Текст книги "Посвящение в бывшие (СИ)"
Автор книги: Анастасия Феникс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)
Глава 2.1
Вскоре моя квартира наконец опустела: Хан не желал расставаться с почкой, а Никита, довольно потрясая смартфоном с готовым рефератом, отправился домой, а потом в Академию на пары. Я же, смыв с себя этот тяжелый день теплыми струйками душа, выгуляла доберманов и сама отправилась в старый добрый универ, который никто не отменял.
И вот, стоя в шикарном холле перед зеркалом, я поправила длинный до лопаток коричневый парик, припудрила лицо, придавая ему еще большую бледность и усмехнулась, ведь с такой светлой кожей, почти белым лицом, белыми тенями, не накрашенными губами, в белом топе, белых брюках с завышенной талией, белом медицинском халате и белых кроссовках я напоминала банши. Или инфернальное нечто, пришедшее забрать чью-то душу.
Усмехнувшись, подняла с пола белый рюкзак и, отогнув слегка резинку брюк, проверила шов, который был в идеальном состоянии. А потом, со спокойной душой отправилась на пару по анатомии.
Моё появление, как всегда, вызвало фурор. И нет, все давно ко мне привыкли, принцессой я не была, к ведьмам не относилась, просто сейчас начнется шоу под названием: «Александра против Софи». Невероятно бесячая рыжая девка, которая постоянно до меня докапывается, что ей надо не пойму никак за все эти три года. Форд мой что-ли ее так задевает, своих денег не хватает? Или может то, что я не на коммерческой основе, а она да? Так мозги надо иметь в наличии, как говорится. Раньше у нее вообще тормозов не было, в ход шло абсолютно все, но после того, как я чуть не задушила ее поясом, берега она уже меньше путает. Ну да ладно, она хоть какие-то эмоции вызывает, не то что остальные.
– Надо же, наша долбанутая приперлась, – всплеснула она руками, а я снова молча прошествовала мимо. Это бесит ее, зато радует меня, – что, Александра, язык проглотила?
– Нет, думаю какую часть тебя лучше заспиртовать, а какую продать на черном рынке. Например, за чайную ложку твоих мозгов мне вообще ничего не заплатят, – пожала я плечами и, отпихнув подальше невероятно дорогой дипломат, уселась на свое место. Кто бы его не занял, он отсюда уйдет. Со стоном откинула голову.
– Что, мужик бойкий попался? – отпустил шуточку Тамрик, тому самому, которому я нос на первой неделе обучения разбила.
– Не поверишь, угадал, – я распахнула глаза и уставилась в потолок. Кипельно белый и идеально ровный. Бежевого цвета стены, на которые он опирался, продолговатые лампы, светящие белым светом, слегка оранжевый свет из больших окон, которые раньше, судя по форме, были витражами, – только не мужик, а муж, – я подняла руку с золотым колечком на обручальном пальце.
И нет, это не ложь. Я правда замужем, просто фамилию мужа не взяла и живем мы раздельно. Свободный, фиктивный брак, за сохранение которого я плачу своему «мужу» 20 штук в месяц. И никаких притязаний с его стороны ко мне. Вот так вот, вышла замуж, осталась девственницей. И ни с одним парнем отношения до постельных так и не дошли, как назло. Так что кому-то будет большой сюрприз – 21-летняя девственница. Усмехнулась собственным мыслям, и, слегка качнувшись на стуле, прикрыла глаза. Пипец, надо поспать. Анатомию я знаю хорошо, так что есть шанс банально задремать на полтора часа. И только прикрыла глаза, как послышалось грубое, недовольное и охренеть какое знакомое:
– Не понял, что это такое?!
С испугу и от неожиданности я оттолкнулась ногами и упала назад со стулом, больно стукнувшись затылком о задний ряд. Потерла ушибленное место, слегка шипя, а потом недоверчиво подняла взгляд. Ну да, где ж еще судьба могла нас свести?!
– А, это ты, – рассмеялся Хан, а я удивленно подняла брови и скривилась. Нет, смех был приятным, но вот его дибильный и до ужаса знакомый обладатель…
Черт, невольно вспомнила, что Князь просил заменить песню. Сказал, что Ани Лорак «Разве ты любил» может подождать до более значимого события. Писец, мне же еще и с этим колупаться! Тварь, козел, сволочь! Кажется, гнев настолько явно отразился на моем лице, что Хан поднял удивлённо брови, мол, в чем я виноват?
