Текст книги "Дар, который управляет тобой (СИ)"

Автор книги: Ани Ре

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

– Дилькионниль, – устало кивнул ему принц. – Я же сказал, что не принимаю сегодня.

– Извините, просто хотел убедиться, что проблемы решены.

– Проблемы... – принц невесело ухмыльнулся, словно считал теперь, что всё, из-за чего они развели столько паники, не стоило их волнений. – Идём, поговорим по дороге. Мне нужно повидаться с отцом.

Они двинулись по коридору, и Дилькионниль занял приличную для себя позицию за левым плечом Льиннела. Вскоре охрана осталась далеко позади, и мальчик задумчиво посмотрел на своего подчинённого.

– Я слышал, Асскиммиль убит, – тихо сказал он. Целитель кивнул, понимая, что соврать о причинах его смерти не сможет. – Что случилось? На самом деле.

– Он пытался её изнасиловать, и Тиниара…

– Убила его.

– Она защищалась.

– Да. Это в её природе. Всё что угодно, ради выживания.

– О чём вы сейчас? – мужчина нахмурился, пытаясь уловить, к чему ведёт нить этого разговора.

– Ни о чём. Просто знаю теперь, что её дар нам не нужен. Мы притащили в священные леса чистейшее зло и умудрились его разозлить. Придётся избавиться от неё, и как можно скорее.

– Господин…

– Не обсуждается, Дилькионниль, приказ короля. Девушку придётся казнить сегодня.

– Вы хотите, чтобы я это сделал? – потрясённо переспросил целитель.

– Нет, конечно, нет. Выйду от отца и распоряжусь, чтобы к ней послали кого-то из наших воинов. Знаю, ты заботишься о ней и считаешь себя ответственным за её судьбу, но поверь, это единственный выход.

– Не может такого быть. Она всего лишь девчонка, так нельзя.

– Дилькионниль, мы не вправе рисковать нашим миром. Знал бы ты, на что она способна…

– А если Тиниара поклянётся вам в верности? – целитель перебил мальчика, и тот недовольно нахмурился.

– Клеймо на неё не сработает. Тиниара ещё не обрела полную силу, но вскоре осознает себя и тогда начнёт сметать всё на своём пути.

– Ещё не поздно сделать её союзником!

– Ты не понимаешь… – попытался было объяснить принц, но тут замолчал, глаза его подозрительно сощурились, и мальчик приблизился к Дилькионнилю с помощью своего дара, мгновенно очутившись рядом и хватая его за предплечье. – Покажи мне клеймо.

– Считаете, она управляет мной?

– Показывай!

Целитель расстегнул пуговицы на манжете рубашки и быстрым движением задрал рукав. Защитное клеймо было нетронутым, впрочем, как и символ подчинения. Мальчик вздохнул с облегчением, но что-то всё равно не давало ему покоя. Он сосредоточился, вкладывая в свои следующие слова ментальный приказ.

– Сейчас ты пойдёшь в комнату и не выйдешь оттуда до рассвета. А утром придёшь ко мне, и мы снова поговорим. Ясно?

– Да, господин, – покорно кивнул ситраец. Глаза на мгновение остекленели, делая его похожим на куклу, и принц поморщился, чувствуя отвращение. Льиннел всегда считал, что подобный контроль – крайняя мера, и если он до неё докатился, значит, совершил слишком много ошибок. Оставалось надеяться, что их ещё можно исправить.

Отец ждал его в приёмной. Комната использовалась редко, потому что наместник практически не занимался делами, и всё же сегодня он захотел встретиться именно в ней. Почему? Это для Льиннела оставалось загадкой до того самого момента, как он распахнул светлую резную дверь. Отец был не один, на бархатном кресле скромно сидела ситрайская девушка, молодая, довольно красивая. Едва принц вошёл, она подскочила и присела в глубоком реверансе, покорно склоняя голову.

– Мальчик мой, – отец тоже поднялся и распростёр для объятий руки. Льиннел стерпел неуместное проявление внимания и вновь посмотрел на девушку. – Я хотел представить тебе леди Сильтранию Альмони. Её отец – мой хороший друг и верный союзник. Мы оба считаем, что ваш брак укрепит дружбу наших семей, и это пойдёт всем только на пользу.

