Текст книги "Огненная Рука (ЛП)"

Автор книги: Андрэ Нортон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

них было. Когда они ушли, не осталось ни споры, ни клетки водорослей».

Эксперт по вооружению подался вперёд. «Они всё равно имели зуб на эту планету. Согласно древней

истории Доминиона, Лысые пытались организовать вторжение, но оно произошло примерно на четыреста

лет позже, и к тому времени местные жители уже могли позаботиться о своей собственной обороне.»

«Как?» – спросил Мёрдок.

«Форма ментальной атаки, которая оставила весь штурмовой отряд совершенно бездумным. Это

было, по-видимому, некрасиво, но заслуженно».

– Как наша работа на Хаваике это изменила? – спросил Эш.

– У нас есть только сценарии вероятности и возможности, но мы думаем, что корабль, который вы

прогнали с Хавайки, сообщил, что его команда была разбита определённо неземными людьми, прежде

чем он полностью исчез. Либо Доминион был обнаружен вскоре после этого и немедленно уничтожен

в качестве меры предосторожности, либо они решили придать его уничтожению более высокий

приоритет, чем раньше. Они ударили по нему сильнее и несколько раньше в его новой истории.

– Вы постоянно упоминаете местных как людей. Они, были они так похожи на нас?

«Это часть трагедии, насколько это касается нас. Они на самом деле могли бы быть нами».

«Терране?» – спросил он недоверчиво.

«Возможно. Давным-давно в своей истории, но в пределах научной эры, доминионцы

обнаружили своего рода капсулу времени, указывающую на то, что их далёкие предки были

переселены туда с другой планеты».

«Учитывая, безусловно, неполную информацию, предоставленную нам, мы думаем, что другая раса, определенно не наши знакомые Лысые, достигла Терры как раз в то время, когда homo sapiens начал

широко расселяться, и забрала несколько племен, привела их в Доминион, а затем искусственно

ускорила развитие их цивилизации, прежде чем исчезнуть. Возможно, они пали жертвами Лысых.»

«В любом случае, Доминион уже использовал железо, и его население начинало

объединяться в небольшие города и государства, когда мы всё ещё были в бронзовом веке.»

«И они не продвинулись в звёздных полётах дальше, чем вы говорите? – потребовал Мёрдок».

Она посмотрела на него. «Они разработали его, друг. Никто не дал им готовый корабль для

копирования. К тому же у них были другие заботы. Они не двигались строго по высокотехнологичной

линии, как мы, во-первых. Они также продвигались на ментальном и духовном фронтах и долгое

время сосредотачивались на освоении и использовании планет своей собственной солнечной системы, которые им удалось полностью использовать, не разрушая их. Кроме того, их история была гораздо

более мирной, чем наша, начиная с периода, который заменил у них надлежащую феодальную эпоху.

Прогресс не был таким быстрым без непосредственного влияния крупных войн, подстегивающих его».

– Погоди, – вмешался Эш. – Ты сказала, что они разработали собственный межзвёздный двигатель. Почему

они просто не позаимствовали идеи Лысых, как это сделали мы? У них был целый флот кораблей, а у нас – один.

«Они не были достаточно технологически развиты, чтобы оценить, не говоря уже о том, чтобы

использовать, это изобилие. Они просто уничтожали то, что брали. Их учёные проклинали это

безрассудство с тех пор, но это позволило им пойти своим путём, включая освобождение от рабства у лент.»

Росс нетерпеливо посмотрел на них обоих. «Как бы там ни было, мы что, должны как-то

прогнать целый флот убийц-Лысых?»

«Нет, это не так. Доминионцам придётся вести и выиграть эту битву полностью самостоятельно. Ни

при каких обстоятельствах мы не должны раскрывать наше присутствие как пришельцев – ни

захватчикам, ни даже местным жителям.»

«Почему?» Что-то в том, как она это сказала, в том, как она выглядела, произнося это, пробрало его дух холодом собственной могилы.

