Текст книги "Дар, который управляет тобой (СИ)"

Автор книги: Ани Ре

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

– Послушай… – начала было женщина, но Тиниара не дала возможности закончить и побежала.

– Стой! – кричали ей уже в спину. Бегать Тин никогда особо не любила, а вкупе с адреналином это занятие показалось ей просто адом. Лёгкие горели от холодного воздуха, сильно закололо в левом боку, но девушка бежала изо всех сил, понимая, что должна увести их как можно дальше от лошадей. Впрочем, рыжая тоже не слишком любила бегать, и после непродолжительных попыток догнать Тиниару честно, остановилась, взмахнула руками, концентрируясь на своём даре. Стена огня, внезапно выросшая метрах в пяти перед Тин, заставила девушку закричать. Она попыталась остановиться, но бежала слишком быстро, и потому оскользнулась на льду, который до сих пор покрывал бо́льшую часть дороги после вчерашнего ливня, и упала, больно ударяя локоть.

– Куда ты несёшься, дура? – зло проворчала рыжая, направляясь к добыче. Только вот Тин уже перемещалась обратно в своё тело и разглядеть недоумение на лице девушки не могла. За время, пока она отсутствовала, ситраец пригнал пару лошадей.

– Отлично, – сказала Тиниара, принимая из его рук поводья. – А теперь уходим отсюда.

Замешательство магов дало им фору минут в пять. Лошади были молоды и полны сил, не чета тем, которых им пришлось бросить вчера. Несмотря на скользкую дорогу и то, что Тин была неважной наездницей, им удалось развить неплохую скорость. Взорвавшийся высоко в небе огненный шар на мгновение окрасил всё вокруг в оттенки красного.

– Позвали остальных! Скоро начнут погоню! – пояснил Дилькионниль, стараясь перекричать шум от свистящего в ушах ветра. Через пару минут за спинами можно было разглядеть всадников – двое из них были ближе остальных. Они нагоняли, но всё же недостаточно быстро. Через двадцать минут ситраец уже видел край леса – от силы километрах в полутора, и уверенность в успехе возрастала с каждым ударом копыт о землю. Ровно до тех пор, пока метрах в тридцати перед ними не упал огромный огненный шар. Пламя растеклось, перекрывая путь и заставляя лошадей встать на дыбы. Объехать его было невозможно – справа от дороги обрыв глубиной метра два, а слева – каменная осыпь, лошадям на неё ни за что не вскарабкаться. Рыжей магичке с её другом пришлось остановиться для того, чтобы атаковать, и их обогнали оставшиеся шесть всадников.

– Слезай, – скомандовал Дилькионниль, сам спрыгивая на землю.

– Мы не уйдём от них пешком!

– Уйдём, лес совсем рядом. Нужно лишь подняться.

Гравий под ногами осыпался, Тин то и дело оступалась, но ситраец тащил её за собой, не давая упасть. В конце концов, девушка ободрала себе пальцы на левой руке, всё ещё крепко сжимающей чёрный осколок, но забралась за мужчиной на каменную площадку сверху. Они вновь побежали. Преследователи за спинами, ругаясь, карабкались по склону, ситраец тянул её, не давая сбросить скорость. Во рту ощущался привкус крови – неподготовленные лёгкие явно не справлялись с неожиданными нагрузками.

Услышав за спиной знакомый голос, Тин споткнулась, выпуская руку эльфа и падая на колени.

– Тиниара! – вновь прокричал Аншари. Он столько раз проорал её имя, что в горле першило, но девушка не слышала его до этого момента. Сейчас же она обернулась, ошалело глядя на своего наставника, и замерла. Ситрайца Аншари уже не видел, а значит, тот пересёк границу эльфийских лесов. – Тин, постой! От чего ты бежишь? Мы не враги тебе!

– Тогда зачем преследуете? – прокричала в ответ Тиниара. Аншари остановился метрах в десяти от неё, не желая спугнуть. Остальные маги стояли чуть позади, не мешая разговору.

– Идём, – ситраец за спиной протянул ей ладонь, но девушка вновь обернулась к Аншари, ожидая ответа.

– Мы хотим защитить тебя. Ты ведь одна из нас.

– Защитить или использовать в своих целях?

