Текст книги "Вот и свела нас судьба (на войне как на войне) (СИ)"

Автор книги: Анатолий Патман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц)

Скоро мы, и незаметно для себя, дошли и до казарм батальона Романа. Там, помимо локотенента Михая, нас встретили и другие офицеры и унтеры батальона. Они оказались командирами рот и взводов, и другими военнослужащими. Вот высокого начальства, к счастью, среди них не было. Ну, да, как бы намечались дружеские посиделки офицеров батальона, и там спрашивать и разрешение, и уведомлять хоть кого-то не требовалось. А что локотенент Михай Чаушеску и субофицер Роман Дмитриеску случайно притащили на это вечер одного одарённого мальчика, пусть и немецкого баронета, и несколько его охранников, к тому же, простолюдинов, так это таким уж большим нарушением не являлось. Вообще-то, офицеры, если честно, некоторые и женатые, и имевшие своих детей, позвали на посиделки и пару дюжин красоток, частично оказавшихся и девицами низкой социальной ответственности, конечно, местными. Нет, часть девиц всё же являлась родственницами самих военных. Кого успели, того и позвали. Но вот своих жён они никого на вечер не привели. Ну, меня всё это не касается, и их же неприятности. Ладно, придётся мне общаться с людьми из самых разных слоев общества. Так это меня особо и не трогало. Уж я сам предаваться разным порокам не собирался, так и, несмотря на то, что в последний год уже прилично вытянулся, окреп и вообще выглядел на пару лет взрослее своих лет, ещё был юн. Девушки меня интересовали, но у меня имелись и свои моральные, и довольно строгие принципы.

Правда, не все офицеры и субофицеры батальона собрались. Локотенент Михай представил мне лишь пару своих коллег, таких же командиров рот и локотенентов Эмиля Лотяну и Ференца Крамера. А о прочих сублокотенентах и субофицерах он и не вспомнил, так и долго бы пришлось с ними знакомиться. Всё же там их два десятка было. Ну, по ходу вечера, может, ещё с кем-то и познакомлюсь?

Сама встреча была спрятана под празднование дня рождения сублокотенента Юлия Бредичану. Рослому, но худощавому офицеру с вполне симпатичным лицом исполнилось двадцать пять лет. Был он ещё холостым и, надо же, являлся и местным дворянином, хотя, мелким. Вроде, и среди других офицеров и унтеров такие имелись? Всё равно с князем и даже баронетом не сравнить. Может, нужные приличия, из-за наличия на этом нежданном вечере десятка девиц одной древней профессии, и приглашённых самим именинником, как бы и не были соблюдены, но, как оказалось, сублокотенент позвал на него и пару своих родственниц – младшую сестру Веренею как бы восемнадцати лет и двоюродную сестру Хлою, уже чуть постарше. Наверняка сначала намечалась просто пьянка в узком кругу, а потом, узнав о моём прибытии, были быстро позваны и другие сослуживцы и прочие девицы. Так как он являлся именинником, то мне его и его сестёр сразу же и представили.

А так, ко мне и моим помощникам все собравшиеся отнеслись с полным вежеством. Я с самого начала был представлен баронетом Борисом фон Брауном, как бы и хорошим знакомым семьи Чаушеску, собравшимся совершить поездку в Крайову, да, через Александрию, оттого обратившимся к локотененту Михаю за помощью. Нет, я и сам подтвердил это. Нас сразу же усадили за пару столиков, притом, компанию мне и Димитрию составили Роман и сам локотенент.

Что же, можно и погостить! Вообще-то, интересно посмотреть на румынских военных. Со своими русскими я уже довольно близко знаком. Такие же люди, и многие хорошие!

Глава 08

* * *

Глава 08.

Пока отдыхаем…

Так-то, стол, хоть и не такой роскошный, мне понравился. Да, особых изысков на нём не имелось, но всё было накрыто красиво. Явно старались держать уровень перед заезжей знаменитостью и знатным лицом, пусть и юным. Ещё и собрались разные благородия, хоть и румынские. Им и их положение обязывало хорошо выглядеть. А так, на вечере главенствовал локотенент Эмиль, оказавшийся тут старшим и по возрасту, и по должности. Он являлся и помощником командира батальона, майора Киприана Антонеску.