Сильтрания скромно подняла взгляд и улыбнулась, подавая мальчику руку, он склонился, чтобы её поцеловать, оттягивая тем самым необходимость ответа и стараясь скрыть замешательство. Ему всё же удалось совладать с эмоциями и максимально сдержанно улыбнуться.

– Приветствую вас в моём доме, леди Альмони, вам всегда здесь рады. Но союз – это слишком серьёзный шаг. Думаю, нам обоим сто́ит поразмыслить, прежде чем принимать настолько судьбоносное решение.

– Я согласна с вами, – кивнула девушка, словно ожидала подобного ответа. – И думаю, нам необходимо узнать друг о друге хоть что-то, прежде чем вести подобные беседы. Наши отцы мудры, и скорее всего видят то, что нам не ведомо в силу возраста. Но это не значит, что мы должны спешить. Я лишь надеюсь на дружбу и общение. Возможно, мне сто́ит задержаться здесь на месяц-другой.

– Повторяю, вы всегда желанная гостья, можете жить здесь столько, сколько захотите, – Льиннел почтительно склонил голову. – А сейчас, прошу извинить, у меня серьёзный разговор к отцу, и, к сожалению, он не терпит отлагательств.

– Понимаю, – Сильтрания вновь присела в реверансе. – Надеюсь на скорую встречу.

– Ну конечно, – улыбнулся мальчик и проводил её до двери. Едва он оказался наедине с отцом, то обернулся к нему и приблизился, используя свой дар. – Такие вещи обсуждаются заранее!

– Ты слишком остро реагируешь, – рассмеялся наместник, отмахиваясь от него и отступая. Когда девушка ушла, отпала необходимость держать себя в руках, и он с облегчением присел на стол. Эти праздники его убивали, столько развлечений подряд успели прискучить. – Как и всегда, устраиваешь истерики по пустякам.

– Это моя жизнь, а не пустяки. Мне ещё тридцать лет до совершеннолетия, а ты уже сосватал мне одну из увивающихся вокруг тебя нимфеток. Как ещё мне реагировать?

– Во-первых, она и впрямь дочь очень влиятельного союзника. Он торговец, посол, у него есть связи как внутри ситрайских лесов, так и за их пределами. Ольсаниэль Альмони может многое, поверь. Во-вторых, ты реагируешь так, словно свадьба назначена через неделю. Пообщайтесь. Лет через десять будет помолвка…

– Не будет никакой помолвки, – огрызнулся мальчик.

– Дослушай меня. После неё пройдёт много лет, прежде чем свадьба состоится, и если по-прежнему будешь настроен так категорично, то можно будет подстроить всё так, словно она виновата в вашем разрыве…

– А ты всё продолжаешь, да? Манипуляции, интриги, мелкая возня. Как тебе не противно ползать во всей этой грязи?

– Забываешься, парень! – прикрикнул на него отец. – Ты юн и не представляешь, какого выживать в нашем мире. Играешь, считая, что сможешь остаться чистеньким, но спроси у своего деда, как он получил трон? Думаешь, что остальные наследники были скомпрометированы по чистой случайности? Если собираешься занять его место, то должен принимать правила игры.

– Разве не ты хочешь занять его место?

– Хочу… хотел. Но понимаю, что шансов у меня практически нет. А ты мой сын, и я могу помочь тебе стать королём.

– Как вовремя ты об этом вспомнил. Именно тогда, когда не вышло меня убить. Не отрицай, то нападение кораев – твоих рук дело.

– Я лишь пытался решить проблему и не знал, что ты поедешь туда в тот же день.

– Решить проблему? Убив всех носителей тьмы?

– И что с того? От них нет никакого толку, лишь опасность для наших союзников. От мусора надо избавляться.

– Ну тут ты прав, – усмехнулся принц. Смесь горечи и облегчения от осознания, что не ошибся в выводах, сдавила грудь. – Отныне это мой дом. И я прошу тебя как можно скорее его покинуть.

– В каком смысле?

Мальчик достал из-за пазухи конверт и протянул отцу. Тот разломал королевскую печать и бегло пробежал документ взглядом.

– Тебя? Наместником? Старик совсем из ума выжил.

– Он просит тебя как можно скорее приехать в Синниран, говорит, там найдётся работа.

