Текст книги "Вот и свела нас судьба (на войне как на войне) (СИ)"

Автор книги: Анатолий Патман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 19 страниц)

Глава 18

* * *

Глава 18.

Готовимся…

А утром мы продолжили оборудование опорного пункта. Хотя, и чуть западнее Гривицы кавалеристы-кавказцы начали оборудование другого пункта, но как-то вяло. Тут два гусара привели к нам два десятка болгар разных возрастов. Шестеро парней и два подростка тут же вызвались пойти служить в ополчение. А дюжину мужчин постарше мы поставили копать укрепления. А так, оказалось, что в Плевне начался шмон турок и мобилизация болгар. Чуть позже в городе даже послышались редкие выстрелы. Ближе к полудню мы увидели, как под охраной кавказских кавалеристов большой обоз с гражданскими, примерно в полусотню повозок и телег, двинулся на восток. Турок точно надо было выслать из города. А то во время обороны не до них будет, и их мужчины под шумок наверняка попытаются резать русских солдат.

Корнет сходил в Плевну и чуть позже привёл ещё два десятка болгар и десяток болгарских женщин, и приказ Николая Фёдоровича, правда, только мне, явиться к нему. Ещё шестеро мужчин помоложе вызвались в ополчение и, надо же, две девушки. Мужчины пошли копать, а женщин мы засадили чинить солдатскую форму, бывшую в употреблении, и шить разгрузки. Ещё я сделал им отдельный заказ от себя. И пару рисунков интересных отдал. Болгарки хмыкнули, но охотно согласились поработать. Странный юный русский князь их не только забавлял, но явно и понравился.

А я взял Демьяна с Николаем, и мы поехали верхом на трёх лошадях. Чтобы никто к нам не придирался, мы до сих пор ходили в румынской форме. А что, отряд особого назначения, и сам по себе. Но в центре города нас удивило столпотворение там казаков, на вид, и полусотни. И у майора я вдруг застал незнакомого казацкого офицера, оказалось, есаула Афанасьева, и сильно злого.

– Господин майор, у меня задание проверить Плевну, а потом я должен разведать путь в Ловчу и далее вернуться в Тырнов.

– Ничего, есаул, сходите. У меня две просьбы – есть ли среди вас те, кто служил пластунами или имеет представление об их службе, и мне надо аккуратно проверить дорогу на запад. Просто не хочется выдавать своё присутствие в Плевне. А вы, казаки, высланы в разведку во все стороны и не привлечёте особого внимания. Поэтому сейчас немного пройдите на запад и посмотрите, есть ли там турки. Если вам попадутся башибазуки, то сразу же отходите. А я двину туда свои эскадроны для их уничтожения. Скоро сюда должны явиться казаки Кавказской дивизии, вот тогда вместе с ними и отправитесь в Ловчу. А то вашей полусотни там может и не хватить.

Николай Фёдорович всё же уговорил казаков, тут же посулив им кое-какой хабар с недавних трофеев. И у них нашлись и три казака, один из них и бывший пластун, просто ушедший от них по болезни, имевшие представление о службе пластунов. Так что, они остались у нас, а есаул получил расписку о временном переводе троицы в распоряжение майора Тутолмина.

И полусотня отправилась на запад для проверки наличия там турок и башибузуков. Пощипать врагов, если есть возможность, не помешает. Да, на самом деле правильное решение.

– Ну, как у вас дела, Борис? Знаешь, я уже перестал удивляться. Владимир сообщил, что у вас новые укрепления. Мы тоже решили оборудовать опорный пункт на холме южнее деревни Буковлек и построить линию обороны по окраине Плевны. Григорий Васильевич сам решил сходить и посмотреть, что вы там копаете.

– Э, Николай Фёдорович, знаете, сколько я просидел в прошлые годы в библиотеке гимназии? Это лишь недавно начал заниматься музыкой. Вот, после болезни вдруг прорезалось. Мне бы просто жить, но уже не получается. Хочется побольше успеть. Я же чуть не умер. Ладно, что тётя Арина меня спасла. Я её так люблю, как маму.

