290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Хорошая адептка - мертвая адептка (СИ) » Текст книги (страница 2)
Хорошая адептка - мертвая адептка (СИ)
  • Текст добавлен: 3 декабря 2019, 22:00

Текст книги "Хорошая адептка - мертвая адептка (СИ)"


Автор книги: Анастасия Маркова






сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)

Глава 2

Через минуты две после ухода тетушки протяжно заскрипели несмазанные дверные петли. Раздражающий звук вырвал меня из терзающих сердце мыслей, заставив устремить взгляд на вошедшую в комнату Берту.

– Ты как? – взволнованно прошептала подруга, присаживаясь по другую сторону стола.

– Хотелось бы лучше, – судорожно вздохнула я и понуро опустила голову.

В душу закрались подозрения, что мой разговор с Аурелией стал достоянием ее ушей. Конечно, подслушивать неприлично, но это значительно облегчило мое положение – хоть не придется ничего пересказывать. Попросту может не хватить сил. А если и хватит, то все может закончиться нескончаемым потоком слез или же разрушающей волной только унявшейся ярости.

Соседка пыталась заглянуть мне в глаза, а я продолжала сидеть, обхватив уже подостышую чашку с кофе, которая по-прежнему была полной. В ней не уменьшилось содержимого даже на один крохотный глоток.

– Сговорились они все что ли против меня? – мой голос надломился и походил на воронье карканье.

Подруга вскочила со стула и заметалась по комнате, посылая в адрес моей родственницы гневные высказывания:

– Я была лучшего мнения о твоей тетке. Да чтоб у нее хвост вырос! И линька не заканчивалась никогда! Какое она имеет право указывать тебе, с кем встречаться?!

Мне же ничего не оставалось, кроме как наблюдать за ее мельтешением. С каждой минутой на душе становилось все хуже. Захотелось забыться, хоть на пару мгновений. Я прекрасно понимала, что напиться – не выход. Однако, казалось, что еще немного – и от безысходности ситуации в перемешку с предательством Аурелии сорвет крышу.

– Слушай, у тебя сурия есть? – мой вопрос заставил ее остановиться.

– Эми… – округлив глаза, вымолвила Берта, а затем махнула рукой и вылетела из комнаты. Впрочем, вернулась она буквально через пару минут с бутылкой этой коричневой гадости в руках. – С чаем или так?

– Так, – отозвалась я.

Подруга лишь кивнула и достала две кружки. Сперва она собиралась отмерять сурию десертной ложкой, но, немного подумав, отложила ее в сторону и налила на глаз.

Это стало началом незабываемого вечера. Выпив две порции исцеляющей душу жидкости, я начала горько рыдать, но после третьей внутри стало тепло и приятно. А главное, так легко.

– А давай нашу любимую? – предложила я подруге, улыбающейся во все тридцать два зуба. Неужели и у меня такая же глупая улыбка?

– А давай! – как-то быстро согласилась Берта, которой медведь наступил на ухо.

После этого наше «лай-лай» было слышно не только в общежитии, но и по всей округе. Как только раздались первые настойчивые стуки в дверь и сердитые выкрики прекратить это безобразие, я пожелала (явно не на трезвую голову) незваному гостю отправиться в дальнее путешествие и, желательно, заблудиться в каком-нибудь темном лесу. Вот кто меня тянул за язык? Почему было не придержать его за зубами и не внять требованиям? Вместо этого я наложила на дверь запирающие заклинания и еще громче запела.

Затем у нас начались танцы… Мы рисовались одна перед другой, заливаясь при этом хохотом. В какой-то момент, когда уже изрядно разошлись, Берта прокричала:

– Смотри, как я могу!

Она сбросила обувь и ловко запрыгнула на стол, даже не покачнувшись, и продолжила во всю глотку орать песню. Подруга кружилась и задирала поочередно то одну ногу, то другую, умудряясь при этом еще и делать взмахи юбкой.

Мне также не терпелось показать свои умения, поэтому, едва она закончила танец, на стол забралась уже я. Правда, не так грациозно, как это сделала подруга.

– Смотри, как надо! – взбрело мне в голову похвастаться.

