Текст книги "Бастард Императора. Том 27 (СИ)"

Автор книги: Андрей Орлов

Соавторы: Сергей Каспаров
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

Я увидел, как девушки переглянулись. Они и сами думали об этом. И, похоже, не один раз.

– Поэтому я и даю вам выбор здесь и сейчас. Если вы не хотите следовать за мной – я договорюсь с Авадием, и для вас всё закончится без последствий. Вы спокойно вернётесь к своему пути и продолжите учиться на рыцарей.

Я почти уверен, что для них мои слова звучат как бред. Довериться непонятно кому, только потому, что так приказал император? Бред и в правду ещё тот. Но именно в этом и заключалась суть всего разговора и этого урока для них с самого начала.

Если кто-то из них сейчас отступит не потому, что боится, а потому, что не доверяет даже своему императору, значит, нам действительно не по пути. Мне не нужны рядом люди, которые не ценят своего слова и не понимают, за кем и почему они идут.

* * *

С момента, как мы отправились в путь, прошла неделя. Всё это время я занимался собой. Медитация, прогон энергии, перестроение. Даже с Яной толком не общался.

Но она на это не обижалась и всегда составляла мне компанию, сидя рядом и медитируя. Вот и сейчас мы находились в отдельном зале, просто сидя напротив друг друга с закрытыми глазами.

Я был сосредоточен на себе, когда вдруг ощутил где-то глубоко внутри неясный отклик…

Лёгкий, почти незаметный, словно на миг активировалась связь с кем-то далеко.

Нахмурившись, попытался уцепиться за неё, но ничего не помогало. И тем не менее это чувство повторилось снова.

Я открыл глаза, непонимающе смотря перед собой. Яна тоже открыла глаза и посмотрела на меня.

Чувство вновь повторилось, но уже сильнее.

Что это? Откуда оно? И почему я его ощущаю?

– Что-то случилось? – спросила Яна, но я не ответил, продолжая прислушиваться к себе.

И в один момент я ощутил связь довольно сильно… Перед глазами встали образы: множество людей, взрывы, разрываемое дирижаблями и техниками небо…

Затем появились лица. Лица бойцов из моего Рода. Славка, лежащий на земле без движения, Гриша, весь в крови, сражающийся один против очень сильного врага и множество моих людей… Которые также связаны боем и им сейчас очень туго.

В груди появилось напряжение, а горло пересохло. Кулаки сжались сами собой.

Там сейчас, идёт бой… Бой, из-за которого я ощутил отклик своей родовой силы. Они все… Сражаются с верой в меня и ждут…

Через секунду всё оборвалось а в мой разум ворвался крик… Далёкий, тихий, и такой родной…

Аня… Она… Рожает.

Глава 5
Начало конца?

Земля. Поле боя на границе Российской и Китайской империи:

Когда идёт война, мир всегда делится надвое.

Вчера и сегодня. Жизнь и смерть. То, что есть сейчас, и память о том, что было утеряно.

На этой границе, между двумя империями, мир снова раскололся на две части. Земля гудела от взрывов, небо гудело от техник и энергии.

Под рокот почвы, которую разрывали снаряды, под треск разрываемых корпусов дирижаблей, под непрекращающийся грохот, в котором слышалась мольба небес остановиться, сошлись две армии. Каждая сторона помнила вчера, цеплялась за сегодня и хотела дожить до завтра. Только война редко спрашивает, кто на что надеялся.

Славка пронёсся между двумя гигантскими глыбами молниеносным рывком и вскинул голову вверх. В ту же секунду он увидел, как на их отряд падает огромный огненный шар. Не раздумывая, парень рванул в небо, используя щиты.

Клинок в его руке вспыхнул мягким оранжевым светом молний. Славка ещё сильнее ускорился и через миг уже врезался в технику врага, прошивая её лезвием насквозь. Пламя лопнуло и разлетелось в разные стороны, а сам он, проскочив через остатки огненной техники, сразу же развернул перед собой щит.

В этот щит немедленно ударили сотни техник. Воздух перед ним задрожал, по краям щита пошли трещины, но парень лишь поднял руку, и в небе друг за другом вспыхнули печати. Через мгновение вниз сорвались десятки громадных клинков молний.