– Лысые знают, что на Терре есть люди, хоть и примитивные. Мы пережили возвращение

Хавайки и уничтожение Доминиона нетронутыми, вероятно, потому что ни то, ни другое не

было нашей собственной историей. Это может оказаться не так, если они вобьют себе в эти свои

непомерно большие головы сыграть наверняка и обойтись с нами так же, как с Доминионом, что они вполне могут сделать, если снова окажутся побеждёнными людьми не с этой планеты.

– Значит, мы должны позволить ей умереть? – угрюмо спросил Мердок.

Внезапно он в гневе вскинул голову. «От нас не ждут, что мы вернёмся и всё отменим, убьём Хавайку?»

«Нет!» – Она взяла себя в руки. Это был жестокий вопрос, но логичный. «Мы тоже не

планируем оставлять Доминион на произвол судьбы».

«Мы разработали способ это предотвратить?» – напряжённо спросил Эш. Это было скорее

утверждением, чем вопросом. Если бы начальство этого не сделало, было бы бессмысленно заходить

так далеко в этом обсуждении или вообще упоминать катастрофу, по крайней мере, в данный момент.

«У нас есть, или, по крайней мере, есть возможность решения. Многое зависит от случая».

Женщина подалась вперед, более смертельно серьезная, чем была даже во время

описания смерти Владычества Девы. «Все зависит от того, успеет ли местное население

развить свое ментальное оружие, чтобы отразить атаку Лысых. В их древней истории оно

было. В этот раз его не было. Что-то заблокировало его развитие».

Глаза Росса сузились. «Мы собираемся снова переписать их историю, убрать этот блок?»

«Мы чертовски постараемся. Вы, вольные стрелки, сделали это для Хавайки. Теперь мы собираемся

попытаться оказать Доминиону такую же услугу.»

«Мы нашли то, что выглядит как переломный момент в мелкой местной войне, произошедшей

семьсот десять лет назад по нашему нынешнему времени. Если исход этого можно будет

изменить должным образом, мы сможем предоставить остальное доминионитам.»

Эвелин достала две карты из широкой сумки для документов на поясе. На первой были

изображены восемь больших массивов суши, расположенных в шести водных пространствах, все из

которых также были усеяны бесчисленными островами.

Она указала на один из последних, лежащий примерно в двухстах пятидесяти милях к северо-западу

от побережья самого большого континента. – Не на что смотреть, правда? Такой маленький кусочек

земли, и вся жизнь планеты зависит от исхода древней борьбы за контроль над ним.

Она положила вторую карту поверх первой, на этот раз подробное исследование

спорного острова. «Вот наше поле битвы».

«Ледниковая местность, – заметил Гордон. – Рисунок нагорий и долин сделал бы это почти

несомненным на Терре, а открытия, уже сделанные среди звёзд, указывали на то, что

природные силы, по крайней мере, схожи на планетах одного и того же основного типа.»

– Да, судя по виду. По легенде видно, что высоты здесь в среднем несколько больше, чем в

подобных хребтах на родине, но это красивая местность.

«Северная четверть значительно более сурова, чем остальная часть. Горы выше и дичее, разделённые узкими скалистыми долинами. Почва довольно хорошая, хотя её не так много, и воды вдоволь, как и по всему острову. На юге меньше по-настоящему крутых высот, а

долины широки и чрезвычайно плодородны.»

– Этот горизонтальный хребет, кажется, разделяет две части, северную и южную, – заметил Росс.

– На самом деле, отдельные компоненты этого являются частью отдельных вертикальных хребтов, но эффект тот

же. Для дополётного народа они образуют почти непроницаемый барьер. Отдельные пешеходы или всадники

могут пройти в нескольких местах, но только через этот единственный перевал могут пересечь транспортные

средства или большие группы людей с какой-либо скоростью, и он закрыт на несколько месяцев в разгар зимы.

«А как насчёт этой войны?»

