Текст книги "Куклы (СИ)"
Автор книги: Анна Душинина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 20 страниц)
Куклы
Анна Душинина
Пролог
Ты когда-нибудь чувствовала себя в ловушке? Не просто в безвыходной ситуации, а так, словно каждый твой шаг, каждое движение, каждый вздох – подконтрольны кому-то другому?
Я это чувствую. Прямо сейчас. Эта удушающая безысходность разрывает меня на части, высасывает весь кислород из моих лёгких и медленно убивает.
Кто бы мог подумать, что последний месяц – потрясающий месяц – оборвётся так нелепо?
Если бы я знала, что всё закончится именно так, ни за что в жизни не вышла бы тогда из дома.
Почему это случилось именно со мной?
Я смотрю в глаза человека, которому, должно быть, доверяла больше всех на свете, и не верю тому, что слышу. Глаза, переполненные безумием и злобой, сверлят меня, проникая в самую глубь, и мне становится невыносимо больно от осознания, что это конец.
Но я изо всех сил пытаюсь запомнить те, другие глаза, которые смотрели на меня с обожанием и теплом, и повторяю только одно: «я люблю тебя».
Я люблю тебя.
Запомни!
Маркус, я люблю тебя.
Мне всё ещё тяжело дышать, но я изо всех сил пытаюсь сфокусироваться на его мантре, чтобы удержать крупицы сознания и унести с собой хоть частицу того, что сейчас происходит.
Последний взгляд в бездушную тьму глаз моего противника, и я потеряла огромную часть себя.
Глава 1
Хэйли
Методично повторяющийся звук вырвал меня из сна, и я резко открыла глаза в поисках своего телефона.
6:30.
Не знаю, кто придумал, что учебный день должен начинаться так рано, но этот человек точно не был моим любимчиком. Как можно быть работоспособным, когда твой организм планирует проснуться только через пару часов?
Но сегодня особенный день.
Перевернувшись на спину, я на ощупь нашла телефон, отключила будильник и снова закрыла глаза, в надежде, что дополнительные две минутки помогут мне собраться.
Сегодня день моего совершеннолетия. День, когда всё наконец должно измениться. Я перестану быть ребёнком и смогу жить так, как того желаю. Подальше от матери, которая разрушила нашу семью, и я вынуждена жить вдали от папы, наслаждаясь лишь редкими встречами. Оправдание, что она каждый день спасает чьи-то жизни, не работает, если твоя собственная жизнь превращается в прах, а близкие люди страдают.
Я открыла глаза и, решительно поднявшись с кровати, направилась в душ. Прохладные струи, врезающиеся в мою кожу, – вот, что способно привести меня в чувство перед тяжёлым днём.
Закрыв глаза и пытаясь дышать размеренно, пока вода струится по моим волосам, я обдумывала план.
В школьном шкафчике у меня припрятано уже достаточно вещей, кое-что из косметики, так что пару-тройку дней продержусь. А потом, когда мать будет на смене, вернусь и заберу остальное.
Сразу после школы отправлюсь к папе в Бостон, и мы отметим мой День рождения вместе, как он и обещал.
Накрасив ресницы тушью и уложив светлые волосы крупными волнами, я натянула гольфы, чёрные джинсы, обтягивающее белое боди с высоким воротом и объёмный серый свитер.
Может это прозвучит странно, но при всей моей любви к снегу, я терпеть не могу массачусетские зимы. Хоть я и живу не на самом побережье, всё равно частенько замерзаю, вынужденная добираться до школы на школьном автобусе, а не на собственном автомобиле, который мать не позволяет мне водить вот уже на протяжении двух лет. Так что одеваться как капуста – жизненно необходимо.
Я подняла свой кожаный серый рюкзак с пола и скидала в него сменный комплект белья, зубную щётку, пижаму, тушь для ресниц и зарядные устройства. Закинув рюкзак на плечо, я подошла к двери и, набрав в лёгкие воздуха, оглядела комнату на прощание.
Тёплые огоньки гирлянды над кроватью. Статуэтки, награды и фотографии на полках с книгами. Огромный плюшевый медведь в кресле у окна. Это место перестало быть домом. Малышка Хэйли стала взрослой и больше не будет терпеть помыкания матери.
Захлопнув дверь, я стремительно спустилась с лестницы.
