Текст книги "Ходок-8 Испытание (СИ)"

Автор книги: Алексей Григорьев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)

– Пойдём за ним! Чего мы ждём?! – дёрнул Трой за руку спутницу, но та не отреагировала.

Ариадна замерла недвижимо и лишь пряла воздух расширившимися ноздрями. Казалось, она унюхала что-то. В другой ситуации, Троекуров немедленно бы последовал за товарищем, и плевать на то, что тот сказал не преследовать его. Однако сейчас парень заколебался. Он попросту не определился, кто ему дороже, друг или же необычная и такая притягательная девушка.

Следует сказать, что выброс огненного, приправленного эманациями смерти, шакти не только изничтожил феромоны, но и изрядно прочистил мозги. Слишком увлекшаяся чём-то незримым арахна забыла обновить любовный флёр. Трой будто прозрел и по– новому посмотрел на спутницу. Если бы не недавняя близость, он и вовсе покинул ее, а так мялся на одном месте в нерешительности.

Ариадне же не было никакого дела до метаний глупой пищи. Суть заключалась в том, что паучиха действительно взяла след. Каждый из кромлехов связывали друг с другом незримые каналы. В обычной обстановке их нельзя было обнаружить. Ведь эдакие «струны» переполняло божественное шакти. Оно не только маскировало, но и надёжно запирало, своеобразные проходы. Сейчас же в этих коридорах возникли пустоты, потому арахна и различила зов родственной силы.

Хищница и не заметила, как изменилась. Человеческий облик слез с неё, как яичная скорлупа. Тело покрыли рыжие волоски хитина, колени и локти выгнулись под неправильным углом, череп заострился, а из под тонких губ выдвинулись жвала.

– Ей, Ари! – Трой попытался достучаться до недавней возлюбленной и взял ее под локоток.

В ответ неимоверной силы тычок обрушился на рёбра. Сразу несколько из них треснули. Парень шумно выдохнул и тоже сменил облик. В образе караульного склепа увечья заживали быстрей.

– Не мешай мне! – даже не повернула головы когда-то дружелюбная Ари.

И все же Скалозуб не отступил. Интуиция говорила о том, что эта самка ему подходит, а, возможно, свое слово сказали остатки приворотных гормон в организме. В любом случае, сама мысль о том, чтобы бросить девицу, вызывала почти физические страдания.

Между тем, арахна вообще не обратила внимания на испытываемые презренным самцом муки. Из ее запястий в землю ударили толстенные нити. Поверхность податливо расступилась, и нерадивые любовники провалились под землю.

На глубине, нити на руках паучихи истончились, но зато количество волокон возросло. Подобно сорной траве, они расползлись по трещинам и разломам, прощупывая путь. Вскоре, направление было найдено. Отростки приобрели твердость и, будто бур, крушили скальную породу, прокладывая дорогу.

Как заправский горнодобытчик, Ариадна выдолбила просторную шахту. Трой никогда и не подумал бы, что подруга настолько могущественна. О былых раздумьях пришлось позабыть. Все равно о том, чтобы выбраться из недр самому, не шло и речи. Молча и угрюмо насупившись, Троекуров следовал в фарватере взбесившейся попутчицы.

– «Неужели, я ей нисколько не дорог? Неужели, все это была лишь игра?»– терзали всегда весёлого парня горестные думы. На сердце стало непривычно тяжело и гадко.

Мимоходом, Троекуров отметил, что они не просто копали шахту, а ещё временами преодолевали целые пласты мироздания. В некоторых местах нити наполняло волшебство. Отростки, подобно струнам, перебирали пространство, перемещая небольшой отряд в иные слои. Сокращались ли так многие метры или даже километры? Трой не задумывался, но было очевидно, что их дорога в другой раз заняла бы куда больше времени.

Внезапно арахна остановилась. Впереди показался укрытый серой мглой участок. Очень активные до того нити быстро увяли, а новые также растворились, едва коснулись запретной зоны.

