей спиной и сделала ещё один шаг.

Они окружали нас.

Я прижал Хэйли ближе к себе, но внезапно раздался оглушающий свист, и девушка выскользнула из-под моей руки. В следующий миг мимо меня пролетело что-то крупное и тяжёлое.

Семь пар собачьих глаз переключили своё внимание на предмет и его траекторию полёта и ринулись к нему, обгоняя друг друга.

– Сюда! – резко крикнула Хэйли, и я обернулся.

Она уже стояла на мусорном контейнере, прижимая к себе пакет, и тянулась к пожарной лестнице, которая находилась прямо у неё над головой.

– Чего ты стоишь? – малышка развернулась, ухватившись за нижнюю перекладину, и в недоумении уставилась на меня.

Я очнулся и, схватившись за крышку контейнера, с лёгкостью запрыгнул, поражаясь, как эта кнопка умудрилась так быстро вскарабкаться на него.

Наверно адреналин.

За спиной раздался визг и грозное рычание. Собаки принялись драться за добычу, а я продолжал гадать, что она им бросила?

Хэйли уже взбиралась вверх по лестнице, держась за перекладины только одной рукой.

Вот сумасшедшая! Почему она его не бросит?

Я стремительно догонял её. Когда наконец оказался на крыше трёхэтажного здания, Хэйли уже стояла, оперевшись ладонями о колени, и громко дышала.

– Ты в порядке? – я выпрямился и окинул её взглядом.

Смех вырвался из её груди. Сперва фыркающий, а затем такой заливистый, по-детски беззаботный, что я просто впал в ступор. Она хохотала, как безумная.

– Обалдеть, – выдавила из себя девчонка, когда смех уже начал превращаться в нечто всхлипывающее, – как я это сделала?! – она воскликнула, почти взвизгнув, и посмотрела на меня.

Её улыбка была впечатляющей. Сейчас, смеясь так искренне, она выглядела невероятно живой, жизнерадостной. Впервые за эти два дня она по-настоящему смеялась, и причиной этому не был Дэнни.

Невольно я сам широко улыбнулся.

– Это ты свистела?

– Ага, – розовые губы растянулись в широченной улыбке, а глаза потемнели, от выброса адреналина зрачки словно вытолкнули всю синеву, и Хэйли казалась дикой.

– Где ты этому научилась? – я чувствовал, как моя грудная клетка вздымается от прерывистого дыхания.

– Понятия не имею, – Хэйли вскинула руки и захохотала ещё громче, – мне просто нужно было переключить их внимание с тебя, и это произошло само собой.

Она сияла, словно крошечная светодиодная лампочка, её глаза искрились, улыбка озаряла маленькое личико. Хэйли выглядела ослепительно счастливой. И эта картина завораживала.

Я был не в силах оторвать от неё глаз, пытаясь запомнить каждый миг этого момента. Запомнить её звонкий смех, яркую улыбку и озорных бесят, пляшущих в её зрачках.

Хэйли заметила моё пристальное внимание, и улыбка медленно сползла с её лица, сменившись смущённо закушенной нижней губой.

Нет, она не была беззащитным оленёнком. Да, она была маленькой, выглядела ужасно хрупкой, но на деле была невероятно храброй и расторопной. Она не растерялась в опасной ситуации, не струсила, а наоборот, начала действовать ещё раньше меня. Хэйли была поразительно смышлёной и отважной.

Если проанализировать все эти дни с момента нашей встречи, не было ни одного, где она расклеилась, сдалась или показала слабину. Да, она грустила порой, но потом вытирала слёзы и поднималась. Она изо всех сил старалась показать, что может быть стойкой, несломленной.

Она не была Бэмби.

– Что ж, – смущённо улыбнулась девушка, – похоже нам не светит рождественский ужин с зажаристой индейкой, – она стянула с плеч лямки рюкзака и, поставив его на крышу здания, расстегнула и принялась укладывать уцелевшие покупки.

– Ничего, – успокоил я, – до Рождества ещё два дня. Попросим Дэнни купить ещё одну, – я не сдержал улыбку, и Хэйли опустила голову ниже, позволив светлым растрёпанным прядям упасть на лицо.

Девушка снова закинула рюкзак за спину и просунула руки в лямки.

– Что ж, – она оглянулась по сторонам, – надеюсь тут есть вторая пожарная лестница. В обратную сторону я ни ногой.

– Да уж, – я отряхнул ладони друг о друга, сбивая подтаявший снег с перчаток, который уже начал превращаться в крохотные льдинки, – думаю, на другой стороне здания должен быть выход или что-то вроде того.

Хэйли кивнула, и мы отправились на поиски обходного пути.

Преодолев вентиляционные трубы, я заметил торчащий из-за парапета край металлических перил.

– Кажется здесь, – я указал рукой, привлекая внимание Хэйли.

Мы подошли к краю, и я, прижавшись к кирпичному парапету, осторожно выглянул. Внизу был переулок, где, к счастью, не виднелось никого, кто мог бы нас застать врасплох.

– Я полезу первый, а ты следом за мной, договорились?

