Текст книги "Посвящение в бывшие (СИ)"
Автор книги: Анастасия Феникс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)
Глава 5.1
Я шарахнулась в сторону, понимая, что, похоже, довела этого психа до белого каления, и, видимо, он решил освежевать меня по-быстрому, чтобы не особо париться. Костеров стал медленно обходить стол, а я отметила, что он уже одел брюки, что не есть хорошо. Его движения не стеснены…
Только я об этом подумала, как он перемахнул через эту небольшую преграду, демонстрируя мне собственную ненормальность и игру мышц в качестве сахара для горькой пилюли. Я моментально дернулась и побежала в свою комнату, но он схватил меня за правую руку и рванул на себя, не давая убежать, а после прижал меня к стене, приставив нож мне к сонной артерии, вызывая просто ужасающий выброс адреналина.
Вот теперь это уже нихрена не смешно! А ведь, Саша, ты сама виновата! Нужно было мочить его ещё в нашу первую встречу, а ты: "Князь, Князь"! Ну нахрен, мне своя жизнь дороже! Впрочем, это уже немного не актуально.
– Костя, может, поговорим? – тихо пискнула я, смотря ему в глаза снизу вверх. Ну почему этот козел такой высокий?! Свои руки я положила ему на грудь и повела ими вверх, до плеч, замерев в тот момент, когда из его рта вырвался издевательский смешок.
– То есть сейчас ты хочешь поговорить? – я кивнула, все ещё не убирая взгляд, – Вот скажи мне, почему, зная, что я решаю проблемы немного иным способом, ты постоянно пытаешься довести меня до белого каления?! – крикнул он мне в лицо, а я поморщилась, – Почему ты доводишь до этого?!.
– Не смей на меня орать в моем доме! – не побоявшись, я от души ударила его ладонью по щеке, наотмашь, из-за чего он опустил нож и вновь наклонился к моим губам, чтобы поцеловать. Но стоило лишь ему коснуться меня, как я от души прикусила его нижнюю губу, все ещё смотря в его почерневшие глаза. Играю со смертью, вероятно.
– Как же ты меня бесишь, – протянул он, все еще усмехаясь. Слизав собственную кровь, он откинул куда-то нож, а после подхватил меня на руки, максимально жестко прижав мою голову к своей и целуя, то и дело кусая меня, в ответ, так как я все время его грызла, глотая его кровь. Руками била по его телу, стараясь сделать больно, но хоть бы хны. Для удара ребром ладони по сонной артерии, от которого он бы вырубился, не хватало пространства, а ничего другого, кроме как сжимать его торс ногами, куда он их закинул, я не могла. В конце концов я просто положила свою ладноь ему на шею и стала давить на артерию, понимая, что долго он так не выдержит.
Так и вышло. Подойдя к кровати, он кинул меня на нее, откуда я моментально попыталась уползти, но он схватил меня за лодыжку и рванул на себя обратно, подмяв и одной своей рукой зафиксировав оба моих запястья.
– Что?! – рявкнула я ему в лицо, мысленно содрогаясь от его темного, ненавистного взгляда. Все, прошла любовь, завяли помидоры, ну и слава Богу! – Что смотришь?
– Думаю, в какой момент я совершил ошибку, что от "да, еще, жестче" ты перешла к "моей еде", "откуда тут эти вещи" и "ненавижу", – его лицо вновь украсила усмешка, а мое наоборот стало непроницаемым.
– Нам еще в универ, а тебе съезжать. Не надо занимать ни мое, ни твое время, – я кровожадно улыбнулась, аблюдая за переменой в его взгляде, но он остался все таким же пугающим и темным.
– Я не съеду, Саша, – его лицо было просто каменным, а взгляд, видимо, пытался меня вскрыть, – даже не мечтай. Мои вещи останутся здесь. И ты останешься здесь. И съехать я тебе не позволю! – его голос был спокойным и до мурашек ровным, но именно это и пугало. Почему он так спокоен? Где эмоции, сука?! – Поняла? Я найду тебя везде, сколько бы ни потребовалось времени! Уедь ты даже во Владивосток – деньги делают все.
