Текст книги "Хроники Дангора. Книга 1"

Автор книги: Алексей Вязовский

Соавторы: Дмитрий Исаев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 22 страниц)

Юго-восточные орки

Земли орков исторически и географически разделены на две территории – западную часть и восточную. Восточная часть представляет собой степь, граничащую с Империей, Топью и пустыней Некрополиса. Государства у орков нет, т. к. нет ни регулярной армии, ни налоговой системы. Их догосударственное устройство можно описать как – родо-племенное вождество. Всего существует 12 кланов, состоящих из многочисленных родов. Шесть кланов кочуют по восточной части степи, шесть – по западной.

Государственное устройство. Каждый род имеет двух лидеров – старшего в роду, который занимается общественными вопросами и «турана» – военного вождя. Старший в роду, естественно, определяется по происхождению и возрасту, «туран» определяется на военных играх и утверждается родовым собранием в своем статусе. Совет старших воинов выбирает кагана – предводителя клана. Совет каганов – Великого Кагана орков. Юго-западные орки Великого кагана не имеют и не столь воинственны, но о них мы расскажем в другой раз.

Религия. Орки исповедуют смесь шаманизма, анимизма и тотемизма. Поклоняютсядухам предков, животным степи, ветрам и дождю, а также магическимкамням, которые появляются в их землях из Некрополиса. Религия орков в значительной степени смоделирована и формализована там, в частности, маги Некрополиса около пятисот лет назад установили 12 идолов, наделенных магической силой. Тем самым, некроманты превратили кочевых орков из хаотичной орды в структурированное степное сообщество, поставив клыкастых соратников в качестве буфера между Великой Пустыней и неуклонно наступающей на юг Империей. Наиболее продвинутые шаманы контактируют с Некрополисом и проходят там обучение азам магии и колдовства. До серьезных заклинаний их, впрочем, не допускают – Некрополис оставляет за собой монополию на сильные знания. Впрочем, сами некроманты пока ни разу не принимали открытого участия в войнах орков с Империей.

Каждый род имеет свой тотем. Клан – своего идола. Чем одни идолы отличаются от других, понимают только шаманы, да и то – не могут толком объяснить это простым смертным оркам. Идолы, установленные Некрополисом, положительно повлияли настепное общество орков, став, во-первых, некоторым объединяющим фактором, а во-вторых, прекратили большую часть междоусобиц, т. к. Некрополис, создавший, по сути дела, 12 кланов, взял на себя посредством шаманов кланов роль третейского судьи в межклановых конфликтах. Орки, организованные Некрополисом, стали грозной военной силой. В ходу жертвоприношения пленников, взятых в набегах на империю. Поскольку рабства нет (своего населения очень много) их приносят в жертвуидолам. Некоторых пленников забирают в Некрополис – маги сами отбираюттех, кто им нужен. Особенно ценятся человеческие дети. По слухам, онивоспитывают их в своих темных традициях, и, если те проявят способности, некроманты обучают их своей магии.

Основа экономики орков – кочевое животноводство. Вокруг разведения лошадей и рогачей строится вся жизнь степного народа. В ход идет все – шерсть рогачей, кость, молоко кобыл, шкуры, мясо. Из молока иногда делают степные деликатесы – брынзу и сыр. Особенно ценятся сыры с плесенью. Это производство, однако, развито слабо, т. к. требует усидчивости на одном месте, а рода редко задерживаются в одном регионе. Также из скисшего молока при помощи добавок некоторых степных трав варят брагу – омерзительную на вкус, но крепкую. Брага применяется как в целяхдезинфекции (промывки ран) так и внутрь – как хмельное пойло, обладающее при этом некоторыми целебными свойствами.

Деньги – отсутствуют. Единица богатства – рогач и лошадь. В табунах этих животных меряется все – пленники, оружие и так далее.

Шкуры рогачей идут на одежду и на юрты – степные жилища орков. Сушеный навоз– на отопление. В силу отсутствия материальной базы для металлообработки, кузнечное дело не развито – железо для ятаганов и наконечников пик и стрел покупается где только можно – у гоблинов, в Халифате… На украшения идут камни и кости. Особенно ценятся человеческие черепа – шаманы любят использовать их на верхушках своих посохов. Производство ядов и зелей, в т. ч. наркотических – особая отрасль, которая, опять же, находится в компетенции шаманов. Это – единственная статья нелегального экспорта степной страны в Империю – там это добро ценится.

Гендерные отношения просты. Орки женского пола – такой же товар, как рогач или лошадь, причем стоит дешевле хорошего породистого животного. Многоженство. Жены принадлежат мужчине, а дети – всему роду.

