290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Хорошая адептка - мертвая адептка (СИ) » Текст книги (страница 15)
Хорошая адептка - мертвая адептка (СИ)
  • Текст добавлен: 3 декабря 2019, 22:00

Текст книги "Хорошая адептка - мертвая адептка (СИ)"


Автор книги: Анастасия Маркова






сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

Глава 14

Стоило Аурелии сорваться с места с криком “Ах ты паршивая овца!”, и мы оказались в спальне Винсента. Ректор решил перенести нас в свой дом, чтобы избавить меня от разборок со слетевшей с катушек тетушкой. И я была безмерно благодарна ему за стремительный побег, поскольку мое состояние не располагало к выслушиванию незаслуженных обвинений и оскорблений. Тем более от той, которую некогда считала близкой подругой.

Винсент бережно опустил меня на мягкий ковер и, убедившись, что я уверенно стою на ногах, отстранился. Первым делом я осмотрелась. Ничто в комнате не указывало на бурно проведенную здесь ночь, однако это не помешало моим щекам залиться багряным румянцем при виде заправленной постели.

– Может, мне лучше к себе? – нерешительно спросила я, переведя взгляд на главу академии, у которого на скулах играли желваки.

В его глазах полыхало расплавленное золото. Ректор злился. Хотя нет, он был в ярости.

– Ни в коем случае! Пока все не закончится, побудешь у меня. Здесь тебя не достанут ни таргеринцы, ни тетушка. Что на нее вообще нашло?

– Пришла в бешенство, ведь ее хрупкий замок из песка все-таки рухнул, – пожала я плечами и сложила руки на груди.

– Можно поподробнее? – голос Винсента прозвучал немного резко.

– А? Что? Разве я что-то говорила? – пошла я на попятную, сделав вид, что и вовсе ничего не отвечала.

– Неужели до сих пор на что-то надеялась? Я ей четко дал понять, что между нами никогда ничего не будет, – он запустил пальцы в волосы и слегка взъерошил их. – В любом случае, я никому не позволю оскорблять тебя.

С этими словами он подошел к шкафу, выбрал майку, положил ее на покрывало, а затем заключил меня в объятия. Рядом со мной он заметно смягчился, хотя я по-прежнему ощущала напряжение в его теле.

– Тебе сегодня изрядно досталось, так что ложись и отдыхай.

– А ты? – я позволила себе вольность, и волна жара в тот же момент пронеслась по венам.

– С удовольствием составил бы тебе компанию, но не могу, – ухмыльнулся ректор, вглядываясь своими золотисто-карими глазами в мое лицо, словно хотел запомнить каждую черточку, каждый изгиб. – Появилось несколько непредвиденных дел.

– Каких?

– Надо отдать указание, чтобы в лаборатории навели порядок, а то магистра Триннес точно хватит инфаркт, – едва Винсент заговорил о порядке, под которым подразумевал тела таргеринцев, у него на лбу появилась глубокая вертикальная складка. – Да и с Аурелией не мешало бы переговорить, а то ей совсем крышу снесло. Она может тебе как-нибудь навредить, если не услышит меня?

Забота ректора вызвала приятный трепет в груди, поскольку не припомнила, чтобы кто-то так сильно волновался обо мне в последнее время.

– Помимо того, что рассказать о нас родителям, нет, – без толики сомнений ответила я, и Винсент снова напрягся.

– И как, думаешь, они воспримут новость?

– Понятия не имею. Не стану лгать, папа не очень любит боевых магов после истории с Говардом. Но многое зависит от того, каким образом тетушка все преподнесет. Хоть ничего такого и не было сказано, Аурелия может приврать и заявить, что я чуть ли не каждую ночь провожу в твоей постели. И опровергнуть ее слова мне уже не под силу.

Я ощутила, как с лица схлынывает кровь, едва представила, в какой ужас придет мама, едва узнает о моем неподобающем поведении.

– Если она так поступит, то окончательно упадет в моих глазах, однако тем самым Аурелия окажет нам услугу. Ведь лорд Стерн потребует от меня незамедлительно жениться на тебе, а я буду этому несказанно рад, – губы Винсента изогнулись в обворожительной улыбке. – А как ты смотришь на то, чтобы не дожидаться, пока она доберется до твоих родителей, а первыми известить их о нашем намерении сыграть в ближайшее время свадьбу?

