Текст книги "Огненный маг для дриады (СИ)"

Автор книги: Алиса Буланова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

Глава 5

– Что значит «ты не хочешь ехать»? – возмутилась мама. – Фрэнк, ты это слышишь⁈

Родители Кэтти планировали пробыть в городе ещё пару дней. По соображениям мамы этого времени было достаточно, чтобы выставить дом деда на продажу и подготовить дочь к переезду. Но в первый же день после выписки Кэтти заявила, что остаётся.

– Дело не в том хочу или не хочу. Просто сейчас уже поздно подавать документы в другой колледж. А я не хочу терять целый год. Поучусь пока здесь, а следующей весной переведусь.

– Звучит уж слишком убедительно, – с сомнением проговорила мама. – Не скрываешь ли ты под таким благовидным предлогом иную причину?

– Даже если так, это ничего не меняет, – раздраженно ответила Кэтти. – По крайней мере, до весны я буду занята учёбой, а не какой-нибудь фигнёй. А чтобы Вы могли в этом убедиться, в начале семестра я вышлю вам ключи от электронного табеля успеваемости.

Кэтти выжидающе уставилась на мать. Та, кажется, всё ещё не была удовлетворена. Требовалось вмешательство третьей стороны.

– Лиз, милая, – обратился Фрэнк к жене. – Думаю, мы должны гордиться тем, что наша дочь смогла самостоятельно уладить все вопросы, связанные с поступлением в колледж. Как ни посмотри, а в наше время не каждый подросток на такое способен. У неё явно твой характер и склад ума. И у неё уж точно хватит сил и ответственности, чтобы без проблем отучиться этот год и выполнить данное родителям обещание.

Последняя фраза была адресована самой Кэтти. Та поняла это и энергично закивала в ответ.

– Ну не знаю, – вздохнула Изабель. – Как же ты справишься одна?

– Раньше же как-то справлялась, – ответила Кэтти с ноткой обиды в голосе. – Некоторые мои школьные друзья тоже выбрали местный колледж. Ну, а если с ними отношения не сложатся, найду новых. Я смогу о себе позаботиться.

Хотя она и сказала так, всё же жить одной оказалось куда труднее, чем она думала. Без деда дом, в котором она выросла, казался неуютным и чужим. Прошло меньше месяца со дня его похорон, а его бесхитростный, состоящий из живой изгороди и пары деревьев, сад успел обрасти до неузнаваемости. Заняться стрижкой кустов и газона у Кэтти не хватало смелости. До мастерства деда ей было далеко. К тому же тот часто повторял, что растения и животные чувствуют негатив сильнее чем люди, а потому без настроения к ним лучше не лезть.

А с настроением у Кэтти творилось что-то неладное. Приступы энтузиазма мгновенно сменялись апатией, беспричинная радость – слезами и унынием. К этим перепадам вскоре добавились плохое самочувствие и кошмары. За пару недель до начала учебного года Кэтти обнаружила, что ходит во сне по дому. Она ложилась спать в своей комнате, а просыпалась на кухне или в гостиной, да ещё и с землёй под ногтями. Проверив все имеющиеся в доме цветочные горшки, Кэтти выдохнула с облегчением. В большинстве из них грунт был взрыхлён и полит, из чего она сделала вывод, что на улицу, скорее всего, не выходила. К слову, растения от такой заботы пошли в рост и зацвели. В глубине души она была даже довольна с собой, но здравый смысл твердил, что добром её ночные хождения не кончатся.

Она была обеспокоена своим состоянием, но считала, что для паники повода нет, до тех пор пока у неё не начались зрительные галлюцинации. Однажды, проходя мимо соседских мусорных баков, Кэтти заметила, что на засохшем побеге розы внезапно появился свежий зелёный листок. А в другой раз её уберёг от несущегося на красный свет автомобиля опутавший ногу плющ. Хотя она могла бы поклясться, что когда подходила к светофору, его там не было. Подобное виделось ей всё чаще, и, наконец, она решила обратиться к врачу. Обследование не выявило никаких физических отклонений. Консультирующий её специалист общей практики предположил, что проблема носит скорее психологический характер.