– Ну, баронет, – спросил локотенент Михай у меня на немецком, – как Вы находите наше общество? Вы наверняка не встречались с другими военными на их празднествах в узком кругу?

Вообще-то, встречался, и не раз! И имеющими намного высшее положение. Да у меня в друзьях целый лейб-гвардии уланский полк, во главе с его командиром, генералом-майором Эттером Николаем Павловичем, с которым я теперь знаком лично и состою в хороших отношениях! Правда, сообщать об этом совсем случайному человеку я не стал. Зачем ему лишние сведения?

– Очень приятно видеть, герр Михай, вас всех, можно сказать, настоящих воинов! Для меня большая честь быть знакомым с Вами лично и Вашими сослуживцами. Пусть Господь поможет вам всем во время этой войны с турками-османами.

– Да, помощь Господа нам нисколько не помешает. Наконец-то мы освободилась от ига проклятых басурман. И мы отомстим им за все их злодейства! Больше не посмеют на нас лезть!

Ну, на румын турки, конечно, больше не полезут. Только вот в Европе немцы, и враги намного опасней турок-осман, появились. И уже и так имеются коварные англичане. Подлее их и не сыскать!

Тут к нам подошёл уже локотенент Эмиль:

– Дорогой Борис, может, покажете нам что-нибудь из музыки Вашего брата? Михай сказал, что у него разные новинки появились?

Ну, раз просят, почему бы и не показать? Я, хоть и князь, всегда уважал и уважаю своих слушателей и поклонников.

– Да, герр Эмиль, брат, вроде, написал в последнее время ещё несколько десятков произведений. Конечно, я успел выучить лишь их часть, но, думаю, они вам понравятся.

А далее я прошёл к фортепиано, точно такому же, что стоял и в доме Дмитриеску. Он тоже оказался в исправном состоянии.

– Позвольте, друзья, – произнёс я, хоть и странно, вполне на немецком языке, и хорошем, нижнесаксонском, – вспомнить пару песен моего брата, князя Бориса Куракина. Вы, пожалуйста, так уж не обращайте внимания на мой возраст. Это, к сожалению, такая вещь, что и не заметишь, как быстро проходит. Уже через некоторое время и я, если всё же доживу, стану не просто взрослым, а даже глубоким стариком, и буду с грустью вспоминать этот вечер.

И я начал петь, конечно, на русском. Ничего, наверняка есть тут и среди этих молдован те, кто знает великий и могучий!

– Оглянись, незнакомый прохожий,

Мне твой взгляд неподкупный знаком.

Может, я это только моложе,

Не всегда мы себя узнаём.

Да, мой голос, конечно, слабоват, но, ничего, я сразу же смог взять нужный уровень. И музыка вся вспомнилась, и слова. Прямо сходу и сыграл, как будто до этого уже не раз исполнял. Чудны дела твои, Господь, и спасибо, что у меня пока всё получается! Значит, не зря мне дана память Бурлака. Хоть как, мне надо справиться!

– Ничто на Земле не проходит бесследно,

И юность ушедшая всё же бессмертна.

Как молоды мы были,

Как молоды мы были,

Как искренне любили,

Как верили в себя.

Когда прозвучали последние аккорды «Как молоды мы были», удивлённые офицеры не сразу смогли заговорить. Ну, да, я смог их сильно удивить и явно тронуть. Не ожидали! А потом всё тот же локотенент Эмиль произнёс, и вполне на неплохом русском языке:

– Э, баронет, очень сильно! Да, жаль, что мы больше никогда не будем юными и такой искренней любви, как ранее, не испытаем. Да, наша юность бессмертна и всегда останется в нашей памяти!

– Благодарствую за столь тёплые и интересные слова, герр Эмиль, – произнёс я уже на немецком. – А теперь позвольте спеть песни о любви, конечно, для милых фройляйн.

