Текст книги "Вот и свела нас судьба (на войне как на войне) (СИ)"

Автор книги: Анатолий Патман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 19 страниц)

Тут поручик позвал пару своих подпоручиков, и мне знакомых, и назвал им длинный ряд фамилий, наверное, и два десятка.

– И, да, Евдоким, объяви там, что сюда могут подойти и те, кто желает стать стрелком, и хорошим.

– Хорошо, Григорий Васильевич, будет сделано.

А поручик снова посмотрел на меня:

– Да, не ожидал такого, но, что делать, война. Наши отцы на Альме стояли, а мы, солдат, постоим в Плевне. Ладно, проверьте там, кто хорошо стреляет, и они в Вашем полном распоряжении.

– Спасибо, Григорий Васильевич, – тихо сказал я. – Ничего, и мы справимся. И у нас есть порох в пороховницах!

Да, пока есть возможность, надо получше подготовиться. Враг не дремлет, и он крайне жестокой!

Далее мы с помощниками спустились вниз, в небольшой овраг. Для наших целей он подходил. Чуть позже подпоручик Евдоким Воронин привёл три десятка солдат. Хотя, там было и два унтера, явно уже матёрых бойцов. И они вовсю сверлили меня взглядами.

Да, надо было показать себя и своих помощников.

– Демьян, вбей колья в землю и прибей к ним эту доску.

Я подал парню приготовленную мной чуть ранее небольшую мишень. Там, на куске тонкой дошечки, были приклеены несколько листочков и грубо нарисованы неровные круги. Он быстро сходил и закрепил её в шагах триста. Ну, пока хватит.

А далее я лёг на землю и выстрелил по мишени из своей штатной винтовки, конечно, Мартини-Генри. Хоть я её с собой и не таскал, но она у меня имелась. Ну, ничего, в повозке полежит. Жаль, что держать её на весу при стрельбе у меня не хватало сил. А так, три пули один за другим легли в центральный кружочек.

– Так, теперь ты, Демьян.

И мой помощник тоже положил пули рядом, хотя, одна всё же попала в чуть больший круг. Ну, тоже ничего.

А так, даже подпоручик явно удивился и проникся!

Все три десятка будущих стрелков тоже произвели, само собой, из принесённых нами винтовок Мартини-Генри, по три выстрела. Жалеть пули не приходилось. Жизни дороже. Подпоручик и унтера тоже попали в центр, хоть и стреляли похуже Демьяна. Но лишь полтора десятка стрелков смогли положить все пули в мишень. Так что, остальных я тут же отправил обратно.

– Извините, господин подпоручик, что как бы вмешиваюсь в ваши дела. Господин майор попросил. А ему господин сублокотенент сказал, что я хороший стрелок. Но, оказалось, что и Вы неплохо стреляете. Могу я попросить господина поручика назначить Вас командиром этой команды стрелков? Конечно, свой взвод Вам пока придётся оставить. Всё-таки стрелки нужнее.

И подпоручик согласно кивнул. Само собой, ему не совсем нравилось, что тут распоряжался юнец, ещё в солдатской форме, но он понимал, что сейчас не стоило лезть в ненужные споры с одним юным князем, ещё и пользующимся полной поддержкой Николая Фёдоровича и его же командира роты.

– Далее вот эти десять винтовок Мартини-Генри, господин подпоручик, ваши. Ещё и патроны к ним. Если можно, то немного постреляем позже на привале. А мы составим вторую команду.

Правда, я не уточнил, кто это мы. Может, лишь мы шестеро, может, ещё и румыны? Или и кто-то другой?

Глава 15

* * *

Глава 15.

Пока едем?

Что же, одно дело, и важное, сделано. Я тут же отправился со своими помощниками к нашей повозке. Пора завтракать. И Трофим уже всё для нас приготовил. Ну, он не собирался стать стрелком. Ему больше нравилось быть простым ездовым.

