![](/files/books/160/oblozhka-knigi-nepriyatnosti-po-obmenu-si-299327.jpg)
Текст книги "Неприятности по обмену (СИ)"
Автор книги: Анна Бахтиярова
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)
Глава 20
Последняя картина Руди
– Не хочу участвовать в войне! Не буду!
Вика минут пятнадцать бегала туда-сюда по спальне, выплёскивая негодование. Ругала леди Деметру и короля Эдуарда Четвёртого. А заодно и их предков, которые объединили три страны в одну. Оставили бы всё, как было, никому бы в голову не пришло «отвоевывать» свое назад. Риа внимательно слушала, сидя на краешке широкой кровати. На бледном лице застыло выражение глубокого сочувствия.
– Не буду! – повторила Вика и топнула.
– И не надо, – поддержала белокурая подружка. – Бабушка не может тебя заставить. Тем более, на расстоянии. Ничего ей не пиши, и всё.
Вика сердито покосилась на запертую дверь, за которой скрылась леди Деметра. Замок щёлкнул сразу после её ухода. Ну и отлично. Риа лишилась возможности вернуться к себе, а самозванка, как никогда, нуждалась в компании.
– Становиться мастером фантазий я тоже не хочу, – объявила она. – Мне не нравится это место. Нам нельзя здесь жить.
Говоря «нам», девочка имела в виду себя и сестру. Но Риа решила, что речь о ней.
– Если вернёмся в «Жемчужную корону», меня отправят к русалкам, – вздохнула она горько. – Или до конца дней буду чистить на кухне кастрюли. Твоя бабушка меня даже кухаркой не назначит.
Сердце Вики сжалось.
– Всё равно пора выбираться.
– Как? Вокруг замка туман. Отсюда невозможно уехать без разрешения.
– Ошибаешься, – Вика нащупала в кармане сомнительный подарок Бена. – Картина Руди, о которой я говорила – портал. Но я не уверена, что смогу открыть его в одиночку.
Девочка подошла к двери и осторожно провела пальцами по деревянной поверхности. С помощью подаренного ключа можно выйти из спальни хоть сейчас. Но готова ли она на риск? Второй попытки, возможно, не будет.
– Портал? Картина Руди? – протянула Риа устало. – Мика, это твоё воображение. Или влияние магии красок.
Но Вика не слушала. Достала ключ-звезду и прижала к замку. Едва слышный щелчок пригласил в ночь.
Риа вскрикнула. Глаза запылали от гнева.
– Не смей!
Она не спросила, откуда взялся ключ. Яростно мотала головой и ругалась.
– Картины губительны! Иногда я тебя не узнаю! Будто ты – это не ты!
Вика сжала зубы, взвешивая в уме все «за» и «против». Может, пришло время раскрыть карты? В одиночку с навалившимися проблемами не справиться.
– Мика! – Риа умоляюще сложила руки.
Самозванка решилась. Будь что будет!
– Я не Мика.
Белокурая подружка издала отчаянный стон и попятилась.
– О, боги моря, – зашептала она. – Так я и знала. Ты – дух картины!
Вика возвела глаза к потолку.
– Никакой я не дух. Я человек. В смысле, колдунья. Но я не Микаэла. Я – Виктория! Ясно?
Глаза девочки округлились. Не каждый день лучшая подруга объявляет, что она – вовсе не она, а воскресшая сестра-неумеха. Однако во взгляде не наблюдалось и намека на понимание и веру. Только страх и отчаянье. Викины слова послужили последним доказательством безумия. Или влияния магии красок. Не важно. Для белокурой девочки это одно и то же.
– Мы с папой не погибли, – попыталась Вика всё объяснить. – Жили в Обыкновении. Кто-то отправил нас туда. Папа не знает. Он заколдован, ведет себя, как маленький ребенок. Я вообще не верила, что ваш мир существует, считала папиными рассказы выдумками. Ведь в Обыкновении нет магии. Там я – обычный человек, а не колдунья. Но недавно картина Руди поменяла нас с сестрой местами и отказалась пускать обратно. Та, что с тремя дамами. Это с Микой я тайно переписывалась. А теперь у меня нет ни огненных листов, ни входа домой. Я понятия не имею, в порядке ли сестра. И папа.
Риа молчала. Только пятилась и пятилась, пока не прижалась спиной к стене.
