Текст книги "Лодка на двоих (СИ)"
Автор книги: Анна Аксент
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)
Глава 23
– Юстас!!! … Юстас!!!
Первая паника схлынула мгновенно. Айлил кинулась к борту лодки, от которого, в глубину, была натянутая веревка, ее, как надеялась девушка, Деай успел завязать узлом. Айлил схватилась за веревку и изо всех сил потянула на себя, веревка поддалась. Вокруг бушевала вода, волны то и дело захлестывало через борта и окатывало Айлил с ног до головы. Но девушка упорно тянула и тянула веревку на себя. Разглядеть хоть что-то во внезапно начавшемся водном шквале было невозможно, оставалось только надеяться, что Юстас упав за борт, не ударился головой о каменные валуны и сейчас тоже борется за свою жизнь. Она сделала очередной рывок веревки на себя, и вода на секунду окрасилась алым, ладони снесло в кровь. В этот момент веревка словно оборвалась на том конце и Айлил, потеряв точку опоры, упала на спину, больно ударившись о доски. Через секунду она вскочила, и быстро, быстро подтянула конец веревки к себе. Веревка не оборвалась, Юстас просто не успел завязать узел, он не успел…
На мгновение подумалось, что она осталась абсолютно одна и Юстас погиб. Стало страшно, и так больно, что на секунду Айлил задохнулась. Надеть кольцо времени не было, нужно было справляться самой. Лорд так просто от нее не избавится, она вытащит его из воды чего бы ей это не стоило. Айлил проверила свою страховочную веревку, пару раз дернула за узел, обтерла лицо от воды руками и внимательно вгляделась в бушующую вокруг лодки воду. И увидела мужскую руку, которая на мгновение показалась из воды, совсем недалеко от лодки.
Юстас боролся изо всех сил. Несколько первых секунд его тянула веревка, давала хоть какое то направление. Но в водяном водовороте было невозможно поймать конец и завязать крепкий узел. Его в очередной раз ударило о волны и выступающий подводный камень, крутануло так сильно, что веревка слетела с туловища, а он только несколько раз нелепо ударил руками по воде, пытаясь поймать конец. Ударило опять, оглушило, и мужчина сильно хлебанул воды, но вынырнул и выбросил руку на поверхность. Затуманенным из-за борьбы со стихией сознанием, Юстас надеялся, что Айлил осталась в лодке, и увидит его руку. Бросит ему веревку.
Ударило снова, Юстас опять захлебнул воды. Плавать он умел, но не достаточно хорошо, чтобы бороться со стихией. Столица Серединного не была портовым городом, до побережья Розового моря нужно было ехать пару тройку дней. А в купальнях публичных домов, где ранее Деай проводил много времени с друзьями и королем в окружении прелестниц, особо в умении держаться на воде не потренируешься.
Айлил не бросила веревку, она прыгнула сама. Веревку, которой должен был обвязаться Юстас, она закрепила на своем поясе, но так, чтобы можно было легко снять, не тратя время на узлы. Девушка умела плавать, вполне сносно, на ее стороне было то, что она не вывалилась за борт от удара как лорд и не приложилась головой о камень, потеряв при этом силы, ориентацию в пространстве и драгоценный воздух.
Когда Айлил в несколько взмахов рук подплыла к Юстасу, который уже плохо понимал где находится и что нужно делать. Почувствовав чьи-то прикосновения, мужчина судорожно забарахтался в воде, и попытался оттолкнуть девушку от себя. Айлил глубоко и резко набрав воздух, нырнула в воду и обвязала веревку вокруг туловища Деая. Вынырнув крикнула:
– Юстас! Юстас! Плыви, плыви по веревке, я не смогу дотянуть тебя сама, мы утонем вместе!
Как ни странно Деай услышал и нащупал рукой натянувшуюся, словно перетянутая гитарная струна, веревку. Айлил в это время повернулась к нему спиной и перехватывая веревку руками стала подтягивать себя к лодке. Юстас сделал то же самое.
