Текст книги "Рунный маг империи. Том 3 (СИ)"

Автор книги: Андрей Протоиерей (Ткачев)

Соавторы: Георгий Сомхиев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Глава 12

Дочитав письмо, я перевернул конверт и вытряхнул из него небольшой металлический жетон. Тот с тихим звоном упал на стол и несколько раз перевернулся, прежде чем остановиться гербом вверх.

Я мельком осмотрел его, провёл большим пальцем по выгравированному узору и положил рядом с письмами. Ничего необычного, если не считать едва ощутимого следа маны внутри металла. Скорее всего, его изготовили из материалов, добытых в Подземелье.

Куда больше меня интересовала сама «Турнирная Охота». В сети об этом мероприятии не было ни одного упоминания, что, само собой, вызывало вопросы.

По-хорошему, хоть какая-то информация должна была находиться в открытом доступе. Если это, действительно, турнир, проходящий со слов деда раз в три года, скрыть его от широкой публики практически невозможно.

В подобных условно закрытых мероприятиях на самом деле обычно участвует множество аристократов, слуг, охотников и организаторов, а значит, оно волей-неволей привлекало бы к себе кучу внимания. Но нет, никакой информации, словно дед решил так странно надо мной подшутить.

Хотя не удивлюсь, если у самого мероприятия совершенно другое название, а дедуля таким образом лаконично описал, что меня будет ждать по прилёте. Впрочем, ладно.

В конце концов, я сжёг письма вместе с конвертами, убрал жетон в ящик стола и выключил свет. Раз дед не посчитал нужным объяснить всё сразу, придётся выяснять подробности на месте. Но с этим уже буду разбираться завтра.

Утро вечера мудренее, а после целого дня тренировок голова всё равно работала хуже обычного. Тем более что я так увлёкся поисками, что остался без ужина…

* * *

– Отпустить? – удивлённо спросил директор, сидя в своём кабинете и поглаживая бороду. – Для этого тебе не нужно моё специальное разрешение. Или тебе так понравились мой чай и конфеты, что ты нашёл повод лишний раз сюда заглянуть? – шутливо улыбнулся он.

Директор в целом любил себя выставлять этаким добрым другом для студентов. Но я прекрасно понимал, что это просто один из методов его общения с учащимися, так что сильно не обольщался. Я просто уже успел заработать достаточный уровень репутации в его глазах, чтобы иметь к себе несколько иное отношение.

– Чай и конфеты вкусные, чего уж говорить, – точно так же улыбнулся я, но через секунду стал серьёзнее. – Мне нужно улететь на север на неопределённый срок. Мне трудно сказать, сколько времени это займёт, но портить итоговые оценки не хотелось бы. К тому же, пока я буду там находиться, не смогу присылать вам новые статьи, что, в свою очередь, становится пусть и небольшой, но проблемой.

– Вот оно что, – с пониманием кивнул старик. – Приятно знать, что ты не забываешь об обязательствах по договору. Насчёт статей можешь пока не беспокоиться. По-хорошему, нам стоит в целом пересмотреть условия договора.

– В каком плане? – на мгновение напрягся я.

Обычно такие слова не сулили ничего хорошего.

– Твои статьи ведь публиковались анонимно, – начал объяснять директор, после чего широко улыбнулся. – Теперь в этом куда меньше смысла. Тебя больше не считают неодарённым и не называют Нулёвкой. Следовательно, если люди увидят тебя в качестве автора новых статей, у них не возникнет неудобных вопросов.

Я секунд десять размышлял над словами директора, пытаясь понять, какую игру он вообще затеял. С чего вдруг ему взбрело в голову менять то, что и так хорошо работает?

Увидев, что я молчу, директор решил объяснить всё сам.

– Благодаря своему имени ты заслужишь хорошую репутацию среди учеников. Они увидят, что ты хорошо разбираешься в магии, и у них будет возникать гораздо меньше вопросов касательно твоей силы, – проведя рукой по бороде, Тимион Альтенбург продолжил: – Академия тоже не останется в накладе.