– Как же тебе доказать? – Вика нервно топталась на месте. – Помнишь утро, когда ты нашла меня в странной одежде? Тогда всё началось. А жаба! То есть, леди мегера. Я не хотела её превращать. Случайно вышло. Здесь силы проснулись, но я не умею ими пользоваться. Вот и выходят несуразности.
– А к-к-как же к-к-контролёр? – напомнила Риа. – Ты п-п-прошла измерение.
Вика пожала плечами.
– Для нас с Микой это тоже загадка, – призналась она с грустью. – Мы рассчитывали, контролёр решит, что я – бездарь, и уедет ни с чем. Поэтому никому не признались сразу. Потом всё закрутилось. Разговор бабушки с Клаусом, отъезд в королевский замок, мамина попытка нас потопить. Знаю, ты не веришь. Но я видела её, Риа! Видела! Ещё и магистр Томас что-то скрывает. Ты единственная, кому можно доверять.
Уголки губ белокурой девочки чуточку приподнялись. Ей польстили Викины слова. Это здорово, когда вокруг столько солидных и могущественных взрослых, но доверяют тебе одной. И не просто доверяют, а раскрывают тайны.
– Ладно, – сосредоточенно проговорила она. – Допустим, я тебе поверю. Но расскажи всё. С самого начала. Ничего не утаивай.
Вика и сама жаждала поговорить. Признаться. Обсудить ситуацию. Разделить невзгоды. Она так устала вариться в собственном соку, сходя с ума от бездействия. Девочки проговорили часа полтора. Риа слушала внимательно, сочувствовала болезни Николаса и удивлялась порядкам в Обыкновении. Особенно её впечатлили рассказы о каретах без лошадей и железных птицах. Вике с каждым словом становилось легче дышать. Какой же тяжелый груз – тайны!
– Значит, твой папа заколдован, – подытожила Риа. – И мало помнит о нашем мире.
– Да. А я ничего о нём не знала. Я же была младенцем, когда мы попали в Обыкновению. Оказавшись здесь, решила, что сплю. Ты говорила со мной, словно знаешь всю жизнь.
– Так и было, – улыбнулась Риа и погрустнела. – Теперь понятно, почему ты забрала с собой меня, а не картину прадеда. Вы с сестрой очень разные. Как море и суша.
– Мика тоже бы выбрала тебя, – заверила Вика, хотя сильно в этом сомневалась. Леди Деметра не баловала внучку, и всё же она выросла эгоисткой.
Риа посмотрела с лёгким укором.
– Давай начистоту. Твоя сестра не думает о других. Мику этому не учили. Но я всё равно её очень люблю.
– Знаю.
– Мне жаль, что из-за меня вы не можете общаться. Следовало выбрать картину.
Голос девочки задрожал. Вика крепко сжала её холодные ладони и запротестовала:
– Мы найдём другой способ встретиться с Микой. Вилли Бурмистр предложил использовать посланников для общения, и однажды я выясню, как их создавать. К тому же, обратная сторона замка-корабля в Обыкновении. Без сестры я вряд ли смогу открыть вход, но попытаться стоит. Правда, сначала надо выяснить…
– Я знаю, где картина, – перебила Риа. – Наткнулась на неё днём. Держи, – девочка вытащила из кармана исчерченный лист бумаги. – Это карта от картины до твоей спальни. Я нарисовала её, чтобы не заблудиться. Дворец – сплошной лабиринт. Раньше не собиралась тебе отдавать, но решила сохранить. На всякий случай.
Вика от радости кинулась подруге на шею.
– Идём! Прямо сейчас! Нужно действовать, пока все спят.
Риа насупилась, не разделяя энтузиазма. Всё-таки ходить по ночному замку запрещено, да они и не на прогулку отправляются. Однако к двери девочка шагнула покорно, крепко держа Вику за руку. Самозванка, как ни странно, не боялась. Адреналин в крови зашкаливал. Нарушая запрет, она была готова к чему угодно: к толпе стражников, ждущих снаружи, к появлению мерзкого Эдуарда Четвёртого. Однако точно не ждала, что в лицо хлестнет холодный ветер, а глазам предстанет совершенно незнакомый коридор с мрачными сырыми стенами.
Сердце сделало с полдюжины кувырков подряд.
Рядом заголосила Риа:
– О, б-б-боги м-м-моря! – Г-г-где м-м-мы?
Она непременно кинулась бы прочь, если б ноги не задеревенели от ужаса.