И после завтрака вся наша колонна тронулась в путь. Да, она сильно расстянулась и еле-еле ползла. Хорошо, что и враги на нас не напали, и пока дождей не было. Так что, можно было ехать, и после полудня мы спокойно проехали какую-то деревню, вроде, Мораву. Чуть позже отряд благополучно пересёк и мост через реку Осым и вышел на дорогу, ведущую из Рущука через Бялу прямо на Плевну. Тут уж нам надо было рассчитывать только на себя, так как, как я знал, далее войска восьмого армейского корпуса пойдут в Тырнов и уже оттуда на Шипкинский перевал. Не знаю, что будет, но если удержать Плевну, то, возможно, и насмерть стоять там не придётся?

Тут отряд опять встал на причал, хотя, и чуть длительный. Потому что Николай Фёдорович приказал встать как можно ближе к реке. Тут и личный состав мог хоть немного помыться, так слегка и постираться. И коней в реке искупать было можно.

А мы с помощниками пошли стрелять. Хотя, и отряд Георге к нам присоединился. Нашли очередной овраг, поставили несколько мишеней, и начали. Само собой, был поднят и новообразованный отряд стрелков, уже под командованием подпоручика Воронина. Но на этот раз мы всё же больше постреляли из винтовок Крнка. Благо, что патронов к ним было вдоволь. И лишь под конец попробовали из трофейных винтовок. Там патроны приходилось беречь. Притом, для своих помощников я поставил мишень уже в четырёхстах шагах. Тем не менее, Демьян с Кириллом положили в её центр все пули.

А так, Григорий Васильевич тоже явился в овраг и остался вполне довольным своими стрелками. Уж сам подпоручик и оба унтера оказались отличными стрелками. И пятеро солдат вполне к ним приближались. Но и к дюжине оставшихся особо придираться не приходилось. Да, нам бы больше биноклей! Во всём отряде их нашлось ещё штук пять, и они все оказались у гусар! Даже у Николая Фёдоровича не было. Так что, я ещё утром отдал ему свой. Уже он ему был нужнее. А у меня зрение и так хорошее.

– Да, Борис, а ты молодец! Хороших и верных помощников себе подобрал. А за бинокль спасибо. На свои покупать не решился, а в полку не выдали. Ладно, что хоть гранаты и мины успели собрать.

Я ненадолго сходил и посмотрел на занятия новых гренадеров или гранатомётчиков. Хотя, пока из пехотной роты было взято лишь три десятка солдат. Вот гусар набралось и под полсотни. Ну, да, ротмистр Дельгаузен, и даже барон, вроде, откуда-то из Курляндии, быстро просёк, что с гранатами у кавалеристов его эскадрона больше шансов и боевые задачи выполнить, и самим выжить. Он и сам кинул три раза учебные, а потом пару раз и боевые. И ему явно всё понравилось. Жаль, что пока некому производить эти гранаты.

А так, гусарами как раз руководил поручик Субботин. Ещё пожилой поручик-сапёр Синицын Михаил Евгеньевич и молодой и лихой поручик из улан Голицын Сергей Сергеевич, вроде, младший сын князя Сергея Григорьевича, как я слышал, с прозвищем «Фирс». Да, знатная, богатая и довольно влиятельная семья. Вообще, этих Голициных в Российской империи полно было – можно сказать, как грязи! Это он попытался в расположении своего полка слегка придраться ко мне, как бы проверить мои способности. Вообще-то, если честно, хотел как бы спустить на землю или поставить на место зарвавшегося юнца, точнее, даже унизить. Так что, мне с ним придётся быть осторожнее и уж никак не привечать в свои друзья. Тем не менее, князь здесь. Или Николай Фёдорович посчитал его достойным важной миссии, или сам сумел как-то влезть в группу, или всё же начальство засунуло его туда. Ну, не моё дело, тем более, в армии не служу и тут просто случайно. А так, и по малолетству, ещё больше и бедности, я вообще не интересовался аристократическими семействами. Что делать, не мой круг общения. Если честно, хоть как бы и считался представителем довольно знатного рода, но ни мой отец, ни я сам до сих пор не были признаны не только самими Куракинами, так и другими аристократами, ясно, что и Голицынами. Так что, я наверняка являлся для поручика не совсем приемлемым для его круга общения лицом. И он сейчас ещё и благородие, а я лишь простой «румынский солдат». Но мне на это плевать. У меня сильная поддержка командира отряда, и не из-за родственной связи, а своих дел. И ещё, хоть и юн, я стал довольно важной личностью, и более значимой и влиятельной, чем двадцатипятилетний поручик. Конечно, сышал от других улан, которые изредка заглядывали к тёте Арине, что этот смугловатый, не очень высокий, усатый молодой мужчина, вообще-то, ещё неженатый парень, пользовался большим успехом в петербургском высшем свете и был принят во многих аристократических домах. Но сейчас мы на войне, и тут нет особо важных лиц. Все, кроме командира отряда, довольно равны. Не перед кем, да, выпендриваться. Надо воевать.