– А если они не одобрят наш союз?

– Скажем, что ты беременна. Тогда точно одобрят, – совершенно спокойным голосом произнес он.

У меня перехватило дыхание от услышанного. Эта новость убьет маму.

– Но это не так! – выпалила я, разозлившись на Винсента, и отстранилась.

– Во-первых, откуда им знать, во-вторых, поработаем над этим моментом.

– Лорд Эванс, мне еще учиться три года, между прочим!

Услышав в моем голосе ледяные нотки, любимый нахмурился.

– Разве я отчисляю тебя из академии или заставляю бросить учебу? – его бровь вопросительно изогнулась.

– С ребенком будет сложно закончить академию.

– Сложно, но мы справимся. Наймем няню, подключим бабушек, – весомые доводы ректора умерили мой пыл. Однако на смену гневу пришел страх. Ведь не стоило забывать и о Эвансах.

– А как отреагируют твои родители?

– Придут в восторг. Ты же знаешь, как они тебя любят. Мама всегда стояла за тебя горой.

Внезапно его нежная улыбка померкла, а в глазах промелькнуло чувство вины и сожаления, вызванные, скорее всего, воспоминаниями о первых днях нашего знакомства. Но ему нечего было стыдиться, ведь и я раньше считала его сухарем и высокомерным занудой.

Я протянула к нему руку, и Винсент без промедления сократил между нами расстояние и обнял меня.

– К сожалению, мне пора, – с горечью проговорил он. – Дела не ждут. А ты ложись и не переживай ни о чем. Вместе мы справимся с любыми трудностями. Проснешься, еще о многом поговорим. Даже не представляешь, чего мне стоит каждый раз стоять рядом с тобой и сдерживаться, чтобы не поцеловать, – взгляд ректора опустился на мои губы, и его золотисто-карие глаза потемнели.

– И что же вас останавливает сделать это прямо сейчас? – заигрывающим тоном спросила я, прекрасно понимая, что за этим последует.

– Думаю, ничего, – прошептал он, когда наше дыхание смешалось, и уже в следующее мгновение накрыл мои губы своими.

Поцелуй стремительно набирал силу и вскоре из нежного, прощального перерос в страстный, напористый и волнующий. Руки Винсента скользили по моей спине, разжигая в теле огонь, заставляя меня бесстыдно прижиматься к нему. Понятия не имела, сколько прошло времени, но мы оторвались друг от друга, только когда в легких закончился воздух. Дыхание ректора также было прерывистым, а глаза – почти черные. Мое же сердце намеревалось выскочить из груди.

– Мне следует немедленно уйти, иначе дела так и останутся нерешенными, а ты определенно не выспишься, – прошептал он, и я в очередной раз поразилась власти, которую имела над ним.

Он вновь поцеловал меня, на этот раз быстро, едва ощутимо, разжал объятия, наложил на двери запирающие заклинания высшего порядка, поставил несколько маячков и исчез в сизой дымке. Еще с минуту я стояла и смотрела на то место, где пару мгновений назад был портал. Мне не верилось, что буквально вчера мы были практическими чужими друг другу, но всего один мой решительный шаг перевернул наши жизни с ног на голову. Жалела ли я о своем поступке? Ни в коем случае. Невзирая на усталость, я впервые за последние несколько месяцев ощущала себя живой. Наконец-то были сброшены все цепи, разбиты преграды, стоявшие у нас на пути.

Сейчас, оглядываясь назад, я понимала, что зачастую сама возводила между нами стены, отдалялась от него. Но не зря говорят, что всему свое время. Наверное, случись это год назад или даже пару месяцев, я чувствовала бы себя виноватой перед Ингрэмом и Аурелией. Возможно, не смогла бы принять предложение Винсента, наломала бы немало дров, совершенно не прислушиваясь к сердцу и руководствуясь дурацкими принципами. Однако сейчас многое изменилось. Конечно, страх перед будущим до конца не покинул меня и наверняка еще не скоро сойдет на нет, но я собиралась рискнуть всем и довериться мужчине, которому была далеко небезразлична.