Через минуту девушка перевалилась через борт лодки и за шиворот подтянула Деая. Мужчина сделал рывок и оказался рядом с девушкой.
Река стала спокойнее, пороги не закончились, но лодку уже не мотало из стороны в сторону. Камней выступающих над поверхностью воды больше не было и можно было не боятся наскочить на один из них.
Мужчина долго кашлял и сплевывал воду, перевесившись через борт лодки. Когда то ли кашель то ли рвота прекратились, Юстас зачерпнул рукой речной воды, прополоскал рот и сплюнул. Он перевернулся и прислонился спиной к борту.
– Ты могла утонуть.
Айлил хмуро глянула на него и ответила:
– Можешь просто поблагодарить, лорд…
– Я слышал, как ты звала меня по имени когда я оказался за бортом.
Айлил сидевшая прислонившись к противоположному борту лодки, пнула Юстаса босой ногой по бедру. Мужчина перехватил ее ногу и сильным рывком на себя уложил девушку на дно лодки. Он навис над ней и медленно сказал:
– Я тебя сейчас поцелую.
Глаза Айлил загорелись гневом, страхом и чем-то таким, отчего кровь у Юстаса хлынула к паху.
– Если ты будешь сопротивляться, это все равно произойдет, только будет дольше…
Девушка открыла было рот, чтобы ответить, а Юстас наклонился и действительно поцеловал. Губы его от воды были холодными, но от той нежности с которой Юстас ее целовал бросило в жар, Айлил обняла Юстаса и прижалась к нему всем телом. Через несколько мгновений Деай отстранился от Айлил и внимательно посмотрел в ее глаза:
– Нужно остановиться, есть вещи, которые не стоит делать леди до свадьбы.
– Свадьбы? – переспросила Айлил.
Деай поднялся сам и помог сесть девушке, при этом он спокойно и даже как-то буднично сказал:
– А я, ведь, боялся ехать и выполнять поручение своего короля.
– Какое поручение? – спросила девушка, губы почему то онемели, и стало нехорошо, словно она перебрала дешевого вина в придорожной таверне.
– Жениться на тебе вместо Даллана.
Стало дурно, казалось, вырвет, но лорд не заметил перемены в лице Айлил и продолжил говорить:
– Твой брат был обижен тем, что твоя свадьба с королем Серединного не состоялась, он не отвечал на письма, а ситуация на границе требовала срочного решения…
– И Даллан Амитоло приказал тебе поехать в герцогство, чтобы предложить себя в качестве моего мужа?
– Именно так, я не женат, невесты нет, потому что сам я этим не озаботился, да и родители мои тоже…
– Ты со своим королем что же, как ненужную игрушку перебрасывали меня друг другу?
Ледяной тон, с которым были сказаны эти слова отрезвили Юстаса, он на секунду замер и вдруг понял, что и главное как сказал. Той, что полюбил всем сердцем…
– Айлил…
Деай хотел было подсесть к девушке, но Айлил сделала характерный жест рукой, словно разрубила напряженной ладонью нити, связывающие их, и сказала:
– Я услышала достаточно… – Девушка поднялась и повернулась к Юстасу спиной, собираясь направиться под навес, она едва повернула голову и сказала: – Я не желаю замуж за тебя, лорд. Судьба связала нас случайно, и как только мы прибудем в Серединное, каждый пойдет своей дорогой.
Айлил шагнула в полумрак навеса, а Деай остался растерянно стоять под солнцем. Волосы, сорочка и штаны высохли, больше ничего не спасало от пекла. Но Юстасу стало холодно, что мужчина несколько раз сжал и разжал кулаки, проверяя чувствительность пальцев.
Он стоял так несколько минут, а потом тихо сказал:
– Дурак.