Не знаю, насколько у меня хорошо получалось, но я отчаянно пыталась скопировать отложившиеся в памяти движения Берты. Она смеялась, хватаясь за живот, пока я вытанцовывала на небольшой деревянной поверхности, оказавшейся на удивление прочной. Но всему веселью когда-то приходит конец. В какой-то миг моя нога ступила в пустоту, и я начала падать, отчаянно пытаясь ухватиться руками за воздух. Подруга издала истошный вопль. Вместо того, чтобы броситься ловить меня, она таращилась во все глаза, приложив ладони ко рту. Я приготовилась к боли. Однако мой полет уж что-то слишком быстро закончился.

Приземлилась я, как оказалось, не на пол, а на руки нашего… узурпатора. И какая нелегкая его к нам занесла? Да еще и явно не попутным ветром. Не уж-то кто-то пожаловался на нас? Мы же вроде не сильно буянили? Или сильно? Ну, повесились немного… С кем не бывает? Особенно, когда на душе так тошно, что хочется волком выть.

Мы неотрывно смотрели друг другу в глаза, тем временем как он прижимал меня к себе. Не знаю, что Винсент увидел в моих, но в его плескалось расплавленное золото. И это не предвещало ничего хорошего. Ректор был вне себя от злости. Может, отвлекла от каких-то личных дел? Или вырвала из объятий тетушки? Мысль о том, что досадила таким образом своей родственнице, заставила меня широко улыбнуться, чем вызвала у мужчины секундное замешательство.

– Что здесь творится? – грозно спросил Винсент, как только поставил меня на пол.

Берта, осознав, что сейчас нам мало не покажется, рванула к двери, но запирающие заклинания высшего порядка не позволили ей сбежать. Она неустанно дергала за ручку, словно не осознавала, что это ничего уже не изменит. Ни ей, ни мне не избежать расправы.

Винсент одним взмахом руки снес все заклинания, и подруга выскочила в коридор, забыв даже закрыть за собой дверь. А не последовать ли мне ее примеру? Я только сделала шаг в сторону выхода, как раздался сердитый голос Винсента:

– Ты куда это собралась? А ну-ка стоять!

Пришлось подчиниться его приказу и остановиться на месте. Но поднять на него глаза так и не решилась. Как-то не привыкла я видеть Винсента в серых домашних брюках и белой майке с V-образным воротом, подчеркивающим сильные плечи, мускулистую грудь и плоский живот. Его тело, казалось, было без малейшего изъяна. Так, Эми, пить надо меньше, не мерещилось бы тебе сейчас невесть что! Это же Веня! Старый добрый Веня! Ладно, не старый и не очень-то порой добрый, но Веня!

Ректор подошел к двери и закрыл ее, а затем в комнате стало неестественно тихо. Значит, воспользовался пологом тишины. Он долго смотрел на меня, прежде чем заговорил:

– Куда запропастилась прилежная адептка, неукоснительно соблюдавшая установленные правила? – мягкий бархатистый голос заставил меня все-таки взглянуть на Винсента. – Опять взялась за старое?

– Не опять, а снова. И никак нет… Венечка, – добавила я, чуть помедлив, и глупо захихикала, однако уже через мгновение затихла, поскольку осознала насколько по-идиотски себя повела.

Интересно, а помимо издевательства ничего получше не могло прийти мне в голову?! Ох, Эми, нарываешься! Вдобавок ко нравоучительному внутреннему голосу в душе зашевелилась и совесть. Зачем я так сказала, сама не знала, ведь не хотела причинять ему боли. Раньше да, но не теперь. Ведь мы столько всего пережили вместе.

Ректор скривился, когда услышал подобное к себе обращение, но не удостоил мое высказывание ни замечанием, ни предупреждением. Что это с ним? Язык проглотил, что ли? Молодой мужчина скользил по моему лицу пристальным взглядом, словно видел впервые. Одна минута сменилась другой, однако он продолжал молчать, заставляя меня нервничать. За маской отчужденности невозможно было разобрать, о чем он думал. Благо расплавленное золото в глазах почти исчезло. В какой-то момент Винсент с тяжелым вздохом вымолвил:

– Ненадолго же твоей выдержки хватило. И так целый год тебя было не слышно и не видно. Я даже поверил, что ты исправилась. Вот и что мне теперь с тобой делать?