– Ну конечно, хочет держать меня на виду, – ухмыльнулся ситраец. – Что ж, поздравляю. Такого хода я не ожидал. Всё-таки я ошибался, ты отлично понимаешь правила игры…

3.09

– Как он? – спросила Тиниара и усмехнулась тому, как от неожиданности вздрогнул седой мужчина. Девушка появилась прямо за его спиной, и он вскочил со стула, на котором сидел у постели Эрика.

– Критический момент прошёл, принц идёт на поправку, – устало ответил советник по безопасности. Казалось, он и впрямь заботился о наследнике. Тиниара облегчённо вздохнула, понимая, что отдала Эрика в надёжные руки. Последние сутки сердце у неё было не на месте. – Только вот времени у нас нет.

– Что вы имеете в виду? – удивлённо спросила Тин.

– Послезавтра приезжает Элира. И, учитывая местную суматоху, её коронуют в тот же день. Мне жаль, но мы не успеем поставить его на ноги так скоро.

– Неужели ничего нельзя сделать?

– Принцесса отказывалась ехать во дворец до конца семестра в академии. Но несколько дней назад вдруг согласилась. Не знаю, в чём причины, но своим легкомысленным поведением она показывает, что королева из неё будет…

– Дерьмовая она будет королева. Она разрушит страну!

– Скорее будет во всём подчиняться тому, кто настаивает на её коронации. Но сейчас не об этом. Принца нужно вывезти из дворца, здесь будет небезопасно. Если её покровитель достаточно умён, первое, что он сделает – избавится от настоящего наследника. Попробуем вернуться и оспорить её права, когда Эрикиль окрепнет. Ты можешь переместить его в другое место?

– Я... Погодите. Сейчас о нём никто не знает?

– Только мои верные подчинённые.

– Сколько дней вам надо? Когда он будет достаточно силён, чтобы его короновали?

– Думаю, ещё два дня, но что ты можешь?

– У меня есть мысль, как задержать Элиру в академии. Лечите его. Я всё сделаю, – Тин подошла к кровати Эрика – он был бледным и измождённым, но дышал ровно, словно спал. Тиниара склонилась, коснулась губами его лба, а потом вновь обернулась к советнику. – Вы ведь знали, что я предложу помощь?

– Догадывался.

– Потому и рассказывали все подробности. Почему вы мне верите?

– Я вижу, как вы на него смотрите. Хотите защитить принца, а ваш дар, как сами сказали, даёт безграничные возможности. Я должен был попытаться…

– Использовать меня?

– Я помогаю Эрикилю. И я искренне считаю, что лишь ему под силу не дать нашей стране развалиться. Пусть у нас разные мотивы, но итог один – мы заботимся о нём.

– Хорошо, – кивнула Тиниара. – Я вам верю. Пока что.

Тин вернулась в комнату, служившую ей тюрьмой. С грустной улыбкой вспомнила нелепые планы сбежать, каким-то образом выломав доски, которыми были заколочены ставни на окнах. Глупое сознание не хотело сдаваться, не хотело признавать, что это конец. Сидеть на месте она не могла, скорбные мысли сводили с ума, девушка представляла свою смерть снова и снова, прокручивала в голове даже самые невероятные казни. С того времени, как дар проявил себя, Тин успела привыкнуть к боли, но осознать, что её жизнь скоро оборвётся, никак не получалось. Тиниара вздохнула, пытаясь отвлечься – осталось ещё одно незаконченное дело и очень неприятное, надо успеть с ним разобраться.

– Тин, – выдохнул Дилиан, вскакивая с постели, на которой он сидел. Громко ударилась о пол тяжёлая книга в кожаном переплёте. – Как ты?

Тёплые объятья. Он казался ей таким мягким и нежным. Сердце сжалось от мысли, что это их последняя встреча, а Тиниара не может найти в себе силы попрощаться. Девушка подняла руки, касаясь его лица, мягко прижалась губами к его коже, дрожа от странного чувства в груди: боль мешалась сейчас с возбуждением и страхом. Поцелуй был горячим, почти грубым. Она так по нему скучала, так нуждалась в поддержке, в нежности, что дарил ей лишь один человек. Дилиан глубоко вздохнул, с трудом отрываясь от неё и ещё раз спросил:

– Как ты?

– Мне… нужна твоя помощь.