«Это та же старая история, – сказала она с отвращением, которое не потрудилась скрыть. – Это было

прекрасное, сбалансированное феодальное общество, пока правитель одного из владений, на которые был

разделён остров, не стал жадным. Кондор-Холл был крупнейшим и лучшим владением на севере, но его

Тон, Зантор I Йорок, хотел большего. Ранней весной, без какого-либо предупреждения, он напал на своих

соседей одного за другим, поглотив их прежде, чем они успели организовать хоть какую-то оборону.»

«Только один землевладелец, Лурок I Лоран из Сапфировой Цитадели, успел дать сражение. Это

владение было самым южным, прямо у барьерного хребта. Оно было обширным, богатым для этого

региона и хорошо населённым, так что в его распоряжении имелось хорошее войско, или ополчение, но

Зантор в своих планах учёл вероятность того, что тот будет готов. Кондор-Холл обладал прекрасным

побережьем и гаванью, и захватчик воспользовался ими, чтобы тайно ввезти огромную орду наёмников

с Материка. Он обрушил их на Лурока как раз в тот момент, когда две армии сошлись. Защитники были

полностью перебиты, и, подкрепившись припасами, захваченными в Сапфировой Цитадели, Зантор

устремил свои силы через перевал, чтобы разгромить формирующуюся конфедерацию южных

владений, прежде чем она сможет организовать против него эффективную оборону. Ещё через две

недели зима закрыла бы Коридор, и он оказался бы заблокирован, но он выиграл эту авантюру. Остров

был его.

«Его империя пережила его лишь на несколько лет. Ни у одного из его сыновей или

командиров-наемников, которых он наградил землей, не хватило сил удержать его завоевания.

Они ослабили себя интригами и битвами, пока местные жители не смогли подняться и сбросить их

всех в море и восстановить старый порядок, как могли, но к тому времени ущерб уже был нанесен».

«Мутация, которая должна была дать доминионцам будущего их ментальные способности, зародилась на острове. Ее семена уже присутствовали в то время, но огромная резня и

последующее разбавление оставшегося генофонда в результате многолетнего присутствия

материковых наемников отбросили ее развитие на столетия.»

– Разве всё это не произошло бы изначально? – спросил Эш.

– Мы не знаем. У нас не было причин углубляться в древнюю историю Владений, кроме той

единственной встречи с Лысым. Все, что мы знаем, – сейчас крайне важно изменить исход той войны.

Она посмотрела на каждого из них. «Доминион был прекрасной, богатой планетой, а её народ —

прекрасной, талантливой расой. Мы хотим спасти их, особенно если мы были косвенно

ответственны за их уничтожение.»

– Есть ещё вопрос их независимого межзвёздного полёта, – сухо вставил Мердок.

«Да, есть», – холодно ответила Эвелин.

– Значит, нам нужно каким-то образом задержать вторжение этого Зантора на юг, выиграть время для

тамошних правителей до зимы, чтобы они смогли достаточно организоваться для встречи с его наемниками?

«Именно.»

– Никакой возможности просто взорвать перевал и запереть его, я полагаю?

«Никого. Мы не можем рисковать Террой.»

– Неужели опасность для нас так велика? – спросил Росс, хмурясь.

– По-видимому, да, учитывая скудные данные, которыми мы располагаем.

«Это неважно, – нетерпеливо вмешался Гордон. – Великое или малое, никто не станет рисковать».

– Нет, – согласился другой мужчина. – Я бы тоже не стал.

Мёрдок несколько долгих мгновений напряжённо изучал карту. «Каким оружием они пользуются? Старо-

– Временная материя, полагаю, раз уж ты замешан, Эвелин.

– Старое время, – согласилась она. – Мечи, луки. Основы. Конечно, есть некоторые различия в

дизайне и стиле использования, но ты быстро всё освоишь. – Она одарила его озорной

ухмылкой. – Они ездят на огромных оленях. Вам, парням, будет весело учиться управлять ими.