Они стремительным потоком обрушивались вниз на развёрнутые синие щиты предвысших, заставляя их уходить в глухую оборону, пока вокруг них разрывалась и гудела от ударов земля.

Сам он в этот момент уже уходил вниз. Каменная глыба пронеслась рядом, но Славка лишь резко сместился в сторону, ушёл из-под удара и снова рванул к земле.

Приземлившись, он сразу пошёл в атаку на своего противника – предвысшего земляного типа. Тот уже ждал его, подняв вокруг себя полукругом несколько слоёв каменной защиты. Но Славка и не рассчитывал пробить его одним прямым ударом, используя техники и печати.

Эта битва давно перестала быть обычным столкновением армий. Теперь это мясорубка, растянувшаяся по всей линии фронта. Предвысшие вышли далеко вперёд, взяв на себя главную тяжесть боя, пока мастера оставались за их спинами и беспрерывно засыпали поле сражения техниками.

Но в этом сражении изменилось главное. На периферии зрения парень отметил, как полыхают и чуть ли не рвутся небеса далеко вверху. Там тоже шли бои. Бои высших. Раньше крупные столкновения высших на границе случались часто, но не так широко и не так массово. Сейчас же бои высших также шли почти по всей линии фронта.

То, что ещё недавно считалось почти запретом, стало новой нормой. Сами же высшие старались держаться как можно дальше от общей массы. Каждый из них слишком хорошо понимал, какой ущерб может нанести своей же армии, если потеряет контроль или отвлечётся на более слабых противников, тем самым уже самого себя подставляя под удар.

Видя всё это, Славка прекрасно понимал, что этот день и этот бой не закончится расходом армий. Китайская империя будет давить… Давить до последнего.

Неподалёку промелькнул силуэт Гриши. Славка успел увидеть, как тот сражается с предвысшим водяного типа, разрывая чужие техники и тут же уворачиваясь от новых. Слева и справа по всему фронту шли такие же бои и других предвысших. В том числе и из их Рода.

И хуже всего было то, что этот фронт они почти проиграли…

Понимая это, Славка стиснул рукоять меча. Ярость внутри поднималась с каждой секундой всё сильнее. Если всё продолжится так и дальше – их сомнут. Их силы уже сейчас вынужденно отходят всё дальше и дальше, а враг чувствует это и давит сильнее.

Славка бросился на своего противника с новой силой. Рывок, техника, уход вверх, короткий всплеск молнии, потом сразу вниз. Он не давал земляному предвысшему ни секунды на передышку.

Враг понял, что не справляется. Понял, что если продолжит принимать бой в таком темпе, его просто убьют. Поэтому начал отступать, пытаясь выиграть хоть немного пространства и времени, но Славка отпускать его не собирался.

Через несколько мгновений по и без того израненной земле волной пошли трещины. Потом вверх рванули глыбы и стены. Сотни каменных обломков разом поднялись из почвы и понеслись на него сплошной давящей массой.

Славка, видя это, огромной скорости, не сбавляя хода, врезался в эту стену и начал пробивать её одну за другой. Каменные глыбы разрывались под ударами молнии и меча, разлетались осколками и грязью. Враг не успел до конца осознать, что произошло. Ещё миг – и клинок уже вошёл ему в сердце.

Предвысший захрипел, дёрнулся и начал заваливаться вниз. Жизнь покидала быстро. Славка вырвал меч, стряхнул с лезвия кровь и даже не посмотрел, как тело окончательно рухнуло на землю.

Ещё один предвысший убит.

Но что значил один предвысший на фоне того, что происходило сейчас по всему фронту⁇! Слишком ничтожно мало для того, чтобы переломить общую картину!

Он меч Рода. Его дело – прорывать фронт, ломать строй врага, вести людей вперёд. А вместо этого он снова и снова вынужден обороняться и отступать!

Славка резко кинул взгляд вправо и увидел, как неистовствует и Гриша. Тот тоже не сдерживался, бил зло, жёстко, и по одному его движению было понятно – ему так же ненавистно это бесконечное отступление. Но выбора у них почти не оставалось. Таков приказ командования.

