Текст книги "Хроники Дангора. Книга 1"

Автор книги: Алексей Вязовский

Соавторы: Дмитрий Исаев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 22 страниц)

Интерлюдия гномы

Сима приподнял голову. Ох! Тут в след его движению проявила себя резкая головная боль.

"Да что же это такое! Ну, никак не удается остановить себя. Триста грамм и все. И пошел спать. Так нет же, если напиваться – так в зюзю. Или в доску. Ох! Какая, в общем, разница! Головка все равно бо-бо. Надо вставать. И принять лекарство".

Только рука потянулась, чтобы откинуть одеяло, как Сима почувствовал, что лежит в кровати не один. Скосил глаз. Потом повернул голову. Хм! Ничего! А грудь вообще роскошна! Так, и кто она? Некоторое время честно пытался вспомнить, что это за девушка и как она оказалась в его кровати, но все его попытки провалились в черное нечто, которое означало конец вчерашнего вечера.

"Да и черт с ним! Как трещит голова-а….".

Осторожно встал с кровати, поддерживая голову обеими руками. Подошел к сундуку, стоящему у стены и откинул крышку. В нем лежала одежда. Осторожно опустившись на колени, он сгреб ее с левой стороны. Под несколькими слоями отброшенной одежды оказалась плотно запечатанная бутылка местного самогона. Вытащив ее, и не закрывая сундука, он тяжело поднялся с колен, а затем подошел к столу. На нем стоял кувшин ягодным морсом и пара тарелок с уже подсохшей закуской. Здесь же стояла пара стаканчиков и кружка. Оглядел стол и не нашел на нем никакой бутылки.

"Странно. А зачем тогда стоят стопочки? Для красоты, что ли? Вряд ли. А если… – он наклонился и посмотрел под столом. – Господи! Три бутылки. И все пустые. Неужели? Не. Не может быть. Может быть одна… Черт! Ничего не помню! Все. Хватит искать вчерашний день под столом!".

Пахучая жидкость полилась в стаканчик. Когда запах достиг горбатого носа Симы, его невольно передернуло, рука дрогнула и вокруг стопочки образовалась маленькая маслянистая лужица.

"Мать вашу…!".

Затем он ухватил за стаканчик и резким движением опрокинул его в рот. В следующую секунду в руках у Симы уже был кувшин. Буль-буль-буль!

– Милый, я тоже хочу пить, – произнес чей-то голос.

Сима от неожиданности захлебнулся, облил грудь морсом и только приготовился, как следует выругаться, как понял, что стоит посреди комнаты, совершенно голый, с глиняным кувшином в руках. Густая красного цвета струя из кувшина полилась в кружку.

– Налил. Иди!

– А взять меня на руки и поднести меня к столу тебе слабо?!

Сима только что собравшийся снова присосаться к морсу, замер с поднесенным ко рту кувшином.

– Ты… это что сейчас сказала?!

– А кто вчера мне нежные слова говорил? Хвастался, что всю оставшуюся жизнь меня на руках носить будет? Кто это говорил, нехороший мальчишка?!

– Это не я! Это все вино!

– Ну, конечно – конечно! И в постель меня тоже вино затащило?

– Ага! – тут же подтвердил Сима.

От этого разговора голова разболелась еще сильнее, и как следствие появилось желание принять еще "лекарства", но только он успел взяться за бутылку, как в глубине дома бухнула дверь, и раздался громкий голос Масумото:

– Сима! Ты как, живой?!

– Живой! Э… подожди там! Я сейчас оденусь!

– Хорошо, я подожду тебя на крыльце!

Снова хлопнула дверь. Вторая стопка пошла не в пример лучше первой. Как говорится, первая идет колом, вторая летит соколом. Затем быстро натянул штаны и рубаху. Влез в сапоги. Бросил взгляд в сторону кровати. Оттуда слышалось тихое посапывание.

"Вот и хорошо. Вот и ладушки".

Осторожно, стараясь не шуметь, Сима пересек комнату, потом другую, толкнул входную дверь и вышел на улицу.

– Ох, как хорошо! Ветерок! Простор! – сказал он, а затем потянулся так, что косточки хрустнули. – Эх! Хорошо!