– Ш-ш-ш, – зашипела Вика, оглядываясь.
Первая волна страха схлынула, и девочка догадалась, что стряслось. Снаружи всё изменилось до неузнаваемости, словно кто-то взмахнул волшебной палочкой. Яркие краски растворились, уступили место вездесущей серости. Появились окна с щелями в рамах, через них проникал холодный воздух вместе с клочьями тумана. Освещали коридоры пыльные светильники с бордовыми грибными шляпками. Вот откуда красноватый свет, который Вика видела из кареты!
– Всё в порядке, – зашептала она дрожащей подруге. – Это настоящий облик королевского замка. Днём мы видели фантазии. Для нас нарочно создавали декорации. Скрывали реальное уродство. Неудивительно, что нам запретили выходить по ночам.
– Но почему так холодно?
– Мастера фантазий умеют обманывать чужие ощущения, – пояснила Вика, вспомнив прочитанное в учебнике. – Поэтому мы раньше не чувствовали ни ветра, ни сырости. Идём! Твоя карта всё равно приведет к картине Руди с замком-кораблем. Коридоры преобразились, но никуда не делись.
Вика понимала, что королевский замок не стал чудовищнее, чем днём, но коленки подгибались, за каждым поворотом мерещилась засада. А иногда и чудища. Снаружи пошёл дождь, крупные капли недружелюбно барабанили в грязное стекло. Того гляди, разобьют хрупкую преграду, и потоки воды польются внутрь. Неужели, у Эдуарда Маргулиса нет денег, чтобы привести замок в порядок? Или проще держать толпу шутов, превращающих подземелье во дворец по желанию повелителя?
– Ой, мамочка! – Вика отшатнулась и чуть не закрыла лицо ладонями, как маленькая.
В соседнем коридоре мелькнуло не вымышленное, а настоящее чудище – мохнатое существо размером с крупную собаку. Девочка могла поклясться, что оно бежало на двух когтистых лапах и хрипло бормотало под нос: «Госпожа заругает, ох, заругает».
– Не бойся, это подвальник, – успокоила Риа. – Эти уродцы селятся в богатых замках. Любят сырость. Считается, они оберегают хозяев от злых духов. В «Жемчужной короне» тоже живёт парочка. На глаза показываются только слугам. Временами они забавные. Хотя и ужасно ворчливые. А еще обожают пожаловаться на жизнь.
Вика вытерла мокрый лоб.
– Подвальники – это домовые?
– Кто?
– Никто, проехали, – отмахнулась Вика, вглядываясь во мрак. Нет времени объяснять.
– Куда поехали? – переспросила Риа.
– Тихо, – девочка зажала белокурой подруге рот. – Мы не одни.
Она не ошиблась. Позади послышались шаги. Осторожные, но уверенные. Оставляли их точно не лапы с когтями. Вика сжала зубы, страх прошёл волной вместе с шустрыми мурашками. Риа зажмурилась и уткнулась ей в плечо, будто это могло защитить от неведомой, но неминуемой опасности.
– Так и знал, что твоё любопытство победит, – насмешливо протянул знакомый голос. Мальчишеский голос.
– Ты! – Вика сжала кулаки, узнав Бена.
Странный мальчик вынырнул из бокового коридора. Он изменился. Глаза стали ещё холоднее, во взгляде появилось пренебрежение. Будто не вечный неумеха и неудачник, а вполне уверенный в себе колдун.
– Да, я, – проговорил он спокойно.
– Шпионишь, – упрекнула Вика.
– Исключительно в собственных интересах, – Бен сделал приглашающий жест рукой. – Идём. Я слышал, какую картину вы ищите. Она тебе не по зубам, Ларье. Лучше познакомься с другой работой прадеда. Последней. Говорят, Руди закончил её за день до смерти. Поверь на слово, она тебя впечатлит. Больше, чем все остальные вместе взятые.
Риа вцепилась в Викину руку, предостерегая от необдуманных поступков. Та и сама не доверяла преобразившемуся мальчишке, но решила действовать. Открыть полотно с замком-кораблём сегодня всё равно не получится. Не пытаться же при Бене. Еще донесет взрослым. Тому же Пьеру Лики. А там и до ушей короля всё мигом дойдет.
– Ладно, показывай картину, – согласилась Вика, но сделала это с изрядной долей наглости, будто и не страшилась происходящего.