Решив прервать поток мыслей и последовать совету Винсента, я сняла платье, аккуратно повесила его на спинку стула, надела мужскую майку и забралась в постель. От подушки исходил пьянящий мужской запах. Я обняла ее, представив ректора, и погрузилась в крепкий сон.

***

За окном разлилась темнота, а в комнате тускло горел магический светильник, когда я проснулась. Винсент сидел в кресле с книгой в руках. На нем уже были майка и домашние штаны. Он сразу почуял, что я не сплю. Захлопнув увесистый томик, положил его на тумбочку и присел на край постели. В тот же момент раздалось рычание. Ректор недовольно поморщился и посмотрел куда-то в изножье кровати. Проследив за его взглядом, изумленно воскликнула:

– Обжорка!

Услышав свою вторую кличку, енот поднялся и важной поступью подошел к моей вытянутой руке. Он ластился, забавно курлыкал, однако зачастую поглядывал на Винсента, сидевшего с абсолютно непроницаемым лицом. Похоже, неприязнь между ними так и не исчезла.

– Откуда ты взялся, моя прелесть? – ласково спросила я у Рики, словно он мог ответить.

Обжорка еще раз посмотрел на ректора, для надежности зашипел и завалился набок, а потом перевернулся на спину и подставил мне живот.

– Давно он здесь? – обратилась я к молчаливому Винсенту, пристально наблюдавшему за моим общением с енотом.

– Когда я вернулся, он уже сидел у твоих ног, – не сразу, но он все же ответил.

Невзирая на приглушенный свет в спальне, от моих глаз не укрылись следы усталости на его лице. Я испытала острое чувство вины. Ведь это из-за меня ему пришлось сегодня нелегко. Ректор просил не вмешиваться в это дело, однако я все равно поступила по-своему. В итоге разгромила лабораторию и чуть сама не пострадала. Результат хоть положительный?

– Давно вернулся? – как можно мягче проговорила я и накрыла его руку своей.

Винсент глянул на часы и только тогда вымолвил:

– Не очень. Часа два назад.

– Ничего себе! А сколько сейчас? Ого! Уже девять! Ну я и соня, – протянула я, а затем заметила на одеяле красное пятно от варева и залилась стыдливым румянцем. – Прости, что улеглась вот так. Мне следовало сперва принять душ, но силы к тому моменту совсем иссякли.

– Пустяки, – он сморщился, словно я произнесла глупость, а затем заботливо спросил: – Как себя чувствуешь?

Я потрогала затылок и нащупала там небольшую шишку.

– Голова немного побаливает, но в целом хорошо. Может, я пойду? – нерешительно проговорила я.

– В душ? – уточнил ректор.

– К себе.

– Еще ничего не закончилось. В общежитии небезопасно, – Винсент посуровел лицом.

Мой пульс заметно участился, стало трудно дышать. Неужели вновь кто-то пострадал?

– Откуда такие сведения?

– Аурелия поделилась, – ректор шумно выдохнул и на пару мгновений закрыл глаза. Разговор определенно не заладился.

– Ты с ней все-таки встретился, – заволновалась я. – И как результат?

– Не думаю, что она меня услышала. Я так и не смог переубедить ее ничего пока не рассказывать твоим родителям, – Винсент устало поднялся с кровати и принялся мерить спальню широкими шагами.

– Этого и следовало ожидать.

– Не затягивай с признанием.

– Завтра же напишу маме письмо, – я уставилась на стеганое одеяло, обдумывая, как им преподнести новость обо мне и ректоре.

– Давай я сам все сделаю.

– Нет! – я была категорична. – Лучше пусть узнают от меня.

– Прости, – с обжигающей болью в голосе выпалил он.

– За что?

– Мне нужно было держать язык за зубами. Не знаю, что на меня нашло.

– Не бери в голову, Винсент. Мелочи жизни, и мы их непременно переживем. Ты разузнал что-нибудь о Джордане? – я решила сменить тему разговора, чтобы отвлечь его от самобичевания. Мне больно было наблюдать за его метаниями.