– Если не секрет, каким образом? – спросил я, хотя догадывался, что ответит директор.

– В этом никогда и не было большого секрета. В нынешнее время Академию воспринимают как место, где преподают боевую магию и где аристократы заводят дружбу друг с другом, – с этими словами директор бросил взгляд в сторону окна. – То, что ко всему прочему мы преподаём и другие направления, включая теоретическую магию, многие аристократы попросту игнорируют. А это упущенные возможности, ведь те, кому нужны именно теоретические знания, уходят учиться в другие учебные заведения.

– Мне казалось, что наша Академия не испытывает нехватки учеников, – приподнял я бровь и сложил руки на груди.

– Не испытывает. Но тут есть нюансы, которые все равно не интересны ученикам, – директор перевёл на меня взгляд и покачал головой. – Выбор в любом случае будет за тобой. До конца этого семестра можешь не писать статей и посещать все отделы библиотеки столько, сколько тебе угодно. Я возражать не стану. А дальше всё зависит от тебя.

Слишком уж сильно он акцентирует внимание на мне. Чувствую, что не всё так просто, как преподносит директор. Наверняка у него хватает своих скрытых мотивов, которыми он не спешит делиться.

Впрочем, времени на раздумья у меня полно, а предложение директора звучало довольно интересно. Пытаться не привлекать к себе внимания теперь не получится, так что надо брать от ситуации всё возможное. Слова директора и вправду звучали весьма заманчиво.

К тому же в будущем это может помочь мне попадать на научные конференции, что для меня лишним не будет. Как ни крути, а тяга к знаниям у меня в крови.

– Хорошо. Я обдумаю это решение, – немного помедлив с ответом, сказал я. – Но ещё один вопрос остаётся открытым. Если надо, могу заранее сдать все семестровые экзамены, включая практику.

– Будем считать, что практику ты сдал, показав свои навыки на дуэли, – задумчивым голосом произнёс старик. – Можешь рассчитывать на автомат, но накопленные академические баллы, или, как вы, молодёжь, называете их, очки, придётся списать. Само собой, если ты решишь задержаться там на неделю-другую, а то и больше.

– Так их проще различать, – усмехнулся я в ответ. – Баллы мы так же получаем, когда преподаватели ставят нам оценки. Надо же как-то делать различия, чтобы не возникало путаницы.

– Не могу не согласиться. Сам хотел внести изменения, но бюрократическая система оказалась сильнее. Несколько лет не могу заменить одно слово, да и, скорее всего, не заменят, – тяжело вздохнул директор, посмотрев на кипу бумаг.

* * *

Иногда жизнь устраивает сюрпризы, а порой сюрпризы перерастают во что-то похуже… А ведь ещё пару дней назад казалось, что ничто не предвещает беды.

Следующие два дня я провёл в Академии, дожидаясь прибытия Фадии и Дрога. Всё-таки они были моими личными слугами, а полёт в столь дальние места требовал соответствующего сопровождения. Не то чтобы это было необходимо, скорее, нужно для статуса.

Утром третьего дня я собрал вещи, проверил, не забыл ли жетон деда, и ближе к назначенному мной времени покинул общежитие.

Возле ворот Академии уже стояло несколько автомобилей с гербами Эйзенхорнов. Ученики, проходившие мимо, время от времени поглядывали в сторону кортежа, но задерживаться рядом никто не собирался. У всех хватало своих дел, и пялиться на моих слуг никто не собирался.

Выйдя за стены Академии, я практически сразу заметил Фадию. Девушка стояла возле открытой двери лимузина и, увидев меня, выпрямилась, после чего на её губах появилась тёплая улыбка.

– Доброе утро, молодой господин, – поприветствовала она меня, слегка склонив голову, как только я вышел из ворот и подошёл поближе. – Рада снова видеть вас в добром здравии.

– И тебе доброе утро, – улыбнулся я в ответ, подойдя ближе. – Смотрю, со времени нашей последней встречи ты ещё больше похорошела.

– Благодарю за комплимент, молодой господин, – снова слегка склонила голову девушка. – Ваши слова мне приятны.