Далее я исполнил песню что ни есть о любви. И слова милой «Et si tu n’existais pas», прозвучавшие на французском языке, сейчас многим военным и даже барышням, похоже, были явно понятны. Мало того, по моему знаку Демьян и Николай тут же резко и резво вскочили на ноги и почти в мгновение очутились у Веренеи и Хлои, сестёр сублокотенента Юлия, и на французском, пусть не совсем чистом, и пригласили их на танец, конечно, вальс. Девушки охотно и радостно приняли их приглашение. А что, мои помощники, хоть их чуть и помоложе, но рослые и сильно окрепшие, ничего выглядели. И обе пары неторопливо закружилась на свободной половине зала. Тут и другие офицеры и субофицеры последовали их примеру.

Далее я спел «Emmanuelle». И после неё сразу же полилась нежная «A Toi», конечно, тоже на французском:

– A toi,

A la facon gue tu as d’etre belle,

A la facon gue tu as d’etre a moi,

A tes mots tendres un peu artificiels

Quelguefois.

(франц. – За тебя,

За то, как ты умеешь быть красивой,

За то, как ты умеешь быть моей,

За твои нежные, немного неестественные слова

Иногда.)

Четвёртым я сыграл «Dark Night» или великую и трогательную «Тёмную ночь», но петь не стал. Потом своим русским как-нибудь спою. Уж они точно будут от неё в восторге.

– Да, баронет, Вы явно играете и поёте нисколько не хуже своего брата! – улыбнулся довольный локотенент Эмиль. Он тоже покружил в танце одну милую фройляйн из приглашённых девиц не самого лучшего поведения. Ну, его дела, меня никак не касающиеся. И я ещё слишком юн, чтобы угнаться за взрослыми мужчинами. Мне пока хватит и музицирования, и других своих дел. – Одна мелодия за другой, и все такие милые и интересные.

Я ненадолго прервался. Надо же хоть немного восстановить силы, тем более, и стол терпимый. Завтра рано с утра ведь в дальний путь, и там ничего этого уже не будет. Разве что буду грызть сухой паёк или нас угостят походным кулешом. А военные и их милые дамы выпили и вина. Выпивки на столах вполне хватало. Так что, у них настроение, и так хорошее, ещё больше поднимется. Да, жизнь прекрасна, и хорошо повеселиться тоже надо!

Далее сами военные, прилично разгорячённые вином, захотели музицировать. Локотенент Эмиль тут же сыграл на фортепиано, и на вполне хорошем уровне, «На прекрасном голубом Дунае» и «Сказки Венского леса», конечно, великого Иоанна Штрауса, хотя, сына не менее великого отца. И пары неплохо покружились по залу, в том числе и мои помощники. Меня самого пригласила одна милая и низкорослая девица, правда, похоже, что всё же работница одной древней профессии, но я не стал ей отказывать, и мы с ней тоже показали неплохой вальс. Я умел танцевать и просто любил этот прелестный танец. Потом четвёрка субофицеров, вместе с девицами, под игру субофицера Мирчы Эминовича, уже на гитаре, станцевали молдовский национальный танец сырбу, но немного в медленном темпе. Да, красивый и зажигательный танец! Не только интересно было посмотреть, но и самому захотелось пуститься в пляс. Тут уже и мои помощники не ударили в грязь лицом. Я сыграл на гитаре, а они дружно станцевали, правда, не русский национальный танец, а как бы мой сиртаки, само собой, в честь славных греческих борцов с турками-османами. К тому же, Коста что ни есть настоящий грек, и он этот танец сильно полюбил. Интересно и трогательно получилось.

Далее я просто сыграл на гитаре пару мелодий – да, звонкую «Romance d’amour» и прелестную «Золушку». Как раз под настроение всех военных. И для меня и моих помощников вечер завершился уже милыми и привычными «Дунайскими волнами», исполненными ещё и на русском языке, «Весенним вальсем» и «Приди ко мне любовь». Вообще, неплохо получилось.

Далее мы просто отправились спать. А господа офицеры и субофицеры и их подруги остались. Ну, они все взрослые люди и тут хозяева, пусть развлекаются, как смогут и умеют. Вообще-то, многие девицы тут же засобирались домой, и часть военных отправилась их провожать. Да, они всё же не работницы одной древней профессии, а вполне приличные девицы. Им ещё замуж выходить и рожать детей, само собой, от своих мужей, а не разных нехороших козлов, надо…

* * *

– И как тебе, Эмиль, этот юный князь? Мне кажется, достойно получилось, и он нас неплохо развлёк.