– Да какого хера ты зациклился на мне?! – нервы стали уже сдавать, поэтому я почти орала, пока он спокойно окидывал меня оценивающим взглядом, мол, санитаров еще рано вызывать, или в самый раз.
– Сочувствую, что у тебя столь короткая память. Могу посоветовать хорошие витамины, – не придумав ничего лучше, я вцепилась зубами в его нос, но он прижал меня к кровати за горло, – ляжь! Хватит! Я слишком долго ждал, пока ты перестанешь на меня реагировать, как ненормальная! Слишком долго пытался тебя узнать! Я не бессмертный, между прочим, и тоже старею!
– А я что, виновата в твоей одержимости?! – тихо, но угрожающе прошептала я, – Ты меня пытаешься в этом обвинить?! – но вместо ожидаемой реакции он просто засмеялся, переместив руку моего горла к своему рту, пытаясь сдержаться.
– Как я рад, что ты наконец поняла, что я одержим и тебя не отпущу, – усмехнулся он, просмеявшись и отпустив меня. Все еще сохраняя довольное выражение лица он сел рядом со мной на кровать, пока я была в некоей прострации и не шевелилась, – я просто пиздец, как рад, – скривилась от его мата. И все-таки неприятно мне это, – Наконец-то. Свыкайся, Саша, с мыслью, что я буду единственным в твоей жизни. В ней больше никого не будет, если я этого не захочу...
– Тогда готовься к аду, Костеров. Готовься. Я его тебе устрою, – усмехнулась я, а после скривилась.
Господи, повезло же так вляпаться!
Глава 5.2
Так как Костя та ещё сволочь, то он довозит меня до универа на своей машине, и, самое обидное, что я ничего не могла с этим поделать. Он просто закинул меня на плечо и вытащил из квартиры под осуждающим взглядом Галины Сергеевны, на мнение которой я чихать хотела на самом деле!
Нет, в этом, конечно, был и свой плюс – всё-таки американский Форд не сравнится с итальянцем, однако, учитывая, чья это машина, хотелось выпрыгнуть из нее на ходу.
Ну бесит меня тот факт, что он решил продемонстрировать всем наши... Отношения?
– Слушай, – сказала я, скосив на него глаза в тот момент, когда мы припарковались, – получается, я теперь что, твоя девушка?
– После универа заедем в аптеку, – холодно бросил он, заглушив двигатель, – тебе явно нужны витамины для памяти, – на этот выпад я даже не ответила – настолько он был мелочным, – я уже сказал: ты моя. Девушка. На этом все. Правила, установленные в отношениях, можешь загуглить и прочитать в интернете.
– Костеров, завались, – холодно бросила я, смотря на студентов, что сновали туда-сюда за тонированной лобовухой, – с тобой все равно нормальные отношения не получатся, тут хоть Википедию открой! Двое психически больных людей решили начать встречаться.
– Скорее один решил и заставил другую, так как она пассивная амёба, – от достал из бардачка минералку и, открутив крышку, отхлебнул.
Усмехнувшись, я со всей силы ударила ладонью по бутылке, из-за чего Костеров чуть не захлебнулся и естественно намочил и себя, и дорогущий салон. И, пока он не успел ничего сказать, я выскочила из автомобиля и побежала в здание универа.
В гардеробе я оставила свое пальто, сменив его на медицинский халат, после чего пошла в аудиторию на, столь не любимую мною, фармакологию. Не подозревая об опасности, я стала входить в открытую дверь.