– Что я? – усмехнулась я, поднявшись. Отовсюду были слышны шепотки, в которых отчетливо слышалось о том, насколько этот новенький красив. Новенький… Саша, ты тупишь. Он в халате и кейсик на столе, который ты едва не пнула – его. Бесит! Теперь ещё больше, – А что же ты тут делаешь? Сколько тебе вообще лет?
– Мне? Двадцать два, год академического отпуска, – мою усмешку отзеркалили, а я сжала руки в кулаки настолько, что ногти впились в ладони. Боль отрезвляла, гнев постепенно уходил, уступая место холодному разуму. Да, так лучше, так и должно быть. Хищно склонила голову на бок и, указав глазами на свой стул, с усмешкой произнесла:
– Это мое место. На будущее.
– А если я с этим не согласен?
Отовсюду послышались сдавленные смешки, а я прищурила глаза. Не согласен. Он не согласен.
– Ты думаешь, что я буду спрашивать твое мнение?
– Так и мне твое не интересно, – скривился он, а я стала продумывать план, как его поставить на место. Да и вообще, напрягают меня постоянные встречи с ним. Как там говорилось? 1 раз случайность, 2 – совпадение, 3 – закономерность, 4 – система? Каждый раз реагируя на ситуацию так, как будто она случилась в первый раз, я буду тратить очень много времени, сил и нервов.
Данная ситуация должна быть проанализирована. Мне нужно подумать, как лучше всего на него реагировать, как говорил отец. Столкновения с ним будут неизбежны и лучше его просто игнорировать.
– Тогда просто прими это как данность, – пожала я плечами и пошла к своему месту, когда меня грубо схватили за руку.
– В данном вопросе я уступать не намерен, – оскалился он. Ого! Кажется, назревает война. Сама не заметила, как губы растянулись в хищной улыбке. А это может быть интересным, захватывающим…
Глава 2.2
Моя рука все еще находилась в захвате, который с каждой секундой становился все сильнее, а взгляд Хана темнел, в попытке прибить меня к полу. Я же играла в Кполунепримого монаха, одним взглядом делая ему Цудзигири. В конце концов он сжал мою рук так, что я пискнула и зашипела.
– Руку убери, – потребовала я, брезгливо осмотрев его с ног до головы. На стуле висел предварительно снятый тренч, который я до этого не заметила, на самом же Хане оказался черный костюм-тройка, который идеально сидел по фигуре, столь же черный галстук и начищенные до блеска ботинки; в такой одежде я разбиралась не ахти, но туфли были явно от Ассанте. Как бы то ни было, вкус у него явно неплохой, да и денег куры не клюют, раз он может себе позволить туфли за 2 тысячи баксов. Носить каждый день. На его лице расцвела снисходительная улыбка, как будто он немножко мне сочувствует и вообще ни за что не волнуется; в глазах заплясали смешинки.
Ну здрасьте, господин Трент!
– А что будет, если не отпущу? – расплылся он в улыбке. Вай, какая обаятельная скотина!
– А простреленного колена тебе не хватило? – томно прошептала я. За нами наблюдали уже почти все с плохо скрываемым интересом. Усмехнувшись, он молниеносно прижал меня к себе и поцеловал. Красиво, чувственно, нагло, резко скользнув в рот языком. Конечно, я не была спецом в поцелуях, но это что-то с чем-то. Он вел, а я… подчинялась и отвечала. А что, почему нет? Мужик классно целуется, я сама давно этим не занималась, так что все нормально. Вскоре поцелуй прекратился и на меня посмотрели с нескрываемым превосходством.
Усмехнувшись, врезала ему кулаком в нос, от чего он пошатнулся и, в попытке сохранить равновесие, отступил на пару шагов по инерции. Прислонив руку к носу, он постоял какое-то время с запрокинутой головой. Проморгавшись, отдернул слегка окрашенную в красный руку и, усмехнувшись, отступил на пару шагов назад в проход и продемонстрировал мне мой телефон.
