Текст книги "Мелкие случаи из личной жизни (СИ)"

Автор книги: Анна Стриковская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 29 страниц)

Хотелось посоветоваться с друзьями, но было боязно. Игорь начнет шутить, каждой шуткой задевая самое больное место. Вечно он строит из себя убежденного холостяка. Рустам вообще не поймет, что к чему. У него образцовая семья: красавица-жена и двое прелестных детей. Их фото стоят на столе в кабинете. Рустам никогда не высказывался относительно семьи и брака, не поощрял и не поддерживал разговоры о женщинах, даже шутки на эту тему при нем замолкали. Так что можно предположить, что Витины страдания будут ему просто чужды.

Откуда ему было знать, что Рустам очень беспокоился о душевном состоянии своего компаньона. Оно грозило отразиться на делах компании, а такие вещи Рустам просекал с полпинка. Он даже советовался с женой, но полезного совета не получил. Красавица Ильсияр совершенно не разобравшись душевной драме компаньона, предложила познакомить его со своей троюродной сестрой из Казани. Рустам сам считал, что Витьке лучше было бы жениться, иметь нормальную семью, а не то безобразие, которое было у него с Дашей. Но сейчас речь шла о другом. Не дай Аллах, болван женится на этой своей Лере, она из него всю душу вынет. Один путь остался – отвлекать. Чем? Рабочими вопросами. Больше все равно нечем. Вот кстати эта реклама. Сегодня рекламщик придет, завтра тоже встреча, просидим допоздна, глядишь, мысли будут не о Лере. Пока тут царит эта стерва, вариант с казанской родственницей не имеет смысла. А там видно будет.

Вечером пришел представитель рекламного агентства. Притащил кучу каких-то проспектов. Буклетов, листовок, говорил долго и много. Все его речи не прибавляли ясности. Наоборот, и у Рустама, и у Виктора скоро голова пошла кругом. Часа через два, вконец обалдевшие, они сумели спровадить разговорчивого рекламщика.

Ну, если твоя Татьяна Павловна в том же духе, мы зря вообще все это затеяли, – голосом, полным отчаянья, произнес Рустам.

Делают же люди рекламу. Буклеты у этого типа были вполне ничего. Но работать с ним не будем. Он просто мозг выносит своей болтовней. Главное, ничего конкретного, зацепиться не за что. А Татьяна... Она совсем в другом стиле. Хотя по работе я ее практически не знаю.

Рустам тихонько усмехался. Все шло по плану. Пару раз за время встречи звонила Лера, Виктор коротко на нее рявкал. Во второй раз довольно злобно. Посмотрим, что дальше будет.

Татьяна прибыла на встречу минута в минуту. Она любила подчеркнуть свою пунктуальность. Это всегда выделяло ее на общем российском фоне, где небрежное отношение к своему и чужому времени считается нормой. Рустам, у которого пунктуальность носила несколько болезненный характер, был приятно поражен. Виктору просто радовался, что его одноклассница произвела такое хорошее впечатление на практически единственного человека, чьим мнением он дорожил.

Перед сослуживцами он пытался сделать вид, что на эти переговоры пришел от нечего делать. На самом деле вырваться удалось с трудом. С утра на него навалилась гора текучки, но он героическим усилием все разобрал к приезду Татьяны. Что не мог сделать сразу, переложил на другое время, но к четырем освободился.

Теперь они сидели в его кабинете. Правильно было бы в переговорной, но там засел Игорь. Виктор подозревал, что тот нарочно притащил ребят с объектов именно сегодня после обеда. Просто чтобы не думали, что ему делать нечего. А то компаньоны слишком заважничали, надо дать им почувствовать, где деньги зарабатываются.

Виктор относился к таким демаршам Игоря вполне лояльно, хотя про себя немного подсмеивался. Рустам просто не обращал внимания. Если Игорь собрал совещание, значит, такова производственная необходимость.

Таня радовалась, что на эту встречу пришла одна. Хотела взять с собой Лену из клиентского отдела, но та не вышла на работу. Сейчас стало совершенно ясно: Лена была бы лишней. Начала бы вылезать и сбила бы все дело. Хорошая девочка, отлично делает презентации, но на таких собраниях в узком кругу не умеет взять правильный тон.