«Держу пари», – ответил он, но тут же вернулся к изучению карты. «Зачем вообще сражение? Эти

дураки из Сапфировой Цитадели имеют рай для партизан, если эти высокогорья хоть немного

похожи на наши старые дикие края дома. Переместите всё ценное и всех в холмы, где захватчики не

смогут до них добраться, и используйте против Зантора тактику "бей и беги". Возможно, они и не

смогут его разбить, но они продержатся две недели, просто вывезя или уничтожив припасы, которые

он надеялся захватить, сами останутся в целости, а когда кампания возобновится весной, они вырвут

все внутренности из его попыток снабжать свои войска. – Ему придётся делать это через перевал?»

Она кивнула. «Он сделает это.»

«Нам придётся начать рано. Нужно будет построить дома и посадить урожай в высокогорье. Всё

должно быть готово к тому времени, чтобы мы могли сжечь всё, что нельзя унести, и бежать. .»

Агент времени остановился. Он растерянно посмотрел на Эша. «Извините. Я не должен был. .»

«Продолжай, – сказал ему другой. – У тебя, похоже, всё отлично получается».

Взгляд Росса вернулся к карте, хотя он не фокусировался на ней. – Нам понадобится полное

сотрудничество всех, особенно правителя, тем более если мы собираемся действовать с

необходимой скоростью и секретностью. Боюсь, у нас могут возникнуть с этим проблемы, раз уж никто ещё не додумался до этой идеи.

«Война – это дело открытой, старомодной рубки и резни, а не прятанья в холмах, – подтвердила

она. – Я верю, что мы сможем достаточно легко убедить Лурока в его опасности, но потребуются

манёвры и много такта, если ты собираешься организовать оборону владения так, как хочешь.

Даже при этом, возможно, тебе придётся довольствоваться весьма частичной победой.» Эвелин

вздохнула. «Вот почему так много неопределённости в нашей способности спасти Доминион.»

Мужчина резко поднял взгляд. «Мне придётся обходиться тем, что есть?»

Взгляд Эша встретился со взглядом новоприбывшей, затем скользнул к его напарнику. «Ты будешь

отвечать за эту часть миссии, – сказал он ему. – Ты уже взял на себя ответственность за неё».

«Это соответствует нашему прикрытию, – быстро согласилась Эвелин, прежде чем Росс успел возразить. – Ты

и я должны изображать офицеров-наемников, сопровождающих нашего ученого спутника. Доктор Эш должен

доставить предупреждение Луроку. После этого было бы логично, чтобы мы взяли на себя планирование и

ведение войны Сапфирового Удела, при условии, что мы сможем убедить его следовать нашим советам».

– Ты? – резко спросил Мердок. – Это будет приемлемо, Эвелин? Он внутренне собрался, хотя это вряд ли был необоснованный вопрос.

Женщина кивнула, подтверждая, что осознаёт этот факт. – Да, действительно, – весело ответила она.

«Владение – не Терра. Великая Мать никогда не была там вытеснена – ее народ поклонялся

прекрасной, высокоразвитой версии Ее вплоть до момента исчезновения их цивилизации – и

женщины сохраняли уважаемое положение на протяжении всей ее истории. Правда, в обсуждаемое

нами время не было женщин-Тонов, но, с другой стороны, не было и мужчин-жрецов. Почти все

остальные профессии были открыты для обоих полов, включая профессию наемника. Меня будут

считать несколько необычной, так как не многие из моего пола действительно занимались этой

работой, но, безусловно, не уродом, и мое присутствие в этом качестве никого не оскорбит».

Карие глаза встретились с его взглядом. «Для меня важно взять на себя эту роль, Росс, и вовлечь владения

. .женщин как можно активнее в том, что грядет. Мутация впервые проявилась у самок, и только

через них умственные способности их расы могут быть использованы для каких-либо целей, кроме прямой связи один на один. Мужчинам придется уметь направлять свою силу через

женщин, чтобы одолеть Лысых, и для этого между двумя полами должно быть полное доверие и

принятие. Для нас так же важно сделать все возможное, чтобы способствовать раннему расцвету

этого, как и помочь сорвать цель Зантора И Йорока».

