Текст книги "Не брак, а так (СИ)"

Автор книги: Алина Ланская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 29 страниц)

Глава 55

Герман

К Бурому на новоселье Герман Литвинов ехал в приподнятом настроении. Уставший, но довольный. Все не зря. Он вырулит туда, куда ему нужно. Всем еще покажет, кто смел в нем сомневаться. Он не какой-то там папенькин сынок, которого посадили на теплое место. Придет время, и отец еще будет локти кусать. А уж уделать Игната сам бог велел. Он даже представил рожу Сабурова, когда однажды тот узнает… И никто ему не помешает, никто больше не посмеет ему указывать, говорить, что делать, кого любить, на ком жениться, кого трахать.

Хотя за Алису Герман уже давно не злился на родителей. Было в ней что-то такое, чего не сразу разглядел, не почувствовал. Думал, что все про нее понял с первого взгляда, но как приятно оказалось ошибиться.

Алиса волновала, интриговала, и, казалось, сама этого не понимала. А Герман начинал медленно сходить с ума от желания. Давно забытое чувство вернулось с новой силой. Да, с Яной все было впервые, по-юношески остро и неумело. Как вкусное, но непонятное блюдо, которое по неопытности проглатываешь целиком, даже не поняв, что именно понравилось. В этом были свои плюсы, но сейчас все будет по-другому. С Алисой все будет постепенно. С ней и так как по минному полю, но с другой стороны, она не Яна, которая как ни крути, сама уже устала от их отношений, но отказывалась это признать. Алиса не станет специально играть на его нервах, манипулировать им. И если она сдастся, то капитуляция будет полной, без остатка отдаст ему всю себя.

А она сдастся. И хоть Бурый кружит вокруг нее, ничего ему не обломиться. И не только потому что Алиса не шлюха, главное, что она по-прежнему любит Германа. Пусть не так одержимо и восторженно как раньше, но что-то внутри по-прежнему есть. Ведь не осталась с предками на Новый год, с ним вернулась, хотя и не была согласна с ним. Пускай строит из себя снежную королеву, он ее скоро отогреет. Он всегда добивается своего, дело не в том, что она его жена и ему чего-то там должна. Он хотел именно ее. И добьется своего.

Приятные мысли оборвал телефонный вызов. Звонил младший брат Алисы.

Неожиданно. Но Герман ответил, хотя торчок Паша ему откровенно не нравился.

– Дело есть, – без особых предисловий начал родственник. – Срочное!

– Слушаю, – по тону Паши было ясно, что сейчас последует просьба. И Герман даже знал, что потребует взамен.

– Деньги нужны, двести косарей. Вот прямо сейчас. Сегодня, то есть. Дашь?

Литвинов все же удивился. Не бог весть какие деньги, хотя зная его безумного папашу…

– Зачем?

– Давай без этого, а?! Мне Алисы хватило. Но ты же нормальный пацан.

Договорились быстро, Герман, правда, отказался переводить деньги незнакомому челу, так что Паше пришлось прогнуться.

Похоже, парень нехило так присел на наркоту, но Литвинова это не слишком заботило, жаль только, что Алиса любит этого идиота. Зато у Германа появились глаза и уши в семействе прокурора Климова. За этим уродом глаз да глаз. Компромат лишним не бывает. То, что Литвинову рано или поздно аукнется его выходка на Новый год, он и сам понимал. Хотя, почему выходка? Он защищал свою женщину.

Герман улыбнулся. Ему понравилось. Его женщина.

Когда он зашел в дом Сабурова, не смог сдержать снисходительной улыбки. Бурый и тут решил прибором померяться. Взял трехэтажный дом. На одного. И влез в ипотеку. Что ж, его проблемы.

Хозяина дома нигде не было видно, зато здесь гуляло треть их офиса. Кругом знакомые лица. От Ани Литвинов узнал, что Алиса где-то здесь. Наверное, Игнат показывает ей дом. Не найдя их на первом этаже, Литвинов погнал на второй. Как бы он себя не убеждал, что Алиса по-прежнему его любит, ревность к Сабурову никуда не уходила.