Вообще, за время разлуки девушка заметно изменилась в лучшую сторону. Её движения стали спокойнее и увереннее, да и в целом пропал всякий намёк на болезненный вид.

Пока Фадия находилась в заложниках, её долгое время держали на одном хлебе и воде. Если к этому добавить её скитания вместе с братом, во время которых им редко доводилось нормально есть и спать под крышей, а не под открытым небом, то картина складывалась не самая приятная…

Исцелением можно было залечить раны, убрать воспаления и восстановить повреждённые ткани, но последствия долгого голода и истощения так просто не исчезали. Организму всё равно требовались нормальная еда, сон и время. Магия далеко не все может исправить, да и у всего есть цена.

– Вы на меня как-то странно смотрите, молодой господин, – Фадия поправила воротник пальто и слегка приподняла бровь. – Что-то не так?

– Наоборот, всё как раз хорошо, – ответил я. – Ты заметно окрепла и вообще выглядишь куда лучше, чем раньше. Рад видеть, что лечение и отдых пошли на пользу.

Девушка на мгновение замерла, после чего отвела взгляд и прикрыла дверь.

– Благодарю, – тихо произнесла она. – В поместье обо мне хорошо заботились. Госпожа лично следила, чтобы я не пропускала приёмы пищи и регулярно посещала целителей.

– Я предупреждал, – напомнил я девушке свои слова.

Затем Фадия открыла мне дверь автомобиля, после чего я сел на заднее сиденье и тут же встретился взглядом с Дрогом. Он сидел напротив, положив массивные руки на меч, словно был готов в любой момент ринуться в бой и отразить атаку врага.

Всё бы ничего, только он сидел с закрытыми глазами и словно не замечал ничего вокруг. Я вообще впервые видел его таким.

– Что это с ним? – спросил я у Фадии, когда она села рядом со мной. – Не похоже, что он уснул на рабочем месте.

– Ваш старший брат Крис научил его технике медитации, позволяющей улавливать малейшие колебания магического фона, – объяснила Фадия. – Он сказал, что это награда за достойный спарринг. Правда, Дрог пока слишком сильно в неё погружается и перестаёт замечать всё вокруг.

– Да я смотрю, вам в поместье скучать не приходилось, – с трудом сдержал я улыбку. – Хотелось бы разбудить его магией, но, чувствую, он возьмётся за клинок и попытается меня атаковать.

– Позвольте мне, – сказала девушка и, получив одобрительный кивок, сложила пальцы вместе и со всей силы ударила брата по колену.

Тот от неожиданности сразу открыл глаза и подскочил, ударившись о крышу салона.

– Фадия, я же просил так не делать! – возмутился Дрог, но, увидев меня, на пару секунд застыл, прежде чем сесть обратно. – Молодой господин. Рад снова вас видеть.

– Взаимно. И, смотрю, говорить ты начал чисто, в этот раз даже почти без акцента, – похвалил я парня за успехи.

К слову, Дрог тоже выглядел лучше прежнего. За короткое время его плечи, казалось, стали ещё шире, тело – крупнее, как и сами мускулы.

На кистях рук и пальцах добавилось несколько новых шрамов, что меня нисколько не удивило. Зная его отношение к тренировкам, скорее, стоило бы удивиться их отсутствию. Тем более что он тренировался с Деймоном, который никогда никого не щадил, особенно, когда подопечный выдерживает нагрузку.

Зато лицо, к моему удивлению, оказалось совершенно «чистым». Старые отметины исчезли, кожа выровнялась, и лишь возле линии волос осталась едва заметная светлая полоса.

– Смотрю, целители добрались и до твоего лица, – заметил я, устроившись поудобнее. – Не думал, что ты добровольно согласишься убрать шрамы.

Дрог провёл пальцами по щеке и слегка поморщился.

– Не добровольно, – честно признался он. – Госпожа настояла. Сказала, что тело может быть хоть всё в шрамах, но лицо должно быть чистым и опрятным. Потому что лицо личного слуги – это лицо его господина.

Он замолчал, нахмурился и несколько секунд смотрел на крышу салона, которую чуть не пробил головой.