– Я не стану скрывать, гильдия магов не хочет терять твой дар. Но подумай, так ли бескорыстны ситрайцы? Ты уверена, что будешь там в безопасности?

– А как же обвинения из королевского двора?

– Их ещё никто не предъявлял!

– Не предъявлял? – тихо переспросила Тин.

– А если предъявят, твою вину ещё нужно доказать. Поверь, когда гильдия хочет кого-то защитить, у обычных людей нет шансов, будь они хоть знатью, хоть приближёнными монарха, – Аншари замолчал, переводя дыхание. Он видел, что девушка колебалась, но не мог понять, что же та хочет услышать. – Тин, посмотри на меня. Я ведь столько времени был рядом, неужели ты думаешь, что я могу желать тебе зла?

Наставник протянул руку, призывая девушку пойти к нему, в глазах знакомое беспокойство. Он не мог врать. Только не он. Тин сделала первый неуверенный шаг, но почувствовала, как сильные руки хватают её в охапку и тащат назад.

– Тиниара! – в ужасе закричал Аншари, срываясь с места, только было поздно: похититель скрылся вместе с его ученицей. Погоня окончена – в эльфийские леса не проникнуть без проводника, и ни один ситраец не станет им помогать.

Глава 2. Гостеприимство

– Я не знаю, где она! – прокричал Дилиан, ударяя кулаками по столу. Мужчина, что сидел напротив, скривился и глубоко вздохнул.

– Ну что же ты за осёл, – пробормотал он, качая головой. – Мы отследили её, понимаешь? Задержка заклинания была часов в десять, но всё точно: две чёткие точки – одна в посёлке, где мы её упустили, а вторая в твоей комнате! Будешь продолжать отпираться?

– Я не понимаю, о чём вы говорите, – упрямо повторил Дил. Он твердил одно и то же около часа, что начинало утомлять. Этот допрос не походил на предыдущий – маг был чем-то расстроен и принимал всё слишком близко к сердцу. Он уже с десяток раз оскорбил Дилиана, за что парень вполне мог вызвать его на поединок – а с новым уровнем дара даже рассчитывал на победу: равных ему по силе можно пересчитать по пальцам. Но тема была слишком серьёзной, и Дил надеялся, что в таком состоянии мужчина сболтнёт хоть что-то, проливающее свет на события прошлых дней. Он знал лишь, что Тиниаре удалось скрыться и то, что никаких обвинений против неё не было. Информация из первых рук, и он ей полностью доверял. Только вот почему в таком случае бежала Тиниара?

– Ну чего ты от меня хочешь, а? Заверить тебя, что ей ничего не угрожает? Сплясать мне может перед тобой? Я помочь ей хочу!

– А она нуждается в помощи? – поднял брови Дилиан. Дверь открылась, прерывая становящуюся интересной беседу, и в комнату вошёл Аншари. Он потупил взгляд, как делал всегда, когда рассматривал чью-то ауру, похлопал мужчину по плечу и тихо сказал:

– Давай я сам с ним поболтаю, Вурим, ты слишком устал.

– Ты прекрасно знаешь, что не в усталости дело.

– Знаю, – согласно кивнул Аншари. – И уверен, что глава гильдии не изгонит тебя за чужие ошибки, просто дай ему остыть. Иди, переведи дух, успокой своих людей. Они слишком взвинчены и способны натворить глупостей.

– Ты о каких-то определённых глупостях говоришь? – напряжённо спросил Вурим.

– Я слышал, что в академии остались ситрайцы…

– Да они там с ума посходили! – мужчина вскочил и вылетел из комнаты, оставляя Аншари и Дилиана наедине. Дил выжидающе смотрел на преподавателя, не собираясь первым начинать разговор. Впрочем, тот и не ждал ничего подобного. Он уселся напротив парня, собираясь с мыслями и вглядываясь в его ауру. Красный. Оранжевый. Салатовый. Гнев, напряжение и недоверие. Не слишком обнадёживающий коктейль.

– Нам надо знать всё, что только возможно, – тихо начал он.

– Это я уже слышал, – заметил Дил. – Мне казалось, ещё неделю назад они подозревали вас в причастности к её побегу.