А так эти двое уважаемых мужчин смотрят прямо на нее и впивают каждое ее слово.

При всем своем перфекционизме, сегодня Татьяна была собой довольна. Хорошо подготовилась и удачно оделась. Строго, элегантно, производит впечатление, но не отвлекает от того, что она говорит. А ей было что сказать. Не зря она велела Марине найти ей материалы о компании. Смогла прийти сюда не со стандартным набором, который здесь явно не прокатит, а с готовой концепцией.

Но начать следовало не с того, какая она хорошая. Пусть сами расскажут, что им надо.

Как я поняла из нашего телефонного разговора, Вы хотите проявить какую-то рекламную активность, обрести свое лицо на рынке. То, что мне удалось выяснить о вашей компании, говорит о двух вещах. Первое, вас на рынке довольно хорошо знают. Второе, вашу фирму путают с другими компаниями, которые занимаются тем же. Заказчикам скорее известны ваши имена, а не название компании. Это здорово. Лично вас знают многие, лично Вам готовы доверить самые сложные работы. У меня возник вопрос: что Вы хотите от нашего агентства? Чего ждете от рекламной кампании?

Татьяна почувствовала, что правильно поняла расстановку сил. С Витей она поговорит отдельно и потом. Решение будет принимать другой. Она улыбалась обоим, но речь свою адресовала Рустаму.

Татьяна Павловна, – начал Рустам, – я рад. Что Вы разобрались в ситуации. Все верно. Нас знают, но... Виктора Николаевича вообще все знают, те, кто с нами работал, знают меня и еще одного нашего компаньона. Хотелось бы, чтобы они воспринимали фирму в целом.

Рустам Ринатович, Вы могли бы показать мне образцы вашей рекламной продукции... Ну, там, буклеты, листовки, бланки. Что-то же вы делали за эти годы?

Рустам вдруг засуетился. Видно было, что ему это несвойственно, и что суетиться он не умеет.

Вот, я подобрал папочку. Тут совсем немного. Мы выпустили два буклета, первый – когда начинали это дело, второй через два года. С тех пор все. Ах, да, в прошлом году мы запустили корпоративный сайт.

Ваш сайт я уже видела.

Виктор вдруг развернулся к ней всем корпусом и проговорил с нескрываемым интересом:

Да? И Вы можете сказать нам свое искреннее мнение?

Искреннее? Виктор....

Николаевич.

Николаевич. Мое совершенно искреннее мнение – фуфло. Простите за резкость.

Оба мужчины вдруг оживились, и переключились друг на друга, забыв о Танином присутствии. Видно, у каждого было, что сказать по этой животрепещущей теме. Пусть ругаются, будет время посмотреть их бумажки.

Виктор тем временем нападал на Рустама:

Я же тебе говорил, что сайт – фуфло?! Говорил?!

Ну, говорил, – вяло отбивался Рустам. – Да я и сам знаю. Но нам все равно нужен был сайт.

Зачем было отдавать такое дело этому мальчишке, который компьютеры в офисе с трудом держал в порядке?

Не придирайся, он был вполне приличный сисадмин. Не хуже того, что у нас сейчас.

А сделал хреновый сайт. Толку от него ноль!

Но какой-то сайт нам был нужен. Нельзя вообще без сайта.

Устав от нападок, Рустам решил переменить фронт и повернулся к Тане.

Татьяна Павловна, а почему Вы считаете наш сайт... скажем, плохим?

Он доморощенный, это видно сразу. Такой дизайн подошел бы дворовой рок-группе, а вы – солидная компания. Занимаетесь очень серьезным делом. А кто вам делал буклет?

Верстальщик из типографии, – подал голос Виктор, – Он же делал и другие материалы. Так было дешевле. Мы тогда на всем экономили.