На приёме у психолога Кэтти выложила всё как есть: про смерть дедушки, обморок, один и тот же ночной кошмар с умирающей гадалкой, про хождения во сне и внезапное увлечение растениями. Тот, выслушав её, заверил, что странности, происходившие с ней, это последствие глубокого эмоционального потрясения.

– Ваше подсознание – удивительный механизм. Оно фиксирует всё, что вы видите, слышите и чувствуете, а затем возвращает это вам в самых неожиданных формах. Вы пережили потерю и чувствуете вину. Вам необходимо было избавиться от груза ответственности, которую вы сами на себя возложили. И вы неосознанно связали яд и листовку с женщиной, имеющей отношение к гибели вашего деда. Вам необходимо было выместить на ней боль и гнев, потому в вашем сне женщина понесла наказание. Такое бывает, и бояться здесь нечего. Мы не в силах контролировать наши сны. Насколько я понял из заключения, физически вы здоровы. Ваши галлюцинации связаны с низкой концентрацией внимания.

– Значит, я не схожу с ума? – с надеждой спросила Кэтти.

– Нет. Думаю, вам просто хочется верить в чудо. Вы пока ещё не до конца оправились от пережитого, так что неосознанно ищите уединения. Но и в полном одиночестве вам пребывать не хочется. Проявляя заботу о растениях, вы чувствуете себя нужной, а иногда вам хочется, чтобы они проявляли заботу о вас, – он улыбнулся. – Садоводство – хорошее хобби, но спорт больше поспособствует возвращению в социум и поможет решить проблему со сном.

Слова психолога звучали вполне убедительно, так что Кэтти отпустило.

– Хватит с меня этой фигни. До начала семестра остались считанные дни. Нужно столько всего купить. И пора бы, наконец, подстричься и реанимировать руки после ночных аграрных подвигов.

В конце августа магазины и салоны красоты были переполнены родителями и студентами, отложившими самое важное на последний момент. Кэтти оказалась одной из них. Не найдя и половины того, что собиралась купить, она кое-как пробилась в парикмахерскую и терпеливо ожидала своей очереди. Когда администратор назвала её имя, она встала и поспешила к свободному креслу.

Внезапно за окном Кэтти увидела троицу из своего ночного кошмара. Будь это просто азиатка или просто араб, она скорее всего проигнорировала бы их, но этот третий полностью менял картину. Она извинилась перед мастером и выбежала на улицу. Троица уже успела раствориться в толпе. Кэтти в отчаянии выругалась. Ей не оставалось ничего кроме как закричать во весь голос:

– Уильям Сойер!

Глава 6

– Всемогущий Господи, чем это здесь так воняет⁈ – взвизгнула Черри.

Она застыла в дверном проеме, ища глазами место, куда смогла бы присесть, не испачкавшись. Четвертая оперативная группа стражей приходила в себя после провального задания на своей базе, разместившейся в подвале полузаброшенного дома. Черри всегда ненавидела это холодное и грязное место. А сейчас, когда она была зла и растеряна, её буквально выворачивало наизнанку от этой помойки. Впрочем, в своих чувствах она не была одинока. Брезгливому до мозга костей Лиаму тоже было здесь тяжело. Даже неприхотливый Сойер, уже некоторое время обитавший на базе, свалил бы отсюда при наличии любой мало-мальски сносной альтернативы. Комфортно себя чувствовал, пожалуй, только Боб. Но его едва ли можно было считать человеком. Не найдя, где сесть, Черри стала расхаживать из угла в угол, пинками убирая с дороги коробки с конфискатом и куски обвалившейся штукатурки.

– Пять лет безупречной службы, – сокрушалась она. – И всё коту под хвост! Скажи, Лиам, как ты мог так облажаться?

По лицу Захаби было видно, что его мучил тот же вопрос. Однако, признавать свою ошибку публично он не собирался.

– Я наложил на ведьму печать, как того требовала ситуация. Не моя вина, что она сопротивлялась до последнего.