– Эй, – скривилась я, – верни, – вытянув руку над ступеньками, он демонстративно ослабил хватку, от чего телефон слегка съехал вниз, норовя упасть вниз, – рискни, – я смерила Хана взглядом из-под полуопущенных ресниц, – как думаешь, что я за это сделаю?
– Даже не знаю, – рассмеялся он немного хрипло, а потом выпустил телефон и руки. С характерным звуком бьющегося стекла мой шестилетний агрегат медленно заскакал по ступенькам, на последней разлетевшись вдребезги.
– Хорошо, – протянула я и резко схватила со стола его дипломант и свой рюкзак.
– Положи на место, – зашипел он, направляясь ко мне; только сейчас заметила, что он слегка прихрамывает. Улыбка невольно расцвела на губах, – я сказал: положи.
– А что будет, если не положу? – усмехнулась я и направилась к ближайшему окну. Ну ничего, сейчас я тебе устрою! Хан явно не успевал за мной, здоровой и прыткой, поэтому, взобравшись на подоконник окна высотой в две меня, распахнула его настежь и, раскрыв дипломат, вывалила все в пруд внизу. Новенький айфон, который, как оказалось, лежал среди тетрадей, учебников, ручек и инструментов, сделав громкий «бултых!», стремительно пошел ко дну искусственного водоема, – треш, я только что всю свою зарплату утопила, – рассмеялась я, заправив локон парика за ухо и наблюдая за расходящимися кругами и плавающими тетрадями.
– Я тебя сейчас убью, – усмехнулся Хан, немного жутковато, и потянулся к моей ноге рукой. Взвизгнув, ударила его его же дипломатом по конечности.
– Свали от меня, зомби, – выкинув кейс в окно к остальным предметам и, нацепив на спину рюкзак, я, схватившись за лепнину, выползла наружу, благо архитектурные излишества института позволяли, – ух, – выдохнула я. Пиздец как высоко! Подо мной было метров пятнадцать и пруд два с половиной. Физик, конечно, из меня никакой, но что-то мне подсказывает, что я нахрен разобьюсь, если прыгну! Я не лейтенант Чиссов!
Ветер трепал мои накладные волосы и морозил покрытую холодным потом кожу, развевал полы медицинского халата и неслабо пугал. Разжав пальцы, что от эпинефрина, в простонародье адреналина, сейчас задеревенели и вцепились в завитушку, я перевернулась и оказалась лицом к стене, которое тут же повернула к окну. Довольный Хан сейчас сидел на подоконнике и ожидал, пока я вернусь, спокойно затягиваясь сигаретой.
– Привет, Александрочка, – блин, почему он произносит мое имя так, как его произносил дедушка? Мне это не нравится! Козел, сволочь, ненавижу! – Как тебе там, удобно? – он выдохнул дым от сигарет так, чтобы он достиг меня. Приятный запах никотина защекотал нос.
– Вполне, – усмехнулась я, мысленно хорошо так заматерившись. Я только курить бросила, сволочь! Тварь недоразвитая! – Господи, да прекрати ты! – заскулила я. Во рту инстинктивно стала собираться слюна, а зубы свело.
– Ты заходи, у меня еще есть, – усмехнулся он и щелчком выкинул сигарету в окно, как это делаю я. Блин, эти совпадения меня еще больше из колеи выбивают. Не удивлюсь, если мы родились в один день, – я тебя даже не трону, пока ты куришь. Покурить – дело святое.
– Вообще-то я собиралась бросить и продержалась две с половиной недели, – усмешка вновь украсила мое лицо, а я вновь развернулась лицом к городу, попой к кирпичам, – хаха, походу ты прав, и я действительно сейчас свалю отсюда, – Хан скептически поднял левую бровь, – похоже, пережившая революцию лепнина меня не переживет. Я разрушительнее, – инстинктивно снова заправила локон за ухо. Дурацкая привычка, появляется тогда, когда я одеваю этот, заплетенный в косу парик.
– Хм, – хмыкнул он, озорно взглянув на меня, – ну, тогда залезай. Давай, я тебя не съем, – а ведь так хотелось поддаться, реально зайти обратно, потому что лепнина активно крошилась под моими ногами, а у Хана обалденная харизма, – давай же, тебе ничего не будет!
– Ни диплома, ни жизни нормальной? – буркнула я и тут же скривилась, увидев приближающуюся Софи. Что за имя дурацкое?