Само собой, Николай Фёдорович выдать так уж много гранат гусарам не собирался и не мог. Всё же его отряд был придан бригаде старшего брата. Когда ещё доставят из Санкт-Петербурга новые гранаты и мины? Если о них узнают, то казакам они сейчас могут и не достаться. И кавалеристов запросто могли забрать и обратно в свой полк. Но обучить их, пока есть возможность, не просто следовало, но и обязательно требовалось. Свои же, всё равно вместе воевать придётся и одно общее деле делать. Но гранатами их снабдит уже своё начальство.

Нет, и я с помощниками покидали гранаты – пока раз по пять учебных и по одной боевой. Успешно получилось! Ну, мне всё было привычно, а моим людям требовалось заранее наработать нужные навыки, чтобы ещё и не растеряться во время боя. И ещё, по распоряжению майора, поручик Синицын в тайне ото всех выдал лично мне десяток учебных и сотню боевых гранат. Так что, мы будем упражняться уже сами по себе. И по поручение Николая Фёдоровича на мне висело и обучение бойцов сублокотенента.

А так, я тут же выдал своим помощникам по четыре гранаты. Как раз в нужных кармашках разгрузки и разместились.

И мы ещё успели сходить и искупаться. Тем более, особого разрешения спрашивать уже не требовалось. Конечно, нас, точнее, меня, всё-таки опекал Владимир, ещё и вместе с парой рядовых улан, но он не командовал, а просто составил компанию. Так что, по пути я успел рассказать ему и начало новой сказки, хотя, только то, как княжна Асоль познакомилась с княжичем Греем.

– Э, Борис, это про то, как ты сам познакомился с княжной Татьяной Юсуповой? Тоже ведь на балу.

– Ну, Владимир, какой из меня отважный княжич Грей? Я, что, сын владетеля? Между прочим, ещё год назад мы с тётей Ариной были нищими, и у нас, как в церквях, сдохли бы и крысы. Это сейчас мы немного поднялись. А с Татьяной мы просто дружим, и то против воли её родителей. Даже когда вырасту, они вряд ли выдадут её за меня. Так что, я не рассматриваю Татьяну ни в каком качестве. И она не является прообразом главной героини этой сказки.

И я кратко рассказал корнету о храбром русском дипломате, жаль, что человеке с трагической судьбой, что когда-то влюбил в себя милую и юную испанку, но позже умер где-то в Сибири по пути в Петербург. И сообщил, что будто эта девушка всё ждала любимого и так и не вышла ни за кого замуж. Правда, что там с ней случилось, я точно не знал и сделал заявление, допустив, что могла иметь место и такая ситуация. Моя память говорила, что, вроде, так и было. Да, жаль, конечно, и в жизни так почти никогда не бывает, и такую самоотверженную любовь редко когда можно встретить.

А так, мы неплохо отдохнули. Привал получился довольно длительным, часа на три. Уже сильно после полудня наш отряд тронулся в путь. Мы успели проехать ещё часа четыре. Хоть и не совсем удобно было, я всё же занялся писаниной. Ну, карандашом можно было работать. Всё-таки решил хоть немного новую сказку записать. Красивая же история! Жаль будет, если пропадёт. Если сейчас не запишу, потом могу к ней и не вернуться. Вообще-то, у меня здесь получилось даже смешение двух совершенно разных историй. В первой сказке, и выдуманной, и так всё закончилось счастливо, и Асоль дождалась Грея. А вот во второй истории, как бы и реальной, и случившейся не так давно, главные герои не только расстались, но уже наверняка и умерли. Ведь всё произошло ещё в начале этого века. Может, несчастная красавица ещё была и живой, но этого я не знал. Хотя, вряд ли? Слишком много времени прошло. А вот русский дипломат однозначно погиб и был похоронен где-то в Сибири. Так пусть о них, несчастной паре, хоть добрая память останется. Пусть они будут счастливы хотя бы в сказке. Так что, моя история закончилась со счастливым концом.