– Да, Михай, прекрасный и приятный вечер получился. Только вот с юным князем не всё так просто. Твой Роман, если ты ещё не успел расспросить его, подробно рассказал мне, о чём они там по пути сюда беседовали. Так вот, князь на полном серьёзе заявил ему, что действия пехотных подразделений сомкнутым строем ведут к большим потерям личного состава, и как бы желательнее применять стрелковый строй, и даже рассыпной. Ещё сказал, что надо больше применять орудия с большей дальностью, так и с большим углом подъёма стволов для навесного огня. И в обороне как бы надо шире применять окопы полного профиля, траншеи и ходы сообщения, защитные блиндажи и деревянно-землянные огневые точки, лучше и бетонные. И это прозвучало из уст тринадцатилетнего юнца!

– Да, Эмиль, с этим юным князем всё странно. Он и дома у тёти представил нам множество рисунков с одеждой разных видов и заявил, что одежду новых фасонов придумал он, и французы просто украли его модели. Я уж не говорю о его музыке. «Дунайские волны» просто прелесть. Послушать бы её в исполнении оркестра⁈

– Ну, теперь уже послушаем. А ещё юнец, сам знаешь, написал и «Балканские горы». Прямо как раз к этой войне. Я думаю, Михай, что он говорил правду. Первыми одежду нового фасона начали шить и больше всех шьют князья Юсуповы в Санкт-Петербурге. Я видел журналы моды «Татьяна», моя жена Люция постоянно их заказывает. Кстати, там ещё в первых номерах, так и сейчас, хоть и изредка, можно было видеть портреты полковницы Арины Тутолминой, тёти князя и теперь владелицы мастерской «Арина», где тоже шьют в большом количестве одежду нового фасона. Сразу скажу, что очень красивая женщина. Как раз она считается основной разработчицей моделей этой одежды и разных игрушек. Да, как бы и княгиня Татьяна Юсупова что-то придумала, но лишь немногие модели. Но, согласно многим слухам, там как раз и постарался наш юный князь. Чтобы привлечь Юсуповых, им просто была отдана часть моделей. Достоверно известно, что мальчик является и неплохим художником и одним из зачинателей, наряду с Великим князем Петром, какого-то нового и весьма популярного у аристократов стиля «кубизм». Кстати, у твоей тёти дома же имеется велосипед?

– Да, Эмиль, марки «Volhov». Мой племянник Эрих постоянно на нём катается и уже не раз с него падал. Хорошо, что у него нужная защитная амуниция имеется. Хотя, она была продана в комплекте вместе с велосипедом. Хорошо немцы придумали.

– Так вот, Михай, этот велосипед придумал как раз наш юный князь, а амуницию разработали его тётя и старшая сестра, та самая баронесса Александра, как её там, да, фон Либендорф. И Волхов – это русская река, расположенная неподалёку от их столицы. Кстати, и титул у старшей сестры князя немецкий, и её баронство находится в Веймаре. По слухам, отец князя и баронессы являлся, на самом деле, побочным сыном веймарского Великого герцога Карла Августа. Вообще, теперь эта семья пользуется большой поддержкой немцев. У них там имеются и совместные предприятия. Знаешь, юный князь, его тётя и сестра вообще много чего интересного разработали.

– Ну, да, князь у тёти прямо заявил, что Дом моды «Wejmar» теперь судится с французами. Вообще удивительно слушать всю эту музыку, видя перед собой юнца. И ведь хорошо играет и поёт, ещё и на разных языках. Да, однозначно гений!