– Понять, простить и отпустить, – решительно заявила в ответ и ощутила, как румянец стыда заливает щеки.

Наверное, я совсем страх потеряла. Да за такое другой бы уже давно схлопотал, зная его нрав. Выдержке лорда Эванса следовало позавидовать.

– Ну уж нет! Все общежитие на уши подняла, а сейчас еще и хочешь отвертеться? – в голосе ректора прозвучало неподдельное удивление.

– Упс! – только и сказала я, оглядывая его с ног до головы. Не мог одеться что ли иначе? Мои глаза то и дело останавливались на загорелом участке кожи, не скрывавший столь соблазнительный вырез майки.

– Что значит «упс»? – растерялся на мгновение Винсент.

Может, воспользоваться его замешательством и сделать шаг назад? Глупо. От проницательных глаз ректора не укроется мое странное поведение и вызовет вопросы, на которые я не могла дать ответов, поскольку и сама не понимала, что происходит. Скорее всего, всему виной побочное действие сурии. Точно! А что еще? Однако в груди зародилось волнение. Во избежание очередного неразумного поступка следовало вести себя крайне осмотрительно, контролировать слова, слетающие с губ и надеяться, что Винсент с минуты на минуту покинет комнату.

– Так вышло, – потупила взгляд и нещадно затеребила домашнее платье пальцами, пытаясь скрыть охватившую их дрожь.

– Назначаю вам, адептка Стерн, отработку, – официальным тоном проговорил молодой мужчина.

– Как скажете, лорд Эванс, – без колебаний согласилась с ректором.

– И даже не станешь оспаривать мое решение? – спросил Винсент после затянувшегосся молчания, словно не поверил в услышанное.

– Нет, – отрицательно покачала головой, продолжая разглядывать свои ноги.

Веня, да поторопись же ты! Говори уже, сколько мне придется расставлять книги, только оставь поскорее душеньку в покое.

– Мда, – протянул мужчина, видимо, озадаченный моей покорностью. – Что ж! Насколько помню, самым действенным для тебя наказанием было мое присутствие. Да и по печеньицам твоим соскучился…

– А как же библиотека?! – изумленно воскликнула, проследив за ходом его мыслей.

– Ее я оставлю для твоей соучастницы.

– Она ни в чем не виновата! Это я ее подбила… – начала заступаться за подругу. Ох, еще и Берте перепадет из-за меня. Как же стыдно! Сдалась мне эта сурия!

– Вот завтра и расскажете, как все было, – с довольным видом промолвил Винсент.

– Может, в субботу? – ухватилась за шанс избежать свидания вслепую. А вдруг получится?

– В субботу? – темная бровь ректора изогнулась, образовав красивую дугу. – А что за событие предвидится в субботу? И почему ты так усердно пытаешься его избежать? – Винсент сразу раскусил меня. Он ожидал ответа, но я упорно молчала. Не рассказывать же ему о том, что родная тетка подыскивает мне кавалеров?! А такая хорошая отмазка могла получиться… – Раз так, значит, все-таки завтра, – решительно заявил ректор. Я издала огорченный возглас, чем вновь озадачила мужчину. – К семи вечера будь готова.

– К чему? – растерянно посмотрела на Винсента.

Когда мы в последний раз стояли так близко друг к другу? Мой взгляд блуждал по его красивым чертам лица, подмечая малейшие изменения. Добавилось пару морщинок вокруг глаз, а среди иссиня-черных волос на висках отчетливо виднелось несколько серебристых. Возраст начинал накладывать на мужчину свой отпечаток.

– К наказанию, – Винсент уклонился от прямого ответа, отчего-то не пожелал дать четких объяснений. – А подруге твоей – одно дежурство в библиотеке. Так уж и быть, впервые назначаю ей… Сама передашь? – устремил он на меня вопросительный взгляд, и я слегка кивнула. – Надеюсь, мне не придется сегодня больше вас утихомиривать? – ректор снова придал себе грозный вид, и я отрицательно замотала головой. – Спокойной ночи, Эми!