Жаль, что эти истории не вспомнились мне чуть ранее, ещё в Петербурге. Как раз такие мне всегда нравились. Но там я был слишком занят гранатами и минами, ещё и другими изобретениями. Так к нам и Вертер со своей семьёй приехал. Как же мне не покатать крошку Еву на велосипеде?

Конечно, сюжет, имевшийся в моей памяти, был немного другим. Но мне захотелось изменить его, как говорится, на злобу дня! Вот я слегка и переделал его под свой вкус. Кстати, черты главной героини я во многом списал со своей миловидной сестры. Она вполне подходила и была достойна. Тяжёлая крестьянская жизнь не успела испортить милые черты Александры. А вот главного героя я решил срисовать всё же не с корнета Шереметева. Хватит ему одного героя из «Острова сокровищ»! Недолго думая, я срисовал главного героя с Михаила Юрьевича Лермонтова, нашего великого поэта. Он, конечно, и сам блестяще вывел одного безобразного героя тех времён, и явно как раз с себя, а вот у меня поэт пусть будет милым и пушистым, ну, да, настоящим святым героем.

Конечно, главной героиней сказки у меня стала крошка Асоль, дочка владетеля княжества Аркадия. Как-то на одном детском балу она познакомилась с княжичем Греем Резаном, сыном владетеля небольшого княжества Аврора, распологавшегося рядом. И у них вдруг возникла друг к другу взаимная симпатия, конечно, детская, но крепкая. Тут жестокие бандиты из большой соседней страны, но не названной, во главе с Альфредо Краттером задумали захватить эти княжества. Они тайком убили отца и мать Асоль, а её чудом спас старый садовник и увёз на побережье Великого океана. Не избежали печальной участи и родители княжича Грея. Они тоже были убиты, а княжество Аврора бандит как бы купил у продажного Великого князя, дяди княжича. Но он его просто обманул и денег полностью не выплатил. Княжича Грея всё-таки успели увезти на парусном корабле «Авось» на север, в холодные земли княжества Танатос, который принадлежал уже другой великой стране, расположенной западнее, хотя, тоже не названной. Но враги добрались и до этих земель и захватили их, и тоже великим обманом. Как бы выделили деньги, но они в казну великой страны так и не поступили. Корабль с золотом как бы утонул в море.

Да, тут возникали нехорошие ассоциации с одним реальным случаем, но я некоторые данные в текст всё же записал. Конечно, уж их Владимиру и другим своим слушателям, если у меня получится продолжить рассказ, я никак не приведу.

А княжич Грей вынужден был бежать, конечно, уже в великую страну. Но он никак не смог забыть милую Асоль. Снарядив большой корабль с названием «Юнона», способный плавать по Великому океану, он тайком отправился в родные места. И ему удалось найти Асоль. Садовник вырастил её, и она превратилась в прелестную девушку. Многие богатые женихи, больше жадные и коварные, хотели на ней жениться, но Асоль всем отказывала. Оказалось, что одна местная гадалка предрекла ей, что она встретит свою детскую любовь, и он приплывёт к ней на корабле с алыми парусами. К этому времени бандиту Краттеру удалось захватить и княжество Аркадию. Чтобы не потерять захваченные земли, он продал их большой соседней стране. Правда, недолго прожил. Свои же разбойники вдруг прикончили его. Но вот его сын выжил и, повзрослев, перебил врагов отца и сам встал во главе банды. Тут он прознал об Асоль и захотел сделать её своей рабыней. К счастью, об этом стало известно княжичу Грею, и он, как раз поставивший на свою «Юнону» алые паруса, тут же отправился спасать Асоль. Он чуть не опоздал. Бандиты всё же не смогли так сразу захватить девушку, и она, чтобы спастись от бесчестия, решила броситься в Великий океан. Но Грей успел вовремя. Пушки «Юноны» закидали бандитов разрывными снарядами, а вовремя высаженный десант во главе с самим княжичем добил выживших, в том числе и Дональда Краттера. И прямо на берегу Великого океана княжна Асоль согласилась стать женой княжича Грея. Жаль, но они лишились своих родных княжеств, и оттого молодая пара на время решила переехать в великую страну на западе и отправилась в её столицу, конечно, Санкт-Петербург. Да, им пришлось совершить большое кругосветное путешествие, но в конце концов они добрались туда. И кто знает, может, они и живут сейчас тихо и незаметно в городе и растят милых детей? Главное, что сумели сохранить свою любовь и соединить свои судьбы.