– Ладно, Борис, мы все хотим больше успеть и улучшить жизнь своим близким. Ты, главное, береги себя. А сейчас к тебе просьба. Ты же хотел заминировать здания и колокольни, и минареты. Мы тут слегка прошерстили местных турок и нашли у них много оружия. Да, всё-таки оказались местными башибузуками. Некоторые и пытались сопротивляться, но мы их того. Сейчас Михаил Евгеньевич даст тебе двоих сапёров, а Григорий Васильевич десяток солдат, и начните минировать окраины Плевны. За ними будет первая линия обороны. Траншеи уже начали копать, так и готовить дома для стрелков. А то у нас сапёров не хватает. Они и так всю ночь работали. Мост, сам знаешь, уже взорвали, и мины вдоль реки понаставили. А мне надо идти проверять кавалеристов. Не хотят копать и оборудовать себе опорные пункты. Ещё из них создали и по три группы стрелков и конных гренадеров. Тут уже легче. Так что, помоги.

Я бы и так взялся. Тут же взял выделенных сапёров – унтера Якова Васильева и рядового Тимофея Семченко, ещё и десяток солдат под командованием унтера Павла Червонного, само собой, Демьяна с Николаем, и мы пошли ставить мины вдоль окраины Плевны. Да, почти все дома там заминировали. Их обитатели ушли в дома выселенных турок. Кое-где я поставил и растяжки, особенно в подвалах и кладовках с оставшимся имуществом. Чтобы никто в них не лазил, двери и окна в домах и разных хозяйственных постройках просто накрепко забили. Да, кто залезет, на что-нибудь нарвётся и взорвётся. А сзади этой линии другие сапёры и солдаты готовили своего рода доты и сединяли некоторые укрепления траншеями и разными препятствиями. Тут я как бы случайно посоветовал унтеру Василию Липатову накидать в тех местах, где никто не будет ходить, самодельные «чесноки» хотя бы из досок с гвоздями. Ну, они и сами много чего приготовили, но главным для них являлась подготовка укреплений и оборудование позиций для стрелков.

Мы провозились до самого вечера, а потом прихватили и часть ночи. Да, заметили, что в городе поднялся небольшой шум. Николай сходил в центр и выяснил, что это в Плевну прибыл ещё один эскадрон из бригады Ивана Фёдоровича. Но основные силы, вроде, немного отстали, так как тащили пушки. Это уже радовало.

Глубоко ночью мы заминировали колокольни и минареты, но мины потом можно было снять. Входы в церкви Святого Николая и Святой троицы, ещё трёх мечетей тоже забили. Вообще-то, в церкви большинство местных болгар, боясь преследования турок, особо и не ходило. Потому что на христиан и налоги были повышенными, им не разрешали заниматься многими доходными промыслами, и вовсю ущемляли сами болгары, перешедшие в мусульманство, да, новые турки. Не говоря уже о захватах турками, башибузуками и черкесами рабов для себя и женщин в свои гаремы. Притом, ни один судья-кади, оказывается, не принимал жалоб болгар насчёт зверств и притеснений в отношении них. Да, тут невольно и самому только так хотелось вешать прямо на месте проклятых турок! Ну, насчёт прошлогодней апрелевской «батакской» резни болгар, и именно башибузуками, весь мир и так знал.

Лишь ближе к рассвету мы с Демьяном и Николаем вернулись в свой лагерь и завалились спать. Они тоже сильно измаялись. Ясно, что парни сами ничего не минировали и были у меня на подхвате, но я их понемногу учил. И они нечему не удивлялись.

А унтер Васильев прямо сказал:

– Была бы моя воля, княже, я бы сразу же перешёл служить к Вам! Я ещё не видел лучшего минёра!

– Э, Яков Семёнович, я же не минёр. Просто мне пришлось много разных умных книжек почитать, вот и пригодилось.

– Да, княже, так начиталась, что эти мины и гранаты сами создали. Александр Порфирьевич сказал, что это ему у Вас надо учиться, а не брать Вас в ученики.

Ну, унтер как раз и плотно работал с моими наставниками и знал некоторые тайны насчёт меня.

– Нет, мне ещё до него, Яков Семёнович, далеко! Зато мне насчёт учёбы беспокоиться не надо. Меня будет учить и уже и учит один из лучших учёных в мире, ещё и великий композитор.