Социальная жизнь. Праздники связанны с зимним и весенним солнцестоянием, существуют дни поклонения идолам – у каждого клана – свой месяц, когда он приходит к идолам для поклонения. Это обеспечивает некую естественную ротацию племен по простору степи, и, опять же, способствует снижению социальной напряженности. Каждые 13 месяцев (12+1) знатные представители кланов и ведущие шаманы собираются, чтобы обсудить общие дела и, при необходимости, избрать нового Великого Кагана. Представители Некрополиса всегда бывают на этих сборищах, простые же орки туда не допускаются. Военные игры – назначаются военными главами нескольких родов по согласованию друг с другом. Служат не только целям тренировок и демонстрации воинского искусства, но и как повод для межродовой торговли. Такие своеобразные степные ярмарки.

Язык. Орчий язык тарабарский с точки зрения людей и вряд ли имеет какие-то общие корни с эльфийским. Очень трудный для понимания. С тех пор, как Империя и орки стали непримиримыми врагами, людей, понимающих орочье наречие, практически не осталось. В языке много гортанных, рычащих и шипящих звуков. Орки – мастера свиста и подражания крикам животных. Их речевой аппарат отличается от человеческого – есть звуки, которые они легко произносят, и которые недоступны человеку для произношения. Их речь – мало членораздельна, она больше похожа на цепь команд, звуковых сигналов, в которых намерение передается ударениями и сильными звонкими звуками. Компенсируют недостаток слов и абстрактных понятий орки тем, что могут очень хорошо чувствовать эмоции друг друга. Помимо этого орки дальнозорки, прекрасно видят в темноте и чуют запахи. Чувствительность и близость к животному миру делает их непревзойденными наездниками – они ездят без седла и узды – держась за гриву рогача (для коней они тяжеловаты и лошади в основном используются как тягловая сила) или просто балансируя на скаку, составляя со своими рогачами единое целое.

Наук нет. Торговля с западными сородичами – очень слабая, только во времена большого голода, который случается, если долгая засуха выжигает пастбища, и начнется голодный мор скота. Как правило, продают в обмен на рогачей и лошадей лишние рты, чаще всего – женщин и детей. В периоды голода Великий Каган собирает орду для очередного похода против людей. Почти все набеги орков, демографически и климатически обусловлены – какого-то специального воинственного кодекса у них еще не выработалось.

Торговля. До образования Империи в голодные времена орки продавали часть своих стад на мясо в приречные государства, в обмен на хлеб, сушеные фрукты и прочие продовольственные товары, которые они могли хранить долго, что помогало им спастись от голода. Иногда правители даже позволяли им перегонять стада к реке, беря с них налог натурой – мясом и молоком. Однако эти времена сравнительно мирного сосуществования давно канули в лету с образованием Империи с одной стороны, и установлением над ордой контроля со стороны Некрополиса с другой стороны. С тех пор между людьми и орками постоянно крепнет непримиримая вражда, исключающая какие-то мирные цивилизационные контакты. Вопрос, кто виноват в этой вражде – вопрос открытый. Стычки случались часто, но непримиримой вражды не было – была какая-никакая торговля.

Исторические хроники Маатана доимперского периода, которые еще можно найти в некоторых частных коллекциях немногих уцелевших от императорской чистки маатанских аристократов, упоминают о сильнейшем голоде в степи накануне осады Маатана и зарождения империи. Тогда вся орда двинулась на север, и устрашенные люди поднялись на защиту своих земель. Тут очень кстати для Маатана (хотя, в последствии, – к несчастью для его аристократии) и подвернулся Эссунион, который и стал впоследствии императором. Наиболее старые и склонные к конспирации историки полагают, что засуха была специально наслана из Некрополиса, и даже считают самого императора, который захватил власть над доброй частью восточного Дангора благодаря вызванными засухой событиями – ставленником Некрополиса, но такие мысли в Империи лучше держать при себе.

Связи с восточными болотными сородичами – тоже слабые. Болотных жителей презирают, считая слабаками, неспособными воинами, но самих болот – страшатся. Шаманы в болотах будут посильнее степных шаманов. Да и в топях на рогачах далеко не ускачешь. Фраза "ну тебя в болото!" имеет смысл сильного проклятья, на вроде "что б тебе пусто было!". Болота, хотя и являются непересыхающим источником влаги даже в периоды великой засухи, в эти трудные времена все равно не привлекают к себе степных орков – мало кто стремиться сохранить свое племя от суши в окрестностях болот, потому что у степных орков совершенно нет иммунитета к множеству болотных заболеваний и к укусам ядовитых болотных насекомых.

Происхождение орков. Считать ли орков некоторой ветвью основного человеческого населения Дангора, или нет – вопрос с научной точки зрения открытый. Сами люди ни в коем случае не признают какого-либо родства с орками – даже дикие племена, вроде горцев западных гор, южная оконечность которых расположена недалеко от орочей степи. Эльфы практически полностью подобны людям и, согласно легендам, в древности случались даже браки между людьми и эльфами, хотя в обозримом прошлом, когда эльфы замкнулись в себе, этого уже не было. Легенд о том, что такое происходило с гномами нет, хотя гномы тоже достаточно гуманоидны, однако отсутствие таких сведений можно списать на утрату их в силу утраты гномами статуса свободного народа. Положение низшей расы исключает какие-то человеческие контакты со своими рабовладельцами, поэтому неудивительно, что если и были сведения о родстве гномов с людьми, то они успели стереться из человеческой памяти, иди затеряться среди древних манускриптов. Что до орков – никогда и нигде не было сведений, что существовали совместные браки между какими-то пусть даже и дикими человеческими племенами и орочьим племенем. Тем более такое невозможно у цивилизованного человеческого народа. Орки, вторгавшиеся в человеческие пределы, не насиловали женщин, хотя и угоняли их в рабство в Некрополис вместе с другими пленниками. Орки обладают иным складом мышления, малопонятным человеку, что, по-видимому, обусловлена особенностями их «животно-эмпатического» общения.

Если это и разумная раса, то сильно отличающаяся от человеческой, хотя орда орков на удивление хорошо управляемое войско, действующее слаженно, как стая хищников – человеческому войску достичь такой степени управляемости можно только с помощью железной дисциплины и хорошо отлаженной системе команд. Ветвь ли это человеческого рода, которая в силу каких-то причин, возможно магического характера, мутировала и стала развиваться по своим законам, или какой-то доисторический альтернативный вид человека, который выжил с древнейших времен в степи, этого местная наука Дангора не знает. Сами орки роста в два метра, мускулистые. Кожа покрыта обширным волосяным покровом, так что одежду (кроме набедренных повязок) они не носят. Главная особенность узкоглазых полузверей – выступающие наружу клыки.

Орки письменной истории не имеют, и считают, что живут в степи с сотворения мира. Согласно Имперской исторической традиции, орки были выведены эльфами, как орудие в их древних войнах с людьми, но эта официальная пропагандистская точка зрения не находит отклика в научных школах других народов. Там чаще склоняются к идее о том, что орков из людей вывели в Некрополисе, однако и эта довольно частая точка зрения может оказаться неверной, вызванной к жизни страхом перед могучей твердыней Некромантов, откуда простой смертный еще не возвращался.

Гномы

Гуманоидная раса, некогда населявшая Облачные горы и их предгорья. В высокогорьях и на западных отрогах гор все еще сохранились места свободного компактного проживания общин, объединенных в кланы. Коренастые, отличаются от людей значительной физической силой, более грубой сероватой кожей, выносливостью и относительно небольшим ростом. Живут втрое-вчетверо дольше людей.

Всего существует шесть кланов – Черные шапки, Каменные лбы, Кроты, Кузнецы, Зодчие и Септия Авера. Последний был назван по имени гнома-родоначальника. Каждый клан специализировался в своей области. Черные шапки – были потомственными войнами, Каменные лбы – пробавлялись торговлей и банковским делом, Кроты – занимались подземным строительством, добычей полезных ископаемых, Зодчие – наземным строительством. С Кузнецами все понятно – литье, ковка, сварка, т. е. вся работа с металлом. Клан Септия Авера занимается духовными вопросами – сакральные знания, общение с духами земли, ритуалы поклонения Богу Уру.

Горная среда обитания сделала гномов прирожденными шахтерами, каменщиками, металлургами и кузнецами. Обладают доступной только им собственной магией, основанной на сочетании алхимии металлов и рунических заклинаний. По преданиям, магические способности вдохнул в первых гномов прародитель всех гномов бог Ур, телесное воплощение духа гор и огненных недр, некогда вышедший непосредственно из горной скалы и с помощью магии сотворивший из камня, огня, металла и воздуха первых гномов. Он же дал первым гномам их руническую письменность и Закон Гор, руководствуясь которым клановое общество гномов существовало практически в неизменном виде с незапамятных времен (согласно преданиям – от сотворения гномов).

Летоисчисление гномов, – там, где они все еще проживают свободно, сохраняя свою клановую структуру, – письменная история гномьих кланов и родословные ведутся от сотворения гномов. Структура общества, руководимого Законом Гор, крайне консервативна, и поддерживается сложной и разветвленной системой табу. Закон строго регламентирует почти все аспекты социальной жизни, касающиеся семейных отношений, распределения ресурсов и социальных ролей. Суд вершится советом старейшин клана. В случае возникновения конфликтных ситуаций между кланами собирался Большой Совет, но это случалось крайне редко, т. к. гномы – миролюбивый народ. С момента разгрома и порабощения большей части гномьих кланов Империей, взявшей под свой военный контроль основные перевалы в Облачных горах, остатки свободных гномьих кланов разрозненны, утратили устойчивую связь друг с другом и более не представляют собой целостной социальной системы.

Предпосылок для создания государственности в клановом обществе в условиях горной среды обитания не возникло, хотя в прошлом в предгорьях, контролируемых государствами людей, проживало значительное гномье население, мирно сосуществовавшее с людьми. Диаспоры гномьих кланов, проживавших в предгорьях, признавали наряду со своими законами и законы людских государств, а самих себя – подданными с ограниченными правами и обязанностями. Предпосылки для такого симбиоза были созданы торговлей. Гномы, будучи искусными кузнецами и металлургами, поставляли людям оружие и орудия труда, получая взамен еду и ткани. Также гномьи кланы контролировали, до поры до времени, всю торговлю, ведущуюся через труднопроходимые Облачные горы, и имели с нее очень значительные прибыли. Гномьи торговые фактории, занимавшиеся скупкой товаров на внутренних рынках людских государств и ростовщичеством, теснили в предгорьях местных торговцев, распространяя свое влияние и на равнины, что часто приводило к конфликтным ситуациям, к возведению торговых ограничений, и ограничению присутствия самих гномов. Конфликты обычно разрешались с помощью золота – гномы, скопившие благодаря торговле между западным и восточным Дангором очень значительные богатства, откупали свои торговые права у местной власти. Богатства гномов стали предметом зависти среди людей далеко за пределами ареала проживания гномов. Впоследствии эта зависть сыграла значительную роль в гибели их общества в войне с Империей – в критический для своей судьбы момент гномы не нашли ни союзников, ни верных наемников.

Ограничения прав и обязанностей гномов в человеческих сообществах касались, главным образом, вопросов воинской службы, – гномы не служили в войсках феодалов людских королевств, т. к. это могло бы спровоцировать ситуацию войны кланов против кланов во время феодальных усобиц или конфликтов между королевствами людей. Соответственно, гномы не могли входить и в благородное сословие государств, на территориях которых они обосновались, да и вообще не могли сформировать собственного воинского сословия, наподобие рыцарства. На территориях людских королевств гномам, как представителям низшего сословия, к тому же обладавшим недюжинной физической силой, вообще было запрещено владеть оружием. Парадоксально, но факт: будучи весьма искусными оружейниками, гномы, фактически, не имели войск регулярного строя, как не имели и институтов регулярной воинской службы. В горных ущельях таким войскам просто негде было бы развернуться – там важнее искусство индивидуального боя, причем не столько с себе подобными или с людьми, сколько с горными хищниками. На равнине же гномы, будучи, наряду с крестьянами и мастеровыми низшим сословием, полагались на защиту людей-союзников, которым они платили налоги, и наемников.

Отсутствие военного сословия наряду с торгово-ремесленным укладом самого общества сделали однажды общество гномов достаточно легкой жертвой хорошо организованной и идеологически обоснованной агрессии Империи.

Падение могущественных кланов гномов и их дальнейшая печальная судьба непосредственно связана с Империей и ее основателем Эссунионом, чье восхождение на вершину власти над восточным Дангором началось с его визита на Огненную гору. По официальной версии истории, провозглашаемой основанной Эссунионом же религией, на вершине Огненной Горы на него снизошло божественное озарение, наделившее его небывалой магической силой, якобы для спасения восточного Дангора от орков. Согласно же еретическим слухам, которые до сиз пор так и не удалось подавить в Империи, а тем более и за ее пределами, Эссунион, случайно или нет, нашел вблизи вершины древнюю святыню гномов с неким гномьим артефактом огромной магической силы, которым он, уже будучи талантливым магом, сумел овладеть. Как именно он овладел им, что стало со святилищем, с его охраной, в ересях не упоминается, однако говорят, что все гномы, которые во главе со старейшинами местных кланов отправились в погоню за Эссунионом ради того, чтобы отбить у него реликвию, не вернулись.

Впоследствии, для того, чтобы подавить сопротивление основанной Эссунионом государственной религии Империи с ним самим (Эссунионом) в качестве Живого Бога, Эссунион начал религиозную войну против гномов, обвинивших его в присвоении своей реликвии. Он истребил (в то время еще не было создано института государственного рабства) всех гномьих торговцев в пределах своих владений и конфисковал их богатства. Надо отметить, что эти меры с энтузиазмом были восприняты многими местными торговцами и ремесленниками. Версию гномов, и основанные на этой версии ереси решительно поддержали независимые людские монархи восточного Дангора. Они страшились усиления Эссуниона, истребившего в своих владениях всю старую родовую знать и создавшего сильное централизованное теократическое государство. Кроме того, внешняя и внутренняя оппозиция Эссуниону хорошо спонсировалась гномьим золотом. Расположенное в предгорьях королевство Линатан, в котором гномы составляли значительную часть населения, основу экономики и торговли, и открыто поддерживались знатью, стало открытым врагом Императора, и было уничтожено в результате религиозной войны.

Крах предгорного Линатана расстроил гномью торговлю в восточном Дангоре, оппозиция Эссуниону ослабла и, впоследствии, сошла на нет в связи с распространением созданной им религии, и законов, дающих простые и ясные права низшим сословиям. Покорение Линатана не могло бы стать столь быстрым, если бы Эссунион не нашел поддержки среди простого народа королевства, не оказавшего сопротивления захватчикам после разгрома ополчения феодалов. Вся знать без исключения была истреблена под корень, все гномы – порабощены. Именно с этого момента в Империи был установлен институт рабства. Однако низшим сословиям вхождение в состав Империи принесло прогресс – людское население стало гражданами империи с четко оговоренными правами, которых раньше у них не было. Местные же купцы, как и многие простолюдины, были рады захватить дома и имущество богатых гномов, и их торговлю.

Поработив гномов предгорий, Эссунион пошел дальше, и вторгся уже в сами горы. Его войска совершали рейды, истребляя и порабощая горское население, которое стало испытывать голод из-за прерванной торговли с восточными равнинами. Эссунион поставил перед собой цель установления контроля над торговлей через Облачные горы, т. к. именно это он считал главным условием уничтожения гномов, а вместе с ними и питаемых ими ересей. Кроме того, контроль над торговлей через горы давал ему как прибыли, которые ранее доставались гномам, так и немалые козыри в отношениях с соседями, которые впоследствии кто мирно, а кто под военным давлением войдут в состав империи Эссуниона. Постепенно загоняя гномов в труднодоступные горные области, перекрывая торговые пути, по которым они могли получать провиант, заключая сепаратные соглашения с утратившими между собой связь кланами, – затем предавая и порабощая их, Эссунион добился военного контроля и безопасности на основных торговых путях через горы. Могущество гномов было обращено в прах, но это стало только началом их бедствий.

Гномы сильнее и выносливее людей, живут гораздо дольше, привычны к жестким условиям жизни и физическому труду. Множество гномов, захваченных Эссунионом, вырванных из векового социального уклада, становились отличными и довольно послушными работниками, в силу того, что строгая социальная организация общества гномов прививала послушание. Само же общество было разрушено, бежать было некуда, а к самоорганизации они оказались неприспособленны, потому что ранее просто не нуждались в ней, живя в строгом соответствии с испокон веков действующим законом. Послушные и сильные работники – хороший товар в мире, где в той или иной форме существует рабство, и воюющая Империя стала поставщиком рабов-гномов в приморскую Тиру, добывая себе, т. о., деньги для продолжения войны. Впоследствии тирийцы не раз пожалеют о том, что их золото, уплаченное за рабов-гномов на их торговых галерах, поспособствовало расцвету империи Эссуниона, но будет уже поздно. С другой стороны, расцвет работорговли, который сопровождал военные успехи Эссуниона, сделал Тиру богатейшим городом всего Дангора.

Однажды появившись, рынок рабов-гномов очень быстро расцвел по всему Дангору. Неорганизованные беженцы из гор, спускавшиеся на равнины в поисках пищи и безопасности, целыми кланами становились жертвами местных проявителей. Богатства отнимались, гномы – порабощались. Во время изгнания гномов из гор это стало повсеместным явлением. Затем поток беженцев иссяк, а за остатками гномьей расы стали охотиться работорговцы. И по сей день постепенно вымирающая гномья раса является значительной производительной силой в Империи, и за ее пределами.