Текст книги "Посвящение в бывшие (СИ)"
Автор книги: Анастасия Феникс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)
Глава 4
А я дрожу в родных руках
Теряя голову, теряю страх
Знаю, неверная
Знаю, что грешная
Интиктивно прикрыла глаза и подалась вперед, встречаясь своими губами с его и ни капельки не сопротивляясь, потому что мне, по необъяснимой причине, этого хотелось. Хотелось, чтобы он не отступал и продолжал меня бесить, чтобы вот так целовал без разрешения, чтобы был рядом... Я начала увязать в нем, и это огромная проблема!..
Вскоре он отстранился. Поджав губы, в который раз попыталась врезать ему коленом по яйцам, но он будто читал меня, как открытую книгу, поэтому с легкостью отвел его рукой, нагло усмехнувшись, пока я балдела от близости его глаз. В темноте они казались иными, завораживающими... Твою мать, Саша, включи мозг!
– Решила нервишки потрепать? – он мазнул губами по моей шее, вызвав приятные мурашки. Как же бесит реакция собственного тела... Это просто отвратительно! А-а-а! Я не хочу так! Я не хочу отношений, еще и с чувствами!
– Решила удостовериться, что ты откинулся, но, увы, ты жив и здоров, – отчеканила стальным голосом в ответ, а после опустила взгляд на его руку, что держала нож у моей шеи, – прямое подтверждение моих слов. Как только мы не видимся, то ты сразу же, заранее, начинаешь выбирать оружие для моего запугивания!
– Саша, – он обреченно покачал головой, с усмешкой на губах, заставив меня поджать губы от этого диссонанса, а после убрал ножик в карман, – можешь не напрягаться, я тебя не пораню. Больше, – с этими словами он наконец отстранился, позволив мне нормально вдохнуть. И нет, тут дело не в моей кисейности, он просто слишком массивный. Оглянувшись, он задал вопрос, – Ты где машину оставила?
Боже, в чем была логика этой топографической съемки местности? Тут одни деревья и асфальт шоссе через пару метров, на котором только его Ламба! Я что, умудрилась, по его мнению, спрятать Форд между деревьев?!
– Я на мотоцикле, – так и не озвучив свое авторитетное мнение, резко развернулась, залепив ему мягкую пощечину волосами, что меня хоть немного порадовало. Отойдя чуть в сторону, выкатила свой Харлей и, выйдя с ним на трассу, села. Костеров смотрел на это с непонятным выражением на его наглой моське, – Ты не знал, что у меня есть байк?
– Поедем на машине. Ты после этого бухая будешь, – ля агрумент! А то, что я после бара иногда на машине езжу, и от Князя, где тоже иногда выпиваю, на этом самом моцике домой еду, его не смущает! Плюс я просплюсь!
– Что за предъявы? Костеров, ты тоже пьяный будешь, – сказала возмущенно, одев шлем, – и вообще! Навернусь или застряну на ветке – мои проблемы! И они тебя не касаются от слова совсем!
– Горбунова, я с тобой намерен переспать в любом случае, даже если ты будешь в роли трупа, так, для справочки, – хмыкнул он, прикуривая, а я застряла в неком трансе. Это же шутка? Впрочем, он редко шутит!
– Иди нафиг, некрофил! – закатила глаза, а после завела байк и, не дожидаясь Костерова, впрочем, я и не должна была его ждать, проехала чуть дальше, буквально на триста метров, остановившись перед массивным особняком четы Номировских, который они постоянно сдавали, так как сами проживали в Турции. Именно этот дом и решил использовать Волков для своей тусовки.
Припарковав байк среди дорогих иномарок и спорткаров на любой вкус и различные скоростные предпочтения, я достала из багажника айпад в новенькой упаковке, который предназначался имениннику.
– Горбунова, у него еще сотня таких же будет сейчас, – сказал Костеров из окна Ламбы, на котрой наконец доехал до дома. Хотя, ему же можно было и пешком дойти. Понты-понты. Если бы понты светились, в Москве бы были белые ночи. Помним-помним.
– Я не виновата, что в выборе подарка хороша так же, как в квантовой физике, – съязвила я, мило улыбнувшись Костерову, что уже припарковался неподалеку и вышел из машины, достав оттуда Макбук. Хах, сейчас Волкову еще кто-то айфон подарит и вообще будет полный комплект, – у него еще штук двадцать таких же будет сейчас, – отзеркалила комментарий Хана, когда он подошел ко мне ближе.