– Да, княже, Александр Порфирьевич поистину велик.

Так что, с усталости мы трое легли спать и встали, сильно полусонные, уже после завтрака. Ну, еда для нас была уже и так приготовлена. Две милые болгарки, Божена Драгомирова и Амина Диброва, что ни есть мои помощницы, сразу же принесли. Правда, девушек, оказывается, мучил совсем другой вопрос:

– Княже, и когато ще ни учат да стреляме? (болг. – Княже, а когда нас стрелять учить будут?)

И я вполне понимал девушек. Им было лишь по восемнадцать лет, но они чудом избежали измывательства башибузуков над ними. Не знаю, что те натворили у них в селе, но, думаю, ничего хорошего. Хотя, пленные из них есть, и, насколько я знал, Николай Фёдорович и команду дал провести дознание насчёт их зверств. Я сам ему сказал, что надо провести военный трибунал над злодеями.

– Вот прямо сейчас, бойцы, и пойдём!

Да, быстро поели и пошли. Заодно по пути проверил, как идёт устройство опорного пункта. Оказывается, нам дали ещё два десятка болгар, хоть и больше молодёжи. Окопы уже закрывали почти весь периметр, на холме угадывались траншеи. Ещё и строились по паре блиндажей и дзотов, хоть пока лишь в три наката. Ну, должно хватить. Сейчас пушки ещё не такие мощные, как позже.

А в ображке рядом я сам показал всем шестерым девушкам, как обращаться с винтовой Мартини-Генри. Потом они сделали по три выстрела. И ведь умудрились попасть в мишени, хоть и не всеми пулями. Как раз Божена и Амина и попали, и почти в центр. Я тут же отдал первой свою винтовку, а Николай – второй. Ну, для себя мы ещё достанем. Она у меня и так просто лежит.

– Сейчас научитесь чистить их, а потом Демьян с Николаем покажут вам, как совершать короткие перебежки. И ещё копать маленькие окопы, и лёжа. Иначе враги подстрелят.

Оставив своих помощников обучать своих новых бойцов, я пошёл проверять болгарский легион. Димитрий вполне справлялся с новым назначением. Коста ему помогал, и Кирилл учил ополченцев обращению с оружием. Все они были в пехотной форме. Хотя, им ещё помогали сам подпоручик Михасевич и трое солдат. А Владимир, оказывается, уже был срочно вызван в штаб.

– Князь Борис, только что сообщили, что прибыла бригада и сам полковник Тутолмин. Иван Фёдорович вызвал Вас к себе.

– Хорошо, Денис Петрович. Прямо сейчас и отправлюсь. Вчера слышал, что вместе с бригадой должны были прибыть и пушки. Не знаете, они прибыли, и сколько?

– Прибыли, князь, и много. Около сорока. Ещё и пехотный батальон из двадцатого Галицкого полка.

– О, даже так! Что же, тогда нам стоит оборудовать прямо на холме и хотя бы со стороны Гривицы позиции для артиллерийских батарей. Ещё и запасные позиции. А так, не мешало бы прикрыть и юг. Жаль, что у нас людей всё же маловато.

– Посмотрю, князь, и одну группу болгар выделю прямо сейчас.

Я не стал трогать своих помощников, просто взял одного из солдат из приданного пехотного взвода и поехал в Плевну. Да, бригада точно прибыла. Везде виднелись казаки, но больше тут и там собрались большие группы кавказских горцев. Оказалось, что прибыли ещё десять эскадронов и семь конных батарей. В полках бригады числилось по шесть эскадронов, ещё в бригаду входили одна отдельная сотня и две батареи четырёхфунтовок. И общая численность подкрепления, конечно, с учётом трёх эскадронов, прибывших ранее, и пехотного батальона, достигала как бы и более четырёх тысяч воинов. Да, солидно! Уже можно было продержаться в Плевне хоть немного. И разных припасов они немного привезли. И запасы турок в Плевне были прихвачены. Так что, продержимся!

