![](/files/books/160/oblozhka-knigi-nepriyatnosti-po-obmenu-si-299327.jpg)
Текст книги "Неприятности по обмену (СИ)"
Автор книги: Анна Бахтиярова
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)
Глава 18
Мыши и дамы
Вика проснулась поздно. Часы в спальне королевского замка показывали начало одиннадцатого. Вопреки потрясениям последних дней девочка отлично выспалась и во сне видела дом: Цветочную улицу, утопающую в зелени, отца, прикорнувшего на диване, и бабушку Анфису у плиты. Почудился запах блинов и малинового варенья. Сон навеял грусть, но встреча с родными, пусть и ненастоящая, была в радость. Особенно после странного вечера. Перед сном Вика сделала ещё одно неприятное открытие. Едва она залезла под одеяло, раздался щелчок: кто-то снаружи запер дверь спальни. Вот вам и доверие! Вика сама не собиралась нарушать указание и выходить ночью из спальни. По крайней мере, сразу.
Проснувшись, она первым делом проверила входную дверь. Та скрипнула и отворилась. Вика выглянула в пустой коридор, огляделась и юркнула назад. Поиски картины подождут. Пока стоит оставаться послушной гостьей. Девочка умылась, взобралась в кресло с учебником и принялась читать главу за главой, почти как Лейла накануне. Вика не забыла фырканье сестры о работе мастером фантазий и разделяла её негодование. Не важно, человек ты или колдун, у каждого должен быть выбор. Однако учебники увлекали всё сильнее. Вика с удивлением узнала, что фантазии бывают не только зрительными. Опытные мастера умели повышать или понижать температуру, создавать запахи, «включать» ветер или дождь! Окружающие легко верили фальшивкам, видели себя промокшими насквозь и чувствовали вкус несуществующей еды.
Кстати, о еде. Через час грозно заурчал живот, и Вика впервые обрадовалась, увидев на пороге леди мегеру. Та явилась с полным подносом. Ноздри защекотал запах яичницы, свежего хлеба и чего-то сладкого. За такое внимание девочка чуть не расцеловала вредную гувернантку.
Леди мегера, как обычно, пребывала не в духе. Но не из-за подопечной, а её бабушки.
– Отругала меня, как горничную, – пожаловалась она, пока Вика за обе щёки уплетала завтрак. – А я всего-то спросила, удачно ли прошла встреча с королём.
Девочка сделала вывод, что утро у леди Деметры не задалось. Иначе б она не выплеснула негодование на гувернантку. А раз та пришла плакаться «леди-неряхе», бабушка устроила взбучку тысячелетия.
– Значит, ужин с Эдуардом Четвёртым прошёл неудачно, – протянула Вика, раздумывая, изменит ли этот факт её судьбу.
– Ужин? – мстительно усмехнулась леди мегера. – Завтрак! Вчера Его величество отменил совместную трапезу. Ваша бабушка в восторг не пришла. Но откуда мне было знать? Сегодня их общение тоже не заладилось. Мы – леди Деметра, Клаус, ваш магистр и я – завтра утром покидаем замок. А собирались прожить здесь две недели, чтобы убедиться, что вы справляетесь с обучением. Но король передумал.
Вика поперхнулась чаем. Ну и дела!
– А Риа? – голос девочки дрогнул. – Она тоже уедет?
Гувернантка неодобрительно поджала губы.
– Оборванка останется. Леди Деметра сказала, что не нарушит ваш уговор.
Вика вздохнула с облегчением. В последние дни отношения с белокурой подружкой трещали по швам. Но ворчащая Риа оставалась союзником. Без неё самозванка окажется одна против всего колдовского мира.
Едва гувернантка с подопечной допили чай, в дверь постучал Барт Моро всё в том же кричащем одеянии и велел новой ученице следовать на занятия. Сегодня распорядитель вновь не спешил источать благодушие. Как и любые другие эмоции. Лицо напомнило маску. Но не клоунскую. Шутам положено смеяться, а губы Моро вытянулись в тонкую линию, словно никогда не ведали, что такое улыбка.