– Я тоже в квантовой физике не шарю, – усмехнулся он, а потом взял меня за руку.
– Костеров, я не пойду с тобой за ручку! Мы не пара! – я попыталась выдернуть свою конечность, но, вместо этого парень рванул меня на себя, сгибом локтя схватив меня за шею. Э... Это как так быстро произошло?!
– А на кой ты тогда меня ждала? – тихонько рассмеялся он, а у меня в голове запел сверчок. Ни единой мысли. Кроме той, что я не хочу идти так! Нет! Сжав руку в кулак, я попыталась наобум ударить его по лицу, но, судя по глухому звуку, попала по макбуку, – Блять, Саша! – он даже меня отпустил, осматривая коробку, – Ели он не будет работать, я скажу, что виновата ты! Проломила своей задницей, пока мы с тобой развлекались!
Я опешила. Нет, я офигела. Но проявилось это лишь в убийственном оскале на пол лица.
– У тебя всего два места в машине, так что я легко это опровергну, – хмыкнула, идя вперед. Больной. Просто больной! Впрочем, я сама не далеко ушла. Он нагнал меня лишь в тот момент, когда я, уже пройдя за ворота, прошла половину подъездной дорожки. Из дома впереди слышалась музыка, но этого было почти не слышно, а вот свет во всех окнах было сложно не заметить.
– Там вполне можно заниматься сексом, только в миссионерской позе не получится, – я сделала фейспалм, даже не останавливаясь. И нет, мне не было стыдно.
– Костеров, ты просто озабоченный! У тебя есть еще темы кроме секса? – с каменной рожей поинтересовалась я.
– Я люблю секс и он мне нравится, так что в этом нет ничего предосудительного, – я фыркнула, скрывая смешок. Просто убийственный диалог выходит.
– Мда, тебе надо было идти на сексолога. Ты бы там был, как влитой!
– Мне нравится заниматься, а не преподавать, солнышко, – он потрепал меня по голове, а я окончательно выпала в осадок от этого милого действия.
– Костеров, у тебя сегодня Наполеоновские планы на меня, или ты головой долбанулся где-то? – даже остановилась и замерла, пытаясь сбросить это ощущение его руки со своей головы, но все было тщетно. Фигушки, и точка!
На это Хан лишь слегка хмыкнул, едва приподняв уголок губ, будто смеясь надо мной и моей реакцией. Как же он бесит!
Закатив глаза, я вошла в дом, в котором уже во всю веселилась золотая молодежь Москвы. Вон там пили, там развязно танцевали, там целовались... В целом, народу было очень много. Просто кошмар, сколько.
Подойдя к вешалке, я сняла свою новую кожанку и, за неимением свободных крючков, кинула ее на тумбочку.
– Если кто-то ещё сомневался, что мы пара, то теперь точно не будут, – сказал Костеров, сняв свое чёртово пальто, под которым оказались черные джинсы и белая рубашка. Прикол был в том, что я оделась так же.
– Выглядишь просто отвратительно, – от души сказала я, а после нырнула в толпу, стараясь отделаться от него и найти именинника. Впрочем, это было легко – черноволосый красавчик был в центре внимания и собрал вокруг себя сливки сливок, которые пили и громко ругались, то и дело посмеиваясь. Усмехнувшись, я подошла к имениннику и, обняв его, отдала подарок.
– Горбунова, твой лук самый заметный, – хмыкнул он, поцеловав меня в щеку. Господи, какой ужас. Хоть вешайся... Просто он мой бывший. Школьный. Да, до постели, как мы знаем, не дошло, но не приятненько.
– Твой тоже не плох, – хихикнула я, пожелав ему всего самого наилучшего, а после пошла отрываться. Плевать я хотела на Костерова, на всех остальных – я пришла отдохнуть!
Бокалы шли один за одним, почти без перерыва, так как я привыкла пить, но всё-таки алкоголь ударил в голову. Остановить же меня было некому – Костеров куда-то умотал, видимо, нашел девочку подоступнее и поинтереснее, а Никита был полностью занят Светкой, которым я благодушно решила не мешать. В общем, пила я в одно рыло, напивалась и тупо ждала, когда же можно будет слинять.
– Горбунова, – ко мне со спины подошёл Волков и прижался к моей пятой точке своим... Кхм, стояком. Я замерла, пытаясь понять, что вообще происходит, – Давай переспим? У меня днюха, у тебя алкоголь в крови... Давай, а...
Никогда, никогда не напивайтесь до поросячьего визга, слышите?! Никогда! Потому что в тот момент я решила кайфануть и сказала "да" просто ради того, чтобы Костерову нечего было ловить. Как он там сказал? Хочу, чтобы я был первым? Ну-ну. Выкуси, козлина!
Развернувшись к Максу лицом, я позволила ему поцеловать себя, сравнивая его поцелуй и поцелуй Хана, который был совсем иным... Чёрт, хватит! Я отбросила все мысли в сторону и обхватила руками шею Волкова, кайфуя от происходящего. Да, пусть видит. Пусть знает, что я ему не достанусь!
В один миг все поменялось: Волкова оторвали от меня и, судя по тому, что я увидела своим размытым и расфокусированным взглядом пьяных моргал, раскрасили ему морду кулаком, а меня, под всеобщие ахи-крики-маты-вздохи закинули на плечо и понесли на выход из особняка.
– Костеров, пусти меня! – вяло зашевелила я языком, еле сдерживая судорожный смех, не понятно из-за чего вообще появившийся.
– Что, так сосалась, что язык распух?! – я уже не выдержала и засмеялась в голос, пока меня не подтащили к какой-то тачке, краем сознания отметила, что у нее был задний ряд и цвет мокрый асфальт, и попытались запихнуть внутрь, но так неосторожно, что я ударилась затылком и потеряла сознание.
Очнулась я спустя некоторое время, громко застонав от головной боли. Господи, что мне так плохо?! А, да похмелье... Надо было меньше пить. Я попыталась повернуться на кровати, но вместо этого обнаружила, что лежу на чьих-то коленях, заботливо укрытая пледом или чем-то подобным.
Распахнула глаза и села, все ещё находясь как не в себе. Проморгалась. Машина. Сквозь лобовуху видно особняк Номировских. В машине пахнет сигаретами, я даже вижу дым. Повернула голову вправо и обнаружила там Костерова. Голого. Моргнув ещё раз с уже выпученными глазами, поняла, что я сама без одежды и даже без белья.
Твою мать, мы что, переспали?!
Глава 4.1
Мы что, переспали?!
– Да, Саша, мы переспали, – кивнул Костеров, выпустив изо рта дым. В моей опустевшей голове вновь запел сверчок.
– Я что, задала этот вопрос вслух? – безжизненно спросила я, подняв брови и уставившись на лобовое стекло того самого автомобиля, в котором Костеров довозил меня после похищения, думая, что вообще за бред творится?
– На, курни, – Костеров вставил мне в приоткрытый рот сигарету, заставив перевести свой удивленный взгляд обратно на него, – а то у тебя сейчас какие-то проблемы с пространственно-временным восприятием, а курение, как я заметил, тебя успокаивает.
– Костеров, ты дибил? – прошепелявила я, даже не вытаскивая сигарету изо рта – настолько я была в шоке. Впрочем, шок – это мягко сказано.
– А, да, сорян, – он усмехнулся и, взяв зажигалку, что лежала на сиденье, в руку, поджег мою сигарету.
– Костеров, ты совсем дибил?! – рявкнула я, ожив и вытащив сигарету изо рта. Из недоуменного мой взгляд стал таким, что, если бы я была Костеровым, то уже бы рванула на все четыре стороны, главное подальше!
– Что-то я туплю, – издеваясь, с улыбкой сказал он, привстав и, потянувшись к первому ряду, открыл окно, заодно продемонстрировав мне все в полной красе: накачанные плечи, руки и спину, идеально проработанный пресс, шикарные бедра и… Кхм, мужское достоинство явно не стандартного, а более крупного размера. И вот этим в меня, прости Господи, тыкали?! – Хах, мне кажется, уже только поэтому взгляду можно признать девственницу! – его слова заставили меня ожить, а так же вывели из себя.
– Костеров, а… Ты переспал с бессознательным телом, ты вообще нормальный?! – он сел обратно, а я попыталась затушить свою сигарету о его тело, но Хан мне не позволил, грубо схватив за запястье и рванув в сторону так, что я приземлилась лицом аккурат на его голые бедра, замерев. Божечки, я ещё никогда не оказывалась в столь опасном положении!
– Да что ты?! – усмехнулся он, вытащив из моей руки сигарету, а после начав массировать мне кожу головы пальцами, из-за чего я непроизвольно застонала и расслабилась, – Терлась ты о меня и стонала вполне реалистично. Так что тот факт, что ты ничего не помнишь не говорит о том, что ничего не было. А оно было, и достаточно жарким, – он помог перевернуться мне на спину, все ещё массируя голову, – Как ты? Как самочувствие?
Впервые за этот период времени я прислушалась к себе и поняла, что испытываю лёгкий дискомфорт между ног, о чем и сообщила Костерову.
– Нормально, пройдет через пару часов, максимум сутки, – он, наконец выкинув бычок от собственной сигареты в окно, кончиками пальцев провел по моей руке, от плеча к запястью, вызвав приятные мурашки, которые горячей волной прошли по моему телу.
– Откуда эта машина? – поинтересовалась я, чтобы отвлечься, что не особо-то и удавалось. Снаружи пахло недавно прошедшим дождем, а а машине – никотином, что создавало просто убойный афродизиак, в совокупности с нашими голыми телами, – Второй раз ее вижу.
– Это – машина Волкова, – усмехнулся он, пока мои глаза выразили из орбит, – да-да. Он просто мне очень крупно должен, поэтому я могу пользоваться его тачкой когда и как захочу. Кстати, что это был за слюнообмен с ним? Вы там минуты три сосались, – его рука плавно, мягко и нежно переместилась на мою шею, из-за чего я непроизвольно сглотнула, опасаясь, что он меня придушит.
– Мы встречались в школе, но там ничего серьезного, – прошептала, будто оправдываясь. Хотя должна была дать ему в его наглый фейс и сказать, что это не его дело.
– Да я уж вижу, что ничего серьезного у тебя в целом не было, – Костеров помог мне сесть на сиденье, а после, даже не спрашивая разрешения, пересадил к себе на колени, – зачем?
– Я надеялась, что, если пересплю с другим, ты от меня отстанешь, – призналась я, утопая в его темных глазах. Видимо, я сошла с ума, раз делаю это, – а оно вон как вышло. Я бы никогда не…
– Не переспала со мной по собственному желанию, просто потому, что не желала проигрывать, да? – я кивнула, поджав губы, – Иди сюда, – тихо шепнул он и, вплетя свою руку в мои волосы, заставил наклониться к нему ближе, хотя я и не особо была против. Выдохнув мне прямо в губы, он прикоснулся своими губами к моим, заставляя сердце колотиться чаще от этого никотинового рая… Я не активный курильщик, а пассивный. Мне больше дым по душе и аромат… А он им и пахнет… Мой личный дьявол! Я с упоением отвечала на этот поцелуй, гладила его плечи и льнула к нему, забыв обо всем на это сладостное мгновение. И не отрывалась бы, если бы мне в бедро не уперлось его достоинство, после чего я резко пересела и начала собирать свои шмотки по салону и одеваться, – ну что не так?!
– Не так?! – зашипела я, наблюдая за тем, как одевается и он сам. Мне нельзя с ним встречаться. И уже даже не из-за озвученных ранее причин, а просто потому, что я втрескаюсь в него. С разбегу, – Ты трахнул меня, пока я была в неадеквате! Какие ещё могут быть вопросы?!
Я, наконец одевшись, вышла из машины, хлопнув дверью. Костеров вышел следом, но я не обратила на это внимание, лишь на хлюпающие лужи под ногами и на то, что меня шатает. В какой-то момент я уже почти упала, но Хан меня поймал.
– Так, Горбунок, – мои глаза вновь решили выпасть из орбит от такого обращения, – давай-ка я тебя довезу. А то ты разобьешься, мне потом тебя по кусочкам собирать, – кивнув, я позволила ему подвести меня к его Ламбе и усадить просто потому, что в таком состоянии я бы точно никуда не доехала. Хотя, впрочем, на тот свет бы попала. Привычным жестом перекинув волосы на другое плечо через голову, я подождала, пока он сядет в машину.
– Ты не пьян? – осведомилась я, отвернувшись к окну.
– Я не пил, Горбунок, – усмехнулся он и, заведя машину, плавно выехал с парковки.
– Ты меня теперь всегда так называть будешь? – улыбнулась, посмотрев на него. Вот хотелось, в глубине души, его возненавидеть, растерзать, уничтожить, но наверху было только одно – удовольствие, которое я, как ангедонист, с лихвой получала от тех ощущений, что он мне дарил.
– Да, буду, тебе идет. Поешь-свистишь, сутулишься, скачаешь, как сайгак, бегаешь со скоростью света и лягаешь так, что потом хрен восстановишься!
– Огонек, – буркнула в ответ, все ещё улыбаясь, – если решишь заночевать у меня, будешь спать в другой комнате, ясно?
– Мне будет холодно, – отчеканил он, а потом улыбнулся, – впрочем, если ты сама не захочешь, то кто я такой, чтобы мешать тебе?
К моему дому мы приехали довольно быстро, примерно час потратив на дорогу, ближе к трем часам утра, после чего поднялись в мою квартиру.
Скинув обувь и сняв куртку, я сразу пошла на кухню и, в качестве извинений, насыпала своим собакам корм, так как планировала вернуться к двум, как обычно. Костеров незаметно подкрался и обнял меня, заставив вздрогнуть.
А потом, резко развернув меня лицом к себе, вновь впился поцелуем в мои губы. Уже не было того умопомрачительного привкуса никотина, но дурманил этот поцелуй меня не меньше, чем тот, что был в машине. Постепенно возвращались события того, что было после удара о крышу машины: как я упала спиной на сиденье, а он сверху, как сама притянула его за ворот к себе, как потом мы стаскивали друг с друга одежду, все теперь повторяя здесь и сейчас, лишь за одним исключением – теперь мы двигались к кровати, что была в моей спальне.
Плевать. Мы уже переспали. А значит, нет ничего такого, чтобы повторить это вновь, позволив себе то, чего жаждешь в глубине души.
Глава 5
Ивзгляд его туманом стелется
А на губах сумасшедший вкус
В него я верю, себе не верится
В него, как в зеркало, я смотрюсь
Я медленно потянулась под звон будильника, который вырвал меня из объятий сна, однако, это не помешало мне выспаться. Сладко потянувшись, я медленно села, думая о том, что нужно будет купить блэкаут шторы, чтобы солнце, попадающее в комнату через панорамные окна, не слепило при пробуждении.
Сознание возвращалось медленно и лениво, словно объевшийся сметаной кот, мягкой поступью возвращая мне воспоминания о вчерашнем треше, иначе и не скажешь. Сдавленно застонав, я запустила руку в собственные волосы и потрепала их, мечтая о том, чтобы в коктейлях просто был палёный спирт. Переспать дважды с Костеровым… Мда, Александра, в страшном сне не могло присниться!
Впрочем, я была настолько счастлива от того факта, что выспалась, что мне было просто плевать, с кем, когда и где я что делала.
Отыскав свою пижаму среди вороха разбросанных вещей, я надела ее, получая экстаз от прикосновения холодного шелка к разгоряченному телу. Потянувшись и прохрустевшись, я встала, посетовав, что напоминаю старую бабку и пошла на кухню, шоркая подкрадулями. Когда я вывалилась в коридор квартиры, смежный с кухней, то застыла на месте.
Сонными глазами я обвела собственное жилище, ища глазами Костерова, но, так как его не было, то мой убийственный взгляд достался, уже почти засохшему, кактусу. Который был полит. Рядом довольно чавкали собаки, радостно поедая корм из полных мисок.
– Это предательство, – сонно и беззлобно сказала я им, подойдя к чемоданам, что частично занимали проход. Оставшуюся часть отняли какие-то картины, которые я решила посмотреть, мечтая убить их хозяина, как только он явится пред мои святые очи.
Их было девять штук. Девять картин, написанных акварелью, маслом, акрилом или восковыми мелками, на каждой из которых была изображена девушка: на первой, акриловой, была красивая брюнетка в красном платье, которая больше походила на эскортницу из-за увеличенных форм, лабутенов и прочего. Вокруг нее было серое "ничто" – просто светло-серый фон. Это он так пустоту обозначил?
На второй, акварельной, была рыжая простая девушка в лёгком белом сарафане с цветочками, столь очаровательная, что на нее хотелось смотреть и смотреть. Окружённая зелёным фоном с желтыми бликами, она напоминала солнышко.
Третья, снова акриловая, изображала ещё одну брюнетку, которая была в форме частной школы, в которой, собственно, в свое время училась и я. Кажется, эту девушку звали Арина и она была старше меня на год... А ещё она была типичной представительницей вида "стерва по-американски" – всех цепляла, сколотила свою банду и меняла парней, как перчатки. Вокруг нее тоже было все серым, только присутствовали ещё и красные блики. Судя по качеству, картина была написана давно, по крайней мере раньше предыдущих.
На всех картинах были красивые девушки в обрамлении каких-то цветов, видимо, отображающих их внутренний мир. Костеров, ты реально больной! Впрочем, рисовал он очень хорошо!
На последней, единственной картине, написанной мелками, была изображена Яра, сидящая на стуле с закинутой ногой на другую ногу и заплетенными в косу рыже-медными волосами. Даже в своем неизменном total black она буквально светилась какой-то внутренней энергией и счастьем.
– Тебе не говорили, что копаться в чужих вещах нехорошо? – Хан подошёл очень тихо, из-за чего я вздрогнула но так и не отвела взгляд от лица подруги, медленно и осторожно касаясь его пальцами.
– А что они тут делают, не подскажешь? – спросила я с лёгкой улыбкой на губах.
– Горбунок, – в его голосе явственно слышалась усмешка. А после он, схватив меня за подбородок, заставил запрокинуть голову и посмотреть в его темные глаза. Впрочем, взгляд быстро сполз на покатые плечи, на грудь, а после и на торс, что сверкал сотнями капель. А после и на полотенце, что чудом держалось на бедрах, – я же сказал, что перееду к тебе! Вчера вещи и собрал, уже засунул в багажник, а тут ты, подарочком на голову! Даже не заметила меня. Знаешь, к тебе так интересно подкрадываться, – он стал медленно наклоняться, опустивлись рукой по моей шее до рубашки, заставив меня вдохнуть, – даже слишком, – он медленно опустился на корточки за моей спиной, а после рывком прижал к себе, – ты никогда не успеваешь вовремя среагировать. Ни-ког-да, – Костеров медленно наклонился к моим губам и поцеловал, вызвав табун мурашек. Прикрыв глаза, я с трепетом ответила на его поцелуй, обхватив его плечи.
Кошмар, когда межличностный конфликт перешёл в стадию телесного трения? Можно мне время, место и машину времени?
– Огонёк, я ведь не разрешала, – я легонько прикусила его губу, открыв глаза и натолкнувшись на его темный взгляд.
– А ты бы никогда не разрешила, если бы я у тебя спрашивал, – он усмехнулся, вызвав у меня эстетическое наслаждение его лицом, – так что пришлось брать все в свои руки и действовать!
– Покусать тебя мало! – буркнула я, встав, – Шел бы в театральное или ещё куда-то. Было бы проблем меньше! Твоя комната – соседняя, когда я вернусь, этих чемоданов на проходе быть не должно! – недовольно сказала я, размашистым шагом отправившись в ванную. Сволочь!
Внутри, на моих полках, появилось куча новых баночек-скляночек, бритва, зубная щётка и стакан, что окончательно уничтожено мое настроение. Он уже обжился! Поджав губы, я наспех умылась и почистила зубы, решив, что завтракать не буду, а после вернулась на кухню.
Похоже, "быстро умывалась" я минут пятнадцать, так как Костеров умудрился уже сварить МОИ пельмени СЕБЕ и, порезав МОЙ огурец СЕБЕ на тарелку, активно двигал челюстями, довольно попивая МОЕ кофе из МОЕЙ чашки! Подойдя к шкафчику позади него, я в наглую достала вилку и села напротив него, начав есть из его тарелки под его непередаваемым взглядом.
– Эй, раритет из Кунсткамеры, это мой хавчик, – он попытался пододвинуть тарелку к себе, но я не дала, с вызовом посмотрев в его моргала.
– Считай это комиссией за доставку на дом МНОЮ МОЕГО хавчика, купленного на МОИ, кровно заработанные, деньги! – я в наглую забрала огурец и съела под его неусыпным контролем.
– Ах так? – усмехнулся Костеров и, встав, развернулся и начал искать что-то в ящиках. Обратно он повернулся лишь тогда, когда в его руках оказался кухонный нож, который он показательно прокрутил в руках.