Честно говоря, я был не совсем высокого мнения об боевых качествах горцев. Лично, может быть, и храбры, и то не всегда, но вот с дисциплиной они наверняка не совсем ладили, и дружными действиями в составе своих взводов и эскадронов, тем более, всей бригады, вряд ли блистали? Почти те же башибузуки, просто более дисциплинированные. Ну, может, и воинских умений больше – всё же, не сброд, а в российской армии служат.

Иван Фёдорович меня не сразу принял. Ну, и не стремился – у него наверняка полно было дел. Я сразу же услышал от корнета Шереметева, встретившего меня, что Владикавказский конный полк полковника фон Левиза оф Менара, в составе шести эсэскадронов ещё и Осетинский дивизион отправляют в Ловчю. Как бы приказ самого Верховного Главнокомандующего, Великого князя Николая Николаевича. Он, оказывается, уже должен прибыть в Тырнов. Вот поэтому казаки торопились туда. Хотя, они же должны доложить о ситуации во всей округе. Просто она может резко поменяться. Только одного полка казаков наверняка будет мало для удержания Ловчи. Но надо захватить и Орхание, и это прямая связь с Софией. Оттуда могли прибыть и более многочисленные турецкие части. Ну, высокому начальству видней, и не в моей власти всё поменять. Главное, надо отстоять Плевну. Только вот шесть сотен второго Кубанского казачьего полка полковника Кухаренко и один пехотный батальон, ещё и плохо обученный, майора Позднякова – явно не те силы, что нужны для обороны столь большой и трудной местности! Ладно, не я тут решаю, и авось нам повезёт?

– Борис, а что там со сказкой? А то закрутились, и ты вчера пропал до самой ночи. Может, расскажешь продолжение?

Надо же, Владимира сейчас больше интересовала моя сказка? Ну, война войной, а обед по расписанию. Жизнь же продолжается! Людям на войне всегда страшно, и их успокоить требуется. Так что, я не стал упираться и охотно продолжил свои «Алые паруса». И слушатели нашлись – те же казаки и горцы. Вообще-то, часть из них и русский язык плохо понимала. Ну, ничего, кто знает, расскажет другим. Я постарался подать сюжет как можно более кратко и как раз успел дойти до прибытия «Юноны», ещё и с поднятыми алыми парусами, в небольшую и нищую прибрежную деревню Зурбаган, расположенную недалеко от форта Алроса, бывшей столицы княжества Аврора, а ныне тихо превратившегося лишь в заурядную крепость, и с чужим гарнизоном.

– Алые паруса? Должно быть красиво! Я бы тоже явился к своей любимой на яхте с такими парусами! – как-то мечтательно проговорил корнет Сергей Оболенский, командир конного взвода из бригады Ивана Фёдоровича, и того же возраста, что и Владимир. – А Ваши песни, князь Борис, когда мы послушаем?

Да, всё крутился, и пока никак не до песен было.

– Да, когда скажете, князь Сергей, и если Иван Фёдорович разрешит. Всё же, сами понимаете, и с ним всё надо согласовать.

– Спросим, князь Борис. Думаю, что он разрешит.

Но тут меня, наконец, позвали к командиру бригады. Иван Фёдорович, конечно, был слегка сердит.

– Ну, наконец, нашлась пропажа! Борис, я и сам, и не только Арина, себе места не находил. Она сразу же написала, что ты поехал ко мне. Просто долго собирался.

– Э, Иван Фёдорович, простите, пожалуйста! Понимаете, я не мог пройти мимо такого важного события. А теперь дошёл сюда, посмотрел, и уже успокоился. Мне только в Плевну и надо было, больше никуда. И теперь, раз Вы здесь, всё хорошо!

– Похоже, Борис, ты с самого начала всё предвидел? Ну, ладно, что и как, выпытывать не буду. Главное, ты здесь, и с тобой всё хорошо. Но теперь надо вернуться домой. Меня же Арина не простит, если с тобой, Борис, что-нибудь случится!

Да, тут мне в очередной раз пришлось сдаться:

– Да, Иван Фёдорович, поеду. Я сильно люблю маму Арину и не хочу её, и никак, огорчать. И я буду сильно беречься.