Ворвавшись в одну из комнат, Герман так и замер – кровать была занята любвеобильной парой. На мгновение ему показалось, что это Алиса и Сабуров. Чуть качнувшись, Литвинов врубил свет. И облегченно облокотился на дверной косяк, не реагируя на мат, вылившийся в его сторону. Свет он все-таки выключил.

На третьем этаже Алиса тоже не нашлась. На веранду он заглянул уже чисто для проформы, не сразу заметив, что там была еще и Ольховская. В груди ничего не торкнуло. Даже странно было. Но Янка это прошлое, по фиг, что она здесь забыла. Скорее всего, Бурый специально позвал. Игра ведь без правил.

Главное, что сейчас перед Германом стояло его настоящее. Обиженное и вредное. Но такое желанное. Литвинову до скрежета в зубах захотелось показать всем, чья она. Прямо сейчас. Чтобы все знали. Чтобы никто не смел смотреть на нее без его разрешения.

И чтобы она знала, чья она.

За развлечениями, которые устроил Бурый, Игнат наблюдал с легким пренебрежением. Он думал о том, что скоро увезет Алису домой. А там…

Говорить Алиса могла что угодно, но ее глаза выдавали ее с потрохами. От нетерпения Герман даже прикусил палец. Может, прямо сейчас? Да и плевать на всех. Но не успел. Алиса ускользнула, чтобы вместе со всем этим полупьяным сбродом ловить воздушные шарики.

Лишь через час народ выдохся, и стало более или менее тихо в комнате. Но Алиса, усевшись отдельно от Германа, всем своим видом показывала, что никуда не собирается, что ей здесь все нравится.

Герман чувствовал себя тем самым охотником, который готов часами сидеть в болоте и ждать свою добычу.

– Ну так может просто поболтаем? – Нарушила тишину Ольховская. Герман пару раз ловил на себе ее взгляды, но ему было совсем не до Янки. Впервые не ревновал ее, увидев с другим мужчиной. А Красавин, похоже, всерьез на нее запал. Что ж, совет да любовь.

– О чем? – устало спросил Бурый. Вот кто не выглядел довольным.

– Ну… например… Алиса, – вдруг обратилась Ольховская к его жене. Герман мигом напрягся. Где Яна, там скандал. – Вот скажи мне, Литвинов теперь всегда такой душнила, как женился? Сидит весь вечер мешком… А вот раньше…

– Раньше Герман не работал так много как сейчас, – громче, чем нужно ответила Алиса. Герман нутром чувствовал, как ей неприятно разговаривать с Ольховской. И хотел уже вмешаться. – Я почти не вижу его последние недели, он приезжает домой за полночь… что?

Алиса озадаченно нахмурилась, а Герман… Герман понял, что попал.

Никто ничего не сказал, все отводили взгляды в сторону, кто-то пытался скрыть усмешку. Надо было уходить. Немедленно.

Но Герман снова не успел. Яна его опередила.

– Как странно! А мне Паша говорил, что Гера давно уже не засиживается на работе, да, милый? В шесть часов сваливает. Интересно, куда? Если не к любимой жене?

– Яна!

Голоса Игната и Германа слились в единый угрожающий вопль.

Алиса вскочила на ноги и не глядя ни на кого вылетела из гостиной.

Глава 56

А ведь она почти поверила. Поверила, что он и правда к ней неравнодушен, что Ольховская больше не стоит между ними. Что он хочет быть именно с ней.

Ничему тебя, Алиса, жизнь не учит!

Влажные от слез глаза пощипывало на морозе, Алиса раздраженно терла кожу, но становилось только хуже. Она выскочила из дома Игната в чем была, и, сейчас уже дрожала от холода. Но возвращаться назад? Видеть эти насмешливо-сочувствующие взгляды, понимающие улыбки и счастливую Ольховскую! Господи, когда она уже исчезнет из ее жизни?!

И главное – Герман. Алисе хотелось ударить его, сделать ему так больно, чтобы перестал дышать от боли! Чтобы…

Кто-то осторожно накинул ей на плечи шубу. Алиса резко обернулась, ожидая увидеть Игната. Но перед ней стоял муж.