Глава 24
Через двое полных суток лодка пересекла ворота Кота-Патира. Двое стражников стоящие на деревянных мостках, к которым им пришлось причалить для досмотра, лениво гоняли от себя мух. Один из мужчин, молча протянул раскрытую ладонь, в которую Юстас положил две серебряные монеты. Ладонь закрылась и стражники вальяжно, при этом синхронно отвернулись. Деай пожал плечами и спрыгнул с мостков обратно в лодку. Парус они сложили несколько часов назад, по столице Паданга с парусом могла передвигаться только лодка патиха. Юстас умело работал одним большим веслом, попеременно опуская его то по одну то по другую сторону. Айлил еще сутки назад надела на палец заветное кольцо и была в личине Аллена.
За два дня они перебросились между собой только парой слов. Все попытки Юстаса поговорить заканчивались неудачей. А когда лорд взял девушку за руку с твердым намерением объясниться, то получил резкий и очень больной удар по едва зажившим ранам на животе. От неожиданности Деай выпустил руку девушки, и с какой-то детской обидой посмотрел на нее, но Айлил все было нипочем.
К моменту прибытия в столицу Паданга лорд испытывал постоянную ноющую боль в груди, которая как он понимал не имела никакого отношения к его физическому состоянию, и нарастающее чувство паники.
Пройдя ворота, Айлил, превосходно оазговаривающая на падангском, спросила дорогу у первого встречного нищего, которому бросила мелкую монету. Им нужно было попасть на местный рынок, для того, чтобы найти купеческий корабль, отплывающий в ближайшие дни, и пополнить запасы. Потому что, оплатив дорогу до Серединного, не стоило ожидать полный пансион на корабле. Питаться несколько дней придется всухомятку. Следовало где-то переночевать, если до отплытия были дни, или хотя-бы плотно пообедать горячим, если окажется, что до отбытия нужного корабля остались только часы.
Айлили указала Юстасу рукой на боковой узкий канал, и мужчина послушно направил их лодку именно в него. Окраинные улочки Кота-Патир были грязными, мрачными и дурно пахнущими. Помои и нечистоты сливались прямо в воду, а жаркая погода делала свое дело. Вода в канале была ярко зеленой, и распространяла тошнотворный запах. Однако ближе к центру города, дома становились выше, а канал шире. Вода больше не была такой благоухающей, видимо в районах, где люди жили горожане посостоятельнее работали какие-то очистные приспособления. Однако в истинно богатые кварталы попасть не удалось. На входах в каналы, ведущие на такие вот улицы, стояла совсем другая стража, стража, которая пренебрежительно выбросила серебряную монету прямо в канал и указала прочь, на обводные каналы, по бедным кварталам. На то, чтобы добраться до центрального городского рынка, из-за таких закрытых улиц-каналов они потратили больше трех часов. Но вот их лодка пристала к мосткам, за простой была уплачена монета смотрителю, а путешественники, наконец, ступили на сушу.
Рынок гудел как улей, торговля шла куда активнее и громче чем привыкли Юстас и Айлил у себя дома. Громко торговались покупатели, ругались между собой продавцы за лучшее место на рынке, кричали, требуя разойтись, носильщики. Только столичные воришки работали тихо.
Айлил и Юстас долго толкались между рядов ища хоть кого то, кто будет говорить о Розовом море и кораблях. Дело бы шло быстрее если бы Юстас, как и Айлил знал язык. Наконец девушка дернула спутника за рукав и аккуратно, не привлекая внимание, указала пальцем на толстого, богато одетого купца. Торговец негромко обсуждал с собеседником предстоящее отбытие в Серединное. Они подошли ближе и Айлил вежливо поприветствовав, спросила на падангском:
– Уважаемый господин собирается отбыть в Серединное?
Купец медленно кивнул, тогда девушка продолжила:
– Нам нужно два места на корабле, мы готовы щедро заплатить.
– Кто ты, и почему твой старший товарищ не ведет разговор вместо тебя?
– Мы простые путешественники, господин, а мой друг, хоть и старше меня, не говорит на вашем прекрасном языке.