Я почему-то так и подумала. Мне кажется, раз вы профессионалы, вся рекламная продукция должна это подчеркивать. А как она может это подчеркнуть, если сделана непрофессионалом? Не беспокойтесь, я не собираюсь ввергать вас в непосильные траты. Но кое-что нужно и можно изменить. Как я понимаю, давать широкую рекламу в газетах и на телевидении вам ни к чему. Предлагаю разработать фирменный стиль: логотип, бланки, формы для презентаций и всякое такое... Наверное, стоит подумать о рекламе в специализированных изданиях. Нужен будет стандартный модуль. Для имиджа больше пользы принесет PR. Это выйдет недорого, а эффект будет какой нужно. Мы сможем выстроить мостик между вашей личной популярностью и узнаваемостью компании. И презентационный материал. Можно буклет. Можно сделать ролик, это более современная форма подачи материала. Экономия времени и сил: на презентации не надо самим рассказывать, какие вы классные. В ролике все будет наглядно.

Да, картинка убеждает больше, чем слово. К сожалению, – грустно произнес Рустам.

Вот именно. Сами знаете, к любой муре из телевизора больше доверия и интереса, чем к самой умной и доказательной статье. А вам есть, что показать. Значит, надо использовать это преимущество.

Будем оставлять им диск?

Для этого сделаем еще и буклет. Ткст один и тот же и в картинке преемственность. Ролик показываете на встрече, буклет оставляете заказчику. В буклете может быть кармашек для диска.

А в ролике что? – заинтересовался Виктор.

То, что вы делаете. Вы же в зданиях делаете инженерное оборудование? Да, надо будет сфотографировать ваши объекты. Те, которые вы делали. А может и на видео снять. Для сайта, и для ролика.

Но там нашу работу не видно, она же внутри.

При думаем, как ее показать. Главное, чтобы было ясно: все, что мы рассказываем о компании, это не слова, а факты. Это не то, что вы можете делать, это то, что вы делаете. Если хотите, я покажу, как образец, ролик о работе нашего агентства. Тогда вам будет ясно, что я имею в виду.

Они сидели перед ее ноутбуком и смотрели ролик. Вернее, она смотрела и по ходу комментировала. А оба мужчины смотрели на нее. Рустаму очень нравилось то, что он перед собою видел. Такой и должна быть современная женщина: красивой, ухоженной, женственной и при этом сильной, уверенной в себе, высокопрофессиональной. Ему не приходило в голову за ней поухаживать. За одну только мысль Ильсияр ему эту самую голову отгрызет. И потом, Рустам любил свою жену. Но полюбоваться можно, почему нет? И прикинуть, как бы использовать присутствие этой несомненно очаровательной женщины на пользу делу. Например, чтобы изгнать Леру и освободить Виктора. Рустам не собирался сводить этих двоих, ему просто нужно было оружие. А потом и родственницу из Казани можно выписать. Сам-то он именно так женился, и ни секунды об этом не жалел. Эта Татьяна – очень толковая и грамотная, свое дело знает туго. Рекламу ей надо заказать, точно. Все будет сделано в лучшем виде, тут можно быть спокойным. Общение с агентством завязать на Витьку. А сейчас... Пригласить всех в кафе. Вроде, в общем договорились, теперь посидим в неформальной обстановке, тем более, они бывшие одноклассники. А потом тихо смыться.

Витя с гордостью любовался Татьяной. Какая она, оказывается! Видно, что Рустам от нее в восторге. А это, как говорится, не собачий хвост! Знай наших! Говорит так уверенно, логично, ясно, что дело знает. Голос приятный. Был у нее раньше такой голос? Черт, не вспомнить. Она раньше такая... зажатая, что ли?... была. А сейчас.... Королева! Если заказать ей рекламу, она будет сюда приходить...

Таня полностью отключилась от всего постороннего. Она работала. И себя, и фирму, и возможности для клиента она презентовала на «отлично». Что-то подсказывало: эта встреча закончится подписанием контракта. Поэтому ни на минуту не изменяли ей спокойствие и уверенность. С последним кадром ролика она закончила говорить и обернулась к уставившимся на нее мужчинам.

Вы теперь понимаете, что я имею в виду, когда говорю о презентационном ролике. Вам это интересно?

Татьяна Павловна, замечательно, – воскликнул Рустам, – У меня по ходу Вашего рассказа появились кое-какие идеи.

Здорово. Надо будет их записать. Вообще, если мы договоримся, надо будет собраться и провести мозговой штурм. Но сначала пусть наши креативщики ознакомятся с тем, с чем им предстоит работать. Итак, разрешите подвести итог.