Меч Рода должен вести людей вперёд. Однако, кроме меча, есть ещё и тактики.

Славка может управлять группой, может вести отряд, но не командует всей армией. Не может единолично сорвать построение, бросить всех или рвануть сам в атаку, чтобы изменить общий ход боя. Для этого нужен приказ того, кто видит общую картину.

И потому приходится ждать. Это раздражало сильнее всего.

Он видел слабые места врага. Видел, где можно продавить, где можно пробить фронт. Но пока сверху не придёт команда, парень обязан держать строй и не рваться дальше дозволенного. Иначе один успех на его участке обернётся провалом на всех остальных и в итоге он подставит не только свой Род, но и весь фронт.

* * *

Космос. Корабль Клариссы:

Мне не показалось.

Точно не показалось.

Я видел всё это. Слышал её голос. Чувствовал тот отклик связи ясно. Я резко вскочил на ноги и уставился в стену перед собой, даже не замечая комнаты. Сердце гулко ударило в грудь, потом ещё раз, уже сильнее.

Я должен быть сейчас там. Должен.

Но сколько бы ни думал об этом, разум упрямо возвращал меня к одному и тому же выводу. Земля слишком далеко. Слишком. Настолько, что сама мысль о том, чтобы оказаться там, звучит безумно.

– Серёжа? – произнесла Яна, тоже быстро поднимаясь с места, и в её голосе сразу появилась тревога.

Я не ответил. Только поднял ладонь в её сторону, прося несколько секунд тишины, и снова прислушался к себе. Внутри всё гудело от напряжения, но самого отклика уже не было. Я стиснул зубы, пытаясь удержать в памяти это ощущение, и спустя пару мгновений оно вернулось – далёкое, тонкое, почти не ощущаемое. Но вернулось.

Я резко пошёл по комнате. Это не может быть так просто! Просто не может!

Мысли понеслись одна за другой. Образы. Варианты. Возможные решения этой ситуации. И среди сотен бесполезных ходов один я всё-таки выцепил. Остановившись, прикрыл глаза и сразу сосредоточился на Клариссе.

Всего миг – и она уже стояла здесь.

– Что такое? – произнесла девушка спокойно, но, заметив лицо Яны, тут же чуть нахмурилась.

Она перевела взгляд на меня, и я не стал тянуть.

– У тебя на корабле найдётся достаточно практиков, чтобы собрать построение тысячи звёзд? – произнёс я быстро, не тратя силы на лишние объяснения.

– Что? – удивилась Кларисса, ещё сильнее хмурясь, и на секунду замерла, пытаясь понять, к чему я веду. Потом глаза её сузились. – Дальняя связь?

Я коротко кивнул.

Она явно ждала продолжения, и я быстрым движением вызвал на коммуникаторе карту. Световой контур вспыхнул перед нами, и я сразу прочертил линию от нашего текущего положения до Земли.

Кларисса проследила её взглядом и сразу помотала головой.

– Это невозможно, – произнесла она. – Даже будь здесь со мной четыре святых, у нас бы ничего не вышло.

Девушка мгновение помолчала, потом вскинула на меня взгляд.

– Может, ты уже наконец объяснишь, что случилось? – произнесла Кларисса серьёзнее, и в голосе у неё появилась стальная требовательность.

– На Земле идёт сражение, – произнёс я, глядя ей прямо в глаза. – Ситуация там крайне напряжённая и мне нужно оказаться там.

– Хорошо, – произнесла она вновь после короткой паузы. – Даже если допустим, что мы смогли бы активировать дальнюю связь. Чем бы ты им помог?

– Это не важно. Главное – чтобы я смог там очутиться. Я знаю, что смогу помочь. Святых можно заменить сильными артефактами, – продолжил я, быстро всё обдумывая. – Космического уровня. У тебя есть что-то такого уровня на корабле?

Кларисса отвела взгляд в сторону. Несколько секунд молчала, затем тяжело выдохнула, покачала головой и махнула рукой.

Между нами в воздухе появился длинный чёрный клинок.