– Его нашли в заброшенном доме на окраине города. С ним все в порядке, отделался сотрясением и ушибами. Жить точно будет. Там еще рогоносец был, с которым ты на свидание ходила.

– Лоренс? – изумленно воскликнула я, ощущая, как внутри поднимается волна негодования, и злобно прошипела: – Так вот к кому они собирались обратиться… Ну, Джордан, только попадись мне на глаза! Придушу собственными руками! Обманул и глазом не моргнул.

– Я уже выяснил, что после твоего отказа Лукас-младший вышел на него. Видимо, у этого Лоренса совсем мозгов нет или же он настолько отчаянный, раз согласился.

– Получается, те двое знали, к кому они направятся первым делом, и выкрали его до того, как к нему пришел Джордан. И тогда он с послом заявился ко мне. Но почему они все-таки не отправились в коллегию зельеваров? – этот вопрос мне никак не давал покоя.

– Потому что в ней состоит этот Лоренс. И новость о внезапном исчезновении одного из их членов вызвало бы шумиху. Во-первых, шансы найти добровольца резко снизились бы, а во-вторых, значительно выросла бы цена услуги. К тебе им выгодно было обращаться. Мало того что умная, так еще и казна не пострадает. Думаешь, им жалко выписать какую-то бумажку? Это проще, чем расстаться с деньгами, – недовольно поморщился ректор.

– Если еще ничего не закончилось, значит, таргеринцы живы? Универсальный антидот подействовал? – с надеждой посмотрела я на Винсента. Мое сердце замерло в ожидании ответа. Я боялась услышать, что все старания были напрасны.

– Да, они живы, но пока очень слабы. Им продолжают давать твое противоядие. К тому же после произошедшего в академии усилили охрану.

– Прекрасная новость. Даже не представляешь, как я рада это слышать. Но кто они такие, что о них печется сам посол?

– Императрица и наследный принц.

– Вот это да! – не верила я собственным ушам. – Но зачем на них было покушаться?

– Видимо, кто-то затевал переворот или же расчищал себе путь к трону. Таргеринский император уже немолод. У него всего один законный сын. Поэтому цель выбрана разумно.

– А два других покушения были лишь для отвода глаз.

– Или же план по развязыванию войны между двумя странами рухнул, поскольку таргеринский император шел на мировое соглашение и всячески старался избежать конфликта. И тогда они решились на более дерзкий шаг.

– Что бы им дала война? – я с нетерпением ждала объяснений.

– Любая война, Эми, как правило, вызывает недовольство масс и побуждает их восстать против существующих условий, особенно против власти.

– Интересный кто-то выбрал способ, чтобы убрать императора, – задумчиво проговорила, поджав губы, и потрепала сопящего Обжорку по шерстке.

– Да, чтобы не марать свои, он решил сделать грязное дело чужими руками, – тихо произнес ректор и провел ладонью по волосам.

– Винсент, как ты оказался в лаборатории? – это был еще один вопрос, который не давал мне покоя.

– Я не стал сидеть в кабинете, а то и дело прохаживался по коридорам. Меня насторожил тот факт, что таргеринец ни с того ни с сего направился в уборную.

– Что в этом странного?

– Эми, боевые маги не ходят в уборную посреди задания. А именно их и послали следить за вами. Я решил понаблюдать, что же будет дальше. Прождав немного, прошелся по второму этажу и вернулся. Охранники к тому времени уже загадочным образом исчезли, я их позже под лестницей нашел, а у спуска в лабораторию стоял таргеринец, у которого с ладоней слетали клубы дыма. Вот тогда я и понял, что дело плохо.

– Он тебя заметил?

– Да, между нами завязалась борьба. Между прочим, сильный был маг. Направили профессионалов. До сих пор не представляю, как ты с ними справилась в одиночку, – он снова присел на краешек и ласково провел пальцем по щеке.

– Ты мог погибнуть из-за меня… – горло сжалось в болезненном спазме, а глаза неприятно защипало.

– Все в порядке, любимая. На мне и царапины нет. Не представляешь, как я за тебя перепугался. Ни за что на свете не простил бы себя, если бы не уберег тебя, – он приблизился, и наши губы на миг соприкоснулись. – Прости мне вольность, но я порылся в твоем шкафу и взял кое-что из вещей. Подумал, тебе захочется во что-нибудь переодеться. А еще написал короткую записку, что ты срочно уехала к родителям, и сунул под дверь твоей соседки.