– Ладно, Борис, пока безопасно, и ты нужен здесь. Николай уже всё рассказал мне. Хотя, и я не удивлён твоим знаниям. Так что, ты останешься на своём опорном пункте. Его командиром официально будет назначен корнет Шереметев. Но ты всё-таки личный помощник Николая и им и останешься, так что, волен предпринимать любые действия, которые посчитаешь нужным. Один полк из моей бригады отправится в Ловчу, и с ним уйдут две батареи четырёхфунтовых пушек. Поэтому я могу выделеть вам, хотя она в тылу и не нужна, лишь одну батарею, и только четырёхфунтовок.

О, такого я вообще не ожидал!

– Спасибо, Иван Фёдорович. С пушками я точно буду в полной безопасности! Ни один турок до нашего обоза не доберётся!

– Ладно, иди, Борис. Пока сиди в своём опорном пункте и ни на что не отвлекайся. Да, в ваше подчинение выделяется ещё один пехотный взвод из пятой, запасной роты прибывшего батальона. И дадим больше болгар для земляных работ. Так что, работайте.

И я пошёл. По пути забрал с собой толпу болгар из четырёх десятков душ, конечно, больше молодёжи. И там дюжина оказалась женщинами и молодыми девушками. Да, на удивление, со мной пошли и четыре семейные пары, и ещё с малолетними детьми. Ладно, что там оказались всё-таки пять мальчиков и три девочки пяти-десяти лет. Эти семьи почему-то не захотели сидеть в Плевне.

Да, мне пришлось взять с собой и детей. А куда их деть? Ну, пусть немного посидят на высоте. Придётся соорудить им лишние блиндажи. Ничего, я их в обиду не дам!

Глава 19

* * *

Глава 19.

Пока всё спокойно?

Но меня ненадолго задержал и Николай Фёдорович. Вместе со мной он отправил десяток повозок, уже выбранных, но загруженных оружием и боеприпасами, отобранных у местных башибузуков. Ну, надо же, тут целую роту можно было вооружить! Из сотни винтовок и карабинов меня привлекли два десятка тех же английских винтовок Мартини-Генри и ещё столько же американских Винчестеров. Ещё и патронов к ним было загружено немало. Так что, и для учёбы, и для боёв хватало. Остальное оружие оказалось разнообразным, в том числе и пистолеты, и револьверы. Главное, патронов хватало. Ну, десяток «Смит энд Вессон» я приметил сразу. Так что, надо будет выбрать себе второй револьвер и заменить их у Демьяна и Николая.

После прибытия на опорный пункт я занялся распределением болгар. И тут шесть мужчин и четыре девушки захотели записаться в ополчение. Что же, я был им рад. А вот остальные мужчины пошли в землекопы. И женщинам у нас работы хватало.

Да, револьверы своим помощникам я заменил, а их прежние, уже слегка подчищенные, очутились среди трофеев от башибузуков. Только они могут замышлять нехорошее против нашей Российской империи! Больше некому! Так что, вряд ли кто что узнает!

Так как немного позже к нам прибыла и конная батарея, надо же, из шести пушек! Ещё и снарядов там полно было – и фугасов, и гранат, ещё картечи и даже немного шрапнели. Пушки стреляли гранатами почти на шесть вёрст! Так что, воевать было можно. Это оказалась штатная батарея из бригады Ивана Федоровича. В её состав, помимо двух дюжин артиллерийских лошадей, десятка коней командования, входили ещё два десятка животных, тянувших десяток двуконных повозок со снарядами и другим имуществом. И, главное, личный состав численностью под сто двадцать человек всё же состоял из русских, и не всегда казаков. Но два десятка ездовых и десяток обслуги вряд ли являлись подготовленными бойцами? Но сотник Лисицын, из царицынских дворян, как бы являлся умелым артиллеристом. Хотя, это позже видно будет. Хорошо, что из восьми хорунжих в батарее никого из знати не имелось. А то я постепенно убеждался в том, что у неё с дисциплиной не всё было в порядке. И ярким примером тут являлись офицеры кавалерийских эскадронов. Но и с казаками приходилось держаться насторожённо. И уж, не знаю, что можно ожидать от кавказцев бригады?