– Да, это так, – кивнул Аншари. – Только вот я не имею к этому отношения. Как и ты. Думаю, ты узнал о побеге от тех, кто тебя допрашивал.

– Вам не нужно дожидаться от меня ответов, вы всё и так видите по моей ауре. Удобно. Парень, что пытался разговорить меня до вас, использовал принуждение. Только вот бессмысленно, – Дилиан подтянул рукав рубашки, оголяя предплечье, на котором красовалось четыре клейма. – Мой отец – параноик. Он боится магов, боится принуждения, я защищён от всего, от чего только возможно защититься за деньги.

– Рад за тебя, – пожал плечами Аншари. – Жаль, у Тиниары таких не оказалось.

– Вы хотите сказать, что её заставили убежать?

– Принуждением или банальным обманом. Я не знаю. Когда я видел Тини в последний раз, она была уверена, что её в чём-то обвиняет королевский двор. А потом её схватили и затащили в священный лес.

– Схватили? – выдохнул Дил.

– Я не успел ей помочь.

– Чего хотят маги?

– Видеть её в своих рядах. Когда глава гильдии узнал, какой дар от него пытались скрыть, он был в бешенстве. Хотел с ней поговорить, прислал людей, чтобы её привезли в Ринтаир, но в тот же день она сбежала. Кроме неё пропал ещё наш целитель, Дилькионниль, – произнося это имя, Аншари поморщился.

– Он обладал даром принуждения?

– Нет, не обладал.

– Но если мы знаем, что ситрайцы её похитили, то можем…

– Нихрена мы не можем, – вздохнул Аншари. Дил признавал, что общение на равных подкупало. – Её похитили не ситрайцы, а лишь один из них. К тому же доказательств, что она ушла не по доброй воле, у нас нет. Этого недостаточно для раздувания дипломатического конфликта. Ситрайцы будут всё отрицать.

Аншари замолчал, вновь вглядываясь в его ауру. Гнев, бессилие. Парень колебался, не знал, кому можно верить.

– Почему вы мне всё это рассказываете? На прошлых допросах мне ничего не хотели объяснять.

– Да, эта их вечная игра в шпионов. Скажем так, маги не доверяют тебе, но я-то тебя знаю. Дар Тиниары слишком уникален, и мы не имели права его терять. А уж тем более отдавать противнику. Директора академии уже уволили. Кто ещё попадёт под горячую руку главы гильдии?

– Вы говорите противнику. Разве у нас война?

– Если открытых столкновений нет, не означает, что они друзья. Мы никогда не были одним народом. Решение закрыть врата принимали люди. Ни ситрайцам, ни дарийцам оно не нравилось. На данный момент нам доподлинно известно о двух движениях, которые хотят вновь отворить путь в закрытый мир. И похоже, ситрайцы к этому причастны.

– Ведь это самоубийство, – поморщился Дилиан. Истории об огромном мире, где властвуют обделённые даром люди, всегда казались ему далёкими и почти сказочными. И поверить сейчас, что кто-то всерьёз занят тем, чтобы соединить два мира, было сложно.

– Для них – нет. Они-то защищены своими лесами. Это мы столкнёмся с ордой людей без дара, это нам придётся разгребать последствия, защищать территорию от тех, кто остался с другой стороны барьера. Кто знает, как там сейчас обстоят дела. Может быть, церковники до сих пор у власти...

– Но при чём тут Тиниара?

– Не понимаешь? Велика вероятность, что она в состоянии проникать в закрытый мир. Это знания, и они бесценны в свете последних событий. Плюс, от неё нельзя защититься. Тин может проникнуть куда угодно, раз уж барьер в закрытый мир для неё не преграда. Ты понимаешь, что сейчас ни один человек не в безопасности. Ни беглец, ни король. Если её обучить, она может просто подумать о ком-то, оказаться рядом с ним в ту же секунду. Переместить к нему солдат. Или убить.

– Тин может кого-то убить? – скептически хмыкнул Дилиан.

– Та Тиниара, которую мы знаем, нет. Но как её сломают ситрайцы? Время работает не в нашу пользу.

– И чего вы от меня хотите?