– Спасибо! Ты так заботлив! – мой голос дрогнул.

– Пойду приготовлю тебе полотенце и посмотрю, как там дела на кухне.

Винсент снова едва ощутимо поцеловал меня и вышел из спальни. На моих губах блуждала глупая улыбка. Я до сих пор не верила своему счастью. Но одного взгляда на наглую мордочку хватило, чтобы ощутить вину.

– Даже не представляешь, бандит, как я рада тебя видеть. Снова сбежал, – с тяжелым вздохом заключила я, поглаживая енота, и тот открыл свои хитрющие глазки. Вряд ли некромант отпустил бы своего фамильяра проведать меня после всего, что мы наговорили друг другу. – Мне жаль, Обжорка, что все так закончилось. И я, и Ингрэм подвели тебя. Знаю, ты любишь нас обоих, но наши отношения закончились. Мы никогда не будем больше вместе. Пусть тебе и не нравится Винсент, но я люблю этого мужчину. Всем сердцем.

Реакция Обжорки была незамедлительной: он вскочил, недовольно фыркнул, спрыгнул с кровати и исчез. По всей видимости, ему не понравилось услышанное. Но что я могла поделать?

– Уже ушел? – спросил внезапно появившийся в спальне Винсент.

– Да. Обиделся на меня и ушел, – я не смогла скрыть печали в голосе.

– Не грусти, Эми, он обязательно вернется. Вот увидишь. А теперь иди в душ и спускайся на кухню. Будем ужинать.

Мой желудок не остался равнодушным к услышанному и буквально завопил от голода. Чашка кофе за день – не еда. Едва заметно кивнув, выскользнула из постели, взяла свои вещи и направилась в ванную комнату. С водными процедурами я решила не затягивать и уже через четверть часа сидела за столом, на котором стояло блюдо с запеченной курицей и дольками картофеля.

Винсент отрезал аппетитную ножку и положил мне на тарелку, словно уже знал о моих предпочтениях.

– Как магистр Триннес восприняла новость о разрушенной лаборатории? – поинтересовалась я, чтобы заполнить неловкую паузу.

– Достаточно спокойно. Первым делом справилась о твоем здоровье, а потом грозилась устроить тебе месяц отработок, – с усмешкой произнес ректор, подцепил вилкой золотистую дольку картофеля и положил в рот.

Из груди вырвался облегченный вздох. Все не так плохо, как я предполагала.

– Мне не привыкать. Я вот о чем думаю: если таргеринцы до сих пор живы, значит, противоядие работает.

– Это очевидно.

– Получается, я выполнила свою часть уговора. Интересно, выполнит ли теперь посол свое обещание?

Лицо Винсента вмиг стало похожим на маску, а глаза налились расплавленным золотом.

– Понятия не имею, Эми. Я могу, конечно, попробовать связаться с ним, но это не мой уровень.

– Нет! Не стоит! – испуганно возразила я, сделала глубокий вдох и намного спокойнее добавила: – Что будет, то будет.

Винсенту не следовало вмешиваться в эту историю. Наверняка ему и так уже порядком досталось. Вряд ли начальство погладило его по голове за устроенный в академии погром и допущенную вольность.

Больше мы не касались за ужином тем, которые в итоге могли свестись к академии, моей тетушке или таргеринцам.

– Поели, можно и поспать, – с довольным видом произнес ректор, едва была вымыта посуда. – Как смотришь на то, чтобы снова отправиться в постель?

– Спать я пока точно не хочу.

– Значит, просто полежим.

Признание в том, что я, скорее всего, не готова сегодня к еще одной бурной ночи, так и не слетело с языка, но, видимо, отразилось на лице. Винсент заключил меня в объятия и с такой нежностью посмотрел в глаза, что сердце затопило волной счастья, а голова пошла кругом. Он любил меня, хотел быть со мной! И ради этого стоило ждать не год, не два, а вечность…

– Эми, в кровати можно не только заниматься любовью или же спать, но и разговаривать по душам, наслаждаться объятиями, поцелуями. Даже тишина с тобой мне не кажется больше угнетающей.