Обстановка в замке не изменилась. Лампы горели приветливыми огнями, дети прислуги шумно проводили время в коридорах. Вихрастый мальчишка едва не столкнулся с распорядителем. Промазал совсем чуть-чуть, иначе б макушка врезалась Моро в живот. Однако Вику не покидала лёгкая тревога. Беззаботность ребятни выглядела наигранной. Может, она накручивает себя? Позволила расшалиться богатому воображению?
Взгляд скользил по картинам на стенах, ища одну-единственную. Самую важную. Но по дороге на занятия замка-корабля Руди Флоренса не встретилось. Зато Вика увидела портрет короля, о чём свидетельствовала красноречивая надпись: «Его величество – Эдуард Четвёртый». Повелителя трёх объединенных стран запечатлели во весь рост в красной мантии, расшитой золотыми нитями. Она совершенно не подходила к русым с проседью локонам и бледной коже. Но особенно девочку впечатлил нос с горбинкой и надменно сжатые губы.
– Вам сюда, – объявил Моро. Голос звучал равнодушно, монотонно. – Это комната для тренировок.
Девочка набрала в грудь побольше воздуха и шагнула внутрь. Сердце нервно заколотилось. Как назло, вспомнилась родная школа в Обыкновении. Вика никогда не пользовалась популярностью, и мерзкие одноклассники не упускали возможности напомнить об этом. Интересно, здешние ученики будут смеяться над промахами новенькой? В отличие от Мики, она не умела колдовать. Жаба с ослиным хвостом и летающая мебель не в счёт.
Комната напомнила школьный спортзал. Вдоль стен стояли скамейки, на которых расположилось десятка два учеников. Звездных мальчиков Вика заметила сразу. Троица, как и в столовой, сидела отдельно. Юджин в середине, приятели по бокам. Дин и Нил что-то шептали заводиле, а тот слушал с покровительственным видом, елозя рукой по пепельным волосам. Вика почувствовала себя белой вороной. На фоне серых и коричневых одежд остальных её бирюзовое платье выглядело кричаще.
Юджин не взглянул в сторону новенькой. Как и Бен. Черноволосый мальчишка застыл у дальней стены и сосредоточенно разглядывал что-то невидимое в воздухе. Придумывал фантазию, не иначе. Вика шагнула к Лейле, сидевшей в одиночестве. На коленях девочки лежал вчерашний учебник, но в закрытом виде.
– Привет, – поздоровалась Вика, не решаясь присесть.
– Не припомню, чтобы звала тебя, – ответила Лейла резко. – Но так и быть, устраивайся.
Вике не понравилось поведение девочки, но она приняла «приглашение».
– Если я тебе мешаю, так и скажи. Я просто пытаюсь быть вежливой.
– А что тебе остаётся, – пожала Лейла плечами. – Но не стоит навязываться мне в подруги. И Бену тоже. Юджин этого не оценит.
– Подумаешь, – объявила Вика, хмуро глядя на смеющегося заводилу. Приятели рассказали что-то забавное. – Мне наплевать на его мнение.
Пухлые губы Лейлы скривились.
– Ты заблуждаешься, новенькая. Очень скоро мнение Юджина будет волновать тебя больше всего на свете, – в голосе девочки прозвучали едва заметные нотки ненависти, но лицо осталось безразличным. – Поднимайся. Магистр Лики пришёл.
– Ого! – воскликнула Вика при виде старого знакомого, измерявшего у неё магию в бабушкином замке.
Значит, Пьер Лики теперь ее учитель. Не худший вариант. Вику не обрадовал приезд лысого контролера в «Жемчужную корону». Но он, в отличие от многих других колдунов, не вызывал отвращения.