– Спокойной ночи, лорд Эванс, – пробурчала в ответ, следя за каждым его движением.

Он подошел к столу, забрал бутылку, ставшую виновницей устроенного нами беспредела, и исчез через пространственный портал. Впрочем, как и появился. С моих губ тут же слетел вздох облегчения. Я наконец-то могла расслабиться.

– Первый учебный день, а я уже успела отличиться. Не далеко ушла от Говарда… – вспомнился мне внезапно бывший жених. Интересно, так в чем все-таки заключается наказание? Ждать осталось недолго, всего-то до завтрашнего вечера, но нещадно поедающее меня любопытство обещало оставить от тела лишь кости.

Я набралась храбрости и направилась к подруге, чтобы сообщить о наказании. Стоило поднести руку к двери, как она широко распахнулась. Скорее всего, Берта постоянно прислушивалась к звукам за стеной, с нетерпением ожидала моего появления, вернее, вынесенного нам обеим вердикта. Я спешно переступила через порог и двинулась вглубь комнаты.

– Сильно кричал? Хоть не отчислил? – обеспокоенно спросила заметно побледневшая подруга. Поди, перенервничала бедняжка, сидя одна в неизвестности, тем временем как меня отчитывали по полной за собственную глупость. На оба ее вопроса я отрицательно покачала головой. – Фух, пронесло, – она облегченно выдохнула, и на ее лице снова появилась довольная улыбка.

– Не совсем. Нам обеим назначена отработка, – виновато глянула я на подругу и в который раз за вечер понуро опустила голову. На душе скребли кошки.

В серых глазах Берты вновь поселилась тревога. Она облизнула вмиг пересохшие от волнения губы и еле слышно прошептала:

– Какое?

Казалось, подруга даже задержала дыхание в ожидании вердикта, поскольку ее грудь перестала вздыматься.

– На твою долю выпала библиотека.

– Сколько? – спросила она, едва облегченно выдохнула, однако голос от напряжения все же дрогнул.

– Чего? – недоуменно уставилась я на соседку. Мы словно на разных языках разговаривали.

– Сколько продлится наказание? Месяц-два?

– Один день, – поспешила ее успокоить, и Берта тут же прыснула со смеху.

– Один день? Да ты шутишь! – от заливистого хохота у нее даже слезы на глазах проступили, которые она начала вытирать тыльной стороной ладони.

– Что тебя так развеселило? – странное поведение соседки весьма озадачило меня. Не сурия ли тому виной?

– Да так, ничего, – отмахнулась подруга, пытаясь успокоиться. – Ну, а тебе какое? – сложилось впечатление, что этот вопрос прозвучал с издевкой.

– Не знаю. Не поняла толком. То печенье упомянул, то про свое присутствие, – пробубнила я себе под нос, однако она прекрасно все расслышала.

Берта задумчиво склонила голову набок и прищурила правый глаз. Выражение ее лица мне сильно не понравилось. Казалось, подруге в голову закралась безумная мысль. И лучше бы она оставила ее при себе, а не решилась поделиться со мной.

– Знаешь, Эми, говорила это два года назад, повторюсь и еще раз: наш узурпатор явно неровно к тебе дышит.

– Кто? Веня?! – мои глаза расширились от удивления, которое вскоре сменилось возмущением. Дыхание настолько сбилось, что я хватала ртом воздух, не в силах сделать полноценный вдох. – Что… что ты такое говоришь? Бред какой-то! Веня на меня запал. Смех, да и только!

– Хотелось бы услышать твои объяснения, – она скрестила руки на груди и испытующе на меня посмотрела. На губах же застыла ехидная ухмылка. – Почему он вынес нам такое наказание? Правда, это сложно даже наказанием назвать. Так, для отцепки, чтобы адепты лишний раз не судачили. А они будут… После такого мало кому удавалось выйти сухим из воды.

– Возможно, благодарность за спасение жизни. Или же из-за родства с Аурелией, – я хваталась за любую идею, которая могла оправдать Винсента.

– Угу. Вот только поблажки он стал давать тебе еще до покушения и знакомства с твоей тетушкой. И как-то родственные связи с Говардом не мешали ему наказывать своего братца по полной программе.

