Текст книги "Криминалист 2 (СИ)"
Автор книги: Алим Тыналин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)
– Куда направляется?
– Пока неясно. Может, рейс по маршруту.
Через час раздался звонок:
– Объект свернул на съезд у Балтимора. Едет к промышленной зоне. Похоже, доставка груза.
Дженкинс провел в Балтиморе три часа. Разгрузка и погрузка на складе. Потом вернулся в Уилмингтон, припарковал грузовик дома. Вышел с бумагами, забежал в дом.
Я записал все детали. Время выезда, маршрут, продолжительность и место назначения.
Вечером снова ничего интересного. Свет в окнах, сквозь занавески мерцал телевизор. Обычная жизнь.
Среда началась рано. В семь ноль-ноль Дженкинс вышел из дома, сел в грузовик и уехал.
Я взял рацию.
– Паркер, объект выезжает раньше обычного.
– Вижу. Следую.
Дженкинс поехал на север. Interstate 95 в сторону Филадельфии. Дэйв докладывал каждые пятнадцать минут.
– Объект проезжает Филадельфию, продолжает движение на север. Может, рейс в Трентон или дальше.
Через два часа он позвонил из уличного автомата:
– Объект прибыл в Трентон. Остановился у склада на промышленной окраине. Разгружает ящики.
Дженкинс провел в Трентоне до полудня. Потом заехал в придорожное кафе на Route 1. Вышел через двадцать минут, продолжил обратный путь.
Вернулся домой к трем часам дня. Припарковал грузовик и зашел в дом.
Я записал: «15:00 Объект вернулся после рейса Уилмингтон-Трентон. Общая продолжительность 8 часов. Остановка в придорожном кафе Route 1, время 12:15−12:35».
Придорожное кафе. Дженкинс останавливался там. Место, где могли работать потенциальные жертвы.
Я сделал пометку: «Проверить персонал кафе на Route 1, Трентон. Опросить официанток, показать фото Дженкинса».
Вечер снова тихий. Никаких выездов.
Четверг и пятница прошли также. Рейсы по маршруту Балтимор, Филадельфия, обратно в Уилмингтон. Остановки на заправках, придорожных кафе. Обычная работа дальнобойщика.
Дженкинс ни разу не подходил к женщинам. Не задерживался в кафе дольше получаса. Не разговаривал с официантками, кроме заказа еды. Платил и уходил.
Поведение нормальное. Ничего, указывающего на преступные намерения.
К вечеру пятницы я сидел в пустом доме на Oak стрит, смотрел в окно на дом Дженкинса. Свет в окнах, силуэт за занавесками.
Глава 25
Наживка
Пять дней наблюдения. Ноль результатов.
Дэйв вошел в комнату, бросил ключи от машины на стол.
– Еще один день впустую, – сказал он устало. – Дженкинс ведет себя как обычный водитель. Никаких странностей.
– Да, – согласился я.
Харви зашел следом, снял пиджак и повесил на спинку стула.
– Митчелл, может, он не наш человек? Уиллер ошибся в опознании?
– Уиллер уверен на девяносто процентов. Это высокий показатель.
– Но доказательств ноль. Пять дней слежки, ничего подозрительного. Дженкинс работает, ездит по маршруту, возвращается домой. Обычная жизнь.
Я молчал. Харви прав. Наблюдение не дало результатов.
Либо Дженкинс не убийца. Либо он очень осторожен и знает, что за ним следят.
Но как он мог узнать? Мы держались на расстоянии, меняли машины, не приближались близко.
Телефон зазвонил. Я поднял трубку.
– Митчелл слушает.
Голос Томпсона в трубке, сухой и недовольный.
– Агент Митчелл, завтра в семнадцать ноль-ноль совещание в моем кабинете. Вся команда. Обсудим результаты наблюдения и дальнейшие действия.
– Понял, сэр.
– До встречи.
Он повесил трубку.
Я положил телефон обратно, посмотрел на Дэйва и Харви.
– Завтра совещание у Томпсона. Пять вечера.
Дэйв вздохнул.
– Он закроет операцию. Скажет, что улик нет, наблюдение бесполезно, возвращаемся в Вашингтон.
– Возможно.
