Текст книги "Не брак, а так (СИ)"

Автор книги: Алина Ланская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 29 страниц)

Глава 10

– … Ну и мы хряпнули! – Игнат ударил широкой ладонью по столу. Алиса невольно вздрогнула и Сабуров это заметил. – Ой, извини. Напугал, да?

В черных глазах сверкнуло искреннее сожаление. Такой большой и такой добрый. С ним было тепло и уютно. Алиса даже смогла расслабиться. Она никогда не встречала таких мужчин. Чтобы вот так с первого взгляда ощущать к человеку безусловное доверие. Наверное, Алиса опять ошибалась, но Игнат сумел вытеснить из ее головы все мысли о сидящем рядом Германе. Пусть хоть немножко, всего на несколько минут она почувствует себя нормальной девушкой рядом с сильным и добрым мужчиной. Который не унижает и не оскорбляет, не считает ее жалкой и уродливой. Не насмехается над ней. По крайней мере пока. Кто знает, может Герман что-то наболтает Сабурову и тот тоже станет на нее смотреть с презрением.

– Все нормально, – улыбнулась Алиса. – Я просто не очень люблю громкие звуки.

Игнат бросил на нее внимательный взгляд, но расспрашивать не стал.

– Ну так вот… едем мы по дороге, веселые такие, Анька за рулем, как единственная трезвая. Во всех смыслах. Да, Ань?

Та в ответ улыбнулась так по-доброму, как наверняка не умеет улыбаться Яна Ольховская. Алиса подумала, что ее не так уж и стесняет присутствие здесь “двойника” любовницы ее мужа. И все же простодушно спросила у девушки:

– А вы тоже отсюда? В смысле из нашего города?

– Нет, – ответил за нее Игнат. – И родственников у Ани здесь нет.

– Я родилась и выросла в Канаде, – пояснила Анна, и у Алисы отлегло от сердца. Сидеть за одним столом с родственницей Ольховской на собственной свадьбе это уже совсем дно. Хотя дно было пробито еще ночью.

Алиса скосила взгляд на мужа. Вчера в это время ей казалось, что она умрет от счастья, когда сможет назвать Германа мужем. Мечта сбылась, Алисе и правда хочется умереть, но не от счастья!

Литвинов на нее не смотрел, да и не слышал ничего, ушел в себя и не принимал никакого участия в беседе. Наверное, считает себя выше этого. Он явно не обрадовался появлению Сабурова. А для Алисы Игнат стал глотком воздуха.

Когда ведущий объявил музыкальный конкурс и пригласил на сцену молодых, Алиса тут же встала из-за стола. У нее и мысли не было, что Герман может отказаться, бросить ее при всех гостях. Он же обещал соблюдать хотя бы видимость приличий!

Алиса почувствовала себя выставленной на всеобщее обозрение. На мгновение поймала высокомерный взгляд мужа. Он то ли не понимал, что у Алисы на душе, то ли ему было плевать. Скорее всего второе.

– У нас замена!

Алиса вздрогнула от громкого голоса Сабурова, и увидев, как тот уже спешит к ней, обрадовалась. По телу пробежала приятная теплая дрожь. Ну теперь позориться они будут вместе. Алисе было стыдно посмотреть на стол, за которым сидела мама. Наверное, она и так поймет, что муж Алису ни во что не ставит!

Ведущий негромко спросил, какую песню хочет невеста. Алиса лишь пожала плечами, ей было все равно. А вот Игнат тем временем запел.

“Ах, Алиса, как бы нам встретиться,

Как поболтать обо всём,

Ах, Алиса, просто не терпится,

Ах, побыть в доме твоём

С тобою вдвоём”.

Пел он отвратительно с точки зрения ее педагога по вокалу, да и по мнению Алисы тоже. Все-таки она семь лет занималась хоровым пением. Но за то, как Игнат произносил ее имя, она готова была простить Сабурову полное отсутствие слуха и голоса. Герман, даже когда притворялся, так не мог.

У нее сердечко екнуло. Конечно, он дурачился, перевел в шутку этот дурацкий конкурс, Алиса ни на секунду не поверила, что он с ней флиртует, но все равно было очень приятно.

Когда зазвучали первые аккорды “Прекрасного далека” Алиса расслабилась. Эту песню она в хоре тысячу раз, наверное пела. И выступали с ней часто.