– Я вроде понимаю мысль госпожи, – медленно потирая подбородок, произнёс Дрог, – но почему это должно так работать, не понимаю. При чём тут моё лицо и при чём тут ваше? Личный телохранитель должен пугать врагов одним внешним видом, чтобы никто не вздумал напасть на его господина. Я ведь не на этом… как его… не на модельном подиуме выступать должен!

Я не сдержался и рассмеялся. Фадия прикрыла рот рукой и отвернулась, пытаясь не засмеяться. Дрог, в свою очередь, переводил взгляд с меня на неё, не понимая, что именно сказал не так.

Страшно представить, какой фурор он вызвал бы среди зрителей своим появлением…

– В Амрателе принято следить, чтобы слуги выглядели соответствующим образом. Особенно личные слуги, – объяснил я, когда смех немного утих. – Если у тебя на лице есть заметные шрамы, кто-нибудь может решить, что у рода нет денег на лечение. Или, что ещё хуже, что он жадничает и экономит на своих людях.

– Глупость, – сразу недовольно нахмурился Дрог. – Шрам означает, что человек сражался и выжил. Это история. Украшение мужчины.

– Справедливости ради, сейчас даже аристократы не торопятся удалять шрамы, – слегка пожал я плечами, будучи солидарным с мнением парня. – Скорее, наоборот, они в последнее время вошли в моду. Можно покрасоваться перед окружающими, рассказать, откуда появился каждый шрам, и заодно приукрасить историю, чтобы впечатлить собеседника или собеседницу.

Дрог тут же оживился и хлопнул себя ладонью по колену.

– Вот! Всё именно так. Шрамы – это история сражений. У того же наставника Деймона почти всё лицо в них, и ничего. А ведь он приближённый твоего отца.

– Деймону они нужны для угрожающего вида, – усмехнулся я. – Чем страшнее он выглядит, тем быстрее новобранцы начинают бегать и меньше задают лишних вопросов. А ответ на вопрос, почему так, достаточно прост. Моя мама немного консервативна и придерживается старых традиций. Как, собственно говоря, и большинство северян.

Дрог снова провёл пальцами по гладкой щеке и задумчиво склонил голову.

– Значит, шрамы на теле можно, а на лице нельзя?

– Да.

– Почему на теле можно, а на лице нельзя? – всё ещё пытаясь уловить логику, задал он вопрос.

– Потому что так сложились традиции, – подытожил я.

Несколько секунд в салоне стояла тишина. Затем Дрог тяжело вздохнул и откинулся на спинку сиденья.

– Тяжело… в Амрателе культура чуть ли не сложнее самого языка.

– Кстати, о языке, – я невольно улыбнулся. – А как ты так быстро научился разговаривать без ошибок? Когда мы с тобой тренировались, твой прогресс шёл гораздо медленнее.

Дрог сразу перестал выглядеть довольным. Его плечи слегка напряглись, а взгляд медленно переместился к Фадии. Та сделала вид, что очень заинтересована видом за окном.

– Госпожа не оставила выбора… она прилетела в поместье всего на неделю, – наконец заговорил он, понизив голос, – но за эту неделю я впервые почувствовал страх перед женщиной. Причём не из-за угрозы или силы, а из-за…

Он замолчал, несколько раз открыл рот, пытаясь подобрать нужное слово, но вместо него ответила Фадия.

– Ваша мать – очень интересный человек, – девушка перевела взгляд с брата на меня. – За неделю она ни разу не повысила голос, даже когда служанка в спешке случайно задела и уронила вазу. Я не эксперт, но она явно стоила больше, чем эта слуга могла заработать за всю свою жизнь.

Девушка пару секунд помолчала, после чего продолжила рассказ:

– Служанка задрожала, словно осенний лист, рухнула на колени, стала плакать и извиняться. Увидев эту картину, госпожа начала успокаивать девушку, говоря, что это всего лишь фарфор и наказывать её за случайную оплошность она не станет.