– Что я могу сделать? – этот тон. Такой бескорыстный. Преданный. Тиниара зажмурилась, понимая, что объяснить просьбу будет непросто. Что ей приходится поступить очень мерзко и именно с тем, кто всегда её поддерживал. Жизнь несправедлива. Но иного пути нет.

– Попроси Элиру остаться на пару дней.

– Что? – непонимающим тоном переспросил Дил. Он слегка отстранился, заглядывая в глаза возлюбленной, на лице явно читалось недоумение. – При чём тут Элира?

– Дил, – Тиниара невольно понизила голос и вцепилась пальцами в его рубашку, не позволяя отстраниться. – Дил, пожалуйста. Всего пару дней. Я клянусь, для меня это очень важно.

– Ты просишь меня из-за Эрика? За пару дней он успеет вернуться?

– Да, но это не то, о чём ты думаешь, Дилиан. Если принц станет королём, то сможет выкупить меня у ситрайцев. Заключит сделку, и я смогу вернуться домой. Вернуться к тебе.

– Или к нему.

– Дил, – она потянула парня к себе, почти касаясь его подбородка губами, и сама не знала, врёт ли сейчас или говорит правду: – Я люблю тебя. Но мне нужно выбраться оттуда. Они ломают меня. Заставляют убивать. Я не хочу становиться чудовищем. Пожалуйста.

– Ты понимаешь, о чём меня просишь? – поинтересовался Дилиан, чувствуя, как что-то внутри него ломается, как решение, которое секунду назад было немыслимым, начинало казаться единственно верным. – Понимаешь, что мне придётся сделать, чтобы она осталась?

– Понимаю. И я не вправе просить тебя об этом. Мне противна сама мысль о том, что ты будешь к ней прикасаться. Но я не знаю другого способа задержать её здесь. Может быть, ты знаешь? Я с удовольствием выслушаю тебя.

– А если она не захочет остаться? – прошептал парень срывающимся голосом. Тонкие пальцы переместились с рубашки на брюки и сейчас расстёгивали маленькие пуговицы.

– Шутишь? Она не устоит перед тобой. Я же не могу устоять.

Дил застонал, понимая: он сделает всё, что прикажет ему эта женщина. Всё, о чём только попросит. Хотел было сказать ей об этом, но Тиниара не ждала ответа – и так это понимала. Покорность мужчин за последние дни стала для неё чем-то естественным. Девушка лишь толкнула его, и когда парень тяжело упал на постель, устроилась на нём верхо́м. Ударила по наглым рукам, попытавшимся стянуть с неё одежду.

– Мне раздеваться нельзя, – напомнила и тут же заткнула намечающиеся возражения поцелуем. Освободила налившийся член от одежды, сжала его в кулачке, улыбнулась судорожному вздоху. Она уже знала, как двигаться – Дилькионниль многому успел научить, хоть и не лишил невинности. Сказал, что ещё не время. Дилиан откинулся на спину, закусил губу, вцепился руками в собственные волосы. Ей нравилось чувствовать его наслаждение – оно словно давало силы, питало. Тин нахмурилась, сконцентрировалась на энергии, струящейся в пространстве – серебристые линии, вьющиеся вокруг парня, тянулись сейчас к ней и медленно вплетались в ауру девушки. Он кормил её? Отдавал свой запас? Но как?

Дилиан выгнулся, застонал, перехватил её руку, меняя ритм. Девушка с улыбкой смотрела на то, как парень кончает, радовалась этой небольшой победе.

– Ты ведь выполнишь мою маленькую просьбу, да?

– Да, – только и успел ответить Дил до того, как Тиниара исчезла.

3.10

На балконе было очень холодно. Безветренно, но настолько морозно, что ресницы покрывались инеем от её дыхания. Тиниара сильнее закуталась в одеяло, которое стащила с кровати в своей темнице, но оно промерзало, заставляя дрожать. Девушка бездумно смотрела на заснеженный пейзаж, не желая возвращаться.

– Решила с собой покончить? – насмешливый голос заставил вздрогнуть. Справа на перила опёрся рыжий предсказатель, которого она видела, когда бежала от магов вместе с Дилькионнилем. Он был одет примерно так же, как в тот день – чёрная майка, плотные потёртые брюки, низко висящие на бёдрах, перчатки без пальцев, широкие кожаные браслеты. Ворон тоже был здесь, присел на перила чуть дальше. Как только Тиниара посмотрела на него, громко гаркнул и посмотрел на неё слишком разумным взглядом.