– И что мы имеем в итоге? – не унималась стражница. – Печать сломана, старуха мертва. Да ещё и свидетель появился. Кстати, что с ней?

– Я вызвал ей скорую, – не выходя из раздумий, проговорил Сойер, сидевший за компом.

– А с трупом что?

– О нём позаботился Боб.

Черри передернуло. Ей даже думать не хотелось, что этот субъект сделал с телом ведьмы. Но общее положение дел немного успокоило её. Возможно, ей всё же не придется возвращаться в Окинаву. В отличие от Лиама, имеющего гражданство, у неё была студенческая виза, которой она резко могла лишиться, вылетев из академии.

– Нужно обо всем доложить Агате, – решительно заявил Билли, разбивая надежды Черри в пух и прах.

– Ну уж нет, Сойер, – запротестовала стражница. – Это по твоей милости мы вляпались в это дерьмо. Я не собираюсь увязнуть в нём ещё больше, слушая тебя.

По сути, вчера в Торговом квартале группа не совершила ничего криминального. Ведьма подозревалась в убийстве стража, вышедшего в отставку, что, согласно Кодексу международной ассоциации личностей с экстраординарными способностями, попадало под высшую меру, то есть смертную казнь. Команда должна была сопроводить её в Следственный комитет для дознания, но подозреваемая оказала сопротивление. Как руководитель группы Сойер принял решение временно запечатать её способности. Их первая ошибка состояла в том, что они не смогли идентифицировать тип ведьмы и выбрали не ту печать. В итоге она оказалась для неё слишком мощной. В довершение ведьма до конца не хотела сдаваться и попыталась применить контрзаклинание. Такого напряжения её тело просто не выдержало, и она отправилась к праотцам.

О второй ошибке все молчали. Всё же совершил её никто иной как сам Сойер. Он не должен был допускать свидетельницу к ведьме, даже если бы пришлось её покалечить. Группа нарушила два пункта устава академии: превышение полномочий третьей степени и неумышленное нарушение конфиденциальности. За нарушения эти в обычной ситуации группа получила бы предупреждение. Проблема заключалась в том, что в этом году они уже исчерпали свой лимит доверия. И за этим промахом непременно последовало бы исключение. По наивности своей Билли полагал, что их куратор Агата Брукс в случае чистосердечного признания сделает ему поблажку и не станет докладывать в ректорат. Но Черри знала Брукс дольше всех в группе и на снисхождение от этой старой стервы не надеялась.

– Ты права, – согласился Сойер раздражённо. – Я нашёл это дело и свидетель – тоже мой косяк. Но если бы всё срослось, мы бы получили нормальную базу в офисном центре.

Повисла неловкая пауза. Каждый из членов команды понимал, что Черри больше остальных жаловалась на условия службы.

– Ну, зашибись! Значит, ты для меня старался! – воскликнула она. – Так постарайся ещё и не трепли Брукс о свидетельнице. Тогда, возможно, мы все сможем ещё чуть-чуть поработать вместе.

Стражница умела быть убедительной, и Билли не оставалось ничего кроме как согласиться.

Постепенно эта позорная неудача забылась, подобно множеству других. Всё шло своим чередом, пока одним августовским днём, спеша на очередное место преступления, они не столкнулись с проблемой, которую так старательно пытались забыть.

– Уильям Сойер! – послышалось откуда-то из толпы, и Черри подумала, что зов этот не предвещает ничего хорошего.

По лицу Билли было видно, что он так же удивлён, как и остальные. Он обернулся и неуверенно пошел на голос. Стражница собиралась остановить его, в конце концов, их ожидал Рикс, но Лиам одёрнул её, по наивности полагая, что тут дела сердечные. Чутьё подсказывало Черри, что эта заминка не принесёт им ничего, кроме гемора. Девица, что окликнула Сойера, явно искала какой-то выгоды. По-другому, по мнению стражницы, быть не могло. С её точки зрения, Сойер не был привлекательным. Он не следил за собой, занашивал одежду до дыр, ходил обросшим, мало ел и спал, отчего походил на зомби.