Подводите, – милостиво разрешил Виктор. В кармане у него уже третий раз звонил телефон, но он каждый раз сбрасывал вызов.

Вам требуется новый логотип и фирменный стиль, а также презентационный ролик и буклет. Возможно, еще понадобится модуль для размещения в специализированной прессе. Я ничего не забыла?

Все верно, – с энтузиазмом сказал Рустам, – Абсолютно правильно. Не буду скрывать, Татьяна Павловна, мы проводим тендер на эту работу, но скажу Вам по секрету, Вы его уже выиграли.

Витя встрепенулся, завертел головой, поглядывая то на Таню, то на своего друга.

Мне приятно это слышать, Рустам Ринатович, – Татьяна улыбнулась самой своей обворожительной улыбкой, – Давайте не торопить события. Теперь хочу рассказать Вам порядок дальнейших действий. Я сделаю калькуляцию нескольких вариантов и пришлю ее Вам вместе с текстом нашего типового договора. Вы мне согласуете сумму и текст договора, подпишем и можно будет начинать.

Примерно так я себе это и представлял. Присылайте ваши материалы, посмотрим. Будем предварительно считать, что мы договорились. Татьяна, – впервые он назвал ее просто по имени, и это должно было означать, что официальная часть закончена, – это верно, что вы с Виктором учились в одном классе?

Совершенно верно. Десять лет за соседними партами, – встрял Витя. Он не очень понимал, к чему клонит Рустам, но почему-то радовался.

Вот и отлично. Предлагаю закончить официальную часть и переместиться в кафе. Как раз время поужинать. Посидим, поговорим о том, о сем. Таня, Вы как? Или вечер уже занят?

Татьяна обрадовалась. Она предполагала такое развитие событий, но думала, что пойти в кафе предложит Витя. А так тоже неплохо. Пусть ни один из этих двоих ей не нужен, но в целом ситуация ей нравилась. Встреча с Сережей вроде бы ей сегодня не грозит, так почему бы не посидеть за чашкой чая с другом детства? Ладно, не с другом, просто с симпатичным одноклассником?

Она уже рот раскрыла, чтобы согласиться, но тут в дверь просунулась мордашка секретарши.

Извините, Виктор Николаевич, Вам уже пятый раз звонит Валерия Леонидовна. Может, возьмете трубочку? Я переключу.

По Витиному лицу Таня поняла, что Валерия Леонидовна – это что-то весьма нежелательное, и сейчас секретарша получит по полной программе. Та это тоже почувствовала и втянула голову в плечи. Но Виктор сдержался и кивнул:

Переключай, фиг с ней.

Он взял со стола трубку, которая взорвалась таким визгом, что Витя машинально встал. Было ясно, что на том конце орали почему он не отвечает на звонки. Витя переждал яростный взрыв эмоций, потом начал отвечать, и, чем дальше, тем больше заводился сам.

Лера, успокойся....Если я не беру трубку, значит, не могу. ...Не могу значит не могу, – голос его взвился, – Я занят! Я работаю, между прочим! Деньги зарабатываю!!! – затем тоном ниже, – У меня важное совещание. ...Нет, не закончилось. ...Не скоро. ...Не знаю, он опять повысил голос, – Если тебе нечего делать, займись чем-нибудь. ... Не знаю!...Книжку почитай! .... Какую хочешь! Купи, если нету!....В конце концов, навести своих родителей. Они будут рады. ... К мамочке съезди, я говорю! А мне не мешай работать.... Все... Я все сказал.

Виктор бросил трубку и буркнул:

Извините, но.., – махнул рукой и сел на место.

Баба, поняла Таня. Жена? Не похоже. Но достала его по полной. Дура. Он тоже умен: кто же связывается со скандальными сучками? Надо сделать вид, что ничего не было. Вернее, я ничего не заметила. Татьяна широко улыбнулась и радостно сказала:

– Хорошая идея. Особых дел на вечер я не планировала, так что...Если вы меня приглашаете, я с удовольствием.

Тут оба засуетились. Рустам, извинившись, побежал куда-то, а Витя остался в кабинете и стал перекладывать бумажки на столе. Ну еще бы, кабинет-то его собственный.