– Судя по твоему взгляду, у меня за спиной чупакабра? – хмыкнул он и, развернувшись на половину, смерил взглядом рыжую зеленоглазую девушку, – да, так и есть.
– Я, вообще-то, могу тебе помочь, – усмехнулась она, стоя рядом с подоконником со скрещенными на груди руками, – тоже ненавижу эту мымру.
– Ну, во-первых: с чего ты взяла, что она – мымра, во-вторых: с чего ты взяла, что я ее ненавижу? Я разве говорил об этом? – парень хищно склонил голову набок и, прищурившись, посмотрел на него.
– После ее взглядов твои мне не страшны, – усмехнулась она и, зацокав маленькими каблучками, пошла обратно.
– Короче, надело мне тут куковать, – усмехнулась я и, медленно сев, перевесилась через то, на чем стояла. Зацепилась за финтифлюшку снизу и переползла ниже. Каменный цветок вроде выдерживает…
– Сорвешься, – хмыкнул Хан, вытянув шею и смотря на мои потуги. Выдохнув, покрепче схватилась левой, а правой рукой, подняв ее над головой показала ему фак. Не оглядываясь, поползла вниз.
Стоило стать ногой на тонкую кромку земли возле стены, что отделала пруд от здания, я побежала в сторону дверей универа. Мне надо забрать симку, хоть кровь из носу!
Хана ни оказалось ни в окне, ни в холле притихшего университета, по которому я шла, словно вампир, скрываясь в тени колонн. Вскоре разъяренный хромающий… Константин пронесся мимо на выход, и я спокойно пошла в аудиторию. Стояла мертвая тишина, пока я тупо выуживала симку из фрагментов телефона, а потом удалялась. Ну нафиг эти пары!
Выскочила из-за угла слишком спокойная, поэтому меня застали врасплох. Прижав нож мне к горлу, Хан завел меня за одну из колонн коридора и, зашипев, выдал:
– Мне просто интересно, как ты расплачиваться будешь?
– Придумаю что-нибудь, – пискнула я, когда меня, спрятав нож, грубо поволокли за собой на выход из универа. Хваталась за все подряд, но мои руки нагло отцепляли от спасительных поверхностей и волокли сначала на выход, а потом к парковке, под мои визги: «Отпусти!», – Охренеть! – выдала я, когда меня подвели к черной Ламборгини Авентадор.
– Что не так? – спросил он, нагло запихнув меня в машину и заблокировав двери, пока ее обходил. Да, это не те тупые сериалы, где главная героиня спокойно сидит в машине, пока похититель ее обходит, – Не нравится? – добавил он, сев в машину и усмехнувшись.
– Наоборот, – выдала я, спокойно выдохнув. Вроде, убивать, судя по тону, меня не собираются, – я обожаю эту машину. Суперкар, выпускавшийся компанией Lamborghini с 2011 по 2021 год. Aventador пришёл на смену Lamborghini Murciélago и оснащался 6,5-литровым V-образным 12-цилиндровым двигателем мощностью от 700 до 780 л. с. в зависимости от модификации. Дизайн был разработан Фелиппо Перини, тащусь по этим итальянцам.
– Кто ты вообще такая? – нахмурился он и осмотрел меня с ног до головы. Не дожидаясь ответа, так как вопрос, скорее всего был риторический, он завел этот агрегат.
– Куда поедем? – спросила я обреченно. Нет, теперь я точно не сбегу, пока не покатаюсь на этой машине!
– В больницу. У тебя швы разошлись, – головой он указал на окровавленный пояс брюк, – есть что добавить?
– Писец, – мрачно выдала я, – давай ко мне, я сама.
– Так, патологоанатом, сиди на жопе ровно, – усмехнулся он и вбил в навигатор «ближайшая больница».
Глава 2.3
Вот уж не понятия не имею, на что рассчитывал Хан, когда привез меня в платную крутую клинику чуть ли не на Арбате (это я образно, если что). В первую же секунду сказала, что зашью все дома, а за это я деньги ему не отдам. Хоть бы хны! Дальше потащил.