И в тот же миг, как только он проявился полностью, во все стороны ударила его аура. Резкая. Плотная. Настолько тяжёлая, что воздух в каюте будто сжался. Волна прошла мимо меня и мимо Клариссы, а вот Яна не успела сделать ничего, кроме инстинктивной попытки защититься волей.

Её с огромной скоростью впечатало в стену. Я специально не вмешался.

Ей нужно учиться. И в этот раз она молодец – успела поднять ауру почти мгновенно. Только против такого уровня этого всё равно не хватило.

Кларисса сразу же повела рукой ещё раз. Две печати вспыхнули одна за другой, и аура меча оказалась запечатана. Давление исчезло. Яна тяжело рухнула на пол, хрипя и пытаясь нормально вдохнуть.

Я всё это время смотрел только на клинок, потому что узнал его сразу.

– Мой меч, – тихо произнёс я. – Точнее, один из первых. Я ходил с ним очень долго.

Клинок висел в воздухе неподвижно, чёрный, вытянутый, с глухим матовым блеском по лезвию. В нём ещё жило всё то, что я когда-то в него вбил: бой, кровь, годы, бесконечные столкновения. Это не духовный клинок. Но оружие, прошедшее через сотни сражений и горы смертей, начинает обретать собственную волю. Именно это с ним и случилось.

– Да, – произнесла Кларисса, глядя на меня внимательно. – Я планировала вернуть его тебе позже. Когда ты окрепнешь ещё сильнее. Но из того, что у меня сейчас есть, он подходит лучше всех.

Я смотрел на клинок и чувствовал, как в груди поднимается лёгкая, почти болезненная тоска, но я быстро задавил это чувство.

Кларисса прикрыла глаза.

Когда она вновь их открыла, взгляд у неё уже стал другим – полностью собранным.

– Я уже отдала приказ садиться на ближайшую высокоэнергетическую планету, – произнесла девушка быстро и без колебаний. – Не знаю, чем именно ты сможешь помочь на Земле, но у тебя появится немного времени.

* * *

На то, чтобы найти нужную планету, у Клариссы ушло совсем немного времени.

Корабль сел и едва трап опустился, мы проследовали наружу. Уже выйдя увидел, что девушка уже всё подготовил. На зелёной поляне стояли сотни практиков. Каждый занял своё место заранее. По одному их виду ясно, что такие построения для них не редкость. Это не случайные бойцы, а обученные члены Ордена, привыкшие работать как одно целое.

Они выстроились в широкий круг, плотный и ровный. Но в самом центре, на расстоянии примерно десяти метров от внутреннего края, оставалось свободное пространство. Именно туда и направились мы.

Я, Яна и Кларисса.

Когда мы встали в центре, Кларисса быстро посмотрела на меня.

– Ну что, начинаем? – спросила она спокойно…

Я коротко кивнул и сразу сел в позу лотоса. Яне тоже указал взглядом вниз, и она без лишних вопросов сделала то же самое. Кларисса обернулась к одному из своих людей. Тот внимательно следил за нами со стороны внешнего круга и, поймав её взгляд, коротко кивнул в ответ.

После этого девушка тоже опустилась. В итоге мы образовали треугольник. В самый его центр Кларисса лёгким движением направила запечатанный меч. Клинок завис между нами, неподвижный и тёмный, удерживаемый её силой.

Я смотрел на него, одновременно отмечая, как по краям огромного круга практики начали формировать печати.

На периферии зрения вспыхивали руны и печати. Один за другим. Воздух вокруг уже не был спокойным. Его мелко потряхивало от наполняющейся энергией зарождающейся структуры. Печати, создаваясь в воздухе, медленно опускались вниз и сплетались друг с другом, формируя новый, куда более крупный рисунок.

Основной каркас строила именно Кларисса. В этом построении она играет ключевую роль. Она связывает всех остальных в единый узор, потому что это её люди, и девушка лучше знает, как с ними работать.

Я сидел спокойно, хотя внутри и чувствовал напряжение от ожидания и потери времени.

Ритуал такого уровня я прежде не проводил. И всё же я уверен, что если всё сделать точно, как нужно, оно сработает.