– Только когда она поймала другого слугу на том, что тот сливал информацию о поставках конкурентам рода, такой доброй госпожа уже не была, – снова включился в разговор Дрог. – Даже когда я находился на грани смерти, такого страха не испытывал.

– Так, погоди, а что именно случилось и что ты видел? – заинтересованно спросил я. – Неужели мама позвала тебя посмотреть, как будет проходить наказание?

– Не поверите, но так и было, – уверенно заявил парень. – Она назвала это уроком и предостережением. Я тогда не до конца понял, что госпожа имела в виду, пока не увидел её другую сторону.

– Госпожа привела предателя в зал, куда пригласила ещё несколько десятков слуг, после чего усадила его в кресло и села напротив, – вместо Дрога продолжила рассказывать Фадия. – Она молча смотрела на него, пока тот судорожно извинялся, говорил, что допустил ошибку, что виноват, что обязательно всё исправит и заслужит прощение. Его тирада длилась где-то минут десять, и чем дольше госпожа молчала, тем сильнее он нервничал.

– Мне этого слугу в какой-то момент даже жалко стало. Лучше бы просто убили, чем заставляли проходить через такую пытку, – добавил Дрог, перехватив роль рассказчика. – Лишь когда предатель начал спрашивать, почему она молчит, госпожа стала задавать ему неудобные вопросы. Разве Эйзенхорны мало его обеспечивали? Разве он всё это время был чем-то недоволен? Затаил ли он обиду? И всё это она говорила холодным, я бы даже сказал, леденящим душу тоном. У меня аж мурашки по коже побежали от страха.

– В конце она спросила, какое наказание слуга назначил бы на её месте, – вновь продолжила за Дрога Фадия. – Тот склонил голову и честно признался, что выбрал бы казнь. Госпожа покачала головой, после чего всё тем же спокойным голосом сказала, что смерть – это награда и благодеяние. Так что она дарует ему жизнь и даст денег, которых он так желал, чтобы он мог продолжить носить груз вины у себя под сердцем.

– Лицо того слуги надо было видеть, – сказал парень. – Сначала он обрадовался, благодарил за милосердие, а потом до него дошло, какие последствия принесло его предательство. Он пытался вернуться обратно, просил дать ему второй шанс, но за ворота поместья его больше не пустили.

– С репутацией предателя его не ждёт ничего хорошего, – сказал я, зная, на какую участь обрекла его мама. – Ни один род в здравом уме не стал бы принимать его в качестве слуги. Шансы найти хоть сколько-нибудь приличную работу теперь практически равнялись нулю. Деньги рано или поздно закончатся, и тогда, оставшись без крова и всего остального, он почувствует тяжесть всех последствий.

– Поэтому я и говорю, что госпожа умеет вселять страх, – поднял на меня взгляд Дрог. – Когда такой человек следит за твоим обучением, хочешь не хочешь, а будешь выкладываться на тысячу процентов. Так, на всякий случай.

– Госпожа – добрая и очень мудрая женщина, – добавила Фадия. – У неё есть чему поучиться.

– Когда прилетим в Северный Край, уверен, она не оставит вас без внимания, – сложил я руки на груди. – Если моя мама берётся за какое-то дело, то доводит его до конца.

Фадия едва заметно улыбнулась, а Дрога всего передёрнуло, словно он вышел в одних трусах на мороз. Непривычно, конечно, видеть, чтобы этот парень вообще кого-то боялся.

Это буквально как если бы Винсент подошёл ко мне и заявил, что с этого дня переходит на правильное питание. Только диетические салаты, фрукты, белок – и никакой вредной еды, сладостей и газировки. В теории такое могло случиться, но вот шансы…

За весёлыми разговорами я сам не заметил, как мы приехали на аэродром. Там, в ожидании самолёта, мы с Дрогом и Фадией зашли перекусить в местную кафешку. Ехать в «Белый Грифон» я не стал, чтобы ненароком не опоздать. После этого я сел в самолёт и принялся медитировать всю оставшуюся часть пути. Всё-таки по прилёте я должен был оставаться полным сил и энергии.