«Моя роль?» – спросил Гордон.

«Роль богатого, очень учёного врача с центрального Материка, который первоначально отправился на север

изучать манускрипты, хранящиеся в храмах региона, чтобы сравнить их содержание с теми, что есть в его

собственной местности. Трое наёмников, особенно солдаты высокого ранга, разгуливающие по тому острову, будут вызывать сильные подозрения в то время, когда мы планируем прибыть. Однако двое из нас вполне

могли бы путешествовать как сопровождающие выдающейся особы. . Ты должен быть врачом, – добавила

она, предвосхищая любой вопрос на этот счёт. – За исключением Тонов или высших наёмных командиров, медицина – единственная профессия, открытая для мужчины, которая дала бы тебе необходимый престиж

для получения доступа к нужным аудиенциям.

«История такова: мы, двое бойцов, заметили присутствие множества наших собратьев в портовом

городе, где вы учились, и отметили этот факт, учитывая полное отсутствие боевых действий в этом

районе, которое могло бы объяснить их присутствие там вообще, не говоря уже о таком количестве.

Благодаря тщательным изысканиям, проведённым всеми троими, вы раскрыли заговор Зантора и

поспешили распространить тревогу. То, что вы ради этого оставили собственные исследования, будет

сочтено правдоподобным. Целители-Доминиониты той эпохи были полностью преданы своей клятве

сохранять жизнь, хотя они не колебались вступать в бой, когда считали это необходимым. Подкрепляет

это тот факт, что вероломство Зантора полностью противоречило обычаям того времени, благодаря чему

ему удалось застать всех врасплох. Никто не верил, что такое возможно, пока это не случилось. Любой

человек, а тем более тот, кто поклялся защищать жизнь, был бы полностью возмущён и горел бы

желанием сделать всё возможное, чтобы помешать строительству империи I Йорока.

– Я всё это принимаю, мисс Риордан, но я всё ещё археолог, а не врач. Судя по всему, миссия будет довольно долгосрочной, и если меня призовут действовать профессионально. .

«Учитывая твою детальную подготовку по оказанию первой помощи и более чем базовое

понимание медицинских знаний нашего времени, ты бесконечно лучше подготовлена, чем любой

из твоих предполагаемых коллег-доминионцев. Не забывай, они все функционируют на

средневековом уровне. Однако, на всякий случай, перед отправкой тебе дадут ускоренный курс ПП.»

– Чтобы стать помощником врача, нужно два-три года интенсивного обучения!

– Вам не понадобится всё, и у вас уже есть немалая часть того, что нужно, – заверила его

женщина. – Вы также привезёте в своём багаже хороший запас настоящих земных лекарств, искусно замаскированных. . Не бойтесь. Вы отлично справитесь, если вам когда-нибудь

действительно придётся заняться практикой, доктор.

«Не было бы гораздо проще просто выдать меня за иностранного Тона, по какой-то причине

сбежавшего из своих земель?»

Она покачала головой. «К сожалению, нет. Они просто не отходят далеко от своих владений. Любое прикрытие, которое мы могли бы для тебя придумать, было бы настолько мелодраматичным, что выглядело бы

неправдоподобно. К тому же, Тон, не проявляющий особого интереса к острову, с гораздо меньшей вероятностью, чем целитель, отправится в путешествие и долгий переход через всю страну, чтобы просто предупредить о Занторе».

– Врач, возможно, также не прочь получить хорошее вознаграждение в конце всего этого? – предположил Росс.

«Щедрое покровительство, конечно, было бы не лишним».

Гордон кивнул, принимая неизбежное. «Что именно представляют собой эти Тоны? – спросил он. – Лорды?

Мелкие короли? Это может повлиять на то, как нам придётся к ним подходить и обращаться с ними».

– Ни то, ни другое. У этого слова нет эквивалента ни в одном известном мне земном языке. Оно переводится

примерно как землевладелец, или, скорее, как благородный и возвышенный землевладелец, но в нём также сильна

доля значения кланового вождя, плюс изрядная часть председателя совета директоров и президента компании.