– Помощи. Если Тин вновь придёт к тебе, просто узнай, где она. С кем. Узнай как можно больше информации, чтобы мы хотя бы попытались вытащить её оттуда. Она может не понимать опасности, может быть уверена, что находится там по доброй воле, но это не так. И думаю, ты сам поймёшь это после того, как поговоришь с ней.

– За мной будут следить, ведь так?

– Этого не запретить, извини. Они отвяжутся, когда поймут, что ты готов помогать. А сейчас иди на занятия, тебе необходимо учиться контролировать свой дар.

Дилиан вышел из кабинета и пошёл в сторону спального корпуса. Несмотря на пожелание господина Шидо, на учёбу он сегодня не собирался – слишком много мыслей вертелось в голове, всё равно не сможет сосредоточиться. Девушку в светлом платье парень заметил сразу, как вышел, но надеялся, что она не станет его преследовать. Зря. Словно тень шла до самой двери, и когда он открыл её, собираясь войти, тихо спросила:

– Так и будешь меня избегать?

Дилиан замер, глядя в пол. Может быть, если на неё не смотреть, она испарится? Но, как и ожидалось, проблема никуда не делась, продолжая тяжёло дышать и неуверенно тянуться к его руке тонкими пальцами. Дил нехотя обернулся, вглядываясь в зелёные глаза. Веки покраснели – опять плакала. Обычно идеальные локоны растрёпаны, подол платья измят – никогда раньше не позволяла себе выходи́ть из комнаты в таком виде. В груди кольнуло. Как бы он хотел, чтобы ему было плевать на её чувства...

– Заходи, – парень сделал шаг в сторону, пропуская её в комнату, непроизвольно обернулся, чтобы убедиться: их никто не видит. Она быстро вбежала внутрь, словно боясь, что Дил передумает, и уселась на один из стульев, положив сжатые в кулачки ручки на колени. – Зачем ты здесь?

– Мне больше некуда пойти…

– У тебя столько подруг, а ты постоянно ошиваешься под моей дверью.

– Ты прекрасно знаешь, что мои подруги – набитые дуры, и довериться им я не могу.

– И кто в этом виноват, Элира? – выдохнул Дилиан. Он знал, что нельзя винить её в той ссоре с Тин, в конце концов, сам должен был отказаться проникать в сны. Но он винил. И это была не единственная причина его нежелания общаться с дочерью погибшего короля.

– Да, я идиотка, окружила себя лишь искусственными куклами! Но ты сам знаешь, я не могла рассчитывать на благосклонность отца, мне нужны были влиятельные друзья, чтобы выжить, когда он отвернулся бы от нас с матерью!

– Ну так что же ты здесь делаешь? Ведь влиятельным другом меня не назвать! – громче, чем нужно было, сказал Дил. Это дало девушке небольшую надежду, что ему не всё равно – ведь если он злится, то что-то до сих пор чувствует. А ей так хотелось вновь ощутить ту сжигающую страсть, вновь почувствовать, что нужна кому-то настолько сильно. Она поднялась и приблизилась, но Дилиан отшатнулся от неё, как от прокажённой. – Нет, Элира. Даже не думай об этом. Если бы ты искала здесь друга, я бы тебя выслушал. Но ты, как всегда, хочешь всего и сразу. Причём ничего не отдавая взамен. Уходи.

– Дили, я…

– Уходи!

– Чёрта с два! – закричала она. – Мне не нужны больше связи – у меня их теперь хоть отбавляй. Каждая шавка хочет быть ближе ко мне, все лебезят и заваливают комплиментами. Хватит с меня этих фальшивых идиотов, я хочу тебя!

Она потянулась к нему и поцеловала в губы. Боги, как же ей этого не хватало. Сердце пропускало удары, из головы впервые со дня трагедии вылетели все до одной скорбные мысли. Его руки сжались на её плечах, и Элире на секунду показалось, что Дилиан отвечает на поцелуй, но парень лишь отодвинул её от себя и хрипло прошептал:

– Фальшивая принцесса для фальшивых людей. Ты нашла своё призвание.

Девушка поджала губы и вылетела из комнаты. Наверное, с его стороны неразумно было так разговаривать с будущей королевой – оказалось, что Элира единственная выжившая наследница. Но он ничего не мог с собой поделать.