Сзеди, когда я наконец прошла адовы врата, ко мне подскочил Костеров и под удивлённые ахи-охи-вздохи моих одногруппников, впился в мои губы поцелуем, жёстко зафиксировав мою голову своей ручищей. Не выдержав, я от души прикусила его губу, за что он, в отместку, жёстко потянул меня за волосы. Маневр "коленом в пах" тоже не удался.
– Костеров, сука! – рявкнула я, когда он оторвался от меня и, как ни в чем не бывало прошел на наши места. Блять, когда они успели стать нашими? Горбунова, возвращай мозг на место!
– Вы только посмотрите на нее... – начала было Софи, но я посмотрела на нее так, что она заткнулась. Как же они все меня зае... Заколебали! У меня уже сил нет! Здоровья на них тоже нет! И нервов тоже уже нет! Ничего нет!
– Так и будешь стоять, как неродная? – хмыкнул он, когда я поднялась на свой ярус и подошла к нему, – Твое место свободно, проходи!
– Даю слово, я станцую на твоей могиле! – зашипела я, пройдя мимо него и кинув свой рюкзак на парту, откуда извлекла свою любимую тетрадь и ручку. Сил нет! – Когда заедем в аптеку, купи мне ещё корвалол, пустырник, валерьянку и цианистый калий.
– Все, кроме последнего – обязательно, – усмехнулся он и сразу же замолчал, когда вошла преподаватель.
После второй пары Костеров куда-то пропал, поэтому я со спокойной душой пошла есть в столовку, кафуя от одиночества. Купив себе сосиску в тесте и два стаканчика кофе, я села за пустой столик и начала повторять конспект, так как у нас на следующей паре должен был быть зачёт. Не прошло и пары минут, как ко мне подсела какая-то блондинка со средней внешностью и, заискивающе глядя мне в глаза, спросила:
– А можно твой конспект по топографической анатомии? – я, нахмурившись, посмотрела на свою тетрадь и вскинула на нее далеко не дружелюбный, взгляд.
– Только если сфотографировать, он мне и самой нужен.
– Да мне уже хоть как-нибудь, – она с радостью протянула мне свой новенький айфон, на который я сфоткала семь листов своего конспекта, – просто никто делиться не хочет, ты одна осталась, а я свою тетрадь забыла...
– Первое – я просто в хорошем настроении, – пояснила я, отдав ей телефон, – второе – я в хорошем настроении тогда, когда вокруг тихо и никого нет, – девушка кивнула и побежала обратно к своим, довольно потрясая яблокофоном.
Краем глаза я заметила, как какая-то скотина стащила мой кофе и уже хотела ему что-то отгрызть, как увидела перед собой моську Костерова, что сел о мне.
– Я надеялась, что ты сдох, – честно призналась я, продолжив есть, – 90 рублей потом вернёшь.
– Ты зарабатываешь сотни тысяч, – отмахнулся он, а я подняла брови.
– Копейка рубль бережет, не слышал? – наш прелестнейший диалог прервала Софи, которая подсела к нам, заставив меня поперхнуться. Блин, ну почему Софи, почему не София?
– Привет, – мило улыбнулась она Костерову, который заинтересованно на нее посмотрел. Оп-па, а это чё? Типа, мы в отношениях, но я могу смотреть на всех мало-мальски красивых девушек? – Слушай, а дай мне свой конспект, пожалуйста, – она взмахнула своими нарощенными ресницами, глядя ему в глаза, а Хан, мило улыбнулся и достал из своего дипломата тетрадь по анатомии.
– Вернёшь потом? – усмехнувшись, спросил он, пока я тихо охреневала в сторонке. Хотя, было во мне и что-то радостное!
– Ну... Возможно, она мне понадобится ещё и дома, чтобы переписать, меня же не было какое-то время... – "застенчиво" сказала она, скребя ноготком по его тетради.
– Голубки, вы мне сегодня пожрать дадите? – осведомилась я, глядя на них.
– Ой, я совсем о тебе забыла, – насмешливо сказала она, накрутив рыжую прядь на палец.