«Устройство здесь отличается от того, что было у нас. Владения принадлежат Тонам, но управляются

всем населением как для прямой выгоды каждой семьи, так и для общего блага. Тоны снимают

основную долю прибыли, но каждый, кто работает для её получения, может запустить руку в котел.»

Эвелин улыбнулась. «Ты скоро всему этому научишься. Мы все начинаем обучение, как только возвращаемся».

Росс внутренне поморщился. Он уже проходил через школу глубокого внедрения Проекта однажды, когда

они с Гордоном Эшем взяли на себя роли торговцев в бронзовом веке Терры. Это было достаточно давно, чтобы тонкая дымка ностальгии начала набрасывать мягкую пелену на то воспоминание, но у него было

очень неприятное чувство, что тёплое сияние памяти вот-вот исчезнет в изнурительном истощении, когда

реальность снова с удвоенной силой поднимет свою уродливую голову. Достаточно тяжело было научиться

играть роль торговца кубками в прошлом собственного мира. Теперь ему придётся не только сражаться, но и

возглавить партизанскую войну, и при этом он должен будет сохранять образ уроженца Владения Вирджин.

Он беззвучно посмеялся над собой. Он же так стремился вернуться к своей настоящей работе, не

так ли? Теперь он снова её получил, и ничего не оставалось, кроме как стиснуть зубы и принять это.

Земляне стояли у ожидающих врат. Скоро они покинут эту древнюю Хавайку ради ее

современного аналога и недель учебы и труда, ожидающих их там.

Когда они будут готовы, насколько это вообще возможно, начнется их настоящая работа. Они сядут на

корабль, направляющийся к пеплу, которым было Владение Девы, войдут там во временные врата и

вернутся в эпоху, когда должна была решиться судьба этой планеты. Подводная лодка доставит их с

необитаемого острова, который был конечной точкой их врат, к угрожаемому острову, хотя, вероятно, вертолет заберет их по завершении миссии, если кто-то из них выживет, чтобы нуждаться в его услугах. Все

они будут подвергаться той же степени опасности, что и местные жители, пока будут находиться среди них.

Но сейчас их занимали дела расставания. Они попрощались с дельфинами и со своими

товарищами среди Странников. Оставались только Фоанна и Карара, которая всё ещё была

заперта с Эвелин Риордан, обсуждая историю, которую ей было суждено написать.

Росс быстро распрощался со странным трио и снова удалился, прежде чем его открытая

радость от ухода из этого места и времени стала бы заметна за гранью приличий.

Эш остался с местными жителями. Его собственные чувства были несколько смешанными, и, как

бы он ни был рад вернуться к своей нормальной жизни и месту, на сердце у него было тяжело.

Что бы он и его товарищи ни сделали для самой Хавайки, они не смогли помочь Фоанна. Когда

эти трое, бывшие сейчас с ним, умрут, их раса исчезнет. Теперь не было надежды предотвратить

эту гибель, и не было надежды и на видение, которое мелькнуло перед ним на мгновение.

Стыд и горечь поражения переполняли его, и он опустил голову. – Простите, – сказал он

наконец. – Хотел бы я, чтобы мы оба, или хотя бы один из нас, оказались приемлемы для Сил, правящих вашим родом. Из всех землян взяли только Карару, и она снова оказалась женщиной. .

– Этому не суждено было случиться, Гордун, – ответила Ингвальда. – Это мы все должны

принять. Несомненно, так к лучшему. Наш мир – это смерть, смерть души, для Младшего Брата и, вероятно, оказался бы таковым и для вас. Изменение формы и способностей не изменило бы этого, думаю. Вы были созданы, умом и духом, для другой работы и других жизней.

– Возможно, но мы нашли здесь настоящих друзей, и мы могли бы многому

научиться и многое сделать.

«Дружба не забывается. Что касается остального, возможно, вы оба добьётесь желаемого другими

путями и в других местах. Звёзды открыты для ваших поисков, как и равнины времени.»