Правда, когда мы зашли на посадку, до меня внезапно дошло, что никакой весточки о своём прибытии я родственникам, включая маму, не отправил. И что, судя по всему, дорогу до дедушки придётся искать самому…

Глава 13

Стоило мне спуститься по трапу самолёта и сделать первый вдох, как морозный воздух тут же обжёг лёгкие. Я невольно поморщился, после чего оглядел аэродром. Вокруг лежал пласт снега, расчищенный только на взлётной полосе и возле терминала. А вот дальше уже были видны огромные сугробы.

Да уж. В столице сейчас тоже далеко не жара стоит, но с местным холодом её климат даже сравнивать смешно. Как тут только вообще люди живут?

На мгновение у меня возникло желание призвать перо, начертить знак «Тепло», а затем применить эту печать на себе.

Правда, представив, что я могу переборщить с силой и поджечь свою одежду, я сразу отказался от этой идеи. С моим нынешним пониманием истинных слов «Тепло» вполне могло ненароком превратиться в «Огонь» или чего похуже.

Да и сотрудники аэродрома вряд ли обрадуются, если увидят, как кто-то использует магию в общественном месте. Задавать вопросов не станут, вызовут Имперскую Службу Безопасности и потом придется разбираться со служилыми.

Что ж, значит, первым делом нужно поехать в магазин одежды. Иначе до поместья деда я доберусь уже в виде ледяной статуи, которую можно будет поставить где-нибудь у ворот в качестве украшения.

Позади послышался стук подошв. Дрог спустился следом за мной, расправил плечи и тут же застыл, когда порыв ветра ударил ему в лицо. Через секунду его руки сами потянулись друг к другу. Фадия продержалась чуть дольше, но вскоре тоже вздрогнула и спрятала ладони в рукава. Всё-таки оба выросли в тёплом валарийском климате, а не на суровом севере.

Остальные слуги Эйзенхорнов держались куда лучше. Никто не ёжился и не растирал ладони, хотя покрасневшие от мороза лица выдавали их не хуже слов.

– Молодой господин, в следующий раз позвольте мне спуститься первым, – сказал Дрог, поправляя свой меч. – Как ваш защитник, я обязан сначала оценить ситуацию и убедиться в вашей безопасности.

– Сомневаюсь, что кто-нибудь захочет напасть на меня прямо на хорошо охраняемом аэродроме, – спокойным голосом ответил я и добавил: – Впрочем, правда на твоей стороне.

– Молодой господин, какие будут указания? – поинтересовалась Фадия.

– Для начала закажи несколько автомобилей и подбери гостиницу поблизости, желательно нормальную, чтобы разместить всех наших людей, – я поправил воротник после очередного порыва ветра. – После перелёта сразу ехать в поместье смысла нет. Сначала устроимся, приведём себя в порядок, переоденемся, а потом уже двинемся дальше.

– Автомобили арендованы и уже ожидают нас у выхода с аэродрома, молодой господин, а номера в гостинице забронированы ещё до нашего вылета, – Фадия поправила выбившуюся из-за ветра прядь волос и спокойно посмотрела на меня. – Для вас подготовлен отдельный номер. Меня и Дрога разместят рядом, остальных слуг – по двое. Багаж так же доставят прямо в гостиницу.

Я на пару секунд задержал на ней взгляд.

– Когда только успела? – спросил я и, выждав паузу, добавил: – Молодец, что всё заранее спланировала.

– Будучи вашей личной слугой, я обязана предусматривать подобные вещи, чтобы молодой господин не заботился о мелочах, – совершенно серьёзным голосом ответила она и чуть склонила голову. – Единственное, я не сообщала вашей матери о нашем прибытии. Посчитала, что у вас есть свои причины сохранять поездку в тайне.

– Хорошо, – я провёл ладонью по подбородку, после чего направился к терминалу. – Впрочем, сохранить в тайне наш прилёт в любом случае не получится. Слишком большая группа, которая будет неминуемо привлекать к себе внимание.

– В таком случае мне отдать распоряжение ехать сразу в отель? – поинтересовалась Фадия.