– Звездочёт, верно?

– Ага, – кивнул парень, всматриваясь вдаль. Казалось, мороз его нисколько не беспокоил. Тиниара наконец разглядела татуировку на шее – нахохлившийся ворон держит в клюве человеческий череп.

– Хочешь меня о чём-то предупредить?

– Не-а, – помотал головой парень и, прищурившись, посмотрел на неё с ехидной улыбкой.

– Тогда зачем ты здесь? И здесь ли?

– Не в том смысле, как ты.

– Проекция.

– Ага.

– Будешь отвечать на мои вопросы?

– Возможно. Если спросишь что-нибудь сто́ящее.

– Я скоро умру, да? – поинтересовалась Тиниара помолчав. Сердце пропустило удар, пока она ждала его слов.

– Если проявишь слабость, – ответил Звездочёт.

– И что, чёрт возьми, это значит?

– Многое. Или ничего. Зависит от тебя.

– Предсказатели, – закатила глаза девушка. – Всегда оставляете себе место для манёвра.

– Если я поведаю тебе будущее, ты захочешь его изменить. А мои подсказки, на первый взгляд, неясные, в нужный момент подтолкнут тебя в верном направлении.

– И ведь не поспоришь, – фыркнула Тин.

– Потому что я прав, – подтвердил парень, нахально ухмыляясь. – И мне не нужно использовать дар, чтобы сказать тебе, что ты скоро отморозишь свой демонически милый носик.

– Последний вопрос.

– Валяй.

– Если я выживу… кого из них мне выбрать?

– Всё ещё думаешь, что можешь выбирать? – нахмурился Звездочёт.

– Да пошёл ты… – Тин отвернулась, направляясь к двери, желая уйти, потом вспомнила, что ей всего лишь нужно переместиться обратно.

– Постой, – он обежал вокруг девушки, вставая на пути. – Я подскажу. Как смогу.

– Ну, – нетерпеливо прорычала Тиниара.

– Ты выберешь того, кто способен принять твою тёмную сторону.

– Они все способны.

– Разве? Слишком наивно, даже для тебя. Пора бы уже научится отличать желание, которое ты сама же навязываешь мужчинам, от настоящих эмоций.

– У меня ведь не было такого дара. В академии…

– Да ладно тебе, девочка. Я бы позволил на себе потренироваться, да физическое присутствие – это условие необходимое, – парень вытянул руку вперёд, и она прошла сквозь тело Тин, не встречая никаких препятствий. – Ты научишься абстрагироваться от собственных эмоций. С десяток партнёров сменишь и поймёшь, что все они одинаковые.

– Да ты… – девушка потрясённо открыла рот.

– Что? Скажи, что не пытаешься использовать своё влияние на мужчин.

– Это необходимость!

– Правда? Ну тогда понадеемся, что последняя в твоей жизни, да? – парень расплылся в широкой улыбке и комично прикрыл рот рукой.

Тиниара переместилась обратно, чувствуя, как ненависть разрывает сердце, и увидела перед собой взволнованное лицо Дилькионниля. Ей стоило огромных усилий сдержать этот гнев и ласково поинтересоваться:

– Что случилось?

– Нам нужно бежать, – выдал он, сдирая с неё одеяло и накидывая длинное, в пол, зимнее пальто. Тиниара ошарашенно осмотрела обновку, пытаясь собраться с мыслями.

– Что случилось? – повторила она, а целитель уже заматывал её какой-то шалью, пытаясь сформировать подобие головного убора. Он и сам был одет – весь в белом, короткая куртка, тёплые штаны, на поясе – ножны с клинком, за спиной – лук и колчан со стрелами. – Льиннел решил, что от меня нужно избавиться?

– Да, – коротко ответил мужчина. Взгляд блуждал, словно он опасался смотреть ей в глаза. Тиниара и раньше понимала, что на принца ей надеяться не стоит, но теперь Дилькионниль осознал это сам, и, к удивлению Тин, принял её сторону. Она то думала, что преданность Льиннелу и благодарность за спасение жизни не перевесить ничем.

– Куда мы идём?