Она слегка повернула голову. «Сёстры возвращаются.»

Две женщины вошли в комнату, даже когда она говорила. Эвелин, маленькая и светловолосая, была ярче

в его глазах, несмотря на мерцающую ауру, которая, казалось, искрилась вокруг и внутри ее спутницы.

Что бы ни произошло между ними во время их долгого совещания, теперь оба молчали, задумавшись, приближаясь к месту и моменту расставания.

Трехерн переводила взгляд с одного на другого из тех, кто был её товарищами. Они были последней связью

с её прежним видом, с миром, который её породил, и с жизнью, которой она когда-то себя посвятила. .

Её подбородок приподнялся, и на губах мелькнула улыбка, отвечавшая силе её воли. Она

снова взглянула на новоприбывшую. «Эвелин, ты рассказала мне, что нужно записать, но не

сказала, удалось ли мне создать из всего этого хорошую книгу».

«Бестселлер-беглец! – заверила его другая. – Планетарный, когда попал к нам, а

теперь межзвёздный, история и легенда в одном восхитительном пакете.»

Карара рассмеялась и вскинула голову. «Теперь я не боюсь начинать! Я всегда ненавидела

эти унылые фолианты, которые в школе заставляют читать чуть ли не под дулом

пистолета. Мне было бы ненавистно думать, что я создала ещё один такой же.»

«Не бойтесь. Этот классик читается с удовольствием».

Время пришло. Сердце Гордона сжалось. Росс был прав, говоря, что у темноволосой

женщины больше нет жизни где-либо ещё. Даже сейчас, в этот момент вечного расставания, между ней и Мёрдоком, и Риордан стояла преграда. Тот факт, что она была человеком, землянкой, и больше не была им, стоял между ними.

Она могла стать повелительницей силы, но Карара Трехерн была также женщиной, девушкой, и совсем

скоро ей предстояло быть навсегда оторванной от своего времени, своего мира, своего вида. Нетрудно было

представить и проникнуться горем и страхом, которые, должно быть, пылали за этой храброй маской.

«Карара,» – прошептал он.

Она подошла к нему, и он заключил её в объятия. Эш нежно поцеловал её в лоб. «Учись

хорошо, Карара, но и будь счастлива».

Росс взял себя в руки. Был ли он вообще человеком или хоть сколько-нибудь заслуживал

этого звания, он, кто делал вид, что так дорожит им?

Он заключил своего товарища в объятия, как только его партнёр отпустил её. Его губы

встретились с её в поцелуе, сильном и земном. Он хотел, чтобы она знала: что бы с ней ни

случилось, тепло, право давать его и способность принимать его, остались при ней.

Она ответила со страстью, ибо понимала, что и эта часть жизни навсегда закрывается для

неё. Было хорошо, что её обнимают в этот последний раз.

Наконец, Карара отступила назад, улыбаясь, хотя в её глазах блестели слёзы. Она заняла своё

место рядом с теми, кто теперь был её сёстрами, в то время как трое, которым предстояло

уйти, шагнули в портал, замерцали и исчезли из её поля зрения и времени.

5

ПОТ ВЫСТУПИЛ ПОД его тёмными волосами. Зантор И Йорок снял шлем и пристроил его на

сгибе руки. День был тёплым, и он часто ездил с непокрытой головой. Никто из четверых, бывших с ним, не должен был догадаться, что что-то не так.

Его густые брови сошлись вместе. Неладно? Всё было в порядке. Жгучая тяга внутри него была

необычной, но он мог продолжать сопротивляться её притяжению, как делал последние два

дня. Он не делал этого, потому что ему было любопытно узнать её источник и цель, и только

ответив на неё, он мог узнать причину, стоящую за ней. Тон Кондор-Холла встречал брошенные

ему вызовы, включая те, что могли исходить только из его собственного воображения.