Глава 7

Без особого энтузиазма подчинённые отправились вслед за Сойером, держа дистанцию в несколько ярдов. Девушка ожидала недалеко от парикмахерского салона. На вид ей было около двадцати. Среднего роста, загорелая, в чертах лица что-то латиноамериканское. В общем-то Черри даже сочла бы её миленькой, если бы не торчащие в разные стороны вьющиеся волосы и огрубевшие и потемневшие от въевшейся грязи руки.

– Это ты звала меня? – угрюмо спросил Билли, подойдя ближе.

– Прям мастер пик-апа, – полушепотом разочарованно прокомментировал Лиам.

– Да, – кивнула девушка. – Я Кэтти Гарсия. Надо поговорить.

В кармане Сойера зажужжал мобильный. Взглянув на экран, он озадаченно хмыкнул. Видимо, Рикс уже психовал.

– Мы можем отложить это? Я сейчас немного спешу, – он зачем-то обернулся, быть может, хотел проверить, с ним ли ещё его спутники.

– Не вопрос, – слегка раздражённо ответила девушка. – Если это останется у меня.

Она выдернула из его рук телефон и спрятала в карман куртки.

– Как закончишь, позвони. Я скажу, куда подъехать.

Билли проводил новую знакомую растерянным взглядом. Черри и сама удивилась такому повороту событий. Лиам же нервно рассмеялся.

– Ладно, идём, – хлопнув босса по плечу, сказал он. – Нельзя заставлять даму ждать.

– Да, нужно разобраться со всем по-быстрому, – в глазах Сойера мелькнул нездоровый блеск. – Мне любопытно о чём собирается поговорить со мной внучка покойного Гильермо Гарсия.

– Вы опоздали, – укоризненно произнес Рикс, когда стражи прибыли на место происшествия.

Это был многоквартирный жилой дом в центре города. На лестничной площадке седьмого этажа был обнаружен труп темнокожего мужчины средних лет без признаков насильственной смерти. Полиция заинтересовалась им только потому, что на стене рядом с телом кроваво-красным было начертано послание «Смерть детоубийцам». В кармане пиджака жертвы нашли небольшую пястную кость, обернутую обрывкам материи со знаком в виде скрещенных трезубцев в круге. Решив перестраховаться, офицер связался с Сойером. Когда появились стражи, эксперты уже отбыли, забрав с собой тело и найденные улики. Но Рикс успел сделать фото на мобильный.

– Вуду, – нехотя констатировал Билли, взглянув на экран. Остальные молча с ним согласились. – Ты был прав. Это убийство.

Черри достала из клатча кисти с бумагой и приступила к созданию защитных амулетов. Сойер и не пойми откуда взявшийся Боб исследовали площадку и ближайшие пролёты на наличие других знаков и присутствие колдовской силы. Лиам спустился на первый этаж, чтобы создать защитный барьер от возможного влияния колдунов извне.

Через четверть часа все стражи вновь собрались вместе. Спустя минуту вернулся с поквартирного обхода Рикс.

– Удалось установить личность погибшего, – сообщил полицейский. – Это Мартин Уолберг – почтальон. Консьерж опознал его. Говорит Уолберг обычно оставлял корреспонденцию на входе и наверх не поднимался. Возможно, сегодня он решил навестить кого-то из и жильцов.

– Обзвони квартиры этажом выше, – посоветовал Билли. – В одной из них ты найдёшь тело одного из убийц.

– Ещё одно убийство? – осведомился офицер.

– Скорее всего, естественная смерть, – ответил Сойер. – Судя по следам силы, этот колдун очень стар. Он жил в этом доме в течение долгого времени и, вероятно, встретил жертву случайно. Боб предположил, что он признал в нём старого врага, либо убитый насолил ему в настоящем. Он заманил его к себе, где проклял вместе с сообщником. Обряды вуду отнимают много жизненной энергии. Думаю, старик просто не выдержал…

Всё же стоило отдать Сойеру должное. Его предположения, как правило, оказывались верными. Его умение видеть следы заклинаний, складывать мельчайшие детали, подмеченные на месте преступления, в единую картину позволяло группе расправляться с делами лучше остальных. И хотя изначально Черри считала перевод в команду Сойера ссылкой, в такие минуты она гордилась, что служит в составе четвёртой группы. Если бы они ещё не косячили…

– А сообщник? – поинтересовался Рикс.