2.02

Тин очнулась в пустой комнате на огромной кровати и шёлковых простынях. Подошла к окну и распахнула шторы, но обнаружила, что оно заблокировано снаружи чем-то наподобие ставен. Темнота не была полной – на прикроватном столике стоял небольшой аквариум со мерцающими жучками. Эта странная лапмпа давал ровно столько света, чтобы при перемещении по комнате она не спотыкалась о мебель. Дверь, как и ожидалось, была заперта. Впрочем, когда Тин несколько раз ударила по ней кулаком, кто-то провернул ключ в замочной скважине, и внутрь вошёл ситраец. Тиниаре он сразу не понравился: неестественно низкий для своей расы, с крючковатым носом и надменным выражением лица. Все эльфы были слегка высокомерны, но в этом представителе «высшей» расы читалось особенное отвращение к непохожим на него существам. Мужчина потянул рукой за шнурок, что висел у двери, и под потолком ярко засветилась люстра.

– Очнулась? – осведомился он. – Это хорошо, у нас много работы.

– Работы? – хрипло переспросила Тин. Голос почему-то не слушался, а от былой уверенности в себе не осталось и следа.

– Я твой новый наставник. Буду обучать тебя пользоваться даром.

– Вы украли меня.

– Разве? – неприятно ухмыльнулся мужчина. – Мне казалось, ты сама хотела сбежать.

– Вы обманули меня! Меня ни в чём не обвиняли!

– И что это меняет?

– Всё! – Тин задыхалась от возмущения и страха.

– На данный момент ничего не меняет. Ты здесь, и не можешь это исправить, – он словно упивался её беспомощностью.

– Значит, я пленница?

– Пленница? Вовсе нет, – рассмеялся ситраец. – Сейчас ты вообще никто. Без твоего дара ты просто кусок мусора под ногами, и мы будем обращаться с тобой соответственно. Для того чтобы заработать хоть какие-то права, должна стать для нас полезной.

– Что вы имеете в виду? – едва слышно спросила Тиниара. Ей хотелось расплакаться, но она даже этого не могла, просто стояла прикованная к месту и тяжело дышала. Мужчина ничего ей не ответил. Лишь улыбнулся так, что у Тин похолодело в груди, и открыл дверь в соседнюю комнату. Та ничем не напоминала милую спаленку, в которой девушка проснулась. Она была почти пуста – лишь пара простых деревянных стульев с ручками, стол и ещё одна дверь.

– Садись, – ситраец указал Тин на один из стульев, а когда увидел, что та не движется, сильно толкнул её в спину. – Ты что, оглохла?

Он разговаривал очень тихо, спокойно, без особых эмоций. Словно то, что происходило, мало его волновало. Тиниара уселась на стул, неуютно поёжившись под безразличным взглядом.

– Правила такие. Я даю тебе задание – ты его выполняешь. Если не справляешься – я наказываю тебя. Всё понятно?

– Как наказываете? – едва слышно спросила Тин.

– Тебе не понравится, – ответил ситраец и вновь ухмыльнулся.

* * *

Первые дни она жутко кричала. Ситраец просил переместиться, но дар не хотел её слушаться, и тогда начинался ад. Кровь словно вскипала в венах, руки и ноги выворачивало от боли, сосуды лопались, алые точки сочились в поры, проступали сквозь кожу, которая наливалась волдырями и синяками. Время замедлило бег, почти остановилось. Окружающий мир перестал существовать. Была лишь эта комната, боль и непроницаемое лицо ситрайца напротив. То, что после пыток её исцеляет Дилькионниль, она поняла лишь на третий день. Случайно очнулась от забытья всё в той же кровати на шёлковых простынях, правда, теперь изрядно заляпанных кровью.

– Тихо, девочка, не шевелись, – прошептал он, протягивая к ней ладони, но Тин отшатнулась от него, несмотря на боль недолеченных ран.

– Убирайся, – прохрипела она. Голос едва повиновался, сил подняться на ноги у неё не было.

– Тебе всё ещё больно, дай мне закончить, – возразил целитель.

– Пошёл вон! – она сделала попытку отодвинуться и чуть не упала с кровати. Мужчина повиновался, оставляя девушку одну.