– Да. Сначала поедем туда, отдохнём, а после заскочим в торговый центр. Раз уж всё равно придётся торчать на холоде, лучше запастись тёплой одеждой, – продолжил я, сдерживая желание засунуть руки в карманы. Всё-таки, несмотря на холод, аристократ должен был придерживаться некоторых правил поведения, чтобы не ударить в грязь лицом. – После этого снимем ресторан, отужинаем и утром поедем в родовое поместье.

– Отправить им сообщение о нашем скором приезде? – вновь поинтересовалась девушка.

– Да. Сомневаюсь, что бойцы Стернхольмов спокойно отнесутся к колонне неизвестных автомобилей у ворот, – уголки моих губ слегка приподнялись. – Особенно, если привычка сначала хвататься за оружие, а уже потом задавать вопросы у северян никуда не делась. Дед подобный подход всегда уважал.

– Подход – сначала бить, а потом задавать вопросы? – тут же вклинился в разговор Дрог.

– Что-то вроде того, – кивнул я. – Только, как правило, потом вопросов они не задают. Мёртвые, знаешь ли, не очень разговорчивые.

* * *

До гостиницы мы добрались минут за сорок. За это время я успел окончательно убедиться, что недооценил местный климат. Даже внутри автомобиля с включённым обогревателем возникало ощущение, будто я стою посреди метели.

Поэтому долго в номере я задерживаться не стал. Оставив слуг разбираться с багажом, мы с Фадией, Дрогом и несколькими бойцами отправились в ближайший торговый центр. Там я первым делом приобрёл длинное утеплённое пальто, несколько плотных свитеров, штаны и зимние ботинки.

Дрог с Фадией тоже прикупили свободную, но тёплую одежду, сохраняя строгий и сдержанный стиль. Причём, с их же слов, она согревала намного лучше, чем стандартная «униформа» наших людей.

– Вот совсем другое дело, – довольно заявил Дрог, поправляя пуговицы на рукавах. – Хоть руки мёрзнуть перестанут.

– Можешь купить перчатки, если хочешь, – сказал я, глянув на парня. – Пальцам всё равно холодно будет.

– Тогда я не смогу чувствовать клинок в руках, – покачал головой Дрог. – Лучше потерплю. Мне не привыкать к суровым испытаниям, так что будем считать это тренировкой.

– Как хочешь, – не стал я спорить и бросил взгляд на Фадию. – А что насчёт тебя?

– Не откажусь, – уверенно ответила девушка. – По моим наблюдениям, большинство северянок их здесь носят. Будет лучше, если я не стану выбиваться своим внешним видом.

– Тогда присмотрим и тебе что-нибудь, – сказал я, после чего мы отправились дальше закупаться одеждой.

После всех покупок мы вернулись в гостиницу, оставили лишние вещи и ближе к вечеру поехали в ресторан. Я специально попросил найти заведение, специализирующееся на северной кухне. Всё-таки приезжать сюда и заказывать привычные амрательские блюда – было не очень интересно.

На столе вскоре появилась жареная оленина с ягодным соусом, мясо дикого кабана, запечённые овощи и несколько блюд из местной птицы. Запах стоял такой, что даже Дрог, до этого рассматривавший зал, сразу бросил взгляд на тарелки. Хотя, чему я удивляюсь. Он ещё в первый день нашей встречи доказал, что умеет и любит вкусно и много покушать.

Я отрезал небольшой кусок оленины и попробовал. Мясо оказалось плотнее привычной говядины, но при этом очень сочным, а кисловатый ягодный соус отлично перебивал лёгкую горечь дичи.

– Знал бы, что на севере такая вкусная еда, приезжал бы сюда летом отдыхать, – сказал я, отрезая следующий кусок. – Простовато, но вкусно. А вам как?

– Мне казалось, что северная еда должна быть более тяжёлой, жирной и калорийной, – Фадия осторожно попробовала мясо дикого кабана и слегка приподняла брови. – У нас в Валарии все блюда очень пряные и обладают сложным вкусом. По сравнению с ними местная кухня, в самом деле, простовата, но мне так больше нравится.