Бена ее тон не впечатлил. Мальчишка смерил Вику высокомерным взглядом и первым зашагал по лабиринту коридоров. Он вел девочек уверенно, явно зная замок, как пять пальцев. Его не страшили ни подозрительные шорохи вокруг, ни непогода снаружи. Сильный порыв ветра разбил окно, осколки стекла с жалобным звоном посыпались на каменный пол, а он даже не вздрогнул.
– Скажи, многие знают, как замок выглядит на самом деле? – спросила Вика, когда Бен завёл их на лестницу с крутыми ступеньками, потрескавшимися от времени.
– Все, кто здесь живёт, – ответил мальчишка, не потрудившись обернуться. – Представление разыграли исключительно для тебя и твоей свиты. Днём мастера фантазий всегда украшают замок, но обычно стараются в разы меньше. Ну вот, пришли, – объявил он после очередного поворота. – Картина висит не на виду. Нравится, Ларье? Хотя нет, это неправильное слово. Тебе полагается испугаться.
Риа так и сделала. Вскрикнула и зажала рот дрожащей ладошкой. Вика качнулась. Почудилось, каменные стены сжимаются, превратившись в смертельные тиски. Последняя работа Руди Флоренса превосходила трёх дам по размеру раза в четыре, краски даже в темноте поражали яркостью и свежестью. Но достоинства полотна не играли никакой роли. Внимание приковало изображение.
С портрета смотрела… она сама!
– Поразительное сходство, правда? – осклабился Бен. – А ведь тебя на свете не было. Родители и те не встретились. Но Руди точно знал, как будет выглядеть его правнучка. Работа называется «Наследие».
– Невозможно, – прошептала Вика, с тревогой вглядываясь в собственные черты. – Но это я. Именно я.
Руди Флоренс изобразил девочку не в длинном платье, вроде тех, что всю жизнь носила Мика, а в джинсах и белой майке. На фоне спальни в Обыкновении! Вика узнала бежевые шторы, книжный шкаф и очертания соседнего дома за окном. Запястье нарисованной девочки украшал дешевенький браслет с красными камушками. Вика носила такой же, но весной он пропал из шкафчика во время урока физкультуры.
– Откуда Руди узнал? – спросила Риа, прижимаясь к подруге.
– Загадка, – Бен испытывающе глядел на Вику. – Теперь понимаешь, почему ты здесь?
– Уж точно не из-за дара мастера фантазий, – съязвила девочка. – Вас тут о-го-го сколько! А на картине Руди нарисована я одна.
Мальчик криво усмехнулся, в глазах вспыхнул недобрый огонь.
– Ты ошибаешься. Мастера фантазий теперь рождаются редко. Могла бы и сама догадаться. Неужели, ученики не показались странными?
Вика чуть не упала.
– Они тоже фантазии?! Не может быть!
Это слишком. Ладно неодушевленные предметы. Декорации – и в Африке декорации. Но дети! Ученики сидели рядом, и каждый выглядел реальным. Живым! Да, большинство игнорировало новенькую, будто ее тут и нет вовсе. Но она привыкла. Точно также вели себя дети в Викиной школе в Обыкновении.
– Ещё как может, – Бен подошёл ближе, наслаждаясь замешательством девочки. – Настоящие здесь только я и Лейла. Остальных создали учителя. Ради тебя.
Бен и Лейла…
Всего два ученика. Два ученика, которые ведут себя друг с другом, как кошка с собакой.
– А Юджин?! – задохнулась Вика. – Уж он-то точно не фантазия!
Мальчишка гневно засопел и на мгновенье превратился в себя прежнего – неуверенного, затравленного.
– Куда уж без него, – Бен не скрывал ненависти. – Но Юджин не совсем ученик. Он…
– Из королевской семьи? – подсказала Вика.
Сразу стоило догадаться. Звёздный мальчик вечно командовал. Пьер Лики и тот слушался, как миленький. Хотя с Беном и Лейлой обращался строго.
– Можно и так сказать, – ответил Бен уклончиво и добавил заговорщицким тоном. – Он опасен, Микаэла. Особенно для тебя. Но я могу помочь. Я знаю, как выбраться из замка.
– Врёшь! – крикнула Вика, хотя нутром почуяла – мальчишка говорит правду. Но это не значило, что подвоха не будет. Здесь никто не помогает по доброте душевной.
Бен не обиделся. Или не показал вида.