К препятствовавшей дальнейшему продвижению области со всех сторон стянулся сизый туман. Внутри громадного пространственного кармана взвесь свернулась в исполинскую воронку, постепенно образовав нечто непонятное. К своему изумлению, дымка ничто приободрила. Трою она напомнила эманации Серых Пределов, только была в тысячу раз более насыщенной.

– Опоздала! – недовольно выплюнула рядом Ариадна, – Новый кромлех уже начал формироваться. Сила двух убитых высших сущностей слишком велика, вот и скопилась тут. Похоже, это здешний защитный механизм…

Арахна не желала сдаваться так просто. Паучиха завращала фасетными глазищами, которые обеспечивали круговой обзор. Конечно, от неё не укрылось приподнятое настроение спутника. Ариадна приняла решение молниеносно. Она нетерпеливо щёлкнула жвалами и выпустила густое облако феромон. Одновременно, девушка прильнула к парню и прошептала:

– Милый, сама не знаю, что на меня нашло. Неизвестная сила поработила меня. Я не могла противиться зову. Прости, что обидела тебя.

Совместно со сладкими речами, арахна погладила вмиг напрягшееся естество похотливого самца. По своей природе паучиха отлично умела манипулировать примитивными животными. Выверенные действия возымели успех. Парень ощутимо расслабился, его спина распрямилась. Он будто сбросил с себя тяжкий груз.

– Пожалуйста, мне очень нужно туда, – указала хитрованка за пределы аномальной территории, – Поможешь? Уверена, там есть место, где мы сможем уединиться.

Скалозуб вновь обрёл счастье. Прежняя Ари вернулась. Для неё он был готов свернуть горы. Тем более, что сизая мгла манила. После поглощения частицы бога – паука Апопа^[1], приключений в Велграде, сожжения в пламени старца Багратионовска и многократных посещений Серых Путей, парень очень изменился. Он стал по другому воспринимать губительную для всего живого взвесь. Отныне данная среда придавала энергии и питала тело. Здесь же концентрация жути и вовсе зашкаливала. Дымка и так походила на сладкий пудинг, который просился в рот, а тут ещё и ненаглядная нуждалась в поддержке.

– Конечно, я помогу! – гордо расправил плечи Трой и выпустил наружу до того спрятанный глубоко внутри «букет».

Парень и сам не углядел, что его окутала серая рябь. Без толики страха, он направился к территории, где бессильно растворялись даже самые толстые паучьи нити. Ариадна же оторопела. Впервые за все время, самец показался ей воистину вкусным. Настолько, что заныло внизу живота. Арахна почувствовала в спутнике ранее скрытую, родственную и очень могучую силу. Ее народ поклонялся могуществу. Таким образом, юноше удалось впечатлить привередливую паучиху. А ведь ранее она рассматривала Троя лишь как приправу к какому-нибудь основному блюду.

– «Это все влияние человеческой оболочки!»– украдкой погладила Ариадна напрягшиеся соски.

Некоторые людские эмоции ей понравились, потому она перекроила старое тело и внесла в него соответствующие дополнения. Арахны никогда не были статичны. Они постоянно совершенствовались. Каждый индивид был уникален. В этом и заключалась сила их расы.

– Как он это делает? – через пару мгновений от удивления пробормотала Ариадна вслух, с неверием всматриваясь в отныне притягательную фигуру.

Глава 2. Мизгирь.

Чем громче шкаф, тем громче падает.

Мудрость славского народа.

Между тем, парень будто и не заметил расщеплявшую живые клетки субстанцию. А ведь пагубная среда имела божественный уровень. По мнению Ариадны, такая концентрация убила бы любого. Даже всеядная арахна не рискнула отобедать нынешним угощением, а вот примитивный самец сумел совершить невероятное. Он не только выжил. Мало того, впитал сизую мглу и усилился. Парня окутали потоки тускло мерцавшего шакти, что засвидетельствовало о прорыве. И все же, губительных эманаций было слишком много.

– Ари, иди за мной! – раскрыл Скалозуб ничего не выражавшие глаза.

В его зрачках клубилась серая дымка, а кожа приобрела цвет праха и походила на пергамент. Несмотря на столь нелицеприятные метаморфозы, Трой проложил во взвеси не широкий проход. В него– то, с опаской, и скользнула арахна.

Теперь они поменялись местами. Троекуров повел, а паучиха последовала за ним. Конечно, она остерегалась предательства. Однако ставки были слишком высоки, поэтому арахна доверилась околдованному парню. Хотя и ясно видела, что ее чары сброшены. Ни феромоны, ни даже их частички внутри организма не выдюжили проверки потусторонней гадостью.

– «Получается его чувства ко мне истинны?»– очень удивилась арахна.

Для ее расы эмоции являлись слабостью, а любви, как таковой, не существовало. Все подобные вещи заменяли понятия: полезно/не полезно, вкусно/ не вкусно. Когда юноша проявил себя, то стал очень полезным и очень вкусным. Тем не менее, данный факт ни на йоту не улучшил отношения арахны. Наоборот, отныне паучиха желала только одного – побыстрей заключить «вкусняшку» в соответствующий кокон и заполучить способность к поеданию посмертного шакти высшего уровня.

Арахны пожирали почти все, кроме мертвящих эманаций. Обретя такую возможность, Ариадна вышла бы на качественно-новый уровень могущества. Вместе с тем, внедрённые недавно человеческие рецепторы внушали иное. Из-за них на душе стало не спокойно. Арахна сердито отбросила подобную дурость и пообещала себе после приключения вновь заняться перестройкой организма.

Так они и шли. Терзаемая непривычными переживаниями Ари и раздираемый на части смертельным шакти представитель земной цивилизации. Сколько продлилось путешествие – неизвестно. Каждый из путников утратил ощущение времени и стремился лишь к одному – поскорее выбраться из злополучной области.

Наконец, сизая дымка поредела, и небольшой отряд вывалился за ее пределы. Юношу, что называется, зашатало. Под кожей у него заходили натуральные буруны. Казалось, бедолагу вот-вот разорвет на части. С трудом, но Скалозуб удержался от распада на молекулы. Хотя передвигался, как сомнамбула, и даже никак не отреагировал на своеобразное вызволение. Арахна же наплевала на самочувствие парня. Вместо помощи спутнику, она засуетилась возле очередного препятствия.

– Это – последняя преграда. Я чувствую… – в предвкушении пробормотала Ариадна и бомбардировала паучьими нитями темную, щедро покрытую волосками, стену.

Через несколько минут, ее действия возымели успех. В ранее монолитном простенке возникла брешь. Арахна обернулась, посмотрела на едва стоявшего на ногах союзничка, потом ухватила беднягу за шкирку и затолкала в проделанную только что дыру.

Не пропадать же добру? Так мотивировала свой поступок паучиха, не пожелав признать собственную слабость. О какой благодарности, скажите на милость, могла идти речь, если позже она сожрет похотливого самца? После того, как наиграется с ним…

На новой территории Ариадна забыла обо всем. Давление чужого величия на секунду поглотило ее. В отличие от предыдущего просторного кромлеха, этот был сравнительно не большим: площадью около квадратного километра. Зато почти всю территорию найденной зоны занимал гигантский, черно-серый паучище.

Паучара мирно возлежал, подогнув под себя, наверное, пятидесяти метровые ходильные ноги. Его густо укрытая бородавками и ворсом головогрудь имела соответствующие размеры, а куполообразное брюшко напоминало башню. Пару десятков хелицер^[2] и несколько толстенных педипальп^[3] мерно вздымались, что говорило о том, что монстр жив. Просто дремлет.

– Мизгирь… – неожиданно вымолвил не к месту пришедший в себя самец. Затем вытянул руки и, словно лунатик, побрел к почивавшему членистоногому.

От такой наглости арахна гневно защелкала жвалами. Однако приблизиться к дальнему родственнику побоялась. Ведь великану она была на один укус. Вскоре опасения Ариадны подтвердились. Ротовая полость титанического создания отворилась, и хищные хелицеры затянули смельчака в провал зева, похожего на распахнутые ворота.

– Тчцсс… тчцс, – поклацывая жвалами, Ариадна отступила подальше. Она уверилась, что спутнику пришёл конец, но, как выяснилось через мгновение, такой вывод был преждевременен.

В отличие от вполне образованного Троя, никогда не посещавшая школы арахна не узнала здешнего обитателя. Согласно праславской мифологии, мизгирь, или же теневик, входил в свиту Праматери Ткачихи, которая создала вселенную из своих многочисленных нитей. Теневики следили за порядком в первотворении и исправляли искажения «великой паутины».

В кромлехе же обретался детёныш мизгиря. Высшее существо, пока ещё не достигшее статуса бога. Именно потому Скалозуб и рискнул. Несмотря на плачевный внешний вид, парень соображал здраво. Он вобрал в себя слишком много посмертного шакти, поэтому и ходил с трудом, напоминая покойника. А вот мысли не путались.

Самостоятельно выпустить излишки заемной силы, Троекуров был не в состоянии. Его бы попросту разорвало. Вот Трой и понадеялся, что ведомый инстинктами теневичок подправит организм, как ту же паутину. Ведь мизгири служили порядку и не допускали хаоса. А именно бедлам и творился внутри организма, дрожавшего от избытка мощи.

Поначалу юноша решил, что план провалился, и прожорливый паук сожрал его. Однако едва кислота, или ещё какая-то дрянь, обволокла тело, как зараза устремилась наружу. Отраву словно высасывал кто-то. Маленький ткач затрясся, если бы Скалозуб разглядел ситуацию снаружи, то увидел, что величественные ходильные ноги судорожно подёргивались.

– «Что, не понравилось?»– мысленно позлорадствовал Трой и выпустил доселе сдерживаемую бурю вовне.

Развалиться на запчасти, он больше не боялся. Липкая секреция укрепила покровы на подобие панциря. Теперь парень был уверен в собственной целостности. К тому же, Скалозуб выпускал излишки пагубной дряни порционно. В процессе высвобождения, Трой ощутил, что наружные ткани покрыла толстая и непроницаемая корка. Она, будто металический каркас, погрузилась в недра исковерканного тела.

Было жутко больно, даже в форме караульного склепа. «Вторая кожа» неспешно достигла костей и укрыла их тяжёлым струпом. Дальше парень уже ничего не соображал. Он отключился, и лишь живучий организм продолжил неравную битву.

Скорее всего, юношу растворили бы пищеварительные железы членистоногого, но, к счастью, Трой был не один. Углядев творившееся с гигантским собратом непотребство, арахна активизировалась. Воспользовавшись моментом, Ариадна выпустила множество клейких нитей. Предприимчивая паучиха опутала дёргавшегося от внутренних коликов теневика плотным слоем паутины. Она наматывала волокна до тех пор, пока мизгирь не превратился в громадный кокон.

– Теперь – ты в моей власти! – почти прокричала Ариадна, покачиваясь от усталости.

После чего, созданный кокон содрогнулся и сжался, как тиски. Естественно, сразу раздавить исполинскую тушу не получилось.

Через паутину лишь пробились капельки спрессованного шакти. Подконтрольные нити выступили в качестве гигантского сита. Ариадна жадно облизнулась. Запрыгнула на великанский моток и заработала большущим язычищем. Данный полезный орган она тоже подсмотрела у людей. Сейчас же увеличила отросток до размеров весла и с огромным удовольствием трапезничала.

Паучиху наполнили очень приятные вибрации. Больше всего порадовало то, что они имели родственный характер и усваивались без проблем. О принёсшем себя в жертву самце арахна вспомнила только раз, и то, почти сразу позабыла.

Глава 3. Наследие фамилии Троекуровых.

В ходе исследований над так называемыми «изменёнными», учёными выявлено ряд любопытных закономерностей. В частности, клетки их организма сильно отличаются от структуры таковых у обычных землян. Наличные молекулы днк и рнк явно имеют инопланетное происхождение. Вместе с тем, они обладают сходным генетическим материалом, что свидетельствует о происхождении от одних и тех же носителей. Для дальнейшего анализа, найденных подопытных мало. Необходимо отыскать и изучить новые объекты для продолжения хода интереснейшего эксперимента.

Из докладной записки куратора проекта «Иные», в дальнейшем свернутого за бесперспективностью.

Из-за действий арахны давление на Скалозуба ослабло. Правда, парень этого даже и не заметил. Сознание в полной мере так и не вернулось к нему. Он завис в пограничном состоянии и попытался разобраться в себе. Из-за лавины обрушившихся событий, что-то спрятанное очень глубоко внутри пробудилось.

Ранее неизведанное и ныне проснувшееся нечто всегда скрывалось под личиной мутации караульного склепа. Убиенный папаша посчитал данное отклонение генетической болезнью. Греховодный родитель не стал бороться с ней. Старший Троекуров пошёл по кривой дорожке и прогадал.

Трой же, наоборот, всеми фибрами души вытравливал наследственное проклятие. Какое-то время у него даже получалось. До встречи с Золотым, жизнь протекала скучно и размеренно. Однако после судьбоносного рандеву, Скалозуб постоянно влипал в новые и новые неприятности.

Пришлось воспользоваться ненавистным то ли даром, то ли наказанием. Парень не пожелал признаться себе, но техника караульного склепа не раз уберегла от смерти. При этом она постоянно усиливалась.

Теперешняя ситуация стала последней каплей. Неосознанный навык будто приобрёл разум. Плавая в серой дымке ничто, Трой почувствовал, что теряет себя. Перед взором проносились видения. В них он больше не был собой. Более того, в них он больше не был человеком.

Хочешь победить – познай врага своего. Хочешь сохранить целостность личности – прими каждую ее часть. Интуитивно, Скалозуб последовал этим нехитрым советам. Юноша расслабился и окунулся в пучину сновидений. Впервые, он позволил родовому бичу полностью поглотить его.

* * *

– Мор, ты уверен? Назад пути уже не будет. Прошу, передумай! С нас уже сделали слепки. Наши матрицы занесли в Рециклотрон. Давай, насладимся последними мгновениями. Убежим от войны! Время ещё есть! – прижалась к нему непривычно выглядевшая женщина.

Высокая, практически обнаженная, в некоторых местах ее и так излишне жесткую кожу покрывала чешуя. Лицо прильнувшей и почему-то родной представительницы слабого пола отдаленно напоминало рептилию: угловатые, треугольником скулы, маленький вдавленный нос с широкими ноздрями, далеко посаженные, узкие глаза с вертикальными зрачками и удлинённый, приплюснутый череп. В общем, та ещё красотка.

С удивлением, Скалозуб отметил, что и сам не краше. А ещё ощутил тепло к обнимавшей нойне. Доселе скрытая, память подсказала принадлежность любимой к данной расе, равно как и его самого. Затем расшалившееся подсознание задвинуло Троя подальше. В дальнейшем он наблюдал разыгрываемый спектакль в качестве привилегированного зрителя в первом ряду.

– Мы обязаны попытаться, Морра. У нас наибольшие шансы исполнить задуманное. Ты же знаешь… – рептилоид стиснул покрепче подругу и замер, обмениваясь с ней флюидами любви и нежности.

– А я ведь беременна… – прошептала в ухо размякшая самка.

– Но как?! – вздрогнул и отстранился будущий папаша, – Ты же ни с кем не была, кроме меня?

Пришло понимание, что процесс зачатия у нойн отличался особой сложностью. Они вступали в половые связи со многими партнерами, причём разных полов. Оплодотворение происходило постепенно. Каждое соитие заполняло у женской особи частичку одной единственной зиготы, внутри организма, слишком уж усложнившегося за тысячелетия эволюции.

Естественно, их раса и так вымирала. А тут ещё пришелец с неба и развязанная им всепоглощающая война. Нойны оказались на грани уничтожения. Однако надежда на спасение имелась. Лучшие умы погибающего народа разработали особую матрицу. Ее назвали – Рециклотрон.

– Значит, нам с тобой никто больше не нужен. Мы идеально подходим друг другу… – заставила сосредоточиться на происходящем Морра и немного покраснела. Тонкие языки «идеальной пары» сплелись в подобии поцелуя.

– Это лишний раз доказывает, что идти нужно именно нам, – в конце-концов, тяжело выдохнул и отстранился драконид, – Не бойся, я защищу тебя и нашего малыша, куда бы мы не отправились.

Морра также отпрянула. С любовью и доверием она взглянула на своего избранника, положила голову ему на плечо и тихо произнесла:

– Я не сомневаюсь в тебе и знаю, что если заставлю поступить по другому, то потеряю…

За голубками явно наблюдали. Не успела чёта прийти к общему знаменателю, как дальняя стена в комнате приподнялась. В помещение вошла высокая нойна с янтарными зрачками и золотистой чешуёй.

– Рада, что сделали правильный выбор. Вы– наши герои и упования. Одни из немногих, кто, согласно расчётам, сможет пережить переход. Но хватит тянуть, сроки поджимают. Накопленной энергии достаточно лишь для того, чтобы вы, а также несколько сотен братьев и сестёр, преодолели барьер инфополя и отправились на поиски, – торжественно провозгласила незнакомка и поклонилась.

– Не стоит благодарности, сиятельная Оуинн. Защита Шианду – наш долг, – чуть ли не хором ответствовала необычная парочка и склонилась в ответ.

– Раз так, то пойдёмте. Подготовим вас к переносу. Времени почти не осталось, – завершила не длинный диалог предводительница и направилась прочь. По коридорам из серебристого металла, с горевшими под потолком кристаллическими друзами, троица беспрепятственно добралась до тайной лаборатории.

В дальнейшем видения ускорились, превратившись в калейдоскоп. Из краткой выжимки Скалозуб уяснил, что Мор и Морра попали на Землю. Альма матер человечества, как раз, пребывала в хаосе. Пришествие Септонии только состоялось, а планетарный конфликт и глобальный катаклизм лишь недавно завершились.

Родить нойне так и не удалось. При переходе между мирами плод умер. Сами пришельцы тоже едва уцелели. Если бы не практически отсутствовавшее на тот момент инфополе, их бы, несомненно, распылило на атомы. Так совпало, что им попросту повезло.

Упорные дракониды не отчаялись, погоревали и приступили к розыскам. Супруги тщательно подбирали кандидатов для помощи Шианду. Так и были найдены предки семьи Троекуровых. Умирающие люди, заражённые странным явлением под названием «радиация». Однако на этом успехи и закончились.

Мор и Морра не смогли вернуться. Они прожили долгую жизнь на чужбине и передали наследие. Для чего придумали специальную родовую технику. К сожалению, после их смерти в клане разразилась междоусобица. Все боролись за власть. Никому не было дело до идеалов пришлых. Прошли века. Кровь захирела, а знание об инопланетных предках утратилось.

* * *

Длительный ракурс в историю прервался. Трой пришёл в себя, вздрогнул и заворочался внутри клеившего ласты мизгиря. Сам парень тоже умирал. Давление превысило сопротивляемость организма. Чтобы выжить, он рефлекторно потянулся к выплюнутым недавно излишкам силы.

Теневик агонизировал. Эманаций посмертного шакти стало даже больше. Они щедро потекли вовнутрь и наполнили распадавшиеся клетки. Ещё недавно отторгавшие их ткани и органы с радостно впитали подношение.

Скалозуб вновь изменился. Маленький ткач, в теории способный править даже струны мироздания, невольно выправил накопившиеся за долгие лета ошибки в переданном генокоде. Частично возвратилась и память почивших нойн.

Из-за невероятного стечения обстоятельств, заложенное в Трое наследие пробудилось: отныне ему не требовалось поедать плоть, чтобы жить и развиваться. Юноша преобразился и стал другим человеком. Полностью цельной личностью, которая приняла всю себя и больше не стыдилась собственной никчемности.

– «Нужно выбираться…»– мелькнула дельная мысль, – «С моими новыми возможностями разберусь позже…»

Прийдя к промежуточному решению, Скалозуб усилено заработал кулаками. Мизгирь издыхал и быстро затвердевал. Пришло осознание, что если не высвободиться в ближайшие пару минут, то останки превратятся в непреодолимый капкан. Поэтому Трой щедро использовал обновившиеся запасы и неудержимо рвался наружу. Теперь в его жизни появились новая цель и новая ответственность. Он попросту не имел права, погибнуть так глупо.

Глава 4. Коридоры судьбы.

У каждого из нас есть предначертание, та дорожка, на которую легче всего свернуть.

Неизвестный философ;

Между тем, Ариадна и не вспоминала о своём спутнике. Арахна стремилась впитать, как можно больше родственных эманаций. Ее сила росла, как на дрожжах. К сожалению, стамина паука быстро утекала. Мизгирь сдувался на глазах и задубевал.

Внезапно, на громадном брюшке теневика вздулся горб. Послышался треск хитина и наружу вырвался Скалозуб, по инерции взмахнув ещё несколько раз руками. От переполнявшей кулаки мощи, недовольно загудел воздух.

– «А он стал гораздо вкусней…»– довольно отметила Ариадна, на которую накатило сытое отупение. Так происходило всегда, когда она объедалась.

Освобождение парня словно спустило невидимую пружину. Весь усохший мизгирь развалился, будто карточный домик. Могучее прежде тело распалось на части. Одновременно с этим событием, вздрогнула территория кромлеха.

Однако никто из двух «разрушителей» не запереживал особо. Оба прекрасно осознавали, как выбраться прочь из резво гибнущей территории. Сквозь пальцы арахны вновь вылезли склизкие нити, и Трой изготовился к очередному подземному вояжу.

На этот раз путешествие прошло обыденно. Неизвестно через сколько времени, система разломов и трещин вывела дуэт в новую местность. Вмиг заработавшие уплотнения на затылке подсказали, что они очутились в том же самом месте, из которого стартовали. Единственно, координаты немного сменились.

– Кажется, Золотой называл эту область Преддверием, – пробормотал Трой и прищурил веки: в точке выхода возникло очень яркое свечение.

Когда парень проморгался, то увидел, что обретается внутри остывавшей пентаграммы. Под пятой захрустел пепел. Рядом с ним куда-то уставилась Ари, изрядно подросшая и сменившая окрас волосяного покрова с рыжего на темный. Впрочем, разлом, переливавшийся перламутром поблизости, привлёк не только ее внимание.

Возле то ли портала, то ли пробоя неизвестно куда, отиралась целая делегация. К удивлению, каждый из собравшихся был Скалозубу знаком. Ближе всего к пробоине находился обычный с виду мужичек: в алых шароварах, белой рубахе, смешной прической, длинными, вислыми усами и люлькой в зубах. Байда, а это был именно он, словно охранял переход.

Чуть поодаль, напряжённо пряла взглядом окрестности давняя знакомица – Несмеяна. Вот только кожа девушки посерела, а прежде пухлые черты заострились. От чего хищная улыбка красавицы теперь напоминала оскал. А ещё возле неё сновал крупный, частично свитый из теней, череп. Временами башка разевала беззубый рот, но слышала ее только хозяйка.

Довершал столпотворение Золотой, который тоже отирался неподалеку. Трой успел лишь глупо улыбнуться, а Ариадна уже приступила к действиям. Арахна резко ускорилась и попыталась проскользнуть сквозь радужную плёнку первой. Чисто на автомате и в силу привычки, Скалозуб последовал за ней. Однако их манёвр не удался.

Праведник выдал очередное нравоучение, раскрутил кадило, и разлом окутал непроницаемый дым. Затем сумасброд перекрестился и принялся нести очередную околёсицу.

Умника без какого– либо пиетета перебили. Из увесистого тесака, который крепко сжимала в хлипкой с виду ручонке бесноватая Ульянка, выстрелил луч полумрака. Из него соткался прибацнутый дедуля. В рванине, дырявой соломенной шляпе, а также с курильницей в руках и длинной трубкой во рту. Правда, в отличие от Байды, дедка сопровождала облезлая шавка. Именно эта куцая собачонка и вывела в своё время заблудившийся отряд из западни в огненном кромлехе. Так что, косвенно, старикашка был Трою тоже знаком.

И вот этот-то плюгавый и тщедушный старичок посмел запретендовать на проход. Естественно, слабаком он казался лишь внешне. От похожего на бомжа дедули расходились ощутимые волны силы. Оказываемое им давление превышало таковое даже у Праведника. Что уж говорить об остальных.

И так напряжённая обстановка ещё больше накалилась. А тут и Золотой подбросил дровишек. Друг достал из недр доспеха напитанный тьмой булыжник, разломил и бросил на пол. Обновлённым чутьем, Скалозуб почуял, что вскоре на арену заявится ещё один претендент. Казалось, всеобщей потасовки не миновать. Однако драку отложило неожиданное уведомление. Данное сообщение, на правах хозяйки планеты, прислала Септония. Огласило же оно невероятные и не совсем понятные вещи:

– Внимание! Произошли глобальные изменения! Верховный бог мира Шианду, Великий Шеш, пал! Инфополе планеты захвачено представительницей Земли по имени Ан Гюрза. Вторая фаза стадии Поглощения стартовала!

При упоминании о Шианду, сердце защемило застарелой болью, а тот факт, что древний враг потерпел поражение, наоборот, согрел душу. На мгновение накал спал. Каждый из собравшихся размышлял, как быть дальше. Даже ступивший из клубов дыма высокий, худой, с множеством ритуальных татуировок на злобной харе, убийца с огроменным, двуручным фальксом^[4] в руках.

Ситуацию, как ни странно, разрядил придурковатый дед. Он вгляделся во что-то незримое перед собой и важно провозгласил:

– Время для захвата Истока ещё не настало. Плод не созрел. Зато поспели иные фрукты!

Выдав столь замысловатую квинтэссенцию, дедуля раскурил потрескавшуюся трубку на продолговатом мундштуке и завертел курильницей. Вроде бы слабенький дед завращал цепью так, что та слилась в единый, мерно гудевший круг. От своеобразного пропеллера разошлись отрывистые потоки ветра. Направленны данные могучие дуновения были в сторону радужного разлома.

Под их влиянием, а также из-за удара разряда молнии сверху, переход рассыпался на несколько составляющих. Разноцветные осколки поползли к участникам нынешнего действа и сотворили возле них персональные двери поменьше.

Возникла дверка и возле Троя с подругой. Не успел парень и удивиться, как крошечные воротца распахнулись и неудержимая сила заволокла его и спутницу внутрь. Ещё через секунду под ногами захлюпала болотная жижа, а над головой повисло давно позабытое, зеленоватое небо.

Следующими пропали Несмеяна и Байда. Их затащило в одну и ту же пространственную дверь. Прийдя в себя, Ульяна поняла, что находится возле какого-то из Квадратов Чертога. Вроде бы, данный островок стабильности принадлежал пластунам.

За гетманской дочкой и ушкуйником, настал черёд Скрата. Некроманта сюда прислал Вий, в ответ на призыв. Без особых проблем, Лепрекон влетел в предназначенную ему дверцу и очутился в чьих-то личных покоях. На стене висела маска дракона. Такую носил Глас на недавнем показательном суде Темного Ковена.

Татуировки на хмурой роже черноризца сложились в подобие довольной гримасы. Похоже, Скрат все же не до конца утратил эмоции, после того, как превратился в

раба темного бога, марионетку, куклу божественного промысла.

Последними провалились в предложенную арку Слай и Сюли. В отличи от иных субъектов их забросило в совершенно незнакомую местность. Ранее многолюдный район опустел. Так или иначе устранив конкурентов, папа Легбо рассмеялся и зачем-то пригрозил небесам кулаком.