– Тогда согласна!

Вот только стоило Винсенту обнять меня и страстно поцеловать, как я сама прильнула к нему всем телом, сгорая от пробудившегося внутри желания. Рядом с ним я забывала обо всем, рядом с ним я была до безумия счастлива, рядом с ним я чувствовала себя особенной…

***

В общежитие я вернулась лишь к полудню следующего дня. Как бы мне ни хотелось побыть с Винсентом подольше, нам следовало на время расстаться. После страстного поцелуя и обещания заглянуть ко мне завтра вечером, ректор ушел. Правда, в одиночестве мне посидеть так и не удалось. Я даже конспект открыть не успела, как Берта ворвалась в комнату. Скорее всего, о моем возвращении ее возвестил скрип половиц.

– Эми, где ты была? Что с тобой случилось? – из соседки сыпались вопросы, как из прогрызенного мышами мешка с крупой. – Это ведь не ты оставила записку!

Было бы странно, если бы она спустя два года дружбы не заметила, что почерк чужой. Я знала, из-за мечтательного вида и ссадин на лице мне не выстоять под напором Берты, поэтому выложила все как на духу, описав нападение таргеринцев и взрыв в лаборатории всего в нескольких словах. Хотя я не уверена, что она услышала мой рассказ о злоключениях в академии. Ведь стоило мне заикнуться о проведенной с Винсентом ночи, подруга впала в шоковое состояние. Сперва она глупо хихикала, думала, я разыгрываю ее, а когда поняла, что шуткой здесь и не пахнет, оцепенела. Прошло по меньшей мере пять минут, прежде чем Берта выдавила из себя дрожащим голосом:

– Он все-таки добился своего…

Поскольку она находилась в ступоре и не могла здраво мыслить, я не стала ее ни в чем разубеждать. Знала, что любая моя попытка оправдать в данную минуту Винсента обернется прахом. Это было не только бесполезно, но и опасно. Своим давлением я могла мало того что еще больше настроить Берту против ректора, так еще и потерять лучшую подругу. Поэтому решила поговорить с ней позже, когда она успокоится, придет в себя, перестанет жалеть Ингрэма и винить во всем моего любимого мага.

Часы показывали без четверти пять, когда раздался настойчивый стук, вырвавший меня из мечтаний. Отчего-то я была уверена, что незваным гостем окажется непременно тетушка, вознамерившаяся высказать все, что думает обо мне. Однако с лица схлынула кровь, а голова пошла кругом, едва увидела на пороге комнаты… маму. Наверное, неделя не могла закончиться спокойно и дать моему сердцу хоть немного передышки.

– Здравствуй, Эмилия! – судя по голосу, она была очень взволнована.

Видимо, Аурелия все же выполнила угрозу и меня ждали нелегкие объяснения. Но почему она одна?

– Привет! – проговорила я как можно увереннее и пригласила ее войти.

Мама обняла меня за плечи, слегка отстранилась и с тревогой заглянула в глаза.

– Милая, что происходит?

– Ты здесь из-за тетушки? – я решила сразу прояснить причину ее неожиданного визита.

Она пересекла комнату, опустилась на стул и выдержала паузу в несколько секунд, прежде чем произнесла:

– Аурелия всерьез обеспокоена твоим будущим и репутацией.

– Неужели ей заняться больше нечем? – я всплеснула руками от негодования, а затем сжала их в кулаки до побелевших костяшек. – Лучше бы беспокоилась не обо мне, а о пациентах, которым до сих угрожает смерть.

Она пропустила мое высказывание мимо ушей.

– Ты и вправду встречаешься с лордом Эвансом?

– Да, мама, правда, – вымолвила я, призвав на помощь все свое красноречие. – Я собиралась обо всем тебе рассказать. Даже письмо написала, но Аурелия опередила меня.

– Насколько все серьезно? – обеспокоенно спросила она, сцепив руки в замок.

– Очень серьезно, – прошептала я.

– Хмм… И ты не хочешь узнать мое мнение о нем?

– Прости, но нет, – покачала я головой и устроилась напротив нее.