– Слушай, хочу спросить, у тебя дома нет часом самогонного аппарата?

– Ты чего? С утра и уже наезжаешь?

– У тебя, как зайдешь, такие ароматы, что хоть за косяк хватайся, чтобы не упасть!

– Ладно тебе. Лучше скажи, что случилось?

– Это ты мне скажи: с чего в запой ударился?

– Да Леху, ни с того, ни с сего, вспомнил. Прошел месяц, как он исчез. Словно в воду канул. Вот и выпил немного, а там уже и само пошло. Сам же знаешь, как оно бывает! Может, тяпнем по маленькой? – вдруг неожиданно даже для самого себя предложил Сима.

Гном не обратил внимания на предложение Симы из неожиданно нахлынувших на него воспоминаний. Его разбудил за час до рассвета бой тревожного колокола, который любезно оставили в своем лагере побитые имперты. Масумото выскочил из палатки в одних портянках и бросился наводить порядок у ворот. Там творилось форменное столпотворение. Валялись тела гномов, кто-то бегал с факелом, раздавались крики:

– Дух Гор пропал, На помощь, гоблины!

Японец схатил поймал первого попвшегося гнома, которым оказался Двалин:

– Где… Алексей?!

– Не знаем! Он исчез!

– Как исчез?! Куда?!

– Мы обыскали все окрестности лагеря! Его нигде нет!

– Еще раз обыщите!

Масу покрутил головой.

– Зови, как ее, Эмилию! Волшебницу! Пусть колдует – может магия поможет!

Зашли в палатку Алексея, обыскали и ее заодно. Может быть, есть записка или еще что-то способное указать на причину исчезновения Алексея. Только вот… раскрыт сундук. Подошел. Карты – на месте. Документы – на месте. А денег – нет. Затем всмотрелся внимательнее. Нет. На дне остался ряд плотно уложенных мешочков. Не забрал? Почему? Или не он, а другие взяли? Так почему не все? Оглянулся на стоящих за его спиной гномов. Дарин, Двалин и еще несколько гномов, стоящих за их спинами. Неожиданно вспыхнувшее чувство утраты заставило его потерять самообладание и закричать:

– Чего стоите, как истуканы?! Ищите!

– Уже ищут!

– И что? Много нашли?! – сдерживать себя приходилось все труднее и труднее. – Куда он мог исчезнуть?! Это же верзила под два метра ростом!

Откинув полог, вошла недовольная волшебница, с припухшими от сна глазами. Узнав в чем дело, что-то тихонько пробормотала, а затем принялась водить своим жезлом.

Тут в палатку вбежал гном. Запыхавшийся, с вытаращенными глазами, он мало походил на степенного кузнеца из рода Каменных лбов.

– Нашли следы отряда гоблинов! Они ведут на запад!

– Так его эти двое похители?!

Гном сначала окинул Масумото гневным взглядом, а затем сказал, словно отчеканил:

– Посланник бога Ура сам ушел! Своими ногами!

– Ни фига не понимаю! – это уже был подошедший только что Сима. – Куда Леха ушел?!

Масумото развел в растерянности руками:

– Сам ничего не понимаю!

– Тогда покажи мне того, кто все понимает и мне объяснит! Дарин, может, ты знаешь, в чем дело?!

Тот многозначительно посмотрел на полуодетого Симу и столь же многозначительно промолчал. Масумото, не выдержав, подошел к Дарину:

– Говори! Правда, то, что думаешь или знаешь, или это ложь, но я все равно хочу это знать!

Тот несколько раз погладил бороду рукой, что говорило о его большом волнении, а затем сказал:

– Мы думаем, что он вернулся.

Масумото хотел что-то сказать, а затем махнул рукой и выбежал из палатки. Сима растерянно крутанулся к выходу, шагнул вслед японцу, но потом резко развернулся и закричал на гномов:

– Отвечайте, коротышки бородатые: куда Леха ушел?!

Теперь ответил Двалин:

– Посланник бога Ура выполнил свою священную миссию и ушел!

Сима с минуту переваривал полученную новость, а затем растерянно сказал:

– Что вы за чушь несете, почтеннейшие! Его похитили, а может уже….