– Согласен, Михай. Не зря его сравнивают с Моцартом. И ещё начитанный и имеющий хорошие связи. Ведь мы с тобой почти ничего не знаем о Йоване Ивановиче, как бы сербе, служащем в нашей армии и, оказывается, являющимся хорошим композитором. Или вот о русской генеральше и неплохой пианистке Эсмеральде Гардеевей, но тоже нашей землячке. Но сейчас она, правда, живёт в Санкт-Петербурге, и о ней мы и не могли знать. Но, оказывается, что в Австро-Венгерской империи живёт и работает композитор Чиприан Порумбэску или Киприан Голембиовский, тоже наш земляк. Хотя, чего тут думать, если у мальчика в наставниках и близких друзьях русские композиторы, известные на весь мир. Кстати, и мальчик, оказывается, является одним из авторов балетов «Щелкунчик», «Баядерка» и «Лебединое озеро». Они сейчас ставятся не только в Санкт-Петербурге и Москве, но последний недавно начали и в Вене. Так что, Михай, вы и мы вдруг познакомились с интересным лицом!

– Да, Эмиль, нежданно и странно получилось. Дядя Ион просто искал постояльцев. Он хотел пустить их лишь на ночь, а, получается, нарвался на юного князя и его охранников. Утром позвал их на завтрак, вот там всё и раскрылось. Что же, удачно получилось.

– Трудно сказать, Михай, как там далее всё повернётся, но это знакомство вашей семье и нам потом может пригодиться. Ведь муж тёти юного князя Тутолмин Иван Фёдорович является полковником гвардии и ещё командиром первой бригады Кавказской казачьей дивизии, сейчас воюющей с турками-османами на другой стороне Дуная. Я как-то видел его. Блестящий офицер. Он находился в свите Главнокомандующего русскими войсками Великого князя Николая Николаевича, так как является воспитанником его сына, Великого князя Петра. Скорее всего, юный князь именно от полковника и наслышался о тактике действий пехотных подразделений и прочих военных делах. И это говорит о том, что скоро у русских можно ожидать появления новых тактики действий и даже видов оружия. У меня предчувствие, что скоро мы с ними столкнёмся. И мальчик о них явно что-то слышал. Просто он юн, ещё глуп и в военных делах мало что смыслит, поэтому так случайно и глупо проговорился.

– Вообще-то, Эмиль, я бы не сказал, что мальчик глуп. Думаю, что военные дела ему просто ещё мало интересны. Он больше и сильно увлечён музыкой и, как видим, добился тут больших успехов. Ещё, раз жить на что-то надо и тоже получается, начал изобретать. А так, зачем ему военная служба, если его семья теперь и так богата?

– Тут ты, Михай, прав. Мальчик и его семья скоро могут стать ещё сильно богаче. И его изобретения весьма интересны. Ты же и сам видел у казаков новую защитную военную форму. Как бы и не по уставу, но многие из них в них ходят. Хотя, у казаков с дисциплиной не очень, поэтому их особо и не трогают. Казаки и сами разболтали, так и по всем имеющимся у меня данным, эту форму начали шить в Санкт-Петербурге как раз в мастерской тёти князя и как бы по заказу Великого князя Николая Николаевича. Представляешь, это же какие деньги можно заработать только на одной военной форме!

– Да, Эмиль, ты, несомненно, прав. А так, надо же, интересно получилось! Один легкомысленный и болтливый юный князь решил слегка покрасоваться перед моим племянником и взял, и выдал их важные военные тайны. Правда, и что нам делать с полученными сведениями? Мы же сами не можем применять эту новую тактику?

– Подумать надо, Михай. Хотя, сам ведь прекрасно знаешь, что у меня дядя, Давид Лотяну, служит в канцелярии господаря и имеет отношение к некоторым тайным делам. И ему будут интересны дела юного князя и его высказывания. Хоть и юн, этот мальчик талантлив, имеет интересные связи и уже сейчас имеет немалое влияние на умы русских. Нам тоже стоит завязать с юным князем, раз он у нас, хорошие отношения. Так что, мы дадим ему побольше охраны и отправим в Александрию и твоего Романа, и моего сублокотенента Георге Лозяну. Он тоже интересуется музыкой и хорошо играет на гитаре. Так что, им по пути скучно не будет. Скажи племяннику, что пусть постарается понравиться юнцу и поможет ему во всём. А потом уже мой дядя оценит их и наши старания.