Вскоре мы, пройдя добрую половину клиники, попали в кабинет. Ничего примечательного: ширма белого цвета. Кушетка перед ширмой и за ширмой ещё одна, тоже белого цвета. Белый шкаф для лекарственных препаратов, белый стол, белые листы бумаги, белый потолок, белые стены, белый пол, белая раковина, белая тумба, все белое. И окно на полстены в другом конце помещения, с которое светило солнышко, да так щедро, что аж слепило! Села, закрылась ширмой от цвета и, воткнув наушники, стала слушать музыку. Релаксация, за одно выполнение приказа Князя. Хан стоял возле одной из стен и то и дело поглядывал на наручные часы. Блин, от этого мужика веет баблом и психозом!
Абстрагировалась и стала тупо слушать музыку. Правда не совсем ту, которая мне нравится, ведь танцевать под Линкин Парк мало кто захочет, но и попса, которую я собрала, тоже ничего такая. «Царица», «За бывшего», «Не буди», «Нравится жить», «Моя тайна», «Криминальное чтиво», «Аэроэкспресс», «Лучшая подруга», «Стирай», «Алый закат»… Все не то. О, «Аморе» Мари Краймбрери.
– Нашла, – взвизгнула я, после чего последовало два звука бьющегося стекла и с десяток отборных матов. Повернулась. Как выяснилось, уже пришел врач, который пытался вытащить Хана из угла, куда он свалился видать с испугу. На полу валялись разбитые ампулы. Вытащила наушники.
– Нет, ты определенно самый дорогостоящий персонаж в моей жизни. Ты представляешь? За сутки: утопила 15 айфон, утопила мой кейс, поцарапала мне машину и теперь еще и это!
– Слышь, когда это я твою машину поцарапала? Я ее не совсем тупая, ай, – зашипела я, так как резко дернулась.
– Где вы только режетесь? – буркнул врач, – Я уже заебался вас зашивать, особенно тебя! Я – хирург, хватит!
– Друг, я тебе плачу за это, – усмехнулся Хан.
– Знаю, – пробурчал врач и, достав из шкафа ампулы с метагекситоном, – показывайте рану, девушка.
– Если это мне, то вы только зря потратите лекарство, – пожала я плечами, когда врач повернулся ко мне, – привыкание.
– Хорошо, – кивнул он и вновь подошел к шкафу, – кетамин?
– Привыкание.
– Сомбревин?
– Привыкание.
– Этомидат?
– Привыкание.
– Тиопентал натрия? – с удивленным и ошарашенным лицом повернулся ко мне врач.
– Давайте сразу кеторол. Просто пока вы все перечислите, я засну, – усмехнулась я. Нет, на самом деле привыкание не такое, что прям не действует, доза просто должна быть дольше. А как говорил папа: "Если требуется повысить дозу, меняем препарат".
Хирург по имени Виктор, как выяснилось в последствии, довольно быстро осмотрел рану, вколол обезбол и стал снимать швы, бурча, кто ж их такие кривые наложил. После фразы, что это была я и уточнения, что я собираюсь стать патологоанатомом (ну мало ли, а то вдруг врача инфаркт хватит от мысли, что я хирургом буду), он замолчал и молча стал накладывать новые швы. Спустя полчаса я уже была зашитая, подлатанная и без парика – голова запарилась.
– Я придумал, как конкретно ты мне заплатишь, – усмехнулся Хан, а я заинтересованно посмотрела на него, – мне надо от родителей съехать, а то они на мозги капают, что мне надо то, это и вот это, а у тебя трешка свободная.
– Нет! – взвизгнула я, – Это мой дом, мое личное пространство! Иди и снимай квартиру! Я тебе деньги за телефон верну, и за тетради с учебниками. Могу даже конспекты предоставить, но домой не пущу.
– А контакты ты мне вернешь? – усмехнулся Хан, а я сникла. Боже, нет, я не хочу расплачиваться так!
– Завтра же принесу тебе 300 штук и отвали от меня, ясно? – спросила я ледяным голосом. Бесит, выводит из себя! Аа-а-а! Убила бы, если бы Князь не расстроился. Писец, завтра пятница, а у меня кроме песни ничего нет! – Все из-за тебя, – сцепив зубы, прошипела я, а после, пихнув «благодетеля» плечом, вышла из кабинета, а затем и из больницы. Все это время Хан неотрывно следовал за мной, – Рыжанов, сгинь!