Таня вышла на минуточку в туалет (надо же морду лица привести в соответствие), а когда вернулась, ее уже ждали. Рустам широким жестом указал в сторону двери:

Ну что, пойдем? Столик ждет. Кстати, Танечка, Вы любите средиземноморскую кухню? Всякие там карпаччо, гаспаччо, омаров и лобстеров?

Обожаю, – рассмеялась Татьяна.

У самого выхода их догнал довольно симпатичный долговязый парень. Уставился на Таню и произнес обиженно:

А вы куда?

Вот, Гарик, даму провожаем, – веско произнес Виктор, – А ты проводи свое совещание. Завтра обсудим.

Парень смешно хлопнул губами и исчез.

Наш третий компаньон. Он не по рекламе, он производством работ занимается, – пояснил Витя оторопевшей Тане. И вдруг стало ясно, что он тут главный.

Ресторан оказался не слишком пафосным и на удивление уютным, еда вкусной. Компаньоны старались ее развлекать, наперебой шутили, по ходу дела рассказывая о том, как выстроили свой бизнес. Таня вдруг почувствовала себя невероятно хорошо, спокойно, даже расслабленно. Можно было просто сидеть, есть всякие вкусные штучки, запивать прекрасным легким вином, смеяться и ни о чем не думать.

По дороге у Виктора дважды звонил телефон, но в ресторане он его торжественно выключил со словами:

Чтобы аппетит не перебивал.

Во время закуски зазвонил телефон и у Рустама. Тот извинился, взял трубку и вышел из-за стола. Вернулся, посидел минут десять и снова встал. Срочные дела. Ничего страшного, ничего серьезного, но надо бежать. Еще раз извините, очень приятно было познакомиться. Распрощался и уехал.

Виктор и Таня остались одни. Наступила неловкая пауза, которую никто не спешил прервать.

Наконец Таня решилась:

Витя, я должна сказать, что уважаю тебя десять раз.

Вот даже как? А за что?

Ну как же? Тогда в магазине сказал, что закажешь моей фирме рекламу. Я, грешным делом, подумала, что просто хвост распускаешь, стараешься произвести впечатление. А ты на самом деле. Уважаю десять раз.

А ты как думала? Мы – люди слова. Пацан сказа – пацан сделал.

Оба весело засмеялись. Обстановка внезапно разрядилась и стала самая домашняя, уютная, приятная. Стали вспоминать школу, учителей, ребят... Слова «А помнишь?»... какое-то время шли в разговоре рефреном. Потом вдруг Витя спросил:

А твоя бабушка? Она, правда, у нас ничего не вела, но мы ее боялись до трясучки. Старуха – зверь! Она как, жива, здорова?

Представь себе. С ней все в порядке. Самый ужас, что мы живем вместе, и она меня до сих пор терроризирует. Не так меня, как моего сына, я-то целыми днями на работе, а бедный ребенок страдает.

У тебя сын?

Таня кивнула, подтверждая

Счастливая! А у меня нет никого. Как зовут? Большой, наверное. Ему уже сколько? Ты же замуж практически сразу после школы выскочила. Я ничего не путаю?

Зовут его Толя, Анатолий. В честь свекровиного отца. Мне не очень нравится это имя, но муж его так зарегистрировал. Ему уже двенадцать. И ты ничего не путаешь. Я действительно очень рано вышла замуж.

Но сейчас ты свободна? В смысле, не замужем? Тань, извини, может, я не в свое дело лезу, но мне просто интересно.

Да не волнуйся, вопросы нормальные. И интерес твой понятен. Мы с ним разошлись. Уже давно, около шести лет назад.

А кто он был?

Ну, сказать олигарх, нет, не олигарх. Но человек богатый Очень богатый.

Он тебя бросил?

Нет. Я сама ушла. Вернее, сбежала. Я в то время жила Швейцарии. Он на этом настаивал из соображений безопасности. Ну вот, взяла ребенка в охапку и уехала к матери в Литву.

Твоя мать в Литве живет?

Ага. Она, когда разошлась с моим отцом, вышла замуж за литовца и уехала к нему в озерный край. У них дом около Зарасая, если тебе это о чем-то говорит.