– Хорошо, Эмиль, строго накажу, чтобы доставил юного князя в Александрию в полной сохранности и довольного путешествием. Хотя, он и так будет стараться. И без нас наверняка всё понял.

Глава 09

* * *

Глава 09.

И снова в путь?

На другой день прямо с рассветом из расположения батальона выехал приличный, из трёх десятков двуконных повозок, обоз с продовольствием. Для их охраны выделили пару отделений во главе с сублокотенентом Георге Лозяну и Романом. Первый был назначен и старшим командиром. Ему было уже лет под тридцать.

Нас рассадили в середине колонны на трёх повозках. Хотя сейчас, из-за наличия в районе Бухареста и Александрии большого количества русских войск, было спокойно. Вряд ли кто осмелился бы напасть на этот обоз? Но раз военные регламенты требовали, что положена охрана, то её без слов и выделили.

А так, пользуясь правом старшего в своей группе, я тут же завалился спать и проспал до первого привала, уже, как оказалось, в километрах пятнадцати от столицы княжества. Нет, мои помощники тоже строго по очереди несли дежурство. Теперь мы все были вооружены, и у каждого имелось чуть ли не по полсотни патронов к револьверу. И ещё примерно столько сверх у меня. И я знал, что мы и сами, и тройка помощников Аркадия умели стрелять, и неплохо. Так что, постоять за себя, конечно, в ближнем бою, могли. Можно было и нарваться, но уже больше из-за потери бдительности.

Грызть сухой паёк нам не пришлось. Как только помылся и привёл себя в порядок, я тут же сел хлебать густой мясной кулеш. А после меня сразу же напоили крепким кофе, может, и по-турецки. Но мне больше понравился кувшинчик свежей простокваши. Так что, жить было можно, и неплохо. В благодарность за хороший завтрак я тут же сыграл на гитаре, хотя, те же «Romance d’amour» и «Золушку». Ну, простые солдаты их же не слышали, так они и не знали, что я, вообще-то, знатный русский князь или хотя бы немецкий баронет. Сублокотенент представил меня им как родственника локотенента Михая Чаушеску, а моих помощников – как наёмных работников его отца. Тут я возникать не стал. Лишние неприятности мне тоже ни к чему. Надо доехать, а потом видно будет, кем мне представиться.

На этот раз я не спал. Ко мне пристроился Роман, и мы с ним почти всю дорогу проболтали, хотя, на немецком языке, на разные темы. Я подозревал, что его попросили слегка проследить за мной. Но у меня и самого имелось желание, так что, мы с ним довольно подробно обсудили действие пехотных подразделерий при атаке и обороне. Я сам же охотно изложил субофицеру свои мысли насчёт стрелкового строя. Теперь, при появлении дальнобойных орудий и ружей, нечего и было думать идти в атаку колоннами. Как накроет их шрапнелью или просто расстреляют хорошие стрелки, много бойцов зря погибнет. И в обороне надо спрятаться получше.

В конце Роман явно не выдержал и всё-таки спросил:

– Э, Вам, баронет, всё это полковник Тутолмин рассказал?

Ну, если думают на Ивана Фёдоровича, то пусть будет. Всё-таки он большой военноначальник и наверняка примерно так и думает. Вот пусть и станет, сам не зная об этом, ещё и великим военным теоретиком. Может, заодно сейчас, тем более, с моей подсказки, а я в любом случае подскажу, применит «свои» теории и на практике? Правда, всё же интересно, а он ко мне хоть немного прислушается? Пусть я сильно юн, но ведь много чего знаю. Вообще-то, должен. Иван Фёдорович не дурак и знает, что у меня можно узнать много интересного и нужного. И мы с ним и так неплохо поладили.

А пока я как бы сильно смутился:

– Ну, да, это он вёл эти разговоры с другими военными, а мы с Борисом там присутствовали и немного подслушали. Но Вы, герр Роман, пожалуйста, не думайте, что я выдаю вам военную тайну. Это были просто обычные разговоры военных людей. Они там, похоже, порой обсуждали свои задумки, пока официально не принятые? Так что, сейчас я вам ничего тайного не открыл. Но, вообще-то, думаю, что скоро все войска придут к такой тактике действий.