Хэйли кивнула, и я развернулся спиной, чтобы ухватиться за перила и сделать первый шаг. Лестница казалась устойчивой, и я уверенно начал спускаться. Несколько перекладин спустя над головой показались ботинки Хэйли.

– Не торопись, – предостерёг я, – здесь всё обледенело.

Малышка замедлилась и позволила мне спуститься немного ниже. Когда перекладины закончились, я посмотрел вниз, чтобы оценить расстояние до земли. Всего метра два с половиной. С моим ростом это совсем ничего. Я спустился на руках ещё ниже, а затем просто отпустил и приземлился на асфальт. Выпрямившись, оглянулся по сторонам, чтобы убедиться, что никто на нас не нападёт, и снова посмотрел наверх.

Хэйли проворно преодолевала перекладину за перекладиной и выглядела чертовски соблазнительной с такого ракурса. Попка девчонки смотрелась невероятно сексуально в этих чёрных обтягивающих штанах, и я позволил себе наслаждаться этим зрелищем, пока она не видела.

Внезапно раздался резкий металлический скрежет, и перекладина под ногой Хэйли оторвалась от основания. Девушка взвизгнула и, не удержавшись, полетела вниз.

– Хэйли!

Я тотчас же подлетел ближе, чтобы поймать её, и в этот момент по узкому переулку разнёсся крик, переполненный болью.

Девушка приземлилась прямо ко мне в руки, и я аккуратно опустился на колени.

Глаза малышки были распахнуты, а нежное личико исказилось болезненной гримасой. Она хватала ртом воздух, а я не мог понять, что произошло.

– Эй, посмотри на меня, – я уселся на асфальт и обхватил её лицо одной рукой, продолжая второй удерживать девушку у себя на коленях, – ты ушиблась?

Глаза Хэйли наполнились слезами, и из груди вырвался отчаянный стон.

– Рука, – еле слышно прошептала, – рука. Что с ней?

Только сейчас я заметил, что левая рука Хэйли неестественно выгнулась.

Чёрт возьми, это не сулило ничего хорошего.

– Так, посмотри на меня. Насколько сильную боль ты ощущаешь по шкале от одного до десяти? – я принялся расстёгивать её куртку.

– Не знаю, – выдавила Хэйли, – восемь? Острая боль в плече и… кажется ладонь пульсирует, – она перевела взгляд на свои пальцы.

Пока я пытался добраться до её плеча, чтобы ощупать место повреждения, проследил за взглядом Хэйли. Её перчатка пропиталась кровью.

– Это нехорошо, – прошептала девушка, задыхаясь, – чертовски нехорошо.

– Слушай меня, – я снова привлёк её внимание, нащупав место повреждения, – кажется, у тебя вывих. Сейчас мы кое-что сделаем. Прежде чем вправлять, нам нужно расслабить мышцу.

Я размотал её шарф и сложил в несколько слоёв.

– Будет неприятно, но тебе придётся потерпеть. Я знаю, ты ненавидишь выглядеть слабой, так ведь? – Хэйли горько рассмеялась, продолжая задыхаться, – вот именно. Так что постарайся не кричать.

Аккуратно согнув руку в локте на девяносто градусов, я просунул самодельную подушку под её плечо. Ресницы малышки задрожали, а губы напряглись в болезненной улыбке, сдерживающей хриплый стон.

– Молодец. Вот так, – я застегнул её куртку, – а теперь просто придержи здоровой рукой, хорошо? – Хэйли судорожно закивала.

Я переключил внимание на её ладонь. Перчатка была разодрана, и тёмная шерсть уже насквозь пропиталась кровью. Осторожно стянув кусок материи, я осмотрел место повреждения. Ребро ладони было рассечено длинной рваной раной от мизинца до самого запястья.

Расстёгивая свою куртку, я бросил взгляд наверх.

Оборвавшаяся перекладина. Должно быть она пыталась ухватиться хоть за что-нибудь и зацепилась за неё.

Я схватился за край футболки и резко дёрнул, разорвав её по шву, а затем поперёк полотна. Куском материи я крепко перевязал рану, чтобы остановить кровотечение.

– Вот так, – произнёс я и вытер окровавленные руки об остатки футболки на груди, – нам нужно как можно скорее добраться до дома и сделать всё по уму.

Я подхватил Хэйли и поставил её на ноги.

– Идти можешь? Как ты себя чувствуешь?

– Да, всё нормально, – выдохнула девушка, – я в состоянии идти сама.

– Хорошо, – я опустил руку в карман и нащупал одноразовый телефон. Набрав единственный знакомый мне номер, я поднёс трубку к уху и уже после первого гудка услышал издевательский смешок:

– Не можешь заснуть без моего голоса?

– Не время шутить, Дэнни. Код синий, – я приобнял Хэйли за талию и жестом велел ей следовать за мной.

– Какого хрена у вас произошло? – воскликнул парень, моментально сделавшись серьёзным.

– Вывих плеча и рваная рана. Нужна твоя помощь.

– Проклятье! Буду через пятнадцать минут.