– Я не Рыжанов, я Костеров, – произнес он, а я споткнулась и чуть не поцеловала асфальт, но крепкие рука ухватили меня за талию.
– Хочу в морг, – выдала я, а Константин Костеров (блин, что за фамилия такая знакомая) рассмеялся.
– Рано тебе еще в морг, долг еще не вернула!
– Я вообще-то в плане просто сходит и посмотреть на трупы. Они успокаивают, – улыбнулась я.
– От такой улыбки хочется в асфальт закататься. Самому, – хмуро произнес Хан. Слава Богу, что я его по имени не называю. Почему? Константин пока скажешь, да и не привычно, а Костя… Ну кто я такая, чтобы его Костей называть?
– Подожди, – до меня только что дошло, – вы же с Князем братья. Почему он Рыжанов, а ты Костеров?
– А мы названные братья. Друзья детства, если тебе так проще. Плюс похожи сильно. Вот и считают нас братьями, а мы активно подыгрываем.
– Понятно, – мрачно выдала я, – короче, я сейчас по делам, что хочешь, то и делай. Писец, мой Форд остался на парковке у универа, – процедила я сквозь зубы и хотела вызвать такси, но телефон-то разбит!
– Я так понимаю, что сначала за телефоном? – хохотнул Хан, увидев, как я хлопаю себя по карманам. Так, симка тут, – Давай подвезу, все равно ты этот район плохо знаешь, – вот странная ситуация, он просто положил мне руку на спину, а я как собачка пошла за ним. Села в Ламбу и порадовалась, что прокачусь еще раз. Классная машина, хотя мой Шебли тоже не хуже, они обе берут 320 км/ч, у них похожая комплектация, просто у Ламбы дизайн круче. У моей он какой-то хищный, а тут остренький.
Заведя машину, которая приятно заурчала, Хан плавно вырулил с парковки и на скорости 45 км/ч поехал куда-то.
– Я понять не могу, ты плохо водишь? – спросила я через полчаса. Он умудрялся ехать то по дворам каких-то домов, то переулкам так, что мы почти не попадали в пробки, но скорость была как у черепах, – ты вообще хоть раз в жизни поднимался выше ста пятидесяти?
– А ты любишь быструю езду? – поинтересовался он, продолжая ехать как улитка.
– Я люблю давать машине волю! Ее создавали для того, чтобы она буквально летела. А если ехать на такой скорости, то обычный Москвич тоже нормальный, – пожала я плечами. Так за разговором о машинах время пролетело довольно быстро и незаметно, поэтому я немножко удивилась, когда мы выехали к Цифрограду, – все никак не пойму, в Москве так мало магазинов электроники, что мы час ехали?
– Поболтать хотел, – бросил Хан и вылез из машины. Последовала его примеру. Из магазина мы вышли почти также быстро, как и вошли, неся в руках новые телефоны, а Хан еще и симку. Он снова купил себе айфон, а я ограничилась самсунгом. Я – человек неприхотливый, мне яблокофон не обязателен. Куплю, когда Resident Evil на телефоне выпустят. Вставила симку и начала быстро качать приложения, такие как ватсап, телеграмм, ВК, еще парочка игр, благо там были независимые от устройства аккаунты и Сбербанк Онлайн, чтобы потом закидывать себе деньги на сайты с книгами, статьями и так далее. Онлайн магазинами наподобие вайлбриса из принципа не пользуюсь, – куда дальше? – спросил он, заглянув в мое лицо. Мы снова сидели в машине. Бесит!
– Сейчас уже 13:30, поэтому в тир я уже не успеваю из-за тебя, так что давай сначала в магазин Орифлейм на улице Братиславской, 10 дом, этаж первый, – Хан кивнул, и мы поехали.
Вот теперь я реально прочувствовала прелесть московских пробок. Одним словом, прибыли мы в пункт назначения в 14:50. Зайдя в помещение, сразу направилась туда, куда мне нужно, а именно – к кассе.
– Последние 12 журналов, которые вы выпускали, – кивок со стороны Инги, девушки, которая тут работает уже полгода и на столе лежат журналы, необходимые мне, – как обычно? – снова кивок и я отдала ей положенную сумму. Глянцевые журналы, надо отметить, в высоту были 25 см, поэтому я с чистой совестью сгрузила их Хану. На его красноречивый взгляд ответила, – саму увязался. Обычно я это все сама делаю, – кинув их не очень аккуратно в багажник машины, он снова усадил меня в нее, – дальше в Соколов ближайший, Братиславская 31, тоже за журналами, – кивок и Хан поехал. Эх, вот пользуюсь им сейчас как хочу, мне ж это потом аукнется!