– Птица и овощи – одно объедение, – не стал разбрасываться лишними словами Дрог, из-за чего я с трудом сдержал смешок.

Нет, его точно нужно познакомить с Винсентом. Я прямо хочу посмотреть, насколько быстро они найдут общий язык и начнут выяснять, точно ли у них нет никаких кровных связей.

* * *

Следующим утром мы покинули город и направились дальше на север. Чем дальше уходила дорога, тем меньше вокруг становилось современных зданий. Их постепенно сменили заснеженные леса, редкие посёлки и огромные поля, почти полностью скрытые под снегом.

Поместье Стернхольмов показалось спустя несколько часов.

За массивной каменной стеной стоял огромный деревянный дом с высоким каменным основанием и крутой крышей. По бокам располагалось ещё несколько строений поменьше, соединённых расчищенными дорожками. Толстые деревянные балки украшала простая резьба, а возле входа возвышались массивные столбы с вырезанными на них звериными головами.

Никакой вычурности, позолоты или огромных статуй здесь я не заметил. Зато всё выглядело крепким, тяжёлым и построенным так, будто должно простоять ещё несколько сотен лет.

Что ж, вполне в духе северян, которые терпеть не могли вычурность, считая её глупым позёрством. На первое место они всегда ставили практичность.

– Красиво! – Дрог подался вперёд и посмотрел через окно лимузина. – Сразу видно, что здесь живут воины. Стены толстые, обзор хороший, подойти незаметно трудно.

Фадия ничего не сказала. Вместо этого девушка лишь медленно провела взглядом по стоявшим у ворот вооружённым бойцам, после чего вместе с Дрогом вышла из автомобиля, чтобы представиться.

Пользуясь моментом, я начертил руны усиления. Так, на всякий случай. С моей удачей я мог спокойно напороться на приключения или проблемы на ровном месте. Или и то, и другое вместе.

Закончив с последней связкой, я развеял перо и тоже вышел из автомобиля. Заезжать внутрь территории поместья особо смысла не было, поскольку вход в дом находился совсем рядом с воротами.

Мороз сразу же ударил по лицу, но в этот раз хотя бы не прошёлся по всему телу. По крайней мере, желания развернуться, забраться обратно в тёплый салон и не выходить оттуда до возвращения в столицу больше не возникало.

Тем временем Фадия уже разговаривала с одним из бойцов возле ворот. Мужчина выглядел лет на пятьдесят, носил короткую седую бороду, а поверх тяжёлого бронежилета на его плечи была накинута меховая накидка.

За спиной на ремне висела штурмовая винтовка, на поясе – кобура с пистолетом. Уж чего-чего, а на обмундировании мой дед точно не скупился.

– Энкрид Эйзенхорн, – произнёс мужчина, посмотрев в мою сторону. После этого он слегка наклонил голову и ударил кулаком себя по груди. – Добро пожаловать в земли Стернхольмов. Господин Улав и госпожа Лиара будут ждать вас внутри. Ваши машины могут проезжать, а ваших людей мы разместим и накормим.

Никакого «Ваше Сиятельство», глубоких поклонов и прочих привычных для столицы формальностей. Впрочем, ничего удивительного. На севере подобное приветствие считалось вполне уважительным, особенно среди воинов. Здесь вообще гораздо больше внимания обращали на поступки человека, нежели на то, насколько высоким статусом он обладал.

– Благодарю за гостеприимство, – ответил я и тоже коротко наклонил голову. – Нас довольно много, так что, надеюсь, особых неудобств мы не доставим. Если потребуется, часть моих людей спокойно разместится в городе.

– Места хватит, – мужчина лишь махнул рукой, словно сама мысль об этом казалась ему смешной. – Даже если бы вы привезли ещё столько же людей, разместили бы. Не первый раз Стернхольмы принимают гостей.

С этими словами он подал знак остальным бойцам, и тяжёлые ворота начали медленно открываться. Я же краем глаза заметил Фадию. Девушка внимательно следила за происходящим, периодически переводя взгляд с меня на северян. Похоже, она старалась запоминать каждую мелочь, чтобы потом не подвести меня.