Купец внимательно оглядел их с головы до ног, а потом наконец ответил:
– Я возьму вас, но с каждого по золотому. Едой и водой запасайтесь сами, в пути мы будем не меньше пяти дней, а если погода испортится то все семь-десять. Корабль – «Циида» стоит в порту, отбытие через два дня на рассвете.
Юстас дрогнул от названия корабля, но никто не заметил. Айлил смогла удержать на лице приветливое и даже подобострастное выражение.
– В залог оставьте золотой, по прибытию выплатите капитану корабля еще один. Опоздаете к отплытию, ждать вас не буду. Только потеряете деньги.
Айлил достала из-за пояса один золотой и передала купцу в руки. В ответ купец передал Айлил обрывок бумаги, на котором поставил оттиск личной печати, что на золотой цепочке висела на поясе купца.
– Покажете капитану корабля, он вас разместит на борту.
Айлил спрятала обрывок понадежнее и, еще раз поклонившись, взяла за руку Юстаса отойдя в сторону.
– Я договорилась, за два золотых, отплытие через два дня на рассвете, нужно найти гостиницу на это время, припасы закупим завтра. Корабль называется …
– Циида, это я понял, – мрачно ответил Юстас.
Переговариваясь между собой, они не заметили прогуливающегося мимо мужчину. Одет тот был хорошо, даже если не сказать богато, но взгляды, которые он бросал на них…
Когда Айлил наконец осмотрелась в поисках гостиничных вывесок, мужчины уже не было рядом.
Гостиницу нашли на соседней улице, сразу оплатили комнату и обильный ужин. Кровать была одна и каждый лег со своей стороны, то отчуждение, что повисло между ними словно прорубило пропасть, и было не дотянуться. Стоило закрыть глаза как начинало покачивать, из-за долгого пути по реке. За окном стемнело быстро, но взошли две луны и достаточно ярко освещали комнату через застекленное мутным стеклом окно. Айлил почти мгновенно уснула, ее дыхание стало размеренным и спокойным. Юстас повернулся на бок, так чтобы видеть ее. Она не сняла кольцо, и видимо не снимет еще долго. Но даже через внешность Аллена он видел девушку. Ее руки спокойно лежали по бокам тела, она спала на спине, только отвернула голову на бок. Юстас протянул руку и легко коснулся кончиками пальцев ее руки и тоже уснул.
Утро наступило слишком быстро, путники проснулись разбитыми и рассеянными. Медленно, словно не соображая, ходили по своей комнате, собираясь на рынок, нужно было закупить основных припасов. Юстас, чтобы не мешать Айлил собраться и проверить рану, вышел из комнаты первым. Мужчина спустился вниз и занял пустой стол в общем зале. Сразу же подошел мальчик подавальщик, в этой стране девушки на такой работе не работали, если вообще работали. Деай положил мальчишке монету среднего номинала и знаком показал, что хочет поесть и попить. Через минуту на столе стояла глиняная кружка и тарелка со свежими лепешками, облитыми медом. Мужчина с удовольствием съел одну, щедро зачерпнув с края тарелки мед, а потом с опаской отхлебнул жидкость из кружки. В кружке был свежий сок из каких-то достаточно терпких ягод, разбавленный водой. Наконец вниз спустилась Айлил, которая, присоединилась к Юстасу и тоже съела пару лепешек. Мальчишка подавальщик, принес еще одну кружку, наполненную разбавленным соком ягод, денег он не взял, на падангском сказав, что Юстас и так заплатил достаточно. Закончив завтракать и Айлил и Юстас почувствовали себя намного лучше, питье, что им принес мальчишка не было алкогольным, но бодрило хорошо.
– Лодку придется бросить, – сказала Айлил, – купим сменные вещи и провизию на рынке, все равно за время пути по реке все отсырело, а сушить негде да и не до этого. На корабле хоть первые дни поспим на сухом. На рынке будь внимателен, там полно воришек и мошенников, вчера мы с тобой слишком устали с дороги и повели себя неосмотрительно, у всех на виду уплатив аванс купцу золотой одной монетой.