Приехали, вышла из машины, оставив рюкзак для успокоения водителя (видимо, носить за мной вещи ему не понравилось), зашла в помещение, так я потребовала копию каталога у Сергея, который делал его специально по моей просьбе. Увы, но был черно-белый, но мне не принципиально. За это я отстегивала ему по 2 штуки раз в месяц, когда эти самые каталоги обновлялись. Взяв 112 альбомных листов в руки, выскочила оттуда, пока глаза не натолкнулись на сапфировые серьги, которые мне уже давно нравятся. Да и подойдут к моему танзанитовому кольцу.
– Теперь давай в продуктовый, который рядом с моим домом. Адрес помнишь? – пробубнила я, запихивая листы в рюкзак.
– Конечно помню, – усмехнулся Хан и мы к 5 часам вечера добрались до моего дома. Оставив машину на подземной парковке, пошли в продуктовый за углом. Ну, как продуктовый. Это был Магнит с Пятёрочкой в одном здании.
Схватив, не глядя, продуктовую сетку на колесиках, пошла по Пятёрочке быстрым шагом. Так, стандартный набор… Кукуруза, клубника в сиропе, майонез, кетчуп, пельмени, куриные крылья, три… нет, шесть «дошираков», полкило помидоров и огурцов, так, черемша дома осталась, ага, две сосиски в тесте, два вишневых йогурта на случай апокалипсиса, булка бездрожжевого хлеба, штрудель, мармеладки, ага, Ролтон, селедка маринованная, две упаковки собачьего корма каждая по 5 кг весом, канистра питьевой воды, полторашка питьевой воды, крупа гречневая, рис быстрого приготовления, масло подсолнечное и сливочное, куриные яйца два десятка, еще одна кукуруза и упаковка большого майонеза, вино красное, вино белое, пюрешка быстрого приготовления…
– А зачем столько продуктов? – спросил Хан, изрядно меня напугав. Блин, я думала он в машине остался!
– Это на месяц-полтора, – пожала я плечами, – и на случай, если Никита решит заглянуть. Это борова не прокормишь, – сказала я, закинув в тележку еще 2 упаковки вареников, с вишней и с картошкой. Еще килограмм сахара и соли, две восковые свечи и 10 упаковок спичек, – ну все, к апокалипсису готова!
Подошла к кассе и прождав минут пять пока немногочисленная очередь рассосется, стала все выкладывать. Пробили быстро, но сумма меня немного смутила. Стала проверять чек.
– Люда! – крикнула я, а женщина отозвалась с другого конца зала, – А с каких пор мой собачий корм по штуке идет? Ваша новая что-то не то пробила?
Очень худая, я бы даже сказала тощая женщина с голосом Шнурова вытащила из моих рук чек и, посмотрев на корм, сверилась.
– Светка, я тебе руки вырву, – простонала она, – возврат делай, тупая ты курица!
В общем, заплатила я на 700 рублей меньше и, нагрузив своего личного носильщика сумками, отправилась домой, куда его решила пустить. Помогал все-таки. Поставив сумки, мы спустились на парковку и забрали мои журналы и рюкзак.
Со стоном скинув обувь в прихожей по возращению, все-таки кроссовки не для меня, открыла холодильник.
– Внимание! Каждый понедельник происходит церемония захоронения продуктов, в которых зародилась жизнь. Вынос усопших запланирован на 6:00. Администрация, – захлебываясь смехом, прочитал Хан объявление, что висело на двери холодильника, – ты серьезно?
– Вполне, – проговорила я задумчиво, пытаясь решить задачу 80-го левела: надо ли выбрасывать кашу быстрого приготовления, если у нее месяц назад истек срок годности? Интересно, как я ее пропустила и не отправила себе в желудок. Поинтересовалась у Хана, который развалился на кухонном диване. Он сказал выкинуть, поэтому я оставила. Пусть будет, на всякий случай.
За спиной послышались отборные маты.