Он застёгивал высокие сапоги, стоя перед ней на коленях. И по-прежнему боялся встретиться взглядом.

– Лошади ждут снаружи, за пределами поместья. Если доберёмся туда – останется выбраться из священного леса. Должно получиться.

Целитель нервничал. Ну конечно, предавать свой народ ради человека, предавать того, кому он обязан жизнью, кто всегда был добр и честен с ним. Ему было больно. Дилькионниль на мгновение замер, тяжело выдыхая. Что же он творит? Стоит ли Тиниара подобной жертвы? Даже если они выживут – путь в священные леса для него будет закрыт навсегда. Останется лишь скитаться по миру, прячась от себе подобных. Без дома. Без семьи. Холодные ладони легли на щёки, поднимая голову вверх и соединяя взгляды. Голубые глаза казались бездонными озёрами, губы слегка посинели, словно девушка замёрзла. Хотелось накрыть их своими и согреть.

– Спасибо, – прошептала Тиниара, и он понял, что девушка стоит каждого про́клятого дня в его будущей жизни. Мужчина быстро поднялся на ноги, целуя, сжимая её в объятьях. Тин ответила, обнимая его за шею. Камень больше не прятал эмоции, и впервые ей было стыдно за то, что она делает с этим мужчиной. Но какой был выбор?

Едва они вышли за дверь, наткнулись на того, кого Дилькионниль никак не ожидал увидеть.

– Господин, – он по привычке склонил голову, ошарашенно уставившись на мальчика. Тот же не сводил с Тиниары серьёзного взгляда. Напрягся, готовясь в любой момент броситься прочь, но не удержался от соблазна спросить.

– Как ты это делаешь? Как работает твой дар? Неужели ты настолько отличаешься от всех нас?

– О чём ты?

– Правда не знаешь, кто ты? – потрясённо выдохнул Льиннел. Мальчик не верил в это. Не могла она делать всё неосознанно!

– И кто же я? – со странным надрывом в голосе спросила девушка. Казалось, она нащупала ответ на все вопросы, что витали в голове. Почему у неё такой странный дар? Почему мужчины готовы на всё, о чём она просит? Почему артефакт не лишает её рассудка, а лишь стирает часть эмоций?

– Если ты и правда не знаешь, тогда у нас ещё есть время.

– На что?

– Нет у нас времени! – вмешался Дилькионниль. – Он задерживает нас, хочет, чтобы охрана успела прийти.

– Я здесь один. И я дам вам уйти.

– Ну конечно, – вздохнул целитель, снимая с плеча свой лук.

– Ты ведь не причинишь мне вреда? – настороженно поинтересовался мальчик.

– Мне бы этого не хотелось, – искренне ответил ситраец.

– Знаешь, что она управляет тобой. Чувствуешь. Осознаёшь. Ты не мог не понять.

– И что с того? – спросил мужчина, криво улыбаясь в ответ.

– Тебе всё равно. Даже не пытаешься сопротивляться. Это удивительно и очень страшно. Ты представляешь, что она может сделать, когда осознает свою силу? Представляешь, во что в состоянии превратить этот мир?

– Вероятно, к лучшему. Этот мир давно требует перемен.

– Не таких, – покачал головой мальчик.

– Вы не можете знать наверняка. А теперь нам пора. Вы быстры, но коридор очень длинный. Возможно, я успею выстрелить.

– И что мне сделать, чтобы этого избежать?

– Заходите в комнату, – кивнул целитель в сторону двери. Льиннел послушно выполнил его просьбу.

– Тиниара, – окликнул принц девушку перед тем, как комната закрылась. – Пожалуйста, не забывай, что ты наполовину человек.

Подумать о его словах времени не было.

3.11

Целитель потянул её вперёд, провёл по тёмным коридорам закрытого крыла, вывел в основное. Гости уже почти разъехались: им встретились лишь пара уставших ситрайцев, готовящихся к отбытию, проводили их ленивым изумлённым взглядом.

– Почему нет охраны? – спросила Тиниара, напряжённо осматриваясь и невольно сравнивая Лорийский дворец с этим домом. Убранство было попроще, но всё же казалось странным, словно когда-то сдержанный интерьер завесили огромным количеством живописи, никак не сочетающейся друг с другом по стилю.