– Так, – я встала, так как доела, после чего хлопнула пару раз Костерова по плечу и, склонившись, громко шепнула ему на ухо так, чтобы Софи все слышала, – Я бесконечно рада, что ты наконец нашел свою вторую половинку... Совет вам да любовь! Кстати, Софи, мой тебе совет – купи виагры. Побольше, – подмигнула я ей, внутренне кайфуя. Это чтобы им жизнь малиной не казалась.
– Горбунова! – рявкнул Костеров, подскочив, но я уже была на выходе из столовой, – Да пошла ты! Р прищурившись, бросил он, а я послала ему воздушный поцелуй в ответ. Пусть утешится, импотент!
Глава 5.3
После универа я решила забить на все и тупо прогуляться, так как Костеров слинял, а довольная мордашка Софи меня выбесила окончательно. Как же меня все достало! Абсолютно!
Кое-как добравшись пешком до дома, я надела свою кожанку, берцы, обтягивающие черные брюки, белый топ, черные кожаные перчатки без пальцев и, дождавшись семи часов вечера, прыгнула на свой Форд, поехав куда-то на окраину Москвы. Заняться было нечем от слова совсем, поэтому, остановившись у крайних домов, я оставила свой автомобиль и, засунув руки в карманы, пошла куда-то в неизвестном направлении, пытаясь выветрить свою хандру, которая возникла совершенно беспочвенно.
Хотя...Ну, может Костеров мне реально понравился своей безбашенностью. Однако, он не для меня. И я всегда это понимала, понимаю и буду понимать.
Надо будет, когда вернусь, его шмотки выкинуть из своей квартиры. Зачем переезжал только?
Как же он меня бесит...
Будучи в своих мыслях я и не заметила, что за мной едет какая-то машина, что, впрочем, было довольно странно для меня, которая обычно подмечала все! В общем, открылся мне сей неприятный факт только к тот момент, когда я услышала пьяный окрик.
– Эй, девчушка, ты куда такая идёшь? – все это сопровождалось пьяным смехом остальных. Оглянувшись, заметила за своей спиной машину, в которой сидело где-то четверо парней в нетрезвом состоянии. Сука, нахер я сюда вообще поехала?! Меня жизнь ничему не учит, да?! Ничего не говоря им, развернулась на 180 градусов и очень быстро пошла к своему Форду. Колеса машины завизжали из-за торможения, после чего послышались хлопки открываемых дверей, а я припустила быстрее. Дура, какая же я дура!
– Эй, я к тебе обращаюсь! – меня грубо схватили за плечо. Я резко развернулась и махнула рукой, оцарапав этого заточкой, что была в руке, из-за чего он взвыл, ударив меня наотмашь так, что я потеряла равновесие и упала, зашипев, – Вот сука! – он навалился сверху, а я повисла безвольной тряпкой в его руках, по его руки дарили по моему телу, благо ещё поверх одежды. Плевать, я ничего не хочу. Мне надоела собственная тупость и вся моя жизнь...
– Надо же, картина маслом! – послышался голос Костерова, а я повернула голову вправо, увидев его невдалеке. Мужик замер и тоже посмотрел туда.
– Что надо?! Свали отсюда....
Послышался громкий хлопок от выстрела из пистолета, после которого мой недонасильник свалился на меня замертво, испачкав своей кровью. Поджав губы и застонав, я скинула его с себя, а после села, наблюдая, как его товарищи побежали обратно в машину и уехали.
– Вставай, – Костеров подошёл и подал мне руку, которую я послушно приняла и встала с его помощью, – Тебе надо сделать операцию по наращиванию мозга, идиотка. Зачем ты сюда приперлась?! Острых ощущений не хватало?! – его голос был до ужаса спокойным и ровным, но в нем слышалось такое бешенство, что я невольно сжалась. Усмехнувшись, он прижал меня к себе. Почему прижал? Ну, объятиями это было сложно назвать. Схватив меня за волосы, он заставил меня запрокинуть голову, а после поцеловал меня, оставляя на губах вкус крови, в которой я была вымазана, вкус табака от его сигарет и морозную свежесть.
– Я знаю, что я дура, – усмехнулась я, отстранившись, – поэтому заберёшь сейчас свои шмотки из моей квартиры и вали, – мой голос был не менее ровным, однако, он был безжизненным. Я сломалась, почти полностью. У меня отняли все: семью, богатство, подругу, а теперь и мою жизнь. Я устала так жить.
– Приехали! Нет, я точно куплю тебе витамины! – рыкнул Костеров, а после схватил меня за плечо и дёрнул на себя так, чтобы я оказалась в удушающем захвате, однако я даже не дернулась, – Я. Не. Съеду! Выбирай: либо ты сейчас садишься в свою тачку и мы едем к тебе на разных машинах, либо я чихать хотел на твой Мустанг, закидываю тебя на плечо и мы едем в одной машине. Твое решение? – тон Костерова был тихим, он не кричал, но мне кажется, что лучше бы он орал в ту секунду.
– На разных, – вздохнула я, а после, как только он меня отпустил, пошла к своей машине и, сев за руль, сразу ее завела. Костеров сделал тоже самое со своей. А я поняла одну простую и ясную как полдень, вещь: мы одинаковые. У нас почти нет отличий. Мы – отражение друг друга.
Как же это бесит!
Я плохо помню, как доехала до дома, как припарковалась. Помню, что мне не понравилась кровь в салоне, что попала туда переносом с моей одежды. Помню, как еле дошла до квартиры при помощи Константина. Помню, как ввалилась в нее и ждала, пока он сделает мне кофе.
– У тебя психологическая травма, – вздохнул он, протянув мне чашку, которую я послушно приняла.
– Неужели тебя это интересует? – хмыкнула я безразлично, – Ты вроде как к Софи переметнулся, – уголок его губ чуть приподнялся, будто я его рассмешила.
– Так ты ревнуешь? – хмыкнул он, наклонившись ближе, – Не ожидал. Нет, я просто хотел тебя победить. Не знал, что все так... Обернется.
– Кость, – вздохнула я, посмотрев в его глаза, – Я... Мы же одинаковые. И не уживемся вместе. Я ни с кем не уживусь, плюс я опасна для общества на самом деле, хоть и нахожусь в нем... – несла я какой-то бред, а Костеров встал и, заложив руки за спину, подошёл к панорамному окну.
– Да, именно это я и хотел донести до тебя, что мы одинаковые. У нас есть только одно отличие – мой мозг так не отработали. Тебе наняли очень хорошего мозгоправа, раз ты приняла это...
– Но ведь это правда, – покачала я головой, понимая, что все. Что я сломалась. Я хочу в психушку, отдохнуть.
– Нет, Саша, просто общество не пластично, поэтому ты кажешься лишней в нем, однако, это не значит, что ты должна ограждаться, – начал было он, сев напротив меня, а я поджала губы.
– Не надо мне объяснять прописные истины. Просто я устала! – я встала и ушла в ванную, где закинула все вещи с себя в стиралку, а потом залезла в душевую кабину и провела там около получаса, пока не постучал Костеров. Лишь после этого я вылезла, но смыть с себя произошедшее не вышло.
Как же я устала. Просто устала...
Вздохнув, я кое как вытерлась и, замотавшись в полотенце, пошла в комнату, где легла в кровать. Спустя некоторое время туда явился и Костеров. Не спрашивая разрешения, он лег позади меня и обнял со спины, вызвав прилив какой-то теплоты. Мне хорошо с ним. Так может хватит сопротивляться?
Глава 6
Я вздохнула, когда мы вновь подъехали к универу на Ламборджини Костерова.
– Что за странная привычка возить меня в своей машине? У меня моя есть, между прочим, – я достала из рюкзака косметичку и подправила лёгкий макияж, после чего посмотрела на Костерова, который пил минералку.
– Нравится мне во всем тебя контролировать, – усмехнулся он, отпив, а я наблюдала за тем, как дёргался его кадык. Может вырвать?
– Это абьюз, – заметила я, на секунду от него отвернувшись, а зря. Перегнувшись через подлокотник, он зафиксировал мою голову, схватив меня за волосы, а после поцеловал.
Его язык, мягко пройдясь по моей нижней губе, скользнул внутрь, вызвав неконтролируемый приступ возбуждения. Обвив его шею руками, я подалась вперёд, повернувшись к нему нормально, а он, наконец отпустив мои волосы, переместил свои руки мне на талию и помог перебраться на свои колени, на которые я села в позе наездницы.
– Я тут подумал, – он прижал меня к себе сильнее, оторвавшись, продемонстрировав собственную реакцию на наш поцелуй, которая была далеко не невинной. Мы оба тяжело дышали и, похоже, думали об одном и том же. О сексе, – Может ну нафиг этот универ, а? Ну или пропустим первую пару? У меня тонировка на стеклах, – прошептал он мне на ухо, прикусив тонкую кожу за ушком, из-за чего я судорожно вдохнула.
– Как странно, ещё вчера я тебя слала подальше, – хмыкнула я, медленно расстегивая пуговицы его рубашки, уж слишком заманчивым оказалось предложение.
– Это было вчера, – ответил он мне в тон, рывком сняв с меня теплый свитер, – а сегодня… Сегодня мы делаем то, что хотим…
Спустя час…
Кое-как одевшись, я пыталась напиться минеральной водой, что извлекла из бардачка, однако сделать это было не так-то просто. Костеров вообще просто лежал на полу опущенном кресле, закинув руки за голову и сверкая идеальным торсом из-под расстегнутой, но так и не снятой, рубашки.
– Не утопись, – безразлично хмыкнул он, достав из, уже одетых, брюк, зажигалку и сигарету.
– Мне можно? – спросила я насмешливо, потянувшись к его сигаретам. Так-то мне плевать, разрешит он, или нет.
– Ну, 18 тебе есть, заболеваний вроде нет, – он подал мне зажигалку, зажатую между двумя пальцами, а после немного приоткрыл окно, чтобы дым выходил. Я с наслаждением закурила, опустив кресло так же.
– Фармакологичка мне на следующей паре плешь проест, – хмыкнула я, а после распахнула в ужасе глаза, – ебать! У нас же следующая пара с ней, две подряд! И допуск к зачету... Все, это пиздец! Она меня закопает! – покачала я головой, уставившись невидимым взглядом перед собой.
– Господи, Саш, забей, – рассмеялся Костеров, поразив меня этим действием. Просто он очень редко смеется, – Ты много зарабатываешь, вернее, нормально, она мало берет за зачеты, а за допуск и того меньше потребует! Хотя, чем париться, лучше заплатить за автомат, – я в шоке уставилась на него, поражаясь столь четко расписанной схеме взяточничества, – Горбунова, – он повернулся ко мне, снисходительно улыбнувшись, – а ты, наивная, думала, что я парюсь и все учу? Да мне это не сдалось, я просто отваливаю достаточно, чтобы отвалили от меня. Коспекты только пишу.
– Сука ты, – от души выдохнула я, завалившись на кресло и сделав очередную затяжку, – пока я тут корячусь, такие, как ты спокойно платят.
– Кто тебе мешает платить? Жаба? – хмыкнул он, выкинув бычок в окно и начав одеваться, – Ладно, пошли уже, заучка. А то весь мозг выебешь.
– Костеров, не будь конченым – заткнись, – от души попросила я, взяв свой рюкзак и выбравшись из машины одновременно с ним. Внутри я была довольной и сытой кошкой, которая ничего не хочет, поэтому снаружи докапывалась до всего.
Если честно, то ожидала я увидеть полную аудиторию, которая зубрит только что написанный конспект, тратя на это все время между парами, но вместо этого мы увидели полупустую аудиторию и скучающую фармакологичку в ней. Подняв на нас глаза, она нахмурилась, а после отмахнулась, будто от надоедливых мух. Что за хтонь?
– Костеров, вы – проклят, – выдала она со вздохом, – Когда вы учились на том курсе половина не ходила, зато сейчас ходят все, а теперь эта ходит едва ли в пятидесяти процентном составе! Вы даже Горбунову мне развратили!
– Ну, а как иначе? Мы же встречаемся, – обворожительно он улыбнулся, а я от души наступила ему на ногу. Кстати, как там дела с разводом? А то я что-то поздабыла за него.
– Костеров, заткнитесь и сядьте, – отмахнулась она, – допуска сегодня точно не будет. Вымерли все что-ли? – и то правда. Даже Софи и Тамрика не было, а они ходили всегда, и в болезни, и в здравии!
Когда началась пара, в аудиторию пришло еще несколько человек, но все равно учеников было меньше половины, поэтому нам ничего толком и не преподавали. Фармакологичке вообще было пофиг, она просто сидела и что-то писала, изредка давая нам задания. Горестно вздохнув, я где-то в середине попросилась выйти в туалет, что мне, на удивление позволили.
Может, она заболела?
Дошла я туда как можно быстрее, а когда вошла внутрь, то несколько растерялась, так как внутри была Софи, которая стояла и смотрела на дверь, будто поджидая кого-то. Не обратив на нее совершенно никакого внимания, я вошла в кабинку и, сделав все свои дела, вышла обратно.
Первое, что я помню – удар по лицу, неожиданный, о котором я даже подумать не могла. Второй – подсечка, из-за которой я упала и больно ударилась затылком о кафель пола. А потом посыпались удары ногами. Градом. Половина из которых пришлась по моему лицу.
Я даже не успела осознать, что происходит. Только что я зашла в это гребаный туалет, а теперь лежу на холодном кафеле, сжавшись, с каждой секундой теряя остатки сил. Резкий удар в живот сбил дыхание, и я согнулась пополам, не успев даже вдохнуть. Потом – еще один, уже в лицо. Горячая волна боли разлилась по щеке, в глазах потемнело. Я услышала хруст – то ли это были мои зубы, то ли просто звон в ушах.
– За что?! – вырвалось у меня хрипло, чужим голосом. Но в ответ – только злобный смех и очередной удар. Коленка впилась мне в грудь, ногти вцепились в волосы, дергая так, будто хотят оторвать с корнем. Я пыталась закрыться руками, но она резко отшвырнула мою руку в сторону, и следующий удар пришелся прямо в висок. "Почему?" – пронеслось в голове.Мы же даже не ругались особо сильно! Да, были потасовки по типу тех, но у каждой был повод, а теперь... За что вот так… вот так вот? Я не видела ее взгляд, но инстинктивно понимала, что ее глаза горели ненавистью, которой я не понимала. Казалось, она не просто злилась – она наслаждалась этим. Каждым моим всхлипом, каждой попыткой увернуться, сопровождая это своим дряным смехом, – Прекрати! – закричала я, но голос дрожал, срывался из-за боли. Мне было страшно, вернее, не просто страшно – унизительно, ведь я всегда была готова ко всему, я все предугадывала заранее, а теперь валялась на полу, вся в пыли и слезах, а она просто смеялась и била меня дальше, получая от этого удовольствие, подобное моему, какое испытываю я в такие же моменты. Я чувствовала, как по лицу течет что-то теплое – кровь? Слезы? Неважно. Важно было только то, что больше так не могу.
Сделав еще пару ударов носком обуви мне в лицо и один в висок, она вышла, а я потеряла сознание от боли.