– Если бы все было, как ты говоришь, то ректор уже давно бы что-то предпринял. Хоть как-то намекнул бы на свои чувства. Он не из тех, кто будет стоять в сторонке и с грустью наблюдать за происходящим.

– Ты права, лорд Эванс очень коварен. Его уму и выдержке стоит просто позавидовать. Своими манерами и действиями он зачастую напоминает хищника. А хищники любят выжидать. И, кажется, он дождался… – произнесла она загадочным тоном.

– Чего?

– Момента, когда соперник сам устранится.

– Не говори ерунды! – все-таки вспылила я, едва поняла, на что она намекала. – Ты и сама прекрасно слышала, что Винсент собирается познакомить Аурелию со своими родителями. Следовательно, он все же решил на ней жениться. Так что твои доводы беспочвенны.

– А что ему мешало это сделать целый год? Почему именно теперь? – она потирала указательным пальцем подбородок, словно искала ответ на свой же вопрос.

– Да откуда мне знать, какие у них отношения? Может, созрел наконец-то, забыл ту змею подколодную, – произнести имя бывшей невесты Винсента у меня не повернулся язык. От одного воспоминания о ней и ее любовнике моя кожа становилась гусиной.

– Кстати, а эти сережки, тоже ерунда? – казалось, Берта настолько ушла в свои размышления, что не расслышала меня. Стоило ей напомнить о любимом украшении, как я тут же ухватилась обеими руками за уши, проверяя, на месте ли подарок Винсента. Он по-прежнему был мне дорог. – Кому еще ректор сделал такой «пустяковый» презент?

– Не знаю и знать не хочу! А по поводу Вени ты неправа! Сама себе там что-то надумала, поверила, а теперь еще и меня пытаешься убедить в этом, – в моем голосе прозвучали раздраженные нотки. Между нами назревала ссора. И уже в который раз именно ректор становился ее причиной.

– Эми, да открой же ты глаза! Тут и так все ясно, как дважды два – четыре, – она сделала шаг ко мне, словно пыталась надавить, заставить принять ее слова за истину.

Я возвела глаза к потолку, сжала кулаки до побелевших костяшек и несколько раз шумно выдохнула. Постепенно злость немного улеглась. На смену ей пришла обида.

– Похоже, тебя бесполезно переубеждать, – негромко произнесла я, устав от нашей перепалки.

– Ты права. Не стоит и пытаться. Я все равно останусь при своем мнении, – недовольно фыркнула Берта.

– Ну и ладно, – казалось, подобный ответ положит конец этой выводящей из себя беседы. Но не тут-то было.

– Тебя, надеюсь, к нему не тянет? – в ее глазах вновь поселилась тревога.

– Не находишь, что в своих фантазиях ты перешла уже все дозволенные границы? – я не скрывала охватившего меня гнева. Никогда не думала, что ей может прийти такое в голову!

– Как-то слишком рьяно ты защищаешься, не находишь ли? – с вызовом спросила соседка, нисколько не ощущая вины за сказанное.

– Да ну тебя, – я поняла, что смысла в дальнейших препирательствах никакого нет, и быстрым шагом направилась к себе, даже не пожелав Берте спокойной ночи. К утру я, конечно же, остыну, но теперь напоминала раскаленный докрасна чайник. Только что пар не шел из ушей.

А в собственной комнате меня ждал сюрприз.

– Ингрэм! – удивленно воскликнула я и бросилась ему на шею.

Однако мой черноглазый некромант не выразил никакой радости от встречи. Его объятия показались мне каким-то холодными, не такими крепкими, как ранее. И это после стольких дней разлуки! Я слегка отстранилась и в недоумении взглянула на Ингрэма. Красивые черты лица заострились. Желваки ходили на скулах ходуном.

– Что-то случилось? – с толикой настороженности спросила я и поежилась от его пронзительного взгляда.

– Это я у тебя хотел спросить, Эми, – резким тоном произнес он и сжал губы в тонкую линию.

– О чем ты? – я растерялась. Не день, а сплошное сумасшествие.

– Не успел я толком покинуть стены академии, как он взялся за старое! – в гневе выпалил милый. Я сразу же поняла, о ком он.