– Охрана снаружи. Если нам повезёт, мы сможем её обойти. Льиннела только что сделали наместником вместо отца, и это внесло полезную для нас суматоху в привычный порядок.

– Ты бы и правда выстрелил в него?

– Нет. Я бы не смог. Но ему это знать не обязательно.

– Почему… – она недоговорила: коридор привёл их в огромный светлый холл. Дилькионниль потянул девушку вниз по парадной лестнице, мимо ситрайцев, стоя́щих у её подножия. Они прощались, холодно кивая и фальшиво улыбаясь уголками губ. Надменные даже друг с другом. Беглецы уже почти подошли к дверям, когда кто-то окликнул мужчину.

– Дилькионниль!

Ситраец обернулся – к ним спешил один из охранников Льиннела.

– Лиальен, – кивнул ему целитель. – Я немного тороплюсь, ты что-то хотел?

– Просто удивлён твоим одеянием. Куда собрался в таком виде?

– Служанка отстала от своего господина, Льиннел попросил помочь ей нагнать караван.

– Почему тебя? – усмехнулся Лиальен.

– Не знаю. Возможно, из-за напряжённых отношений с отцом он не хочет отпускать от себя охрану...

– А целителя отпустил? – подозрительно спросил охранник.

– Я не знаю, лишь выполняю приказ.

– Как и я, – кивнул мужчина, и Дилькионниль с неудовольствием отметил, что его ладонь легла на рукоять меча. – И мне приказано не выпускать никого, кроме двух отбывающих семей.

Целитель ловким движением выхватил своё оружие – пока был в шайке Элирина, накрепко заучил, что напада́ть нужно первым. Клинки со звоном столкнулись, Тиниара забилась за спину своего защитника, оглядываясь на дверь. Завизжала какая-то девица из тех, кто прощался в холле. Мужчина вновь ударил, не надеясь, впрочем, что сможет победить – несмотря на неплохую подготовку, с обученным воином ему было не совладать. Он судорожно обдумывал, что делать дальше, уворачиваясь от ответного выпада, когда на голову его противника упала на пол огромная ваза из толстого цветного стекла, и тот рухнул на колени к его ногам. Ваза рассы́палась вдребезги. Дилькионниль лишь секунду помедлил, разглядывая бледную Тиниару, стоя́щую за упавшим мужчиной, а потом обрушил на его голову тяжёлый удар сапога. Ничего, оклемается. Тиниара переместилась обратно в своё тело.

– Как ты подняла её? Она тонну весит, – спросил целитель, хватая девушку за руку и направляясь к двери.

– Я не поднимала. Только переместила, – ответила Тин, пытаясь отдышаться. Она и раньше не особо любила бегать, а после этого заключения окончательно потеряла форму.

Какое-то время им везло – на пути никого не встречалось, и Тиниаре уже начало казаться, что самое плохое позади. Они быстро преодолели заснеженный двор, Тин на бегу осмотрела завитое плющом и припорошённое инеем поместье, но сил и времени насладиться его красотой у неё не было. На посту у ворот стояли ещё пара охранников, трое отбывающих гостей и пожилая ситрайка, местная экономка. Она желала хорошего пути, в душе проклиная нерадивых хозяев, которые сами должны были прощаться со своими друзьями. Впрочем, ей подобная честь всё же нравилась, в чём она никогда бы не призналась даже самой себе. Странную парочку, пересекающую двор, она заметила ещё издалека, но волновать господ не хотела.

– Садитесь в карету, милая, – улыбнулась девушке, что стояла сейчас перед ней. – Замёрзнете.

Но та лишь удивлённо разглядывала приближающегося мужчину.

– Что ты… – в голове успели промелькнуть пара сцен ревности, с просьбами остаться – Сильтрания привыкла так влиять на мужчин, но произошедшее ввело леди в состояние ступора. Дилькионниль схватил её за локоть, поворачивая к себе спиной и прислоняя короткий меч к горлу. Девушка вскрикнула, в ужасе пытаясь оглянуться. – Что ты делаешь, Диль?

Впрочем, как раз на неё он внимания не обращал и отвечать ей не собирался.

– Отошли! – закричал охранникам. Мужчины попятились, напряжённо оценивая ситуацию. – Оружие из ножен, бросайте вон в те кусты! Подальше. Теперь в сторону, отходите!