– Садитесь, дети, – велел Лики благодушным тоном, засовывая полные ручки в карманы серого камзола под цвет форм учениц. – Сегодня ограничимся тремя демонстрациями. На большее нет времени. Итак, кто первый? Лейла?
Это был не вопрос, а приглашение на середину зала.
Однако девочка не сдвинулась с места. Отодвинула учебник и глянула исподлобья.
– Лейла? – лицо Лики опасно вытянулось, но с взбучкой не сложилось.
Что-то случилось с освещением. Лампы тревожно замигали, на стенах заплясали тени. Из ниоткуда на волю вырвался ветер. Завыл сердито и надрывно, как зверь, предвещающий беду. Викины уши заложило от девичьего визга. Ученики оловянными солдатиками посыпались на пол. Она одна осталась стоять. Широко распахнув глаза, смотрела на надвигающуюся стаю серых уродливых птиц с мохнатыми телами. Приснятся такие «красавцы», одеялом подавишься! Твари слаженно работали крыльями, не желая понимать, что врежутся в учеников или стену.
– Ложись же! – Бен дернул девочку за подол.
Вика пискнула и последовала примеру остальных детей: распласталась на полу. Прикрыв голову руками, ждала звука удара и последующего падения покалеченных птиц на учеников. Но жуткие твари и не подумали падать. Пролетели сквозь стену, не заметив ее, словно та была голограммой из фантастических фильмов.
– Тьфу! – выругался Бен с красными от досады щеками.
Он ждал иного исхода и разозлился на себя за бессмысленную панику.
– Лейла! – грозно прикрикнул Пьер Лики, пока ученики отряхивали одежду и рассаживались на скамейках. – Как ты посмела?!
– А что такого? – девочка правдоподобно изобразила удивление, будто не напускала на сокурсников опасных уродцев. – Вы же сами просили кого-нибудь с крыльями.
– Я имел в виду птиц, а не летучих мышей! К тому же, требовалось создать телесную фантазию, а не призрачную!
– Телесные мышки кого-нибудь бы покалечили, например, новенькую, – Лейла откровенно издевалась над магистром. – Но если вам так хочется птиц, пожалуйста!
Девочка зажмурилась, и к потолку взлетели пять белых голубя.
– Эти пернатые не слишком чистоплотные, – объявила Лейла весело. – Убирать за ними сами будете. Желательно без колдовства.
– Вон из класса! – приказал Пьер Лики багровый от гнева.
Лейла этого и ждала. Схватила учебник и была такова.
– Несносная девчонка, – прорычал магистр и повернулся к Бену, ткнув пальцем в его сторону. – Живо сюда! Напортачишь, на неделю отправлю работать на кухню. Понял?
– Да, магистр, – тот нервным движением поправил длинные чёрные волосы.
Вика бросила на Лики укоризненный взгляд. Наглой Лейле не назначил серьезного наказания, а Бену объявил его до фантазии. Несправедливо!
Мальчишка потёр дрожащие ладони. Закрыл глаза, зашевелил губами. Он не верил в собственный успех. Определенно! Вика покачала головой. Что на этот раз? Зубастые лягушки или летающие шакалы?
Бум! В зале грохнуло посильнее грома, недавно застигшего Вику со спутниками на звёздной дороге над потемневшим морем. Лампы снова замерцали, предчувствуя неладное. Ученики нервно заёрзал, не зная, что лучше: опять падать на пол или прятаться по углам.
– Проклятье! – нахмурился Лики, глядя вверх.
Над потолком – прямо в воздухе – появилась прореха. В зал полилась густая чёрная жижа, похожая на смолу. На полу образовалась лужа, которая быстро росла, растекаясь в стороны. Натуральное болото. Только другого цвета.
– Какая прелесть, – язвительно прорычал Юджин и первым взобрался на скамью, чтобы не испачкаться. – Прекрати это сейчас же! – приказал он Бену.
– Как? – мальчишка пятился от расползающегося результата собственного труда.
– Обратное заклятье, – подсказала Вика. Уж очень хотелось выручить беднягу Бена.
Юджин усмехнулся.
– Фантазии этим не проймёшь и… Вот, зараза!
Все забыли про голубей Лейлы. А те решили, что под потолком небезопасно, и рванули на поиски местечко поуютнее. Самый крупный приземлился на голову Юджину.
– Чтоб вас всех! – разъярился Пьер Лики. Его ноги по щиколотку утонули в густой черной жиже. Да, это была фантазия, но выглядела убедительно. Как и пятна на серых штанах магистра.
Лики фыркнул под нос нечто неразборчивое и прищурился. В воздухе возникла щётка, вроде тех, какими в Обыкновении чистили ванны, только раза в три больше. Секунд тридцать она висела без движения, набирая краски, потом щетинки зашевелись, готовясь к кропотливой работе.
– Что это? – прошептала Вика благоговейно, глядя, как щётка шустро носится по залу и стирает наколдованные незадачливыми учениками фантазии.
– Поглощатель, – пояснил Юджин. – Создавать их умеют только лучшие мастера.
Едва деятельная щётка закончила работу (понадобилось минуты три, не больше), Пьер Лики удовлетворенно оглядел штаны, избавленные от пятен, поправил перекосившийся камзол и поманил пальцем Вику.
– Твой черёд устраивать демонстрацию, Микаэла.
Девочка чуть со скамьи не упала. Не ждала, что вызовут в первый же день. При всех! Она же ничего не умеет! В бабушкином замке создать фантазии помог усилитель магии. Лицо залилось краской. Вспомнилось, как в Обыкновении вредная учительница по математике нарочно не отпускала от доски. Давала одно похожее уравнение за другим. Вика не могла их решить и сильнее нервничала. Одноклассники после таких уроков дразнились хуже обычного.
Ученики-колдуны тоже засмеют?
– Не бойся, девочка, – посоветовал Лики. Избавившись от неудачных фантазий Бена и Лейлы, он снова благодушно заулыбался. – У тебя всё получится. Я видел твои таланты в «Жемчужной короне».
Вике ничего не оставалось, как выйти на середину зала.
– Та-а-к, что бы такое задать, – магистр погладил подбородок.
– Позвольте мне, – со скамьи поднялся Юджин.
Вика ожидала, что Лики осадит звёздного мальчишку, велит отправиться на место. Но тот не возразил. Послушно отступил в сторону.
– Отлично, – Юджин широко улыбнулся, глаза заблестели.
Вика сильнее заволновалась. Не понравился пронизывающий взгляд. Вместе с предвкушением в нём почудилась ярость. Девочка не понимала, чего заводила хочет: успеха или провала.
Юджин дважды обошёл вокруг Вики, делая вид, что раздумывает над заданием. Но он точно знал, чего хочет. Со вчерашнего вечера знал!
– Помнишь, за ужином я сказал, что люблю творчество Руди Флоренса? Попробуй нафантазировать его картину. Любую на твой выбор.
Но Вика не шелохнулась. Она не умела создавать фантазии.
– Смелее, – поторопил Юджин. – Тебя не съедят за неудачу.
В голосе звёздного мальчика прозвучал приказ, и это никого не удивило.
Вику обдала волна жара. Но она поборола желание кинуться наутек. Будь, что будет! Вдруг провал послужит доказательством её непригодности к профессии? Самозванка зажмурилась, думая о трёх дамах – картине, оставшейся в игровой комнате Микаэлы. Другие работы знаменитого прадеда она не видела.
После знакомства с учебниками Вика в общих чертах поняла принцип создания фантазий. Сосредоточилась и мысленно потянулась к картине. Представила детали: ямочки на щеках нарисованных дам, складки на платьях, локоны, падающие на плечи, и кокетливые шляпки. Вика не ждала многого в ответ, но внезапно почувствовала горячую силу. Она потекла от сердца в разные стороны, достигая кончиков пальцев на руках и ногах. Сила не обжигала, а согревала, дарила уверенность и храбрость.