– Ингрэм… – ласково произнесла я, желая успокоить его. В нем взыграла ревность.

– Что он здесь забыл? – перебил меня черноглазый некромант, испепеляя взглядом. Лгать ему я однозначно не собиралась.

– Я… Это моя вина, – мой голос прозвучал нерешительно. Ингрэм испытующе на меня смотрел, ожидая продолжения. Я не стала медлить: – Мы с Бертой немного пошумели. Лорд Эванс приходил успокаивать нас.

– Эми… – от его укоризненного тона я почувствовала себя еще хуже.

– Ничего не говори. И так знаю, что поступила безрассудно, – даже я с трудом различила свой шепот.

– На то были причины? – уже мягче поинтересовался Ингрэм.

– Да, – без промедления отозвалась я, заглядывая ему в глаза. Мне хотелось увидеть в них нежность, с которой он так часто на меня смотрел.

– Поделишься? – он вновь сомкнул руки за моей спиной, и я начала рассказывать о всех проблемах, выпавших за последние дни на мою долю. Ингрэм с каждой минутой мрачнел все больше. – Что мне делать? – с моих губ слетел рваный выдох.

Молчание, повисшее между нами, затягивалось. Зачем он меня томил? Я ведь сгорала от нетерпения услышать его ответ.

– Разве у тебя есть теперь выбор? – приунывшим голосом наконец-то вымолвил некромант.

– Есть! – я слегка отстранилась от него. – Давай поженимся! – выпалила на одном дыхании, чувствуя, как стыдливый румянец заливает щеки.

До чего я докатилась?! Сама напрашиваюсь у парня взять меня в жены. Даже в худшем кошмаре вряд ли приснится подобное.

Темные брови Ингрэма медленно поползли вверх от удивления, а рот слегка приоткрылся. Ему понадобилось пару минут, чтобы поверить в услышанное и подобрать нужные слова для мягкого отказа:

– Эми, ты же знаешь, что еще не время для такого ответственного шага.

– Но почему, Ингрэм? – озадаченно посмотрела на милого. – Разве ты меня не любишь?

– Ну что за глупости?! Конечно люблю. Просто я пока не в состоянии прокормить нас, а ходить с протянутой рукой к отцу я не собираюсь.

– Они есть у меня! – мои разработки приносили неплохой доход. – На первое время хватит.

– Я ни за что не возьму их у тебя! – на его правом виске запульсировала от злости вена, а на скулах заиграли желваки. – Это просто унизительно! Я не альфонс и не стану сидеть на шее у собственной жены. Как тебе, вообще, взбрело в голову предложить мне такое?

Эта тема была для него очень болезненной, однако на кону стояло наше счастливое будущее. И в некоторых случаях, подобно нашему, следовало наступить на свою гордость.

– То есть ты сейчас как ни в чем ни бывало заявляешь, что ничего страшного не произойдет, если я схожу на свидания с какими-то незнакомыми мужиками, которых выберет на свой вкус моя тетка?

– Три встречи я как-нибудь переживу, – его реакция меня ошеломила. Другой бы уже давно разнес всю комнату, а не говорил это, просто сжав челюсти.

– А я? – еле слышно спросила у него, но ответа не последовало. – Знаю, ты хочешь встать сперва на ноги и не зависеть больше от своего отца. Но, Ингрэм, иногда нужно поступиться принципами. В данном случае ради нас, – проговорила вкрадчивым голосом, пытаясь достучаться до него. Но услышит ли он меня?

– Не уподобляйся пустоголовым девицам и не закатывай сцен! – достаточно резко проговорил Ингрэм.

Я смотрела на него во все глаза, не смея произнести ни слова. Что это с ним? Чем я его так разозлила?