Обув ботинки, быстро надела куртку, вязаную шапочку, обернулась шарфом на два раза и прихватила с комода перчатки и ключ от дома.
Не позволяя себе задержаться ни на секунду, я заперла входную дверь и сбежала вниз по ступенькам крыльца, торопясь успеть на автобус.
Прощай, мама. Больше ты меня не удержишь.
***
– Холи! – услышала громкий задорный голос откуда-то слева.
Продолжая переодеваться в форму, я не обращала внимание на разговоры девчонок.
Весь день меня не оставляет в покое чувство тревоги. С самого момента, как я оказалась в школьном автобусе, всё вокруг кажется подделкой. Я даже не знаю, как это объяснить. Я определённо на своём месте. Я знаю Гэрри – седовласого старика, который каждый день с улыбкой встречает меня, едва распахиваются двери автобуса. Я помню каждого преподавателя и тренера. Но, чёрт возьми, я не могу вспомнить никого, кто мог бы быть мне другом. Словно я впервые вошла в класс, и это ужасающее чувство неуверенности, когда на тебя глазеют десятки пар глаз, заставляет моё тело нервно дрожать.
Хлопок жестяной дверцы шкафчика приводит меня в чувство. Я вздрагиваю, осознав, что пальцы впиваются в ткань рашгарда, зажатого в моей руке. Тряхнув головой, я расправила его и быстро натянула через голову.
Неуютное чувство, будто всё, что я делаю, абсолютно бесполезно, прокатило по спине морозными мурашками.
Остановись, Хэйли. Зачем ты это делаешь?
– Эй, Холи! – кто-то хлопнул меня по плечу, и я развернулась, ошарашенная такой наглостью, – что с твоим телефоном?
– Прости? – я уставилась на девушку передо мной.
Насыщенно-зелёные глаза, живая жизнерадостная улыбка, светлые кудряшки, выбившиеся из короткого хвостика.
Кто ты?
– Что с тобой сегодня? – спросила девушка, внимательно разглядывая меня, – почему не отвечаешь на сообщения?
– Извини, мы знакомы? – оглянувшись по сторонам, я в замешательстве вернула взгляд незнакомке.
– Очень смешно, – фыркнула девушка и, захлопнув мой шкафчик, подхватила под локоть и потащила в сторону зала, – соберись! Кларенс сегодня рвёт и мечет. Игра уже через несколько дней, а мы не отработали связки.
Девушка буквально тащила меня за собой, тараторя без остановки, а я не успевала и слова вставить.
Ворвавшись в спортивный зал, я почувствовала лёгкое головокружение. Не успела прийти в себя, как меня кто-то подхватил сзади и, подкинув в воздухе, развернул к себе лицом. Высокий брюнет, оказавшийся лицом к лицу со мной, широко улыбнулся и чмокнул меня прямо в губы, крепко прижимая мои бёдра к своему торсу.
– Привет, куколка, – парень снова прильнул к моему лицу, сверкая белоснежной улыбкой, – где ты пропадала целый день?
Его пальцы сжали кожу на моих оголённых бёдрах, и из моих лёгких будто выбили одним махом весь воздух, когда мной овладел ужас. Охваченная паникой, я принялась колотить ладошками по его груди и вырываться.
– Отпусти, – запищала я, пытаясь отстраниться и соскочить на пол.
Взгляд парня переменился. Замешательство сверкнуло в голубых глазах, и, прищурившись, он резко выпустил меня, вскинув ладони кверху, от чего я грубо приземлилась на паркет.
Задыхаясь, я попятилась назад. Парни за спиной голубоглазого начали перешёптываться, скалясь и глазея на нас.
– Какого чёрта, Холи? – зашипел парень, оглядываясь по сторонам, и, снова приблизившись ко мне, схватил за запястье, – что за концерт?
Я потянула руку на себя и окинула взглядом толпу парней и девчонок, внимательно наблюдающих за нами.
– Отпусти, – снова попыталась одёрнуть руку, чувствуя, как ладонь парня сильнее смыкается на запястье, – ты делаешь мне больно.
Его челюсть напряглась, а взгляд вдруг стал холодным и злобным.
– Терри! – послышался уже знакомый голос из-за спины, – отпусти её.
Девушка, втащившая меня в спортзал, вырвала меня из его хватки и потянула на себя. Парень хмыкнул и растянул губы в улыбке, но в глазах мелькнуло что-то зловещее.
– Да больно надо, – выплюнул брюнет и попятился к толпе парней.
Потирая запястье, я закрутила головой по сторонам, осознавая, какую толпу зевак собрала вокруг себя.
В висках пульсирует, сердце бешено колотится в груди. Шагаю спиной вперёд в сторону выхода и жадно хватаю ртом воздух.
– Холи, – голос доносится словно со дна бутылки.
Девчонки, столпившиеся в дальнем углу зала, перешёптываются, наблюдая за мной, а тот брюнет по имени Терри пихает другого парня в плечо, сверля меня взглядом.
– Джебсон! – выкрикнул парень, глядя на меня, – я с удовольствием послушаю твои извинения, когда ты разберёшься со своими шальными тараканами.
Джебсон?
Развернувшись лицом к выходу, я со всех ног побежала в сторону раздевалки.
Какого чёрта происходит?
За спиной послышался хлопок двери.
– Холи! Подожди! – всё та же девушка, заступившаяся за меня перед этим кретином, догнала меня и поймала за руку, – ты в порядке?
Она с беспокойством оглядела моё запястье, заметив покрасневшие полосы.
– Вот ублюдок! Что на него нашло? – в её глазах засверкала злоба.
– Кто ты? – я потянула руку на себя, глядя в глаза девушке. Беспокойство в её взгляде сменилось испугом, – кто этот парень? Кто вообще все эти люди? Почему тебе есть дело до меня, когда я даже не знаю, кто ты такая?
– Холи, ты шутишь? – девушка снова взяла меня за руку, – это я – Кайла.
– Какая, к чёрту, Холи?! – нахмурившись, я снова выдернула руку из её ладони.
– Меня зовут Хэйли. Хэй-ли Джонс, – я отчеканила своё имя по слогам, – и я понятия не имею, кто ты и все эти люди. И какого чёрта этот урод лапал меня?
– Что с тобой? – глаза девушки наполнились страхом, – ты несёшь какой-то бред. Тебя зовут Холи Джебсон. Я – Кайла – твоя подруга. А Терри – твой парень. Хоть я не очень его одобряю, но вы встречаетесь с прошлого лета.
Я почувствовала, как моя голова будто потяжелела на несколько килограммов. А спустя пару секунд я засмеялась.
– А, я поняла! Это, очевидно, какой-то розыгрыш в честь дня рождения? Окей, где здесь скрытая камера? Думаю, пора сворачивать это шоу, – я развернулась к шкафчику, стягивая рашгард и юбку с шортами, – надеюсь, вам хорошо платят за это, потому что я, честно признаться, нехило перепугалась на мгновение. Но сейчас ты несёшь полнейшую чушь. Холи Джебсон, – я разразилась хохотом, – думаешь, я не знаю, кто я на самом деле?
Девушка продолжала стоять рядом со мной, не говоря ни слова, будто оцепенела, и просто наблюдая, как я натягиваю свою одежду.
– Спасибо за помощь, но я умываю руки, – глянула на её растерянное лицо, а затем задрала голову наверх, – слышите? Игра окончена! Где там ваши цветы или что вы там дарите, когда розыгрыш раскрыт? Я ухожу!
– Холи, – эта Кайла схватила меня за плечи и встряхнула, – посмотри на меня. Ты явно не в себе! Что-то произошло? Давай я отвезу тебя к врачу?
– К врачу? Да это вы все ненормальные! Я в полном порядке! – я скомкала свою форму и закинула в рюкзак.
– Холи, – глаза девчонки заблестели, – Холи, ты меня пугаешь. Давай позвоним твоей маме, или я отвезу тебя к ней. Что-то не так. Тебе явно нужна помощь.
– Ну уж нет, только не к матери, – зарычала я и, схватив рюкзак, выбежала из раздевалки.
***
Всю дорогу до Бостона я пыталась дозвониться папе. Немые гудки в телефонной трубке, казалось, уже слились со стуком колёс вагона, вводя в транс. День обретал всё более мрачные краски, и никакой день рождения уже не был в радость.
За последние сорок минут мне дважды позвонила мать. Я не ответила.
Анализируя весь тот дурдом, который происходил вокруг меня сегодня, я несколько раз позволила поддаться сомнению в трезвости своих мыслей.
Всё это и правда выглядело слегка странно. То, как те ребята общались со мной. Словно мы так делаем каждый день. Эта девушка Кайла выглядела весьма дружелюбной и встревоженной, заступившись за меня перед тем парнем. И потом в раздевалке. И этот Терри… Он позволял себе такие вещи, будто имел на меня право.
Но я впервые вижу этих людей.
Голова раскалывается.
Я закрыла глаза и прижала пальцы к вискам.
Скоро всё закончится. Ещё немного, и ты окажешься в его объятиях.
До папиной квартиры в центре Бостона пришлось добираться с пересадками. Время уже позднее. Я устала от неразберихи, нервного напряжения, и всё, чего я хотела сейчас больше всего – просто оказаться в папиных объятиях.
Выбравшись из подземки метро, я резко ощутила, как изменилась погода с приближением к побережью. Спрятав руки в карманы и зарывшись носом поглубже в шарф, я пыталась укрыться от мокрого снега и промозглого ветра, характерного для середины декабря.
Улицы стремительно покрывались огнями разноцветных гирлянд, яркими вывесками на дверях баров. Отовсюду слышны смех и возгласы студентов – основного населения этого района. Здесь царит какая-то особая атмосфера праздника и жизни. Словно город не затихает ни на секунду. Здесь бы мне действительно хотелось жить. Рядом с человеком, который меня любит.
Перейдя дорогу, я направилась к дому напротив, где живёт папа. Даже, если его ещё нет, я подожду. Хотя занятия в университете уже давно закончились. Возможно, он не брал трубку из-за шума автомобилей и голосов, пока возвращался с работы. А сейчас уже был дома.
Поднявшись на третий этаж таунхауса, я нажала на кнопку звонка. Не прошло и несколько секунд, как дверь резко распахнулась, но на пороге стоял вовсе не папа.
Я взглянула на номер квартиры, подозревая, что ошиблась дверью. Но нет, всё правильно, ошибки быть не может. Я снова перевела взгляд на дверной проём.
– Вы что-то хотели? – высокий тонкий голосок источал напряжение. Девушка, стоящая передо мной в крохотных шортиках, короче чем моя пижама, и с босыми ногами, упёрлась рукой в дверной косяк и внимательно разглядывала меня.
Я на мгновение растерялась, оглядывая девушку с ног до головы.
– Вы что-то хотели? – более настойчиво и раздражённо повторила девушка.
На вид ей не больше двадцати. Крохотная фигурка, вьющиеся тёмные волосы, раскиданные по плечам, и слишком мало одежды.
– Простите, – выдавила я, – мне нужен Кристофер. Кристофер Джонс.
Девица прищурилась и снова смерила меня взглядом. Затем, скрестив руки на груди, произнесла:
– Крис ещё не вернулся. Ему что-то передать?
Крис?
– А вы кто? – выпалила я, вытащив руки из карманов и так же скрестив их на груди.
Губы девушки искривились в усмешке.
– Я – Лайла, девушка Криса. Мы живём вместе.
Девушка?
Внутри что-то оборвалось, грохнувшись прямо в желудок. Меня замутило от противного осознания, что папа завёл себе пассию почти одного возраста со мной. Мерзость! Поверить не могу.
Кто она? Его студентка?
Вмиг моё уважение и восхищение отцом улетучилось, и сознание заполнилось отвращением и разочарованием. В висках снова запульсировала кровь, голова начала гудеть, а в горле встал ком. Из груди снова выбили весь воздух. Я, старательно сдерживая слёзы, попятилась в сторону лестницы, на ходу распутывая шарф, чтобы дать себе больше пространства для нового вдоха.
Я не помню, как преодолела лестничные пролёты. Моя голова более-менее прояснилась, лишь когда я выскочила на улицу, едва не налетев на проходящую мимо толпу студентов. Крики и смех вперемешку с порывом ледяного ветра отрезвили меня, и я наконец-то смогла вдохнуть воздух.
Опираясь на стену здания, я нетвёрдой походкой направилась вдоль тротуара.
Нет. Определённо. Не было никаких сомнений. Мой папа связался со студенткой.
Господи.
Слёзы разочарования хлынули из глаз.
И он притащил её к себе домой? Сегодня? В день моего рождения он притащил её сюда? Он предлагал жить вместе! Вместе с кем? С его малолетней подружкой?
И куда мне теперь идти? С этой девицей в одной квартире я не останусь. И к матери возвращаться нельзя.
Рыдания вырвались из груди, сопровождаясь потоком слёз, превращавшихся в льдинки на моих щеках.
Я прислонилась спиной к кирпичной стене и подняла голову.
Нужно успокоиться. Перестать рыдать, иначе заработаю обморожение.
Сняв перчатки, провела пальцами по щекам в попытках высушить кожу раньше, чем ветер до неё доберётся. Затем снова намотала на шею шарф, натягивая его как можно выше, надела перчатки и огляделась по сторонам.
Куда, чёрт возьми, я забрела?
Улица казалась незнакомой, рядом не виднелись выходы к станциям метро. Оглянувшись в сторону, откуда, как мне помнится, я пришла, я увидела двух мужчин. Чёрные куртки, вязаные тёмные шапки с подворотами, высокие ботинки. Я их сегодня встречала уже дважды. Да. Кажется, я их уже видела. Сперва в вагоне поезда на пути в Бостон. Затем в метро, когда вышла на своей станции. И сейчас снова. Они стояли на другой стороне улицы, болтали, прислонившись к передвижному вагончику с фастфудом.
Нет. Хэйли, тебе показалось. На самом деле, сколько людей одеваются подобным образом? Миллионы. Это всё твой уставший от всей этой неразберихи мозг. Это могли быть совершенно другие люди. А ты уже напридумывала себе чёрт знает что.
Надев перчатки, я двинулась в обратном направлении. Перейдя дорогу, краем глаза заметила, как оба оживились и, не дождавшись своей очереди, отошли от вагончика и двинулись вперёд.
Та-а-а-ак, ладно. Они могли просто передумать. Не поддавайся панике.
Но ноги инстинктивно ускорились, заставляя меня пересекать улицу быстрее, чем обычный пешеход.
Чтобы проверить обстановку, я вытащила из кармана телефон и, заблокировав экран, подняла его так, чтобы в отражении было возможно разглядеть, что происходит сзади.
Сердце словно подскочило и застряло где-то в глотке.
Нет, они точно следят за мной. Это уже не паранойя.
Стараясь не поддаваться панике, я аккуратно осмотрелась по сторонам.
Главное, не совершать ошибок и ни в коем случае не уходить ещё дальше вглубь района. Нужно двигаться в ту сторону, откуда пришла. Так у меня будет больше возможностей оторваться от них, добежав до знакомых заведений или магазинов. Или в крайнем случае до квартиры отца.
Увидев поворот перед светофором, я, изо всех сил пытаясь не подавать виду, что мои преследователи были обнаружены, свернула вправо и побежала со всех ног. Нас разделяли метров сто, прежде чем я свернула за угол. Если прямо сейчас куда-нибудь свернуть, это может их задержать, пока они будут соображать, куда я подевалась.
Я буквально чувствовала, как шестерёнки крутятся в моей голове. Пробежав пару баров, куда без документов меня точно не пустят, я заметила узкий проход с мусорными контейнерами, перекрывающими переулок. Разбежавшись, я подпрыгнула, зацепилась рукой за крышку мусорного бака и запрыгнула на него. Удивившись своей ловкости, я чуть не расхохоталась, спрыгнула на тротуар и, пригнувшись, как можно тише побежала вдоль тёмного переулка, надеясь, что не оказалась в тупике, и что контейнеры собьют со следа моих преследователей.
С улицы послышался топот, с каждой секундой становящийся всё громче и громче.
– Куда она подевалась? – послышался голос одного из преследователей, и я задержала дыхание.
Прижавшись к стене, натянула капюшон пониже, стараясь максимально слиться в своей чёрной куртке с обстановкой вокруг, и торопливо зашагала спиной вперёд в сторону небольшого углубления в стене здания.
– Она не могла далеко уйти, – я заметила, как один из них появился в проходе, прямо перед контейнерами.
Только бы не заметили.
Я двигалась наощупь, боясь выпустить из виду выход на улицу, и ощутила ужас, когда наступила на чей-то ботинок и наткнулась спиной на кого-то позади себя. В тот же миг мой рот зажала огромная ладонь, другая рука крепко прижала меня к твёрдой груди, и тело, словно ватное, дёрнулось куда-то в сторону.
Перед глазами всё потемнело.
Глава 2
Хэйли
Удар. Ещё удар. Оглушающий. Как если бы молот Тора столкнулся с щитом Капитана Америки.
Именно с таким звуком пульсировала кровь в моих висках, разносясь вспышками адской боли. Но, несмотря на это, мои глаза были широко распахнуты в попытках удержать контроль. Огромная ладонь зажимала мой рот, но мне всё ещё удавалось жадно втягивать воздух ноздрями, чтобы оставаться в сознании и не позволить себе отключиться.
С улицы доносились голоса тех двоих, что гнались за мной. Но кто сейчас удерживает меня? Третий? Их трое? Чего они от меня хотят?
Мысли неслись со скоростью света, пока мой рот был зажат, а руки зафиксированы так, что оказались прижаты к бокам. Я отчаянно пыталась высвободиться, но в попытках вырвать руки из плена безумца, поймавшего меня, была похожа на этих дурацких динозавриков с коротенькими бесполезными лапками, болтающимися на уровне моей талии.
Я всхлипнула и сквозь звон в ушах услышала глубокий низкий шёпот:
– В твоих же интересах не издавать ни звука.
От его горячего дыхания на моей щеке тело словно оцепенело, и я буквально впечаталась в него спиной. Мои ноги подкосились. Глаза, казалось, вот-вот выскочат из орбит.
Он был огромным. Я осязала его всем своим телом и могла поклясться, что он, как минимум, на целую голову выше меня.
Господи! Да ему не составит труда разделаться со мной, а я даже пискнуть не успею. Чего он от меня хочет?
Всё ещё стоя на его ботинке, я со всей силы нажала пяткой на носок и покрутила.
Незнакомец чертыхнулся и, сделав широкий шаг вправо, потянул меня во тьму. Мои ноги волочились по земле, барахтаясь и едва поспевая за ним. Просвет между зданиями исчез, а вместе с ним пропали из виду и преследователи.
Из моего рта вырвался глухой вопль, но никто, кроме меня и его, не услышал бы этого. Осознание неизбежности накрыло с головой, из глаз хлынули слёзы, а грудь сотряслась от немых рыданий. Но всё же я не закрывала глаза ни на секунду.
– Не бойся. Просто следуй за мной.
Его шёпот вмиг отрезвил меня, когда я почувствовала, как мы начали спускаться ниже уровня переулка.
Действуй, Хэйли! Собери мысли в кучу! Ты должна действовать.
Почувствовав, как наши тела слегка отклонились назад, пока он спускался всё ниже и ниже, я навалилась на него всем весом, напрягла пресс и, рывком согнув колени, принялась колотить по его ногам.
– Твою мать! – зарычал незнакомец и подкинул меня выше, – прекрати сейчас же! Я не причиню тебе вреда!
Не причиню вреда? Да, как же!
Продолжая тихо ругаться, он остановился.
– Пожалуйста, – его дыхание сбилось, – просто успокойся, и я отпущу тебя. Клянусь, я не наврежу тебе. Только не кричи.
Он серьёзно? Не кричи?! То есть, он думает, если попросить жертву не кричать, она радушно согласится?
Он принялся крутить бёдрами прямо на уровне моих ягодиц, будто приплясывая.
Господи… Пожалуйста, не делай этого.
Моё тело инстинктивно сжалось, а глаза впервые зажмурились. А затем послышался слабый скрип стали. Незнакомец потянул меня влево, и в следующий миг мы оказались в тёмном помещении, похожем на подвал. В нос ударил слабый запах сырости. Где-то вдалеке послышалось журчание воды в трубах. Освещение было слабым, местами то горели, то мигали жёлтые лампочки.
Да твою ж мать! Всё это напоминает какой-то фильм ужасов. Кто он, чёрт возьми, такой? Маньяк? Каннибал? Насильник?
Когда он поставил меня на ноги и немного наклонился, нависнув надо мной и прижимаясь к моей спине, его губы снова поравнялись с моим ухом:
– Я знаю, как это выглядит, – прошептал снова, – и ты напугана, понимаю.
Напугана? Я в ужасе!
Из моих глаз всё ещё текли слёзы, а тело колотило от страха.