– Ты! – Алиса со всей силы ударила его в грудь. – Ты! Ненавижу! Пошел отсюда!

Она в исступлении заколотила кулаками по Литвинову, сильнее и сильнее. Шуба упала на снег, но Алиса это едва ли заметила. У самой ладони немели, лишь бы ему было еще больнее! А Герман даже не сопротивлялся, стоял и позволял себя бить.

Очнулась Алиса лишь когда муж прижал ее к себе мертвой хваткой, не давая и шелохнуться.

– Пусти! – сквозь зубы зашипела она. – Ненавижу! Ненавижу тебя!

Слезы лились по холодному лицу.

– Подожди!

Алиса не сразу сообразила, что хочет Литвинов, но вот уже он снова обнимал ее, заставив надеть чертову шубу.

– Я тебе не изменял! Да успокойся ты! – рявкнул было Герман, но когда заглянул ей в глаза, тут же стушевался. – Прости, я… господи, ты правда думаешь мне сейчас до каких-то левых баб?!

– А что нет?! – снова взорвалась Алиса и оттолкнула от себя Литвинова. – Ты же бабник, ни одной юбки никогда не пропускал мимо! Ты всю жизнь будешь изменять! Как у тебя язык только повернулся сказать, что я тебе нужна, что с ума по мне сходишь!

Алису трясло. Где-то на задворках сознания она понимала, что ведет себя как скандальная истеричка, что нельзя так низко опускаться, что наверняка гости Игната наблюдают за этим представлением, но остановиться не могла.

– Я не врал! Слушай, да не изменял я тебе! Клянусь! Нет у меня никого. Янка – просто сука! Она же хочет нас поссорить, хрень несет какую-то, а ты ей веришь!

– А почему я не должна ей верить? Где ты был? Вот сегодня, например? Ты каждый день куда-то уезжаешь, я думала из-за работы, что отец тебя так нагрузил…

– Не здесь! – оборвал ее Герман, глядя поверх ее плеча. Алиса обернулась. На крыльце, запустив руки в карманы, стоял Игнат. Как же Алисе хотелось укрыться от его пронизывающего взгляда!

– Алиса! – Литвинов положил руки ей на плечи, заставив смотреть на себя. – Клянусь, все не так. Если у меня выгорит, а у меня выгорит, мы сможем жить сами по себе. Ты больше не будешь бояться и зависеть от своего дебила-папаши. Да и я тоже… Поехали домой, я там все тебе расскажу.

– Нет!

– Поехали! – Герман склонился над Алисой и умоляюще заглянул ей в глаза. – Дай мне шанс. Пожалуйста!

Внутри все горело от слов мужа, голова шла кругом, Алиса не знала, что делать. И все же ей удалось сбросить с себя морок. Вырвалась и побежала к дому. Игнат протянул к ней руку, но Алиса пронеслась мимо, влетела в гостиную, в которой тут же оборвались все разговоры.

Сумка, в которой лежали телефон, ключи от машины и дома, нашлась быстро. Схватив ее, Алиса подняла голову и встретилась взглядом с Яной. Та сочилась самодовольством.

– Ты проиграла, – негромко сказала Алиса и не прощаясь ни с кем, вышла из зала.

На улице Игнат о чем-то громко разговаривал с Германом.

– Куда ты? – Литвинов рванул к жене, видя как она идет к своей машине.

– Домой! – негромко процедила Алиса. – Ты же этого хотел?

– Поехали вместе, – попросил Литвинов. – Твою тачку завтра отгоню. Не хочу, чтобы ты ехала одна сейчас.

– Или думаешь я поеду не домой? – усмехнулась Алиса. Ничего не могла с собой поделать – нравилось ей видеть просящего Литвинова, с его-то высокомерием и гордыней.

– Дай мне шанс! – снова повторил он, а Алиса молча протянула ему брелок от своей машине. Он тут же исчез в кармане куртки Германа.

Зачем Алиса так поступила, она и сама не знала. Ведь все равно наврет ей. Доверия не было, но она почему-то села в его машину. Игнат, наверняка, разочарован и не захочет с ней после этого общаться.