Мне казалось, мама начнет ругаться, осуждать меня за связь с главой академии, но вместо этого она заулыбалась. Широко и искренне. Подобная реакция выбила у меня почву из-под ног:

– Что такое?

– Вот теперь я точно уверена, что ты по уши влюблена, – восторженно ответила мама. Мой вопросительный взгляд подтолкнул ее продолжить: – Тебя больше не заботит, кто и что думает. И это первый признак настоящей любви. А еще ты вся светишься. Прямо как я, когда познакомилась с твоим отцом. С первой минуты нашего знакомства он стал для меня воздухом, моим миром. Никто и ничто, кроме него, не имело значения.

– А где он, кстати? – решила поинтересоваться я, раз речь зашла о моем родителе.

– Разговаривает сейчас с лордом Эвансом.

К сердцу потянулись ледяные клешни страха.

– Он хоть ничего ему не сделает? – я судорожно втянула в себя воздух.

– Эми, твой отец не монстр. Если у лорда Эванса в отношении тебя серьезные намерения, то они быстро придут к соглашению. Договорятся о дате свадьбы и присоединятся к нам. Чего ты боишься? – она потянулась через стол и накрыла мою руку своей.

– Что они не придут к соглашению, – ответила я, поджав губы.

– Лорд Эванс – уважаемый в обществе человек. Не думаю, что отец будет против вашего союза, если глава академии попросит твоей руки.

– Проблема в другом. Винсент будет настаивать на скорейшей свадьбе, а отец вряд ли даст добро.

– К чему спешка? Почему не устроить торжество летом? – мама нахмурилась.

Я уже открыла рот, чтобы соврать, однако она так внимательно на меня смотрела, что непременно заметила бы подвох.

– Не хочу тебя еще больше расстраивать…

– Я стану бабушкой? – ее идеальная бровь вопросительно изогнулась.

– Загадывать, конечно, рано, но вероятность есть…

– Ты меня не расстроила, а наоборот, обрадовала. Даже не представляешь, как меня пугала твоя одержимость зельями. Я боялась, что ты пойдешь по стопам Аурелии и карьера станет для тебя важнее семьи.

– Надеюсь, папа не убьет его, если это окажется правдой, – я вздохнула, убрала руку со стола и затеребила подол платья.

– Пусть только попробует! У меня есть, чем его образумить, – в ее голосе прозвучала угроза и направлена она была на отца.

– Ты о чем? – изумленно посмотрела я на воинственно настроенную маму.

– О твоем свидетельстве о рождении. Разве ты не знала, что родилась семимесячной? – с таинственной улыбкой на губах она склонила голову набок.

– Получается… – я не решилась высказать вслух предложение.

– Да-да, Эми, то и получается, – и мы обе прыснули со смеху.

– Что она наговорила обо мне? – прошептала я, едва в комнате воцарилась тишина.

– Аурелия уверена, что лорд Эванс тебе не пара, – мама осторожничала.

– И какие же моя тетушка привела доводы?

– Она считает, что ты совершаешь огромнейшую ошибку, которая в итоге сломает тебе жизнь, поскольку ваша связь не продлится долго.

– Это еще почему? – я с трудом сдерживалась, чтобы не сорваться на крик. Усидеть на стуле также оказалось нелегко.

– Из-за разницы в возрасте. Аурелия думает, что он наскучит тебе со временем. Но у меня другое мнение, Эми. Полагаю, из вас выйдет замечательная пара. Мне всегда нравился ректор, и я не знаю более достойного мужчины на роль твоего мужа. Признаюсь, я и мечтать о таком зяте не смела. Однако мое удивление было недолгим.

– Пояснишь? – с мольбой проговорила я.

– С первой минуты вашего знакомства ты практически глаз с него не сводила, постоянно дерзила ему, за столом едва ли замечала своего жениха. На фоне лорда Эванса он меркнул для тебя.

– Мама, ты не обидишься, если я не приглашу на свадьбу Аурелию?

– Это будет ваше торжество, поэтому вы вольны делать, что хотите. Если не желаешь ее видеть в такой важный для тебя день, то так тому и быть. Видимо, моя сестра изрядно тебе уже насолила.