– Могу доказать, – проговорил он с деланным равнодушием, достал из кармана клубок шерсти неприметного серого цвета и резким движением швырнул в стену.
Риа охнула и зажмурилась. Вика не испугалась. Смотрела во все глаза, как из черноты появляется золотистый светящийся шар. Он разрастался, переливаясь и потрескивая, как костер на ветру. Свет заполнил всю стену, замерцал и схлынул призрачной водой. Осталась арка с человеческий рост, заполненная белым маревом.
– Это выход? – засомневалась Вика.
Бен кивнул.
– Куда он ведёт?
– Не знаю. В этом и загвоздка. Тебя может вынести посреди леса, на морскую скалу или в город Простории. Но всё лучше, чем оставаться здесь.
– Почему же сам не уйдёшь?
Бен сглотнул, будто в горле застряла кость.
– У меня нет выбора. А у тебя есть.
– Но зачем помогать мне?
Мальчик засмеялся. Очень и очень холодно. Взгляд стал колючим.
– Мир не крутится вокруг тебя, Микаэла Ларье. Мне всё равно, что с тобой случится. Зато твоё бегство спасет другую жизнь.
– Но…
– Хватит вопросов! – голос мальчика сорвался на крик. – Решай быстрее! Портал не будет открыт вечно!
Вика дрожала. Не моргая, смотрела на белое марево. Куда оно ведёт? К спасению или гибели?
– Не верь ему, – зашипела Риа. – Это ловушка.
– Мы и так в ловушке. Замок хуже тюрьмы.
Да, за аркой неизвестность. И, вероятно, опасность. Но разве не побега требовала сестра в письме? Разве не умоляла найти способ отвертеться от поездки во дворец Эдуарда Маргулиса? Вика жаждала верить, что Бен предлагает выход. Пусть и не ради её безопасности.
– Хорошо, – проговорила она, облизнув сухие губы. – Я войду в портал.
– Я с тобой, – объявила Риа, хотя тряслась от волнения, как травинка в ураган.
– Я могу погибнуть! – горячо возразила Вика. – И ты тоже.
– Знаю. Но без тебя я здесь не останусь!
В светло-серых глазах отразилась решимость, и Вика не посмела спорить. В глубине души она не возражала против компании. Сигать в белое марево вдвоем не так страшно.
– Торопитесь! – велел Бен. – Проход вот-вот закроется.
Девочка смерила его грозным взглядом.
– Если погибну, буду являться тебе каждую ночь призраком, – Вика сжала холодную ладонь подруги и добавила. – И её прихвачу. Поверь, Риа в дружелюбное привидение не превратится.
Бен скривился и процедил:
– Девчонки.
Вика решительно шагнула в арку, увлекая следом белокурую подругу. Под ногами образовалась пустота. Провал. Настоящая черная дыра. Сердце острыми иглами пронзил ужас, но мгновенно растворился. Девочка ощутила прилив сил. На душе поселился покой – впервые за время, проведённое в колдовском мире. Запахло морем, и глазам предстали волны, серебрящиеся в свете луны. В тот же миг вернулась и твердая земля. Точнее, камни – черные, сырые.
– Так я и знала, что это ловушка! – вскричала Риа и громко всхлипнула. – Гадкий мальчишка не собирался помогать. Он хотел твоей смерти!
Вика огляделась, но в отличие от подруги, не испугалась. Да, портал Бена вынес их на скалу посреди моря. Не видно ни берегов, ни замков, только темная вода. Но зато они больше не в королевском дворце, где кругом сплошные фальшивки, подозрительные тайны и дети, ненавидящие друг друга.
– Успокойся, – велела Вика стенающей девочке. – Ничего плохого с нами не случится.
– В твоей Обыкновении учат летать? – спросила та горько и вытерла мокрые щеки, стесняясь пролившихся слез.
– Нет. Зато у меня есть полезный подарок. Помнишь, что дал мне Вилли Бурмистр на прощание? – и она выставила вперед руку, демонстрируя колечко.
Риа радостно ахнула.
– Господин Бурмистр велел позвать его, если ты окажешься в затруднительном положении посреди моря!
– Верно. Думаю, наше положение соответствует описанию.
Вика покрутила колечко на пальце пять раз по часовой стрелке. Она не могла знать, выполнит ли прежний хозяин обещание, и всё же не сомневалась, что «Призрачная акула» появится. Чувствовала, что если кто-то из обитателей колдовского мира заслуживает доверия, то это Вилли Бурмистр. Он и, разумеется, Риа.