На следующий день было только хуже. Тиниара то и дело теряла сознание, что выводило палача из себя. Он зверствовал. Когда девушка падала в обморок, ситраец возвращал её в сознание новой порцией невыносимой боли. К концу дня вся кожа на её теле была вспорота изнутри. Она не помнила, как добралась до своей кровати, очнулась уже в руках Дилькионниля. Увидев, что пленница пришла в себя, эльф сжал пальцы на её предплечье, не давая дёрнуться.

– Я не уйду, пока не закончу. Даже не пытайся меня прогнать, – в его голосе чувствовались боль и искренняя забота, а Тин так хотелось отдохнуть от агонии, что она лишь кивнула в ответ. Так продолжалось ещё несколько дней. Пытки. Исцеление. Тёплые руки, приносящие облегчение, к которым она жалась, словно измученный зверь. Скудный ужин. Наполненный кошмарами сон.

– Почему не защищаешь себя? – спрашивал Дилькионниль. – Ты ведь можешь переместиться от него, спастись от боли.

Но она не могла. Дар, казалось, пропал, покинул её в тот самый момент, когда был так сильно нужен.

В один из дней вместо стандартной процедуры палач аккуратно, касаясь ткани двумя пальцами, выложил перед ней на стол небольшой свёрток. Он медленно разворачивал плотную ткань, а Тин уже понимала, что лежит внутри.

– Я надеялся, что ты не успела к нему привыкнуть. Что у меня получится заставить тебя отказаться от этого зла. Но тьма уже пустила корни в твоей душе, – он сморщился и бросил на стол осколок артефакта. Тело Тиниары пронзила знакомая боль, но девушка уже тянулась к заветному чёрному камню. Пальцы сжались, сильнее, чем требовалось, осколок прорезал кожу на правой ладони, но это всё было так неважно… она переместилась, сбегая от своего мучителя. Больше она не будет терпеть эту боль. Больше нет…

Тин не сразу поняла, где находится. Комната была словно из прошлой жизни, из красочных снов, из несбывшихся фантазий. Она бездумно обвела её взглядом, не осознавая ничего из того, что видела.

– Тиниара! – голос такой знакомый. Парень с седыми волосами взял в ладони её лицо, соединяя их взгляды. – Тин, ты слышишь меня? Это что, кровь?

Девушка посмотрела на свою одежду – та и правда была покрыта запёкшейся красно-коричневой коркой.

– Это вчерашняя, – пробормотала Тин, непонятно почему рассмеявшись своему ответу.

– Вчерашняя? Боги, что они с тобой делают?

– Помнишь, я жаловалась, что система обучения в нашей академии ни к чёрту? Ты даже не представляешь, как сильно я ошибалась.

– Они так учат тебя? – Дилиан схватился за голову, стараясь унять панику. – Тин, ты должна рассказать мне всё, что…

Дослушать она не успела – дар швырнул её обратно в собственное тело, со всеми возможными откатами. Голова закружилась, её затошнило, кожу закололо, свело пальцы на руках и ногах. В глазах потемнело так сильно, что разглядеть ситрайца ей удалось не сразу. Он что-то говорил – оказалось, что у неё ещё и в ушах звенит.

– Вот теперь у нас есть с чем работать, – резюмировал палач.

2.03

– Ты хоть понимаешь, что это? – спросил Тиниару её «наставник» на следующий день. После того как девушка потеряла сознание, камень у неё отобрали, и теперь она жадно смотрела на свёрток, что лежал на столе.

– Артефакт. В книге, которую я читала, его называли симбиотическим.

– У каждого такого камня есть имя. Ты бы знала, если бы использовала его чуть дольше. Но он ещё не успел раскрыться, хоть и поработил тебя.

– Что значит, поработил? – Тиниара на мгновение оторвала взгляд от свёртка. Ненависть к палачу отступила перед жаждой понять природу своего дара и возможности контроля над ним.

– Симбиотический, ты сама сказала. Он даёт тебе власть над твоим даром, но взамен берёт то, чего ему не хватает. Живёт. Питается. И будет требовать от тебя оплаты.

– Какой ещё оплаты? – нахмурилась Тиниара. До этого момента она не ощущала, что камень чего-то от неё требует. Она чувствовала только то, что он ей давал: силу, контроль, даже уверенность в себе.