Конечно, как и в других сказках, и к этой были записаны несколько песен. В первую очередь, это, конечно «Я тебя никогда не забуду». Это княжич пел, когда покидал детский бал. Так он как бы поклялся Асоль. И она ему ответила. Мне ещё припомнилась песня «Прощайте скалистые горы», и там я лишь изменил Рыбачий на Танатос. Как бы княжич пел, когда покидал северные края.

* * *

– Да, Эмиль, ну и натворил ты дел! Ещё и твой сублокотенент добавил! Даже и не знаю, как всё это подать.

– Э, дядя Давид, я не ожидал, что он пустится во все тяжкие! Вроде, всегда был исполнительным? Я просил его лишь больше подслушать откровения юнца, а он, получается, решил сопроводить его прямо до его дяди? Ещё, значит, уже и воевать начал?

– Да, отряд сублокотенента разгромил полусотню башибузуков и ещё взял и десяток пленных. Это официальные данные из штаба Великого князя Николая Николаевича, и русские уже запросили у нас данные на бойцов этого отряда для их награждения. А ещё они спрашивают, что он там делает и каковы наши дальнейшие замыслы. Мы пока промолчали. Да, Эмиль, откровения юного князя насчёт новой тактики действий и стрелкового строя, ещё и об укреплениях, признаны достойными внимания. И он дал в Зимнице субофицеру Мартину Сабатини право на производство «солдатских разгрузок». Нужная вещь! Полковник Тутолмин входит в ближайшее окружение Великого князя Николая Николаевича, и юнец явно подслушал то, что обсуждали в Главном штабе русских.

– Да, простите дядя, я не думал, что так повернётся. На вид князь вообще безобидный юнец, и довольно симпатичный. И музыка у него красивая, и голос хороший. Если подумать, просто способный мальчик, ещё и глупый, раз болтает непонятно что! А он, оказывается, почти что готовый лазутчик!

– Да, Эмиль, странный мальчик. Наши агенты в штабе русских сообщили, что как будто это он написал в своём письме, что скоро Осман-паша с большой частью своих войск уйдёт в Плевну. После этого русские сильно встревожились и начали отправлять войска, что под рукой, в эту Плевну. Вот и «отряд особого назначения» твоего сублокотенента как будто движется туда. Он теперь находится в составе отряда майора Тутолмина, младшего брата полковника. Вот и получилось, что и мы невольно, хоть и лишь небольшим отрядом лазутчиков, включились в войну с турками-османами. И теперь мы в небольшом затруднении, не знаем что делать.

– Отозвать бы отряд сублокотенента, и всё!

– А как это сделать, Эмиль? У нас с ним прямой связи нет. А через русских нежелательно. У нас с ними и так сложные отношения. Если отозвём, то могут и не понять. И тебе ничего не будет. Наоборот, скажут, что это ты этот отряд послал.

– Да, дядя, но я послал сублокотенента лишь до Александрии! Это он сам сорвался на другой берег Дуная!

– Ничего страшного, Эмиль. Ты дал ему полномочия, вот пусть и воюет! Хоть какое, но участие. И русские слегка успокоились, и, главное, простому народу понравится. Погибнут, сделаем героями. И, главное, в истории останется, что это ты их послал!

Глава 16

* * *

Глава 16.

Есть порох в пороховницах!

Но нам помешали. Судя по карте, до Плевны оставалось ещё вёрст пятнадцать. Немного, к ночи могли всё-таки и доехать. Чтобы подстраховаться, Николай Фёдорович кинул туда весь эскадрон гусар. И наш караван, и так сильно растянутый, остался почти без прикрытия с боков. Нет, по паре отделений из пехотной роты туда, на расстояние по три-четыре сотни шагов, всё же были выдвинуты. Вот одна их них, прикрывавшая часть колонны слева, с юга, ближе к середине, нежданно подверглась удару конной сотни башибузуков. Но большая часть отряда стрелков подпоручика Воронина осталась сзади – прикрывала обоз с тыла. И сам майор с частью улан, в том числе и корнетом Шереметевым, и поручиком Голицыном, само собой, и взводом пехоты, находился впереди. Получилось, что в центре колонны охраны почти не виднелось. Разве что несколько пеших улан во главе с поручиком Силантьевым из нижегородских дворян и пять стрелков? И сапёры, и уланы парами были разбросаны по всей её длине. Я сидел в повозке, как раз дописывал песни, и своих помощников усадил в пару соседних. А что им топать и силы зря тратить? И Георге некоторых солдат послабее усадил на повозки. У него по дороге устало брела лишь крепкая шестёрка. Но бывалый сублокотенент и им давал время от времени отдохнуть. Усталые солдаты и толком стрелять не смогут.

Хорошо, что отряд шёл по довольно ровной и безлесистой местности. Река Олым, и с берегами, местами густо заросшими разным кустарником, осталась уже справа и сзади. А бандитам, похоже, было всё же невтерпёж? И они, скорее всего, наверняка не хотели воевать в темноте. Так что, конная лава резко выскочила из небольшого лесочка, находящегося в шагах четыреста, и ринулась к повозкам. Но головорезам и на этот раз сильно не повезло. Тут нас вовремя выручили Демьян и Николай. Ну, да, хоть мы и ехали, но у меня по паре человек всё время бдительно смотрели по сторонам. Это Косту я сейчас припахал, чтобы он чинил нашу новую обувь. Хотя, старую, выданную из запасов отряда.

А Демьян, едва увидел выскочивших из леса всадников, пока не успевших и набрать скорость, тут же крикнул мне:

– Княже, бандиты! Сейчас дозор порежут!

И я тут же из всех сил заорал:

– Отряд, к бою! Трофим, стой! Демьян, Николай, огонь!

И тут же один за другим хлестнули два выстрела. И почти сразу же по башибазукам выстрелили Димитрий с Кириллом. А далее к ним присоедились и мой Коста, и вся группа сублокотенента. Да, из винтовок Мартини-Генри как бы можно было поражать даже на расстоянии больше версты, но вряд ли простые солдаты попали бы там в цель. Вот на шага четыреста они могли стрелять, и спокойно. Тем более, мои помощники. Уже после выстрелов Демьяна и Николая один конь упал и пропал среди неплохо вытянувшихся сорняков. Хотя, и пшеница уже набрала рост. А так, дружный огонь моих помощников и румын уже начал косить башибузуков. Ещё и взвод пехотной роты, хоть и рассыпанный среди повозок, открыл по ним ожесточённый огонь. Не самые лучшие стрелки, но хоть что.

Но и унтер семёрки дозорных оказался толковым. Они тут же залегли где-то среди травы, и несколько солдат там осмелились сделать и по паре выстрелов. Больше, правда, не успели. Конные башибузуки слишком быстро приблизились к ним. И многие из них попытались на ходу открыть огонь и по дозорным, и по обозу. Но часть солдат дозора была вооружена и гранатами. Не зря же учили. Так что, среди башибузуков ожидаемо вспухли разрывы гранат, хоть пока и лишь три. Затем ещё три, и уже почти рядом с залегшими в траве дозорными. Тут три солдата вскочили на ноги и попытались бежать, но тут же были зарублены передовыми всадниками. И уже прямо на месте, где лёг дозор, вспухли два последних разрыва.

Но и со стороны нашего отряда по башибузукам вовсю вёлся ожесточённый огонь. Бандиты ещё не успели пройти и половину пути, но немалая их часть погибла. Точнее, больше пострадали их кони, но наверняка и кто-то из них получил наши пули. Уж Демьян точно подстрелил нескольких из них. Мы все залегли за повозками. Тут и я, удобно разместившись на земле, прицелился в одного бандита, и неплохо одетого. Выстрел, и он тут же откинулся назад, а потом и слетел со своего коня, яростно нёсшегося вперёд. Вторым выстрелом я снял ещё одного. А третий попал уже в коня, и он тут же споткнулся, опрокинулся на бок и больше не поднялся.

Тут башибузуки явно поняли, что дойти до повозок они не успеют. Хотя, и их выстрелы достигли цели. И у нас явно имелись потери, и больше лошади. Ведь вся колонна встала. Ещё и из травы постреливали – это, конечно, упавшие или спрыгнувшие на ходу бандиты. Но лава, уже не более половины, начала заворачивать назад. Она сильно закруглённой дугой пронеслась в паре сотен шагов от колонны, а затем из всех сил рванула к прежнему лесочку. И нам не надо было дать им там спешиться. Хотя, башибузуки явно решили последовать и далее.

– Демьян, Кирилл, продолжить огонь! Остальные, короткими перебежками, за мной! – рявкнул я резко. – Надо быстро добежать до дозорных. Может, кто и выжил?

Я как заяц резко попетлял по полю. Десяток шагов, и сильно пригнувшись, рывком вперёд, потом падал на землю и перекатывлся вбок три-четыре раза или резво отползал на пять-шесть шагов, ещё рывок, третий, четвёртый… Винтовка у меня, конечно, осталась у повозки. Не в моих силах было таскать её. Но мои помощники свои взяли. За нами тут же пустились и Георге и несколько его солдат. Оставшиеся тоже вели огонь по башибузукам.

Попетляв пару сотен шагов, я ненадолго прилёг на землю. Да, хоть немного отдышаться надо. Почти сразу же рядом со мной легли Димитрий и Коста, а затем и Николай.

– Винтовки с собой? – спросил я?

– Да, княже! – хором ответили все трое.

– Николай, выцеливай бандитов. Откуда стреляют, туда сразу же и стреляй. Сделал выстрел, откатись или отползи немного вбок и смотри. Увидел кого, опять стреляй. А мы вперёд!

И я пополз вперёд уже по-пластунски. Потому что впереди валялись и кони, и люди. Первый турок, до кого дополз, оказался раненым. Но я его тут же заколол. Мне же ползти ещё далее, а за спиной живой враг не должен оставаться. Второй бандит оказался уже мёртвым. Немного правее почудилось шевеление, но врага я ещё не увидел, поэтому застрелил его из револьвера. Короткий вскрик на незнакомом языке подтвердил, что попал.

Тут ко мне доползли и Димитрий с Костой, и румыны. Сам Георге догнал меня. Конечно, его красивая офицерская форма после этого превратится просто в тряпки. Ну, ничего, починит, а после, уже у своих, как-нибудь новую купит. Может, и новую, казённую дадут? Главное, выжить, а всё остальное не важно.

– Князь Борис, пожалуйста, больше вперёд не лезьте! – сказал мне сублокотенент на немецком. – Дальше мы справимся сами.

– Dă-i drumul! Cine nu renunță, termină-l! (рум. – Вперёд! Кто не сдастся, добить!) – услышал я возглас Георге.

Да, далее я пополз уже сзади, за Дмитрием и Костой и бойцами сублокотенента. Хотя, и мне пришлось застрелить из револьвера пару башибузуков. Но до дозорных мы добрались.

К счастью, унтер и один из солдат, хоть и находились без сознания и еле-еле дышали, были живы. Так что, мне пришлось остаться сзади, чтобы срочно их перевязать. А то истекут кровью. Два других, оказавшихся гранатомётчиками, просто подорвали себя и добравшихся до них башибузуков, точнее, их коней. Несчастные животные, ещё живые, лежали рядом, и дёргались. Конечно, были ранены и их всадники. Но один из них уже лежал полностью связанный. А ещё пару бандитов румыны просто закололи.

Чуть позже сзади, со стороны обоза, послышался «Вперёд!». Это уже поручик Долгов собрал под взвод солдат и бегом повёл их, уже с примкнутыми к винтовкам штыкам, в поле. К счастью, со стороны лесочка никто по ним не стрельнул. Правда, там уже пару раз прощёлкали револьверные выстрелы. Значит, румыны и мои помощники дошли и туда. А я, найдя в сидорах бандитов разные тряпки, старательно стал мотать унтера. Солдата я уже перевязал.

– Князь, живой? – послышался голос поручика. – А, понятно! Так, ребятушки, быстро взяли Филимонова и понесли к санитарной повозке. Пусть Савушкин займётся. Двое, останьтесь с князем. Как он закончит, унтера Семёнова тоже в повозку. Остальные, за мной!

Тут ко мне прибежали уже Демьян с Кириллом.

– Княже, похоже, что башибузуки уже ушли? Наши в лесочке. Что далее делать будем?

– Пока сховайтесь здесь где-нибудь за кочками и следите. Вдруг кто из врагов уцелел и выстрелит? Тогда его добить. Позже, как солдаты начнут шмонать бандитов, подстрахуйте их. Вдруг там кто из них живым окажется и на наших кинется? Сами ничего не трогайте. Нам всё равно долю выделят. Вы у меня на службе, и я вас не обижу. Главное, чтобы наши не пострадали.

Когда я закончил перевязку унтера, солдаты роты и часть ездовых уже вовсю шмонали поле битвы. И они были злы. Часть раненных башибузуков была просто безжалостно добита.

Чуть позже на место схватки прибыл и Николай Фёдорович. В это время мы с сублокотенентом как раз лазили по лесочку. И нам как бы сильно повезло – мы нежданно наткнулись на место сброса башибузуками части своей добычи. Они же в атаку шли, вот и оставили. Там нашлось несколько приличных кучек разного добра. Было похоже, что они где-то здесь пограбили местных болгар. И мы освободили ещё и десяток пленников – четверых парней и шестерых девушек. Им было примерно по шестнадцать-двадцать лет. Слегка избиты, но целы. И девушки даже не были изнасилованы. Скорее, не успели, так как жадные бандиты решили сначала разгромить нашу колонну. Ясно, что более лакомая цель, а охраны как бы никакой. Димитрий сразу же вступил в разговор со своими земляками. Правда, оказалось, что его разговор немного отличался от речи местных. Те сильно ему обрадовались, особенно девушки. Чуть позже он сообщил мне, что на нас напали пришлые башибузуки откуда-то из-под Филиппополя, но не черкесы. Надо же, куда забрались! А спасённые оказались из какой-то деревушки чуть южнее дороги. Ну, повезло им!

Увидев нашу добычу и спасённых, Николай Фёдорович лишь удивлённо воскликнул. Хотя, мы же не зря сражались.

– Да, Борис, это тебя разным разбойникам надо опасаться. Надо же, какой богатой добычей разжились! Ладно, спасибо, хорошо справились. Твои помощники настоящие бойцы!

Конечно, бойцы! Я и сам не подарок!

– Сублокотенент Лозяну! – К Георге майор обратился уже на французском языке. Они оба его знали. – Позвольте выразить Вам и вашим воинам от себя лично и от имени командования огромную благодарность. Ваши действия будут отражены в моём рапорте, и я буду просить своё командование отметить ваш подвиг достойными наградами. Хорошо иметь таких союзников, как Вы!

Тут Николай Фёдорович просто подошёл к сублокотененту и пожал ему руку, само собой, от всей души. Правда, далее он отослал меня и Демьяна с Николаем к повозкам. Чтобы я как бы находился в безопасности. Хотя, другую мою троицу припахал. Но я и не подумал ослушаться. Честно говоря, и на этот раз вымотался. Это во время схватки я ничего не чувствовал. А сейчас, как накал схлынул, понял, что потратил слишком много сил. Да, разум уже слегка отвердел, а вот тело было слабоватым. Нет, силой и воинскими умениями я и сейчас превосходит многих, но мне ещё вырасти требовалось.

Зато Трофим встретил меня радостно. И он уже приготовил для меня много еды. Ещё как бы и благодарность за хорошее отношение. Хоть простые солдаты и унтера отчества не имели, я порой называл его по имени и отчеству. Ну, да, ему было уже под тридцать лет. А к старшим надо всё-таки относиться уважительно.