Когда Кларисса закончила первый этап, вокруг нас уже была готова огромная печать. Единая структура, вобравшая в себя всех практиков и соединившая их энергию в один общий поток. Девушка подняла на меня взгляд, давая понять, что теперь очередь за мной.

Я поднял руку вверх и прикрыл глаза.

По памяти начал создавать свои печати. Три из них сразу взмыли вверх и закружились над всеми, постепенно набирая высоту. Воздух едва заметно завибрировал, поднимаясь тонкими спиралями. Я продолжал. Печать за печатью. Над нашими головами начал выстраиваться новый рисунок.

Когда закончил, то открыл глаза и посмотрел на меч.

Ни секунды не колеблясь, протянул к нему руку.

Кларисса убрала с клинка печать. И в тот же миг из него во все стороны ударила энергия. Яростная и необузданная. Всплеск получился таким мощным, что воздух вокруг нас сотрясся и загудел. Но Кларисса уже создала барьер и закрыла нас троих им, а заодно ещё и накрыла Яну своей волей, не давая давлению раздавить её.

Я коснулся лезвия кончиками пальцев.

Сначала по коже пополз дикий, режущий холод. Он рванул вверх по руке, жадный и яростный, напоминая, что передо мной не просто артефакт, а оружие с собственной памятью и характером. Но уже в следующий миг всё изменилось. Клинок узнал меня. Холод ушёл. Вместо него пришло знакомое тепло сотен битв…

Я чуть наклонил голову к мечу.

– Мне нужна твоя помощь, – произнёс я тихо и не сводя с него взгляда. – Ты долго служил мне верой и правдой. Не подведи и сейчас.

Клинок, до этого бесновавшийся энергией, начал успокаиваться. Давление понемногу сходило на нет. В конце концов меч совсем опустился вниз и застыл, почти касаясь остриём травы.

– Начинаем, – произнесла Кларисса уже гораздо жёстче и тут же развела руки в стороны.

Перед ней вспыхнула ещё одна печать. Она принялась перестраивать её быстрыми, точными движениями, не теряя ни одного мгновения. Я, подавая пример Яне, опустил ладонь на круг, проявившийся между нами. И сразу направил в него энергию.

Кларисса закончила свою часть и резким движением расправила печать во все стороны. Та разошлась вокруг нас вторым слоем, вклиниваясь между внешней формацией Ордена и моими верхними узорами. Воздух загудел ещё сильнее. Теперь энергия уже почти виделась глазом. Она поднималась снизу вверх плотным дрожанием, шла от круга практиков к нашим печатям и дальше, к тем трём структурам над головой.

Кларисса не отвлекалась. Не смотрела ни на меня, ни на Яну. Просто продолжала собирать и направлять одну печать за другой, удерживая весь этот гигантский узор в единой форме. Я же подхватывал её работу и вёл потоки туда, куда требовалось.

Когда всё было готово, девушка, как и мы, положила ладонь на круг.

Энергия резко ушла в три стороны и общая печать засияла жёлтым светом.

Меч в центре едва заметно вздрогнул. А затем очень медленно начал вращаться вокруг своей оси.

Кларисса подняла на меня серьёзный взгляд.

– Шель, учти, времени у тебя будет совсем немного, – произнесла она сухо.

– Я знаю, – ответил я спокойно…

Кларисса перевела взгляд на Яну.

– Сосредоточься только на вашей связи с ним, – произнесла она тихо. – Не добавляй лишней энергии.

Яна кивнула. На лице девушки была лёгкая взволнованность, так как мы лишь в кратце объяснили ей принцип, но она ведёт себя сдержанно.

Я закрыл глаза.

Сосредоточился на той тонкой, едва заметной и тихой связи, которая звала меня. Всё остальное начал отрезать одно за другим. Сначала исчезли звуки. Весь гул построения и ветер. Потом ушло ощущение земли под ногами. Затем исчезло и само напряжение тела.

Осталась лишь тишина и пустота.

Затем раздался неясный, далёкий звук.

Я прислушался, и через пару секунд понял, что это двигатели дирижабля.

Глава 6
Конец?