– Но у меня не было другого выбора. Сейчас я уберу руку и отпущу тебя. Пообещай, что не закричишь, – он сделал паузу.
Я стояла, не двигаясь. Моя грудная клетка плясала под его мощным предплечьем, а воздух со свистом скользил между пальцами его ладони.
– Пожалуйста, – его голос стал мягче, – пожалуйста, доверься мне. Я пытаюсь нас защитить. Просто доверься, ладно?
Нас? Защитить? От тех двоих? Его тоже преследуют?
Я замерла, прислушиваясь к нему. Он дышал тихо, но даже через слои своей одежды и рюкзак я ощущала, как вздымается и опускается его грудная клетка. Он склонился так близко, что волосы, выбившиеся из-под шапки, развевались от его дыхания. Я перестала вырываться, и он ослабил хватку, но пока не отпустил.
– Я могу тебе доверять?
Что? Может ли он доверять мне?
Его поведение выбивало меня из колеи. Неизвестный схватил меня, испугал до чёртиков, затащил непонятно куда и спрашивает, может ли он доверять мне?
– Сейчас я отпущу тебя. Только не кричи, – предупредил, а спустя секунду его правая рука опустилась, и я инстинктивно взметнула ладони вверх, чтобы отлепить вторую руку от моего лица.
– Будь хорошей девочкой, – снова прошептал у моего уха, и мне послышалось, будто он ухмыльнулся.
Ладонь исчезла с моего лица, и я резко развернулась, отчаянно вдыхая воздух.
Передо мной стояла высокая мужская фигура. Он был высоким настолько, что мне пришлось задрать голову, даже когда отступила на шаг назад и упёрлась спиной в стену. Его лица не было видно из-под капюшона чёрной куртки. Всё, что мне удалось разглядеть, пока мои глаза бегали по его телу, оценивая масштабы опасности, это узкий, выраженный подбородок, покрытый тёмной щетиной, и чёрные густые брови, из-за которых в этой темноте я почти не видела глаз.
Моё сердце заколотилось быстрее, и я резко вздохнула и перевела взгляд на дверь, через которую мы вошли.
Как быстро он поймает меня, пока я буду бежать эти несчастные три метра?
Но прежде, чем я успела сделать хотя бы шаг, парень сорвал с себя капюшон и шагнул ко мне.
Теперь я знаю, как он выглядит и смогу его опознать. Мне крышка.
Я открыла рот и вжалась в стену, но не смогла проронить ни звука. Лёгкие не успевали за сердцебиением. Частые удары сбивали все остальные процессы с ритма. Я чувствовала, как открываю рот, но просто давлюсь воздухом, не могу протолкнуть его дальше, и он будто застревает в горле.
– Почему они преследуют тебя? – он замер на расстоянии вытянутой руки и посмотрел прямо в глаза.
Я продолжала задыхаться. Вытаращив на него глаза, принялась распутывать шарф, чтобы открыть больший доступ воздуху. Но ничего не выходило, я не могла понять, где конец, и просто крутила его вокруг своей шеи. От паники в глазах помутнело, всё вокруг стало погружаться во тьму. Я ощутила, как мои ноги ослабевают, и поползла вниз по стене, приземлившись прямо на бетонный пол.
Прохладные ладони стянули с моих рук перчатки и приложили их к моему лицу. Заставив сложить ладошки вокруг рта и носа, незнакомец прорычал:
– Дыши! Слышишь меня? Постарайся замедлить дыхание. У тебя гипервентиляция лёгких. Смотри на меня, – его голос звучал мягко, но настойчиво. Он обхватил мои плечи и встряхнул, – смотри на меня! Вдох… Выдох… Вдох… Выдох… Давай, дыши со мной!
Я сложила руки лодочкой и, глядя прямо в его тёмные глаза, попыталась подстроиться под ритм, который он устанавливал.
Вдох… Выдох… Вдох… Выдох… Вдох… Выдох…
Его голос проникал в моё сознание и диктовал правила, заставлял подчиниться ему.
– Вот так. Молодец. Дыши, – в его голосе послышалось облегчение.
Я опустила глаза и заметила, что он сидит прямо напротив меня, так же на голом бетоне, широко расставив ноги по бокам от меня.