Только вот второй полк как раз при моём отбытии стал спешно собираться в путь в сторону Ловчи!

– Что же, Константин Сергеевич, хоть и странный вопрос, но нам тут надо определиться с тем, кто будет командовать опорным пунктом и личным составом, размещённым на нём. Полковник Тутолмин сообщил мне, что комендантом пункта назначен корнет Шереметев. Так что, Вам и Вашей батарее придётся исполнять все его приказы. Ещё и мои. Потому что майор Тутолмин назначил меня, до особого его распоряжения, и полковник Тутолмин это подтвердил, своим личным помощником и куратором этого опорного пункта. Вы, пожалуйста, не удивляйтесь и не принимайте сразу в штыки мои распоряжения. Хоть я и молод, но у меня есть необходимые знания. Ещё, как сами видите, и родственные связи. А что касается опорного пункта, то под моим прямым введением будут находиться отряд особого назначения сублокотенента Георге Лозяну и все болгары, в том числе и их ополчение. У меня есть и свои помощники, в том числе и особы женского пола. Обеими пехотными взводами и личным составом, приданным уланам, будет руководить корнет Шереметев. Надеюсь, Константин Сергеевич, мы с Вами поладим?

Слава богу, что поручик попался понятливый!

– Что же, князь, Иван Фёдорович уже предупредил меня обо всём. Тем более, Вы тут будете находиться не так много времени, лишь до прибытия турок, так что, потерплю. А теперь, если можно, ознакомите меня с обстановкой и, да, ставьте уже и боевую задачу.

И начало разговора мне понравилось.

– Что же, Константин Сергеевич, ничего такого. Позиции для артиллерии уже начали готовить. Обоз отправьте к обозу улан. А Вам надо будет срочно подготовить, в том числе и силами личного состава вашей батареи, основную и запасные позиции на холме, и лучше для кругового обстрела. Ещё желательно оборудовать одну позицию как можно ближе к Гривице и вторую на южной стороне нашего опорного пункта. Это на тот случай, если враг нападёт на нас с юга. Копать придётся всем. Хотя, болгары вам помогут. И, да, если можно, завтра же пристрелите обороняемую зону на максимальную дальность. Пути для перемещения орудий на все позиции должны быть подготовлены. Ещё обязательно сделайте укрытия для личного состава, желательно наподобие наших.

Ну, да, мне тут насыпные редуты, используемые в это время, были не нужны. Всё должно быть незаметно для врага и хорошо замаскировано. Чтобы никто толком не знал, что за позиции тут.

– Хорошо, князь, я осмотрюсь и распоряжусь.

И спокойный сотник удалился к своей батарее. А подпоручик Михасевич покажет ему сам опорный пункт. Чтобы не сделать урон чести офицеров, я с ними не пошёл. Вернётся Владимир, всё меж собой и решат. А я направился к своим помощникам и румынам. Они все дружно учили молодых болгар и болгарок, уже три десятка, пока оборудованию оборонительных позиций. Ну, да, все, вместе с парой десятков других болгар, тоже копали окопы и траншеи со стороны Гривицы. Скорее, именно оттуда можно было ожидать нападения турок и башибузуков. Ещё полсотни мобилизованных были заняты оборудованием артиллерийских позиций.

Явных нарушений и чего-то, не понравившегося мне, я не нашёл и сразу же повёл половину ополченцев на стрельбы. Все были одеты в починённую болгарками форму пехотинцев, правда, без воинских знаков различия. Нет, у четверых знаки десятников виднелись. Вот у шестёрки девушек, как и моих помощников, выделялись знаки Z с черточками посередине. Это сообщало, что они мои помощницы. На этот раз стрельбы получились длинными. Патронов у нас хватало. После этой половины отстрелялась и вторая. Конечно, в основном мало кто показал выдающиеся результаты, но, на удивление, можно было считать, что ополченцы стрелять научились. Вообще, солдаты русской армии стреляли не лучше. Правда, они были крепче, умели ходить строем и владели штыковым боем. Но мне это пока и не было нужно. Лишь бы стреляли и попадали хотя бы с шагов триста. К тому же, шестеро парней и по паре девушек и женщин оказались вообще неплохими стрелками. Я их оставил отдельно и дал сполна пострелять из винтовок Мартини-Генри. Да, до Демьяна или меня, или Георге не доходили, но к уровню других моих помощников или румын вполне приближались. Так что, я поставил над ними Кирилла и выделил в отдельное отделение стрелков.

А остальные – и мобилизованные болгары, и пехотинцы, и все ездовые, и личный состав недавно прибывшей батареи, все дружно копали. Я быстро прошёлся по опорному пункту. Внутренняя, вторая линия обороны была почти готова. Теперь надо было оборудовать траншеи первой линии и отдельные окопы впереди них. Хотя, и там почти треть была выкопана. Труднее было с размещением лошадей и повозок, так как под обрывом всем места не хватало, но можно было приспособить овраг. Просто там требовалось выкопать места для спуска и подъёма в нескольких местах. Хотя, сейчас же лето, и тут южные края. Было даже жарко. Похоже, в следующие дни можно было ожидать и более жаркой погоды. Поэтому мы сразу же решили поставить и вдоль обрыва, и над овражком и лёгкие навесы. И от жары защитят, и от осколков тоже.

Под вечер на пункт вернулся Владимир и привёл с собой взвод пехоты из пятой роты четвёртого батальона двадцатого Галицкого полка. Подпоручик Любимцев недовольно оглядел меня с Демьяном, вышедших встречать их. Может, и слышал про меня, но всё же ему явно было неприятно видеть над собой мальчишку. Хотя, и корнет был младше него и по возрасту, и по чину. Правда, судя по виду, и сам взвод нам достался не самый лучший. И возраста солдат сильно различались, и сам их вид, и телосложение – явно там были собраны все списанные с других взводов. Ну, это для меня тоже не имело особого значения. Не дав взвод опомниться, я повёл солдат в овраг на стрельбы. Да, стреляли плохо, хуже, чем ополченцы. Возможно, до этого толком и не стреляли?

– Должен заметить, господин подпоручик, что Ваши солдаты вообще стрелять не умеют! – тут же резко заявил я. – Так не годится! Божена, порази, пожалуйста, дальнюю цель на четырёхстах шагах.

И тут моя болгарка всадила все пять пуль в мишень. Хотя, она стреляла из моей бывшей винтовки, а у солдат взвода было штатное оружие, и явно слабо ухоженное.

– Так что, господин подпоручик, сегодня, чуть позже, после отдыха, проведите с личным составом ещё одно занятие по огневой подготовке. Патроны у нас имеются.

Далее мы остались одни с Владимиром.

– М-да, Борис, резко ты! –заметил корнет. – Жаль, но должен сразу же тебя предупредить, что в этом взводе собраны не самые лучшие солдаты батальона. И сам батальон не очень хорош. Лучшие остались под Никополем. Наверняка будут штурмовать.

– Будут, – согласился я. – Эта крепость сильно мешает. А так, как займут, прикроет плацдарм с запада. Между прочим, и Плевна. Ладно, что хоть пушек столь много прислали.

– Иван Фёдорович сказал, что девятому корпусу много полевой и осадной артиллерии сверх штата дали, вот часть и отправили сюда. А пехоты нам мало послали, так как и в Никополе турок много сидит. Вот Осман-паша как бы до сих пор сидит в своём Видине. Сведений о его выходе из крепости пока как бы не поступило.

Нет, послезнание говорило, что выйдет, и как раз в эти дни. Одно было хорошо, что я как бы заранее предупредил об этом, и поэтому в Плевне уже стояли мы.

– Думаю, Владимир, что он всё-таки придёт сюда. Или в Ловчу. Наверное, решит по ходу, по обстановке? Туркам-османам так и так надо прикрыть и закрыть нашим войскам пути на юг, и места для этого лучше Плевны нет. Хотя, сгодится и Ловча, но оттуда угрозы нашим войскам будет меньше. Так что, Осман-паша сначала придёт сюда и попробует на зуб нас. Хотя, меня, Демьяна и Николая скоро отправят в тыл, так что, это вам тут придётся воевать.

– А другие трое твоих помощников останутся?

– Не знаю, Владимир, это как Иван Фёдорович решит. Но пока Димитрий командир ополченцев, а Коста и Кирилл ему помогают. А так, забирать их с собой я не буду.

– Понятно, Борис. Тогда нам тут тяжело придётся. Я слышал, что у Османа-паши в одном Видине до тридцати тысяч солдат, и, как говорят, отборных. И немало и в Софии, и других местах. Ещё полно и башибузуков, и черкесов. А один полк из бригады Ивана Фёдоровича уже ушёл в эту Ловчу. И дивизион четырёхфунтовок с собой забрал. Ладно, что хоть и нам на опорный пункт одну их батарею дали.

– Нам бы тут, Владимир, больше девятифунтовки подошли. У них и дальность больше, и снаряды, особенно фугасы, мощнее.

– Нет, Борис, их пока направили под Опанец и на холм к мосту. Там тоже начали оборудовать на скорую руку опорные пункты. И уже оттуда они отступят к основному редуту на холме южнее деревни Буковлек. Кавалерия встанет на холмах чуть западнее Гривицы и южнее Плевны. Эскадроны уже начали там собираться. Ну, первый опорный пункт и отсюда слегка наблюдается.

Да, что-то виднелось. Правда, работы там, похоже, всё-таки шли не так быстро, как у нас, и больше копали не окопы и траншеи, а явно глубокие рвы, и сыпали за ними высокие защитные валы. Жаль, что это долго и в нынешние времена не сильно поможет.

– Ну, пусть копают. Лишь бы успеть.

* * *

Да, далее мы занялись своими делами, и никто нам не мешал. Взвод подпоручика Любимцева устроил повторные стрельбы, и, вроде, солдаты отстрелялись уже немного лучше. Затем стрелял взвод подпоручика Михасевича, и явно намного лучше. А я вот занялся с ополченцами отработкой перебежек по-пластунски. Даже девушек и женщин не пожалел, погонял от души. Нет, они и в пехотной форме выглядели ничего. Но я был ещё юн, и их прелести меня не сильно интересовали. А вот мои помощники и сами болгары на них сильно заглядывались, и по-другому, чем ранее. Намного заинтересованно. Да, увидели в них совсем других людей.

Поздно вечером и в начале ночи, когда весь личный состав, кроме караульных, отдыхал, я взял Демьяна с Николаем и аккуратно и плотно заминировал подходы к опорному пункту с юга, со стороны расположенной далее холма, являвшейся и выше нашей. Чужие тут никак не должны были ходить, тем более, местные жители. Они к нам и близко не подходили. А в Плевне действовал комендантский час, и местным теперь запрещалось покидать город в западном направлении, само собой, и переходить реку Вит. Хоть мост и был взорван, там явно имелись и подходящие броды. Но поблизости от города они были заминированы. Нет, жители Плевны целый день, небольшими группами, уходили на восток. Явно поняли, что лучше уйти сейчас, чем погибнуть во время боёв.

И другой день у нас оказался полностью занятым. Мы всё копали и копали. А ещё все учились стрелять. Даже личный состав батареи сходил и устроил стрельбы. И все ездовые сделали по три выстрела. И ещё я проверил опорный пункт и после полудня устроил внезапную учебную тревогу. Чтобы все вовремя заняли отведённые им места. Вроде, справились, никто не подвёл.

Но было и тревожно. Оказалось, что после полудня вернулась полусотня казаков и ожидаемо принесла сведения о большой орде башибузуков, в сотни три воинов, собравшихся в верстах сорока к западу от Плевны, в долине реки Искыр, неподалёку от небольшого болгарского селения и моста через реку. И она обнаружила казаков и погналась за ними. Вроде, и два десятка вёрст шла за полусотней? Казаки еле ушли от неё. Правда, они сразу же после возвращения резво засобирались в свою Ловчу. Ну, им же в любом случае надо было выполнять задание командования. Так что, убедятся, что и этот городок в наших руках и поскачут уже в Тырнов. Тем более, оттуда лишь чуть ранее прибыл десяток казаков с донесением, что Ловча успешно взята, а небольшой турецкий гарнизон из пары рот новобранцев пленён. Ещё и захвачено десяток пушек.