– Говорил же, всё получится! – возликовал Пьер Лики. – Это картина Руди!
Успех он принял на свой счёт. Удавшаяся фантазия доказывала, что магистр не ошибся, измеряя магию девочки.
Вика открыла глаза и с трудом сдержала стон. Фантазия получилась на загляденье. Будто всю жизнь их создавала. Если б картина с тремя дамами не висела в воздухе, никто б не отличил от настоящей. Однако колдовство опять вышло боком. Вика умудрилась наколдовать не полотно из игровой комнаты Микаэлы, а его обратную сторону из квартиры Волковых на Цветочной улице.
Юджин встал напротив картины, внимательно вглядываясь в лица дам.
– Что с ними не так? – спросил он.
– Это фантазия, она не всегда достоверна, – ответил Лики услужливо, словно не педагог звёздного мальчика, а слуга.
Юджин не обратил на слова магистра внимания, продолжил раздумывать, то подходя к картине вплотную, то делая несколько шагов назад.
– Конечно! – воскликнул он, хлопнув себя по лбу. – Это изнанка!
– Изнанка? – переспросила Вика, изобразив удивление. – Как это?
Юджин обернулся, приподнимая брови.
– Ты не слышала о картинах-парах?
– Слышала, – у Вики подогнулись колени, но голосу дрогнуть она не позволила. – Но как я могла нафантазировать изнанку, если никогда её не видела?
– Кровь – не вода, – ответил Юджин туманно. – Полагаю, урок окончен, магистр?
– Да-да, – закивал Лики. – Мне пора. Его величество ждёт.
Юджин покинул зал вслед за магистром. Остальные ученики, как и накануне, сразу засобирались. Лишь Бен задержался у картины Руди Флоренса, висящей в воздухе. Вика не знала, как убрать фантазию, а никто другой, включая магистра, не вспомнил об «уборке».
Бен догнал Вику у двери.
– Держи, – он протянул звезду, точь-в-точь как на шее девочки, только железную. – Это ключ. Открывает запертые двери спален. Нужно приложить к замочной скважине. Ты ведь хочешь погулять по замку ночью?
– Не хочу, – Вика не спешила брать сомнительный подарок.
– Зря, – протянул Бен разочарованно. – Ночная прогулка снимет множество вопросов.
Девочка не верила в искренность Бена, но любопытство пересилило осторожность. Вика протянула руку. Вдруг ключ пригодится. Не сегодня. Но однажды.
Остаток дня звезда жгла карман, хотя металл оставался абсолютно холодным. Настроение менялось несколько раз. Руки чесались выбросить подарок, с размаху швырнув об пол. Но потом воображение шалило, и Вика видела себя крадущейся по дворцовым коридорам в ночи.
Вечерняя трапеза прошла скучно. Юджин не появился. Дин с Нилом занимались исключительно друг другом. Шептались, не замечая окружающих. Похоже вели себя и остальные дети. Кроме Лейлы и Бена. Эти двое опять поцапались.
– Глупо фантазировать летучих мышей.
– Глупо создавать чёрную мерзость. Ей полагалось быть тучей, не так ли?
Лицо Бена пошло пятнами.
– Я просил у тебя помощи, а ты…
Лейла громко захлопнула учебник.
– Ты неудачник, Бен. Смирись. Ты здесь только по одной причине. И скоро ситуация изменится. Ты же сам всё понимаешь.
Вика не представляла, о чём речь. Но чувствовала – дела Бена плохи. Он напомнил брошенного под дождём щенка.
– Ты отвратительная! – крикнул он Лейле и сбежал из столовой.
Та перевела взгляд на Вику.
– Не надо меня осуждать, новенькая. Скоро ты поймёшь: тут каждый сам за себя. По-другому не получится.