Поле боя на границе с китайской империей:

Взять ранг предвысшей оказалось совсем не просто, и всё же Катя справилась.

Теперь она стояла у границы отряда, не выходя слишком далеко вперёд, и вместе с Аяной, Максимом и другими предвысшими Рода держала оборону там, где давление врага было особенно тяжёлым. Но новый ранг ещё не делал её опытной. Силы в ней стало больше, а вот боевого опыта почти не прибавилось.

В один из моментов, когда Катя закрывала союзные войска от очередной волны техник, она не заметила другую опасность.

Огромный каменный булыжник вылетел сбоку стремительной глыбой и почти мгновенно оказался рядом. Девушка успела вскинуть руки. Успела поставить щит. Но этого оказалось мало. Под давлением чужой силы защита треснула и лопнула, а камень, врезавшись в неё, пробил покров и с чудовищной силой отшвырнул девушку назад.

Земля и небо начали резко меняться местами. Катя катилась по грязи, чувствуя, как из груди выбивает воздух, как тело бьётся о почву.

Затем наступила темнота и тишина.

Первое, что она увидела, открыв глаза, когда пришла в себя – мертвенно-бледное, искажённое лицо одного из членов Рода. Лицо было в крови, с застывшим выражением боли и упрямства. Словно даже сейчас мёртвый готов сорваться в бой.

От этого зрелища в памяти Кати всплыла совсем другая картина, всё ещё преследующая её по ночам.

Тот бой у китайского города. Её сорванный до хрипа голос. Приказы и тела. Множество тел. В крови, в грязи, в вязкой глине. Людей. Чудовищ. Смешавшихся в одну страшную картину, которую невозможно было забыть, даже если очень захотеть.

Катя вскрикнула и в панике судорожно начала перебирать руками и ногами, отползая спиной назад по мокрой грязи. Так продолжалось несколько секунд, пока спиной она не упёрлась во что-то твёрдое.

Сразу с двух сторон её подхватили руки.

Её подняли на ноги – бережно, но быстро. Где-то совсем рядом раздался хриплый, уставший голос молодого парня:

– Мы здесь, командир. Мы рядом.

Катя, всё ещё не до конца вынырнувшая из накрывшего её видения, шокировано посмотрела на него.

Совсем юный. Лицо усталое, под глазами тёмные мешки, одежда и кожа в грязи, на щеке засохшая кровь. Но глаза живые, напряжённые.

– Спасибо, – тихо произнесла она, всё ещё тяжело дыша.

– Госпожа, – продолжил он, и голос его стал жёстче, – вам нужно уходить.

Её начали мягко, но настойчиво оттеснять назад, за спины бойцов. Катя всё ещё находилась в полуоглушённом состоянии и потому не сопротивлялась. Просто позволила увести себя, не сразу понимая, почему её вообще пытаются убрать с позиции.

Когда она оказалась в самом конце строя, уже за плотной линией своих, шаги сами остановились.

Девушка замерла и бездумно уставилась вперёд.

Там, совсем недалеко, земля была изрыта воронками и разрывами. Почва дымилась, а воздух дрожал от жара и силы.

Но если смотреть дальше, за эту изломанную, истерзанную полосу, виднелся лес. Чистый. Почти нетронутый. Со светлыми полянами, ровными деревьями и тихими, безметежными небесами над ними.

Вдохнув воздух девушка обернулась.

Обернувшись, Катя замерла.

Её быстрый, уже успевший набраться опыта взгляд скользнул по дальним рядам врага. Они стояли далеко, но этого расстояния хватало лишь для того, чтобы ещё яснее увидеть главное: слева и справа противник уже вырвался вперёд, вгрызаясь в союзные порядки и продавливая их всё глубже. Линия фронта не просто трещала – она рухнула…

– Это конец, – прошептала Катя.

Хоть голос её и прозвучал тихо, стоявшие позади всё равно услышали.

Несколько взрослых мужчин и седых стариков обернулись к ней. Смотрели внимательно, без раздражения и без упрёка. В их глазах не было осуждения. Только понимание, тяжёлое и спокойное.

– Госпожа права, – произнёс один из них, седоволосый, с усталым лицом и глубоко запавшими глазами.