– Дилькионниль, – пыталась обратить на себя внимание эльфийка. Он чувствовал, как её трясло от страха.

– Тиниара, перережь поводья у лошадей. Нож у меня за поясом.

Тин подошла ближе, поднимая его куртку и вытаскивая небольшое лезвие. Оно было настолько острым, что толстая плетёная тесьма, служившая поводьями, была отрезана за считаные секунды. Лошади нервничали, фыркали и переминались с ноги на ногу, словно ощущали напряжение, витающее вокруг. Дилькионниль пятился, отходя от охранников и всё ещё удерживая лезвие у горла Сильтрании.

– Диль, – хрипло позвала она, чуть не срываясь на рыдания. – Что ты делаешь?

– Замолчи, – сухо попросил её Дилькионниль. Странно, но боль, страх, мольба в её голосе не производили на него никакого впечатления. Единственное живое существо в мире, о котором он сейчас беспокоился, была Тиниара. Вся вселенная сжалась до благодарности в глазах этой девушки. – Тин, наши лошади у дерева за поворотом дороги, идём.

– Леди Альмони отпусти, – вмешался один из охранников.

– Не волнуйся, с собой не заберу. Проводит нас немного, и всё. Правда, Силь? А вы тут постойте, чтобы я вас видел, – он двинулся вдоль дороги, не сводя глаз с охраны. Сильтрания тихо всхлипывала, боясь сделать лишнее движение. Дилькионилю на мгновение пришло в голову, что её отец даже не вышел из кареты, чтобы помочь дочери. Тин уже отвязывала лошадей – гнедые красавицы, стройные, высокие. Она легко вскочила в седло – даже не подозревала, что так сильно соскучилась по езде верхо́м.

– О чём бы ни договорились твой отец и наместник, не ломай принцу жизнь. Тебе несказанно повезёт, если станешь его женой, не упади лицом в грязь, не строй козни за его спиной, – прошептал Дилькионниль на ухо дрожащей девушке, а потом оттолкнул её от себя. Она упала на снег и зарыдала, но этого он уже не видел – убрал меч в ножны, быстро вскочил в седло и пришпорил лошадь. Тин уже мчалась по дороге, и он обогнал её, чтобы показывать путь. Ситрайские леса не любили чужаков, путали тропинки, сбивая со следа, но сами ситрайцы всегда знали, в каком направлении нужно двигаться.

Беглецы несколько раз повернули, чуть сбавили скорость – лошади подмёрзли, пока их ждали и шли тяжело. Вновь появилось это чувство, что всё наконец закончилось, они вот-вот выберутся, и в груди у Тин кольнуло, словно от недоброго предчувствия. Слишком гладко. Слишком…

Первая стрела пролетела справа от неё и вонзилась в дерево. Вторая – так высоко над головой, что Тин едва успела её заметить. Она склонилась ниже, прижалась к лошади, надеясь, что это способно её уберечь, только третья стрела вонзилась прямо в спину Дилькионниля, который всё ещё скакал впереди. Его лошадь повело влево, Тин не успела сманеврировать, и её гнедая ударилась плечом о дерево. Девушка зацепилась одеждой о толстую ветку, и та вырвала её из седла. Удар о землю выбил из лёгких воздух, в глазах на мгновение потемнело. Тиниара с трудом села – ситрайцы, что их догоняли, больше не скрывались и разразились боевыми кличами, но были ещё довольно далеко. Дилькионниль лежал на боку в паре метров от неё, и девушка быстро поползла в его сторону. Сердце пропустило удар. Алая кровь на снегу казалась настолько яркой, что резала глаз. Тиниара прижала руки к ране и не смогла сдержать слёзы.

– Беги, ты ещё успеешь.

– Нет, нет, надо лишь вытащить стрелу, и ты себя исцелишь. Подожди, – затараторила Тин, поднимаясь на колени и обхватывая пальцами скользкое от крови древко, торчащее из спины. Она потянула изо всех сил, но стрела не поддавалась. Дилькионниль застонал от боли, и она одёрнула руки, потом снова схватилась.

– Не надо. Оставь. Там наконечник, его не вытащить обратно без надрезов.

– Как… что мне делать?

– Ничего. Стрела в сердце, а ты не лекарь. Не успеешь при всём желании.

– Но я должна...