Харви встал, потянулся.
– Ладно, парни. Завтра суббота, последний день наблюдения. Может, повезет и Дженкинс покажет себя.
– Может, – ответил я без энтузиазма.
Мы закрыли дом, сели в машины, разъехались по мотелям. Дэйв остался наблюдать.
Суббота началась пасмурно. Небо затянуто серыми облаками, моросил мелкий дождь. Я сидел у окна в доме на Oak Street, смотрел на улицу через мокрое стекло.
Дженкинс вышел в десять утра, сел в грузовик и уехал. Дэйв следовал за ним.
Он успел передать по рации:
– Объект едет на юг. Направление Балтимор.
– Понял. Держи дистанцию.
Через час звонок:
– Объект прибыл в Балтимор. Остановился у бара на East Baltimore Street. Вышел из грузовика, зашел внутрь.
Бар. Интересно.
– Паркер, следи внимательно. Если выходит с кем-то, немедленно докладывай.
– Есть.
Я записал: «11:15 – Объект остановился у бара East Baltimore Street, Baltimore, MD. Вошел внутрь».
Ждал. Минуты тянулись медленно. Дождь усилился, барабанил по крыше дома.
Через сорок пять минут Дэйв снова позвонил.
– Митчелл, объект вышел из бара. Один. Сел в грузовик, уезжает.
– Направление?
– Обратно на север. Возвращается домой.
Я выдохнул. Надежда на прорыв угасла.
Дженкинс вернулся в Уилмингтон к часу дня. Припарковал грузовик и зашел в дом.
Остаток дня прошел тихо. Никаких движений.
В пять вечера мы собрали оборудование, закрыли дом, сели в машины. Поездка в Вашингтон заняла два часа.
Приехали к штаб-квартире ФБР без десяти семь. Поднялись на третий этаж, прошли в кабинет Томпсона.
Он сидел за столом, перед ним лежали папки с отчетами. Лицо хмурое и недовольное.
– Садитесь, – сказал он коротко.
Мы сели, я, Дэйв и Харви.
Томпсон открыл папку и пробежал глазами по страницам.
– Итак, господа. Шесть дней круглосуточного наблюдения за Дональдом Дженкинсом. Результаты ноль. Никаких подозрительных действий, никаких контактов с женщинами, никаких улик. Объект ведет себя как обычный водитель грузовика. Работает, ездит по маршруту и возвращается домой.
Он закрыл папку, посмотрел на меня.
– Агент Митчелл, у вас есть объяснение?
Я выпрямился.
– Сэр, Дженкинс либо не убийца либо очень осторожен. Возможно, он почувствовал наблюдение и намеренно ведет себя тихо.
– Почувствовал наблюдение? Как?
– Не знаю, сэр. Но серийные убийцы часто обладают обостренной интуицией. Замечают детали, которые другие игнорируют.
Томпсон покачал головой.
– Митчелл, у нас нет улик для ордера на арест. Одного опознания свидетеля недостаточно. Судья не подпишет ордер на основе только уверенности механика из Уилмингтона.
– Понимаю, сэр.
– Мы не можем держать наблюдение вечно. Ресурсы ограничены, люди нужны на других делах. Агенты из Филадельфии уже неделю оторваны от своей работы.
Он встал и прошелся по кабинету.
– Закрываю наблюдение. Необходимо попробовать другой подход.
Харви поднял руку.
– Сэр, а другие подозреваемые? Кертис и Хьюстон? Может, проверим их?
– Те же проблемы. Нет улик, нет оснований для ордера. Тем более по ним нет даже опознания.
Я не выдержал и встал.
– Сэр, прошу разрешения высказаться.
Томпсон повернулся.
– Говорите, Митчелл.
– У нас есть профиль убийцы. Дженкинс идеально подходит. График работы совпадает с датами убийств, маршрут проходит через все города, свидетель его опознал. Если закроем дело сейчас, он снова нанесет удар.
– А что вы предлагаете? Держать наблюдение месяцами? Годами?
– Нет, сэр. Предлагаю другой подход.
Томпсон скрестил руки на груди.
– Какой подход?
Я сделал глубокий вдох.
– Операцию с приманкой.
Тишина в кабинете. Все смотрели на меня.
Томпсон нахмурился.
– Объясните.
– Дженкинс охотится на определенный тип жертв. Молодые брюнетки, работающие в придорожных кафе вдоль Interstate 95. Мы можем создать ситуацию, где идеальная жертва окажется на его пути. Под нашим полным контролем. Если он убийца, то не удержится.
Томпсон долго и оценивающе смотрел на меня.
– Вы предлагаете использовать гражданскую как приманку?
– Да, сэр. С ее согласия и под полной защитой ФБР.
– Это опасно, Митчелл. И юридически сомнительно.
– В настоящее время не имеется формальных запретов на такие операции, сэр. Главное избежать провокации. Притом что она должна реально трудиться в кафе, чтобы когда Дженкинс придет, то мог убедиться в правдивости ее слов. Она будет просто работать, а Дженкинс должен действовать по собственной инициативе.
Дэйв вмешался:
– Митчелл прав, сэр. У нас нет других вариантов. Либо операция с приманкой, либо ждем восьмую жертву.
Томпсон долго молчал. Обдумывал мои слова, почесывая щеку.
Наконец медленно кивнул.
– Хорошо. Но с условиями. Первое полная защита привлекаемой женщины. Команда прикрытия, круглосуточное наблюдение. Второе никакой провокации. Девушка просто работает, не подталкивает Дженкинса к действиям. Третье, при малейшей опасности немедленно вмешиваемся. Жизнь важнее доказательств. Четвертое, нужно одобрение директора ФБР. Без него операция не начнется.
– Понял, сэр.
– У вас есть кандидат на роль приманки?
Я кивнул.
– Да, сэр. Дженни Морган, официантка из придорожного кафе на Route 1 между Балтимором и Уилмингтоном. Молодая брюнетка, точно подходит под профиль жертв. Я познакомился с ней несколько недель назад во время предварительного расследования.
Томпсон записал имя в блокнот.
– Поговорите с ней. Объясните риски. Если согласится, то готовьте операцию. Я запрошу одобрение директора. Совещание закончено. Все свободны.
Мы встали и вышли из кабинета.
В коридоре Дэйв хлопнул меня по плечу.
– Смелый план, Митчелл. Надеюсь, сработает.
– Должен сработать, – ответил я. – Другого выбора нет.
Утром в воскресенье я ехал на север по Interstate 95 в сторону Балтимора.
Небо чистое, ярко-синее, без единого облака. Солнце поднималось над горизонтом, золотило асфальт шоссе. Термометр на приборной панели показывал семьдесят два градуса по Фаренгейту, обещал жаркий день.
Машина, служебный Ford Galaxie 500 темно-синего цвета, шла ровно, мотор V8 работал с тихим рокотом. Стрелка спидометра замерла на отметке шестьдесят пять миль в час. Движение слабое, воскресное утро, большинство людей еще спали или собирались в церковь.
Я смотрел на дорогу, думал о предстоящем разговоре.
Я позвонил Дженни вчера вечером. Короткий разговор, договорились встретиться сегодня утром. Она свободна по воскресеньям, не работает. Я сказал, что хочу поговорить о важном деле. Она согласилась без лишних вопросов.
Теперь нужно убедить ее помочь ФБР. Стать приманкой для серийного убийцы. Рискнуть жизнью ради поимки преступника.
Как объяснить это правильно? Не напугать, но и не скрыть опасность. Честно рассказать о рисках, рассказать о том как мы можем ее защитить. Дать ей выбор.
Съехал с шоссе у знакомого съезда. Узкая дорога вела к скоплению зданий, заправка Texaco с красно-белой вывеской, мотель Riverside Inn с выцветшими буквами на фасаде, придорожное кафе,
Заведение выглядело тихим в воскресное утро. Парковка почти пустая, только два автомобиля, старый Chevrolet Impala белого цвета и мотоцикл Harley-Davidson с хромированным баком. Неоновая вывеска над входом выключена, розовые буквы тускнели под утренним солнцем.
Я припарковался рядом с Импалой, заглушил мотор. Вышел из машины.
Воздух теплый, пах свежескошенной травой с поля за кафе и жареным беконом из кухни. Из открытого окна кафе доносилась музыка, радиостанция играла что-то легкое, Карпентерс, «We’ve Only Just Begun».
Вошел внутрь. Колокольчик над дверью звякнул, объявляя о посетителе.
Внутри прохладно, тихо гудел кондиционер. Интерьер знакомый, длинная стойка справа с вращающимися стульями, обитыми красным винилом, потертым от времени.
Ряды столиков слева с пластиковыми меню в держателях из нержавеющей стали. Пол в черно-белую клетку, местами линолеум стерся, видны серые пятна пола. Стены украшены винтажными постерами, реклама Coca-Cola с девушкой в красном платье, старые автомобили Ford и Chevrolet, пин-ап красотки в купальниках.
Музыкальный автомат у дальней стены молчал, пластинки неподвижны лежали за стеклом. За стойкой стоял пожилой мужчина лет шестидесяти, седые волосы, полное лицо, белый фартук поверх клетчатой рубашки. Протирал стойку тряпкой, напевал что-то себе под нос.
У окна за столиком сидела Дженни.
Она увидела меня, помахала рукой и улыбнулась. На ней простое летнее платье голубого цвета с белыми цветами, рукава короткие, юбка до колен. Темно-каштановые волосы распущены, падали на плечи мягкими волнами. Легкий макияж, тушь на ресницах, розовая помада на губах. Перед ней на столе стояли чашка кофе и недоеденный тост с клубничным джемом.
Я подошел к столику.
– Доброе утро, Дженни.
– Доброе утро, Митчелл, – она указала на стул напротив. – Садитесь. Хотите кофе? Тосты? Блинчики? Воскресный завтрак здесь отличный.
– Кофе, спасибо.
Я сел. Пожилой мужчина за стойкой подошел с кофейником в руке.
– Что будете, молодой человек?
– Черный кофе, пожалуйста.
Он налил кофе в толстую белую керамическую чашку, поставил на стол. Кофе дымился, запах крепкий и бодрящий.
– Еще что-нибудь?
– Нет, спасибо.
Он кивнул, ушел обратно за стойку.
Дженни отпила кофе, внимательно посмотрела на меня.
– Итак, Митчелл. Вы сказали по телефону, что хотите поговорить о важном деле. Звучит серьезно. Что случилось?
Я сделал глоток кофе, собрался с мыслями. Решил сказать все сразу. Прямой разговор лучше уклончивости.
– Дженни, вы помните нашу беседу несколько недель назад? Я рассказал, что работаю в государственной компании.
– Помню. Вы ездили в Трентон, что-то проверяли.
– Да. На самом деле я работаю в ФБР. Я расследую серию убийств вдоль Interstate 95. Семь жертв за восемь месяцев.
Ее лицо стало серьезным. Она положила чашку на стол.
– Семь? Боже мой. Это… это много. Я слышала про это. Просто ужасно.
– Все жертвы молодые женщины, двадцать-двадцать пять лет. Все брюнетки. Все работали в сервисной индустрии: официантки, медсестры, секретарши. Все убиты вечером или ночью после окончания работы. Тела найдены у Interstate 95.
Дженни побледнела. Пальцы сжали чашку крепче.
– Это… это какой-то псих?
– Да. Мы считаем, что убийца водитель грузовика или кто-то, связанный с работой, требующей постоянных разъездов вдоль шоссе. Он выбирает жертв в придорожных кафе, заправках, мотелях. Наблюдает за ними, изучает график работы. Потом нападает, когда они уходят домой одни.
Она молчала, смотрела в окно. За стеклом виднелось шоссе, машины проносились мимо. Грузовики, легковушки, автобусы. Обычный поток воскресного утра.
– Дженни, – я наклонился вперед, – вы работаете в придорожном кафе. Молодая брюнетка, двадцать три года. Вы точно подходите под профиль жертв.
Она повернулась ко мне, глаза широко раскрыты.
– Вы думаете… он может выбрать меня?
– Статистически вероятность низкая. Сотни кафе вдоль шоссе, тысячи официанток. Но профиль четкий. Убийца охотится на девушек, похожих на вас.
Она обняла себя руками, и слегка задрожала.
– Я… я не знаю, что сказать. Это страшно.
– Понимаю. Извините, что пугаю вас. Но есть причина, по которой я рассказываю это.
Она посмотрела на меня вопросительно.
– Какая причина?
Я сделал глубокий вдох.
– У нас есть подозреваемый. Дональд Дженкинс, тридцать пять лет, водитель грузовика. Маршрут его деятельности проходит вдоль Interstate 95 через все города, где произошли убийства. График работы совпадает с датами убийств. Свидетель опознал его с высокой степенью уверенности.
– Тогда арестуйте его.
– Не можем. Нет улик для ордера. Одно опознание недостаточно. Судья не подпишет ордер. Мы держали наблюдение за ним неделю, ноль результатов. Он ведет себя как обычный водитель. Либо он не убийца, либо очень осторожен.
Дженни нахмурилась.
– И что вы хотите от меня?
Я смотрел ей в глаза, говорил медленно, четко.
– Мы хотим попросить вас помочь. Стать приманкой. Работать в кафе как обычно, но под защитой ФБР. Если Дженкинс убийца, он не удержится, когда увидит идеальную жертву. Попытается приблизиться, заговорить, может, попросит уйти с ним. Мы будем рядом, каждую секунду. При малейшей опасности вмешаемся.
Тишина. Дженни смотрела на меня, не мигая. Лицо бледное, губы сжаты.
Наконец она заговорила, тихим дрожащим голосом.
– Вы хотите, чтобы я… стала приманкой для серийного убийцы?
– Да. С вашего согласия и под полной защитой ФБР.
– Это так опасно.
– Да. Не буду врать. Риск есть. Но мы сделаем все возможное, чтобы защитить вас. Команда прикрытия будет рядом, круглосуточное наблюдение, радиосвязь. Вы не будете одни ни на секунду.
Она откинулась назад и сложила руки на груди. Я ждал, не торопил. Это ее решение. Никакого давления.
Через минуту она посмотрела на меня.
– Агент Митчелл… Итан. Почему я? Почему не агент ФБР под прикрытием?
– Потому что Дженкинс может в кафе прийти в любой момент. Вы настоящая официантка, работаете здесь два года. Постоянные клиенты знают вас. Дженкинс, если он останавливался здесь раньше, тоже мог видеть вас. Вы естественны, не вызываете подозрений.
– А если он попытается… убить меня?
– Мы не дадим вам в обиду. Будем рядом постоянно. Один агент в кафе под видом клиента. Двое в фургоне на парковке, слушают через радиопередатчик. Еще один в машине в квартале, готов приехать за десять секунд. Вы скажете кодовую фразу, мы немедленно вмешаемся.
Она молчала, обдумывала мои слова.
– Сколько времени это займет?
– Не знаю точно. Может, несколько дней. Может, неделя. Дженкинс проезжает через этот район регулярно, раз в три-четыре дня. Рано или поздно заедет в кафе.
– А если он не придет?
– Тогда операция закончится. Мы найдем другой способ.
Она взяла чашку, допила остывший кофе. Поставила обратно на стол, посмотрела мне в глаза.
– Значит, если я не соглашусь другие девушки будут в опасности. Официантки, медсестры, все, кто подходит под профиль.
– Да.
Она сжала руки в кулаки и выдохнула.
– Хорошо. Я согласна.
Я выпрямился.
– Вы уверены? Подумайте еще. Это серьезное решение.
– Я уверена. – Голос твердый, решительный. – Если это поможет спасти других девушек, я сделаю это.
Мы провели следующий час, обсуждая детали. Я объяснил, как будет организована защита, какое оборудование используем, как действовать в разных ситуациях.
– Итак, – она кивнула пару раз, – я работаю как обычно. Обслуживаю столики, принимаю заказы. Если Дженкинс появится, веду себя нормально и вежливо. Не флиртую, не провоцирую. Просто профессиональная официантка.
– Не совсем так, – я покачал головой. – Проблема в том, что Дженкинс может не заехать в кафе вообще. Или заедет, но в другое кафе. Он очень осторожен. Неделю наблюдения ноль подозрительных действий. Нам нужно спровоцировать его, заставить действовать.
Дженни нахмурилась.
– Как спровоцировать?