Больше Алиса уже никого не видела, унеслась на много лет назад, где все

было понятно и просто и где жила надежда на “прекрасное далеко”. И пела Алиса так, как тогда…

Она пела для себя и про себя.

Когда замолчала, то сначала испугалась звенящей тишины вокруг. Вспомнила про Сабурова, с которым должна была петь дуэтом. Повернулась к нему и чуть не обожглась от его взгляда. В нем было столько всего! Удивление, восхищение, жажда и что-то, отчего Алиса сама мгновенно вспыхнула.

Раздались громкие аплодисменты, крики “горько”. Она хотела посмотреть на Германа, потом на маму, но Игнат не дал.

Прижал к себе и впился страстным поцелуем в ее губы.

Ошалев от неожиданности, Алиса замерла, растерялась. Зажмурившись, она не оттолкнула от себя Игната, но и отвечать на его поцелуй не стала. И все равно чувствовала, как температура в теле мигом подскочила вверх, как по венам побежал огонь, который еще недавно принадлежал Сабурову.

Поцелуй закончился так неожиданно резко, что Алиса еще какие-то доли секунды стояла с закрытыми глазами. А когда открыла их, увидела перед собой Германа.

Глава 11

Герман

Он сам не понял, как оказался на сцене. Его будто волной вынесло. Все происходило слишком быстро для того, чтобы осознать происходящее. Ярости или ревности, он не чувствовал, но в голове прочно засела мысль “так быть не должно”. Почему не должно и что не так, пришло позднее.

Не смотря по сторонам, но слыша за спиной удивленные вздохи и перешептывания, Герман взял Сабурова за плечо и резко дернул на себя. Игнат был заметно плотнее Литвинова, и, вероятно, сильнее, но сейчас Герман чувствовал, что может голыми руками задушить бывшего друга.

Урод!

Сабуров качнулся, словно пьяный, но буянить не стал. С ним Герман разберется позднее, сейчас было важно сохранить лицо, обернуть все в шутку.

Алиса стояла зажмурившись, а когда наконец открыла глаза, Литвинову не понравилось, что он в них увидел. К горлу подступило раздражение, но он сумел себя сдержать. Обнял жену, тут же уловив как напряглось ее тело, а другой рукой похлопал по плечу “друга”.

– Замены нам еще долго не понадобится, Бурый, – сказал он. А потом добавил чуть громче: – Ну хоть не мешал петь Алисе, медведь!

В зале засмеялись, кто-то даже похлопал. Снова полилась энергичная музыка, ведущий уже что-то вещал, надрываясь, а Герман держа Алису за руку, повел ее обратно за стол.

За спиной раздался голос Игната.

– Прости, Литвин, само как-то получилось. Ну крикнули “горько”, а ты еще раньше отказался… так что. Если ты не целуешь свою жену, ее обязательно поцелует кто-то другой. Свято место…

– На хрена ты вообще тут появился?! – не сдержавшись бросил Герман. И продолжил бы, несмотря на то, что они уже уселись за свои места. Но вдруг заметил, как в зал входят вместе его отец и прокурор Федор Алексеевич Климов, отец его жены. Алиса тоже их заметила и тут же выпрямила спину. Сидела как напряженная струна. Взгляд Германа замер на губах Алисы, ему захотелось стереть с них поцелуй Бурого.

Никак не может угомониться из-за Янки? Или…

Нет, невозможно… Даже хорошее пение не способно настолько вдохновить мужика, который любит глазами.

Углубиться в свои мысли Герман не успел, потому что ему на телефон одно за другим посыпались сообщения. Их было так много, что игнорировать мобильный Литвинов не стал.

Яна никак не могла угомониться. Открыв их чат, Германа тут же бросило в ярость. Ольховская прислала ему фотку целующихся Игната и Алисы. Как будто он этого не видел! Потом еще было и короткое видео с поцелуем. Литвинов увидел перекошенное от злости свое лицо, когда он оттаскивал Сабурова от Алисы. Странно, он вроде бы себя контролировал.

“Это Бурый?????”

“Он что, в городе?”

“Почему он целует эту овцу?”

“Ты ревнуешь свою убогую?”

И еще десяток в таком же духе.