– Сообщница, – поправил его Билли. – Почерк и высота, на которой сделана надпись, говорят о том, что писала, скорее всего, женщина.

– Честно говоря, я сказал то же самое, когда увидел её, – признался офицер.

– Значит, проверял меня, – усмехнулся Сойер.

Он взглянул на послание ещё раз и вздохнул.

– Вероятно, у вас этому делу не дадут ход, так как вскрытие покажет, что смерть мужчины была естественной. У нас мало времени, мистер Икс. Опроси жильцов снова. Уточни, видел ли кто из них темнокожую женщину за тридцать, ростом примерно пять с половиной футов, с татуировками-знаками на теле.

Сойер вошёл в кабину лифта и нажал кнопку первого этажа.

– Откуда такая уверенность? – бросил ему в след полицейский, но парень его не расслышал.

– Совместно с тем наверху они провели довольно сложный ритуал, – пояснила Черри. – Вуду не просто тыканье иголок в тряпичные куклы. Этому учатся годами. Отсюда и примерный возраст. Что до цвета кожи… Трудно представить, что кто-то из служителей культа всерьёз возьмётся обучать чужака. Так что женщина скорее всего африканка либо афроамериканка. Остальные приметы, думаю, тебе понятны.

Глава 8

Черри дала Риксу защитный амулет, а затем направилась к свободному лифту, увлекая за собой Лиама, только что закончившего фотосъёмку места преступления.

– Чёрт, – простонал Лиам, выйдя на улицу. – Как далеко отсюда до базы. Снова придется ехать на автобусе. Черри, почему твоя тачка так часто ломается?

– У меня, по крайней мере, она есть, – парировала стражница. – Как думаешь, Сойер, мы найдем эту колдунью?

– Не знаю, – задумчиво ответил тот. – В любом случае в этом доме её уже нет. Когда Рикс выяснит личность сообщника, мы сможем определить круг подозреваемых. Может так случиться, что к тому времени её уже не будет в городе.

– Какой ты пессимист, – Черри потрепала его по голове. – Мне вот иначе кажется. Слово «детоубийцы» множественного числа. Значит, она еще не завершила здесь свои дела.

– А ты, похоже, и рада этому, – вмешался в разговор Лиам. – Сойер, ты собираешься вернуть свой телефон?

В тяжелых раздумьях Билли одолжил у Лиама телефон и созвонился с Кэтти. У Черри была не слишком хорошая память на имена, но почему-то фамилия Гарсия сразу показалось ей знакомой. По дороге на встречу с девушкой Лиам напомнил ей о деле с убийцей отставного стража. Ей стало ясно, почему Сойер настоял на том, чтобы они с Лиамом сопроводили его.

Девушка назначила встречу в летнем кафе. Когда они пришли, она уже ждала их. Они сели за столик напротив, и Кэтти некоторое время молча разглядывала их.

– Так и знала, – наконец произнесла она. – Это вас я тогда видела.

– И что же ты видела? – спросил Сойер, подавшись вперёд, укладывая локти на стол.

– Как вы убили гадалку, – нервно и до безобразия громко ответила Кэтти. В глазах её отчетливо читался живой интерес к их троице.

Посетители кафе стали недоверчиво переглядываться. Черри попыталась понять, что же вызвало у внучки Гарсия такую реакцию. В этой ситуации вообще было мало приятного, а она на психопата не походила.

– А мне в этом фильме другой момент понравился, – воскликнул Лиам так, чтобы слышали все окружающие.

– Думай, что говоришь, – полушепотом сказал Билли. – Мы не убийцы. Мы просто выполняем свой долг. То, что произошло тогда – трагическое стечение обстоятельств.

– Извините, – также полушепотом пристыженно ответила Кэтти. – Я понятия не имею, что я в действительности видела. И, наверное, мне стоило держаться от вас подальше. Но, возможно, вы сможете объяснить, что со мной происходит. По словам психолога все эти кошмары у меня из-за стресса. Мой дед недавно умер. Я думаю обстоятельства его смерти не так просты, как кажется. Я и к гадалке той пошла, чтобы всё выяснить. Но появились вы, и я не успела. После случилось то, что случилось. Я оказалась в больнице. А когда вернулась домой, со мной что-то неладное стало происходить.

– Что именно? – уточнила Черри. По лицам парней она видела, что они так же напряглись.

– Вот это. Вы ведь тоже это видите? – Кэтти протянула руку к стоявшему на столике букету маргариток и задержала её в паре сантиметров над цветами. Поникшие бутоны вздрогнули и зашевелились вытягиваясь вверх к ладони девушки. Коснувшись её, жухлые и засохшие лепестки расправились и налились прежним цветом. И хотя Черри не впервой было видеть подобное, она всё же восхищенно выдохнула. Сойер нахмурился.

– Ты можешь ещё что-нибудь?

– Я точно не знаю. Большинство из этих странностей происходят, когда я брожу во сне. Я пыталась заснять себя. Но каждый раз, когда просыпаюсь, камера оказывается выключенной. Вы ведь знаете, что со мной?

Трое в растерянности переглянулись.

– Это прозвучит бредово, – неуверенно начал Лиам после долгой паузы. – Но, возможно, та ведьма передала ей свой дар.

Он взглянул на стражей в ожидании их реакции. Они сначала слабо кивнули, а затем уголки их ртов ехидно поползли вверх. Несколько секунд Сойер и Черри пытались подавлять смешки, но потом расхохотались в голос.

– Ну да, – согласился Лиам. – Фигню сказал. Мы не в том веке живём.

– Хотя, если подумать, – внезапно посерьёзнев произнес Билли. – Это самый логичный из всех вариантов.

– Может и так, но разве к преемнику не должны предъявляться особые требования, – Лиам попытался опровергнуть предложенную им же самим теорию.

– Если речь идет о ведьмах и жрицах духов, то не такие уж и особые, – возразила Черри безрадостно.

Парни уставились на неё в ожидании дальнейших комментариев. Кэтти, опустив глаза, нервно теребила цепочку, висевшую у неё на шее.

– Начнём с того, что преемница должна быть невинной.

– Я никогда ни с кем не встречалась, будто оправдываясь и краснея, ответила Кэтти.

– Тебе лет-то сколько? – поинтересовался Лиам

– Восемнадцать, – она ещё больше залилась краской.

– Ладно, – вздохнул Лиам. – А что там дальше?

– Она не должна быть обращена в какой-либо культ или веру…

– В моей семье все атеисты.

– В роду должно быть три поколения вдов…

– Насколько мне известно, мой прадед погиб на войне. Первый бабушкин муж умер от туберкулёза. Моя мама сейчас замужем в третий раз. Она говорила, что её второй муж попал в аварию, когда они еще жили вместе. Только вот я не знаю, выжил ли он.

– Она издевается, – процедил Сойер сквозь зубы.

– Вы спрашиваете, я отвечаю, – нервно прокомментировала Кэтти.

– На её теле не должно быть отметин, знаков или шрамов, – продолжила Черри. – Милая, пожалуйста, скажи мне, что это не так.

Кэтти опустила голову и вжалась в кресло.

– Что, совсем ничего? Ни единой татушечки? Ни шрамов, ни пирсинга? Даже уши не проколоты?

– Собиралась сразу после поступления в колледж.

Стражница обреченно вздохнула и развела руками. Лиам озадаченно потёр висок.

– Это ещё ничего не значит! Всё это бессмысленно, если преемница изначально не обладает зачатками силы, – Черри предприняла последнюю попытку.

– Иногда мне снятся сны, которые потом сбываются, – призналась Кэтти.

– Это тебе что, собеседование⁈ – Сойер вскочил с места и угрожающе навис над ней. – Что ж, поздравляю, ты подходишь нам по всем параметрам! Радуйся, отныне и до конца своих дней ты ведьма. Надеюсь, это не будет для тебя слишком обременительным.

Сойер злился. Но все понимали, что злится он на себя. Черри же обдумывала дальнейшие перспективы. Трудно было представить, что ожидало их команду, прознай кто-то в «Аркануме» о случайной инициации, но совершенно очевидно, что ничего хорошего. От этой мысли внутри стражницы всё похолодело. Длинные ногти забарабанили по лакированной столешнице. Лиам, скрестив руки на груди, молча размышлял. Выражение его лица ещё не говорило об отчаянии, а значит, он надеялся найти выход.

– Значит так, – произнес он, с грохотом опустив руку на стол. – Прежде, чем удариться в панику, нужно оценить степень угрозы.

Его неоднозначная фраза напугала Кэтти ещё больше.

– Ты прав, – согласился Сойер, не без чужой помощи совладав с эмоциями. – Один оживший цветок ни о чём не говорит. Нужно узнать, с чем мы имеем дело. Она сказала, что её способности проявляются при лунатизме. Черри, присмотри за ней этой ночью.

– Чего? Но у меня работа!

– Сегодня она твоя работа, а твой стрип-бар одну ночь и без тебя переживёт.

– Ночной клуб, – возмущённо поправила Черри.

– Без разницы. Отправляйся вместе с ней и позвони, если будут новости.

По дороге домой Кэтти сильно нервничала. Она всё ещё не понимала, что с ней происходит и чем ей это грозит в будущем. Зная об этом, стражница попыталась отвлечь её разговорами.

– Так ты студентка? – спросила она, изобразив интерес.

– Почти, – ответила Кэтти. – Поступила в этом году. А ты, значит, в клубе работаешь?

– Ага, я танцовщица, – с гордостью произнесла Черри. – Но это только подработка. А так я студентка «Арканума».

– А что это?

– Академия магического сыска «Арканум». Это вроде полиции для колдунов и ведьм. Мы следим за соблюдением законов в случаях, когда официальная полиция бессильна.

– Как в случае с моим дедом, – лицо Кэтти исказила болезненная гримаса. – Мне сказали, он покончил с собой из-за бессонницы.

– Мы выяснили, что в течение нескольких месяцев твоего деда дурманили, из-за чего он и лишился сна. Есть специальное заклинание, с помощью которого можно управлять поведением человека. Но все заклинания оставляют следы. Эти следы и привели нас в тот эзотерический салон. Мы должны были произвести арест, но всё пошло наперекосяк. Мне жаль, что всё так сложилось.

– Сейчас я думаю, что сама виновата. Мне не стоило вмешиваться, – Кэтти замолчала.

– Меня немного смущает, что ты совсем не удивилась, услышав о ведьмах и стражах.

– Сказать по правде, я сейчас просто в шоке, – призналась та. – Я пыталась всё осмыслить, уложить как-то в своей голове. Но я всё ещё на грани между «верю и не верю».

– Понимаю. Нелегко, наверное, вот так внезапно стать личностью с экстраординарными способностями. Большинство из нас с ними рождаются, как Билли, или приобретают их в процессе взросления, как это было со мной.

– А какие у тебя способности?

– До того, как покинула Японию, я была мико в синтаистском храме, принадлежавшем нашей семье. Там я научилась врачевать и делать защитные амулеты. Мне нравилось, чем я занималась. Но родители дали мне понять, что я могу оставаться в храме лишь до тех пор, пока мой брат не подрастет и не станет каннуси. После я должна буду выйти замуж. Меня взбесило, что они вот так всё за меня решили. Я подумала, если уж мне нужно уйти из храма, то я уйду туда, где смогу продолжить любимое дело. Так я уехала в эту страну и поступила в «Арканум». Теперь я целитель. Создаю поддерживающие и защитные обереги для моей группы.

Выслушав историю Черри, Кэтти тяжело вздохнула. Глядя на неё, стражница вспомнила себя в юности. Она знала, что очень скоро страх и отрицание уйдут, уступив место любопытству и восторгу от новых возможностей.