– Прости меня! Конечно же, ты не такая, – он стремительно сократил разделяющее нас расстояние и заключил меня в крепкие объятия, однако я пребывала в таком шоке, что даже не пошевелилась. – Эми, пойми, мне нужно многого достичь в жизни. Твое имя уже на слуху, а мое связывают лишь с отцом. Ты же не хочешь, чтобы я остался в вашей тени? – Ингрэм успокаивающе поглаживал мою щеку костяшками пальцев. Я отрицательно покачала головой. – Ну так вот. Какая сейчас женитьба? Ведь после нее непременно появятся дети… Тебе придется оставить учебу, я же не смогу уделять вам должного внимания. И тогда у нас начнутся проблемы. В итоге, наша любовь может перерасти в ненависть. Разве ты этого хочешь?

– Мы можем повременить с ними, – еле слышно прошептала я. – Хватает нынче зелий, – мои щеки запылали от смущения. Подобное мне даже с Бертой было стыдно обсуждать, а с ним так и подавно.

– Нет, Эми! – решительно заявил Ингрэм. – Давай отложим эту тему как минимум на год? Хорошо?

– Но почему? – я не намеревалась сдаваться. Хотелось понять причину его нежелания жениться на мне.

– Во-первых, твои родители не дадут сейчас согласия на брак. Во-вторых, у меня большие планы на ближайшее время, – без утайки ответил Ингрэм, так сильно походивший в данный момент на своего отца – великого архимага. Однако сейчас я предпочла бы сладкую ложь.

«И я в них, похоже, не вхожу, – пришла я к печальному выводу. – Ну ничего, милый, планы планами, а счастье свое упускать я не собираюсь!»

– Думаю, мне следует уйти. Хватит с тебя и одного наказания. Ты ведь его получила? – с тяжелым вздохом полюбопытствовал мой брюнет. Я слегка кивнула, мысленно подбирая слова, чтобы смягчить его злость, которая должна была последовать после вопроса об отработке, но ничего подобного не произошло. – Тогда ложись спать. Время уже позднее. И тебе, и мне следует хорошенько выспаться. Вот увидишь, Эми, мы переживем эти трудности и непременно будем счастливы вместе, – прошептал он на ухо, слегка покачивая меня из стороны в сторону.

– Когда тебя ждать в следующий раз? – только и вымолвила я, всячески стараясь скрыть разочарование.

– В воскресенье, – ответил Ингрэм после недолгих размышлений.

– Хорошо, – я натянуто улыбнулась, надеясь, что голос прозвучал достаточно ровно и не выдал истинного состояния.

– Спокойной ночи, Эми, – прошептал он прямо в губы, а затем едва ощутимо прикоснулся к ним и с нежностью посмотрел на меня.

Я расстроилась еще больше, поскольку подумала, что уже через мгновение останусь одна. Однако Ингрэм вновь склонился и поцеловал, на этот раз уже не столь целомудренно. Едва мои ладони легли ему на шею, как он отпрянул и заправил мне за ухо выбившуюся прядь волос. В черных глазах полыхал огонь страсти. Значит, все должно пройти как по маслу. Хоть тут проблем не возникнет.

– Спокойной ночи, – еле слышно прошептала я, едва брюнет убрал руку. Он еще на мгновение задержался на моем лице взглядом, а затем все же исчез.

Стоило ему уйти, как по моим щекам одна за другой начали скатываться слезинки. Давно между нами не было подобных размолвок. Наш разговор лишь подтвердил, что мой поступок вызовет у него недовольство, если не взрыв ярости, но я не могла позволить расстоянию и времени разлучить нас. Вытерев со щек мокрые дорожки, подошла к распахнутому настеж окну и вдохнула свежий воздух.

“Ничего, позлится немного и успокоится”, – пронеслась в голове мысль после получасовых размышлений. Но не это должно было меня сейчас заботить, а предстоящее свидание вслепую, которое состоится уже в эту субботу, и к нему следовало хорошенько подготовиться. Оставалось лишь надеяться, что все пройдет по плану и оно не затянется. Вот только за отваживанием кавалера меня непременно ожидало очередное наказание. Как-то не верилось, что Веня закроет на это глаза, если таким образом отреагировал на сегодняшнее веселье. Что ж, все грядущие муки стоили того, чтобы в конечном итоге стать счастливой.