Идиотка! Мало того, что спалилась перед матерью, так еще и ему нервы треплет. Какая к черту ревность?!

Герман не стал спрашивать, кто из гостей ведет для нее онлайн-трансляцию с его свадьбы, да и вообще не стал отвечать. Его больше занимало другое сообщение. От отца.

“Выйди на пять минут”.

Герман замешкался. За столом сидели Алиса, Сабуров с “двойником” Яны и еще две бабы. Друзей Литвинова на свадьбу практически не звал. Но зато все они оторвались на мальчишнике неделей ранее.

Гости делали вид, что ничего не произошло, Алиса так вообще смотрела четко на сцену, хотя вряд ли что-то замечала. По-хорошему надо забрать ее с собой, оставлять с Бурым плохая идея. Опять что-то выкинет. Но не устраивать же здесь мордобой?!

“Герман, я жду!”

Чертыхнувшись, Литвинов поднялся из-за стола и бросив на Игната красноречивый взгляд, вышел из зала. С женой даже не попрощался.

Отец стоял у огромного в пол окна, и завидев сына, кивком велел тому следовать за ним. Через минуту они уже сидели за небольшим столом в маленькой переговорке.

Одного взгляда на отца хватило, чтобы понять – сейчас разразится буря. И Герман не ошибся.

– Ты что, сученыш, вытворяешь, – зашипел он багровея. – Пустить по миру нас всех решил из-за девки своей?! Не натрахался с ней за десять лет?! На нары захотел?!

Аркадию Литвинову было немногим за пятьдесят, но выглядел он намного старше своего возраста. Почему-то раньше этого Герман не замечал. Сейчас Аркадий, казалось, из последних сил сдерживался, чтобы не наброситься на собственного сына.

– Я сразу сказал, что не стану ей хорошим мужем, – не стал молчать Герман. Он всего лишь хотел преподать Алисе урок, а не устраивать междоусобные войны. Отец не должен был все узнать. Вряд ли мать сказала. Алиса? Но когда?!

– Ты станешь ей не только самым лучшим мужем! – зло выплюнул отец. – Ты ей еще штук пять детей настрогаешь, если надо будет! Сучонок! Ты хоть представляешь, что на карту поставлено?!

– Нет, – честно признался Герман, немного ошалев от напора отца. – Ты мне толком ничего не объяснил, сказал, что нужно жениться! А я…

– Забудь про “я”, – устало перебил его отец. – Твой брак с Алисой не временный, а на долгие годы. Настраивайся на это. Сам же мне потом скажешь “спасибо”. И про детей я тебе не для красного словца сказал.

Германа словно ледяным душем окатили. И главное, он сразу понял, что отец совсем не шутит.

– Но почему ты сразу не сказал?!

– Ты бы не женился, – скривился отец. – Потому что еще совсем идиот зеленый. Очень скоро Климов перейдет в центральный аппарат Генеральной прокуратуры. Его лучший друг недавно стал генеральным прокурором, Гера. А нет более прочного союза, сынок, чем союз власти и денег. Для нашей семьи это принципиально новый уровень. И для тебя в первую очередь.

Герман переваривал слова отца. Он полагал, что прокурор прищучил родителя за какие-то махинации на стройках или еще чего. Разных бизнесов у семьи было немало, а прикопаться всегда есть к чему.

Это заметно осложняло планы Германа на скорый развод с Алисой.

– Я так полагаю, ты не говорил Климову, что я не выношу его дочь и у меня есть Яна, – холодно заметил Герман. – Получается, никто Алису не предупреждал…

– Если бы я заикнулся, ты бы уже сидел, – горько ухмыльнулся отец. – Когда три года назад на тебя завели дело, мне помог Климов. И не взял за это ни копейки. Вообще ничего! А знаешь, почему ты не в тюрьме? Сказал, дочка сильно расстроится.

Глава 12

Что значит сидеть как на иголках, Алиса осознала в полной мере. Ей иногда и правда казалось, что из стула торчит что-то острое и больно впивается в кожу. А еще она никак не могла отделаться от чувства, что на нее все пялятся. Понятно, что невеста должна быть в центре внимания, но сегодня второй день свадьбы, можно и не только на нее смотреть.

Бросила осторожный взгляд на родителей, они о чем-то тихо между собой переговаривались, мама постоянно кивала головой, соглашаясь с папой.

Герман ушел, не сказал куда. Но Алиса успела заметить как на его телефоне мелькало имя Ольховской, так что догадаться несложно. Может, и хорошо, что его нет рядом. А то такая злость от него исходила, когда вел ее обратно к столу. Как будто это она бросилась целоваться с Сабуровым.

Алиса понимала, что обязательно получит взбучку от Германа. Она уже слышала как он станет орать на нее: “опозорила меня перед гостями!” А ведь ему плевать на нее, но вон как переполошился. Лицемер!

Набраться храбрости и посмотреть на Игната Алиса не могла. А он сидел совсем рядом, болтал с девчонками, ее не трогал, но почему-то Алисе казалось, что думал он сейчас о ней. И зачем он ее поцеловал?! Да еще и при всех? Не понимает, что ли как подставил ее? Губы до сих пор горели от чужого поцелуя. Алисе очень хотелось дотронуться до них, но она боялась лишний раз пошевелиться.

– Алис, а куда подевался Герман? – спросила ее Гульнара Казаева, одна из подружек невесты. С Гулей они вместе учились на педагогическом и не сказать, чтобы дружили, но папа Казаевой работал с папой Алисы, поэтому сейчас она и сидела за столом с молодыми.

Все дружно повернулись к невесте, от изучающего взгляда Сабурова Алисе сделалось неловко и она вымученно улыбнулась.

– У него возникли дела, он скоро вернется.

– Ну тогда давай я к тебе пересяду, посекретничаем, а? – и не дождавшись разрешения невесты, Гульнара тут же уселась на стул Германа. И зашептала заговорщически. – Все хорошо, а? Игнат просто огонь! Не знала, что ты так умеешь петь! А как он тебя поцеловал? Я такого вообще никогда не видела, ну то есть бывает, конечно, по-дружески или там по-родственному, но…

– Привет! – раздался над головами девушек голос Литвинова. – Я бы хотел сесть на свое место.

И сказано это было таким тоном, что Казаева, бросив на Алису многозначительный взгляд, тут же ретировалась.

Не говоря больше ни слова Герман сел рядом с женой и небрежно положил руку на спинку стула Алисы.

– Не дергайся! – почти не разжимая губ произнес он. – Осталось недолго высидеть, я с папой разговаривал. Сейчас они с твоим дадут нам напутствие и отправят в свадебное путешествие на две недели. Потерпи!

Пока Алиса слушала Германа, она чувствовала как на них смотрит Игнат. Похоже, это заметил и Литвинов, развернулся корпусом к Сабурову и насмешливо произнес:

– Да, дело превыше всего. Папа рассказал про новый контракт. Надо же, не знал, что ты так мощно поднялся. Ну что ж, будем вместе строить торговый комплекс, Бурый. Раньше мы неплохо находили общий язык, посмотрим, как получится сейчас.

В голосе Германа слышалась неприкрытая угроза. Он положил руку на плечо Алисы и чуть сжал его, поглаживая. А она чувствовала так, как будто ее кожи касается холодный металл.

Сабуров оскалился.

– Конечно поработаем, Гера. У нас столько общего! И в прошлом, да и в будущем. Аня у нас отвечает за проект…

– Увидим! – бросил Литвинов и отвернулся обратно к жене. Он чуть наклонился над взволнованной Алисой, со стороны могло показаться, что он нежно целует в щеку свою жену. Но это было совсем не так.

– Оказывается, есть что-то, чего я про тебя не знаю, – прошептал Герман. От его тихого голоса у Алисы мурашки побежали по затылку. – А может, ты еще что-то от меня скрываешь, а?

Губами Герман дотронулся до щеки жены и почувствовав, как Алиса вздрогнула, ухмыльнулся.

– Таким глупым наивным дурочкам как ты, моя дорогая, очень легко навешать лапшу на уши. Понимаешь, о чем я?

Алиса дернулась, чуть подняла голову вверх и тут же отпрянула назад. Однако Литвинов легко удержал ее рядом.

– Вижу, что не понимаешь. Мне, в принципе плевать, но выставлять себя идиотом я не позволю. Поэтому скажу сразу как есть. С Бурым мы не друзья. Были когда-то, но поссорились. Знаешь, почему? Из-за Яны. Она выбрала меня, а Игната бросила.

Алиса перестала дышать. Ей было так больно от слов Германа, что она даже вздохнуть не могла. Перед глазами начало расплываться, а в голове звучал беспощадный голос мужа.

– …когда он уезжал, пообещал, что однажды поступит со мной так же. Уведет у меня девушку. Видимо, решил начать с тебя.

Алиса молчала, ее голова склонялась все ниже. Но Герман не собирался останавливаться.

– Ты для него орудие мести, не более. Бурый поцеловал тебя только, чтобы позлить меня и выставить идиотом. Он за это еще ответит. А ты… не думай, что могла ему понравиться. Он играл с тобой. Как и я. Мы с ним выбираем одних и тех же женщин.

– О чем шепчемся, голубки?

Бурый навис над молодоженами, но глядел только на Алису. Она чувствовала это затылком, но посмотреть в глаза Игнату не могла. Ей было безумно обидно. Но главное, она чувствовала себя униженной. Опять.

– Да так, – медленно, растягивая слова, ответил Герман, – рассказываю своей жене, почему ты свалил из школы. У меня нет от нее никаких секретов, Бурый.

– Вот как?

– Ага!

Алиса подняла наконец, взгляд. И по глазам Сабурова поняла – Герман сказал правду.

Глава 13

На сцену тем временем вышли отцы двух семейств. На фоне невысокого, страдающего одышкой Аркадия Литвинова отец Алисы, прокурор города Федор Алексеевич Климов, выглядел красивым статным мужчиной лет пятидесяти. Впрочем, и без сравнения он был именно таким. Высокий, стройный и широкоплечий, с выразительными голубыми глазами и легкой сединой на висках. Алиса унаследовала его черты лица и если б не полнота, с которой девушка всю жизнь отчаянно боролась, то сходство было бы еще очевиднее.

– Оказывается, пока мы с Федором Алексеевичем говорили о будущем наших детей, то пропустили кое-что очень важное, – начал Аркадий Литвинов. – Оказывается наша замечательная Алиса восхитительно поет. Очень рассчитываю на домашние концерты, дорогая невестка! Кстати, молодые, хоть и будут жить отдельно, но все-таки недалеко от нас. Будем ходить друг другу в гости, если конечно позовете. Позовешь, а, Алиса?

Алиса не знала куда глаза девать. Зачем нужно было вспоминать о пении? А вот то, что они с Германом будут жить недалеко от его родителей, стало сюрпризом. Литвиновы жили за городом, а у Германа была квартира в городе. Она глянула на мужа, тот нахмурившись, удивленно смотрел на своего отца. А тот все ждал ответа от Алисы.

– К-конечно… обязательно

Как она будет петь перед этой семьей, Алиса не представляла, но и отказаться было невозможно, да еще и при всех!

А вот папа на слова Литвинова отреагировал так как обычно.

– Моя дочь! – кивнул он, поднеся микрофон ко рту. – Все самое лучшее Алиса унаследовала от меня. А теперь о главном. Дочь я свою вырастил так, что мне за нее не стыдно. И я знаю, что тебе, Герман, она будет лучшей женой. Лучше нее ты бы не нашел. Совет вам, как говорится, да любовь. Не совершайте чужих ошибок, а если возникнут трудности, мы, родители, всегда вам поможем! И помни, Алиса, мир в семье, уют и тепло всегда зависит только от женщины. Твой муж должен быть с радостью приходить домой. Не забывай об этом, помни, как мы тебя воспитали!

Алиса слушала и молилась, чтобы папа поскорее закончил. Она никогда не любила его долгих тостов за столом, но всегда приходилось терпеть и ни в коем случае не перебивать.

Папа был счастлив и не скрывал этого. А если он узнает, как поступил Герман с его дочерью этой ночью?! Что он сделает?

Когда Алиса была совсем маленькой, очень гордилась папой, он был не просто самым лучшим папой на свете, он был богом. Алиса и росла всегда папиной дочкой, а мама всегда была где-то на периферии ее внимания. Если уж быть совсем честной, она вообще не понимала долгое время, почему такой красивый, яркий и умный папа женился на такой тихой неказистой маме. И ладно она была бы доброй, свою мать Алиса в детстве никогда не понимала, да и сейчас тоже. Нет, мама читала ей сказки на ночь, кормила, поила, одевала, но вот так, чтобы обнять, побаловать или просто прижаться к маме просто так… Для Алисы это было немыслимо. Как такое возможно, когда девочки из класса рассказывали, как они с мамой вдвоем ходили в кафе, а потом пошли в салон красоты…

А вот папу она обожала и боялась. И всегда из кожи вон лезла, чтобы добиться его одобрения.

В девятом классе у нее начались проблемы с химией. И за полугодие у круглой отличницы Алисы выходила четверка. Когда об этом узнал папа… Алиса до сих пор слышала его крик: “позоришь отца! Завтра же пойдешь в школу, будешь в ногах у учителя валяться, умолять, чтобы поставила “отлично”. Без пятерки домой можешь не возвращаться!”.

Школу Алиса окончила с медалью, педагогический университет – с красным дипломом.

– …Мы с Аркадием Васильевичем подумали и решили отправить молодоженов в небольшое свадебное путешествие на черноморское побережье в Сочи, – продолжил отец Алисы.

В зале вежливо захлопали.

– Я рассчитывал на океан, – донесся до Алисы голос мужа. – Но дочка честного прокурора должна выбирать все отечественное.

Под дружные аплодисменты молодую чету проводили из зала, где гости продолжали веселиться. Алисе и Герману еще предстояло переодеться и только после этого уехать в аэропорт.

– Главное, ешь поменьше, – напутствовала Алису мама, когда они остались с ней вдвоем в комнате, которую приглашенные аниматоры приспособили под раздевалку. – Ты так хорошо похудела перед свадьбой, так что не набери вес. Посмотри на своего мужа, какой он худенький, бери с него пример.

Фигурой Алиса пошла в мать, то самое пресловутое “яблоко”, которое откладывает все лишнее на животе, лишая тело красивого женственного изгиба между талией и бедрами.

– Мам…, – Алиса не знала как начать разговор. – Мам… мне кажется, мы… это… поторопились… я про свадьбу… вот.

Кто бы знал, чего Алисе стоило выдавить из себя эти несколько слов.

– То есть? – мама мгновенно напряглась. – Алиса, ты что такое говоришь? Ты же любишь этого мальчика! Это все нервы, не волнуйся, пройдет. И не стоит все судить по первой брачной ночи.

В дверь настойчиво постучали.

– Таня, вы там скоро? Алиса? – от папиного голоса мама поспешно поправила на дочери одежду.

– Потом! – быстро проговорила мама. – Папе такое не надо говорить, не расстраивай его. Он так за тебя счастлив. Будь мудрее, Алиса. Все наладится.

Когда они вышли в коридор, то увидели не только отца, но и Софью Андреевну Литвинову, свекровь. Она испытующе глянула на Алису, а потом преувеличенно бодрым голосом сказала, что Герман уже ждет.

Он и правда стоял у машины, когда они вышли из здания. В легкой футболке и шортах он меньше всего был похож на жениха.

Однако сразу ехать они не смогли.

– Алиса! – позвал ее отец. – Иди-ка сюда. Герман, а ты погуляй пока!

Литвинов чуть приподнял бровь, но его внимание перехватила мать. Она отвела сыну в сторонку и что-то горячо ему втолковывала.

– Ну вот ты теперь замужем, дочь! – торжественно начал отец. Мама стояла рядом и молчала. – Знаю, тебе этот мальчик всегда очень нравился еще со школы, так что ты получила, что хотела. Скажи мне за это спасибо.

– Откуда…, – выдохнула Алиса. Она и не подозревала, что кто-то в семье знает о ее тайной влюбленности.

– Я – отец! Я все знаю о своих детях. Значит, слушай меня внимательно, парень он непростой, девочки его любят очень. Но это нормально, таких как он мимо не пропускают, а ты должна заслужить его любовь, поняла? Заслужить! Я что мог, сделал для тебя. А дальше сама. Ты должна сделать так, чтобы муж всегда был тобой доволен. Если я узнаю, что ты меня позоришь…

Он многозначительно замолчал. Алиса прекрасно знала, что может последовать, если она разочарует отца.

– Да, Алиса! Будь мудрее, – кивнула мама. – И не стоит мужу показывать свой характер, родная! Ну, звони, если что.

“Если что” началось уже в аэропорту.