– Я не знаю. Они отличаются, каждый требует своего. Мы выясним, со временем.

– Вы больше не будете меня пытать? – тихо спросила Тиниара. Потупила взгляд, понимая, что ответ, который она сейчас услышит, её не устроит. Впрочем, ей почему-то не было страшно. Обидно? Да. Грустно? Немного. Возможно, она злилась. Но страх пропал, словно за ненадобностью. Какой прок от него? Боль всегда была рядом с ней, так почему она так переживала из-за неё раньше?

– Правила немного поменялись, но суть та же. Сейчас ты должна как можно дольше продержаться на другой стороне. Вернёшься – будет больно, – мужчина подтолкнул камень, призывая её начать. Тин аккуратно взяла его двумя пальцами и переместилась.

* * *

Луна сияла в небе огромным блином. Мороз был таким, что кости во всём теле мгновенно начали болеть. Холодный воздух сковывал лёгкие, ветер выдувал из-под тонкого платья остатки тепла. Какая пытка лучше? А может быть, если она продержится достаточно долго, он вообще не будет её пытать?

«Будет», – промелькнуло в голове. Ему это явно нравилось, а с учётом времени, что он проводил в комнате с Тин, других увлечений у мужчины скорей всего не было. Девушка обхватила себя руками, чувствуя, как начинает кружиться голова. Откат при обратном перемещении не был так ужасен, как в прошлый раз, но в глазах всё равно потемнело, в ушах зазвенело и забилось сильнее сердце. Ещё не успев до конца прийти в себя, Тин почувствовала, как начинают гореть предплечья. На контрасте с недавним холодом этот жар был невыносим. Наверное, она кричала. Пыталась погасить пламя, медленно растекающееся по всему телу, но лишь потеряла сознание.

* * *

Дилькионниль сидел на полу под дверью пыточной камеры. Теоретически ему ни к чему было проводить здесь столько времени, но заниматься своими делами, развлекаться и общаться с другими гостями целитель не мог. Только не сейчас, когда девушка, которую он обманом привёл к ситрайцам, кричала от боли. Они находились довольно близко к границам священного леса, в закрытом крыле дома наместника – подальше от бездельников, прибывших сюда на празднование Великого Благословения. Ни к чему было раздражать слух высокопочтенных господ дикими воплями. Праздник только через неделю, но народу уже съехалось столько, что избежать назойливого общения было сложно.

После того как мужчину причислили к свите принца, любимца нынешнего короля, спрос противоположного пола на целителя резко возрос. Ещё пару месяцев назад его бы это порадовало, но сейчас веселиться не получалось. Может быть, время, что он провёл среди людей, не давало ему больше относиться к ним как к полуразумным существам. Краткость их жизни заставляла их… жить. В бешеном темпе. Меньше откладывать на потом, меньше оглядываться на окружающих. Ситрайцы по сравнению с ними так статичны, так подчинены страху. Только помолвка у них может длиться до пятидесяти лет, за это время люди успевали влюбиться, создать семью, родить детей и даже умереть… так разве можно судить их за необдуманные поступки?

Крик за дверью перешёл на новую ноту и неожиданно затих. Может быть, Тин переместилась? Но ведь Дилькионниль отчётливо слышал, как в прошлый раз, когда было тихо, Асскиммиль считал вслух, как и всегда. Неужели она телепортировалась дважды? Это было бы впервые за всё время, что она здесь. Диль поднялся на ноги и замер у двери, стараясь унять накатившую панику. Криков больше не было. И стонов. Вообще ничего. Лишь зловещая тишина. Заклинание, не позволяющее открыть дверь, он смёл за считаные минуты. Ворвавшись внутрь, увидел обмякшую в стуле Тин и нависшего над ней мужчину. Сила стояла в воздухе плотным туманом – ублюдок продолжал пытать девушку, несмотря на то, что она явно не реагировала на боль. Целитель рванул вперёд, замахиваясь кулаком и ударяя палача по лицу.

– Ты не видишь, что убиваешь её? – зарычал он, хватая мужчину за ворот рубашки и поднимая кулак для ещё одного удара.