Глава 21
Близнецы наоборот
Бен, не шевелясь, смотрел, как арка, поглотившая двух девочек, тускнеет и сужается. На лице не отражалась ни одна эмоция, словно оно превратилось в маску. Но едва портал погас, мальчик сориентировался молниеносно – ловким движением поймал клубок серой шерсти, отскочивший от стены. Подкинул его на ладони и ухмыльнулся.
– Выходи. Я знаю, что ты здесь.
– Заругает, – раздался хриплый шепот за поворотом.
– Кто? – спросил Бен с нотками усталости в голосе.
– Не твоё дело, никчёмный ученик. Лучше клубок отдай.
– Поговори у меня, чучело, – мальчик, прищурившись, глянул на мохнатое существо, осторожно выглядывающее из-за угла.
– Отдай! – упрямо повторило оно. – А то порчу наведу.
– Тьфу! – рассердился Бен, но клубок швырнул. Дети колдовского мира отлично знали, что подвальники умеют делать гадости. Хотя и редко прибегают к колдовству. – Угораздило же связаться с тобой, – проворчал мальчик, глядя с неприязнью, как когтистая лапа подбирает имущество с грязного пола.
– Ты получил, что хотел, – усмехнулся подвальник. – Избавился от девчонки.
– А ты? – Бен шагнул ближе. – Получил своё?
Но мохнатый собеседник не отреагировал. Щёлкнул об пол хвостом, сильно смахивающим на мышиный, и растворился в воздухе.
– Точно чучело, – процедил Бен и ударил кулаком об стену, содрав кожу до крови.
Но едва ли он почувствовал боль. Подумаешь, царапина. С ним и не такое случалось. А как иначе, когда ты единственный мальчик для битья во всем замке. Гораздо больше проблем доставляли эмоции. Прямо, как сейчас, когда распирало от досады. Бену было, в общем-то, всё равно, что случится с Микаэлой и ее служанкой. Но любопытство – не порок. Особенно если с развлечениями туго.
Мальчишка постоял еще немного, злясь на подвальника, а потом сплюнул на пол и поспешил дальше. Ночь не резиновая, а него еще важное дело. Бен любил ночной замок. В отличие от остальных обитателей. Всё вокруг, как есть. Без прикрас, фальшивых магов и людей. А еще пусто. Никто не поймает с поличным и не накажет. Даже немногочисленные стражники предпочитали не высовывать носов из уютных спален. Да и от кого охранять коридоры? На пути к королевскому дворцу столько преград, что ни единый недоброжелатель живым не доедет. Сгинет.
Бен без проволочек добрался из северной части зловещего замка в южную и спустился в подвал. Остановился у ржавеющей решетки и позвал, вглядываясь в темноту:
– Мэри… Мэри, ты не спишь?
Из глубины камеры выплыла девичья фигура в светлом балахоне. Жаль ее не могла увидеть Микаэла. Непременно бы узнала колдунью-фантазию, что разгуливала по торговому центру и похищала людей. Впрочем, сейчас колдунья выглядела иначе. Обессиленной, печальной и, как ни странное, гораздо моложе. Не взрослая женщина, а девушка лет семнадцати. И глаза у нее были вовсе не водянистые, а самые обычные – серые. Да и зубы человеческие, не как у щуки.
– Зачем ты опять рискуешь, Бен? – спросила она строго. Как учительница ученика.
– Я соскучился, – признался он грустно и спросил, опередив новый упрек. – Как прошло?
– Отвратительно. Ничего не вышло.
– Подумаешь. В следующий раз всё получится. Ты же мастер фантазий, а не колдунья, способная выполнять ЕГО желания щелчком пальцев.
Мэри горько засмеялась и сползла на пол.
– Но именно это мне и полагается делать – выполнять желания быстро и качественно, – она прижалась лбом к решетке и всхлипнула. – Я напортачила, Бен. Сильнее обычного. Фантазия не вернулась. Ее уничтожили. Девочка. Колдунья. А у короля заканчивается время. Его энергия… она быстрее тратится. Всё быстрее и быстрее.
– Ко-ко-ко…лдунья? – Бен шлепнулся на колени и вцепился в прутья. – Как это?