– Ты не пожалеешь! – донесся тем временем довольный голос Германа.

Алиса промолчала. Она уже жалела.

Они неслись по пустынному загородному шоссе, фонари горели преимущественно около заправок, а в остальном приходилось полагаться только на светоотражающие знаки.

Алиса даже успела чуть задремать, когда машина неожиданно резко дернулась, Герман нервно выругался и нажал на тормоз.

– Что случилось? – спросила Алиса и тут же зажмурилась от яркого света чужих фар.

– Какой-то ублюдок подрезал, – бросил Герман, уже открывая водительскую дверь.

– Не надо! Стой! – Алиса попыталась удержать мужа, но тот лишь расхохотался. – Я быстро. Не волнуйся.

Легко сказать! Она видела как Герман подошел к старым грязным жигулям, Алиса не могла даже понять, какого цвета машина, не говоря уже о госномере. Из нее вышло двое мужчин, Герман, кажется, что-то им сказал, но один из них тут же замахнулся и ударил Литвинова. Алиса вскрикнула, стала дергать ремень безопасности, чтобы освободиться, но он никак не хотел отстегиваться. Тем временем на ее глазах завязалась ожесточенная драка. Герман повалил одного на асфальт, но у второго что-то сверкнуло в руке, Алиса не разобрала, он ударил Литвинова и тот рухнул как подкошенный. Теперь Германа били ногами.

Она кричала, но ее никто не слышал, остервенело дергал за ремень, который наконец, чудом отлетел в сторону. Через секунду она уже выскочила из машины и своим появлением отвлекла нападавших.

– Это еще что за баба… эй, иди-ка сюда!

Крепкие, с ничего не выражающими неприметными лицами и оттого еще более страшные, они пошли прямо на нее. Только сейчас Алиса осознала, какую глупость совершила.

‍– Не трогай ее, мразь! – Герман с трудом поднялся, его лицо было полностью залито кровью. Он едва держался на ногах, но буквально повис на одном из мужчин, пытаясь его задушить. Второй грубо отпихнул Германа в сторону. Тот не устоял на ногах и упал, ударившись головой о бетонный отбойник.

– На первый раз достаточно! – сплюнул первый, а Алиса с криком уже подбежала к мужу. – Чтобы старших уважал.

Алиса услышала как хлопнули двери жигулей и раздался визг шин. Она смотрела на Германа. Из головы на серый снег текла черная кровь. Глаза Германа были открыты. Он не дышал.

Глава 57

В городской больнице, куда полчаса на “скорой” доставили Германа, Алису заставили заполнять тонну каких-то бумажек, а у нее перед глазами строчки расплывались и рука ходуном ходила. Хотя когда они еще ехали, медсестра вколола ей успокоительное.

– Давай я, а ты потом подпишешь, – участливо предложил Игнат, сидящий рядом, но Алиса лишь покачала головой.

Она сама.

Сабуров примчался одновременно со “скорой”. Алиса позвонила ему там же, сидя на грязном от снега асфальте рядом с Германом. Именно он заставил ее встать, буквально оторвал от Литвинова и дал медикам выполнять свою работу. Они же вызвали полицию, Алиса совсем забыла про нее.

Она вообще ни о чем и ни о ком не думала, только о жизни Германа, которая буквально на ее глазах вытекала из него. Такого молодого и красивого, полного сил и энергии. Алиса смотрела на его неподвижное тело и не могла поверить, что все происходящее – реальность. Вот эти люди, которые суетятся вокруг него, кричат друг другу. До нее не сразу дошли слова, брошенные одним из врачей – “не довезем”.

Мир исчез, превратился в одно темное пятно, в котором едва слышно бился пульс.

“Только что бы выжил! Господи, что угодно, только бы остался жив! Господи, пожалуйста!”

Алиса молилась как умела, просила, умоляла Бога помочь. Обещая все что угодно, она все сделает, только чтобы Герман жил. Вся ее жизнь, ее заботы и желания, планы, ее будущее словно перестали существовать.

Вся ее вселенная сократилась до одного маленького старого монитора, казалось, именно он и решал, жив ли ее муж или нет.

Она сбивчиво благодарила врачей, но те лишь отводили взгляд. Будто знали больше, чем Алиса. Но она не разрешала себе думать, что он умрет. Боялась, что ее жизнь тоже закончится, если его не станет.

С Германом ее, конечно, не пустили, оставили в приемном покое заполнять бумажки. А ее трясло и сидящий рядом Игнат не мог ее успокоить. Хотя не будь него, она, наверное, уже сошла с ума.

– Его оперируют, да? – спрашивала она безликую женщину в белом халате. Алиса силилась, но не могла даже запомнить ее лицо. – Скажите, что с ним.

– Сначала документы, – отрезала та. – Скажи спасибо, что приняли, а не отправили на Веселовского через весь город.

– Спасибо! – на автомате ответила Алиса, не слишком понимая, за что.

Какие могут быть документы сейчас?! Она металась по коридору, но кого в нем выловишь в три часа утра?

– Я хочу видеть главврача! – снова бросилась Алиса к дежурному администратору. – Сейчас же! Я имею право знать, что с моим мужем!

Ее гневная тирада не произвела никакого впечатления, ей лишь посоветовали успокоиться или ее сейчас же выгонят на улицу.

– Алис, правда, успокойся, – тихо сказал подошедший к ней Игнат. – Странно, что нас еще не выставили отсюда. До утра ничего…

Но она лишь махнула рукой. Нет, она была благодарна Игнату, что он с ней, но ждать больше не могла и надеяться тоже.

– Послушайте меня внимательно, Светлана Андреевна! – вот теперь Алиса не только видела безликую тетку, но и прочитала ее имя на бейдже. – Я – дочь прокурора Климова. И я клянусь вам, если мой муж умрет в этой больнице, если ваши врачи не сделают все, чтобы его спасти, вы все сдохните в тюрьме. Обещаю, вы все заплатите!

Алиса говорила страшные слова и сама им ужасалась. Но видя как бледнеет лицо Светланы Андреевна, поняла, что все делает правильно. То, что могло превратиться в угрызение совести мигом растворилось в душе. Алиса решила еще поднажать.

– Мой муж – сын Аркадия Литвинова, если вы живете в нашем городе, вам знакомо это имя. Подумайте, что будет, когда я ему все расскажу…

– Я поняла! – огрызнулась тетка и тут же ожесточенно стала бить по клавиатуре своего компьютера. А Алиса от нее не отходила ни на шаг.

– Я требую, чтобы мне сказали, что с моим мужем! – снова заговорила она. И еще ударила кулаком по столешнице. Так как это обычно делал ее папа.

Не прошло и минуты как спящая больница ожила. Алиса слышала как забегали на втором этаже, наконец раздались громкие встревоженные голоса.

– Ну ты дала, – тихо ухмыльнулся Сабуров. – Я тебя даже не узнал.

– Я сама себя не узнала, – не оборачиваясь ответила Алиса. – Господи, какая я же дура! Почему сразу не позвонила папе?!

– Литвинову я написал сообщение, – Игнат осторожно погладил взбудораженную Алису по плечу. – Но оно пока не прочитано. Либо спят, либо в самолете летят. Они когда должны вернуться?

– Кажется, сегодня, – ответила Алиса. Она представила, что будет с родителями Германа. – Я ничего не могу сделать, понимаешь? Вообще ничего! Я должна сидеть тут и ждать, пока он… он…

Рыдания снова подступили к горлу, она не сопротивлялась объятиям Игната, но облегчения они ей не приносили. Ей никто не мог помочь.

– Ты сделала все, что могла.

– Этого недостаточно! – сказала она то, что на ее месте сказал бы ее папа. – Папа! Надо ему позвонить.

Если кто и может заставить этот мир вертеться как надо, так это ее отец. В его могущество Алиса верила больше, чем в себя.

Он ответил через три гудка, голос, несмотря на время, был бодрым.

– Алиса, что случилось?

– Герман…, – едва слышно прошептала она. – На него напали, он при смерти… папа! Помоги!

Но он ей не поверил.

– Как при смерти? Не неси чушь! – резко ответил он и замолчал, явно переваривая ее слова. – Так, успокойся и с самого начала.

Алиса рассказала все, на удивление в памяти зафиксировалась каждая деталь, она даже смогла рассказать как выглядели те два отморозка.

– Я разберусь, этих уродов найдут и накажут, – выслушав дочь, ответил Климов. – Успокойся, я сейчас пришлю ребят, они помогут.

И отключился.

Алисе оставалось только ждать. Вокруг нее теперь суетились, даже главврач появился и едва ли не за руку ее держал. Но новостей не было. И с каждой минутой ожидания, в Алисе медленно умирала надежда.

Лишь в девять утра, когда сил у нее уже не осталось, она увидела как к ней идут главврач и еще двое незнакомых докторов.

Одного их вида было достаточно, чтобы все понять без слов. Но Алиса упрямо отказывалась верить.

– Активность мозга очень низкая. Шансы невелики...

Глава 58

– Мой красивый умненький мальчик будет… овощем? – Софья Андреевна Литвинова смотрела на Алису, но не видела ее. – Инвалидом в двадцать четыре года, который даже не поймет, что у него… у него…

Она не выдержала и разрыдалась. Стоявшая рядом Алиса вдруг подумала, что даже плачет эта изысканная женщина очень красиво – ни безобразной истерики, ни размазанной туши под глазами и опухшего носа.

Вместе со свекровью Алиса только что вышла из кабинета главного врача лучшей частной клиники в области, куда Германа перевезли, как только это стало возможно после операции. Врачи городской больницы не скрывали радости, что их тяжелый и такой опасный пациент от них “съезжает”.

Алиса не знала, что сказать матери Германа, как успокоить, как поддержать. Да и возможно ли это? Сама Алиса уже выплакала все слезы еще сразу после операции, которая прошла не очень удачно, хотя врачи по их словам сделали все, что могли.

– Он… не сможет даже сам в туалет сходить! Мой мальчик! Такой красивый, такой…, – свекровь снова всхлипнула.

“Это если он выйдет из комы”, – мрачно добавила про себя Алиса, но вслух, конечно, не сказала.

В клинике Герман был уже вторую неделю, но его состояние не улучшилось. Собственно, и в кому его ввели, потому что только так можно было сохранить ему жизнь.

– Ну какая это будет жизнь, Алиса?! Бедный мой мальчик! За что?

Алиса молча погладила несчастную женщину по руке.

Папа сдержал свое слово – тех, кто напал на Германа нашли. Перевернули вверх ногами всю область, но нашли. Алиса их даже опознала. Сейчас оба в сизо, но особой радости от этого ни родители Германа, ни Алиса не испытали. Эти два ублюдка будут жить, получат срок, потом выйдут на свободу… а Герман…

Герман мог уже выйти из больницы, если бы не она! Алиса никому этого не говорила, да ее никто и не обвинял, но характер внутренних повреждений у Литвинова не угрожал жизни. Это уже через пару дней после операции выяснилось, когда Аркадий Леонидович насел на врачей. У Германа был сломан нос, этим и объяснялось залитое кровью лицо. Фатальным оказался удар головой об отбойник. Но этого бы не произошло, если бы Герман не набросился на этих ублюдков, пытаясь ее защитить! Если бы Алиса не выбежала из машины, если бы не полезла…

Конечно, они могли ногами забить Германа до смерти, не отвлеки она их. Но этого Алиса точно не знала. Она знала, что защищая ее, Герман лишился нормальной жизни. Врачи даже не кормили их ложными надеждами, шансов на то, что Герман выживет и вернется к обычной жизни были ничтожно малы. Да по сути их не было.

– В самом страшном сне я не могла представить, что со мной может такое случиться, – донесся до Алисы дрожащий голос свекрови. – Он никогда не станет прежним, я думаю, Герман бы сам не хотел так жить…

– Ч…что? – она была уверена, что не поняла Софью Андреевну. – Вы…

Громкие крики в конце коридора отвлекли и Алису, и мать Германа. Они обе уставились на дверь, которая с силой распахнулась и перед глазами появилась… Яна Ольховская, а за ней худощавая медсестра и пожилой охранник.

– Я сказала, я увижу его! Я его настоящая жена! Ясно вам? Я!

Яна с силой оттолкнула от себя девушку в белом халате, она едва не упала на охранника. А потом, увидев Алису и несостоявшуюся свекровь, замерла на месте. Это была ее ошибка. За спиной появилось еще несколько мужчин, с ними у Яны шансов не оказалось. Ее банально скрутили.

– Пустите! Пустите меня к нему! – рычала Ольховская. – Я люблю его! Люблю!

– Вот же тварь! – зло выплюнула свекровь. – И сюда прорвалась! Телефон мне оборвала.

Яна и Алисе звонила, кричала, требовала, чтобы ее пустили к Литвинову, но жене Германа было совсем не до его любовницы. А тут, видя как надрывается Ольховская, Алиса, сама от себя этого не ожидая, попросила ее отпустить.

– Подождите, пожалуйста! – крикнула она охране и пошла в их сторону.

– Что ты собираешься сделать? – свекровь схватила ее за руку, заставив остановиться.

– Может, дать ей увидеть его? Софья Андреевна, они же десять лет вместе были, Герман ее очень сильно любил, может… может, и сейчас любит. А вдруг она…

– Алиса! – голос свекрови стал непривычно высоким. – Ты что несешь?! Пустишь эту дрянь, любовницу своего мужа к нему? Ты вообще в своем уме?!

– Я подумала…, – совсем смешалась Алиса.

– У тебя вообще гордость есть?! Так и будешь позволять о себя ноги вытирать?! Герман тебе изменял с ней! Подумай, сколько боли она тебе принесла! Она разрушила твой брак!

– Я думаю о Германе, Софья Андреевна! Вы же слышали, что сказал врач, нужно, чтобы родные люди были всегда с ним.– тихо ответила Алиса, а свекровь отшатнулась от нее. – Вдруг Яна поможет вытащить его из комы.

– Не смей ее пускать!

– Идите к черту, Софья Андреевна! – устало сказала Алиса свекрови. – Я его жена, и я решаю.

И больше не слушая свекровь, Алиса подошла к Ольховской и охранникам.

– Все хорошо, эта… эта девушка со мной. Пойдем, Яна.

Та даже затихла от удивления.

Но ненадолго.

Едва она оказалась в палате Германа, тут же бросившись к его кровати.

– Гера! Герочка! – Алиса с трудом удержала Яну, чтобы та не упала и не повредила аппаратуру. – Скажи мне, скажи! Родной мой! Любимый! Как же так? Как ты посмел… почему ты меня оставил одну?

Удивительно, но никакой ревности Алиса сейчас не чувствовала, глядя как заливается слезами Яна, как гладит неподвижную руку Германа. Только пустоту в душе и разочарование. Она ошиблась.

– Он… он как покойник! – зареванная Яна растерянно обернулась к Алисе, а та лишь пожала плечами.

– Он в коме, Яна. Что ты хотела увидеть? Тебе пора. Уходи, пожалуйста, и больше не возвращайся.

– Что?! – слезы мгновенно высохли и Ольховская снова стала той Ольховской, от которой у Алисы волосы дыбом вставали.

– Уходи! – спокойно сказала она. – Я думала, ты поможешь его вытащить, но я ошиблась. Это не помощь.

Яна отвернулась от лежащего Литвинова и недоверчиво усмехнулась.

– А ты типа сможешь? Ты? Да ты за себя постоять даже не можешь. Овца! Ну и оставайся с ним! Он же никогда не станет таким как раньше! Никогда!

С этими словами, Яна вылетела из палаты, а через несколько минут Алиса увидела ее в окне. Она подбежала к черному внедорожнику, из которого вышел Павел Красавин. Алиса сразу узнала его, хотя и видела всего раз. События той ночи навсегда впечатались в память. Яна, судя по всему, опять рыдала на груди своего нового поклонника, а потом он усадил ее в машину и они уехали.

– Вот и вся любовь, – прошептала Алиса. – Такая огромная, запретная, но настоящая. Как часть тебя, да, Герман? Она того стоила, а?

Алиса подошла к кровати мужа и села рядом.