Девушка двинулась, чтобы встать, но Юстас удержал ее за руку:
– Айлил, – шепотом сказал мужчина.
Айлил ужалила лорда резким взглядом, и мужчина непроизвольно отдернул руку.
– Над нами будут смеяться, лорд, – ответила девушка едва слышно, – еще немного и весь постоялый двор сбежится посмотреть на странную ссору двух мужчин.
– Айлил…
Девушка вдруг расслабилась и спокойно ответила:
– Что лорд?
– Что я сказал или сделал такого? Вот что? Ведь так все и было, мой король был твоим женихом, но ваша свадьба не состоялась, торговля между нашими странами разваливалась, и Даллан отправил меня…
– Как овцу на заклание?
– Нет же, Айлил, нет.
– Так я больше не герцогиня, ты сам сказал, что видел мой саркофаг в семейном склепе, теперь ты не обязан жениться на мне вовсе. Или приказ твоего короля все еще в силе? Какую выгоду ты ищешь лорд? Я не пойму.
– Выгоду…?
Юстас как сомнамбула повторил слово, что больше всего врезалось ему в сознание. Айлил же только поднялась со своего места и тихо, словно примирительно сказала:
– Пойдем лорд, совсем скоро ты будешь дома… я больше не герцогиня, и больше нет нужды выполнять поручение твоего короля. В Серединном, тебя ждет твоя привычная жизнь, а меня… меня моя новая жизнь.
Юстас хотел закричать на нее, схватить за руку и усадить обратно за стол, и говорить, целовать, обнимать или делать что-то, что поможет пробиться через этот толстый панцирь, который Айлил отращивала так долго. Так долго, что теперь не верит, что заслуживает любви просто так. Без какой либо выгоды.
Но мужчина поднялся со своего места, еще раз отхлебнул ягодный сок из кружки и сказал:
– Наш разговор не закончен герцогиня, и когда мы прибудем в Серединное, ты не сможешь сбежать или еще как либо избавиться от меня.
Айлил хотела было возмутиться, но Юстас приблизился к ней вплотную и прямо в лицо прошептал:
– Об этом нужно было думать раньше, до того как ты подрезала меня в карете, а потом поцеловала на конюшне, сняв кольцо. Я тебе не ослик, которому сначала ты повязала шляпу на голову, а потом за ненадобностью подарила мальчишке водоносу.
Юстас круто развернулся на каблуках своих дорожных сапог и вышел на шумную улицу. Несколько секунд Айлил приходила в себя, и никак не могла успокоить сердце. Хотелось присесть обратно на стул, но они и так привлекли к себе много лишнего внимания. Мальчишка подавальщик жался у стенки, так как боялся, что вот вот между посетителями, которые так не кстати стали выяснять отношения посреди зала, начнется поножовщина.
Чтобы еще немного выиграть время и не выходить в растрепанных чувствах на улицу, Айлил оправила одежду, пригладила волосы руками и, наконец, шагнула за дверь.
Рынок гудел, медленно они ходили между рядов, сначала Айлил узнавала цену и торговалась. Нельзя было покупать все и сразу. Деньги у них, конечно, были, но привлекать к себе внимание, а поведя себя как олухи они бы так и сделали, им было нельзя. Знание Айлил падангского импонировало торговцам, и они не накручивали цену сверх положенного. Пока они ходили между рядами, то не замечали как следом, неотступно, но совершенно незаметно за ними шел тот самый мужчина, что вчера так не к стати увидел как Айлил заплатила купцу целый золотой. Прежде всегда бывшая на чеку, девушка была в растрепанных чувствах, сердце все колотилось как бешеное, особенно когда Юстас нечаянно, или специально касался ее плеча своим плечом. Ладони ее вспотели, но не от жары, и маленькая герцогиня во всю силу проявилась даже под внешностью ушлого, хитрого и иногда даже беспощадного Аллена. Как всякая девушка, даже в обличье мужчины, Айлил невольно задержалась около лавки ювелира, украшения были великолепными, совершенно не привычными для жителей Серединного или герцогства. Но от этого не становились менее привлекательными. Вздохнув, Айлил направилась дальше, и Юстас как тень последовал за ней, в этот момент раздался крик торговца ювелирной лавки:
– Грабеж! Грабеж! Меня обокрали! Держите вора!