– ОН тоже хотел знать. Но у меня нет ответа. Понятия не имею, кто она. И откуда взялась. Точнее, не имела. Мне всё казалось, что я ее где-то видела. Раньше. Несколько часов ломала голову. А теперь вспомнила. Она с картины Руди. Той, что зовется «Наследие».
Бен отшатнулся. Замотал головой.
– Нет. Ты ошибаешься. На картине Микаэла Ларье. А она тогда еще была в замке.
– Моя замена? – усмехнулась Мэри с горечью. – Нет. Это не Микаэла. А та девочка – из Обыкновении. Я уверена и…Погоди! Что значит «была»?
Мальчишка развел руками.
– То и значит.
– Ты поддался на уговоры подвальника?! – ужаснулась Мэри. – Бен, что ты натворил!
– Защитил тебя! Нас обоих! Без Микаэлы ты осталась единственной, кому доступны изнанки картин Руди. Королю некем тебя заменить.
Мэри отвернулась, закрыла лицо ладонями и прошептала:
– В этом-то и проблема. Теперь точно некем. Эх ты, маленький дурачок…
Бен растерялся. Что за новости? Он так старался, а она… она…
– Мэри, – позвал он. – Мэри, ответь. Я не понимаю…
Девушка молчала. Однако и мальчишка не отступал. Нет, он больше ничего не говорил. Просто сидел на полу и ждал. Знал, что если не уходить, Мэри сдастся.
Так и вышло. Через четверть часа она тяжко вздохнула и проговорила:
– Я надеялась, появление Микаэлы Ларье меня освободит.
У Бена перехватило дыхание от злости.
– Освободит?! И это я – дурачок?! Король никогда тебя не отпустит из замка. Ты знаешь его тайны. Все тайны! Он просто… просто…
– Убьет меня? – подсказала Мэри. – Знаю. Но это тоже свобода.
Бен затряс кулаками.
– Ты эгоистка! А как же я?
– Тебя король не тронет. Неважно, что ты не можешь открывать изнанку. Ему не хватает мастеров фантазий. К тому же, в тебе течет кровь Флоренс. Возможно, получится передать способности следующему поколению.
Бен злился всё сильнее, щеки пылали. И уши заодно.
– Я не об этом. Знаю, что не тронет. В смысле, тронет, но не смертельно. У меня же… – он замялся, застеснялся, но все же закончил фразу: – У меня кроме тебя никого не осталось. Ты не можешь сдаться и бросить меня. Не можешь поступить, как отец. Он был слабаком, а ты нет. Мы не такие. Слышишь, Мэри?!
– Я устала, Бен. Слишком устала. Мне больше не до свершений…
Она легла на пол. Спиной к мальчишке. Чтобы он не увидел бегущих по щекам слез.
* * *
Золотистая карета, запряженная белоснежными крылатыми лошадьми, наконец, выехала на дорогу из переливающихся звезд. Морской пейзаж в лунном свете порадовал бы любого, кто последние два часа не видел ничего, кроме плотной завесы тумана. Но никто из четырех пассажиров даже не взглянул в окно. Они будто и не заметили, что покинули территорию Эдуарда Маргулиса, а полоса препятствий, призванная защитить королевский дворец от незваных гостей, закончилась.
Каждый думал о своем. Леди Деметра хоть и не спешила признавать поражение, и все же подозревала, что Микаэла не справится, а все многолетние старания и ожидания пойдут прахом. Клаус посматривал на госпожу и страшился ее гнева. Да, он ходил в любимчиках, но сейчас вокруг не так много мальчиков и девочек для битья, чтобы выплеснуть негативную энергию. То ли дело «Жемчужная корона», полная других слуг. Леди Малена с грустью раздумывала о будущем. О не безоблачном будущем, что душой кривить. Микаэла осталась в королевском дворце, а, значит, работа на Ларье закончилась: других детей в семье нет. Придется искать новое место. Жаль. Девчонка, конечно, попалась вздорная, зато нанимательница – Леди Деметра – вполне устраивала.
В отличие от остальных, Томас Франк размышлял не о будущем, а о прошлом. Вспоминал приезд в «Жемчужную корону» много лет назад. Ник тогда еще был жив и как раз намеревался посетить родную Лесовию, взяв с собой одну из крохотных дочерей. Томас не понимал, какой в этом смысл. Родители Ника уже в ином мире, некому показывать внучку, а сама девочка – младенец. Ей надо лежать в колыбели в замке, а не путешествовать в карете, рискуя простудиться.