Ну, к новым тактикам, конечно, придут, правда, ещё не скоро. И в этой войне многие военноначальники будут воевать по-старому и много солдат зря положат. Это всегда так было и будет. На войне многие нововведения принимаются лишь после обильного пролития крови. Не просто и опасно переключаться на что-то новое, ещё не проверенное. А проверки требуют и времени, и потерь. И просто так на практике у военных всего мира ничего не принимается. Так что, мои разговоры с Романом так уж сильно вряд ли кого заинтересуют.

Правда, насчёт применения гранат и мин я умолчал. Хотя, эта тайна тоже так долго не продержится. Мне, чего уж скрывать, надо было лишь не допустить турок-осман Осман-паши в Плевну. А потом наши офицеры уже сами будут стремиться больше применять новое оружие. Чуть позже оно однозначно утечёт и к врагам. Там же ничего сложного нет, и тротил немцы быстро выделят. Он у них и так есть, и у немцев сейчас продвинутая химическая промышленность, лучшая в мире. И другие враги тоже за ними резко подтянутся. За учёными Российской империей останется лишь приоритет в получении новой взрывчатки и разработка нескольких видов оружия. И всё. Дай бог хотя бы через некоторое время что-то произвести для русской армии.

Второй призвал мы сделали ещё часа через четыре. После сытного обеда меня опять потянуло на музицирование. Так что, я тут же спел под гитару «La Peregrinación», уже на испанском языке, и сыграл «Little Man». Да, солдаты впечатлились. Ну, пусть думают, что у локотенента Михая способный племянник. И ещё пусть у них останется добрая память обо мне. Потом они узнают, кто пел им песенки и будут часто вспоминать меня с благодарностью. Хотя, и так вдруг от души поблагодарили. Несколько солдат один за другим подошли ко мне и вручили мне крестики, пусть и на простых шнурках. А ещё они дружно подкинули нам разной еды, в том числе и сухофруктов. Что же, как раз то, что нужно в дороге.

– Пусть Господь всегда хранит тебя, мальчик! – перевёл мне Димитрий речь одного из солдат. – Ты очень способный и хорошие песни поёшь, и мелодии исполняешь, и они тронули нас за душу. Порадовал нас! Пусть везёт тебе и долгих лет жизни.

И что мне понравилось, мы с помощниками вволю искупались в небольшом придорожном озере. Хоть и в Бухаресте помылись, но свежая вода, и чуть холодноватая, нас приятно освежила.

На этот раз мы с Романом разговоры о военных делах не вели. Он, похоже, хотел вернуться к прежнему разговору, но я тут же увлёк его, хоть немного и странно было, на обсуждение направлений в музыке и опять как бы выдал тайну из творчества брата. Рассказал ему, что он нежданно увлёкся танцами из разных стран, почему-то и латиноамериканскими. Ну, да, танго. Кроме как у себя в Аргентине, оно вряд ли где было известно. А так, я сейчас рассказал парню о уже написанных князем Борисом песнях в этом стиле и даже спел под гитару первые куплеты «Ах эти чёрные глаза». А потом взялся и за «Танго любви», и её, пусть как бы и женскую песню, спел даже полностью, ещё и на польском языке:

– Wczoraj wieczorem znów

tańczyłeś tylko z nią.

Widziałam jak ukradkiem

jej tuliłeś dłoń.

Z nią dziś tak samo czule

tańczysz tango

i tak samo czule muskasz jej dłoń.

(польск. – Вчера вечером опять

танцевал только с ней.

Я видела, как украдкой

её обнимал рукой.

С ней сегодня так же нежно

ты танцуешь танго

и так же нежно гладишь её руку.)

Конечно, с тем, что сохранилось в моей памяти, тем более, исполнением одной милой певицы, как отчего-то чётко вспомнилось, Анны Герман, не сравнить, но тоже прозвучало неплохо. Явно она, ну, её творчество, Бурлаку сильно нравилось. Теперь и мне тоже. А уж исполнение припева вышло у меня вполне терпимо:

– Tango, tango d’amore.

Serce zapomni żal,

Znów będzie twoje.