Затем точно так же как Масутомото, с отчаянием махнул рукой и выбежал из палатки. Тем временем практичный японец, подняв на ноги лесовиков, организовал погоню на оставшихся после имперской конницы рогачах. Он верно рассудил. Во-первых, лесовики сами по себе хорошие следопыты и никто лучше них не сможет проследить след, а во-вторых, они намного лучшие всадники, чем коротышки. Через час восемь всадников исчезли в сумерках. Погоня вернулись, когда солнце уже перевалило за полдень. Лесовики потеряли след через три часа. Около двух часов потратили на его поиски, после чего вернулись. Гномы, узнав эту новость, стали многозначительно шевелить густыми бровями и переглядываться между собой. Вера в священную миссию посланника бога Ура, похоже, еще больше окрепла в их сердцах.

Делать было нечего и на следующий день гномы и люди свернули лагерь. К Семи Камням подступиться было невозможно, на все призывы и крики жители отвечали стрелами и камнями, поэтому на общем совете было решено возвращатся к реке.

Гномам пока было объявлено, что вождь ушел с важным заданием и скоро вернется. Поэтому теперь его друзья и соратники будут временно вместо него. От послушных коротышек возражений не последовало.

Случилось это около месяца назад. За это время много чего произошло. С самого начала возникли трения с ближайшими соратниками. Килон, сильный, жесткий и неукротимый человек, как только узнал, что Алексей пропал, тут же предложил себя в лидеры. На собрании он заявил, что имеет немалый авторитет среди местного населения, а поэтому ему будет проще наладить отношения с маркграфом и другими влиятельными авторитетами Лесной Марки. На что ему были показаны запертые ворота Семи Камней. После долгих споров решили поставить вопрос на всеобщее голосование. Для местного населения это было внове, но поняли все быстро, так что результаты не заставили себя долго ждать. Гномы, все как один, заявили, что принимают над собой власть только ближайших соратников посланника бога Ура, Масумото и Симы, а лесовики, осевшие в городке, отдали за Килона… только треть голосов. Вожак сильно обиделся, но потом пришел в норму и полностью переключился на пиратские рейды. Легионы Эвдиклита, конечно, оставили много чего полезного, включая провиант и деньги, но соратники решили не починать на лаврах, а продолжить святое дело. Принципы святого дела очень точно сформулировал неугомонный Сима – если у много отнять немножко – это не воровство, а просто дележка. Вот и выдали Килону и его ватаге боевую галеру и разрешили шерстить проплывающих мимо имперских купцов.

Не успели разобраться с одним, как Эгилон Неистовый стал мутить воду. Когда он узнал, что коротышки, выученные Масумото, разбили два легиона, каторжнин тут же стал вести речи о крестовом походе на Империю. Дескать, поднимем всех угнетенных, обучим их, и пойдем войной на ненавистного Эссуниона. Понимания среди большинства жителей поселка он не нашел, но нервы потрепал двум друзьям прилично.

Тем временем лагерь постепенно превращался в небольшой городок, обрастая домами, складами, производственными помещениями. К ним относились три кузницы и свечной заводик. Появились конюшни и даже скотный двор. Так что продовольственный вопрос был вчерне решен.

Спустя еще неделю, в поселок явилось около шестидесяти человек. Это были беженцы из сожженной дотла деревни, которая отказалась платить налог одной из местных банд. Они же принесли новости о том, что случилось с легионами, отправившимися к Гниловражье. Оказывается там их поджидали объединенные отряды людей и эльфов, которые начали форменную партизанскую войну – нападения на фуражиров, обозы, ночные обстрелы… В войсках начался голод, легионеры стали роптать и командующий имперскими войсками от греха подальше увел свою армию на правый, родной берег Бурунгеи. Лесная Марка отбила первый натиск Империи.

Местную банду пришлось разыскать и устроить показательную порку. На следующее утро после возвращения разведчиков, в поход вышел полк Дарина и около сотни лесовиков – лучников во главе с Масумото. Скауты, посланные вперед, сумели узнать точное расположение деревни, где находилась бандитская база, после чего она была взята в кольцо. Бой, а вернее избиение продолжался около часа, разбойники сопротивлялись ожесточенно, но не смогли ничего противопоставить фаланге гномов и были разбиты. Пленных решели не брать. Вместе с продовольствием и товарами, захваченными у бандитов, Масумото привел с десяток людей, которые томились в плену у бандитов в ожидании выкупа. Те сначала думали, что попали, как говориться "из огня да в полымя", но когда узнали, что свободны как ветер, вечером того же дня в домик – штаб явились трое купцов.

Пришли они с предложением, после того как потолковали с жителями городка.

– Мы купцы, а значит люди торговые и ищущие во все выгоду. Именно поэтому мы пришли к вам с деловым предложением.

Сима тут же отреагировал:

– Мы сами деловые люди. Только здесь недавно и еще не успели развернуться! Поэтому слушаем вас весьма внимательно!

Купцы, до этого державшиеся насторожено, при этих словах слегка расслабились, потом переглянулись между собой, тем самым, предоставив слово купцу из Тиры, очевидно выбранного ими для ведения переговоров.

– Нам очень интересен ряд товаров, которые дает Лесная Марка. Древесина, уголь, меха, животный жир, мед, воск, ягоды! Все это нам нужно и можем дать за это хорошую цену. Но ехать в этот бандитский край – себе дороже оборачивается! Здесь нет никакого уважения к почтенным людям! А честность?! Похоже, о ней здесь никогда не слышали! Как можно заключать договора с людьми, которые вместо обещанного товара, объявляют тебя пленником и требуют выкуп!

– Да-да! Как я вас понимаю! – поддакнул им сочувственно Сима. – Совсем дикий край!

– Всему должна быть мера!

– Согласен. Так что вы хотите предложить нам, почтеннейшие купцы? – поинтересовался дальний потомок Симона Могилевича.

– Нам хотелось бы иметь… скажем, так… оплот на этой земле. Место, где мы могли бы остановиться и вести торг, не опасаясь наутро оказаться в грязной и холодной камере, избитыми и ограбленными. Навроде имперских факторий на берегах Бурунгеи.

– Хорошая идея, – согласился с ним Сима, – только как она будет выглядеть в практическом исполнении.

– Мы тут подумали и решили предложить вам стать нашими… закупщиками. То есть вы от нашего имени будете ездить по селениям и закупать для нас товары. Деньги мы вам на это дадим. За ваш труд вы будете получать приличный процент, к тому же мы обязуемся привозить вам то, что вам нужно и необходимо для жизни в этой лесной стране. Продавать будем недорого, только чтобы оправдать дорогу. И еще. Вы могли бы на своей территории организовывать ярмарку. Где-нибудь раз в три месяца. От вас потребуется обеспечить торговые площади и надежную охрану. Представляете, сколько народа будет сюда, к вам, съезжаться?! Уйма! Построите торговые точки, пару гостиниц, два-три трактира! Деньги сами рекой потекут! Так как, подумаете над нашим предложением?!

– Подумаем! – почти в один голос заявили японец и Сима.

Купцы уехали, и гномы начали строиться. Много работали, мало ели, но городок рос как на дрожжах и вырос по площади почти в два раза. Теперь его центр украшала большая площадь с торговыми рядами. Вдоль высокого частокола выросло шесть вместительных складов, а у Западных ворот поднялась трехэтажная гостиница на четыре десятка мест. Рядом с ней притулился кабачок под названием "Три поросенка". Этим экзотическим названием для этих мест он был обязан Симе. Частокол и ров представляли собой ближние оборонительные сооружения, а дальние подступы к городку закрывали четыре сторожевых поста с трехметровыми вышками. За это время дважды пришлось отбиваться от нападения крупных банд, но благодаря хорошо поставленной разведке, они не стали неприятным сюрпризом для жителей городка. Не успевали бандиты, получив по зубам, отступить от стен, как им буквально на плечи садились гномьи полки и гнали до тех пор, пока разбойничьи шайки не прятались в самой глубине лесов. О третьем нападении сообщение пришло за сутки, поэтому Масумото сумел хорошо приготовиться. Он организовал засаду по всем правилам военного искусства, после чего триста бандитов были взяты в клещи и почти поголовно уничтожены. Смогли избежать смерти только десяток головорезов. После этого им прекратили досаждать и последние два месяца городок жил тихо и спокойно. Месяц назад произошло одно событие, которое наполнило радостью сердце Масумото. Килон в одном из своих пиратских рейдов неожиданно наткнулся на невольничий караван. Обычно он старался не сталкиваться с вооруженными судами, предпочитая более легкую задачу, но тут вступил в бой и в результате отбил три баржи с коротышками. Так Масумото получил пополнение в сто тридцать гномов.

Сейчас, стоя на пороге своего дома, у Симы в голове словно скоростной поезд проносились воспоминания о прошлом: фешенебельный Лондон, паб Холостяк, Стоунхендж… Неужели все это было со мной – думал Бронштейн.

"Эх, Леха, Леха. Куда же ты пропал? Все, хватит. Живем сегодняшним днем".

Чтобы быстрее отвлечься от печальных мыслей, он оглянулся по сторонам. Толпы шумливого и веселого народа прокатывались волнами через городок. Как на Западных, так и на Восточных воротах ежечасно случались заторы и тогда воздух оглашали сердитые окрики и ругань. Шла вторая неделя их первой ярмарки. Никто не ожидал такого наплыва народа, поэтому того, что они приготовили для гостей, катастрофически не хватало. Ни складских помещений, ни лавок, ни мест в гостинице. За места в гостинице платили бешеные деньги, а сами номера были расписаны на неделю вперед. Кабачок так просто трещал от наплыва посетителей, поэтому оборотистый Сима сделал еще две выездные точки, но и они были каплей в море для громадного количества желающих промочить горло в конце торгового дня. Часть рынка была вынесена за черту частокола. И большую часть дня, под усиленным караулом коротышек, торговали прямо с возов. Ближе к вечеру, торговля сворачивалась, возы подгоняли насколько можно ближе друг к другу и всю ночь их обходили усиленные наряды коротышек.

Масумото снова посмотрел на зевающего во весь рот Симу. Тот, наконец, нашел себе настоящее дело. Переговоры, договора, сделки, проценты – стало его вторым "я".

– Ну, как ты прочухался?

– Не совсем. Но скоро буду. А ты чего пришел?

– Уже забыл?

– А что я должен помнить?! – уже с вызовом спросил японца Сима.

– Через час совещание с купцами! Вроде, как я слышал краем уха, собираются говорить с нами о прокладке нормальных дорог и их охране.

– А луну с неба они не хотят?!

– Согласен, работы много, но если мы застряли здесь надолго, то нам надо работать на будущее, а не жить сегодняшним днем.

* * *

Удавка неприятно стягивала шею и вообще создавала сильный психологический дискомфорт. Впервые за все время своего пребывания в этом мире я чувствовал угрозу жизни. Никакая сверхпрочная кожа не спасет от удушения. Пришлось тихонько поинтересоваться у нашего «штатного» мага причинами подобной жестокости.

Оказалось, что близкой дружбы между племенами гоблинов не наблюдается. Военных действий они друг против друга не разворачивают – какие уж тут армии в местных болотах, а вот мелкую подлость сделать – всегда готовы! И теперь наш отряд, очевидно, пересекал территорию чужого племени, с которым захватившие нас гоблины были видно в больших неладах. После еще одного тяжелого перехода, наши охранники, наконец, скомандывали привал. Мы перекусили холодным жареным мясом и стали устраиваться спать. Не успел я растянуться на мягкой траве, как меня сморил сон.

Проснулся я, как мне сначала показалось, от странного шума, хотя посторонних звуков в джунглях хватало. А может, это было проявлением интуиции, но как бы то ни было, я открыл глаза. Небо только начало светлеть. Я уже собрался плюнуть и еще поспать, как сзади раздался вопль, заставивший меня тут же сесть. Остальные пленники, вскочили на ноги, дико оглядываясь по сторонам, за что и поплатились. Эльф получил стрелу в плечо, а через мгновение в бедро и с тихим стоном осел на землю. В спину торговому представителю так же попала стрела, швырнувшая его на землю. Маг и наемник бросились на землю. А вокруг нас уже разворачивалось самое настоящее сражение. Сначала я ничего не мог понять: кто нападает, а кто защищается. Но постепенно вычислил, что нападающие гоблины, скорее всего, больше в синем диапозоне, чем наши зеленые охранники. Была ли это боевая окраска или они действительно отличались по цвету кожи, я обдумывал пару секунд, а затем стал думать о побеге, так как другого подходящего случая может и не быть. Сначала перевес был на стороне «синих», но в какой-то момент молодой шаман сумел, наконец, воспользоваться своими магическими способностями и в противника полетели водяные стрелы. Были ли они такими на самом деле, я не знал, но блестящие струйки воды отлично поражали «синих». Те уже начали отходить, отступив к краю поляны, на которой мы расположились. В траве лежало уже не менее десятка гоблинов. Шестеро наших охранников и четверо «синих». Как только схватка переместилась в сторону, и большинство зеленых гоблинов повернулось к нам спиной – я понял: момент наступил! Не подымаясь в полный рост, я скользнул в сторону ближайших кустов. Под ногами у меня оказался труп охранника и подхватив, копье, я метнул его из-за всех сил в спину шаману. Получай фашист гранату. Гоблин крутанулся на месте, закричал от боли и тут же «синие» воспользовались шансом и начали давить «зеленых».

У меня над головой просвистело пара стрел, но я уже был вне пределов видимости, ломясь сквозь заросли, как кабан. Неожиданно у меня за спиной раздался треск, а потом крик боли. Сделав шаг в сторону, я прилег и затаился. Треск кустов не прекращался. Пока я был в раздумье: бежать или дать отпор, из кустов высунулась голова мага, а еще через пару секунд шатаясь выскочил наемник. Он сильно хромал и стонал сквозь зубы. Секунду мы все смотрели друг на друга, а потом продолжили наше бегство. Но бежать долго нам не пришлось. В какой-то момент мы оказались по колено в воде. Что это было окраиной острова или началом какого-нибудь болота, ни я, ни мои компаньены, не могли сказать. К тому же из близлежащего тростника послышалось шипение, что тут же изменило наш маршрут. Мы взяли левее, но опять же бежать пришлось не долго – широкая промоина, полная темной воды, преградила нам путь. К тому же, как оказалось, мы потеряли ориентировку. Если раньше убегали от шума схватки, то теперь никаких звуков сражения не было слышно. Что делать дальше, я не знал, как и не знал куда идти. Наемник со стоном вытащил стрелу и стал бинтовать ногу обрывками рубашки. Минут десять мы сидели, пока не послышался легкий шелест раздвигаемого кустарника. Зверь или погоня?! Эта мысль возникла, наверно, одновременно у каждого из нас. Зверь – это полбеды, а вот погоня… Я сделал знак, и все легли на траву. Затем я как можно тише пополз в сторону приближающегося к нам шума.

Почему я так сделал? Наверно потому что я уже устал бояться, убегать и прятаться. Только и делаю, что пускаюсь на утек. Сначала из Храма Спящего бога, потом из каменоломен, теперь вот от гоблинов. Хватит! Пора принять бой. Только я подполз к кустарнику, как из него высунулась противная зеленая морда. С каким наслаждением я засветил по ней. От моего мощного апперкота гоблина буквально подняло в воздух и откинуло назад на полтора, два метра. Раздался хруст позвонков. Я сразу вскочил на ноги и бросился в бой. Гоблины, семь особей, шли цепочкой, друг за другом, и когда на них неожиданно напал здоровенный гигант, выросший перед ними словно из-под земли, растерялись и остолбенели на несколько мгновений. Фатальных мгновений. Пары секунд мне хватило, чтобы дважды опустить свой кулак на черепа двух близстоящих воинов, которые тут же рухнули, не издав не звука. Остальные вскинули луки и дали залп. Это стало их второй ошибкой. Стрелы отскачили от моей кожи, один прыжок и еще двое гоблинов, корчатся на земле. Остальные, наконец, сообразив, что их стрелы не причиняют мне вреда, попытались броситься бежать, но было уже поздно. Бросок через бедро с притопом ноги, еще один прямой проникающий удар, пинок коленом – и у меня не осталось противников. С минуту я еще стоял, прислушиваюсь к местным джунглям, после чего добил раненых и начал обирать мертвых. Котомки с вяленым мясом и местными овощами, желеные ножи, пара копий, несколько луков и колчанов со стрелами – вот и весь небогатый улов.

Уже к вечеру наемнику стало плохо. Хоть мы и пытались всю дорогу по джунгялм подставлять плечо – перевязанная нога опухла, почернела и стала похожа на бревно. Кроме того, пошел нехороший запах. Впрочем, мужчина на боль не жаловался, и голова его была ясной. Когда я присел рядом с ним, чтобы дать напиться, первое что он сказал было:

– Я умираю. Чувствую это, но я не хочу умереть с тяжелым грехом на душе. Странно, почему судьба свела нас вместе именно здесь, но с другой стороны это ее прямой знак.

– О чем вы?

– Я слышал ваш рассказ, тогда на острове. Вы говорили, что не помните о своей жизни до того момента, пока вас не поразили заклятием. Там, на алтаре, в эльфийском лесу. Так вот, я тот человек, который знал вас в той, в вашей той, прежней жизни.

– Боюсь, что у вас жар.

– Нет, я действительно вас знал.

– Хм! И кто же я?

– Вы Эдмон, наследный герцог Зиранский.

– А почему не султан каринский?! Ладно, это я так. Само вырвалось! А ты тогда кто такой?

– Я… Миран. Служил в охране вашего отца.

– Хм! И как же ты, Миран, узнал меня в этом обличье?

– Сначала, когда вы начали рассказывать о себе, я подумал, что мне этот голос хорошо знаком. Потом я всмотрелся в вас и узнал этот профиль лица. Последние сомнения отпали. Голос, черты лица и телосложение – все это говорило о том, что это вы, ваше высочество.

"Зиран? А какой ему смысл сейчас врать? Если это не бред, то… чем черт не шутит! А где этот Зиран, интересно, находится?".

Тут неожиданно в наш разговор вмешался маг:

– Я кое-что слышал об этой истории с пропавшим наследником. Так, правда, вскользь.

– А где этот Зиран находиться? Кстати не хотите тоже представиться?

– Ну что ж, мы с вами уже не один пуд соли съели. Думаю вам можно доверять – я Эстэбан. Что касается Зирана – это государство-вассал Дориана, находится на правом берегу Верингеи к северу от эльфийского леса. Наш Император уже трижды пытался завоевать Зиран и все три раза неудачно. Герцогство при последнем сражении, не без помощи Дориана, выставило пять тысяч латников, три тысячи бронированной конницы и тридцать магов уровня мастера и грандмастера, так что все это оказалось большой неожиданностью для шести легионов Эссуниона. Так ты наследник? Очень интересно!

– Мне тоже стало интересно. Миран, расскажи мне все как есть и я обещаю, что бы ты не сдалал, какой бы грех не совершил, я прощу тебя.

– Извольте.

Родился Миран в королевстве Дориан в семье обнищавшего аристократа. Обнищавшего то обнищавшего, но замок свой был, а также пара полей, лесок и даже водяная мельница. Миран был четвертым ребенком в семье и по обычаям королевства не имел права наследовать землю и крепость. А что вы хотите? Майорат. Это такой закон, когда земельные владения не могут быть разделены по наследству и достаются старшему отпрыску. Мудрое правило призвано предотвращать излишнее дробление поместий. Аристократов много, плодятся быстро, а вот государство – не резиновое. Так вот если ты не старший в семье, а младший – вот тебе боевой конь, доспехи, меч, отправляйся самостоятельно устраивать свою судьбу. Участвуй в турнирах, сражениях, авось повезет, и король отметит твою доблесть. Даст надел в управление, посвятит в рыцари. Мирану не повезло. С самого рождения мальчиком он был хилым и болезненным. Понимал это и сам Миран. Когда подошел срок и отец умер, юноша ушел из дома и устроился помощником начальника охраны торгового каравана. Особых боевых навыков от него не требовалось – знай себе прокладывай маршруты мимо разбойничьих банд, да вербуй осведомителей в торговых городах. Миран вошел во вкус дела и скоро купец, на которого он работал, позабыл, что такое криминал и с чем его едят. Ведь, что такое правильная охрана? Это вовсе не закрыть грудью своего нанимателя, а не допустить саму ситуацию, когда надо закрывать грудью. Короче, Миран оказался на своем месте. Талантливый организатор, прогнозист – он очень скоро стал следить за безопасностью высокопоставленных аристократов и чиновников Дориана, подбирал телохранителей, осведомителей, разыскивал в графствах и баронствах бунтовщиков, имперских шпионов. Венцом карьеры Мирана оказалось приглашение на службу к герцогу Зирана. Прибыв в столицу Иризиан, он быстро вошел в курс дела, познакомился с престарелым герцогом и его двумя сыновьями. Старший Эдмон – уже служил своему отцу, возглавляя гвардию Зирана, младший пошел по духовной стезе и стал жрецом бога войны Диплона.

Миран начал задыхаться и я еще дал ему напиться воды из свернутого кульком листа какой-то местной разновидности лопуха. Пока он пил, в голове тем временем закрутились мысли:

– Вот тебе бабушка и Юрьев день. Оказывается, у меня есть братец младший. А что с родителями?

– А что с моими родителями? – повторил я свою мысль вслух.

– Ваша мать умерла при рождении младшего сына. А ваш отец, герцог, Брандер Второй, все так же правит, правда, он так больше и не женился.

Наступило молчание, я ждал продолжения рассказа, а Миран молчал.

– Чего молчишь? Говори все, как есть!

Оказалось, что год назад старый герцог составил очень выгодную партию своему старшему сыну, то есть мне. Ни много ни мало, Брандер договорился о браке Эдмона с младшей дочерью короля Дориана Люсией. Эти узы навсегда должны были закрепить союз между маленьким герцегством и большим, богатым соседом. Свадьбу планировалось сыграть летом и за месяц до торжества, кортеж с шестнадцатилетней невестой была отправлен в Зиран из столицы Дориана Синдры. Сопровождал принцессу целый полк охраны, а на полпути Люсию должен был встретить Эдмон со своими гвардейцами. Однако что-то пошло не так, на кортеж было совершено нападение, кто-то сжег латных всадников Дориана – остались только оплавленные панцири, да обгоревшие кости. Магов сопровождения тоже развеяли по ветру. Одним словом, принцессу похитили. Эдмон, то есть я, вместе с Мираном прибыли уже на пепелище. Многочисленные трупы, горелые проплешины травы, сломыенные рукотворным ураганом деревья – вот что осталось от кортежа. Эдмон, разумеется, поклялся отыскать Люсию и смыть пятно с родовой чести – трегедия то произошла уже на землиях Зирана. Вообще наследник герцега взял на себя обет вернутся домой только с невестой.

– Ну чего опять замолчал?! Говори!

Ответом мне было молчание. Я тронул его за плечо. Голова Мирана качнулась в бок и замерла. Он умер.

– УУУ! – взывл я – Самого главного не сказал!

Ни маг, ни я никогда раньше не путешествовали по болотам, поэтому для нас пробираться по сдешней трясине было как пройти семь круго ада, описанных у Данте. Относительно ровные места с густым кустарником и пусть мелкими, но более или менее, похожими на деревья растениями, могли неожиданно смениться топями, где в черно-коричневой жиже торчали кочки, покрытые странной травой, больше похожей на земные водоросли. Обходя эти места, мы нередко натыкались на небольшие пруды со стоячей черной водой и только кое-где местами затянутой зеленой ряской. Дважды более наблюдательный Эстэбан обращал мое внимание, как из их черной глубины поднимались цепочки пузырей, лопающие на поверхности. Мне, как и магу, казалось, что это не просто выделение болотных газов, а там, в глубине этой зловонной ямы сидит чудовище, которое только и ждет, когда к краю бочага подойдет кто-нибудь неосторожный. Поэтому мы, не сговариваясь, старались обходить эти черные колодцы как можно дальше. Пришлось обзавестись и длинными палками – шестами, которыми мы старались прощупывать дно топких мест. Слава спящему богу поняли, что там, где растут растения, похожие на деревья – там можно идти более-менее спокойно. Постепенно мы даже выработали шаг. Ногу ставили всей ступней на середину кочки, а затем плавно, без рывков, переносили тело. В некоторых местах помимо болотистой, труднопроходимой почвы стоял мерзкий и отвратительный запах, словно рядом сдохло что-то очень большое.