Понятно. А почему не сразу в Москву? У тебя же здесь есть где жить.

Так он бы меня сразу нашел, я бы не успела подготовиться к встрече. А мать, и особенно ее муж, Йонас, они мне очень помогли. Кстати, а как твоя мама, тетя Лена? И дядя Коля? Я их прекрасно помню.

Отец уже пять лет как умер. В одночасье. Тромбоэмболия легочной артерии, так, кажется. Нестарый еще был, крепкий. Работал, стройкой руководил. Никаких особых болячек не было у него, только тромбофлебит. Он его и убил.

Сочувствую, Витя, – Таня легко коснулась рукава пиджака своего собеседника, – Жалко дядю Колю. Он у тебя такой славный был, веселый и спокойный. А мама? Я ее, по-моему, недавно в магазине видела, но не подошла, очередь была слишком огромная. Она у касс стояла, а я в конце.

И подошла бы. Она бы тебя вперед пропустила, я маму знаю.

Да ну, неудобно как-то.

Мама в порядке. Сдала очень после смерти папы, но держится. Очень хочет внуков увидеть, а какие тут внуки...

А в чем дело? Ты, насколько я помню, был женат на какой-то супермодели.

Был. А ты откуда знаешь?

Мне Наташка Крайнева рассказала, я тогда только в Москву возвратилась. Еще, помнится, она сказала, что ты пошел в гору и стал крутым. Теперь я вижу, что это значит.

А что это значит?

Нормальное трудовое преуспеяние. Фирма, созданная собственными руками и мозгами. Со слов Наташки я поняла, что ты что-то вроде криминального авторитета.

Поверила?

Очень удивилась. На тебя непохоже. Ты же всегда нормальным парнем был. Даже в детстве. Подумала, что Наташка что-то путает.

Правильно. Ну, у нее лишнего ума никогда не было.

Зато она вам всем очень нравилась. Красотка была.

Правда, была. Я ее видел недавно. Глядел и никак не мог понять, что мне тогда в ней нравилось. Теперь ты у нас красотка, а она стала тетка. Даже жалко.

Виктор намеренно уводил разговор от своей женитьбы, но Таня не повелась.

Ладно, фиг с ней, с Наташкой. Насколько я знаю, у нее все в порядке: дом, семья и дети. А ты как? Куда твоя жена подевалась?

Черти взяли. В смысле, не черти, а... Да ладно, ушла она от меня. Понимаешь, я с ней познакомился, когда только-только фирму создали. Первый серьезный заказ получили. Первые приличные деньги. А она Москву приехала покорять. Мы с Игорем, ты его видела, в ночной клуб ездили с нашим заказчиком. Кто-то Даше на меня указал, как на перспективного мужика. Сейчас думаю, от своих олигархов отводили неопытную девочку. Она и приклеилась. Красивая была очень. Ну, она сейчас, может, еще красивее, но тогда в ней чистота была, нетронутость, наивность. Я и повелся. Поженились через два месяца. Она училась в текстильном институте и в модельном агентстве подрабатывала, как раз перед нашей свадьбой ее агентство «Ред старз» перекупило. А там в контракте сказано, что она не может менять свое семейное положение без согласования с руководством. Вспомнить страшно. Скандалы, крики, сопли, вопли... Наконец сошлись на том, что замуж можно а детей нельзя. Два года она так отработала, а потом я делал одному телевизионному боссу всю инженерную часть в его загородном доме. Ну, и договорился. Ее стали на телевидение приглашать, вроде эксперта по вопросам моды. Не на федеральных каналах, разумеется, но все-таки. Она ушла из агентства, закончила свой текстильный и поступила учиться в заведение при Телецентре. Я все ждал, когда она успокоится, забеременеет и родит мне ребеночка. Не дождался.

Она не хотела детей?

Сначала не хотела. А потом уже не могла. Что-то у нее с этим случилось. То ли аборт сделала неудачно втайне от меня, то ли таблеток своих противозачаточных переела.

Она тебя бросила? Но зачем? Разве ей было плохо с тобой?