– Сосредоточься на мне. Ничего вокруг нет. Замедляй ритм. Вдо-о-о-ох… Вы-ы-ы-ыдох…
Не знаю, сколько времени прошло, но постепенно я смогла вернуться к стабильному ритму и почувствовала, как боль в груди начала отпускать. Когда я наконец смогла успокоиться, опустила ладони и закрыла глаза.
– Прости. Я не думал, что у тебя может случиться паническая атака, – я снова распахнула глаза и уставилась на него.
– Что? – мой голос охрип, и в горле запершило.
– Паническая атака. Было неправильно так нападать на тебя, но у нас не было времени на разговоры. Как тебя зовут?
Я продолжала молчать и тупо пялиться на него.
Кто он такой? Пару минут назад он тащил меня практически волоком по земле, а потом принялся приводить меня в чувство. Если он маньяк, которому в кайф забавляться с живой игрушкой, я влипла!
– Ладно. Будем считать, ты ещё не отошла от шока. Я – Маркус. Хотя, может и нет.
– Что это значит? – с трудом выдавила из себя, ощущая, что моё горло раздирает.
– Отлично, ты умеешь говорить, – ухмыльнулся парень, и на его губах заиграла улыбка, – как тебя зовут? – проигнорировав мой вопрос, повторил свой.
– Хэйли, – на автомате выпалила я и поёрзала на месте, потому что мои ягодицы начали ощущать, насколько холодным был пол.
Парень протянул мне руку и, оттолкнувшись от пола, поднялся на ноги, всё так же держа руку передо мной.
Я недоверчиво оглядела его, но всё же потянулась к его руке, и он обхватил мою ладонь. Незнакомец дёрнул меня вверх, и я снова оказалась на ногах. Не видя больше причин поддерживать с ним телесный контакт, я отпрянула и отряхнула джинсы.
– Так ты знаешь, почему за тобой гнались? – я отрицательно покачала головой.
– Я видел этих парней несколько раз, до того, как оказался здесь. Это было два месяца назад. Я удивился, встретив их снова. Решил, что они вычислили меня. Но потом заметил, что они, кажется, заинтересованы вовсе не мной, – он пристально смотрел мне в глаза, будто пытаясь что-то прочесть.
– Зачем им за тобой следить? Ты что-то совершил, за что тебя могут разыскивать?
– А ты? – склонив голову слегка набок, он окинул моё тело взглядом.
Я снова покачала головой.
– Ну да, что могла совершить такая крошка, что за ней будут гоняться двое здоровяков? Сколько тебе лет?
– А тебе? – я нахмурилась и сделала шаг в сторону.
Он проследил за мной взглядом, и его губы снова дрогнули.
– Мда, так мы ни к чему не придём, – покачал головой и сделал несколько шагов назад, – смотри, я не нападаю на тебя и не удерживаю. Я останусь стоять здесь, чтобы тебе было комфортно. Но я хочу кое-что узнать о тебе, чтобы понять.
– Понять что? – мой голодный мозг слабо соображал.
– Я перебрался сюда два месяца назад, когда почувствовал слежку. Это были те двое. Ну, или похожие на них, – он кивнул в сторону выхода, но не оторвал взгляд от меня.
– Но в моей жизни произошли странные события. Мой отец и все люди, которые окружали меня в университете, утверждали, что меня зовут Мэтью Гарднер. Но я знаю себя как Маркус Греймор.
Знаю себя…
– Поэтому я повторю снова: как тебя зовут?
– Меня сегодня несколько раз назвали Холи. Но меня зовут не так, – тихо прошептала я, просто проговаривая мысли вслух.
– Кто тебя так называл?
– Ребята в школе. Они называли меня Холи Джебсон. Но я – Хэйли Джонс, – с полной уверенностью взглянула на него.
– Как давно это произошло?
– Что именно?
– Как давно тебя так называют? – уточнил парень.
– Сегодня. Насколько я помню, это произошло сегодня, – я на мгновение засомневалась.
– А что родители? Ты ещё учишься в школе? Сколько тебе лет?
– Я не разговаривала с родителями сегодня. И мне восемнадцать, – на глаза накатили слёзы, и я постаралась унять дрожащий подбородок, вспомнив сегодняшнюю встречу на пороге папиной квартиры.
– Восемнадцать, – тихо повторила я, – сегодня мне исполнилось восемнадцать, – я закрыла глаза и обняла себя руками.