Рыночная толпа ахнула и забурлила, Айлил однако не растерялась, ни она, ни Юстас у торговца ничего не крали, поэтому не останавливаясь они двинулись дальше по своим делам. Но кто-то схватил за Айлил руку и резко дернул в самый центр бурлящей толпы, туда, где стоял громко причитающий ювелир. Девушка, находясь в мужском теле, среагировала мгновенно, она, коротко замахнувшись ударила держащего ее мужчину, и тот охнув согнулся пополам, но в этот момент кто-то рванул рукав ее куртки, затрещала ткань и на мощеную улицу посыпались драгоценные камни, с разорванного ожерелья. По всему, выглядело так, что именно Айлил украла с прилавка ювелира, и теперь, была уличена в одном из самых страшных для Паданга преступлений – краже.
– Это чужеземец! Это чужеземец! Вор! Вор! Вор! – Скандировала толпа.
Айлил безуспешно пыталась перекричать толпу. Даже знание падангского не спасало, ее попросту никто не слышал. Юстаса, который хотел прийти девушке на помощь за руки удерживало четверо торговцев. Стоило отбиться от одного двух, как их сменяли другие. Юстас рычал в бессильной ярости, но секунду замерев, он четко увидел зачинщика, и вдруг вспомнил, что видел это лицо и вчера и сегодня несколько раз…
Айлил рвали в разные стороны, через несколько секунд она осталась в брюках и нательной сорочке, куртка, сапоги, верхняя рубашка были сорваны разъяренной толпой. Словно по приказу толпа расступилась, образовав вокруг Айлил круг в который вступил крупный мужчина в черном кафтане. Он поставил рядом с Айлил деревянную колоду странного цвета и неторопливо достал из ножен кривую саблю. Айлил вырвало, и Юстас понял, что цвет колоды не просто странный, это цвет запекшейся крови. Вспомнилось все, что он учил про Паданг со своим домашним учителем. Вспомнилось и про отрубание руки пойманному вору.
Айлил, не останавливаясь, что-то кричала на падангском, но никто не слушал ее, несколько мужчин удерживали ее на коленях, а черный кафтан вытянул ее правую руку над колодкой. Мужчина замахнулся рукой, в которой держал саблю и резко опустил ее вниз.
Юстас, который каким-то чудом вырвался из держащих его рук, в мгновенье подскочил к Айлил и подставил свою правую руку под удар. Кровь фонтаном облила Айлил и держащих ее мужчин. Черный кафтан увидев, что с первым ударом сабля не достигла цели, а вернее достигла, но не той, что было нужно, выругался и замахнулся вновь. Но Юстас, вложив весь свой гнев в удар, свалил черный кафтан с ног.
– Вора!? Вам нужен ВОР!?
Деай сделал стремительный шаг в сторону и выдернул из толпы того самого, что следил за ним и Айлил все утро. Здоровой рукой, лорд дернул ткань длинного мужского одеяния в сторону и на мостовую посыпались монеты, украшения, безделушки, что были украдены мужчиной за это утро. Толпа взревела.
Через мгновение около лавки ювелира осталась стоящая на коленях Айлил, колодка и черный кафтан, который начал приходить в себя после страшного, свалившего его с ног удара. Юстас сделал еще пару шагов медленно и неуклюже осел на камни. Левой рукой он зажимал правую, заливая кровью мостовую. Айлил подскочила к нему и, оторвав от своей сорочки нижнюю часть, перетянула правую руку мужчины. Кафтан, наконец встал на ноги и подошел к ним:
– Я отведу вас к врачу, нужно спасти ему руку.