Не знаю. Может она влюбилась в этого хмыря, он достаточно хорош собой, хоть и немолод. Но, по-моему, она и меня никогда не любила, и его не любит. Зато у него денег раз в сто больше, чем у меня. А власти и влияния – во много тысяч раз. Я-то простой строитель. А он, вот как ты сказала, не вполне олигарх, но очень богатый и влиятельный человек.

Ты на него злишься?

Я? Я даже на нее не злюсь. Вот сейчас вспомнил и какие-то эмоции возникли. А так я об этом не думаю. Я тоже где-то вел себя неправильно. Фирма начала раскручиваться. Денег все больше, времени все меньше. Иногда месяцами кроме «здрасьте» и «до свидания» и разговоров-то не происходило. Как показало доигрывание, у нас с Дашей не было ничего общего, кроме счета в банке. Последнее время мы с ней жили как чужие люди, которые почему-то должны существовать в одной квартире. Не стану врать, когда она ушла, я очень расстроился. Мучился, переживал. А в какой-то момент почувствовал облегчение. Очень испугался и пошел к психологу. Спасибо, помог мне разобраться в себе. Вкратце можно так резюмировать: я ее тоже не любил, но чувствовал за нее ответственность. Получается, у меня была не любимая жена, а лишняя головная боль. Она ушла, значит, не надо больше за нее отвечать. Пусть теперь у Туманского за нее голова болит.

У кого? – Таня аж с места привстала. Ой, не могу, сейчас мне станет плохо. Это что же такое получается?!

У сволочи Туманского. У того типа, к которому Даша от меня ушла.

Его не Евгением Ивановичем зовут?

Да, это его имя. Ты его что, знаешь?

Поздравляю, дорогой. Мы с тобой теперь родственники. Твоя бывшая жена ушла от тебя к моему бывшему мужу.

Точно? Ну ни фига себе. Усраться можно! Ой, прости пожалуйста...

Нормально, я именно это слово сама хотела сказать.

Офигеева, офигеть!

Виктор помолчал некоторое время, внимательно разглядывая остатки на своей тарелке. Со времени развода значение Даши в его жизни практически полностью истаяло, обычно он даже не вспоминал, что был женат, тем более, что детей они не нарожали. Но в последние полгода на горизонте начал вырисовываться призрак ее нового мужа, призрак довольно угрожающий, хотя конкретной вещественности эта угроза не носила. Узнать что-то конкретное об этом таинственном и страшном Туманском не удавалось. Это и пугало больше всего. Очевидно, что Танька его не боится, а значит, сможет рассказать много полезного. Хорошо, что Рустам ушел. При нем она бы молчала, а так может выйти интересный разговор. Виктор решился:

Тань, ты не обидишься, если я тебя спрошу?

Спрашивай. О моем бывшем муже, я правильно догадалась?

Офигеева, ты самая умная женщина Москвы и Московской области. Но сначала я опишу ситуацию. Понимаешь, в последнее время, точнее, последние полгода, во всех неприятностях, которые случаются с нашей фирмой, связаны структуры, принадлежащие этому твоему Туманскому. Неприятности мелкие, несущественные, пока я их спокойно разруливаю. Но сам факт заставляет насторожиться.

Таня смотрела на него потемневшими от волнения глазами.

Витя, я не знаю, что тебе на это сказать. То есть ничего конкретного. Но если Женя тобой заинтересовался, это очень плохо. Знаешь, я в этой жизни почти ничего не боюсь. Но его, скажем так, опасаюсь. Он способен на любую гадость. Думаю, ты знаешь, что он черный рейдер. Специалист по «недружественным присоединениям». При желании может сожрать любую структуру. У него все притоптано, и в правительстве, и в Думе, и в прокуратуре, и в арбитражном суде. Я еле спаслась, в ведь тут у него не было материального интереса. Думаю, он меня просто пожалел, как мать своего ребенка. Тем более, что ребенок этот ему никогда на фиг не был нужен.

Вы давно развелись?

Тогда и развелись. Лет шесть назад. Только я хочу внести ясность: не «мы развелись», а я от него сбежала. И, пока все вопросы с разводом не урегулировала, скрывалась там, где он не мог меня достать. Тогда не мог. Сейчас достал бы. Вить, мне не очень приятно об этом говорить, но он в средствах себя не ограничивает.