Его выражение лица стало жестче. Нет. Зов был настоящим. У него была цель, конец, даже

если он еще не знал, где или что это было. По этой причине, потому что он не мог назвать

цель поисков или то, с чем столкнется в их конце, он решил идти не один. Его сопровождали

три доблестных мечника, а также один из его сыновей.

Он мельком взглянул на молодого человека, ехавшего слева от него. Хрупкий телом, невысокий ростом, лишенный тонкой координации и быстроты движений, необходимых для выдающегося воина, Тарлрок И Зантор

был бы разочарованием для большинства мужчин, но он обладал самым острым умом среди всех сыновей

Зантора, и сдержанность крепко держала его язык за зубами. Он хорошо служил писцом своему отцу, и он, с его

хорошим умом, мог оказаться большим преимуществом в этом странном путешествии, чем мускулы и клинки

остальных.

Они путешествовали уже почти два часа, но никто из спутников Йорока не высказал ни

протеста, ни любопытства. Они знали лучше. Правитель Кондор-Холла не терпел нарушения

дисциплины, никаких сомнений в его приказах со стороны тех, кем он командовал.

Сам он не проявлял никакой неуверенности в своём курсе. Он её и не чувствовал. Это было так, словно

он следовал подробной карте, за исключением того, что указания находились внутри него самого.

Если он отклонялся от пути, давление внутри него усиливалось, пока он не возвращался на него.

Конец наступил внезапно. Все пятеро мужчин натянули поводья своих прыгучих оленей на

краю поляны, недавно вырубленной, вернее, выжженной из кустарника и деревьев

окружающей местности. Сцена, представшая их глазам, была такова, что они уставились как

дети пастухов, впервые попавшие в большой Материковый город.

Ближе всего к ним находились три сооружения, похожие на соломенные ульи, но сделанные из стали или какого-то

металла такого же цвета. Два близко расположенных столба стояли на противоположном конце. Казалось, когда-то

они были высокими, но теперь были погнуты, искривлены и обуглены, словно от невероятно горячего огня.

Всё это было странным, необъяснимым, но ничто по сравнению с пятью мужчинами – пятью

существами – которые, очевидно, построили этот странный лагерь и теперь стояли лицом к

прибывшим таким образом, будто ждали их прибытия. Все они были очень худыми и низкими по

меркам мужчин-Доминионитов. Их кожа была бледно-кремовой, лица вытянутыми. Черепа

придавали им гротескный вид, будучи сильно увеличенными и совершенно безволосыми. Глаза

были глубоко чёрными, твёрдыми и пронзительными, незащищёнными ни бровями, ни ресницами.

Они были одеты одинаково в переливающуюся синюю униформу, которая, казалось, была вылеплена

по их стройным телам. С поясов, опоясывающих узкие талии, свисали странного вида устройства.

Зантор оправился от изумления. Он взглянул на своих спутников и с досадой увидел, что

солдаты всё ещё пялятся на незнакомцев с тупыми, безучастными лицами. Сын казался столь

же бесполезным, но, даже наблюдая за ним, Тарлрок резко повернул голову в сторону, словно

усилием воли, и прищурился, глядя на И Йорока.

Тон мысленно пожал плечами и обратил своё внимание на демонов-людей. Среди правителей и солдат

его собственного народа тот, кто бросает первый вызов с позиции власти, часто получает преимущество

в споре. Это могло оказаться верным и для этих безволосых. Лучше сделать ход первым, чем они. – Кто

вы такие, что разбиваете лагерь на землях Кондор-Холла без разрешения? – холодно потребовал он.

«Это мы обсудим с правителем этих земель».

Взглянув на сына, он увидел, что внимание Тарлока было приковано к незнакомцам. Остальные

стояли как статуи или мертвецы, не проявляя интереса ни к своим командирам, ни к тем, кто был

на поляне. – Я – Тон.

«Мы пришли, чтобы продвинуть ваши планы.»

Тарлок И Зантор расправил свои покатые плечи. «И вашу собственную, без сомнения».

Его голос звучал так, будто его вырывали из горла, но он испытал удовлетворение, видя