Я не успела ничего ответить – в комнате появились двое дорогих моему сердцу мужчин. Воздух стал напряженным и тягучим. Заметив легкую улыбку на лице Винсента, почувствовала некоторое облегчение, а вот у отца был встревоженный вид.

– Привет, милая!

Отец раскрыл руки для объятий, и я без промедления сократила разделяющее нас расстояние.

– Привет, папа! – прошептала я, прислонившись ухом к его груди.

– Эми, лорд Эванс попросил у меня твоей руки. Я дал свое согласие, но что скажешь ты на этот счет? Ты хочешь стать его женой?

– Да, – ответила я со смущенным видом, однако совершенно искренне.

– Что ж, значит, свадьбе быть. И я как никогда счастлив. Наверное, я не смог бы отдать свою дочь менее достойному человеку.

После этих слов у меня с души словно камень свалился. Казалось, облегченно вздохнула не только я, но и мама. Родители хотели тут же отбыть, но мне удалось уговорить их выпить чаю. Винсент позаботился о чудесном пироге с голубикой. Они просидели около часа за беседой, обсуждая предстоящую помолвку, с которой решили не оттягивать. Она должна была состояться уже в следующие выходные. Все происходящее казалось мне каким-то волшебным сном. Я сидела за столом тише воды, ниже травы и только мечтательно на всех поглядывала.

Стоило родителям покинуть общежитие, Винсент заключил меня в объятия, наклонился и поцеловал. Не настойчиво, а ласково, но в то же время одурманивающе, словно желал приворожить меня к себе навсегда. Вот только он не знал, что я уже давно околдована им.

– Останешься? – спросила я, едва разомкнулись наши губы.

– Хочу, но не могу, – он покачал головой.

– У тебя дела? – поинтересовалась я, осторожничая.

– У меня назначена встреча.

– С кем? – укол ревности не заставил себя ждать.

От любимого мага не укрылась моя реакция. Сперва с его губ слетел смешок, а потом он произнес с загадочной улыбкой:

– С длинноногой брюнеткой, – ректор внимательно следил за мной. Следующую фразу он вымолвил чуть ли не по слогам: – По имени Нетанель.

Стоило ему закончить, как я готова была убить его. Да у меня сердце чуть не остановилось, когда он заговорил о какой-то девице. Никогда не думала, что превращусь в такую ревнивицу, но мысль о том, что могу потерять его, причиняло мне невыносимую боль.

– Кстати, он придет с минуты на минуту. Так что мне пора. Отдыхай. Предстоящая неделя обещает быть не менее насыщенной событиями, чем эта. А я попытаюсь вытянуть из своего друга нужную тебе информацию.

Винсент пожелал спокойной ночи, еще раз поцеловал меня и исчез в пространственном портале, а я снова опустилась на стул, отрезала кусочек пирога и насладилась его вкусом. Теперь, когда мне больше нечего было бояться, мое сердце постепенно охватывало чувство легкости и спокойствия.

Спустя две недели…

Я корпела над домашним заданием по зельеварению, когда раздался возмущенный возглас моего жениха:

– Эми, сколько это будет продолжаться?

Отложив в сторону перо, взглянула на разгневанного Винсента, одетого в домашние брюки и майку, и прыснула со смеху. Ректор размахивал куриным окорочком, который, судя по позеленевшей кожице и исходившего от него душка, был явно не первой свежести. Мне с трудом удалось подавить приступ тошноты, как только неприятный запах достиг носа.

– Не смешно, между прочим, – буркнул любимый маг, растворился в сизой дымке, но уже через минуту снова появился в комнате. На этот раз без подарка от наглой мордочки. – С этим нужно что-то делать. Сегодня он превзошел все мои ожидания! Как ему в голову взбрело притащить такую тухлятину?! – его возмущению не было предела.

Со дня нашей помолвки, которая прошла в тесном семейном кругу, мой жених то и дело находил в постели кусок жареной рыбы или курицы.

– Видимо, Обжорка решил, что сырое мясо тебе больше придется по вкусу, раз прошлые гостинцы тебя не устроили, – в ответ раздалось недовольное фырканье. – Винсент, не злись, он пытается с тобой подружиться.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю