Текст книги "Ходок-8 Испытание (СИ)"

Автор книги: Алексей Григорьев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Помимо ящеров, мини-крепость окружили птеры, а за бастионами деловито гудели инсекты. Быть может, впервые за время существования Мегасвалки три разумные расы мирно уживались вместе.

Помимо местных жителей, возле парапета отирались две прекрасно знакомые фигуры. Одна из них, черноволосая красотка, приветливо помахала рукой. Сю Ли будто предчувствовала появление наставника и смотрела в нужную сторону.

Старец же утратил былое великолепие. Куда-то подевались ушитый звёздами халат, помпезные туфли с загнутыми носками и шикарная широкополая шляпа. Первый учитель вновь превратился в гниющего и пованивавшего зомби. Даже доспехи испарились. Остались лишь полуразложившаяся плоть и торчавшие ребра. Серая до того магема осветилась неярким светом. Джед пропал из бойницы и объявился рядом.

– Что произошло?! Я чуть не помер! – сварливо зашамкал зомбак пеньками зубов, – А ещё насекомые налетели, ящерицы и пернатые приперлись. Я подумал нам конец, однако– не тронули.

– Не ной! Скажи спасибо, что выжил. Тут богов «зачистили», а ты на мелочи жалуешься, – беззлобно рассмеялся Слай, уж больно жалобный вид имел прогнивший насквозь мертвяк.

– И связи между нами, как раньше, я больше не чувствую! Верни все, как было! – продолжил канючить первый учитель. Падение с небес на землю повергло его в пучины печали.

Ходок лишь махнул рукой и направился к наспех возведённой из разномастного бута постройке. Вход в неё охраняли и птеры, и репты. Причём караульные отличались от других собратьев статью и амуницией.

Слай резонно предположил, что внутри строения разместилось руководство. Не успел он подойти и на пару десятков метров к «штабу», как воины расступились. Наружу выбрался очень крупный репт и, скорее всего, Видящая народа птеров. Во всяком случае, именно так ее описывал Раен. Высокая, с трёхцветным оперением и яркими, горевшими зеленью глазищами над увесистым клювом.

Ящер направил на странника похожий на трубу предмет и о чем– то поведал спутнице. Предполагаемая Видящая не использовала никаких артефактов. Она лишь вытаращилась на него своими колдовскими очима. Затем совершила повелительный пасс и сновавшие в воздухе летуны спустились на землю. Ещё через миг, птеры привстали на колено. Пернатые словно приветствовали повелителя. Ходок довольно хмыкнул и отправился на встречу переговорщикам.

Глава 31. Наглый человечишка.

Наглость– города берет.

Мудрость славского полководца;

– От десяти до двенадцати мегамор? Что-то твой «избранный» не впечатляет? – насмешливо произнёс Колл и опустил призму дальнего видения.

Верховный старейшина Тайного Городища и приперся-то сюда только по просьбе дочери. Уж очень ему не понравилось, что она вновь сошлась с Гуллом. Тупой дуболом втемяшил ей, что необычный высший является никем иным, как Вестником из преданий птеров. Колл очень любил дочурку и желал ей лучшего, потому прислушался к ней и явился на секретную базу, чтобы развенчать миф и высмеять молодого дурака.

Между тем, Видящая никак не отреагировала на издёвку. Вместо этого, волшебница приказала подчинённым спуститься вниз и приветствовать чужака, как повелителя. По какой-то причине, она сходу признала первенство людишки без роду и племени.

– «Интересно, что же старая курица углядела в нем?»– недовольно вопросил старейшина.

Первоначально, он запланировал объединиться с птицеклювыми и расправиться с пришлым. Однако со старта все пошло наперекосяк. Лже– вестника на базе не оказалось. Негодяй наплевал на вежество и отправился на разведку. Его ставленников помешали поработить невесть откуда взявшиеся инсекты, а ведь из человеческой девки получилась бы отличная заложница. И вот теперь очередной фортель– птеры встали на одно колено и признали власть не пойми кого.

– «Петухи общипанные. Мозгов – ноль!»– выругался про себя Голл.

А тут ещё и насекомые сдали позиции. Боевые осы покинули форт, заложив на прощание над высшим вираж. Также к чужаку каким-то таинственным способом переместился вонючий зомби. Правда, мертвяк сходу преобразился. Теперь он гарцевал на двухметровом, иссиня-чёрном ящере, гнилую плоть укрыло убранство из ослепительно– синих перьев, а истыканную струпьями кочерыжку венчала массивная маска с клювом.

– Народ птеров приветствует тебя, Вестник перемен, – доброжелательно произнесла Видящая и, надо же, поклонилась.

Голл погромыхал броней, злобно засопел, но промолчал. Чужак щеголял добротными золотыми доспехами. Больше ничего выдающегося в нем не было. Если бы не странное поведение инсектов и летунов, старейшина и вовсе приказал бы напасть. А так, только гремел и кипел от гнева.

– Меня зовут Слай, и у меня для вас имеется несколько заданий, – начал с места в карьер наглый высший.

– Слушаем тебя, Вестник, – покорно согласилась Видящая. Такого кощунства Голл уже не стерпел.

– Ты кем себя возомнил, человечишка? – презрительно выплюнул старейшина и отдал приказ подчинённым, – Уходим, пусть пернатые сами тут оттанцовывают. Нас сладкими речами не проведёшь.

Голл вознамерился горделиво удалиться, но вдруг почувствовал, что не может сдвинуться с места. Он опустил взгляд и увидел, что стопы удерживают колючие лозы. Более мягкотелому колючки уже изранили бы ноги.

– К бою! – проорал взбешённый репт, однако ближайшие к нему воины также попали в плен к ползучим растениям.

Оставшиеся несколько сотен отборных солдат окружили внезапно вернувшиеся инсекты. Боевые осы никуда не делись. Они лишь отлетели подальше и подали сигнал. Воздух заполонили хитиновые тельца. На каждого ящера приходилось с десяток, а то и больше, противников. Да, и птеры дружелюбными не выглядели.

Как ни странно, ситуацию разрядил приукрашенный зомби. Ящер под ним пулей переместился к месту событий, а мёртвый всадник сорвал со старейшины особые бусы, признак верховной власти, и бросил их Халле.

– Держи, кастрюлька! Ты поумнее остальных вместе взятых будешь, – важно пояснил зомбак свой поступок. У него даже голос изменился. Развенчав «монарха», трупак оскалился и прибавил, – Чего зыркаешь, котелочек? Принимай бразды правления, если не хочешь, чтобы в твоём папаше и других бронелобых дырок понаделали.

Халла гневно шмыгнула носом, но бусы одела. Воины замерли. Служивые ожидали решения командира. Субординация была у них в крови. За предводителя солдаты умерли бы без колебаний.

– Отбой! – отдал распоряжение Голл. Элите погибать явно не стоило, а сложившийся нелицеприятный расклад всегда можно было переиграть. Благо, дочери он доверял.

– Вот и отлично! – довольно провозгласил чужой, – А то устраивать смертоубийство в начале общего пути – не гоже.

Затем высший замер, будто общаясь с кем-то. Невероятно, но, похоже, ему подчинялись инсекты. Во всяком случае, треть роя улетела куда-то, а через минуту вернулась, совместно таща громоздкий кубитант. Насекомые водрузили ценнейший артефакт возле ног нахального пришлого.

С минуту парень поколдовал, а затем цилиндр распахнулся. Внутри, в переплетении волшебной проводки, находился собакоголовый небожитель. Вырабатываемая артефактом защитная аура разлилась повсюду, изрядно облегчив невидимый груз. Антиморин в телах собравшихся практически перестал убывать.

– «Что же он замыслил– то?»– не сдержал любопытства Голл.

Ответ последовал нескоро. Наверное, часа четыре, пришлый со спутницей творили непонятные большинству аборигенов вещи. Они вливали в полутруп энергию, препарировали плоть, отрезали и пришивали конечности. Даже исчезали временами куда-то. Наконец, над высшим распахнулось величественное дерево, а сам возмутитель спокойствия возложил ладони на плечи полумертвого пса. Пробежали зеленоватые искорки. Пленник быстро усох, а чужак превратился в точную копию повергнутого в прах бедолаги.

– Фух, нелегко скопировать божество. Пусть и слабенькое, – вытер хвастун не существующий пот с совершенно сухого лба, – Свою часть работы я почти доделал. Теперь выслушайте, что нужно сделать вам.

На этот раз, высшему внимали все. Даже Голл впечатлился. Он видел больше других и умел различать внутренние токи существ. Так вот, что внешне, что внутренне, чужак и замученная жертва не различались. Разве что, пробудившийся не имел никаких повреждений.

– Ваши представители, – кивнул чужак на Раена и «семейную парочку», – Рассказали мне, что главным желанием здешних народов являются свобода и месть, – Так ли это?

Птеры утвердительно заклекотали, а репты заскрипели доспехами.

– А не побоитесь? – подначил толпу опытный оратор.

Раздался возмущённый гул. Что летуны, что ящеры, не сомневались в собственной храбрости.

– Ну, что ж! Тогда предоставлю вам такую возможность, – уверенно провозгласил юноша, – Однако полная информация не для всех. Даже у стен есть уши. Видящая и Халла, пойдём внутрь. Нужно посвятить вас в детали. С инсектами я уже договорился.

После этих слов, дочь и глава птеров скрылись в наспех возведённом укрытии.

– «Возможно, произошедшее и к лучшему. Пускай, молодёжь возьмёт ответственность на себя…»– отстранённо подумал старейшина и устало опустился на пол.

Глава 32. Колыбель Незримых.

Знай врага и знай себя: тогда в тысяче битв не потерпишь ни одного поражения.

Сунь Цзы, древний философ времён до пришествия Септонии;

Площадь бурлила. Наверное, пару тысяч отпрысков божеств и влиятельных высших пришли сюда, чтобы пройти экзамен и поступить в самый престижный из университетов Отстойника. Колыбель Надзирателей находилась под личным патронажем Незримых. Ее выпускники котировались куда выше, чем выходцы из других учебных заведений.

Сегодня проводился этап для «плебса». Дочери и сыновья никому не известных божков тоже получили свой шанс. В мудрости владыкам Самума не откажешь. Они искали самородки даже в куче дерьма. В нынешнем соревновании первую скрипку играл талант. Ни связи, ни взятки, ни что-либо иное не помогали.

От того-то и скучал декан факультета первопроходцев. Другие его коллеги знатно обогатятся на подношениях и подарках заботливых папаш и мамаш. Ему же снова достанется пол руки. А что прикажете поделать, если специальность непопулярна в виду повышенной смертности среди абитуриентов? Ничего– только сидеть и скрежетать зубами от злости. Из-за скверного настроения, высший класса полубог задумал в кои-то веки повеселиться.

– «Пусть, мне ничего и не достанется, но зато на следующий год припрется меньше придурков, хоть освобожусь побыстрей!»– жестоко подитожил Файгин Белоголовый. Затем решительно поднялся с резного кресла, и громоподобный глас разнесся над плацем.

– Сегодня вам, отбросам, не подфартило! Я воспользуюсь своим правом и немного подкорректирую экзамен, – провозгласил глава первопроходцев, – Вместо стандартных миссий вас закинет на одну из диких планет стадии Синтез.

Присланные другими факультетами преподаватели засуетились. Подобное изменение не являлось нарушением, однако делало бессмысленным нахождение здесь. Ведь теперь никто из соискателей не переживёт испытания.

Один за другим, трое наставников покинули возвышение. Их послали сюда, чтобы заманить перспективных студентов. Такие иногда встречались и среди исхудалых божественных пантеонов. К сожалению, из-за выбрыка первопроходца, даже талантливая молодёжь была обречена.

Фейгин довольно посмотрел на спины коллег и на вытянувшиеся от испуга лица ближайших к нему претендентов.

– Ещё не поздно отказаться! Все, кто передумал, могут покинуть экзамен! – с презрением бросил декан, и толпа пришла в движение.

Большинство из собравшихся глупцами не были. Они прекрасно осознавали, что на диких планетах их, скорее всего, убьёт одна лишь атмосфера. Не уверенные в себе, трусы и слишком хитрые мигом отсеялись. Площадь практически опустела. Из нескольких тысяч кандидатов остались жалкие пять десятков.

– Вы сами избрали свою судьбу! – немного пафосно изрёк Белоголовый, – Однако храбрость я уважаю, потому позволю самостоятельно сформировать десятки. Поспешите, через полчаса переходы активируются. От самого простого, до самого сложного. Кто будет слишком долго думать – гарантированно помрет. Формируйте команды пошустрей и бегите к столбам, чтобы первыми занять места. Время пошло.

* * *

Ипполита торопливо осмотрелась вокруг себя. На родной планете она всегда была первой, не желала уступать и здесь. Красивые, голубые глаза воительницы спешно выискивали перспективных соратников. Прежде всего она отвергла витавшего в облаках псаря. Собакоголовый, казалось, вообще не придавал значения происходящему. Его алые зрачки уставились куда-то вдаль. Да и сама эта раса не отличалась могуществом. Даже их высшие и боги были слабы.

Соображала амазонка молниеносно. Обычный осмотр в данной ситуации не подходил. Уцелеть можно было лишь застолбив за собой наиболее лёгкий переход. Вместо долгих поисков и уговоров, она подняла копье и описала им полукруг. Синие молнии сорвались с острия. Большинство соседей упали. Странно, но пёс даже не пошевелился. Он вообще никак не отреагировал на атаку. Даже не посмотрел в сторону возмутительницы спокойствия. Впрочем, разбираться в подобных странностях было некогда.

– Те, кто устоял, быстрее ко мне! Я поведу вас к победе! – проорала хитрая девка и на ее клич мигом отреагировали не менее ушлые соискатели.

Первый десяток сформировался почти мгновенно. Ипполиту признали капитаном и понеслись к наименее высокому столбику. Другие конкуренты ещё не закончили препираться о старшинстве, когда валькирия приложила ладонь к холодной раме будущего перехода и закрепила ее за собой.

– А она – неплоха. Возможно, и выкарабкается, – одобрительно пробормотал Фейгин.

Вторыми группу образовали представители монорасы. Разваны, двухголовые великаны, посчитали ниже достоинства слишком уж торопиться. Их было, как раз, десять. Высшие захудалого звена: туповатые, медлительные и заносчивые. Тем не менее, они подошли к следующему маркеру, опередив остальных.

– Взаимопонимание в команде важно. Эти также могут уцелеть! – аж повеселел Белоголовый.

Неожиданно, авантюра принесла плоды. Не струсили действительно лучшие из лучших. И каждый из них вполне подходил на роль первопроходца. Тем более, и испытание было под стать критериям отбора факультета. Надежда заполучить нескольких талантливых студиозусов согрела сердце.

Третьим собрал команду самый могущественный из претендентов. Белоголовый даже удивился, что забыл на экзамене пожиратель плоти. Обычно они безвылазно сидели на фермах– планетах и копили могущество, поедая поданных. Методы их нынешнего представителя ничем не отличались. Походивший на толстую бочку юноша применил зубодробительную ментальную технику, и наиболее подверженные внушениям конкурсанты подпали под влияние.

Десяток на убой набрался без труда. Пожиратель и «будущие блюда» подошли к следующему по счету столбу. Толстяк и замешкался только потому, что умение подействовало не сразу, а конкуренты не дремали.

– Хм… Любопытный тип. Тоже может выжить, а вот его союзников искренне жаль, – заключил Белоголовый.

Дальше смотреть стало не интересно. По мнению декана, у «опоздавших» шанса уцелеть не было. Без особого энтузиазма он поглядел, как организовался четвёртый десяток. Судьба смертников его нисколько не заинтересовала.

Прошло всего десять минут, а четыре из пяти маркёров уже обрели хозяев. На площади особняком держались лишь три одинокие фигуры. Мало того, что бедолаг никто не захотел брать к себе в команду, так ещё и десяток был неполный. В столь малом количестве попасть на наиболее неблагоприятную планету равнялось смертельному приговору.

– И чего они не сбежали вместе со всеми? – подивился такой безосновательной самонадеянности декан, – Идиоты и есть идиоты. Поделом.

Внезапно, тормозивший до того псарь воспрянул духом. Он подскочил к последнему, самому высокому и широкому столбу и возложил на него руку. Капитанство можно было заполучить и так, если никто не оспорит лидерство. Ни зеленокожая ящерица, ни похожий на зверька леминг оспаривать первенство не стали.

– Зверинец какой-то! – презрительно сплюнул Фейгин, и переходы осветились.

Команды были готовы, а декан ценил своё время. Испытание стартовало. Выжить предстояло немногим.

Глава 33. Огорченные спутники.

Отстойник представляет собой выверенную за века структуру. Его основу составляют старые звенья стянутые общей Пуповиной, громадным и наиболее древним миром, Самумом. Второй частью являются планеты в стадии Поглощения. Они готовы или присоединиться, или выпасть в привычную Вселенную. Так уж вышло, что в силу обстоятельств, внутри системы заперто слишком много могучих сущностей. Естественно, что никто не дает новым мирам улизнуть. Незримые подбирают подходящих кандидатов, и те отправляются на завоевание очередной планеты. С каждым новым сателлитом Пуповина становится могущественней и растёт. Мало кто об этом знает, но за тысячелетия она уже поглотила минимум три независимых прежде звена. Пуповина, словно опухоль, на тле мироздания. Ее нужно обязательно удалить. Удивительно, что Творец смотрит на данное безобразие сквозь пальцы. Похоже, Создатель, вверил судьбу заключённых в клетку существ в их собственные руки. Как ни печально, но все предопределит естественный ход событий. Я могу лишь подтолкнуть бег истории в нужном направлении.

Из записок Вишвакхармы Пульи.

Больше всего Сис хотелось расплакаться. Казалось, сама судьба поставила крест на маленькой гекке. Начались неприятности с того, что родитель выводка переоценил силы и бросил вызов одному старому геккону из нижней части лестницы пантеона.

Опытный ящер покарал зарвавшегося наглеца и вознамерился извести его потомство и родню. Братья и сёстры, матери, а также иные половозрелые особи, погибли. Уцелела лишь Сис, и то лишь потому, что прошла предварительный отбор и получила статус соискателя Колыбели Надзирателей.

Не слишком могущественный божок не рискнул конфликтовать со столь влиятельной организацией. Вот так, Малышка Сис, как ласково называли ее сородичи, и попала на оказавшийся западнёй экзамен.

До того, гекка искренне верила, что добьётся успеха. Ведь Сис обладала очень редким и ценным даром. Она была «говорящей с природой». Однако обстоятельства повернулись таким образом, что сильные стороны нивелировались и никого не заинтересовали. Соискатели поторопились застолбить относительно безопасные переходы. На долгосрочные выгоды им было плевать.

Малышкой ее прозвали не зря. Ростом по пояс большинству кандидатов, худенькая, тонкокостная, она не имела никаких бросавшихся в глаза внешних данных. Естественно, Сис проиграла поверхностную визуальную конкуренцию. Ведь остальные претенденты, как на подбор, щеголяли могучим телосложением или подавляли аурой. Увы, ей снова не повезло. На этот раз окончательно и бесповоротно.

Оспаривать волю высших сил было бесполезно. Пути назад тоже не было. Дома ее ожидала неминуемая мучительная смерть от лап злопамятного старца. Малышка смирилась. Ухватившись за соломинку она не сбежала вслед за другими, а безропотно приняла лидерство такого же бесполезного, как и сама, псаря. Какая разница, кто поведёт, если их осталось всего трое, и им достался наиболее неблагоприятный мир? Скорее всего, атмосфера негостеприимной планеты попросту раздавит незваных гостей, и на этом жизненный путь завершится.

Схожие мысли витали и в головенке верткого лемминга. Прямоходящий грызун приходился аж десятым сыном в многодетной семье не слишком могущественного высшего. В жизни ему никогда и ничего не светило. Однако он был с этим категорически не согласен.

Отец Флэтча занимал должность смотрителя архива главы тамошнего пантеона. С пелёнок острые языки прозвали необычного хомячка Червячком. Кроха не любил привычные для беззаботных леммингов пустые забавы. Он не носился по полям, не оборудовал норы, набивая их запасами еды. Вместо этого необычный малыш копался в библиотеке, стаскивая в оборудованную берложку пыльные, никому не нужные свитки и манускрипты.

Хомячок научился читать раньше, чем бегать. За двадцать три года своей короткой жизни грызун превратился в настоящую ходячую энциклопедию. В чем ему изрядно поспособствовали изученные, в тех же бесхозных талмудах, секретные техники и заклинания.

Лемминги обожали путешествовать, а ещё больше любили собирать всякую-всячину. Из многочисленных странствий они натащили в архив кучу макулатуры. Техники и заклинания отвечавшие за сбор и анализ знаний непоседливая раса посчитала не стоившими и медяшки. Что и сказать, Флэтчу досталось богатое наследство, на которое никто не претендовал.

Заявившись на экзамен, Червячок резонно предположил, что с лёгкостью попадёт на факультет хранителей памяти. Ведь он изучил почти все известные живые и мертвые языки, отлично читал руны, разбирался в каллиграфии, на зубок вызубрил флору и фауну Отстойника. И самое главное, его маленький по размеру, но не по обьему накопленных сведений, мозг содержал в себе кучу карт, схем и набросков с предполагаемыми сокровищами. Флэтч не сомневался, что вскоре разбогатеет и утрёт нос пустоголовой родне.

Каково же было разочарование, когда декан изменил условия испытаний. Мечта и подготовка всей жизни пошли насмарку. Жить больше было незачем. Лемминги не отличались моральной стойкостью.

Флэтч впал в отчаяние, и чудом не ушёл. В конце– концов, шанс, пускай и маленький, пока ещё оставался. Грустный хомяк попытал счастья, но его вышвырнули из перспективных десятков. Кому нужен книгочей там, где решает голая сила?

Обычно задорно торчавшие усики на мордочке опали. Как на плаху, Червячок последовал за товарищами по несчастью. Двигался грызун на четвереньках и практически бездумно. Мысленно Флэтч чуть ли не рыдал от горя, оплакивая крушение радужных иллюзий.

* * *

Совсем иные настроения обуревали Слая. Как можно незаметней, он изучал будущих оппонентов, не касаясь преподавателей. Молодёжь пребывала во взволнованном состоянии и не замечала коротких импульсов заклинаний. После становления высшим, око познания жизни перешло на новый уровень. Отныне чары можно было маскировать, а их проникающая способность увеличилась в разы.

На плацу собралась тьма тьмущая народа. Неудивительно, что Ходок подвис, переваривая массивы полученной информации. В реальную жизнь вернул тот факт, что обстановка резко изменилась.

Большинство соискателей спешно ретировалось. Остальные же прибились к четырём разной высоты, ширины и цвета пилонам. Слай долго не колебался и занял последний, наиболее массивный, темно-алый столб.

К нему прибились ещё двое. Зеленокожая, соплей перешибёшь, прямоходящая ящерка в салатовом сарафане. С венком из трав в густо растущих на маленькой черепушке волосах. Слишком уж уродливой представительницу очередной расы рептилий назвать было сложно. Она имела прямую осанку и очеловеченные черты лица и телосложение. С двумя увесистыми косами, со спины ее можно было бы спутать с обычной, очень худенькой и низкорослой девчонкой. Однако выбивавшиеся из под коротких рукавов и подола зелёные, местами покрытые маленькими чешуйками, ручки и ножки не давали совершить подобную ошибку.

Второй спутник напоминал громадного грызуна. Звериного в нем было гораздо больше. Увесистая волосатая морда с раздутыми щеками, поникшие усы, густая шерсть и полное отсутсвие одежды. В общем, ни дать ни взять– хомяк-переросток.

Оценку обстановки прервал яркий свет. Подле пилонов отворились порталы. Телепорты открылись поочерёдно, от самого маленького – до самого большого столба. Ходок с удовлетворением отметил, что их точка перехода сияет ярче других. Да, и габаритами она выделялась.

Слай даже удивился, почему другие соискатели выбрали штуковины поменьше. Ни грамма в себе не сомневаясь, странник шагнул в неизвестность. Его переполняли предвкушение и азарт. Юноша совсем не понимал похоронного настроения спутников.

Глава 34. Зависший мир.

В Отстойнике сотни планет проходят через стадию Синтез одномоментно, но наиболее примечательная из них – Зависший Мир. Если кто-то из вас случайно провалится туда – ваша песенка спета, и сегодня я расскажу почему.

Из вступительной лекции по планетологии на факультете надсмотрщиков, университета Колыбель Надзирателей;

Сразу же после перехода, юный лемминг приготовился быть раздавленным ужасающей атмосферой. Каково же было удивление, когда никакой дополнительной тяжести он не ощутил.

Флэтч завертел верткой головенкой и заметил, что спутники также не испытывают неудобств. Счастье затопило сердце. Столь резкого перехода от пучин отчаяния до глобальной радости хрупкая психика грызуна не выдержала.

– Юхху! – громко завопил хомячок и рванул к ближайшему растению. Разлапистый куст показался таким притягательным. Это была майладжа, полезнейшее лекарственное соцветие. Оно повышало насыщение тела магией мира, лечило, а ещё отпугивало неразумных созданий, вызывая у тех галлюцинации.

Несмотря на эйфорию, натренированный мозг мигом выдал соответствующую информацию. Вот Флэтч и решил набить желудок, а заодно и прийти в себя.

– Лемминги – настоящие психопаты, – донеслось вслед раздухарившемуся хомячку, – Живут у себя на планете колониями по несколько тысяч особей и практически ничего не соображают. Как видишь, даже высшие и боги у них – безмозглые.

Ходок поразился рассудительности ящерки, а ещё ухмыльнулся. Уж он-то знал, что полакомиться ягодками хомяку не суждено. Конечно же, давление на планете стадии Синтез присутствовало. Просто им повезло. Странник обладал атрибутом архитектора пути. Именно данное умение и нивелировало воздействие чуждого информационного поля.

Едва Ходок вступил на неизвестную землю, как сразу сообразил, где находится. Благо, вояжи на Хашину и Шианду предоставили подобный опыт. Потому, не дожидаясь появления спутников, Слай активировал нужный атрибут. Торопыгу же он не остановил по одной простой причине – захотел экспериментальным путём узнать, насколько далеко простирается защита от негативного воздействия.

Кусты находились метрах в двадцати. Пробежав половину расстояния, лемминг рухнул, как подкошенный. Его тельце задергалось в конвульсиях, белки глаз лопнули, а из ушей пошла кровь.

Странник намеренно бездействовал. Он наблюдал, насколько сильно естественное сопротивление грызуна неблагоприятной среде. За здоровье хомячка Ходок не переживал. Все же, он являлся Реаниматором жизни и мог вытащить даже мертвеца с того света. А вот понять, на что способен один из товарищей, не помешало бы.

К сожалению, в ход столь полезного эксперимента вмешалась маленькая рептилия. Она спешно кинулась на подмогу. На пол пути остановилась и подтянула судорожно дёргавшегося грызуна к себе, задействовав видневшееся неподалеку растение.

С руку толщиной, корни вылезли из почвы и затащили хому в пределы безопасной области. На этом «благодетельница» не успокоилась. По мановению узенькой ладошки несколько спелых ягод покатились по земле. Наклонившись, добрая душа подобрала подношения с пола и засунула в рот пострадавшего. Хомяк довольно зашамкал, а полученные увечья сошли на нет практически мгновенно.

– Майланджа легко залечивает поверхностные повреждения мягких тканей, – пояснила спонтанная целительница свой поступок и продолжила проявлять инициативу, – Давайте знакомиться. Меня зовут Малышка Сис. Гекка, как видите, обладаю даром говорящей с природой.

– Спасибо! – поблагодарил спасительницу грызун, – Я – Флэтч, лемминг, великий учёный.

Грызун намерено опустил своё позорное, как посчитал, прозвище и гордо приосанился.

– Слай. Псарь. Умею всего по чуть-чуть, – коротко представился и странник.

Назваться Садомом? Нет уж, увольте. Это имя будило слишком плохие ассоциации. После возвращения на Аракан, Ходок первым делом сменил его. Мотивировал он свой поступок тем, что слишком многое пережил на Мегасвалке.

Старый Матиус и сам приметил изменения в чаде. Ведь тот перестал предаваться оргиям и разогнал всех жрецов– прихлебателей. И вообще, сынок стал очень странным. Впрочем, при переходе между звеньями Надзиратели не заметили подмены. Старый Пёс был так рад освобождению, что мигом позабыл о подозрениях. К тому же, дорожки папаши и сыночка разошлись. Матиус лишь подивился, чего это пасынок не остался в пограничном мире, ведь там его боготворил местный люд, а отправился путешествовать.

Слай же передал Надзирателям координаты старика из Багратионовска. Естественно, показания артефакта он подменил. Не указывать же канал, по которому сбежала Бел! Затем приступил к реализации многоходового плана, разработанного совместно с частичкой Пульи. Для победы ему требовалось узнать врага, обучиться новым умениям и приобрести побольше сил. Для всех этих целей Колыбель Надзирателей подходила, как нельзя лучше.

Из затянувшихся раздумий вырвал горестный вскрик грызуна:

– Мы – взаперти!

За полминуты, хомяк, словно метеор, пронёсся по всему периметру и обозначил границы доступной зоны. Гекка подстраховала нового знакомого. Ей и самой было любопытно, почему же чужая атмосфера не действует, и как далеко простирается защита.

– Наверное, мы попали в аномальную область, – предположила Малышка, – Даже к лучшему. На испытание даётся три месяца. Я чувствую пару съедобных растений неподалеку. Посидим на диете и в одной точке, но зато выживем.

– Не городи чушь! Если бы ты читала книги, то знала, что таких мест быть не может. Информационное поле – однородно. В случае, если оно разорвано и имеет прорехи, то планета переходит на стадию Слияния! – разбил в пух и прах аргументы ящерки «великий учёный».

– Да, чтоб ты понимал! До сих пор бы слюни пускал, кабы бы не я! – мигом разозлилась Сис. Как истинная предстательница женского племени, она ненавидела критику, ещё и высказанную в самоуверенной и грубой манере, – Раз такой умный– ничего не получишь! Хоть похудеешь за месяца голодовки. А то глянь, щеки, как арбузы!

– Ну, Сисечка, ты чего! Я же пошутил, – мигом сдал назад Флэтч, убоявшись лишиться пищи на столь длительный период. Пожрать лемминги любили.

– Сисечка! Сисечка!? Да, что ты себе позволяешь?! – ещё более разгневанно возопила гекка, мельком взглянув на практически плоскую грудь, – Не подходи ко мне и на метр! Под землей, как раз, ползает парочка мокриц-лишайников. Сейчас натравлю их на тебя, чтоб за языком следил!

Флэтч отбежал подальше, состроил умилительную мордочку и просительно сложил тонкие лапки. Испятнать лишаем великолепную шерстку, он отнюдь не горел желанием.

Слай подивился, насколько легко гекка и лемминг перешли от отчаяния к перебранке. Похоже, ему достались действительно необычные спутники. Сис уже доказала полезность, а хомяк, несмотря на взбалмошность, только что выдал дельную теорию инфополя. Походило на то, что грызун действительно многое знал. Плюс ко всему, зверёк и рептилия были искренними и добродушными. Тем не менее, Ходок предпочёл поскрытничать лишний раз и сохранить секреты при себе. Он ни словом не обмолвился о своих способностях.