Остальные молча кивнули.

– Но конец не для всех, – мягко улыбнулся тот же мужчина.

Улыбка вышла короткой и странно светлой для этого места. Потом они переглянулись, будто обменялись чем-то без слов, и уже в следующий миг резко рванули вперёд.

Молодые бойцы, наоборот, начали отступать назад, продолжая прикрывать отход техниками.

Катя смотрела на это, не до конца понимая, что именно происходит. Отряд перестраивался прямо на ходу. Без команды. Часть людей, самые зрелые мужчины и женщины, бегом выбегали вперёд, а молодые отходили назад, освобождая им место и смыкая ряды.

Словно готовились к этому заранее. Словно давно знали, что однажды наступит именно такой момент.

– Госпожа, – к Кате быстро подошёл один из молодых бойцов.

Лицо его было в пыли, волосы прилипли ко лбу, на вороте формы темнела кровь, но держался он прямо.

– Прошу вас, вам нужно уходить.

– Что? – произнесла Катя и с неверием уставилась на него.

Перед её глазами отряд разделялся всё больше и больше. Она подняла взгляд вперёд.

Передние ряды уже достигли Славки и Гриши. По парням было видно, что они удивлены не меньше её, но бойцы не вступали в разговоры. Просто вставали передним флангом, один за другим поднимали щиты и брали на себя линию удара, оттискивая парней.

– Что происходит? – нахмурившись, спросила Катя.

Никто не ответил. Бойцы продолжали пятиться назад, но так, чтобы она всё время оставалась внутри их движения, под защитой со всех сторон. Её не тащили силой, не хватали за руки. Просто оттесняли – мягко, но непреклонно.

– Что происходит? – уже требовательнее произнесла Катя, и в голосе её прозвучала злость вместе с дрожью.

Наконец один из них всё же ответил. Молодой парень, почти мальчишка, с разбитой губой и грязью на щеке.

– Госпожа, вам нужно отступать, – произнёс он, стараясь не смотреть ей в глаза. – Если не поторопимся, нас зажмут со всех сторон и мы не успеем вывести вас.

Только после этих слов до Кати дошло. Они не перестраиваются ради удобства. Не маневрируют. Не ищут новую линию для обороны. Они оставляют часть отряда. Оставляют их здесь, чтобы те приняли на себя последний удар и дали остальным шанс выжить.

У Кати перехватило дыхание.

– И бросить всех остальных? – хрипло спросила она.

– Мы проиграли этот бой, – тихо произнёс тот же парень и сжал кулаки. – Командованием велено отступать. Мы – гвардия Рода, и мы с самого начала понимали, к чему должны быть готовы. Наша жертва – это дань Роду и главе за доброту.

Катя перевела взгляд вперёд.

На тех, кто уже вышел к самому краю строя. На широкие спины, поднятые щиты, напряжённые фигуры людей, которые прекрасно понимали, что сейчас делают. Никто из них не оборачивался. Никто не метался. Они просто вставали на место, готовясь принять на себя то, что должно было обрушиться через считанные секунды.

И в этот миг в её голове всплыли слова.

Когда по вине других начнут умирать твои люди, ты всё поймёшь.

Катя почувствовала, как в груди резко стало тесно. Воздуха будто не хватало. Она опустила взгляд на свои руки.

Они дрожали. Дрожали так сильно, что она не могла их остановить.

Девушка смотрела то вперёд, то на бойцов вокруг, и в сознании одна за другой вспыхивали картины. Замок. Люди перед стенами. Их лица. Их ожидание. Их вера. Они ведь обещали ему… Обещали, что дождутся.

Горло сжалось так, что стало больно.

– Нет… – выдохнула Катя едва слышно. – Нет… Всё не должно было закончиться так…

* * *

Дирижабль Российской империи. Между Сибирью и основной империю:

Аня лежала на кровати в каюте с тихой, нежной улыбкой и держала на руках ребёнка, родившегося совсем недавно. Девушка прижимала малышку к себе очень бережно, почти не шевелясь, лишь иногда поправляя тонкое одеяльце и всматриваясь в крошечное лицо с тем вниманием, с каким смотрят только матери.