…Спать Вика легла рано, даже замок запереть снаружи не успели. Читать учебники больше не тянуло, а других занятий не предлагалось. Но сон не шёл. В голове звучали слова Лейлы. Не дворец, а змеиное гнездо. Ученики не лучше одноклассников в Обыкновении. Могли бы и поддерживать друг друга. Разве они не в одной лодке? Каждого забрали из родного дома, оторвали от семьи.
В дверь постучали.
Вика скривилась. Наверняка, леди мегера!
Девочка торопливо облачилась в бирюзовое платье, в котором ходила днём. Негоже леди щеголять в ночной рубашке, пусть та и соткана из тончайшего шёлка. На удивление порог переступила не гувернантка, а Риа. Взъерошенная и взволнованная. Нелепый чепец исчез. Несколько кудряшек выбилось из скромной причёски, будто стояли дыбом от страха.
– Почему так долго не открывала? – прохныкала девочка, мышкой юркнув внутрь. – Там та-а-акое творится! Твою бабушку выгоняют из замка! Не разрешили остаться на ночь! Она сейчас придёт прощаться. Магистра Томаса к тебе не пускают. Он очень расстроился.
– И поделом магистру, не хочу видеть лгуна, – припечатала Вика. – Но почему их выгоняют в ночь?
– Не знаю. Ой! Кто-то стучит! Наверное, леди Деметра. Мне попадёт, Мика. Я должна быть в крыле для слуг!
Вика всплеснула руками.
– Лезь под кровать, – шикнула она и пошла к двери.
Леди Деметра напомнила призрака. Лицо белее Вика видела лишь у циркача, но он-то пользовался краской. Бабушка закуталась в дорожный плащ, хотя температура оставалась прежней, комфортной. Нервы сдавали, не иначе.
– Сядь, есть разговор, – объявила она без предисловий.
Вика подчинилась. Сердце затрепыхалось от дурного предчувствия.
– Мы уезжаем. Прямо сейчас, – леди Деметра испытывающе глядела на внучку. – С королём не соскучишься. Он ещё больший самодур, чем я всегда считала.
– Всегда? – Вика не удержалась от колкости. – Ты всегда была невысокого мнения об Эдуарде Четвёртом, но хотела, чтобы я стала его шутом?
Бабушка закатила глаза.
– Ты глупая! – выплюнула она. – Это всё кровь Флоренс. Как я могла надеяться, что ты вырастишь настоящей Ларье? Пораскинь мозгами, Микаэла. Я хотела попасть сюда, а твой дар мастера фантазий – отличный предлог. Не думала, что выставят через день.
– Зачем? – Вику затрясло от страха. Бабушка задумала что-то ужасное!
– У выскочки Эдуарда Маргулиса нет прав на нашу страну, – она сжала кулаки, бледные щёки чуть порозовели. – Мы – истинные правители Моревии. Мы должны вернуть власть!
Вика за голову схватилась.
Ну и ну! Леди Деметра задумала дворцовый переворот, а ей отвела роль марионетки.
– У нас много соратников, Микаэла, – зашептала бабушка проникновенно. – Колдуны Моревии хотят свободы от короля. Вот, – она извлекла из-под плаща два красных листа, знакомых внучке до боли. – Это огненная бумага. Но ты и сама знаешь. Я в курсе, что в прошлом году ты стащила у меня несколько листов. Дай руку.
Вика не пикнула, когда бабушка глубоко проткнула палец булавкой.
– Мою кровь листы уже впитали, – объяснила леди Деметра, с удовлетворением наблюдая, как красные капли падают на огненную бумагу и бесследно исчезают. – Пиши обо всём, что здесь происходит.
Но девочка не оценила идею. Она хотела домой – в Обыкновению, а не участвовать в войне за трон.
– А если я откажусь?
Бабушка похлопала внучку по щеке.
– Тогда на всю жизнь останешься мастером фантазий. Тебе выбирать, Микаэла, кем быть: правительницей Моревии или шутом у ног Эдуарда Маргулиса.