То есть может убить?

Сейчас скорее всего нет. А в начале своей карьеры, как я предполагаю, он и этим не брезговал. Его, ну, скажем, «оппоненты» исчезали бесследно. Не надо на меня так таращиться! Я ничего не знала, он меня с ребенком держал подальше от своих дел и делишек. В Швейцарии. Когда узнала, сбежала. Схватила Толика в охапку и уехала к маме в Литву.

Давно Таня не вспоминала обстоятельств своего бегства. Сейчас ей было уже непонятно, как тогда хватило душевных сил действовать четко и хладнокровно. Вдруг из глубины памяти вынырнул и вцепился в горло липкий страх. Ее трясло. Виктор накрыл Танину руку своей ручищей.

Офигеева, успокойся. Вот выпей, – он протянул ей бокал вина, Татьяна проглотила его, даже не почувствовав вкуса. Ее все еще трясло, но уже меньше.

Тань, не надо так. Я понял, больше к тебе с этим приставать не буду. Справимся. Ты вон поешь лучше. И выпей. Давай я водки закажу. Честно, мне и самому неплохо хлебнуть.

Теплый Витин голос как-то успокоил Таню. Она только попыталась отказаться от водки. Но Виктор был непреклонен.

Нам сейчас это надо. Чтобы расслабиться, успокоиться и сегодня ночью не видеть страшных снов. А что ты за рулем... Во-первых, твоя машина так и осталась запаркованной у нашего офиса. Я вызову водителей, они нас развезут по домам. На наших машинах. И не возражай! Зря я им, что ли, деньги плачу?

.Ну хорошо, пусть уже несут твою водку, – согласилась Татьяна.

После рюмочки ей стало хорошо: тепло и не страшно. Витино присутствие действовало на нее успокаивающе. От него веет чем-то очень надежным, подумала Таня. Он мне нравится, определенно нравится, но я его не хочу. Сережу захотела сразу, как только он ко мне прикоснулся. А этот большой и сильный мужик мне не нужен. Поэтому с ним так спокойно. Ну и отлично. Мы же, вроде, собираемся с ним поработать, а тут всякие сантименты могут только помешать. Тут она даже развеселилась. Можно еще посидеть в этом симпатичном ресторане. Время еще детское. Она извинилась, позвонила сыну и предупредила, что задерживается на встрече с клиентом. Толик был какой-то заторможенный, это она сразу почувствовала, но отнесла за счет войны с бабкой. Ничего, один вечер погоды не сделает. Завтра разберусь.

Вите после выпитой водки лучше не стало, наоборот, но надо было держаться. Таня не должна заметить, как угнетающе подействовало на него то, что он узнал. Поэтому он заговорил о школе. Вспомнил учителей, ребят, собственные детские проделки. Это, как ни странно, подействовало гораздо лучше водки. На душе стало спокойнее.

А помнишь, как мы в девятом классе кабинет химии взорвали? Ты, по-моему, к этому руку приложила.

Мы историчку взорвали. В кабинете химии, правильно. Я аммиак у химозы из-под носа стянула. Она на отличницу не подумала. И Валерку Просина научила, как сделать йодистый азот. А уже вы им полкласса намазали. Жалко, никто из нас этого не видел. Все удовольствие другим досталось.

Зато нас не спалили. Все на десятый «Б»думали, но исполнителей так и не нашли. Слушай, удивительно, но тебя все считали в лучшем случае за «своего парня». Почему? Ты же красивая. А мы, уроды, этого в упор не видели.

Да, вы меня в упор не видели.

За тобой только Ермаков ухаживал. Да и то так... неотчетливо.

Таня рассмеялась и слегка покраснела. Виктор же продолжал:

Да, ты помнишь, как мы в магазине встретились? Я тогда не успел выйти, как на Сережку наткнулся. Он так там и живет. О тебе спрашивал, кстати. Ты его видела?

У Татьяны перехватило дыхание. Что это? Она не может спокойно слышать про Сергея. Надо взять себя в руки. Витьке ни к чему знать, что у нее с Ермаковым. Она спокойно произнесла, хотя сердце стучало, как бешеное: