Текст книги "Божественная комедия"

Автор книги: Алигьери Данте

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 28 страниц)

Его средой,1389 и потому чекан

Дает то смутный оттиск, то блестящий.

70 Вот почему, при схожести семян,

Бывает качество плодов неравно,

И разный ум вам от рожденья дан.

73 Когда бы воск был вытоплен исправно

И натиск силы неба был прямой,

То блеск печати выступал бы явно.

76 Но естество его туманит мглой,

Как если б мастер проявлял уменье,

Но действовал дрожащею рукой.

79 Когда ж Любовь, расположив Прозренье,

Его печатью Силы нагнела,

То возникает высшее свершенье.

82 Так некогда земная персть могла

Стать совершеннее, чем все живое;

Так приснодева в чреве понесла.

85 И в том ты прав, что естество земное

Не ведало носителей таких

И не изведает, как эти двое.

88 И если бы на этом я затих:

"Так чем его премудрость1390 несравненна?" —

Гласило бы начало слов твоих.

91 Но чтоб открылось то, что сокровенно,

Помысли, кем он был и чем влеком,

Он, услыхав: «Проси!»1391 – молил смиренно.

94 Я выразил не темным языком,

Что он был царь, о разуме неложном

Просивший, чтобы истым быть царем;

97 Не чтобы знать, в числе их непреложном,

Всех движителей;1392 можно ль заключить

К necesse при necesse и возможном;1393

100 И можно ль primum motum допустить;1394

Иль треугольник в поле полукружья,

Но не прямоугольный, начертить.

103 Так вот и прежде речь клонил к тому ж я:

Я в царственную мудрость направлял,

Сказав про мудрость, острие оружья.

106 И ты взглянув ясней на «восставал»1395,

Поймешь, что это значит – меж царями;

Их – множество, а круг хороших мал.

109 Вот, что моими сказано словами;

Их смысл с твоим сужденьем совместим

О праотце и о любимом нами.1396

112 Да будет то свинцом к стопам твоим,

Чтобы ты шел неспешно, как усталый,

И к «да», и к «нет», когда к ним путь незрим;

115 Затем что между шалых – самый шалый,

Кто утверждать берется наобум

Их отрицать с оглядкой слишком малой.

118 Ведь очень часто торопливость дум

На ложный путь заводит безрассудно;

А там пристрастья связывают ум.

121 И хуже, чем напрасно, ладит судно

И не таким, как был, свершит возврат

Тот рыбарь правды, чье уменье скудно.

124 Примерами перед людьми стоят

Брис, Парменид, Мелисс и остальные,1397

Которые блуждали наугад,

127 Савелий, Арий и глупцы иные,1398

Что были как мечи для божьих книг

И искривляли лица их прямые.

130 Никто не думай, что он столь велик,

Чтобы судить; никто не числи жита,

Покуда колос в поле не поник.

133 Я видел, как угрюмо и сердито

Смотрел терновник, за зиму застыв,

Но миг – и роза на ветвях раскрыта;

136 Я видел, как, легок и горделив,

Бежал корабль далекою путиной

И погибал, уже входя в залив.

139 Пусть донна Берта или сэр Мартино,1399

Раз кто-то щедр, а кто-то любит красть,

О них не судят с богом заедино;

142 Тот может встать, а этот может пасть".

ПЕСНЬ ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

1 В округлой чаше от каймы к средине

Спешит вода иль изнутри к кайме,

Смущенная извне иль в сердцевине.

4 Мне этот образ вдруг мелькнул в уме,

Когда умолкло славное светило

И Беатриче тотчас вслед Фоме

7 В таких словах начать благоволила, —

Настолько совершенно к их речам

Уподобленье это подходило:1400

10 "Он хочет, хоть и не открылся вам

Ни голосом, ни даже помышленьем,

В одной из истин снизойти к корням.

13 Скажите: свет, который стал цветеньем

Природы вашей, будет ли всегда

Вас окружать таким же излученьем?

16 И если вечно будет, то, когда

Вы станете опять очами зримы,1401

Как зренью он не причинит вреда?"

19 Как, налетевшей радостью стремимы,

Те, кто крутится в пляске круговой,

Поют звончей и вновь неутомимы,

22 Так, при словах усердной просьбы той,

Живей сказалась душ святых отрада

Кружением и звуков красотой.

25 Кто сетует, что смерть изведать надо,

Чтоб в горних жить, – не знает, не вкусив,

Как вечного дождя1402 сладка прохлада.

28 Единый, двое, трое, тот, кто жив

И правит вечно, в трех и в двух единый,

Все, беспредельный, в свой предел вместив,

31 Трикраты был воспет святой дружиной

Тех духов, и напев так нежен был,

Что всем наградам мог бы стать вершиной.

34 И вскоре, в самом дивном из светил

Меньшого круга,1403 голос благочестный,

Как, верно, ангел деве говорил,

37 Ответил так: "Доколе Рай небесный

Длит праздник свой, любовь, что в нас живет,

Лучится этой ризою чудесной.

40 Ее свеченье пылу вслед идет,

Пыл – зренью вслед, а зренье – до предела,

Который милость сверх заслуг дает.

43 Когда святое в новой славе тело

Нас облечет, то наше существо

Прекрасней станет, завершась всецело:

46 Окрепнет свет, которым божество

По благости своей нас одарило,

Свет, нам дающий созерцать его;

49 И зрения тогда окрепнет сила,

Окрепнет пыл, берущий мощность в нем,

Окрепнет луч, рождаемый от пыла.

52 Но словно уголь, пышущий огнем,

Господствует над ним своим накалом,

Неодолим в сиянии своем,

55 Так пламень, нас обвивший покрывалом,

Слабее будет в зримости, чем плоть,

Укрытая сейчас могильным валом.

58 И этот свет не будет глаз колоть:

Орудья тела будут в меру сильны

Для всех услад, что нам пошлет господь".

61 Казались оба хора так умильны,

Стремясь «Аминь!»1404 проговорить скорей,

Что им был явно дорог прах могильный, —

64 Быть может, и не свой, а матерей,

Отцов и всех, любимых в мире этом

И ставших вечной чередой огней.

67 И вот кругом, сияя ровным светом,

Забрезжил блеск над окаймлявшим нас,

Подобный горизонту пред рассветом.

70 И как на небе в предвечерний час

Рождаются мерцанья, чуть блистая,

Которым верит и не верит глаз,

73 Я видел – новых бестелесных стая

Окрест меня сквозит со всех сторон,

Два прежних круга третьим окружая.

76 О Духа пламень истинный! Как он

Разросся вдруг, столь огнезарно ясно,

Что взгляд мой не стерпел и был сражен!

79 Но Беатриче так была прекрасна

И радостна, что это воссоздать

Мое воспоминание не властно.

82 В ней силу я нашел глаза поднять

И увидал, что вместе с ней мгновенно

Я в высшую вознесся благодать.

85 Что я поднялся, было несомненно,

Затем что глубь звезды,1405 раскалена,

Смеялась рдяней, чем обыкновенно.

88 Всем сердцем, речью, что во всех одна,

Создателю свершил я всесожженье1406

За то, что эта милость мне дана;

91 Еще в груди не кончилось горенье

Творимой жертвы, как уже я знал,

Что господу угодно приношенье;

94 Затем что сонм огней так ярко ал

Предстал мне в двух лучах, что, созерцая:

"О Гелиос,1407 как дивно!" – я сказал.

97 Как, меньшими и большими мерцая

Огнями, Млечный Путь светло горит

Меж остий мира, мудрецов смущая,

100 Так в недрах Марса, звездами увит,

Из двух лучей, слагался знак священный,

Который в рубежах квадрантов скрыт.1408

103 Здесь память победила разум бренный;

Затем что этот крест сверкал Христом

В красе, ни с чем на свете несравненной.

106 Но взявший крест свой, чтоб идти с Христом,

Легко простит мне упущенья речи,

Узрев тот блеск, пылающий Христом.

109 Сияньем озарив и ствол, и плечи,

Стремились пламена,1409 искрясь сильней

При прохожденье мимо и при встрече.

112 Так, впрямь и вкривь, то тише, то быстрей,

Подобные изменчивому рою,

Крупинки тел, короче и длинней,

115 Плывут в луче, секущем полосою

Иной раз мрак, который, хоронясь,

Мы создаем искусною рукою.

118 Как струны арф и скрипок, единясь,

Звенят отрадным гудом неразымно

Для тех, кому невнятна в звуках связь,

121 Так в этих светах, блещущих взаимно,

Песнь вдоль креста столь дивная текла,

Что я пленился, хоть не понял гимна.

124 Что в нем звучит высокая хвала,

Я понял, слыша: «Для побед воскресни»,

Но речь невнятной разуму была.

127 Я так влюбился в голос этой песни,

И так он мной всецело овладел,

Что я вовек не ведал уз чудесней.

130 Мне скажут, что язык мой слишком смел

И я принизил очи заревые,1410

В которых всем мечтам моим предел;

133 Но взвесивший, что в высоте живые

Печати всех красот1411 мощней царят,

А там я к ним поздней воззрел впервые,1412

136 Простит мне то, в чем я виниться рад,

Чтоб быть прощенным, и воздаст мне верой;

Святой восторг отсюда не изъят,1413

139 Затем что он все чище с каждой сферой.

ПЕСНЬ ПЯТНАДЦАТАЯ

1 Сочувственная воля, истекая

Из праведной любви, как из дурной

И ненасытной истекает злая,

4 Прервала пенье лиры неземной,

Святые струны замиряя властно,

Настроенные вышнею рукой.

7 Возможно ль о благом просить напрасно

Те сущности, которые, чтоб дать

Мне попросить, умолкли так согласно?

10 По праву должен без конца страдать

Тот, кто, прельщен любовью недостойной,

Такой любви отринул благодать.

13 Как в воздухе прозрачном ночи знойной

Скользнет внезапный пламень иногда

И заставляет дрогнуть взор спокойный,

16 Как будто передвинулась звезда,

Хоть там, где вспыхнул он, светил держава

Цела, а сам он гаснет без следа, —

19 Так от плеча, простершегося вправо,

Скользнула вниз, вдоль по кресту нисшед,

Одна из звезд,1414 чья там блистает слава.

22 И с ленты не сорвался самоцвет,

А в полосе луча промчался, светел,

Как блещущий за алебастром свет;

25 Так дух Анхиза страстно сына встретил,

В чем высшая нас уверяет муза,

Когда его в Элисии заметил.1415

28 "О sanguis meus, о superinfusa

Gratia Dei, sicut tibi cui

Bis unquam coeli ianua reclusa?"1416

31 Так этот свет; внимательно к нему я

Возвел глаза; потом возвел к моей

Владычице, и здесь, и там ликуя:

34 Столь радостен был блеск ее очей,

Что мне казалось – благодати Рая

Моим очам нельзя познать полней.

37 А дух, мой слух и зренье услаждая,

Продолжил речь, но смысл был так глубок,

Что я ему внимал, не понимая.

40 Он не нарочно мглой себя облек,

А поневоле: взлет его суждений

Для цели смертных слишком был высок.

43 Когда же лук столь жарких изъявлений

Был вновь ослаблен, так что речь во всем

Сошла до нашей умственной мишени,

46 То сразу же я различил потом:

"Благословен в трех лицах совершенный,

Столь милостивый в семени моем!"

49 И дальше: "Голод1417 давний и блаженный,

Той книгою великой1418 данный мне,

Где белое и черное нетленны,

52 Ты в этом, сын мой, утолил огне,

Где говорю я, и да восхвалится

Та, что тебя возносит к вышине!

55 Ты веруешь, что мысль твоя стремится

Ко мне из Первой1419 так, как пять иль шесть

Из единицы ведомой лучится;1420

58 И ты вопрос не хочешь произнесть,

Кто я, который больше, чем вся стая

Счастливых духов, рад тебя обресть.

61 Ты в этой вере прав: здесь обитая,

Большой и малый в Зеркало1421 глядят,

Где видима заране мысль любая.

64 Но чтоб любви, которой я объят,

Бессонно зрящий, и всегда взволнован,

Как сладкой жаждой, не было преград,

67 Пусть голос твой, уверен, смел, нескован,

Мне явит волю, явит мне вопрос,

Которому ответ предуготован!"

70 Тогда я к Беатриче взор вознес;

Та, слыша мысль, улыбкой отвечала,

И, окрыленный, мой порыв возрос.

73 Я начал так: "Вы – те, кому предстало

Всеравенство1422; меж чувством и умом

Для вас неравновесия не стало;

76 Затем что в Солнце, светом и теплом

Вас озарившем и согревшем, оба1423

Вне всех подобий в равенстве своем.

79 Но мысль и воля1424 в смертных жертвах гроба,

Чему ясна причина вам одним,

В своих крылах оперены особо;

82 И я, как смертный, свыкшийся с таким

Неравенством, творю благодаренье

За отчий праздник сердцем лишь своим.1425

85 Тебя молю я, в это украшенье

Столь дивно вправленный топаз живой,

По имени твоем уйми томленье".

88 "Листва моя, возлюбленная мной

Сквозь ожиданье, – так он, мне в угоду,

Ответ свой начал, – я был корень твой".

91 Потом сказал мне: "Тот, кто имя роду

Дал твоему1426 и кто сто с лишним лет

Идет горой по первому обводу,1427

94 Мне сыном был, а им рожден твой дед;1428

И надо, чтоб делами довременно

Ты снял с него томительный запрет.1429

97 Флоренция, меж древних стен,1430 бессменно

Ей подающих время терц и нон,1431

Жила спокойно, скромно и смиренно.

100 Не знала ни цепочек, ни корон,

Ни юбок с вышивкой, и поясочки

Не затмевали тех, кто обряжен.

103 Отцов, рождаясь, не страшили дочки,

Затем что и приданое, и срок

Не расходились дальше должной точки.

106 Пустых домов назвать никто не мог;

И не было еще Сарданапала,

Дабы явить, чем может стать чертог.

109 Еще не взнесся выше Монтемало

Ваш Птичий Холм, который победил

В подъеме и обгонит в час развала.1432

112 На Беллинчоне Берти1433 пояс был

Ременный с костью; с зеркалом прощалась

Его жена, не наведя белил.

115 На Нерли и на Веккьо1434 красовалась

Простая кожа, без затей гола;

Рука их жен кудели не гнушалась.

118 Счастливицы! Всех верная ждала

Гробница,1435 ни единая на ложе

Для Франции1436 забыта не была.

121 Одна над люлькой вторила все то же

На языке, который молодым

Отцам и матерям всего дороже.

124 Другая, пряжу прядучи, родным

И домочадцам речь вела часами

Про славу Трои, Фьезоле и Рим.

127 Казались бы Чангелла1437 между нами

Иль Сальтерелло1438 чудом дивных стран,

Как Квинций иль Корнелия – меж вами.1439

130 Такой прекрасный, мирный быт граждан,

В гражданственном живущих единенье,

Такой приют отрадный был мне дан

133 Марией,1440 громко призванной в мученье;

И, в древнем вашем храме восприят,

Я Каччагвидой стал в святом крещенье.

136 Моронто – брат мне, Элизео – брат;

Супругу взял я из долины Падо;1441

Отсюда прозвище ее внучат.1442

139 Я следовал за кесарем Куррадо,1443

И мне он пояс рыцарский надел,

Затем что я служил ему, как надо.

142 С ним вышел я, как мститель злобных дел,

На тех, кто вашей вотчиной законной,

В чем пастыри1444 повинны, завладел.

145 Там, племенем нечистым отрешенный,1445

Покинул я навеки лживый мир,

Где дух столь многих гибнет, загрязненный,

148 И после мук вкушаю этот мир".

ПЕСНЬ ШЕСТНАДЦАТАЯ

1 О скудная вельможность нашей крови!

Тому, что гордость ты внушаешь нам

Здесь, где упадок истинной любови,

4 Вовек не удивлюсь; затем что там,

Где суетою дух не озабочен,

Я мыслю – в небе, горд был этим сам.

7 Однако плащ твой быстро укорочен;

И если, день за днем, не добавлять,

Он ножницами времени подточен.

10 На «вы», как в Риме стали величать,1446

Хоть их привычка остается зыбкой,

Повел я речь, заговорив опять;

13 Что Беатриче, в стороне, улыбкой

Отметила, как кашель у другой1447

Был порожден Джиневриной ошибкой.

16 Я начал так: "Вы – прародитель мой;

Вы мне даете говорить вам смело;

Вы дали мне стать больше, чем собой.

19 Чрез столько устий радость овладела

Моим умом, что он едва несет

Ее в себе, счастливый до предела.

22 Скажите мне, мой корень и оплот,

Кто были ваши предки и который

В рожденье ваше помечался год;

25 Скажите, велика ль была в те поры

Овчарня Иоаннова,1448 и в ней

Какие семьи привлекали взоры".

28 Как уголь на ветру горит сильней,

Так этот светоч вспыхнул блеском ясным,

Внимая речи ласковой моей;

31 И как для глаз он стал вдвойне прекрасным",

Так он еще нежней заговорил,

Но не наречьем нашим повсечасным:

34 "С тех пор, как «Ave» ангел возвестил

По день, как матерью, теперь святою,

Я, плод ее, подарен свету был,

37 Вот этот пламень, должной чередою,

Пятьсот и пятьдесят и тридцать крат

Зажегся вновь под Львиною пятою.1449

40 Дома, где род наш жил спокон, стоят

В том месте, где у вас из лета в лето

В последний округ всадники спешат.1450

43 О прадедах моих скажу лишь это;

Откуда вышли и как звали их,

Не подобает мне давать ответа.

46 От Марса к Иоанну,1451 счет таких,

Которые могли служить в дружине,

Был пятой долей нынешних живых.

49 Но кровь, чей цвет от примеси Феггине,

И Кампи, и Чертальдо помутнел,1452

Была чиста в любом простолюдине.

52 О, лучше бы ваш город их имел

Соседями и приходился рядом

С Галлуццо и Треспьяно ваш предел,1453

55 Чем чтобы с вами жил пропахший смрадом

Мужик из Агульоне1454 иль иной

Синьезец,1455 взятку стерегущий взглядом!

58 Будь кесарю не мачехой дурной

Народ, забывший все, – что в мире свято,

А доброй к сыну матерью родной,

61 Из флорентийцев, что живут богато,

Иной бы в Симифонти поспешил,1456

Где дед его ходил с сумой когда-то.

64 Досель бы графским Монтемурло1457 слыл,

Дом Черки оставался бы в Аконе,1458

Род Буондельмонти бы на Греве1459 жил.1460

67 Смешение людей в едином лоне

Бывало городам всего вредней,

Как от излишней пищи плоть в уроне.

70 Ослепший бык повалится скорей

Слепого агнца; режет острой сталью

Единый меч верней, чем пять мечей.

73 Взглянув на Луни и на Урбисалью,1461

Судьба которых также в свой черед

И Кьюзи поразит, и Синигалью,1462

76 Ты, слыша, как иной пресекся род,

Мудреной в этом не найдешь загадки,

Раз города, и те кончина ждет.

79 Все ваше носит смертные зачатки,

Как вы, – хотя они и не видны

В ином, что длится, ибо жизни кратки.

82 Как берега, вращаясь, твердь луны

Скрывает и вскрывает неустанно,

Так судьбы над Флоренцией властны.

85 Поэтому звучать не может странно

О знатных флорентийцах речь моя,

Хоть память их во времени туманна.

88 Филиппи, Уги, Гречи видел я,

Орманни, Кателлини, Альберики —

В их славе у порога забытья.

91 И видел я, как древни и велики

Дель Арка и Саннелла рядом с ним,

Ардинги, Сольданьери и Бостики.1463

94 Вблизи ворот, которые таким

Нагружены предательством, что дале

Корабль не может плавать невредим,1464

97 В то время Равиньяни обитали,

Чтоб жизнь потом и графу Гвидо дать,

И тем, что имя Беллинчоне взяли.1465

100 Умели Делла Пресса управлять;

И уж не раз из Галигаев лучший

Украсил позолотой рукоять.1466

103 Уже высок был белий столб,1467 могучи

Фифанти, те, кто кадкой устыжен,1468

Саккетти, Галли, Джуоки и Баруччи.

106 Ствол, давший ветвь Кальфуччи,1469 был силен;

Род Арригуччи был средь привлеченных

К правлению, род Сиции почтен.

109 В каком величье видел я сраженных

Своей гордыней!1470 Как сиял для всех

Блеск золотых шаров непосрамленных!1471

112 Такими были праотцы и тех,

Что всякий раз, как церковь опустеет,

В капитуле жиреют всем на смех.1472

115 Нахальный род,1473 который свирепеет

Вслед беглецу, а чуть ему поднесть

Кулак или кошель, – ягненком блеет,

118 Уже тогда все выше начал лезть;

И огорчался Убертин Донато,1474

Что с ними вздумал породниться тесть.

121 Уже и Капонсакко на Меркато

Сошел из Фьезоле;1475 и процвели

И Джуда меж граждан, и Инфангато.

124 Невероятной истине внемли:

Ворота в малый круг во время оно

От Делла Пера имя повели.1476

127 Кто носит герб великого барона,

Чью честь и память, празднуя Фому,

Народ оберегает от урона,

130 Те рыцарством обязаны ему;

Хоть ищет плотью от народной плоти

Стать тот, кто этот щит замкнул в кайму.1477

133 Я Импортуни знал и Гвальтеротти;

И не прибавься к ним иной сосед,

То Борго жил бы не в такой заботе.1478

136 Дом, ставший корнем ваших горьких бед,

Принесший вам погибель, в злобе правой,

И разрушенье бестревожных лет,

139 Со всеми сродными почтен был славой.

О Буондельмонте, ты в недобрый час

Брак с ним отверг, приняв совет лукавый!1479

142 Тот был бы весел, кто скорбит сейчас,

Низринь тебя в глубь Эмы1480 всемогущий,

Когда ты в город ехал в первый раз.

145 Но ущербленный камень, мост блюдущий,1481

Кровавой жертвы от Фьоренцы ждал,

Когда кончался мир ее цветущий.

148 При них и им подобных я видал

Фьоренцу жившей столь благоуставно,

Что всякий повод к плачу отпадал;

151 При них народ господствовал так славно

И мудро, что ни разу не была

Лилея опрокинута стремглавно1482

154 И от вражды не делалась ала".1483

ПЕСНЬ СЕМНАДЦАТАЯ

1 Как вопросить Климену1484, слыша новость,

Его встревожившую, поспешил

Тот, кто в отцах родил к сынам суровость,1485

4 Таков был я, и так я понят был

И госпожой, и светочем священным,

Который место для меня сменил.

7 И Беатриче: "Пусть не будет пленным

Огонь желанья; дай ему пылать,

Отбив его чеканом сокровенным;

10 Не потому, чтобы ты мог сказать

Нам новое, а чтобы приучиться,

Томясь по влаге, жажды не скрывать".

13 "Мой ствол, чей взлет в такие выси мчится,

Что, как для смертных истина ясна,

Что в треугольник двум тупым не влиться,

16 Так ты провидишь все, чему дана

Возможность быть, взирая к Средоточью,

В котором все совместны времена, —

19 Когда Вергилий мне являл воочью

Утес, где дух становится здоров,

И мертвый мир, объятый вечной ночью,

22 Немало я услышал тяжких слов

О том, что в жизни для меня настанет,

Хотя к ударам рока я готов;

25 Поэтому мои желанья манит

Узнать судьбу моих грядущих лет;

Стрела, которой ждешь, ленивей ранит".

28 Так я промолвил, вопрошая свет,

Вещавший мне; так, повинуясь строго,

Я Беатриче выполнил завет.

31 Не притчами, в которых вязло много

Глупцов, когда еще не пал, заклан,

Грехи людей принявший агнец бога,1486

34 Но ясной речью был ответ мне дан,

Когда отец, пекущийся о чаде,

Сказал, улыбкой скрыт и осиян:

37 "Возможное, вмещаясь в той тетради,

Где ваше начерталось вещество,

Отражено сполна в предвечном взгляде,

40 Не став необходимым оттого,

Как и ладьи вниз по реке движенье

От взгляда, отразившего его.

43 Оттуда1487 так, как в уши входит пенье

Органных труб, все то, что предстоит

Тебе во времени, мне входит в зренье.

46 Как покидал Афины Ипполит,

Злой мачехой гонимый в гневе яром,1488

Так и тебе Флоренция велит.1489

49 Того хотят, о том хлопочут с жаром

И нужного достигнут без труда

Там, где Христос вседневным стал товаром.1490

52 Вину молва возложит, как всегда,

На тех, кто пострадал; но злодеянья

Изобличатся правдой в час суда.

55 Ты бросишь все, к чему твои желанья

Стремились нежно; эту язву нам

Всего быстрей наносит лук изгнанья.

58 Ты будешь знать, как горестен устам

Чужой ломоть, как трудно на чужбине

Сходить и восходить по ступеням.

61 Но худшим гнетом для тебя отныне

Общенье будет глупых и дурных,

Поверженных с тобою в той долине.

64 Безумство, злость, неблагодарность их

Ты сам познаешь;1491 но виски при этом

Не у тебя зардеют,1492 а у них.

67 Об их скотстве объявят перед светом

Поступки их; и будет честь тебе,

Что ты остался сам себе клевретом.

70 Твой первый дом в скитальческой судьбе

Тебе создаст Ломбардец знаменитый,1493

С орлом святым над лестницей в гербе.

73 Тебя укроет сень такой защиты,

Что будут просьба и ответ у вас

В порядке необычном перевиты.

76 С ним будет тот,1494 кто принял в первый час

Такую мощь от этого светила,1495

Что блеском дел прославится не раз.

79 Его толпа еще не отличила

По юности, и небо вечный свод

Вокруг него лишь девять лет кружило;

82 Но раньше, чем Гасконец проведет

Высокого Арриго,1496 безразличье

К богатствам и к невзгодам в нем сверкнет.

85 Так громко щедрое его величье

Прославится, что даже у врагов

Оно развяжет их косноязычье.

88 Отдайся смело под его покров;

Через него судьба преобразится

Для многих богачей и бедняков.

91 В твоем уме о нем да впечатлится,

Но ты молчи…" – и тут он мне открыл

Невероятное для очевидца.

94 Затем добавил: "Сын, я пояснил

То, что тебе сказали; козни эти

Круговорот недальний затаил.

97 Но не завидуй тем, кто ставил сети:

Давно отмщенной будет их вина,

А ты, как прежде, будешь жить на свете".

100 Когда я понял, что завершена

Речь праведной души и что основа,

Которую я подал, заткана,

103 Я произнес, как тот, кто от другого

Совета ждет, наставника ценя,

В желаньях, в мыслях и в любви прямого:

106 "Я вижу, мой отец, как на меня

Несется время, чтоб я в прах свалился,

Раз я пойду, себя не охраня.

109 Пора, чтоб я вперед вооружился,

Дабы, расставшись с краем, всех милей,

Я и других чрез песни не лишился.

112 В безмерно горьком мире, и, поздней,

Вдоль круч, с которых я, из рощ услады,

Взнесен очами госпожи моей,

115 И в небе, от лампады до лампады,

Я многое узнал, чего вкусить

Не все, меня услышав, будут рады;

118 А если с правдой побоюсь дружить,

То средь людей, которые бы звали

Наш век старинным, вряд ли буду жить".

121 Свет, чьи лучи улыбку облекали

Мной найденного клада, засверкал,

Как отблеск солнца в золотом зерцале,

124 И молвил так: "Кто совесть запятнал

Своей или чужой постыдной славой,

Тот слов твоих почувствует ужал.

127 И все-таки, без всякой лжи лукавой,

Все, что ты видел, объяви сполна,

И пусть скребется, если кто лишавый!

130 Пусть речь твоя покажется дурна

На первый вкус и ляжет горьким гнетом, —

Усвоясь, жизнь оздоровит она.

133 Твой крик пройдет, как ветер по высотам,

Клоня сильней большие дерева;

И это будет для тебя почетом.

136 Тебе явили в царстве торжества,

И на горе, и в пропасти томленья

Лишь души тех, о ком живет молва, —

139 Затем что ум не чует утоленья

И плохо верит, если перед ним

Пример, чей корень скрыт во тьме забвенья,

142 Иль если довод не воочью зрим".

ПЕСНЬ ВОСЕМНАДЦАТАЯ

1 Замкнулось вновь блаженное зерцало

В безмолвной думе, а моя жила

Во мне и горечь сладостью смягчала;

4 И женщина, что ввысь меня вела,

Сказала: "Думай о другом; не я ли

Вблизи того, кто оградит от зла?"

7 Я взгляд возвел к той, чьи уста звучали

Так ласково; как нежен был в тот миг

Священный взор, – молчат мои скрижали.

10 Бессилен здесь не только мой язык:

Чтоб память совершила возвращенье

В тот мир, ей высший нужен проводник.

13 Одно могу сказать про то мгновенье, —

Что я, взирая на нее, вкушал

От всех иных страстей освобожденье,

16 Пока на Беатриче упадал

Луч Вечной Радости и, в ней сияя,

Меня вторичным светом утолял.

19 "Оборотись и слушай, – побеждая

Меня улыбкой, молвила она. —

В моих глазах – не вся отрада Рая".

22 Как здесь в обличьях иногда видна

Бывает сила чувства, столь большого,

Что вся душа ему подчинена,

25 Так я в пыланье светоча святого

Познал, к нему глазами обращен,

Что он еще сказать мне хочет слово.

28 "На пятом из порогов,1497 – начал он, —

Ствола, который, черпля жизнь в вершине,

Всегда – в плодах и листьем осенен,

31 Ликуют духи, чьи в земной долине

Столь громкой славой прогремели дни,

Что муз обогащали бы доныне.

34 И ты на плечи крестные взгляни:

Кого я назову – в их мгле чудесной

Мелькнут, как в туче быстрые огни".

37 И видел я: зарница глубью крестной,

Едва был назван Иисус1498, прошла;

И с действием казалась речь совместной.

40 На имя Маккавея1499 проплыла

Другая, как бы коло огневое, —

Бичом восторга взвитая юла.

43 Великий Карл с Орландом, эти двое

Мой взгляд умчали за собой вослед,

Как сокола паренье боевое.

46 Потом Гульельм и Реноард1500 свой свет

Перед моими пронесли глазами,

Руберт Гвискар и герцог Готофред.1501

49 Затем, смешавшись с прочими огнями,

Дух, мне вещавший, дал постигнуть мне,

Как в небе он искусен меж певцами.

52 Я обернулся к правой стороне,

Чтобы мой долг увидеть в Беатриче,

В словах иль знаках явленный вовне;

55 Столь чисто было глаз ее величье,

Столь радостно, что блеском превзошло

И прежние, и новое обличье.

58 Как в том, что дух все более светло

Ликует, совершив благое дело,

Мы видим знак, что рвенье возросло,

61 Так я постиг, что большего предела

Совместно с небом огибаю круг, —

Столь дивно Беатриче просветлела.

64 И как меняют цвет почти что вдруг

У белолицей женщины ланиты,

Когда стыдливый с них сбежит испуг,

67 Так хлынула во взор мой, к ней раскрытый,

Шестой звезды благая белизна,

Куда я погрузился, с нею слитый.

70 Была планета Диева1502 полна

Искрящейся любовью,1503 чьи частицы

Являли взору наши письмена.

73 И как, поднявшись над прибрежьем, птицы,

Обрадованы корму, создают

И круглые, и всякие станицы,

76 Так стаи душ, что в тех огнях живут,

Летая, пели и в своем движенье

То D, то I, то L сплетали тут.

79 Сперва они кружили в песнопенье;

Затем, явив одну из букв очам,

Молчали миг-другой в оцепененье.

82 Ты, Пегасея1504, что даришь умам

Величие во времени далеком,

А те – тобой – краям и городам,

85 Пролей мне свет, чтоб, виденные оком,

Я мог их начертанья воссоздать!

Дай мощь твою коротким этим строкам!

88 И гласных, и согласных семью пять

Предстало мне; и зренье отмечало

За частью часть, чтоб в целом сочетать.

91 «Diligite I ustitiam», – сначала

Глагол и имя шли в скрижали той;

«Qui Judicatis Terrain»,1505 – речь кончало.

94 И в М последнего из слов их строй

Пребыл недвижным, и Юпитер мнился

Серебряным с насечкой золотой.

97 И видел я, как новый сонм спустился

К вершине М, на ней почить готов,

И пел того, к чьей истине стремился.

100 Вдруг, как удар промеж горящих дров

Рождает вихрь искрящегося пыла, —

Предмет гаданья для иных глупцов, —

103 Так и оттуда стая светов взмыла

И вверх к различным высотам всплыла,

Как Солнце, их возжегшее, судило.

106 Когда она недвижно замерла, —

В той огненной насечке, ясно зримы,

Возникли шея и глава орла.

109 Так чертит мастер неруководимый;

Он руководит, он дает простор

Той силе, коей гнезда сотворимы.

112 Блаженный сонм, который до сих пор

В лилее М1506 не ведал превращений,

Слегка содвигшись, завершил узор.1507

115 О чистый светоч!1508 Свет каких камений,

И скольких, мне явил, что правый суд

Нисходит с неба, в чьей ты блещешь сени!

118 Молю тот Разум, где исток берут

Твой бег и мощь, взглянуть на клубы дыма,

Которые твой ясный луч крадут,1509

121 И вновь разгневаться неукротимо

На то, что местом торга сделан храм,

Из крови мук возникший нерушимо.

124 О рать небес, представшая мне там,

Молись за тех, кто бродит, обаянный

Дурным примером, по кривым путям!

127 В былом сражались, меч подъемля бранный;

Теперь – отнять стараясь где-нибудь

Хлеб, любящим Отцом всем людям данный.1510

130 Но ты, строчащий, чтобы зачеркнуть,1511

Знай: Петр и Павел, вертоград спасая,

Тобой губимый, умерли, но суть.

133 Ты, впрочем, скажешь: "У меня такая

Любовь к тому, кто одиноко жил

И пострадал, от плясок умирая,

136 Что и Ловца и Павла я забыл".1512

ПЕСНЬ ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

1 Парил на крыльях, широко раскрытых,

Прекрасный образ и в себе вмещал

Веселье душ, в отрадном frui1513 слитых.

4 И каждая была как мелкий лал,

В котором словно солнце отражалось,

И жгучий луч в глаза мне ударял.

7 И то, что мне изобразить осталось,

Ни в звуках речи, ни в чертах чернил,

Ни в снах мечты вовек не воплощалось.

10 Я видел и внимал, как говорил

Орлиный клюв, и "я" и «мой» звучало,

Где смысл реченья «мы» и «наш» сулил.

13 "За правосудье, – молвил он сначала, —

И праведность я к славе вознесен,

Для коей одного желанья мало.

16 Я памятен среди земных племен,

Но мой пример в народах извращенных,

Хоть и хвалим, не ставится в закон".

19 Так пышет в груде углей раскаленных

Единый жар, как были здесь слиты

В единый голос сонмы просветленных.

22 И я тогда: "О вечные цветы

Нетленной неги, чьи благоуханья

Слились в одно, отрадны и чисты,

25 Повейте мне, чтоб я не знал алканья,

Которым я терзаюсь так давно,

Не обретая на земле питанья!

28 Хоть в небесах другой стране1514 дано

Служить зерцалом правосудью бога,

Оно от вашей не заслонено.

31 Вы знаете, как я вам внемлю строго,

И знаете сомненье1515, тайных мук

Моей душе принесшее столь много".

34 Как сокол, если снять с него клобук,

Вращает голову, и бьет крылами,

И горд собой, готовый взвиться вдруг,

37 Так этот образ, сотканный хвалами

Щедротам божьим, мне себя явил

И песни пел, неведомые нами.

40 Потом он начал: "Тот, кто очертил

Окружность мира, где и сокровенный,

И явный строй вещей распределил,

43 Не мог запечатлеть во всей вселенной

Свой разум так, чтобы ее предел

Он не превысил в мере несравненной.

46 Тот первый горделивец, кто владел

Всем, что доступно созданному было,