Однако попытки вразумить друга ни к чему не привели. Ник положил ему ладонь на плечо и проговорил с неизменной улыбкой:
– Это решенный вопрос, Том. Ты меня не разубедишь. Не трать время и красноречие.
Слова прозвучали беспечно, мол, ты же знаешь, какой я упрямый. Но Томасу почудился странный блеск в глазах друга. А еще глубокая печаль, которую тот пытался скрыть.
– Удивительно, что Доминика не возражает, – проворчал он и добавил, хотя и понимал, что Ник рассердится: – Обычно она из тебя веревки вьет.
Однако привычного негодования не последовало. Ник тяжело вздохнул, прикрыв глаза, будто взвешивал все «за» и «против». Впрочем, так и было. Он решал, посвящать ли названного брата в секретный план.
– Это наше общее решение, Том, – проговорил он после паузы. – Мы не видим иного выхода. Нужно увезли Микаэлу подальше.
– Микаэлу? Погоди! Я слышал, ты берешь с собой Викторию.
Ник приложил палец к губам, призывая говорить тише.
– Всем так и полагается думать. Но увожу я именно Микаэлу. У девочки определили способности мастера фантазий. Потенциально сильные способности. Видел бы ты, как радовалась леди Деметра. Едва до потолка не прыгала. Но мы с Доминикой не намерены отпускать дочь в королевский дворец. В этом скрытом в тумане замке творится что-то безумное. Эдуард Маргулис помешался на мастерах фантазий. Разыскивает по всей стране. Есть сведения, что с их помощью он творит нечто ужасное. Это связано с загадочным исчезновением и возвращением людей в Простории. Помешать королю невозможно, но не позволить использовать дочь я всё же в силах.
У Томаса голова пошла кругом. Поменять близнецов местами? Но ведь правда вскроется. Если только… только…
– Погоди! Ты не намерен возвращаться, да? Ты останешься с девочкой в Лесовии. А ее сестра будет расти в «Жемчужной короне»?
– Да, – ответил Ник спокойно, будто речь шла о чем-то обыденном, а не о самом сложном решении в жизни. – Придется разделить близнецов. И… – он на мгновение сжал зубы. – И расстаться самим. Доминика вырастит одну дочь, а я другую. Увы, нам с малышкой придется инсценировать смерть. Такова плата за будущее Микаэлы. И многих других магов и людей во всех трех странах. В девочке течет кровь Руди, а, если ее способности столь мощны, как показало измерение магии, она не должна стать оружием в руках безумного короля.
– А как же твоя вторая дочь? Ее будут считать тем самым одаренным мастером фантазий.
– Верно. Но повторное измерение магии – в пятнадцать лет – покажет, что способности вовсе не выдающиеся. Так бывает. Иногда дар, что есть в младенчестве, не развивается, а то и вовсе сходит на нет. К тому же, рядом будет Доминика. Она позаботится о девочке. Виктория, то есть, новоиспеченная Микаэла, вырастет, ни в чем не нуждаясь. А, как только посланники короля убедятся, что она не подходящий кандидат в мастера фантазий, ее оставят в покое.
Томас молчал, понимая, что заставляет Ника пойти на рискованный план и на разрыв отношений с женой, в которой не чаял души. Он видел, что друга не переубедить. Но в голове стучало от напряжения и отчаянья. Нет, переживал он вовсе не за Ника и его семью. Не одна леди Деметра прыгала от счастья, когда у Микаэлы Флоренс обнаружили дар мастера фантазий. Томас и сам испытал немало радости. На то имелась веская причина. Причина, о которой другу знать не полагалось.
– Знаю, ты ошарашен моим признанием, Том, – снова заговорил Ник. – Но я надеюсь, что быстро придешь в себя. Мне понадобится помощь.
Он говорил и говорил. Отбыть предстояло завтра утром. А потом разделиться. Ник планировал ехать с ребенком прямиков в Лесовию, навестить дальнюю родню. Томасу предстояло посетить еще два замка в Моревии. В то время он работал на одного лесовийского богача и доставлял важную почту другим влиятельным магам по всему объединенному королевству. По задумке Ника, им предстояло встретиться позже – на границе Лесовии и Моревии, чтобы инсценировать нападение. Якобы отец с крохотной дочкой возвращались в «Жемчужную корону», но кто-то их ограбил и убил.