– Это моя работа, парень, – усмехнулся Асскиммиль. Притворялся, что всё в порядке, но всё же отодвигался. – Я делаю то, что мне приказал наместник. А ты слишком привязался к этой девчонке.

– Тебе приказали убить её? – злобно поинтересовался целитель, отпуская палача. Стычка была бессмысленной и лишь усложнила бы ему жизнь. Лучше помочь девушке.

– Я делал то же, что и вчера. Чего ты так всполошился?

– У неё переохлаждение. Посмотри: кожа и губы синие, судороги, сердце еле бьётся, – Дилькионниль подхватил её на руки, толкнув ногой дверь, пронёс в комнату и уложил на кровать, – А ты нагреваешь локальные участки тела, толкая холодную кровь к сердцу. Так оно и остановиться может. Согрей целиком. Только не надо кипятить ей мозги.

– То есть я должен делать твою работу? – Асскиммиль удивлённо поднял брови. Это надменное выражение лица… а ведь он даже не был чистокровным ситрайцем. Повезло, что мать была приближённой самого́ короля, иначе его ещё при рождении выбросили бы из священных лесов. За пределы обители он никогда не выходи́л, а к людям был крайне нетерпим – мы всегда ненавидим тех, кто напоминает нам о наших недостатках.

– Если бы не ты, она бы не умирала, – раздражённо заметил Дилькионниль. Мужчина вновь усмехнулся, но сосредоточился на даре. Температура тела девушки медленно увеличивалась – она начинала согреваться. – Всё, дальше я сам. Убирайся.

Асскиммиль вышел, оставляя их одних. Целитель какое-то время поддерживал работу кровеносной системы, и лишь убедившись, что кровь поступает во все части тела, занялся локальными повреждениями. Лёгкое обморожение, ожоги, повреждённые сосуды. Методично собирал её тело, забывая на время о том, что совершил. Ненадолго, впрочем – едва закончив, он замер, всматриваясь в измазанное кровью лицо. Боги, что же они делают? Неужели нет другого способа обучить Тиниару? Целитель уже собирался уйти, но девушка вцепилась пальчиками в его руку и пробормотала сквозь забытьё:

– Не уходи.

Из лёгких выбило воздух… сердце заколотилось так, что стало больно в груди. Он прилёг на кровать, обнимая ещё не до конца отогревшееся тело. Малышка расслабилась, прижимаясь к нему плотней. Дилькионниль тяжело вздохнул, погладил её по спутанным волосам. Он должен вытащить её отсюда.

2.04

Дилькионниль ушёл из комнаты уже ночью, когда девушка крепко спала. Первые пару часов она дёргалась и стонала – наверное, снились кошмары. Когда же она затихла, погружаясь в глубокий сон, он аккуратно, стараясь не разбудить, поднялся с кровати и вышел наружу. Защиту на двери уже восстановили, и теперь он был вписан в заклинание – видимо, решили, что это проще, чем каждый раз его возобновлять. Что же, ему только на руку.

Тёмные и пустые коридоры дальнего крыла сменились освещёнными, шумными, украшенными к празднику. Из комнат то и дело выходи́ли ситрайцы, устремляясь в главную залу – сегодня был очередной приём. Каждый вечер до дня основного бала будет теперь отмечен каким-нибудь мероприятием – наместник и без того вёл довольно праздную жизнь, а во время Великого Благословения готов был веселиться не прерываясь.

– Дилькионниль, – тонкий голосок за его спиной заставил замереть. Мужчина обернулся, не веря своим ушам, но зрение подтвердило то, что он услышал. По коридору к нему направлялась ситрайская девушка, тоненькая, словно юное деревце, высокая – чуть ниже его ростом. От её плавных движений нельзя было отвести взгляд. Лёгкое светлое платье аккуратно и ненавязчиво обращало внимание на высокую грудь и тонкую талию. Когда эльфийка подошла к нему на расстояние пары шагов, Дилькионниль согнулся в почтительном поклоне.

– Леди Альмони, – он старался говорить спокойно, но голос всё же предательски дрогнул.

– Зовите меня Сильтрания, – скромно улыбнулась девушка, отчего у мужчины перехватило дыхание. – Я лишь хотела поздравить вас с назначением, мы так редко видимся, что приходится делать это почти через год.