Роды дались тяжело, и усталость всё ещё держала тело вязкой слабостью. Но эта слабость сейчас ничего не значила. Аня была вымотана, бледна, всё ещё не до конца восстановилась, однако внутри у неё разливалось такое счастье, что оно перекрывало и боль, и дрожь в руках. Ребёнок лежал почти спокойно, лишь изредка шевеля пальчиками и двигая губами, а закрытые глазки подрагивали, будто малышка уже пыталась почувствовать огромный мир вокруг себя.

Хорошо хоть Анастасия предоставила своих целителей на время родов.

В какой-то момент Аня ощутила рядом чужое присутствие.

Девушка напряглась, чуть приподнялась на подушках и даже попробовала свободной рукой потянуться к энергии, прекрасно понимая, что в её нынешнем состоянии бой будет коротким и тяжёлым. Но уже в следующую секунду напряжение ушло, а из груди вырвался совсем другой выдох.

– Живой, – произнесла Аня тихо с нежностью, и дрогнувшим голосом. Она расслабилась обратно на постели и только крепче прижала к себе ребёнка.

Рядом с кроватью стоял полностью золотой образ.

Он был соткан из мягкого света, но в нём всё равно слишком ясно читались знакомые черты. Аня сразу почувствовала, как у неё начинает щипать глаза. Золотой силуэт посмотрел сперва на неё, потом на малышку у неё на груди.

– Я знала, – произнесла Аня уже чуть увереннее, и на губах её дрогнула счастливая улыбка. Она смотрела только на него и даже не пыталась скрыть слёзы, выступившие в глазах. – Знала, что ты живой.

Она с трудом перевела дыхание и осторожно повернула ребёнка чуть удобнее, показывая ему маленькое лицо.

– Смотри, – произнесла девушка с гордостью и таким трепетом, что голос её стал почти шёпотом. Аня склонила голову к малышке и улыбнулась ещё шире. – Это наша дочь.

Золотой образ медленно опустился рядом на одно колено. Он взял девушку за руку очень бережно, без нажима, лишь слегка сжав её пальцы, и снова посмотрел на ребёнка. Прикосновение было тёплым. Хоть и не до конца настоящим, и всё же достаточно живым.

Аня в ответ смотрела только на него. Однако она знала, что сейчас не время для этого.

– Мы дождёмся, когда ты вернёшься, – произнесла Аня тихо и очень серьёзно. Девушка чуть переплела пальцы с его светлой рукой, не желая отпускать даже это короткое чудо. – Спасибо, что пришёл. Но сейчас ты нужен не здесь, а там. Они сражаются. И твоя поддержка им очень нужна.

Золотой силуэт медленно перевёл взгляд на неё. Потом поднял руку и осторожно провёл по её волосам. После этого он так же медленно кивнул.

И уже через секунду свет начал таять. А ещё секунду спустя образ рассыпался на золотые искры. Малышка, до этого лежавшая спокойно, вдруг оживилась. Её ручки дёрнулись вверх, и она начала тянуться к этим искрам, словно знала, что это что-то родное.

Аня счастливо засмеялась. Смех у неё вышел тихим, уставшим, но таким светлым, что от него словно в самой каюте стало тепло.

– Это был твой папа, – произнесла она ласково, склоняясь к ребёнку и целуя её в лоб. Девушка улыбалась сквозь слёзы и осторожно придерживала маленькие ручки, тянущиеся к исчезающим огонькам. – Самый сильный и самый добрый человек на свете. Сейчас он далеко, да. Но даже так смог прийти к нам.

Она закрыла глаза на короткий миг, глубоко вдохнула и снова открыла их уже спокойнее.

– Мы с тобой его обязательно дождёмся, – произнесла девушка твёрдо, с тихой уверенностью. Она погладила ребёнка по спинке и посмотрела туда, где только что стоял золотой образ. – Обязательно.

В следующее мгновение тишину вокруг разорвал взрыв и всё поглощающее пламя. Высоко в небе, подобно только что рассыпавшимся искрам, также рассыпался на обломки и дирижабль.