Я быстро приняла душ и отправилась спать. Хоть кровать была мне уже как родная, сон не хотел забирать в свои объятия. Я скучала без Обжорки, который ни разу не появился за последние три месяца. Скорее всего, Ингрэм запретил ему подобные вылазки. Слезы вновь начали наворачиваться на глаза. Я перевернулась на другой бок, смежила веки и в попытке поскорее уснуть представила белых пушистых овечек. Это вычислительное упражнение подействовало усыпляюще. На меня накатила дрема, когда я почувствовала легкое поглаживание по щеке. Такая ласка вызвала у меня улыбку. Хотелось перехватить широкую ладонь и прижать к себе, чтобы больше не отпускать ее, но сил на это уже не хватило. Я не сомневалась в том, что это был Ингрэм. Видимо, он все-таки осознал вину и вернулся.

Утро добрым мне не показалось. Мало того что не выспалась и голова раскалывалась на части с похмелья, так еще и воспоминания о событиях прошлого вечера ворвались в память подобно штормовому ветру. С пересохших губ слетел глухой стон, и я от стыда закрыла ладонями лицо. Теперь пересудов точно не избежать. Желание идти на занятия отсутствовало напрочь. Однако спрятаться под одеялом и не пойти в академию – не решение проблемы, а создание новой, но ведь их и так имелось уже в достатке. Еще минут десять понежившись в постели, все же поднялась и направилась прямиком в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок. Но попытки не увенчались большим успехом.

Берта выглядела не намного лучше меня. Стоило ей переступить порог моей комнаты, как она тут же скривилась, а затем и вовсе помахала рукой перед носом.

– До чего же стойкий у него парфюм, даже за ночь не выветрился, – подруга недовольно фыркнула.

– У кого? – я не сразу сообразила, кого она имела в виду.

– У главгада, – последовал короткий ответ. Она смотрела на меня, впившись задумчивым взглядом, однако на этот раз оставила все мысли при себе.

– Я ничего не чувствую, – недоуменно пожала плечами и сделала несколько глубоких вдохов, но так и не ощутила столь знакомого аромата.

– Привыкла, поди, – с этими словами она покинула комнату, и я последовала за ней.

Ее тонкий слух и нюх всегда вызывали у меня восхищение, а порой и зависть, ведь эти способности несомненно пригодились бы мне при создании новых зелий. Но каждому в этой жизни дается какая-то своя особенность. И мне не следовало на нее сетовать.

– Как вчера погуляла? – во всеуслышание, да еще и с издевкой полюбопытствовала моя соседка по парте Хелен, едва я появилась в аудитории. Значит, слух о пирушке, устроенной накануне вечером мной и Бертой, разлетелся уже по всей академии. Теперь понятно, что вызвало смешки и косые взгляды в нашу сторону в столовой за завтраком, который так и не смогла осилить.

– Замечательно! – без колебаний отозвалась я, заправив выбившуюся прядь волос за ухо. – Завидуй молча! – мне в карман за словом лезть не нужно было.

К сожалению, с новой группой я толком так и не сдружилась. Девушки до сих пор смотрели на меня, не скрывая презрения и зависти.

– Было бы чему! Еще пару таких выступлений, и вылетишь отсюда, как миленькая, – злорадно рассмеялась другая светловолосая адептка, скрестив руки на груди.

– Посмотрим, кто быстрее, – усмехнулась в ответ, намекая на ее неуспеваемость, и с гордо поднятой головой направилась к своей парте.

И как с этими змеями отучиться еще четыре года? С некромантами и то намного проще. Все вечно на своей волне, а эти только и норовили, как бы укусить побольнее, да яду побольше влить в рану.

Буквально через несколько минут после перепалки раздался звук множества труб, возвестивший о начале лекции по смертельным заклинаниям. Вошедший в аудиторию преподаватель заставил в одно мгновение всех утихомириться. Я всячески старалась сосредоточиться на новом материале, однако мыслями то и дело уносилась ко вчерашнему разговору, состоявшемуся между мной и Ингрэмом. Вновь и вновь прокручивала его в памяти.

“Неужели мои успехи так сильно задевают его самолюбие? Он завидует мне? А что, если Винсент и правда выгонит меня из академии уже в эту субботу?” Я тряхнула головой, отгоняя прочь мрачные мысли.

В обед я и моя подруга снова оказались в центре внимания.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю