Текст книги "Огненный маг для дриады (СИ)"

Автор книги: Алиса Буланова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц)

Глава 9

Черри узнала дом Гарсия, едва они вышли из автобуса. Почувствовала ту же энергию, что исходила от девушки. Он был слегка обособлен от других и окружён живой изгородью, обильно увитой хмелем и диким вьюном. Перед домом по обе стороны от дорожки, ведущей к крыльцу, росли два мощных дерева. Их кроны были настолько густыми и раскидистыми, что с определенного ракурса полностью скрывали дом. От крыльца до самой изгороди весь двор был засеян газоном, без внимания вымахавшим до колена. В другой ситуации стражница сочла бы дом заброшенным, но сейчас у неё возникло иное подозрение.

– Здесь красиво, – сказала она, глядя на дикие травы, видимо, случайно попавшие в газонную смесь. – Я осмотрюсь?

Некоторые из них Черри видела впервые, хотя занималась целительством всю свою жизнь. Чтобы рассмотреть каждый из них хотя бы бегло, у неё ушло не меньше часа.

– Вот это да! – выдохнула Кэтти, увидев свою отставшую гостью и её находку. – Я и не знала, что дед растил такое сокровище. Здесь столько цветов, которые мне нравятся.

– Это вырастил твой дед? – спросила стражница.

– Скорее всего. Он ведь садом занимался. Всё своё свободное время проводил во дворе. Стриг газон и деревья. Ты не поверишь, но раньше перед домом не было так темно.

Она грустно вздохнула. Девушки вошли в дом.

Дело шло к вечеру, и Кэтти занялась ужином.

– Ты живёшь одна? – поинтересовалась Черри.

– Родители в отъезде, – уклончиво ответила Гарсия.

Развивать эту тему стражница не стала. У хозяйки дома не было достаточных оснований доверять ей. Черри расположилась в гостиной перед телевизором. Спустя четверть часа Кэтти присоединилась к ней. Она тоже была поклонницей модных телешоу. После ужина Гарсия зарядила стирку и села за книжку. Черри вернулась к телевизору. Спустя некоторое время девушка отложила книгу в сторону. По-видимому, ей хотелось поговорить.

– Как думаешь, что со мной будет?

– Всё зависит от твоих способностей. В любом случае какое-то время у тебя уйдёт на обучение и привыкание. А потом тебе, скорее всего, придётся выбрать такое занятие, при котором ты будешь использовать свою силу максимально эффективно и без вреда для окружающих.

Кэтти кивнула. Ответ был исчерпывающим и, казалось, немного успокоил её. Однако потребность в общении не иссякла.

– Черри – это ведь прозвище?

– Псевдоним для клуба, – ответила стражница.

– А настоящее имя?

– Стражам нельзя называть своих имён. Зная настоящее имя человека, можно управлять его судьбой. Имя Кэтти ведь тоже ненастоящее?

– Да. Моё настоящее имя звучит весьма своеобразно.

– Оно и к лучшему. Не говори его кому попало и не свети без особой необходимости своими документами.

На какое-то время Кэтти, закусив губу, замолчала. Но вскоре снова оживилась.

– Черри, а зачем ты подрабатываешь в ночном клубе?

– Потому что люблю танцевать. А ещё из-за денег. Девяносто девять процентов стражей где-нибудь да подрабатывают. Всё потому, что стипендия в «Аркануме» смехотворная. Требовать большего мы не вправе. Мы знаем, что академия существует на пожертвования.

– Так почему бы просто не найти постоянную работу?

– Всё дело в способностях. Наша сила – это умение управлять энергией различных вещей и предметов при помощи собственной энергии жизни или Ки. В теле обычного человека Ки циркулирует в тканях и органах, не покидая его. Её количество всегда неизменно. Вне зависимости сильная у тебя Ки или слабая, ты всего лишь человек, если не высвобождаешь её и не смешиваешь с другими видами энергии. Однако, если ты овладеваешь специальными техниками, как я, или рождаешься с такими талантами, как Сойер, то становишься личностью с экстраординарными способностями или в простонародье магом. Если люди живут с одним запасом Ки всю жизнь, постепенно растрачивая его, то маги другое дело. Знаешь, какое самое страшное наказание для мага за преступление?

– Мучительная смерть? – предположила Кэтти, вспомнив гадалку.

– Пожизненное запечатывание способностей. Это гораздо хуже смерти. Наши тела устроены так, что мы постоянно создаем и освобождаем свою Ки. Если не делать этого, энергия будет застаиваться и гнить внутри тела, медленно отравляя его. Использование колдовства или магии жизненно необходимо для нас. Однако есть ряд законов, сильно ограничивающих наши возможности. Вскоре ты обо всём узнаешь, тогда тебе будет легче понять мотивацию стражей.

Кэтти пыталась переварить всё услышанное. Наблюдая за ней, стражница задумалась, не перегнула ли палку с разъяснениями.

– Но если… – начала было Кэтти.

– Пожалуй, хватит на сегодня с тебя, – оборвала её Черри. – Непривычно, конечно, ложиться в такую рань. Но раз сегодня у меня выходной, думаю, стоит попробовать.

Новое место и ранний отход ко сну сделали своё дело. Стражница проснулась до восхода солнца. Кэтти в комнате не было. Черри в панике бросилась к сумочке, куда вчера тайком спрятала ключи от дома. Они оказались на месте. Выдохнув, она накинула на себя плед и тихонько спустилась в гостиную, на всякий случай прихватив с собой смартфон.

Едва шагнув на последнюю ступень лестницы, откуда открывался вид на всю комнату, Черри набрала номер Сойера. Он ответил почти сразу.

– Хьюстон, у нас проблемы, – проговорила она в трубку.

– В чём дело? – угрюмо спросил Сойер.

– Она вырастила газон на ковре.

– В каком смысле?

– В прямом: рассыпала семена, разбрызгала воду, поводила в воздухе руками… Та-дам! И ковёр зазеленел!

– Когда это произошло?

– Это прямо сейчас происходит.

– Мы скоро будем.

Спустя двадцать минут все стражи, включая Боба, были в доме Гарсия. К тому моменту Черри уже удалось разбудить Кэтти и рассказать о случившемся. Не веря своим глазам, она перебирала зелёные травинки, выросшие в месте, совсем для них не предназначенном.

– Итак, – подытожил Билли, изучив видео, отснятое подчиненной. – Мы имеем дело с дриадой.

Глава 10

Парни органически не переносят сочетание слов «серьёзный разговор». Сойер убедился в этом, едва Лили открыла свой прекрасный рот. Его тело внезапно ослабло, а уровень концентрации упал до нуля. Хотя, возможно, всё это почудилось из-за недосыпа.

– Мы уже два года вместе, – с сожалением проговорила она. – Когда мы только начали встречаться, я не думала, что всё зайдет так далеко. Если честно, я уже не помню, какой была моя жизнь до тебя. Но я больше не могу так, Билли. Давай расстанемся.

Сойер не удивился. Он уже слышал эту фразу из уст своей пассии и готов был услышать её снова. В конце концов, они с Лили жили в совершенно разных мирах. Но он был бы полным идиотом, если бы просто отпустил её.

– Я чем-то тебя обидел? – спросил он, приготовившись услышать череду претензий упреков.

– Нет, – спокойно ответила Лили.

Это было непохоже на неё. Сойер растерялся.

– Тогда в чём дело? То есть я знаю, что наши отношения не идеальны. Но всё же я люблю тебя и хочу быть с тобой! До сегодняшнего дня мне казалось, что и ты хочешь этого. Что изменилось?

– Ничего не изменилось. В этом-то вся и проблема. Да, мы вроде бы любим друг друга, но, как и раньше, почти не видимся. Ты всё так же много работаешь, но твои попытки подзаработать по-прежнему безуспешны. Я устала от этого. Не хочу больше притворяться, что мне достаточно лишь твоих чувств. Надоело делать вид, что моё положение так же плачевно, как и твоё. Мне только двадцать два, мне не нужны эти проблемы. Я должна быть глупой и легкомысленной, жить и радоваться, не боясь одной неосторожной просьбой задеть чью-то мужскую гордость!

На последней фразе голос Лили дрогнул. Ей стоило огромных усилий совладать с эмоциями. Вероятно, эту речь она подготовила заранее. Лили очень хотела, чтобы до него дошёл смысл сказанного. Слышать такое было крайне неприятно, в основном потому что слова её были правдивы.

– Я понял, – устало произнёс Билли. К физическому утомлению прибавились уныние и чувство собственной никчемности. – Съеду сегодня. Сразу забрать все вещи не получится, но до конца недели я с этим разберусь. Обещаю. Прости, но сейчас мне нужно идти.

Билли побросал в спортивную сумку кое-какое шмотьё и молча вышел из дома. Ноги сами привели его на базу, где, к его глубокому сожалению, по совершенно неясным причинам собралась вся группа. Коротко пояснив, что с ним произошло, он сел за комп в надежде забыться за написанием очередного ежемесячного отчета. Но известие о столь драматичном повороте в жизни Сойера оказало на подчиненных куда большее впечатление, чем он ожидал.

– Тебя бросили⁈ – воскликнул Лиам.

– Да, – стараясь не вдумываться в смысл вопроса, ответил Билли.

С полминуты страж молчал, видимо, вспоминая всю историю взаимоотношений босса с его возлюбленной.

– Ну может, ещё сойдетесь, – вздохнул он. – Не впервой ведь.

– Нет, – возразил Билли, оторвав остекленевший взгляд от монитора. – На этот раз это конец.

– Она так сказала? – подключилась к разговору Черри.

– Я так сказал, – отрезал Сойер.

Офис вновь погрузился в тишину.

– Ну и пофиг на неё! – бросила стражница. – Мне она никогда не нравилась.

– Ты же говорила, она клёвая, – припомнил Лиам.

– Когда это такое было⁈ – возмутилась Черри. Лиам удивлённо приподнял одну бровь.

– Забей, – вздохнул он, осознав, что спорить с ней в этой ситуации бесполезно. – Слушай, Сойер, а где ты жить-то теперь собираешься?

– Пока на базе перекантуюсь, а там видно будет, – ответил парень, переместившись из-за компьютерного стола в бесформенное кресло, располагавшееся в углу комнаты. – Ребят, я посплю чутка. Дежурил ночью.

Он долго ворочался в поисках удобной для сна позы, невольно вспоминая время, проведённое с Лили. Он сожалел о том, что всё закончилось. Разум твердил, что так правильно, что у них не было будущего, и теперь он сможет целиком сосредоточиться на работе. Но эмоционально он не мог принять расставания.

В полудреме Билли расслышал сигнал своего мобильного. Черри, по обыкновению, приняла вызов. Судя по разговору, звонил Рикс. Действие его печати истекало, и в последнее время он выходил на связь всё чаще. И хотя большинство дел, что он находил, для стражей были бесполезны, такая инициативность оказалась им на руку. В особенности после недавнего разговора с Агатой. Куратор группы Сойера была обеспокоена дурной репутацией своих подопечных. Они хоть и раскрывали больше дел, чем остальные, косячили тоже больше всех. Оттого за два года службы они так и не смогли получить отдельный офис для работы. Используя свои связи в Совете, куратор Брукс выбила для них место на условиях перевыполнения месячного плана раскрываемости.

Дело, что передал стражам Рикс на этот раз, действительно оказалось в юрисдикции «Арканума». Семидесятишестилетний отставной страж Гильермо Гарсия скончался от отравления растительным ядом. После изучения материалов дела, опроса свидетелей и осмотра тела погибшего группа пришла к выводу, что мужчина в течение нескольких последних месяцев подвергался парапсихологическому воздействию, вследствие чего стал страдать от нарушений сна. Стражам удалось узнать имя ведьмы, вводившей погибшего в гипнотический транс, а после продавшей ему под видом средства от бессонницы яд. Но во время облавы возникли непредвиденные обстоятельства. При наложении печати, временно ограничивающей способности, появилась свидетельница, которую Сойер видел ранее в салоне ведьмы.

Глава 11

Билли запомнил девушку, потому что она походила на Лили. Та же фигура, цвет волос, оттенок кожи. И, вероятно, по этой причине он ослабил барьер в тот момент, когда она попыталась преодолеть его в переулке. Как Билли понял позднее, девушка собиралась помочь ведьме, но вместо этого сама чуть не пострадала. После того, как она потеряла сознание, он смог рассмотреть её лицо и с удивлением признал в ней внучку Гильермо Гарсия, которую прежде видел на фотографиях. Перед тем как отправить её в больницу, он велел Бобу позаботиться о её воспоминаниях. Однако его не покидало чувство, что он что-то упустил. Билли задавался вопросом, как много успела выведать у ведьмы девушка до их появления? Эта информация могла оказаться полезной для них, ведь мотив отравительницы остался стражам неизвестен.

Объяснение с Агатой по поводу проваленного дела было малоприятным. Несмотря на свою лояльность по отношению к Сойеру, она вынесла всей группе выговор и лишила стипендии. Это было не слишком проблематично с материальной, но крайне унизительно с моральной точки зрения. Естественно, о новом офисе теперь не могло идти речи. И если раньше это Билли мало волновало, то теперь, лишившись дома, он был очень расстроен.

Когда в жизни мужчины не остаётся ни денег, ни женщины, единственным способом не свихнуться остаётся посвятить себя делу, которое нравится. По этой причине Сойер охотно брался за всё, что предлагали ему информаторы: мошенничество, контрабанда артефактов, незаконное распространение запрещенных печатей. Рикс тоже не расслаблялся и время от времени подкидывал им нераскрытые убийства.

– Да, мы скоро будем, – пообещал Билли офицеру.

Он стоял перед авто Черри и наблюдал за тем, как стражница безуспешно пытается завести мотор. Спустя десять минут он понял, что чуда ждать бесполезно, и направился к автобусной остановке, увлекая за собой остальных. Из всех очевидных минусов городских автобусов, как средства передвижения для группы, самым весомым было то, что остановки располагались в очень неудобных местах, от которых приходилось идти пешком до пункта назначения. Они вышли в центре города. Им нужно было пройти квартал, чтобы оказаться на месте преступления. Сойер с помощниками ждал разрешающего сигнала светофора, когда услышал, что кто-то позади окликнул его. Он не хотел себе в этом признаваться, но первая мысль его была о Лили. И хотя он сам решил поставить точку, он не мог игнорировать её призыв.

К сожалению или к счастью, он ошибся. Голос, что звал его, не принадлежал Лили. Но его обладательница была ему знакома.

– Кэтти Гарсия, – представилась она. – Надо поговорить.

Тон её был серьезен, и Билли в какой-то момент пожалел, что скрыл её существование от Агаты. Ведь то, что собиралась сообщить ему Гарсия, могло повлиять на дальнейшую судьбу группы. И всё же, с выводами он решил не спешить и дождаться второй встречи. Она произвела на Сойера неоднозначное впечатление. С одной стороны, она явно не понимала во что влезает, но с другой у неё на лбу было написано, что она не отстанет, пока не получит то, чего хочет.

Как бы там ни было, вскоре мысли Билли снова заняла работа. Рикс на сей раз превзошел сам себя. Или говоря иначе, его невезение наложилось на невезение Сойера, что обернулось для группы убийством, связанным с культом Вуду. Хотя стражи старались не подавать вида, браться за расследование было страшновато. Ведь из наиболее известных культов, Вуду по-прежнему оставался наименее изученным. К тому же, послание над телом жертвы «Смерть детоубийцам» говорило о возможной серии убийств и о стычке между служителями одного культа.

Черри и Лиам высказали те же опасения. Сойер же невольно вспомнил о том времени, когда еще не обнаружил в себе силу. Тогда он дружил с соседским мальчишкой по имени Чарли. Они ходили в одну школу и проводили много времени вдвоём, пока однажды Чарли не пропал. Его искали повсюду и даже обратились в полицию, но всё бестолку. Ребёнок бесследно исчез. По официальной версии властей его похитили и увезли из города. Но кое-кто из детей поговаривал, что его съела колдунья, живущая неподалеку. Естественно, взрослые подобные слухи игнорировали. С высоты сегодняшнего опыта Сойер считал, что эти подозрения не были безосновательны.

«И если уж на то пошло, – думал он. – Надо признать, что некоторые современные колдуны до сих пор используют в заклинаниях и ритуалах фрагменты человеческих костей или плоти. Конечно большинство из них для этого разоряют могилы, но есть и такие, что идут на крайности. Вполне возможно, что убитый относился как раз к последним. И за это поплатился жизнью».

Ему нужно было взглянуть на тело. Билли собрался дождаться Рикса и отправиться вместе с ним в морг, но Лиам напомнил ему о внучке Гильермо Гарсия. Выбора Сойеру не оставили. Ему нужно было вернуть телефон, не то чего доброго Агата не дозвонится до него и поднимет панику.

Девушка назначила встречу в кафе, в месте, по мнению Сойера, не самом подходящем для обсуждения событий того злосчастного вечера. С другой стороны, после того, что она видела, ей еще долго не захочется бродить по безлюдным переулкам. Так или иначе, закон о конфиденциальности никто не отменял, и Билли предупредил подчиненных, чтобы держали себя в руках и следили за поведением Гарсия.

Глава 12

Ещё издалека Сойер заметил, что Кэтти выглядит иначе. На ней была другая одежда и волосы стали короче. После их недолгого разговора перед парикмахерской ему больше не казалось, что она похожа на Лили. Но она подходила под тип девушек, что нравились Сойеру. И если бы не её раздражающие манеры, возможно, он даже почувствовал бы к ней симпатию.

Гарсия сходу назвала их группу убийцами, и это Билли здорово разозлило. И пусть позже она извинилась, негатив остался. А когда девушка рассказала об изменениях, что происходили с ней после смерти ведьмы, ситуация еще больше усугубилась.

Первая мысль, что пришла Билли в голову, была о проклятье. Но он быстро отмёл её, ведь проклятие не дает возможности возвращать мёртвое к жизни. Где-то в глубине сознания он уже знал, что на самом деле произошло тогда. И всё же рассмеялся, когда Лиам озвучил его догадку. Рассмеялся, потому что знал об инициации лишь в теории. И это было сродни бабушкиным сказкам про зубную фею и бугимена. Однако каждое последующее признание Кэтти всё больше убеждало его, что в тот вечер ведьма передала девушке свою силу.

Проблема, которую Билли, казалось бы, решил, грозила обернуться катастрофой. Он сожалел том, что тогда разомкнул огненное кольцо и позволил Гарсия приблизиться к гадалке. Злился на свою мягкотелость и, в конце концов, сорвался и едва не довел девушку до слез. Если бы не шпилька Черри, впившаяся ему в ботинок, он вряд ли смог бы успокоиться. Нужно было решить, как действовать дальше. Лиам предложил для начала выяснить, какого рода способности получила Гарсия.

«По семени – плод», – так звучит заклинание завершающее ритуал передачи. Но сила сама по себе не имеет ни формы, ни направления. Она лишь во сто крат умножает то, что уже есть у человека, его скрытые способности и таланты.

Узнать, что за сила скрывается в теле Кэтти, было поручено Черри. Остальные члены группы должны были вернуться к расследованию. Боба отправили разведать о необычных слухах и сплетнях, блуждающих среди приверженцев культа в городе и его окрестностях. Лиам взялся разыскать похожие случаи смертей в картотеке парамедиков. Сойер наведался в морг, чтобы лично поприсутствовать при вскрытии Мартина Уолберга. Как он и предполагал, почтальон скончался в результате обширного инфаркта миокарда. Ничто не указывало на то, что приступ был спровоцирован факторами извне. Однако в том, что полиция оставит дело без внимания, глава Сойер ошибся. В желудке погибшего патологоанатом обнаружил куски сырой человеческой плоти.

– Я сначала решил что это рыба, а потом увидел вот это, – эксперт протянул Билли стеклянную чашку.

– Это что, зуб?

– Именно так. Молочный детский зуб. А то, что я принял за непережёванного тунца, по всей видимости, является десной. Точнее смогу сказать только после анализа ДНК. Но уже сейчас подпишусь под тем, что перед попаданием в желудочно-кишечный тракт погибшего образцы не были подвержены разложению.

Картина произошедшего приобретала всё более яркие ужасающие краски. Теперь сыщикам был известен мотив. Знание это, однако, их задачу совсем не упрощало. Поиски Лиама и Боба не увенчались успехом. Благо Риксу удалось найти первого подозреваемого, погибшего при проведении ритуала. Если уж совсем точно, тело семидесятилетнего жреца Тисана Ндуму обнаружила навещавшая его сотрудница социальной службы. По её словам, мужчина был болен, одинок и нуждался в уходе. Парамедики констатировали геморрагический инсульт. Формально Рикс не мог связать его смерть с гибелью почтальона. Но для стражей всё же вывел круг его общения, сводившийся к социальным работникам и паре гостей. К вечеру того же дня был готов предварительный отчет о вскрытии Уолберга. И хотя офицер, по его собственному заявлению, на своем веку повидал всякого, результаты вскрытия потрясли его. Теперь он должен был сосредоточить все усилия на поисках жертвы мертвого каннибала.

Сойер собирался присоединиться к нему, но его вызвали на дежурство в охранную службу. В последнее время внеочередные смены случались у Билли всё чаще. Однако жаловаться он не смел, поскольку отчаянно нуждался в деньгах.

– Если денег с подработки не хватает, почему не устроишься на постоянную работу? – спросил Рикс, вызвавшийся подкинуть его до автобусной остановки. – Можно работать посменно. Времени будешь тратить столько же, но оплата выше.

– Я пытался, но не вышло. Я бросил школу, потому что денег на жизнь не хватало. Думал, подработаю и доучусь. Но день за днём служба в «Аркануме» отнимала всё больше времени. Я отложил вопрос на год, потом ещё на один. Понимаю, что положение дел моих сейчас оставляет желать лучшего. А самое страшное, что с тех пор, как я стал стражем, ничего не изменилось. В городе не стало спокойнее.

– Почему же ты всё ещё служишь академии?

– По той же причине, наверное, по которой ты всё ещё коп. Если бы я ушёл, для меня это означало бы, что я сдался. Каждый день, выходя на улицу, я сталкивался бы с несправедливостью по отношению к людям, и мне было бы стыдно, что я бездействую.

– Эти мысли однажды прикончат тебя, – резонно заметил Рикс. – К тому же ты ошибаешься на мой счёт. Я служу ради жалования, страховки и хорошей пенсии.

– И только? Мне кажется, что ты себя недооцениваешь. Ведь никакие бонусы твоей службы не способны окупить тот негатив, с которым тебе приходится сталкиваться, выполняя свои обязанности, – Билли поморщился, вспомнив разговор с патологоанатомом.

– И всё же однажды в твоей жизни появится нечто, что по значимости обойдет твои высокие идеалы, – ободряющие произнёс Рикс.

Билли пожал плечами. Он понимал, к чему тот клонит, но развивать или как-то комментировать эту тему Билли не хотелось.