Tango de mi amor.

Tango de mi amor…

(польск. – Танго, танго любви.

Сердце к тебе цепляется,

потому что он хочет быть твоим.

Танго моей любви.

Танго моей любви.)

Правда, насчёт «Татьяны» и «Голубые глаза», раз слова к ним у меня были написаны только на русском языке, я лишь упомянул. Не совсем удобно было вспомнить и насчёт «Der Pariser Tango», так как в новом княжестве слишком уж благовели перед французами, и те же офицеры и субофицеры могли меня не понять. Ведь эта песня теперь звучала как бы моей насмешкой над французами. Хотя, всё равно вспомнил. Как я знал, сейчас она была сильно популярна в Германской империи. Вот «Romance De Barrio» я сыграл Роману на гитаре прямо по пути. Душевная мелодия, как раз в моём вкусе. Видно было, что и солдатам понравилась. Правда, до прелестной «Рио-Риты» мы не успели дойти. Хотя, все эти песни и так имелись в изданных немцами «Песнях нового времени», и на всех языках. И, само собой, я тут же сообщил Роману об этом.

Третий привал, тоже часа через четыре, и ближе к вечеру, был у нас в густом лесу. Ближе к Александрии они пошли. Тут мы все, и шестером, сразу же ненадолго отошли в лес и предались стрельбе. Да, по магазину выпустили. Надо было проверить себя и не потерять навыков. Вроде, ничего отстрелялись – все в цель, в пару пенёчков, попали. А чтобы отвлечь внимание солдат от этого, я на этот раз сыграл на гитаре одну композицию – «Путь домой», и спел две песни на французском языке, и хорошем – «Les Moulins de mon Coeur» и, само собой, ещё больше для Романа, милую «Рио-Риту». Хорошо они прозвучали! Так что, если солдаты что и вспомнят, то мою музыку и песни. А что стреляли, так кого сейчас этим удивишь? На удивление, к нам тут же подошёл наш старший обоза и вручил мне полсотни патронов к нашим револьверам. Так что, мы как бы и остались при своих. Патроны нам совсем не лишние.

– Герр баронет, а последняя песня однозначно танцевальная! – Ну, и Георге всю дорогу, хоть и старался не показывать этого, чутко следил за мной. Он и ехал в соседней повезке, так что, слышал и все наши разговоры, и музицирование. – Наверное, интересный танец?

Что же, мне осталось лишь подтвердить это:

– Да, многим знакомым князя Бориса этот танец понравился. Правда, пока про него мало знают, но он весьма интересен.

Так как уже вечерело, ещё и подустал, то остаток пути я опять проспал. Всё-таки мне за взрослыми пока не угнаться, и организм не совсем крепок. Вот когда вырасту, то тоже стану вполне опасным лазутчиком. Главное, требовалось беречься.

В Александрию, вообще маленький городок или, скорее всего, большую деревню, мы въехали уже после полуночи. Там, похоже, полно было и русских, и румынских войск, но нашим обозом и нами никто не заинтересовался. Идти ночевать в казарму, точнее барак, к солдатам я не захотел и сразу же повёл своих помощников, согласно рекомендательному письму Ионы Дмитриеску, к мелкому торговцу Мирче Зеля Кодряну. И он нас, хоть немного хмуро и насторожённо, принял. Нет, чтобы лишних вопросов к нам не возникало, я сразу же вручил ему местные молдовские леи, как раз за ночлег в одну ночь. Так что, мы вполне законно и спокойно расположились в одной большой комнате, являвшейся кладовкой, хотя, заполненной лишь наполовину. Для нас нашлись и топчаны, и торговец предоставил нам вполне терпимые постельные принадлежности. Ещё слегка и подкрепились. Хозяин сам угостил нас поздним ужином.

Утром мы встали немного поздно, в часов девять утра. Но нас никто и не беспокоил. Я неплохо выспался и хорошо отдохнул. Мы как раз завтракали, когда в дом к торговцу нежданно явился наш сублокотенент Георге. Оказалось, что он позвал нас в путь, и прямо в Зимницу. Ну, да, раскусили меня, и полностью. Хотя, чего я ожидал?